Постановление от 9 августа 2024 г. по делу № А60-7547/2021

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail:17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-12816/2022(2)-АК

Дело №А60-7547/2021
09 августа 2024 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 06 августа 2024года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 августа 2024 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей Т.В. Макарова, Л.В. Саликовой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания О.С. Сыровой,

представитель конкурсного управляющего ООО «Аранта» ФИО1 ФИО2 к участию в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» не подключился, технические неполадки у суда апелляционной инстанции не зафиксированы;

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле не явились, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника общества с ограниченной ответственностью «Аранта» ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 02 мая 2024 года

о частичном удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3, ФИО4;

о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве;

об установлении размера субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам должника в сумме 29 815,01 рубля,

о взыскании с ФИО3 в пользу должника 29 815,01 рубля в порядке субсидиарной ответственности,

вынесенное судьей Е.И. Берсеневой

в рамках дела №А60-7547/2021

о признании общества с ограниченной ответственностью «Аранта» (ИНН <***>, ОГРН <***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица с правами ответчиков ФИО3, ФИО4,



установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 20.02.2021 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Паллада» (далее – ООО «НПО «Паллада») о признании общества с ограниченной ответственностью «Аранта» (далее – ООО «Аранта», должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 02.03.2021 принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.04.2021 (резолютивная часть от 12.04.2021) заявление ООО «НПО «Паллада» признано обоснованным; в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1 (далее – ФИО1), член ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 30.04.2021 №77 (7039).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.09.2021 (резолютивная часть от 13.09.2021) ООО «Аранта» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1

Публикация об открытии в отношении должника конкурсного производства произведена в газете «Коммерсантъ» от 25.09.2021 №174 (7136).

В Арбитражный суд Свердловской области 05.06.2023 поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО1 о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, в котором управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Аранта» ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО4 (далее – ФИО4), приостановить производство по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным п.п.2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, в части установления ее размера до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда от 11.06.2023 указанное заявление принято к рассмотрению.

В дальнейшем при рассмотрении настоящего обособленного спора конкурсным управляющим должника ФИО1 представлен расчет размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.05.2024 (резолютивная часть от 08.04.2024) заявление конкурсного управляющего должника ФИО1 о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности удовлетворено частично. Установлено наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Аранта» по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве. Установлен размер субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам ООО «Аранта» в сумме 29 815,01 рубля. Взыскано с ФИО3 в пользу ООО «Аранта» 29 815,01 рубля в порядке субсидиарной ответственности.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий должника ФИО1 подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда от 02.05.2024 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Заявитель жалобы указывает на то, что дата возникновения неплатежеспособности должника установлена вступившим в силу определением Арбитражного суда Свердловской области по делу А60-7547/2021 от 06.04.2022; единоличным исполнительным органом должника в период с 17.09.2018 по 17.09.2021 являлся ФИО3, участником должника является ФИО4 (с 23.10.2019), с 22.04.2019 участником являлся ФИО3 Судебными актами установлено, что должник работал по предоплате, однако, ФИО3 вел деятельность таким образом, что наращивал кредиторскую задолженность должника и не рассчитывался с кредиторами, чем довел должника до состояния неплатежеспособности. Таким образом, ФИО4, как единственному участнику должника, а также ФИО3, как директору, было доподлинно известно о том, что у общества имеются неисполненные обязательства на сумму свыше 300 000,00 рублей. В реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму 4 948 791,35 рубля. Задолженность в размере 4 537 831,34 рубля образовалась перед мажоритарным кредитором ООО «НПО «Паллада» по договорам субподряда №10-1 от 24.06.2019, №10-2 от 24.06.2019, №10-3 от 24.06.2019, №10-4 от 24.06.2019, №10-5 от 24.06.2019. При этом, ФИО4 принимал активное участие в деятельности должника. Как указывает апеллянт, заявление о признании должника банкротом должно было быть подано еще 25.01.2020, между тем, заявление о признании должника банкротом было подано конкурсным кредитором в феврале 2021 года, а не единоличным исполнительным органом либо участником должника. Таким образом, ФИО4 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Аранта» на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве в размере ответственности, равной размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника. Отказывая в привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности, суд не принял во внимание доводы конкурсного управляющего, что привело к принятию необоснованного судебного акта. По мнению апеллянта, в результате действий ФИО3, в том числе по непредоставлению документов, как конкурсному управляющему, так и суду, должнику причинен вред в размере 2 646 934,00 рублей. Судом первой инстанции по данному доводу сделан необоснованный вывод о том, что непередача документов ФИО3 конкурсному управляющему и их непредоставление арбитражному суду не явилось причиной отказа ООО «Аранта» в удовлетворении исковых требований и, как следствие, непоступления в конкурсную массу должника денежных средств в размере 2 646 934,00 рублей, поскольку суд даже при условии отсутствия первичной документации, свидетельствующих о сложившихся между ООО «Аранта» и обществом «Партнер Лайн» правоотношений, установил факт договорных отношений. Предоставление ФИО3 соответствующих документов суду не исключило бы отсутствие неосновательного обогащения на стороне общества «Партнер Лайн». Вместе с тем, данный вывод противоречит доказательствам, а именно выводам, изложенным в решении Арбитражного суда Смоленской области от 08.12.2021 по делу №А62-1217/2020, в котором указано, что провести экспертизу в полном объеме не представилось возможным ввиду отказа ООО «Аранта» в лице его бывшего директора ФИО3 в предоставлении эксперту доступа к бухгалтерской программе. Полагает, что решение Арбитражного суда Смоленской области от 08.12.2021 по делу №А62-1217/2020 содержит исчерпывающий вывод о том, что основанием для отказа в иске послужила недобросовестность ФИО3, выразившаяся в непредоставлении бухгалтерских документов, что привело к принятию судебного акта не в пользу ООО «Аранта», несмотря на наличие иных доказательств. В связи с чем, имеются основания для отмены обжалуемого определения и принятия нового судебного акта о привлечении ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

