Постановление от 27 июня 2024 г. по делу № А47-10668/2019

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-420/2024, 18АП-421/2024

Дело № А47-10668/2019
28 июня 2024 года
г. Челябинск



Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 28 июня 2024 года


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Курносовой Т.В.,

судей Кожевниковой А.Г., Румянцева А.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Козельской Е.М., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 01.12.2023 по делу № А47-10668/2019 об удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании приняли участие:

ФИО1 и его представитель - ФИО3 (паспорт, доверенность от 02.04.2024).

Иные лица, участвующие в деле, не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда,

установил:

решением Арбитражного суда Оренбургской области от 03.06.2020 (резолютивная часть оглашена 27.05.2020) общество с ограниченной ответственностью «Стройтехноресурс» (ОГРН <***>, далее – общество «Стройтехноресурс») признано несостоятельным (банкротом) с открытием конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Конкурсный управляющий 19.05.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО1 и ФИО2 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 01.12.2023 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1, ФИО5, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Стройтехноресурс», рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении данных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 и ФИО2 обратились в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

ФИО1 в своей апелляционной жалобы ссылается на то, что суд при принятии  обжалуемого определения не учел, что формально став директором общества «Стройтехноресурс», апеллянт фактически не приступал к исполнению соответствующих обязанностей, никаких сделок от имени должника не совершал, документов от бывшего руководителя не получал и, утратив интерес к участию в деятельности общества, не переоформлял на себя право подписи в банках.

ФИО2 в своей апелляционной жалобе указывает, что в ответ на требования временного управляющего им своевременно представлен акт приема-передачи документации общества «Стройтехноресурс» и вывод суда о том, что после прекращения полномочий в качестве директора должника  апеллянт оставался контролирующим его лицом безоснователен.

Определениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2024 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 09.04.2024.

До начала судебного заседания от ФИО1 поступили письменные дополнения к апелляционной жалобе (от 05.04.2024 № 20356) с приложенными дополнительными доказательствами согласно перечню.

В представленных дополнениях ФИО1 отмечает, что кредиторская задолженность общества «СтройТехноРесурс» образовалась задолго до 2018 года, то есть до смены руководителя на апеллянта; именно недействительные сделки, совершенные 30.09.2015, 27.06.2016 должником с аффилированными юридическими лицами под руководством ФИО2, и последствия их совершения положены в основу поданного конкурсным управляющим заявления; само по себе отсутствие сведений о передаче конкурсному управляющему документации общества «СтройТехноРесурс» не может служить основанием для возложения на апеллянта субсидиарной ответственности по обязательствам; конкурсный управляющий не представил суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства; управление обществом в период с 22.11.2018 по 18.10.2019 ФИО1 не осуществлял и его сотрудником не являлся; документы и печать общества от ФИО2 не получал, и каких-либо документов в рамках деятельности компании не подписывал, а акт № 1 приема-передачи первичных документов бухгалтерского и налогового учета и базы 1С общества «СтройТехноРесурс» от 09.01.2019 является подложным документом, на представленной в материалы дела ФИО2 копии указанного документа содержится подпись не ФИО1, а иного лица.

В просительной части дополнений к жалобе также изложено ходатайство об истребовании дополнительных доказательств у Межрайонной Федеральной налоговой службы № 8 по Оренбургской области (материалов регистрационного дела) и у МУ МВД России «Орское» (материалов проверки КУСП от 27.05.2020 № 2349 и КУСП от 26.08.2020 № 3440).

К дополнениям к апелляционной жалобе приложено заявление о фальсификации доказательств - Акта приема-передачи первичных документов бухгалтерского и налогового учета базы 1С общества с ограниченной ответственностью «Стройтехноресурс» от 09.01.2019 № 1.

От ФИО1 также поступило ходатайство о проведении почерковедческой судебной экспертизы в отношении названного акта (от 08.04.2024 № вх: 20460).

В судебном заседании 09.04.2024 ФИО1 и его представитель поддержали заявленные ходатайства.

Дополнения к апелляционной жалобе с приложенными дополнительными доказательствами приобщены судом к материалам дела в порядке статьи 268 АПК РФ, учитывая пояснения относительно причин невозможности их представления ранее и документальное подтверждение таких причин., в том числе приобщен оригинал заключения специалиста от 04.04.2023 № Экс01/04/2024-035фл.

Рассмотрев в порядке статьи 66 АПК РФ ходатайство об истребовании дополнительных доказательств, суд пришел к выводу о наличии оснований для его удовлетворения в части истребования у налогового органа материалов регистрационного дела в отношении должника.

