Постановление от 13 ноября 2019 г. по делу № А29-10655/2016



АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А29-10655/2016


13 ноября 2019 года



Резолютивная часть постановления объявлена 07.11.2019.

Постановление в полном объеме изготовлено 13.11.2019.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Ногтевой В.А., Прытковой В.П.


при участии представителей

от общества с ограниченной ответственностью «Цементная северная компания»

в лице конкурсного управляющего Намазова Салиха Чингиз оглы:

Тиранова А.Е. по доверенности от 19.06.2019

и Кутиненко Д.С. по доверенности от 19.06.2019,

от общества с ограниченной ответственностью «Северный цемент»:

Мочаловой Е.В. по доверенности от 26.04.2019


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

общества с ограниченной ответственностью «Цементная северная компания»

в лице конкурсного управляющего Намазова Салиха Чингиз оглы


на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 08.08.2019

по делу № А29-10655/2016 Арбитражного суда Республики Коми


по заявлениям общества с ограниченной ответственностью

«Воркутинский цементный производственный комплекс»

(ИНН: 1101069160, ОГРН: 1081103000956)

и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью

«Цементная северная компания» (ИНН: 1101077259, ОГРН: 1091101008371)

Намазова Салиха Чингиз оглы

о признании сделки недействительной и

о применении последствий ее недействительности,


третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, −

временный управляющий общества с ограниченной ответственностью

«Воркутинский цементный производственный комплекс»

Станкевич Анатолий Алексеевич,


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Цементная северная компания» (далее – Компания; должник) конкурсный кредитор должника – общество с ограниченной ответственностью «Воркутинский цементный производственный комплекс» (далее – Производственный комплекс) и конкурсный управляющий Компании Намазов Салих Чингиз оглы обратились в Арбитражный суд Республики Коми с заявлениями, уточненными в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и объединенными судом в одно производство для совместного рассмотрения, о признании недействительной сделкой договора толлинга от 01.04.2016 № 17/Т, заключенного Компанией (переработчик) и обществом с ограниченной ответственностью «Северный цемент» (далее – Общество; ответчик), и о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с Общества в конкурсную массу должника 19 159 415 рублей 97 копеек убытков, возникших в результате исполнения договора толлинга.

Заявления конкурсного кредитора и конкурсного управляющего основаны на пунктах 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьях 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы тем, что спорная сделка совершена Компанией при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной, в ущерб имущественным интересам кредиторов должника и при злоупотреблении сторонами правом.

К участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительного предмета спора, привлечен временный управляющий Производственного комплекса Станкевич Анатолий Алексеевич.

Суд первой инстанции определением от 24.04.2019 признал недействительным договор толлинга от 01.04.2016 № 17/Т на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в качестве применения последствий недействительности сделки взыскал с ответчика в конкурсную массу должника 19 159 415 рублей 97 копеек убытков, возникших в результате исполнения договора толлинга, определенных по результатам проведения судебной экспертизы.

Второй арбитражный апелляционный суд постановлением от 08.08.2019 отменил определение от 24.04.2019 и отказал в удовлетворении заявлений о признании договора толлинга недействительным (ничтожным), сделав вывод о недоказанности неравноценного встречного исполнения по спорной сделке и, как следствие, причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Не согласившись с судебным актом апелляционной инстанции, Компания в лице конкурсного управляющего Намазова С.Ч.о. обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление от 08.08.2019 и оставить в силе определение суда первой инстанции от 24.04.2019.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на ошибочность выводов суда апелляционной инстанции, не соответствующих фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам.

Как полагает заявитель кассационной жалобы, на момент заключения договора толлинга Компания отвечала признакам неплатежеспособности, находилась в тяжелом финансовом состоянии и имела неисполненные обязательства перед кредиторами, о чем ответчик был осведомлен через ООО «Мюрего», осуществлявшее одновременно бухгалтерское обслуживание должника и Общества; согласно пояснениям бывшего руководителя Компании Ломако А.В. заключение договора толлинга способствовало продолжению хозяйственной деятельности должника в условиях его неплатежеспособности и заблокированных по требованию налогового органа расчетных счетов. Целью заключения договора являлось не ведение Компанией обычной хозяйственной деятельности, а перевод части осуществляемой деятельности на Общество. В результате исполнения договора толлинга должник с 01.04.2016 продолжил выполнять лишь часть из всего комплекса работ по производству цемента на уровне себестоимости (получение прибыли не предполагалось); функции снабжения сырьем и продажи готовой продукции, а, следовательно, и возможность получения денежных средств от реализации цемента, были переведены на ответчика, в связи с чем Компания утратила возможность проведения расчетов с кредиторами, финансирование должника осуществлялось третьим лицом – Обществом – напрямую с поставщиками и иными контрагентами по финансовым распоряжениям Компании. Заключение договора толлинга не принесло и не могло принести выгоды от хозяйственной деятельности должника, не имело для него экономического смысла и, по сути, являлось убыточным. Суд апелляционной инстанции не дал надлежащей правовой оценки приведенным обстоятельствам.

