Постановление от 27 сентября 2018 г. по делу № А60-33509/2016

/


СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-2088/2018-АК
г. Пермь
27 сентября 2018 года
Дело № А60-33509/2016


Резолютивная часть постановления объявлена 20 сентября 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 сентября 2018 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чепурченко О.Н.,

судей Мармазовой С.И., Мартемьянова В.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Филиппенко Р.М.,

при участии:

от Малейкина И.Р.: Малейкина А.Е., паспорт, доверенность от 06.06.2018; Гончарова Е.И., удостоверение адвоката, доверенность от 21.11.2017;

Жилякова А.Н., паспорт; его представителя – Ильина В.А., паспорт, доверенность от 26.10.2016,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, Малейкина Игоря Романовича,

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 29 мая 2018 года о привлечении Малейкина Игоря Романовича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскании с Малейкина Игоря Романовича в пользу должника 12 298 354,60 руб.,

вынесенное судьей Ю.А. Журавлевым в рамках дела № А60-33509/2016 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Венд Лэнд-Урал» (ИНН 6625054434, ОГРН 1096625003090),



установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.07.2016 принято к производству заявление ООО «ЛанцелотСервис» о признании ООО «Венд Лэнд-Урал» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 23.08.2016 в отношении ООО «Венд Лэнд-Урал» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден Кашкуров Алексей Александрович, член Ассоциации «СРО АУ «Южный Урал».

Решением арбитражного суда от 14.03.2017 ООО «Венд Лэнд-Урал» (должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден Кашкуров А.А.

19 октября 2017 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего Кашкурова А.А. о привлечении Малейкина Игоря Романовича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 12 298 354,60 руб. (с учетом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ).

Определением от 22.01.2018 конкурсным управляющим ООО «Венд Лэнд-Урал» утверждена Янина Екатерина Сергеевна, член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Определением арбитражного суда Свердловской области от 29 мая 2018 года заявление конкурсного управляющего ООО «Венд Лэнд-Урал» о привлечении Малейкина Игоря Романовича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника удовлетворено. Суд взыскал с Малейкина Игоря Романовича в пользу ООО «Венд Лэнд-Урал» 12 298 354,60 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, Малейкин И.Р. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

В обоснование апелляционной жалобы апеллянт указывает на пропуск общего трехлетнего срока исковой давности. Ссылается на отсутствие в материалах дела каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что действия (бездействие) бывшего руководителя и учредителя должника преследовали собой цель доведения должника до банкротства; по результатам проведенного анализа финансового состояния должника признаки преднамеренного банкротства, а также факт банкротства по вине лиц, имевших возможность своими действиями и решениями влиять на деятельность должника не установлены. Отмечает, что Малейкин И.Р. ввиду осуществления обязанности по подписанию им бухгалтерской отчетности, учитывая сведения бухгалтерской отчетности, не был осведомлен о неудовлетворительном финансовом состоянии должника; доказательств подтверждающих наличие у должника иных кредиторов, удовлетворение требований перед которыми или перед одним из них привело к невозможности исполнения обязательств перед другими кредиторами конкурсным управляющим не представлено.

Конкурсный управляющий должника Янина Е.С. согласно письменному отзыву против удовлетворения апелляционной жалобы возражала, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Участвующие в судебном заседании представители Малейкина И.Р. ходатайствовали о приобщении к материалам дела копий дополнительных доказательств: уведомление о заключении Жиляковым А.Н. с ООО «Центр безопасности бизнеса» договора уступки права (цессии) № 20-10/2014 от 20.10.2014 обязательств должника по договору купли-продажи платежных терминалов № 01 от 24.11.2013 в размере 7 700 000 руб., соглашения о порядке исполнения обязательства от 20.12.2014, заключенного должником с ООО «Центр безопасности бизнеса», письма ООО «Центр безопасности бизнеса» от 20.12.2014 о перечислении денежных средств по указанным реквизитам.