Заявление о фальсификации доказательств, связанное с ним ходатайство о проведении почерковедческой судебной экспертизы и ходатайство об истребовании у МУ МВД России «Орское» материалов проверок судом оставлены открытыми.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2024 судебное заседание отложено на 14.05.2024.

Определением заместителя председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2024 в составе суда произведена замена судьи Кожевниковой А.Г. находящейся в отпуске, на судью Ковалеву М.В.

После изменения состава суда рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала (часть 5 статьи 18 АПК РФ).

 К назначенной дате заседания во исполнение определения суда апелляционной инстанции от МИФНС России № 10 по Оренбургской области 02.05.2024 поступили истребованные документы (вх. № 25661).

От конкурсного управляющего 13.05.2024 поступила письменная позиция.

От ФИО1 26.04.2024 и 02.05.2024 поступили копии ответов УМВД России по Оренбургской области от 22.04.2024 об отказе предоставления материалов дела КУСП 2349 от 27.05.2020 (вх. № 24868 и № 25724).

В судебном заседании 14.05.2024 поступившие документы приобщены к материалам дела.

Ходатайство ФИО1 об истребовании материалов проверки КУСП № 2349 и № 3440 снято с рассмотрения по заявлению представителя данного апеллянта.

Представитель ФИО1 при этом настаивала на ранее поданном заявлении о фальсификации доказательств, в связи с чем отобрана расписка о предупреждении судом об уголовной ответственности, в частности за заведомо ложный донос (статья 306 Уголовного кодекса Российской Федерации, далее – УК РФ).

В целях разъяснения уголовной ответственности, предусмотренной статьей 303 УК РФ, лицу, представившему соответствующее доказательство - акт приема-передачи первичных документов бухгалтерского и налогового учета и базы 1С должника от 09.01.2019 № 1, и предложения ему исключить данный документ из числа доказательств по обособленному спору, определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.05.2024 судебное разбирательство отложено на 18.06.2024.

Определением заместителя председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2024 в составе суда произведена замена судьи М.В. Ковалевой, находящейся в отпуске, на судью А.Г. Кожевникову.

По правилам части 5 статьи 18 АПК РФ после изменения состава суда рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала.

К заседанию от конкурсного управляющего должником поступило ходатайство о рассмотрении апелляционных жалоб в его отсутствие.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель доводы жалобы данного ответчика поддержали и просили в обжалуемой им части судебный акт отменить.

Представитель настаивала на заявлении о фальсификации акта приема-передачи первичных документов бухгалтерского и налогового учета и базы 1С должника от 09.01.2019 № 1, представленного в материалы дела ФИО2

Положения статей 82 и 161 АПК РФ не устанавливают безусловной обязанности суда назначить экспертизу, в том числе при проверке заявления участвующего в деле лица о фальсификации доказательства, с учетом того, что достоверность доказательства может быть проверена иным способом, в том числе путем его оценки в совокупности с иными материалами дела в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ.

В настоящем случае, учитывая отсутствие оригинала  названного документа и имеющуюся доказательственную базу, процессуальная проверка в порядке статьи 161 АПК РФ будет осуществлена путем их сопоставления.

Иные лица, участвующие в деле, судом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились. Апелляционная жалоба рассмотрена судом в их отсутствие в порядке статей 123, 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 266, частью 5  статьи 268 АПК РФ в обжалуемой части.

Выводы суда о наличии оснований для привлечения ФИО5, к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Стройтехноресурс» в порядке апелляционного производства никем не обжалуются и законность, в связи с чем обоснованность судебного акта в данной части проверке не подлежит.

Как следует из материалов дела и установлено судом, согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, руководителями общества «Стройтехноресурс» являлись:

- с 12.08.2013 по 22.11.2018 ФИО2;

- с 22.11.2018 по 18.10.2019 ФИО1;

- с 18.10.2019 по день объявления должника банкротом ФИО5

ФИО2 до 15.01.2019 также являлся участником должника, затем единственным участником общества с 23.01.2019 стал ФИО6, к которому доля в уставном капитале общества перешла на основании договора купли-продажи от 15.01.2019, заключенного с ФИО2 по цене 20 000 руб.

