Постановление от 8 февраля 2022 г. по делу № А60-21733/2015

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-9995/2015(41,42,43)-АК

Дело № А60-21733/2015
08 февраля 2022 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2022 года.


Постановление в полном объеме изготовлено 08 февраля 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей Даниловой И.П., Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

при участии в судебном заседании:

от ФИО2: ФИО3 (паспорт, доверенность от 27.03.2021);

при участии в судебном заседании посредством веб-конференции:

от конкурсного управляющего ФИО4: ФИО5 (паспорт, доверенность от 12.05.2020);

от ФИО6: ФИО7 (паспорт, доверенность от 06.04.2021);

от ФИО8: ФИО9 (удостоверение, доверенность от 17.02.2021), ФИО10 (удостоверение, доверенность от 23.04.2021);

от кредитора общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «НКМЗ»: ФИО11 (паспорт, доверенность от 16.07.2019);

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО4, лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, ФИО2 и ФИО8,

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 22 октября 2021 года

о результатах рассмотрения заявлений конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО8, ФИО2, ФИО14,

вынесенное в рамках дела №А60-21733/2015

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Терра» (ИНН <***>),

третье лицо: финансовый управляющий ФИО8 ФИО12,



установил:

13.05.2015 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Нортэк Сервис» (далее – общество «Нортэк Сервис») о признании общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Терра» (далее – общество «УК «Терра», должник) несостоятельным (банкротом), которое определением суда от 25.05.2015 принято к производству, возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.06.2015 (резолютивная часть от 19.06.2015) в отношении общества «УК «Терра» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО13 (далее – ФИО13), член Некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация независимых арбитражных управляющих «Дело».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 27.06.2015 №112.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.01.2016 (резолютивная часть от 14.01.2016) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее – ФИО4), член Некоммерческого партнерства «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 23.01.2016 №10.

В арбитражный суд 18.01.2017 поступило заявление конкурного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 (далее – ФИО6), ФИО8 (долее – ФИО8), ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО14 (далее – ФИО14).

Определением от 02.03.2017 производство по рассмотрению настоящего заявления приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

04.02.2021 от конкурного управляющего поступило ходатайство о возобновлении производства по заявлению конкурного управляющего ФИО4

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.02.2021 производство по обособленному спору возобновлено.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.10.2021 (резолютивная часть от 19.08.2021) судом признаны доказанными основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО8 и ФИО2 В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано. Рассмотрение заявления приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным определением суда, конкурсный управляющий ФИО4, а также лица, привлекаемые к субсидиарной ответственности, ФИО2 и ФИО8 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят указанный судебный акт отменить.

В обоснование своей апелляционной жалобы конкурсный управляющий ФИО4 приводит доводы о несогласии с определением суда в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО6 за неподачу заявления о несостоятельности (банкротстве) должника. Полагает, что материалами дела доказано наличие оснований для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по подаче заявления о банкротстве должника в период с 30.07.2014 по 29.08.2014, поскольку по данным бухгалтерского баланса за 2013 год у должника имелись убытки от его финансово-хозяйственной деятельности и 29.07.2014 Коммерческим Банком «Кольцо Урала» обществом с ограниченной ответственностью (далее – Банк «Кольцо Урала», Банк) предъявлено требование о досрочном возврате кредита.

В обоснование своей апелляционной жалобы ФИО2 указывает на то, что в отношении него необоснованно установлены основания для привлечения к субсидиарной ответственности и сделаны неверные выводы о наличии у него статуса контролирующего должника лица, полагает, что к субсидиарной ответственности подлежат привлечению все иные ответчики, за исключением его самого. Ссылается на то, что судом не были рассмотрены и отражены в обжалуемом определении доводы, которые по существу доказывали отсутствие оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности; указывает на недопустимость возложения на ФИО2 двойной ответственности по одному и тому же материальному требованию, вытекающему из кредитных обязательств перед Банком «Кольцо Урала», правопреемником которого в настоящее время является общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «НКМЗ» (далее – общество «ТД «НКМЗ»). Обращает внимание, что в его действиях отсутствуют признаки виновного поведения, которое могло бы привести общество к невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника. Также ФИО2 отмечает, что представленное в материалы дела постановление о привлечении его в качестве обвиняемого и иные пояснения по уголовному делу опровергают выводы судов в рамках настоящего дела о банкротстве, поскольку данные документы представлены в каждый обособленный спор дела; материалы обособленного спора не содержат доказательств наличия у должника сделок с предпочтением либо подозрительных сделок, заключение которых было согласовано либо одобрено ФИО2, либо заключенных по его инициативе. Указывает на предоставление в дело достаточных доказательств отсутствия у ФИО2 контроля над номинальным директором ФИО6, настаивая на том, что контролирующими должника лицами являлись ФИО8, ФИО6 и ФИО14