Из материалов дела апелляционным судом установлено, что определением от 18.04.2018 суд первой инстанции в целях наиболее полного установления обстоятельств имеющих значение для рассмотрения настоящего спора истребовал у Жилякова Александра Николаевича и ООО «Центр безопасности бизнеса» договор уступки права (цессии) № 20-10/2014 от 20.10.2014, заключенный между Жиляковым А.Н. и ООО «Центр Безопасности Бизнеса», а также документы, подтверждающие поступление денежных средств Жилякову А.Н. от ООО «Центр Безопасности Бизнеса» по данному договору и документы, подтверждающие поступление денежных средств ООО «Центр Безопасности Бизнеса» от ООО «Венд Лэнд-Урал» либо Малейкина И.Р. по указанному договору цессии (л.д. 58-60, 64-66).

Указанные документы в материалы дела не поступили; спор рассмотрен судом в их отсутствие.

Названные обстоятельства, а также предоставление дополнительных доказательств явились основанием для вынесения определения от 07.08.2018 об отложении судебного разбирательства на более поздний срок с целью соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в споре и предоставления ими выраженного в письменном виде мнения относительно заявленного ходатайства о приобщении к материалам дела вновь представленных дополнительных доказательств; судебное заседание назначено на 27.08.2018.

До начала судебного от Жилякова А.Н. поступил отзыв на ходатайство о приобщении к материалам дела вновь представленных доказательств, в котором просил в удовлетворении его отказать, при этом отмечает, что данные документы не являются доказательством заключения договора цессии между Жиляковым А.Н. и ООО «Центр безопасности бизнеса»; выразил несогласие с доводами, изложенными в апелляционной жалобе, просил в удовлетворении ее отказать.

Участвующий в судебном заседании представители Малейкина И.Р. заявили ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов (выписок по карточным счетам Малейкина И.Р.) свидетельствующих об оплате задолженности как перед Жиляковым А.Н., так и перед ООО «Центр безопасности бизнеса».

Принимая во внимание предоставление большого объема документов, а также их характер суд апелляционной инстанции определением от 27.08.2018 отложил судебное разбирательство на 20.09.2018 в связи с невозможностью оценки большого объема документов в данном судебном заседании, а также с целью соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в споре.

До начала судебного заседания конкурсным управляющим Яниной Е.С. представлены дополнения к отзыву на апелляционную жалобу с учетом вновь представленных документов.

Участвующий в судебном заседании представители Малейкина И.Р. на доводах апелляционной жалобы настаивали.

Жиляков А.Н. и его представитель выразили несогласие с доводами апелляционной жалобы; просили в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Рассмотрев ранее заявленные ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных документов, апелляционным судом установлено следующее.

В соответствии с п. 2 ст. 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительным.

Из материалов дела усматривается, судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления о привлечении к Малейкина И.Р. субсидиарной ответственности по обязательствам должника неоднократно откладывалось, в том числе 19.12.2017 по ходатайству представителя ответчика (для представления отзыва и документов), 25.01.2018 (для представления дополнительных документов), 14.03.2018 (в связи с заявлением ходатайства об истребовании документов) и 17.04.2018 (в связи с истребованием документов, а также для предоставления, дополнительных доказательств).

В арбитражный суд 11.05.2018 от Жилякова А.Н. поступил ответ о невозможности представить истребуемых судом документов в ввиду их отсутствия (договор уступки права (цессии) № 20-10/2014 от 20.10.2014 с ООО «Центр безопасности бизнеса» не заключался.

Судебное заседание 22.05.2018, в котором был рассмотрен спор по существу, проведено судом в отсутствие представителя ответчика, при этом представитель ответчика каких-либо ходатайств к судебному заседанию, назначенному на 22.05.2018, не заявляла, дополнительных документов в суд не представила.

Учитывая период рассмотрения спора в суде первой инстанции, удовлетворение судом всех заявленных представителем Малейкина И.Р. ходатайств, представленные представителем ответчика в суд апелляционной инстанции дополнительные доказательства могли быть беспрепятственно представлены в суд первой инстанции, поскольку исходят непосредственно от ответчика и касаются его деятельности, в частности распечатки с Киви кошелька и ответ Соколова Р.В., который дан непосредственно Малейкину И.Р., а не в ответ на определение суда.