Согласно адресной справке, выданной отделом адресно-справочной работы Управления по вопросам миграции УМВД России по Оренбургской области, ФИО6 снят с регистрационного счета как умерший; в реестре наследственных дел на сайте Федеральной нотариальной палаты открытых наследственных дел на ФИО6 не найдено.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 15.02.2021 по настоящему делу по ходатайству конкурсного управляющего на бывшего руководителя общества «Стройтехноресурс» ФИО5 наложена обязанность передать конкурсному управляющему оригиналы документов и иного имущества должника; а на ФИО2 - обязанность передать управляющему надлежащим образом заверенную копию договора аренды оборудования от 01.01.2019 № СТР-19/14-01 и документов, подтверждающих его исполнение.

 Основаниями к отказу в удовлетворении иных требований к ФИО2, предъявленных в рамках названного обособленного спора, послужили доводы последнего об отсутствии у него документов должника в связи с их передачей новому директору - ФИО1

На балансе у должника числится следующее имущество, которое не передано конкурсному управляющему:

- транспортные средства: ОДАЗ 1987 года выпуска, ГРЗ АО566256; 3009А1, VIN <***>, 2016 года выпуска, ГРЗ У637ХУ56;

- оборудование по производству консервов, в составе: банкомоечная машина ПАЗ-100Ж, стерилизатор для крышек (ошпариватель), дозировочнонаполнительный автомат В2-ФНА, закаточная автоматическая машина Б4-КЗК79, банкомоечная машина ПАЗ-700Н, транспортер ленточный М8-АКСМ, машина этикеровочная ОБ-КЭТ-С2; мини завод HIPERPRESS HP600 и иное имущество.

Конкурсным управляющим при анализе деятельности общества «Стройтехноресурс» установлено, что с момента смены учредителя и руководителя с оно с ФИО2 никакую финансово-хозяйственную деятельность не вело: не изменен юридический адрес, отсутствует движение денежных средств по банковскому счету, не переоформлена карточка с образцами подписей к банковскому счету (когда конкурсный управляющий переоформлял распоряжение расчетным счетом на себя, предыдущим распорядителем значился ФИО2).

После остановки деятельности общества «Стройтехноресурс» при ФИО2 по тому же адресу (<...>) и ту же деятельность продолжили осуществлять аффилированные с ФИО2 лица:

- ИП ФИО7 (ИНН <***>) - дочь ФИО2, зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 01.11.2018: вид деятельности: торговля розничная мясом и мясными продуктами в специализированных магазинах;

- общество с ограниченной ответственностью «Мясопром» (ОГРН <***>, далее – общество «Мясопром»): директор и единственный участник общества - ФИО8, который до 29.12.2017 являлся работником общества «Стройтехноресурс»; основной вид деятельности согласно ЕГРЮЛ: торговля оптовая мясом и мясными продуктами; обществом создано 28.08.2018.

В соответствующий период происходило выбытие активов должника.

Вступившим в законную силу определением суда от 09.09.2020 по настоящему делу признан недействительным договор купли-продажи автотранспорта от 16.10.2018 № 10-10/2018, заключенный должником с  обществом «Мясопром», применены последствия недействительности сделки в виде возврата автомобиля Toyota Land Cruiser Prado 2014 года выпуска, VIN <***> в конкурсную массу должника и восстановления задолженности перед обществом «Мясопром» на сумму 414 500 руб.

Впоследствии в связи с установленным фактом совершения недобросовестных действий со стороны общества «Мясопром» в порядке реституции при возвращении в сохранности спорного автомобиля в конкурную массу определением суда от 25.02.2021 в удовлетворении заявления общества «Мясопром» о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 414 500 руб. отказано.

Кроме того, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Оренбургской области от 23.09.2020 по данному делу признан недействительным договор купли–продажи автотранспорта от 04.07.2018 № 04-07/2018, заключенный обществом «Стройтехноресурс» с ФИО9 (осуществлял трудовую деятельность в обществе «Стройтехноресурс» в должности заведующего комплекса по убою скота), применены последствия недействительности сделки в виде возврата транспортного средства Toyota RAV 4 2016 года выпуска, VIN <***> в конкурсную массу должника.

Ссылаясь на вышеизложенное,  конкурсной управляющий должником обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО1, ФИО5 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Стройтехноресурс».