До начала судебного заседания от лиц, участвующих в деле, отзывов на апелляционную жалобу не поступило.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Аранта» ФИО1 ФИО2 к участию в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» не подключился, технические неполадки у суда апелляционной инстанции не зафиксированы.

Установив, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, представителю конкурсного управляющего ООО «Аранта» ФИО1 ФИО2 была обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся в сфере контроля указанного лица, арбитражный апелляционный суд продолжил рассмотрение дела при настоящей явке.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям из ЕГРЮЛ ООО «Аранта» (ИНН <***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 20.09.2018 инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга.

Основным видом деятельности должника является производство штукатурных работ (ОКВЭД 43.31), дополнительными видами - производство электромонтажных работ (ОКВЭД 43.21), производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования воздуха (ОКВЭД 43.22), работы столярные и плотничные (ОКВЭД 43.32) и другие.

В период с 17.09.2018 по 17.09.2021 руководителем должника являлся ФИО3

Участниками должника являлись следующие лица: ФИО3 (с 22.04.2019) и ФИО4 (с 23.10.2019).

Единственным участником ООО «Аранта» ФИО4 19.11.2019 принято решение о распределении долей в уставном капитале общества в связи с выходом ФИО3 из состава участников общества, в результате которого ФИО4 принадлежит 100% доли в уставном капитале общества.

Ссылаясь на то, что контролирующими должника лицами не была исполнена обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), а также не исполнена возложенная судом обязанность по передаче конкурсному управляющему документации должника, непередача документов не позволила конкурсному управляющему пополнить конкурсную массу за счет взыскания дебиторской задолженности, конкурсный управляющий должника ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, подпунктов 2,3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявленные требования частично, признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, отказывая в удовлетворении требований о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности в остальной части, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО3 в силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве обязан обратиться с заявлением о признании ООО «Аранта» несостоятельным (банкротом) в месячный срок с момента образования задолженности, то есть 25.01.2020, что сделано не было; непередача документов ФИО3 конкурсному управляющему и их непредоставление арбитражному суду не явилось причиной отказа ООО «Аранта» в удовлетворении исковых требований и, как следствие, непоступления в конкурсную массу должника 2 646 934,00 рублей, поскольку суд даже при условии отсутствия первичной документации, свидетельствующей о сложившихся между обществом «Аранта» и обществом «Партнер Лайн» правоотношений, установил факт договорных отношений, предоставление ФИО3 соответствующих документов суду не исключило бы отсутствие неосновательного обогащения на стороне общества «Партнер Лайн».