Уважительных причин не предоставления представленных в апелляционный суд дополнительных доказательств в суд первой инстанции представителями Малейкина И.Р. не приведено.

Более того, проанализировав квитанции о проведении операций в QIWI Кошельке, а также документы, подтверждающие перечисление денежных средств Соколову Р.В. (выписки по карточным счетам, открытым в ПАО «Сбербанк России», установив отсутствие в них наименование плательщика и получателя денежных средств, а также назначение платежа, апелляционный суд пришел к выводу о невозможности отнесения их к настоящему спору (ст. 67 АПК РФ).

В отношении представленных в апелляционный суд соглашения о порядке исполнения обязательства от 20.12.2014, заключенного должником с ООО «Центр безопасности бизнеса», письма ООО «Центр безопасности бизнеса» от 20.12.2014 о перечислении денежных средств по указанным реквизитам за подписью Соколова Р.В. и уведомления о заключении Жиляковым А.Н. с ООО «Центр безопасности бизнеса» договора уступки права (цессии) № 20-10/2014 от 20.10.2014 обязательств должника по договору купли-продажи платежных терминалов № 01 от 24.11.2013 в размере 7 700 000 руб. следует отметить, что данные документы представлены непосредственно представителями ответчика.

В соответствии с картотекой арбитражных дел ООО «Центр безопасности бизнеса» с ИНН, указанном в ответе на запрос Малейкину И.Р. находится в процедуре конкурсного производства с 27.09.2016 (дело № А60-2327/2016). Соответственно, у Соколова Р.В. не должно было быть печати организации, а после введения процедуры конкурсного производства он не является лицом, уполномоченным осуществлять руководство юридическим лицом.

При этом суду не приведены причины, по которым оригиналы указанных документов не были переданы бывшим руководителем общества Соколовым Р.В. конкурсному управляющему ООО «Центр безопасности бизнеса», а направлены Малейкину И.Р.

Более того, для признания факта существования договора уступки в материалы дела должен быть представлен, оригинал договора уступки права (требования) от 20.10.2014 № 20-10/2014, который является основанием перехода права требования, а не уведомление о его заключении, которое адресовано иному лицу. При этом, уведомление о заключении договора цессии, адресованное обществу «Венд Лэнд Урал» должно было находиться в распоряжении ООО «Венд Лэнд Урал», а не ООО «Центр Безопасности бизнеса». Также, заслуживают внимание, пояснения Жилякова А.Н. о том, что подпись проставлена в уведомлении не им.

Соглашение о переводе долга, на которое ссылается ответчик, также не может рассматриваться в качестве доказательства наличия договора уступки в отсутствии самого договора, по причине обязательности письменной формы сделки.

Принимая во внимание приведенные выше обстоятельства, отрицание Жиляковым А.Н. факта уступки прав требования к должнику обществу «Центр безопасности бизнеса», а также неисполнение определения суда первой инстанции об истребовании доказательств, суд апелляционной инстанции критически относится к представленным ответчиком документам. Учитывая отсутствие признаков допустимости вновь представленных документов к рассматриваемому спору, суд апелляционной инстанции не усматривает правовых оснований для приобщения их к материалам дела, в связи с чем в удовлетворении ходатайств о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств было отказано, о чем вынесено протокольное определение.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ по имеющимся в деле доказательствам.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, Малейкин Игорь Романович являлся руководителем и учредителем ООО «Вэнд Лэнд-Урал» в период с 19.08.2009 по дату открытия в отношении общества конкурсного производства.

В реестр требований кредиторов включены требования кредиторов:

ООО «ЛанцелотСервис» в размере 1 347 560 руб. основного долга, 626 600 руб. пени, 28 097,76 руб. государственной пошлины, 39 630 руб. расходов по оплате услуг представителя;

Жилякова Александра Николаевича в размере 7 700 000 руб. основного долга, 1 893 261,11 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами;

Федеральной налоговой службы в размере 78 576,26 руб. недоимки, 21 097,24 руб. пени, 20 550,96 руб. штрафа.