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования и признавая доказанным наличие оснований для привлечения всех указанных ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, указал, в частности, на то, что сделками, совершенными с участием ФИО2, общество «Стройтехноресурс» доведено до банкротства и что именно эти сделки нанесли вред имущественным интересам кредиторов, учитывая, что на момент когда указанный ответчик перестал руководить должником и перестал быть его участником реального наличия каких-то значительных активов на десятки миллионов рублей не подтверждено ничем, кроме бухгалтерской отчетности; а ответчики ФИО1 и ФИО5, являясь номинальными руководителями должника, действовали совместно с ФИО2, не предпринимая хоть какие-то действия, направленные на продолжение финансово-хозяйственной деятельности общества «Стройтехноресурс».

Повторно исследовав и оценив материалы обособленного спора, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными указанным Законом.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закон № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

При этом нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

В соответствии с пунктом 1 действующей с 30.07.2017 по настоящее время статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (абзац 1 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Исходя из пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 53), под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, при этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

В пункте 17 постановления Пленума № 53 разъяснено, что указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Процесс доказывания обозначенного выше основания привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума ВС РФ № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения о том, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непредставлении, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Смысл названной презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Федерального закона (абзац 3 пункта 4 статьи 10, подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 23 постановления Пленума № 53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

Обстоятельства, составляющие презумпцию, не подменяют обстоятельства самого правонарушения (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Любая презумпция носит опровержимый характер и иное может быть доказано лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Из разъяснений, данных в пункте 22 постановления Пленума ВС РФ № 53, следует, что в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 АПК РФ).

При этом согласно требованиям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В рассматриваемом случае судом установлено следующее.

Общество «Стройтехноресурс» с момента смены учредителя и руководителя с ФИО2, накануне чего последним от имени должника совершены сделки, повлекшие выбытие ликвидных активов должника, признанные впоследствии недействительными, никакую финансово-хозяйственную деятельность не вело, движение денежных средств по банковскому счету общества отсутствовали, карточка с образцами подписей к банковскому счету на последующих последовательно сменивших друг друга руководителей не переоформлялась.

Сделки, признанные недействительными, справедливо расценены судом как имеющие причинно-следственную связь с банкротством общества «Стройтехноресурс».

Реальные многомиллионные активы должника отражены в бухгалтерской отчетности общества формально, фактически установить их расшифровку, основания приобретения и контрагентов не представилось возможным, а ликвидные активы, отчуждены по спорным сделкам в пользу юридического лица, фактически продолжившего деятельность должника.

Наряду с этим суд обоснованно принял во внимание тот факт, что задолженность общества «Стройтехноресурс» перед ФИО2 в сумме 12 090 066,00 руб., включенная в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Оренбургской области от 13.07.2020 по настоящему делу, указанным ответчиком не истребовалась с момента официального  прекращения его участия в деятельности должника вплоть до обращения с соответствующим заявлением 10.03.2020 в рамках данного дела.

Для рядового лица, принявшего для себя решение прекратить полностью участие в деятельности конкретной организации, представляется неразумным непринятие после этого на протяжении более чем года каких-либо мер по истребованию значительной по сумме задолженности от соответствующей организации, перешедшей в пользу иных лиц-бенефициаров.

Исходя из изложенного, суд сделал обоснованный вывод о том, что общество «Стройтехноресурс» фактически никогда не выбывало из-под влияния ФИО2 и совокупность обстоятельств, установленных в рамках настоящего обособленного спора, позволяет признать доказанным наличие оснований для привлечения данного контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности невозможности погашения требований кредиторов.

По существу доводы конкурсного управляющего ФИО2 документально не опроверг (статьи 8, 9, 65, 66 АПК РФ).

Позиция данного ответчика как процессуального оппонента по отношению к конкурсному управляющему должником и предъявленным им требованиям фактически сводилась к указанию на то, что вся документация должника передана сменившему директору – ФИО10

Вместе с тем, во-первых, это само по себе не освобождало бы ФИО2 в данном случае от субсидиарной ответственности, а, во-вторых, совокупность собранной по обособленному спору доказательственной базы объективно ставит под сомнение реальность передачи документации общества «Стройтехноресурс» от ФИО2, ФИО10 по акту от 09.01.2019 № 1, о фальсификации которого заявлено ФИО10

 ФИО2 уклонился, как от выражения позиции относительно исключения документа из числа доказательств, так и от участия в процессе в целом.