Обращаясь со своей апелляционной жалобой, ФИО8 указывает на то, что при рассмотрении настоящего обособленного спора суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований и фактически по своей инициативе применил к апеллянту правовые основания для привлечения его к субсидиарной ответственности; также отмечает отсутствие в материалах дела доказательств, достаточных для установления совокупности оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности. Указывает, что материалами дела и последовательными показаниями свидетелей подтверждается, что фактический контроль над обществом осуществлялся семьей Ш-вых. Кроме того, ФИО8 полагает отсутствующей причинно-следственную связь между совершенными должником следками и основаниями для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2021 апелляционная жалоба конкурсного управляющего ФИО4 принята к производству суда, назначено судебное заседание на 20.12.2021 под председательством судьи Нилоговой Т.С.

Определением от 26.11.2021 приняты к производству суда апелляционные жалобы лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, ФИО2 и ФИО8, судебное заседание назначено на 20.12.2021.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2021 в порядке и на основании части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное разбирательство отложено до 13.01.2022.

До начала судебного разбирательства от ФИО2 поступил письменный отзыв на апелляционные жалобы конкурсного управляющего и ответчика ФИО8, согласно которому просит в удовлетворении жалоб отказать.

От ФИО8 и его финансового управляющего ФИО12 поступили отзывы на апелляционные жалобы конкурсного управляющего и ответчика ФИО2, согласно которым указанные лица доводы жалоб считают необоснованными, направленными на переоценку обстоятельств дела, при этом ФИО8 в своем отзыве просит отменить обжалуемое определение суда в части признания доказанными оснований для привлечения ФИО8 к ответственности, в остальной части просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

От ответчика ФИО6 поступил отзыв на апелляционные жалобы, согласно которому последний просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

От кредитора общества «ТД «НКМЗ» также поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу ФИО2, согласно которому просит в удовлетворении жалобы отказать.

Участвующий в судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника доводы своей апелляционной жалобы поддержал, просил отменить судебный акт в обжалуемой им части, а именно в части отказа в установлении оснований для привлечения ФИО6 к ответственности за необращение в суд с заявлением о банкротстве должника, также возражал против удовлетворения апелляционных жалоб ФИО8 и ФИО2

Представитель ФИО8 доводы своей апелляционной жалобы поддержал, возражал против удовлетворения иных апелляционных жалоб.

Представитель ФИО2 на доводах своей апелляционной жалобы настаивал, просил отменить судебный акт по заявленным основаниям. Против доводов апелляционной жалобы ФИО8 возражал, при этом отметил, что доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего об ином периоде возникновения признаков объективного банкротства должника поддерживает.

Представители ФИО6 и общества «ТД «НКМЗ» возражали против удовлетворения апелляционных жалоб, указывая на законность и обоснованность обжалуемого определения суда.

В судебном заседании 13.01.2022 также рассмотрено заявление ФИО2 об отводе судьи Даниловой И.П., в удовлетворении которого отказано, о чем вынесено определение.

Иные лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в судебное заседание представителей не направили. В силу части 3 статьи 156, статьи 266 АПК РФ жалобы рассмотрены в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) должник зарегистрирован в качестве юридического лица 24.06.2011 Инспекцией Федеральной налоговой службы по Ленинскому району г. Екатеринбурга.

Единственным участником с момента создания и по 24.10.2013 являлся ФИО14

Согласно решению единственного участника общества «УК «Терра» от 30.01.2013 ФИО14 по собственному желанию был освобожден с должности директора общества, руководителем (директором) назначен ФИО6 (запись внесена 15.02.2013).

С 25.10.2013 до 13.03.2014 единственным участником должника являлся ФИО6 При этом ФИО14 продал свою долю в обществе на основании удостоверенного нотариусом договора от 19.02.2013, т.е. уже с 19.02.2013 все права единственного участника должника приобрел ФИО6, соответственно такие права утратил ФИО14

С 13.03.2014 единственным участником должника являлось общество с ограниченной ответственностью «ЕКБ-Профит» (далее – общество «ЕКБ-Профит»), участниками которого, в свою очередь, являлись ФИО2 и ФИО8 с равными долями участия в уставном капитале по 50%, директором – ФИО8 Руководителем должника продолжал оставаться ФИО6

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий ссылался на неисполнение обязанности по подаче заявления о признании общества «УК «Терра» несостоятельным (банкротом) в суд.

Так, конкурсный управляющий указал на то, что должник стал отвечать признакам неплатежеспособности в период руководства директора ФИО6, поскольку образовалась задолженность перед Администрацией города Екатеринбурга, ПАО «Энергосбыт Плюс», обществами с ограниченной ответственностью ЧОО «Ланцелот Ек», «Энергоснабжающая компания», «Нортэк Сервис», которая была признана судами обоснованной и включена в реестр требований кредиторов должника. По итогам 2013 года должник от своей финансово-хозяйственной деятельности получил убытки, а 29.07.2014 Коммерческим Банком «Кольцо Урала» обществом с ограниченной ответственностью (далее – Банк «Кольцо Урала», Банк) предъявлено требование о досрочном возврате кредита. В связи с указанным, конкурсный управляющий просил привлечь ФИО6 к субсидиарной ответственности в связи с необращением руководителя должника с заявлением о банкротстве общества.