При этом, суд не усмотрел оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО6 ввиду того, что законодательно не предусмотрена возможность привлечения участников должника к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом). Более того, исходя из толкования статьи 9 Закона о банкротстве, у участника должника обязанность по подаче такого заявления отсутствует.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 №137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 №137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Заявление конкурсного управляющего должника ФИО1 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника поступило в арбитражный суд 05.06.2023, обстоятельства, с которыми связано привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место после вступления в законную силу Закона №266-ФЗ.

С учетом изложенного, к данным правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве, действовавшие в указанный период времени.

Как следует из материалов дела, определяя статус ответчиков ФИО3 и ФИО4 в качестве контролирующих должника лиц, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как указано в пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

К контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением (пункт 6 статьи 61.10 закона о банкротстве).

В пунктах 3 и 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 №53) указано на то, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

По смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Как указывалось выше, ФИО3 в период с 17.09.2018 по 17.09.2021 являлся руководителем ООО «Аранта»; участниками ООО «Аранта» являлись следующие лица: ФИО3 (с 22.04.2019), ФИО4 (с 23.10.2019).

В связи с чем, арбитражный суд правомерно исходил из того, что ФИО3 и ФИО4 являлись контролирующими должника лицами.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника ФИО1 ссылается на неисполнение контролирующими должника лицами обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) при наличии у должника признаков неплатежеспособности. В качестве даты возникновения у контролирующих должника лиц обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом управляющий указывает 25.01.2020.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 настоящего Федерального закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника (пункт 3 статьи 61.12 Закона банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрено, что если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока: собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, его учредителя, которые, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

В пункте 9 постановления от 21.12.2017 №53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 №14-П, нормальное финансовое состояние общества предполагает, что его чистые активы, стоимость которых представляет собой разницу между балансовой стоимостью активов (имущества) и размером обязательств данного общества, с течением времени растут по сравнению с первоначально вложенными в уставный капитал средствами. Уменьшение стоимости чистых активов свидетельствует о неудовлетворительном управлении делами общества. Если же стоимость чистых активов принимает отрицательное значение, это означает, что средств, полученных от продажи имущества общества, может не хватить для того, чтобы расплатиться со всеми кредиторами. Из этого следует, что формально-нормативные показатели, с которыми законодатель связывает необходимость ликвидации общества, должны объективно отображать наступление критического для такого общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

При этом заявитель должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

По смыслу приведенных разъяснений, неподача заявления после возникновения обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечёт привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если: эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника; и эти обстоятельства как внешние признаки объективного банкротства воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 №3-П, выступая от имени организации, руководитель должен действовать в ее интересах добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). От качества работы руководителя во многом зависят соответствие результатов деятельности организации целям, ради достижения которых она создавалась, сохранность ее имущества, а зачастую и само существование организации.

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №2(2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, а также недостаточность конкурсной массы для удовлетворения всех требований кредиторов.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрено, что если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока: собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, его учредителя, которые, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Из содержания приведенных норм права следует необходимость определения точной даты возникновения у руководителя должника соответствующей обязанности.

При этом, арбитражный суд не связан умышленным или ошибочным указанием со стороны управляющего неверной даты возникновения у должника признаков объективного банкротства и должен самостоятельно, исходя из обстоятельств дела и представленных доказательств, установить такую дату (определение Верховного Суда РФ от 20.07.2017 №309-ЭС17-1801).

Согласно пункту 2 статьи 33 Закона о банкротстве, в редакции, действовавшей в спорный период, заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем пятьсот тысяч рублей.

Согласно пункту 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующая обязанность не исполнена им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Согласно абзацам тридцать третьему и тридцать четвертому статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли действия руководителя причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае ответчик должен привлекаться к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае ответчик должен привлекаться к ответственности за причиненные убытки).

Таким образом, за неподачу в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) ответственность руководителя должника наступает за принятие на должника, уже отвечающего признакам банкротства, дополнительных обязательств.

Размер ответственности определяется размером тех обязательств, которые возникли после наступления у должника признаков объективного банкротства.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 постановления от 21.12.2017 №53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 постановления от 21.12.2017 №53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

В пункте 18 постановления от 21.12.2017 №53 разъяснено, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности

В соответствии с частью 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.04.2022 по настоящему делу установлено следующее.