При этом суд полагает возможным принять во внимание выводы, изложенные в заключении специалиста о 04.04.2024 (т. 1, л.д. 111-151), а также следующие пояснения ФИО10: он с 2018 года занимается предпринимательской деятельностью в сфере промышленности, развитием технологий производства, в конце 2018 года с целью участия в торгах хотел приобрести долю в уставном капитале какого-либо действующего ООО,  изучив соответствующие предложения о продаже, размещенные в сети Интернет, остановил свой выбор на обществе «СтройТехноРесурс», которое, по официальным данным имело хорошие обороты и вело деятельность около 8 лет; принял решение о покупке доли в уставном капитале общества «СтройТехноРесурс» после полного анализа финансово-хозяйственной деятельности компании в качестве ее директора; для целей назначения себя директором должника предоставил необходимые персональные данные (паспорт, ИНН) и у нотариуса города Москвы ФИО11 (<...>) заверил необходимое заявление для налоговой; а затем на стадии регистрации документов по смене юридического адреса должника в ИФНС по Московской области г. ФИО12, на адрес места жительства ответчика (на тот момент СНТ «Земляничное») осуществлен выезд сотрудников налоговой инспекции с целью проверки места нахождения компании и ее руководителя, которые пояснили, что компания имеет непогашенные налоговые обязательства, в связи с чем отказался от продолжения регистрационных действий по смене юридического адреса и от приобретения доли в уставном капитале общества;  с ФИО2 после случившегося была достигнута устная договоренность о том, что им будут совершены действия по смене директора, а о том, что она не исполнена  узнал только 17.06.2020 в рамках материалов проверки от 27.05.2020 КУСП № 2349 сотрудниками ОЭБиПК ОМВД России по городскому округу ФИО12, когда ФИО1 была предъявлена на обозрение копия от 09.01.2019 акта № 1 о передаче ему от ФИО2 документов, касающихся деятельности общества «СтройТехноРесурс».

По мнению судебной коллегии, изложенные пояснения ФИО1 о том, в связи с какими обстоятельствами он изначально принял решение об участии в деятельности должника, но потом изменил его и фактически так и не вступал в должность руководителя общества, соответствуют действительности.

Не установлено никаких «следов» участия ФИО1 в деятельности должника, наряду с чем из поступивших по запросу суда копий материалов регистрационного дела в отношении общества «СтройТехноРесурс» следует, что от имени ФИО1 имеется единственное заявление о смене директора, а последующее внесение записи о прекращении полномочий ФИО1 и о назначении на эту должность ФИО5 произведено в связи с представлением Приказа от 10.10.2019  № 13, подписанного самим ФИО5, из которого следует, что назначение его на должность состоялось на основании решения единственного учредителя от 01.08.2019, при этом само данное решение отсутствует.

При  таких обстоятельствах в их совокупности суд апелляционной инстанции считает, что вывод суда о доказанности наличия достаточных оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не соответствует имеющимся в материалах спора доказательствам и установленным на их основании фактическим обстоятельствам.

В рамках рассматриваемой категории дел необходимо привести ясные и убедительные доказательства вины привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8) и общие абстрактные выводы об их недобросовестности (неразумности) недопустимы.

Между тем, в данном случае изложенное не позволяет сделать вывод о возможности отнести ФИО1 к числу таких номинальных руководителей, которые, по общему правилу, отвечают с наряду с фактическим бенефициаром солидарно.

С учетом представленных в материалы спора документов именно ФИО2 следует признать заинтересованным в сокрытии документации должника и его активов, наряду с чем не представляется возможным установить разумную цель оказывать содействие этому со стороны ФИО1

При таких обстоятельствах обжалуемое определение подлежит отмене в части удовлетворения требований, предъявленных к ФИО1 (пункты 2, 3 части 1 статьи 270 АПК РФ).

В удовлетворении соответствующих требований в порядке пункта 2 статьи 269 АПК РФ следует отказать, апелляционная жалоба ФИО1 подлежит удовлетворению.

Судебный акт в части признания доказанными оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отмене не подлежит.

Апелляционную жалобу ФИО2 следует оставить без удовлетворения.

         Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловными основаниями для отмены вынесенного судебного акта, не установлено.

 Руководствуясь статьями 176, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд 

постановил:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 01.12.2023 по делу № А47-10668/2019 изменить в части, апелляционную жалобу ФИО1 удовлетворить.

Изложить резолютивную часть в следующей редакции:

«Заявление конкурсного управляющего удовлетворить частично.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5, ФИО2 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника.

В удовлетворении требований конкурсного управляющего, предъявленных к ФИО1, отказать.

Приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего должником ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами.».

Апелляционную жалобу ФИО2 оставить без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья                                      Т.В. Курносова


Судьи:                                                                            А.Г. Кожевникова


                                                                                         А.А. Румянцев