Кроме того, конкурсный управляющий полагал, что имеются основания для привлечения ФИО6 к ответственности в связи с непередачей всей документации должника о деятельности общества.

Помимо этого конкурсный управляющий настаивал на том, что в результате действий контролирующих должника лиц общество не смогло рассчитаться с кредиторами, при этом управляющий сослался на следующие обстоятельства.

В рамках настоящего дела №А60-21733/2015 рассмотрены материалы обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой сделки, заключенной между ФИО6 и обществом «УК «Терра», в целях применения последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования общества «УК «Терра» к ФИО6 по оплате увеличения уставного капитала общества «УК «Терра» в размере 97 100 000 руб. Указанная сделка заявлена как сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, подозрительная сделка на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закона о банкротстве, Закон).

Также в рамках настоящего дела №А60-21733/2015 рассмотрен обособленный спор по заявлению конкурсного кредитора общества «Нортэк-Сервис» о признании ничтожной сделкой кредитного договора от 20.02.2013 №3699/клв-13, заключенного между Банком «Кольцо Урала» и обществом «УК «Терра», в рамках которого должником были получены кредитные средства в размере 592 988 088 руб. 58 коп., а должником во исполнение и со ссылкой на указанный кредитный договор были выплачены банку денежные средства в размере 121 018 293 руб. 23 коп. Указанная сделка заявлена как сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, подозрительная сделка на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По результатам рассмотрения обособленных споров конкурсному управляющему стало известно о том, что ФИО6 в период руководства деятельностью должника исполнял обязательные для него поручения ФИО8 и ФИО2

Кроме того, по сведениям ЕГРЮЛ единственным участником общества «УК «Терра» на дату заключения кредитного договора с Банком «Кольцо Урала» являлся ФИО14

Следовательно, по версии управляющего, одобрение крупной сделки для должника было дано единственным участником должника – ФИО14

Согласно материалам обособленного спора, в частности, протоколам допросов свидетелей ФИО6, ФИО8, ФИО2, ФИО15, ФИО16, ФИО14, именно ФИО8 являлся в указанный период времени непосредственным руководителем ФИО6

Инициатива назначения ФИО6 на должность директора должника исходила от ФИО8 и была им согласована с ФИО2 При этом ФИО8 и ФИО2 являются сособственниками общества «ЕКБ-Профит», которое, в свою очередь, с 2014 года является единственным участником общества «УК «Терра»; директором общества «ЕКБ-Профит» является ФИО8

Непосредственным (фактическим) руководителем должника в период руководства ФИО6 являлась ФИО17 (финансовое руководство осуществляла ФИО16).

Указанные лица наравне с ФИО8 давали ФИО6 обязательные для исполнения поручения, в свою очередь, эти поручения им поступали от ФИО2

Помимо прочего, в рамках указанных выше обособленных споров установлено наличие в досье Банка «Кольцо Урала» копии договора займа от 10.02.2013 №1 (заимодавец – ФИО6, заемщик – общество «УК «Терра»), согласно договору заемщику будут переданы денежные средства в сумме 97 000 000 руб. путем перечисления или векселями в срок до 31.12.2014, что также оценивалось наряду с другими документами досье и повлияло на оценку возможности выдачи должнику кредита, хотя источник погашения, как указано судом, по сути, отсутствовал.

Также в рамках настоящего дела №А60-21733/2015 рассмотрен обособленный спор по заявлению конкурсного кредитора общества «ТД «НКМЗ» о признании ничтожной сделкой соглашения об отступном от 30.04.2015 №3699/ОТС-15, заключенного между обществом «УК «Терра» и Банком «Кольцо Урала», согласно которому должник обязался передать по акту приема-передачи объекты недвижимости в собственность банка в счет прекращения обязательств по кредитному договору в сумме 300 000 000 руб. Указанная сделка заявлена как сделка, влекущая за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами должника (статья 61.3 Закона о банкротстве).

Конкурсный управляющий указывает, что согласно материалам дела к лицам, дававшим обязательные для исполнения должником указания и имевшие возможность определять действия должника, в том числе путем оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника, относятся ФИО8 и ФИО2

Указанные лица являются участниками (собственниками) единственного участника должника – общества «ЕКБ-Профит».