По мнению заявителя жалобы, сам по себе факт передачи конкурсным управляющим эксперту базы данных бухгалтерского учета 1С на электронном носителе не свидетельствует о нарушениях, являющихся основанием для исключения заключения эксперта из числа доказательств; в целях проверки возражений ответчика по экспертному заключению эксперт давал письменные и устные пояснения в суде первой инстанции; позиция Общества относительно несогласия с экспертным заключением сводилась лишь к процессуальному вопросу, касающемуся использования базы 1С без заявления мотивированных возражений на сведения, полученные из базы; каких-либо новых доказательств, не учтенных экспертом, ответчик не представил. В то же время для разрешения настоящего спора требуются специальные познания, однако суд апелляционной инстанции необоснованно отказал конкурсному управляющему в удовлетворении его ходатайства о вызове в судебное заседание эксперта, и, признав экспертное заключение недопустимым доказательством, в нарушение статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не предложил участвующим в деле лицам решить вопрос о назначении повторной экспертизы.

Заявитель считает, что вывод апелляционного суда о прибыльности деятельности Компании в 2016 году не соответствует данным ее годового бухгалтерского баланса, отчет о прибылях и убытках должника за 2016 год содержит искаженные сведения, что подтверждается показаниями директора ООО «Мюрего» Захряминой Т.И.; представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют о согласованности действий сторон спорного договора в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. При этом действия конкурсного управляющего по оспариванию сделки и по взысканию с Общества в пользу Компании задолженности по договору толлинга в рамках дела № А56-39825/2018 направлены прежде всего на пополнение конкурсной массы для наиболее полного удовлетворения требований кредиторов должника.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе. Представители Общества в письменном отзыве на кассационную жалобу и в ходе судебного заседания отклонили доводы заявителя, указав на законность и обоснованность принятого апелляционной инстанцией судебного акта.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 08.08.2019 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе и в отзыве на нее, и заслушав представителей явившихся лиц, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованного судебного акта.

Как следует из материалов дела, Общество (давалец) и Компания (переработчик) заключили договор толлинга от 01.04.2016 № 17/Т, по условиям которого давалец обязался передавать переработчику сырье для переработки и изготовления продукции, а переработчик – возвращать давальцу готовую продукцию; при передаче сырья перехода права собственности на него не происходит. В пунктах 4.1 и 4.2 договора стороны согласовали, что стоимость работ по договору определяется на основании актов выполненных работ, являющихся неотъемлемой частью договора; цена договора включает в себя компенсацию издержек переработчика, которые он несет при выполнении работ.

В материалы дела представлены ежемесячные отчеты об использовании давальческого сырья за период с апреля по декабрь 2016 года, а также акты приемки-передачи готовой продукции за аналогичный период, в которых отражен объем полученного сырья, материалов и продукции.

Арбитражный суд Республики Коми определением от 17.10.2016 принял к производству заявление Производственного комплекса и возбудил дело о несостоятельности (банкротстве) Компании; определением от 21.11.2016 ввел в отношении должника процедуру наблюдения; решением от 06.04.2017 признал Компанию несостоятельной (банкротом) и открыл в отношении ее имущества конкурсное производство.

Посчитав, что договор толлинга от 01.04.2016 № 17/Т заключен при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной, злоупотреблении сторонами правом в ущерб имущественным интересам кредиторов должника, Производственный комплекс и конкурсный управляющий Компании оспорили законность сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. Неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (абзацы второй – четвертый пункта 8 Постановления № 63).

Договор толлинга от 01.04.2016 № 17/Т заключен за шесть месяцев до возбуждения производства по делу о признании должника банкротом (17.10.2016), то есть в период подозрительности, предусмотренный в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при котором не требуется доказывание обстоятельств, касающихся недобросовестности контрагента.

Предметом договора толлинга является переработка Компанией переданного Обществом сырья и изготовление продукции. В качестве неравноценного встречного предоставления по сделке заявители ссылаются на заниженную стоимость оплаченных Обществом услуг.

При решении вопроса о равноценности встречного исполнения по спорному договору суд апелляционной инстанции оценил заключение судебной экспертизы, проведенной с целью определения стоимости переработки сырья, по правилам части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 и частей 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не признал указанное заключение эксперта надлежащим доказательством неравноценности встречного предоставления по сделке, посчитав, что выводы эксперта о себестоимости переработки сырья документально не подтверждены, основаны на несопоставимых данных, полученных экспертом самостоятельно, без учета ряда корректировок. Апелляционный суд учел осуществление Компанией переработки сырья для других организаций – заказчиков по аналогичным договорам, в связи с чем счел сомнительными данные заключения эксперта и отнесение им затрат на производство в полном объеме исключительно на переработку сырья по спорному договору толлинга.