Решением Арбитражного суда Омской области от 11.03.2020 по делу №А46-22681/2020 с ООО «Аранта» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сибжилсервис» взыскана сумма авансового платежа в размере 871 842,96 рубля, проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 01.10.2019 по 11.02.2020 в размере 20 763,78 рубля с продолжением начисления процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму долга 871 842,96 рубля за период с 12.02.2020 по дату фактической оплаты задолженности, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, а также 26 852 руб. расходов по уплате государственной пошлины. Данное обязательство возникло из договора №39 от 06.06.2019. Согласно пункту 1.3 работы по договору должны быть завершены до 30 сентября 2019 года. Во исполнение условий договора ООО «Сибжилсервис» произвело авансовый платеж в размере 871 872,96 рубля, что подтверждается представленным в материалы дела платежным поручением №899 от 18.07.2019. Вместе с тем, ООО «Аранта» обязательства по выполнению определенных договором работ не исполнило, возврат денежных средств в размере 871 872,96 рубля не произвело.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2020 вышеуказанное решение изменено: с ООО «Аранта» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сибжилсервис» взыскано 608 254,56 рубля неосновательного обогащения; а также 20 209,00 рублей расходов по уплате государственной пошлины по иску. Произведено начисление процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму неосновательного обогащения 608 254,56 рубля, начиная с 13.10.2020 по день фактического исполнения обязательства, исходя из ключевых ставок Банка России, действующих в соответствующие периоды. В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказано.

Решением Арбитражного суда Омской области от 15.02.2021 по делу №А46-22683/2019 с ООО «Аранта» в пользу ООО «Сибжилсервис» взыскано 463 963,52 рубля неосновательного обогащения, 6 117,00 рублей расходов по уплате государственной пошлины. Указано на производство начисления процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму неосновательного обогащения 463 963,32 рубля, начиная со дня вступления в законную силу решения суда по делу №А46-22683/2019 по день фактического исполнения обязательства, исходя из ключевых ставок Банка России, действующих в соответствующие периоды. В удовлетворении остальной части требования отказано. Данное обязательство возникло из договоров №№38,43,47 от 06.06.2019. Согласно пункту 1.3 работы по договору должны быть завершены до 30.09.2019. При этом данный иск был принят к производству 10.12.2019. Сумма требований изначально была заявлена в размере 915 148,97 рубля.

ООО «Стройотдел» 25.12.2019 обратилось в суд за взысканием задолженности с ООО «Аранта». Данный иск был принят к производству в порядке упрощенного судопроизводства 09.01.2020. Решением Арбитражного суда Омской области от 03.03.2020 по делу №А46-24507/2019 с ООО «Аранта» в пользу ООО «Стройотдел» взыскана задолженность по оплате поставленного товара по договору поставки №27 от 09.08.2019 в размере 97 907,42 рубля, неустойка в размере 8 952,50 рубля; 4 206,00 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

ООО «Сибжилсервис» 30.12.2019 обратилось в суд к ООО «Аранта» с требованием о расторжении договора и взыскании 3 224 269,62 рубля. Данный иск был принят к производству 31.12.2019. Решением Арбитражного суд Омской области от 30.11.2020 по делу №А46-24831/2019 с ООО «Аранта» в пользу ООО «Сибжилсервис» взыскана неустойка за период с 01.10.2019 по 22.11.2019 в размере 78 835,33 рубля, а также 9 957,00 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

ООО «ПК «Промбетон» (заинтересованное лицо) самостоятельно подало иск к ООО «Аранта» 20.02.2020, т.е. за 5 дней до оспариваемой уступки, о взыскании с последнего 7 473 794,45 рубля. Данный иск принят к производству 27.02.2020. Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.06.2020 по делу №А60-8524/2020 с ООО «Аранта» в пользу ООО ПК «Промбетон» взыскано 3 326 416,86 рубля долга по договору №1-06/19 от 19.06.2019, 66 384,28 рубля процентов по статье 395 ГК РФ за период с 14.10.2019 по 03.02.2020, продолжено начисление процентов по правилам статьи 395 ГК РФ, начиная с 04.02.2020 по день фактической оплаты долга, 4 032 174,24 рубля долга по договору №2-06/19 от 19.06.2019, 48 819,07 рубля процентов по статье 395 ГК РФ за период с 26.11.2019 по 03.02.2020, продолжено начисление процентов по правилам статьи 395 ГК РФ, начиная с 04.02.2020 по день фактической оплаты долга, а также 60 369,00 рублей в возмещении судебных расходов по уплате государственной пошлины, понесенных при подаче иска.