Ссылаясь на вышеобозначеные обстоятельства, в своем первоначальном заявлении конкурсный управляющий указывал на наличие возможности привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника следующих лиц: ФИО6, ФИО8, ФИО2 и ФИО14

При подаче заявления о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий настаивал на том, что общество «УК «Терра» стало отвечать признакам неплатежеспособности на даты 11.06.2013, 19.10.2014, 06.02.2015, 16.02.2015, 01.03.2015 (т.е., истечение трех месяцев с даты возникновения непогашенной в срок задолженности в размере более 100 000 руб.).

В дальнейшем, в своих уточнениях к заявленным требованиям, конкурсный управляющий указал на то, что датой возникновения признаков неплатежеспособности следует считать дату 16.02.2015 (предпоследняя дата из указанных выше), поскольку в указанную дату истекла обязанность по погашению долга перед независимым кредитором, тогда как дата 01.03.2015 была рассчитана для взаимосвязанного с должником кредитора общества «Нортэк Сервис»; учету подлежат ранее просроченные и сопоставимые по объему обязательства; в указанный период руководителю должно было быть очевидно известно о сложном финансовом состоянии общества.

Также, уточняя заявленные требований, конкурсный управляющий просил привлечь ФИО6, ФИО8, ФИО2, ФИО14 к субсидиарной ответственности. При этом, просил взыскать солидарно с ФИО6, ФИО8 и ФИО2 сумму обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника, в общем размере 10 335 730 руб. 48 коп.; взыскать солидарно с ФИО6, ФИО8, ФИО2 и ФИО14 в пользу общества «УК «Терра» сумму, равную совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов и заявленных после закрытия реестра требований кредиторов, а также требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества общества «УК «Терра», в общем размере 961 425 470 руб. 96 коп.

Рассмотрев заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО8 и ФИО2 по основанию пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в удовлетворении остальной части заявленных требований суд отказал. Также судом приостановлено рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами в части установления размера такой ответственности.

Исследовав материалы дела в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, обсудив доводы апелляционных жалоб, отзывов конкурсного кредитора на них, а также его письменные пояснения, заслушав участников процесса, арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 5 статьи 129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу указанного федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. Предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Из материалов дела следует, что заявление конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника поступило в арбитражный суд 18.01.2017, обстоятельства, с которыми связано привлечение контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в законную силу Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ.

Положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ (в частности, нормы материального права – статьи 61.11, 61.12) применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к такой ответственности (например, неисполнение обязанности по подаче заявления о собственном банкротстве, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника одной или нескольких сделок), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, то есть после 30.07.2017. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по заявлению.

Апелляционный суд обращает внимание на то, что применение материально-правовых норм в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53), в той их части, которая не противоречит существу норм статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

Необходимо также принимать во внимание и то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но, по своей сути, не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Положения статьи 9 и пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федеральных законов от 28.04.2009 №73-ФЗ и от 28.06.2013 №134-ФЗ являются аналогичными.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайщий срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными в пункте 2 статьи 10 этого же Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При этом установлению подлежат не только точные даты возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств и возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника, но также и точная дата возникновения обязательства, к субсидиарной ответственности по которому привлекается лицо из перечисленных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве оснований.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Указанная правовая позиция сформирована в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016), утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016, в дальнейшем выражена в положениях статьи 61.12 Закона о банкротстве и развита в постановлении Пленума ВС РФ 21.12.2017 №53.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума ВС РФ 21.12.2017 №53).

При этом заявитель должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (пункт 9 постановления Пленума ВС РФ 21.12.2017 №53).

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым выше основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 №305-ЭС20-11412).

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника ссылался на то, что руководителем должника ФИО6 не исполнена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Отказывая в признании обоснованным требования управляющего о привлечении к ответственности ФИО6 по данному основанию, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Само по себе наличие неисполненных обязательств перед кредитором не влечет безусловной обязанности руководителя должника – юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Соответственно, сама по себе задолженность по обязательствам перед кредитором (кредиторами) не может указывать на признаки наступления объективного банкротства общества «УК «Терра».

Для признания должника банкротом его финансово-экономическое состояние должно быть критическим, то есть очевидно свидетельствовать о невозможности исполнения требований кредиторов.

Императивная обязанность руководителя должника по обращению в арбитражный суд с соответствующим заявлением в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, предполагает достоверную убежденность такого руководителя о наличии указанных признаков.

В связи с изложенным в процессе рассмотрения такого рода заявлений, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Вместе с тем сведения, содержащиеся в бухгалтерском балансе, равно как и само по себе наличие кредиторской задолженности у должника, не могут служить достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника и формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером его активов не является свидетельством невозможности для должника исполнить свои обязательства перед кредиторами и, соответственно, не порождает у руководителя должника обязанности по подаче заявления о банкротстве.

Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Следует также учесть специфику деятельности общества «УК «Терра» по сдаче в аренду объектов недвижимого имущества и управление данным имуществом, а также условия инвестиционного проекта.