Основанием для обращения конкурсного управляющего в арбитражный суд с заявлением о привлечении Малейкина И.Р. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 12 298 354,60 руб., явилось неисполнение им обязанностей по обращению в арбитражный суд с заявлением должника, по передаче бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему, а также совершение сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов.

Удовлетворяя заявленных требования, суд первой инстанции исходил из доказанности совокупности условий, позволяющих привлечь бывшего руководителя должника к ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления в арбитражный суд о признании общества банкротом, не передачу конкурсному управляющему документации должника, что не позволило сформировать конкурсную массу, а также совершение сделок по перечислению денежных средств должника, повлекших причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав пояснения лица, участвующего в процессе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст. 56 ГК РФ).

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами ст. 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (Закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно переходным положениям, изложенным в пунктах 3, 4 ст. 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подп. 1 п. 12 ст. 61.11, пунктов 3-6 ст. 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в п. 4 ст. 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам – п. 1 ст. 4 ГК РФ, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в ст. 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом, согласно ч. 1 ст. 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в п. 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, по которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Поскольку действия (бездействие) лиц, в связи с которыми заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности, имели место в 2014-2016 годах, применению подлежат соответствующие нормы материального права, действовавшие в этот период времени, в частности положения ст. 10 Закона о банкротстве.

В силу п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона).

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.

В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого, законодатель в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, что влечет заведомую невозможность удовлетворения требований кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными в п. 2 ст. 10 этого же Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Конкурсный управляющий, определяя дату возникновения обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) – 25.03.2014, указывает на не исполнение условий договора купли-продажи № 1 от 24.11.2013, заключенного должником с Жиляковым А.Н., условиями которого предусмотрена оплата товара в виде рассрочки – осуществления ежемесячных платежей в период с 25.11.2013 по 25.10.2014 в размере 600 000 руб., с 25.10.2014 по 25.11.2014 в размере 500 000 руб. – остаток платежа.

Первый платеж должен был быть осуществлен 25.11.2013, вместе с тем, должником платежей по указанному договору произведено не было.

Таким образом, начиная с 25.02.2014 у ООО «Вэнд Лэнд-Урал» уже возникли признаки банкротства. Однако руководитель должника Малейкин И.Р., ни в установленный законодательством о банкротстве месячный срок – до 25.03.2014, ни в последующий период, в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом не обратился.

В п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (Постановление № 53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таких обстоятельств Малейкиным И.Р. не приведено; доказательств того, что Малейкин И.Р. предпринимал меры по погашению задолженности и устранению признаков несостоятельности банкротства, в материалы дела не представлено (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Утверждение Малейкина И.Р. о том, что Жиляков А.Н. уступил свои права требования обществу «Центр безопасности бизнеса», которому Малейкин И.Р. производил оплату, документально не подтверждено.

При этом, участвующий в судебном заседании один из представителей Малейкина И.Р. не отрицал факт наличия задолженности перед Жиляковым А.Н., огласив не согласие только с размером задолженности.

Более того, как верно отмечено судом, в результате бездействия Малейкина И.Р., как руководителя ООО «Вэнд Лэнд-Урал», обществом не только не исполнялись уже имеющиеся обязательства, в том числе по уплате обязательных платежей, но и принимались новые с заключением договора с ООО «ЛанцелотСервис», повлекшие значительное увеличение кредиторской задолженности должника.

Зная о наличии перед Жиляковым А.Н. неисполненных обязательств в течении трех месяцев с момента их возникновения и их размер, и не предпринимая никаких действий направленных на их исполнение, Малейкин И.Р. не мог не знать о неудовлетворительном финансовом состоянии должника. Доказательств обратного в материалах дела не имеется.

Сделать вывод о том, что имело место улучшение показателей финансово-хозяйственной деятельности должника, которое, в свою очередь, могло бы свидетельствовать об отсутствии у Малейкина И.Р. основания полагать о наличии у должника одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, из имеющихся в деле документов не представляется возможным.