Кроме того, в силу двенадцатого абзаца статьи 16 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт не вправе самостоятельно собирать материалы для производства судебной экспертизы.

Суд апелляционной инстанции установил, что при проведении судебной экспертизы экспертом в нарушение приведенной нормы Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ и части 1 статьи 83, части 1 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации использованы материалы (база 1С Компании на электронном носителе), представленные непосредственно конкурсным управляющим. Данные материалы судом на экспертизу не направлялись, в суд первой инстанции представлены не были, к экспертному заключению не приложены.

При таких условиях апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о том, что наличие убытков, причиненных в результате исполнения сторонами договора толлинга, определено экспертом на основании недопустимых доказательств.

Как установил суд апелляционной инстанции, договор толлинга исполнялся сторонами длительное время; возмещение затрат на железнодорожные перевозки и оплату электроэнергии стороны согласовали в двухсторонних актах; данные о количестве использованного давальческого сырья, отраженные в отчетах, соотносятся с данными, указанными в актах приема-передачи сырья в переработку; стоимость услуг по переработке ежемесячно согласовывалась с должником; при этом в материалы дела не представлены расчеты, калькуляция, используемые Компанией при определении такой стоимости; довод конкурсного управляющего о том, что в цену услуг включена исключительно компенсация издержек переработчика не основана на соответствующих доказательствах.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции посчитал спорный договор толлинга соответствующим основному виду деятельности Компании – производству цемента, и направленным на осуществление обычной хозяйственной деятельности должника.

Апелляционный суд принял во внимание, что договор толлинга не является безвозмездным; в материалы дела не представлено доказательств убыточности деятельности должника в результате заключения договора.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания договора толлинга от 01.04.2016 № 17/Т совершенным в условиях неравноценного встречного исполнения обязательств со стороны Общества.

По правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

– стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет 20 и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – 10 и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

– должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

– после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 Постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что согласно абзацу 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с разъяснениями, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63, презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Суд апелляционной инстанции счел недоказанными факты причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате заключения и исполнения договора толлинга от 01.04.2016 № 17/Т, а равно аффилированности или иной заинтересованности Общества по отношению к должнику. Довод заявителя жалобы об осуществлении бухгалтерского обслуживания Компании и Общества одной организацией не опровергает данного вывода.

Доказательств ухудшения финансового положения должника, уменьшения стоимости его активов либо увеличения размера обязательств в результате совершения спорного договора в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для признания оспоренного договора толлинга недействительной сделкой по правилам, предусмотренным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено: если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершив спорные сделки, стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Между тем указанные доказательства в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлены.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требований о признании договора толлинга от 01.04.2016 № 17/Т недействительной (ничтожной) сделкой.

Доводы заявителя кассационной жалобы о необоснованном отказе суда апелляционной инстанций в удовлетворении его ходатайства о вызове эксперта в судебное заседание и о нерассмотрении вопроса о назначении повторной судебной экспертизы, подлежат отклонению, как несостоятельные.

В соответствии с абзацем вторым части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству лица, участвующего в деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван в судебное заседание.

В рассмотренном случае эксперт Урнышева Н.В. была вызвана в суд первой инстанции для дачи пояснений и ответила на все вопросы суда и лиц, участвующих в деле, относительно проведенного экспертного исследования, а также представила в материалы дела письменные пояснения.

Согласно части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

В случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов (часть 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вопрос о необходимости проведения экспертизы в силу статей 82 и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу. Назначение проведения дополнительной экспертизы является правом, а не обязанностью суда. Такое право суд может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

В связи с отсутствием названных обстоятельств суд апелляционной инстанции обоснованно разрешил спор по имеющимся в деле доказательствам. Суд в том числе учел, что в суде первой инстанции был поставлен вопрос о необходимости назначения повторной экспертизы, от проведения которой участники спора отказались.

Ссылка заявителя жалобы в обоснование приведенных доводов на судебную практику не может быть принята во внимание, поскольку названные конкурсным управляющим судебные акты приняты по делам, обстоятельства которых не идентичны обстоятельствам, установленным в рамках настоящего спора.

Выводы суда апелляционной инстанции отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (части 1 и 2 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170, пункт 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), соответствуют нормам материального и процессуального права.

Материалы дела исследованы апелляционным судом полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованном судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены судебного акта апелляционной инстанции по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы составляет 3000 рублей и относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 08.08.2019 по делу № А29-10655/2016 Арбитражного суда Республики Коми оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Цементная северная компания» в лице конкурсного управляющего Намазова Салиха Чингиз оглы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий


Е.В. Елисеева



Судьи


В.А. Ногтева

В.П. Прыткова