Так, в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2017 по настоящему делу №А60-21733/2015 (обособленный спор по оспариванию кредитного договора от 20.02.2013 №3699/КЛВ-13) были установлены фактические обстоятельства, что приобретаемые обществом «УК «Терра» помещения на полученные кредитные денежные средства уже имели своих арендаторов, в подтверждение чего в Банк «Кольцо Урала» были представлены соответствующие договоры аренды, исходя из условий которых (размеров арендной платы), после приобретения помещений должник ожидал устойчивый и непрерывный приток средств от арендаторов. Таким образом, возможность возврата кредитных средств с учетом планируемых поступлений арендных платежей имелась (страница 14 постановления).

В соответствии с заключением, по результатам реализации инвестиционного проекта планировалось увеличение арендных ставок до среднерыночных значений с основным увеличением во 2-3 годы реализации проекта. Деятельность предполагалась рентабельной с полным возмещением убытков в 2017 году. При этом снижение потенциального валового дохода предполагалось только в первый год реализации проекта в связи с проведением реконструкции и, соответственно, неполным использованием площадей (страница 16 постановления).

Судом правомерно были отклонены ссылки на то, что на момент выдачи кредита ежемесячные обязательства по уплате кредита превышали ежемесячный доход должника, поскольку соответствующий довод был вырван из контекста заключения и противоречит самой цели кредитного договора. Согласно заключению (страница 15), обязательства по погашению кредита на данный момент (дата формирования заключения – 14.02.2013) превышают среднемесячную выручку, фактически полученную в 2012 году, но сопоставимы с ожидаемой в 2013-2018 годах. При этом начиная с 2013 года объем выручки предполагается со значительным приростом против 2012 года (страница 16 постановления).

В отношении довода о том, что долговая нагрузка общества УК «Терра» составит от 98% до 411% от реальной выручки, существующей на момент получения кредита, верно указал, что при расчете долговой нагрузки Банк ориентировался не на выручку, существовавшую на момент рассмотрения заявки на получение кредита, а на планируемую выручку с учетом поступлений платежей от сдачи приобретенных помещений в аренду, в соответствии с которой долговая нагрузка является посильной и составляла от 37,2% до 26,3%.

Долговая нагрузка, рассчитанная на февраль 2018 года, не является показательной, поскольку не учитывает доход от планируемой реализации части недвижимого имущества в пользу общества с ограниченной ответственностью «Лояльти Групп» (далее – общество «Лояльти Групп») (страница 16 постановления).

Следовательно, специфика деятельность общества «УК «Терра» по сдаче в аренду объектов недвижимого имущества и управление данными объектами предполагала постепенный рост эффективности экономической деятельности, увеличение выручки и прибыли от приносящей, а также выход из временного финансового кризиса.

С учетом изложенных обстоятельств, суд пришел к верному выводу о том, в целом ситуация позволяла директору общества «УК «Терра» ФИО6 обоснованно рассчитывать на погашение имеющейся в 2014 году. задолженности перед кредиторами и разрешение финансовых затруднений.

Согласно условиям кредитного договора от 20.02.2013 №3699/КЛВ-13 поручителями общества «УК «Терра» выступали аффилированные с должником лица общество с ограниченной ответственностью «Форэс-Химия» (далее – общество «Форэс-Химия») и ФИО2, которые также составляют одну группу лиц с должником и являются конечными бенефициарами от результатов инвестиционного проекта.

Также постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2017 по настоящему делу №А60-21733/2015 установлено, что согласно пояснениям ответчика, из общедоступных источников, расположенных в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: https://egrul.nalog.ru/, следует, что участниками общества «Лояльти Групп» являлись и являются ФИО2 (поручитель по кредитному договору) и ФИО2 (единоличный исполнительный орган второго поручителя – общество «Форэс-Химия»).

Названные обстоятельства очевидно свидетельствуют о том, что получение кредитных средств с целью реализации инвестиционного проекта осуществлялось в интересах лиц, относящихся к одной группе – ФИО18, а также общество «Форэс-Химия», и именно этим была вызвана воля указанных лиц выступить солидарными поручителями по кредитному договору. При таких обстоятельствах у Банка отсутствовали основания не доверять и подвергать сомнению реальность данного источника погашения кредита. Напротив, обстоятельство того, что группа «Форэс» (общество «Нортэк Сервис» (директор ФИО2), общество «Форэс-Химия», ФИО22) в рамках настоящего спора занимает позицию, согласно которой полагает, что данный источник погашения кредита необоснованно был принят во внимание Банком, свидетельствует о неправомерном поведении указанной группы лиц".