Доказательства, свидетельствующие о том, что у должника имелись имущество и денежные средства, либо планировалось поступление денежных средств в размере, достаточном для исполнения денежных обязательств перед кредиторами, в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, заочным решением Ленинского районного суда города Омска от 10.07.2020 по делу №2-1422/2020 с ООО «Аранта» в пользу ООО «НПО «Паллада» взыскана задолженность за выполненные работы по договорам субподряда №10-1 от 24.06.2019, №10-2 от 24.06.2019, №10-3 от 24.06.2019, №10-4 от 24.06.2019, №10-5 от 24.06.2019 в сумме 4 507 095,84 рубля.

Данным судебным актом установлено, что 24.12.2019 в адрес ООО «Аранта» переданы для подписания акты о приемке выполненных работ по форме КС-2 и справки о стоимости выполненных работ по форме КС-3 с отраженными в них фактически выполненными объемами работ.

Учитывая, указанные обстоятельства, принимая во внимание положения статьи 711 ГК РФ, взысканная указанным решением задолженность в сумме 4 507 095,84 рубля возникла у ООО «Аранта» в момент направления актов по форме КС-2 и справок по форме КС-3 (24.12.2019).

С учетом указанного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что по состоянию на 24.12.2019 у должника имелись признаки неплатежеспособности, при наличии которых руководитель должника, действуя разумно и добросовестно, должен был объективно определить, что должник не имеет возможности рассчитаться в полном объеме с кредиторами, и что удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

Следовательно, датой возникновения обязанности по подаче руководителем должника заявления в арбитражный суд о признании банкротом является 25.01.2020.

Однако, руководителем должника ФИО3 обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) не была исполнена.

Доказательства, свидетельствующие о том, что у должника имелись денежные средства, достаточные для погашения кредиторской задолженности, или возможность рассчитаться с кредиторами за счет имущества, руководителем должника были предприняты меры по выходу из финансовых затруднений на основании экономически обоснованного плана, в материалы дела не представлены.

С заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд обратилось ООО «НПО «Паллада» 20.02.2021.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Аранта» по основаниям, установленным статьей 61.12 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание, что законодательством РФ не предусмотрена возможность привлечения участников должника к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), исходя из толкования статьи 9 Закона о банкротстве, согласно которой у участника должника обязанность по подаче такого заявления отсутствует, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности про обязательства ООО «Аранта» на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Иных оснований для привлечения участника должника к субсидиарной ответственности управляющим не заявлено.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно рассмотрел в пределах заявленных управляющим требований.

Кроме того, конкурсным управляющим должника ФИО1 в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 указано на неисполнение предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанности по передаче документов должника, что не позволило конкурсному управляющему пополнить конкурсную массу за счет взыскания дебиторской задолженности.

В соответствии со статьей 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, принимает в ведение имущества должника, распоряжается его имуществом.

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации (материальных ценностей) должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении №35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», если в судебном заседании объявлена резолютивная часть судебного акта о введении процедуры, применяемой в деле о банкротстве, то датой введения процедуры, возникновения либо прекращения полномочий арбитражного управляющего, является дата объявления такой резолютивной части, при этом срок на обжалование этого судебного акта начинает течь с даты изготовления его в полном объеме.

В силу пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

В силу пункта 1 статьи 6 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон №402-ФЗ) ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций. Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта (пункт 1 статьи 7 Закона №402-ФЗ).

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта (пункт 1 статьи 7 Закона №402-ФЗ).

Согласно статье 13 Закона №402-ФЗ бухгалтерская отчетность основывается на данных синтетического и аналитического учета.

В соответствии с пунктом 1 статьи 13 Закона №402-ФЗ бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений.

Согласно пункту 3 статьи 1 Закона №402-ФЗ к основным задачам бухгалтерского учета отнесено, в том числе формирование полной и достоверной информации о деятельности организации и ее имущественном положении, необходимой внутренним пользователям бухгалтерской отчетности - руководителям, учредителям, участникам и собственникам имущества организации, а также внешним - инвесторам, кредиторам и другим пользователям бухгалтерской отчетности.