Доказательства, из которых можно было бы прийти к иным выводам, в материалах дела отсутствуют (ст.ст. 65, 71 АПК РФ).

Таким образом, апелляционный суд согласился с выводом суда первой инстанции о том, что Малейкин И.Р. являясь руководителем должника знал и не мог не знать о наличии у организации-должника неисполненных обязательств, и с учетом наличия признаков недостаточности имущества, должен был в течение месяца, с даты неисполнения обязательств по оплате товара, в период до 25.03.2014 обратиться с заявлением в Арбитражный суд Свердловской области о признании ООО «Вэнд Лэнд-Урал» несостоятельным (банкротом).

В отношении иных оснований для привлечения Малейкина И.Р. к субсидиарной ответственности положенных в обоснование заявления апелляционным судом установлено следующее.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований в данной части ссылается на то, что в период с 26.08.2013 по 26.08.2016 на расчетный счет должника поступило 2 548 529,11 руб., из которых 1 889 000 руб. были перечислены на личный счет Малейкина И.Р. с назначением платежа «заработная плата» и «по договору займа».

Вступившим в законную силу определением суда от 16.01.2018 сделки по перечислению ООО «Венд Лэнд-Урал» денежных средств на расчетный счет Малейкина Игоря Романовича за период с 21.11.2014 по 11.02.2016 в размере 1 889 000 руб. В качестве последствий недействительности сделок с Малейкина Игоря Романовича в пользу ООО «Венд Лэнд-Урал» взысканы денежные средства в размере 1 889 000 руб.

В п. 16 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Признавая сделки недействительными судам установлено, что данные перечисления осуществлены за счет должника в пользу заинтересованного лица в отсутствие какого-либо встречного исполнения со стороны Малейкина И.Р., с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, повлекшие уменьшение потенциальной конкурсной массы.

Следовательно, данными сделками ООО «Венд Лэнд-Урал» и его кредиторам был причинен вред в размере 1 889 000 руб.

Поскольку перечисленные в пользу Малейкина И.Р. денежные средства составляют 74% от всех денежных средств поступивших на расчетный счет должника, суд первой инстанции верно пришел к выводу о том, что данные сделки принесли существенный вред имущественным правам кредиторов.

Указанное свидетельствует о том, что сделки по выводу ликвидного актива должника, признанные впоследствии недействительными, не являлись сделками характерными, совершаемым должником в обычной хозяйственной деятельности.

Действия по перечислению денежных средств в пользу Малейкина И.Р. при наличии неисполненных обязательств перед иными кредиторами в отсутствие встречного предоставления нельзя признать разумным и добросовестным поведением руководителя должника. Такие действия следует расценивать исключительно как совершенные со злоупотреблением правом.

В силу положений п. 3.2 ст. 64, абзаца четвертого п. 1 ст. 94, абзаца второго п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника.

Также основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника может являть и то, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации или принятия решения о признании должника банкротом) отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (абз. 4 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

При этом, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены указанные презумпции, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В силу п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Данная обязанность Малейкиным Игорем Романовичем исполнена не была.

Определением от 30.08.2017 суд удовлетворил заявление конкурсного управляющего, обязав бывшего директора ООО «Венд Лэнд-Урал» Малейкина Игоря Романовича представить передать конкурсному управляющему ООО «Венд Лэнд-Урал» Кашкурова Алексея Александровича учредительные, бухгалтерские и иные финансовые документы должника. Для принудительного исполнения указанного судебного акта выдан исполнительный лист.

Однако, до настоящего времени требования исполнительного документа не исполнены; документы должника Малейкиным И.Р. конкурсному управляющему не переданы.

Конкурсным управляющим при анализе выписки с расчетного счета должника сделки установлено расходование денежных средств на приобретение имущества, не обнаруженного в последующем при проведении инвентаризации.

При таких обстоятельствах следует признать, что отсутствие первичной документации должника не позволило конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу, выявить дебиторов, взыскать дебиторскую задолженность, установить правовые основания выбытия имущества должника.