Таким образом, в рамках настоящего обособленного спора суд первой инстанции приходит к правильному выводу о том, что директор общества «УК «Терра» ФИО6 добросовестно и разумно рассчитывал, что удастся в полном объеме реализовать инвестиционный проект и, в конечном итоге, прийти к безубыточной деятельности с погашением всех имеющихся обязательств перед кредиторами. Директор должника ФИО6, как добросовестный и разумный руководитель, обоснованно полагался на существующий план реализации инвестиционного проекта, учитывающий условия и характер указанного проекта, предполагающего постепенный рост доходов, рассчитывал в 2014 году на выход из временного кризиса и погашение требований всех кредиторов.

Оснований для формирования иных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судом дана верная оценка тем обстоятельствам, что ни наличие отдельной задолженности перед кредиторами, ни бухгалтерский убыток по итогам 2013 года, сами по себе не свидетельствуют о том, у ФИО6 возникла безусловная обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества.

Факт того, что письмом от 29.07.2014 Банк «Кольцо Урала» предъявил требование о расторжении кредитного договора и досрочном возврате кредитных средств, также не давал ФИО6 самостоятельного повода для обращения в суд с заявлением о банкротстве должника, поскольку банковский кредит был обеспечен поручительством лиц, имеющих достаточные активы и заинтересованных в реализации проекта, на финансирование которого был направлен банковский кредит.

Если и рассматривать ситуацию, что ФИО6, будучи разумным и добросовестным директором, не мог бесконечно долго полагаться на поручителей и иных бенефициаров должника, а также расценивать сложности с обслуживанием кредита как временные и преодолимые трудности, то к соответствующим выводам ФИО6 мог прийти только по итогам 2014 года (срок сдачи годовой бухгалтерской отчетности – не позднее трех месяцев после окончания отчетного периода), иначе говоря, с заявлением в суд ФИО6 должен был обратиться не позднее 30.04.2015.

Между тем, уже 13.05.2015 с заявлением о банкротстве общества «УК «Терра» в арбитражный суд обратился кредитор должника, при этом таким кредитором выступило общество «Нортэк Сервис».

Доказательства того, что в период с 01.05.2015 по 12.05.2015 какие-либо независимые кредиторы должника были введены в заблуждение относительно финансового состояния должника, в вступили с ним в гражданского правовые отношения, а затем не получили удовлетворения своих требований, в материалах дела отсутствуют.

Следовательно, оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве не имеется.

Соответствующие доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего подлежат отклонению.

Удовлетворяя заявленные требования об установлении оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве по отношению к ФИО2 и ФИО8 и не усматривая таких оснований в отношении ФИО6, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно условиям кредитного договора от 20.02.2013 №3699/КЛВ-13 поручителями общества «УК «Терра» выступали аффилированные с должником лица общество «Форэс-Химия» и ФИО2, которые также составляют одну группу лиц с должником и являются конечными бенефициарами от результатов инвестиционного проекта.

Согласно материалам обособленных споров, перечисленных выше, в частности, протоколам допросов свидетелей ФИО6, ФИО8, ФИО2, ФИО15, ФИО16., ФИО14 следует, что ФИО19 являлся непосредственным руководителем ФИО6; инициатива назначения ФИО6 на должность директора должника исходила от ФИО8 и была им согласована с ФИО2 При этом ФИО8 и ФИО2 являются сособственниками общества «ЕКБ-Профит», которое с 2014 года является единственным участником должника. ФИО8 также являлся директором общества «ЕКБ-Профит».

Непосредственным (фактическим) руководителем должника в период руководства ФИО6 являлась ФИО17 (финансовое руководство осуществляла ФИО16). Указанные лица наравне с ФИО8 давали ФИО6 обязательные для исполнения поручения, в свою очередь, эти поручения им поступали от ФИО2

ФИО2 также принимал участие в хозяйственной деятельности должника, пытаясь произвести снятие с должности руководителя должника ФИО6 Кроме того в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда по настоящему делу от 20.03.2017 указано (станицы 14-15), что из данных суду свидетельских показаний усматривается, что фактически хозяйственной деятельностью должника занимались ФИО20 и ФИО17, финансовой деятельностью – ФИО16, при этом указанные лица представляли интересы ФИО2 и являлись его доверенными лицами.

Исходя из условий кредитного договора от 20.02.2013 №3699/КЛВ-13 целью кредитования являются капитальные вложения, а именно: предоставление денежных средств в сумме 446 988 088 руб. 58 коп. на приобретение должником у общества «Билд-Инвест» недвижимого имущества общей площадью 11 684,17 кв.м (46 объектов), расположенных в административно-офисном комплексе по адресу: <...>; а также предоставление денежных средств в сумме 146 000 000 руб. на реконструкцию и ремонт находящихся в собственности и приобретенных заемщиком (должником) помещений, расположенных в административно-офисном комплексе по адресу: <...>.

Согласно бизнес-плану Банком при одобрении кредита учитывался подлежащий получению должником доход от возмещения НДС в сумме 95 642 000 руб., из которой должник гарантировал направить 60 000 000 руб. на погашение кредита, окончательное погашение кредита (441 488 тыс.руб.) планировалось произвести за счет продажи части объектов обществу «Лояльти Групп» (участники ФИО2 (поручитель по кредитному договору) и ФИО2 (единоличный исполнительный орган второго поручителя – общества «Форэс-Химия») за 500 млн.руб., в подтверждение чего был представлен предварительный договор купли-продажи с покупателем.

Между тем, должник по истечении полугода после получения кредита не стал исполнять свои гарантии, заявленные в бизнес-плане.

При этом, денежные средства, полученные заемщиком (должником) по кредитному договору на реконструкцию и ремонт помещений по адресу: <...>, перечислялись должником по договору генерального подряда от 01.02.2013, заключенному с обществом с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Авант» (далее – общество «СК «Авант»), правопреемником которого является общество с ограниченной ответственностью «Арсенал» (далее – общество «Арсенал»).

В рамках дела №А50-12761/2016 установлено, что общество «УК «Терра» выплатило генподрядчику 146 000 000 руб. 00 коп. (платежные поручения от 27.02.2013 №118, от 28.02.2013 №121 и №123), а также передало 12 векселей ПАО «Сбербанк России» от 28.02.2013 общей номинальной стоимостью 93 500 000 руб. 00 коп.

Итого должник выплатил генподрядчику 239 500 000 руб. 00 коп. Генподрядчиком обязательства исполнены частично на сумму 28 692 717 руб. 11 коп.

Кроме того, генподрядчик 29.02.2013 передал заказчику вексель от 12.02.2013 №0008678 в счет компенсации переплаты в размере 5 700 753 руб. 44 коп., о чем стороны составили акт (данное обстоятельство установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 18.05.2015 по делу №А50-5890/2015).

Ответчиком не исполнены обязательства на сумму 205 106 529 руб. 45 коп.

27.10.2014 общество «СК «Авант» прекратило свое существование в результате реорганизации – присоединения к обществу «Арсенал» (ИНН <***>).

Из рассмотренных в ходе настоящего дела о банкротстве ряда обособленных споров и в частности спора о признании недействительным кредитного договора от 20.02.2013 №3699/КЛВ-13 усматривается, что спор имеется в отношении суммы денежных средств 146 000 000 руб., которые признаются выведенными из сферы контроля должника и не возвращены Банку.

Так, в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2017 по настоящему делу установлено, что из показаний свидетелей усматривается, что кандидатура генерального подрядчика общества «СК «Авант» была предложена ФИО2 (поручителем по кредитному договору), о чем при подписании ФИО6 сообщил ФИО23, присутствовавшей при подписании кредитного договора в качестве исполнительного органа общества «Форэс-Химия» (второго поручителя по кредитному договору). Обстоятельства того, что кандидатура генерального подрядчика общества «СК «Авант» исходила от группы лиц «Форэс», также подтверждается оборотно-сальдовой ведомостью общества «Форэс-Химия» по счету 60 за период с 01.07.2014 по 30.07.2014.

По материалам настоящего обособленного спора судом установлено, что в период времени, близкий к моменту возникновения просрочки по кредитному договору от 20.02.2013 №3699/КЛВ-13 (апрель - июль 2014 года) именно ФИО2 и заинтересованные к нему лица начинают финансировать общество «УК «Терра» и одновременно выводить активы подконтрольных лиц:

 общество «Форэс-Химия» платежным поручением от 24.06.2014 №1054 перечислило должнику денежные средства в размере 7 000 000 руб.; при этом в определении Арбитражного суда Свердловской области от 03.09.2015 настоящему делу №А60-21733/2015 установлено, что указанные денежные средства были перечислены для выплаты суммы процентов за июнь 2014 года по кредитному договору от 20.02.2013 №3699/КЛВ-13; непосредственно после проведения данного платежа обществом «Форэс-Химия» было произведено отчуждение всех своих основных активов в г.Алапаевск и г.Яровое;

 общество «Нортэк Сервис», генеральным директором которого является ФИО2 (брат ФИО18) перечислило должнику денежные средства в размере 17 200 000 руб. в рамках договоров процентного займа от 21.04.2014 №21-04/14, от 16.05.2014 №16-05/14, от 19.05.2014 №19-05/14, от 16.06.2014 №16-06/14 (установлено в определении Арбитражного суда Свердловской области от 01.09.2015 по настоящему делу №А60-21733/2015);

 ФИО2 30.07.2014 после направления ему Банком требований от 22.07.2014 №1.1-19/9758-3 (о погашении просроченных процентов) и от 29.07.2014 №1.1-19/9793-3 (о погашении всей суммы кредита и процентов) осуществил оплату Банку денежных средств в размере 5 964 938 руб. 78 коп. в счет погашения кредита; при этом, как установлено вступившими в законную силу решениями суда по делу №А40-86553/2016, именно начиная с апреля 2014 года ФИО2 начал совершать сделки по отчуждению имущества в целях недопущения обращения на него взыскания (во вред кредиторам).