Не передача Малейкиным И.Р. конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации по хозяйственной деятельности должника привела к невозможности осуществления конкурсным управляющим действий по наиболее полному формированию конкурсной массы и исполнению обязательств перед кредиторами должника.

Как верно отмечено судом, возражения представителя Малейкина И.Р. о том, что вся документация ООО «Венд Лэнд-Урал» изъята сотрудниками органов внутренних дела, документально не подтверждены (ст.ст. 65, 67, 68 АПК РФ).

Из материалов дела следует, что дело о банкротстве ООО «Венд Лэнд-Урал» возбуждено по заявлению ООО «ЛанцелотСервис» определением от 20.07.2016, а следовательно, с момента вынесения данного определения Малейкин И.Р. являясь руководителем общества и действуя разумно и добросовестно в интересам должника, его кредиторов, а также в собственных интересах, знал и должен был знать о необходимости предоставления (передачи) документации должника арбитражным управляющим.

Как указывалось ранее, установленная законодательством о банкротстве обязанность не исполнялась Малейкиным И.Р. и после вынесения соответствующего судебного акта и выдачи исполнительного листа.

По существу, через своих представителей Малейкин И.Р. начинает представлять доказательства уплаты долга кредиторам на стадии рассмотрения вопроса о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в том числе на стадии апелляционного производства. При этом данные доказательства не принимаются апелляционным судом, поскольку не отвечают признаку относимости. Надлежащих, относимых и допустимых доказательств Малейкиным И.Р. в подтверждение приведенных в апелляционной жалобе доводам представлено так и не было.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на руководителя обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ.

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Отсутствие выявленных признаков преднамеренного и фиктивного банкротства основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности не является. Согласно анализу финансового состояния должника, а также заключению о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного банкротства, не выявление таких признаков связано с недостаточностью информации по сделкам с имуществом, что непосредственно связано с непередачей Малейкиным И.Р. арбитражному управляющему документации должника.

Оценив в совокупности, представленные доказательства, доводы и возражения сторон, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что в результате виновных неправомерных действий Малейкина Игоря Романовича кредиторам должника причинен вред, а соответственно, имеются основания для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Принимая во внимание вышеизложенное, апелляционный суд согласился с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения Малейкина И.Р. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника как за неподачу заявления в арбитражный суд о признании общества банкротом, за совершение сделок должника, повлекших причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов, так и за непередачу документации должника конкурсному управляющему.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица определен судом первой инстанции в совокупном размере требований кредиторов, включенных в реестр, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В ходе процедуры банкротства в реестр требований кредиторов включена задолженность в сумме 11 755 373,33 руб.; размер текущих обязательств составил 542 981,27 руб.

Следовательно, размер субсидиарной ответственности подлежащей взысканию с Малейкина И.Р. – 12 298 354,60 руб. определен судом первой инстанции верно.

Довод жалобы о пропуске срока давности для привлечения лица к субсидиарной ответственности, опровергается материалами дела.

В соответствии с п. 5 ст. 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным названной главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в Арбитражный суд Свердловской области 19.10.2017, то есть в течении 7 месяцев с момента введения процедуры конкурсного производства (решение от 14.03.2017).

Выводы суда первой инстанции основаны на представленных в дело доказательствах, которым в порядке ст. 71 АПК РФ дана надлежащая правовая оценка, при полном установлении обстоятельств имеющих значение для дела с правильным применением норм права.

Доводы приведенные в апелляционной жалобе не нашли своего подтверждения в суде апелляционной инстанции.

Оснований, предусмотренных ст. 270 АПК РФ для отмены (изменения) определения суда от 29.05.2018, судом апелляционной инстанции не установлено. Нарушения или неправильное применение норм материального или процессуального права судом первой инстанции не допущены.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на обжалуемое определение налоговым законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 29 мая 2018 года по делу № А60-33509/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


О.Н. Чепурченко



Судьи


С.И. Мармазова





В.И. Мартемьянов