Указанные обстоятельства, оценены судом с учетом вхождения субъектов (общества «УК «Терра», ФИО2, общество «Форэс-Химия», общество «Нортэк Сервис», ФИО21, общество «Форэс», ФИО2) в одну группу взаимосвязанных лиц, что подтверждается, в частности постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2017 по настоящему делу №А60-21733/2015.

Кроме того, контролирующие должника лица начинают оспаривать сам от 20.02.2013 №3699/КЛВ-13 в целях уклонения от исполнения обязательств по возврату кредитных средств.

Так, в постановлении апелляционного суда от 20.03.2017 установлено, что с момента прекращения исполнения должником обязательств по кредитному договору общество «Форэс-Химия» (поручитель) совместно с аффилированными лицами начало предпринимать действия по незаконному уклонению от исполнения обязательств перед Банком по договору поручительства, посредством обращения в арбитражный суд с исковыми заявлениями об оспаривании договора поручительства от 20.02.2013 №3699/ПРЧ-1-13 с обществом «Форэс-Химия», признании мнимым кредитного договора от 20.02.2013 №3699/КЛВ-13, заключенного должником и в обеспечение которого было дано поручительство обществом «Форэс-Химия».

В удовлетворении заявленных требований было отказано (№А60-30242/2014, №А60-7391/2015).

Учитывая, что общества «Нортэк Сервис» и «Форэс-Химия» входят в одну группу лиц, участники которой являются кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов должника, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что целями оспаривания кредитного договора в рамках дела о банкротстве заемщика является не только избежание обществом «Форэс- Химия» исполнения обязательств должника по договору поручительства, но и получение удовлетворения своих требований за счет имущества, приобретенного должником на деньги Банка и переданного в залог Банку, что явно свидетельствует о противоправном характере таких целей.

Большая часть требований (более 90%) имеет основанием кредитный договор от 20.02.2013 №3699/КЛВ-13, а сами кредиторы, в частности общество «Нортэк Сервис», общество «Форэс-Химия» и ФИО2 являются заинтересованными по отношению к обществу «УК «Терра» и входят в одну группу лиц.

На основании вышеизложенного подлежат отклонению доводы апелляционных жалоб ФИО2 и ФИО8 относительно того, что они не могут быть признаны контролирующими должника лицами, а следовательно, не подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

На основании статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО2, удовлетворяя заявленные требования о привлечении к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции применительно к установленным фактическим обстоятельствам дела, в совокупности исследования всех представленных доказательств и пояснений сторон, пришел к правильному выводу о наличии оснований для удовлетворения требований по отношению к данному апеллянту.

Указывая на отсутствие признаков виновного поведения и отсутствие взаимосвязи банкротства должника со ФИО2, последний, не приводит соответствующих доказательств, опровергающих материалы дела. Доводы апеллянта дублируют его позицию, изложенную в суде первой инстанции, ей дана надлежащая оценка.

Само по себе несогласие ФИО2 с вынесенным судебным актом, не является основанием для отмены обжалуемого определения.

Указание ФИО2 на недопустимость возложения на него двойной ответственности по одному и тому же материальному требованию, вытекающему из кредитных обязательств перед Банком «Кольцо Урала», правопреемником которого в настоящее время является общество «ТД «НКМЗ», также признается несостоятельным, т.к. ответственность поручителя и субсидиарная ответственность контролирующего должника лица являются разными по своей природе видами гражданско-правовой ответственности и взыскание с поручителя само по себе не исключается привлечения этого же лица к субсидиарной ответственности.

Также подлежат отклонению доводы апелляционный жалобы ФИО8 относительно того, что суд первой инстанции вышел за пределы рассматриваемых требований, поскольку из материалов дела следует, что конкурсным управляющим были заявлены уточнения требований, которые, по сути, содержали отказ от требований о привлечении к субсидиарной ответственности ко всем ответчикам, кроме ФИО6, которые на основании статьи 49 АПК РФ не были приняты судом первой инстанции как нарушающие права иных лиц, участвующих в деле. Таким образом, судом были рассмотрены требования конкурсного управляющего, предъявленные ко всем ответчикам, включая ФИО8

Иные доводы ФИО8 также направлены на переоценку выводов суда первой инстанции и выражают несогласие заявителя с обжалуемым определением.

Обстоятельства дела установлены судом первой инстанции верно и в полном объеме. Выводы суда сделаны на основе верной оценки имеющихся в материалах дела доказательств, оснований для иной оценки апелляционным судом в зависимости от доводов апелляционных жалоб не имеется.

Нарушений норм материального права при принятии обжалуемого определения арбитражным судом первой инстанции допущено не было.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционных жалоб заявителями не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 22 октября 2021 года по делу № А60-21733/2015 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


Т.С. Нилогова

Судьи




И.П. Данилова





Л.В. Саликова