Обязанность хранения документов общества установлена и положениями статьи 51 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В соответствии с пунктом 32 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утв. Приказом Минфина России от 29.07.1998 №34н, бухгалтерская отчетность должна давать достоверное и полное представление об имущественном и финансовом положении организации, о его изменениях, а также финансовых результатах ее деятельности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 24 постановления от 21.12.2017 №53, к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Действительно, сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Вместе с тем, неисполнение данной обязанности привело к невозможности формирования конкурсной массы и, как следствие, невозможности полного удовлетворения требований кредиторов.

Соответственно, выводы суда в указанной части являются законными и обоснованными.

В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Указанные в данной норме обстоятельства отсутствия документации должника-банкрота представляют собой презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

По смыслу подпунктов 2 и 4 пункта 2, пунктов 4 и 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве лица, не признанные контролирующими должника, на которых возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации (например, главный бухгалтер), несут солидарно с бывшим руководителем субсидиарную ответственность за доведение до банкротства как соучастники, если будет доказано, что они по указанию бывшего руководителя или совместно с ним совершили действия, приведшие к уничтожению документации, ее сокрытию или к искажению содержащихся в ней сведений.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.02.2022 суд обязал ФИО3 передать конкурсному управляющему ООО «Аранта» ФИО1 печати, штампы, материальные и иные ценности должника, а также оригиналы документов относительно финансово-хозяйственной деятельности общества.

Для целей принудительного исполнения данного определения конкурсному управляющему выдан исполнительный лист серии ФС №036011302, на основании которого возбуждено исполнительное производство №9597121/22/66002-ИП от 04.08.2022.

До настоящего времени указанная обязанность не исполнена, материалы дела обратного не содержат.

Обосновывая необходимость привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по данному основанию, конкурсный управляющий указывает на отказ в удовлетворении требований ООО «Аранта» к обществу с ограниченной ответственностью «Партнер Лайн» по взысканию неосновательного обогащения в размере 2 646 934,00 рублей.

Так, решением Арбитражного суда Смоленской области от 08.12.2021 по делу №А62-1217/2020 установлено следующее.

В материалах дела содержится информация о том, что 26.04.2021 от ООО «Аранта» поступило ходатайство, в котором указано, что бухгалтерия ООО «Аранта» велась на аутсорсинге, ООО «Аранта» не приобретало программу 1С, программа приобреталась индивидуальным предпринимателем, который вел бухгалтерию. В связи с тем, что в программе ведется бухгалтерия не только ООО «Аранта», но и других лиц, не имеющих отношения к рассматриваемому делу, а информация, содержащаяся в программе, является конфиденциальной, невозможно предоставить доступ к программе.

Эксперт указал, что ООО «Аранта» не совсем точно преподнесло информацию, поскольку в одной бухгалтерской программе можно вести бухгалтерию нескольких предприятий. При этом у каждого пользователя, как правило, есть ограничения по доступу в программу посредством пароля. При онлайн-доступе внешнему пользователю, например эксперту, можно дать пароль для входа только в конкретную организацию. При этом он не будет иметь возможности видеть другие организации.

Кроме онлайн-доступа в экспертную организацию можно представить файлы данных только по ООО «Аранта» электронной почтой или на носителе (например, на USB-флеш-накопителе). В экспертной организации такие файлы можно открыть с помощью программы 1С, находящейся в пользовании у эксперта.

Для ответов на вопросы №2 и №3 необходимо изучить помимо бухгалтерской и налоговой отчетности содержание бухгалтерских и налоговых регистров учета.

Операции по перечислению денег в адрес контрагента при условии ведения бухгалтерского учета «по отгрузке» влияют на показатели бухгалтерской отчетности по строке «Дебиторская задолженность» в разделе II баланса и по строке «Кредиторская задолженность» в разделе V баланса. При этом суммы по указанным строкам приведены обезличено. Внешний пользователь не имеет возможности понять из данных баланса, каким контрагентам должна организация и какие контрагенты должны ей. Для анализа такой информации нужно изучить регистры бухгалтерского учета, то есть бухгалтерскую программу.

В налоговой отчетности при ведении учета «по отгрузке» операции по перечислению денег в адрес контрагента влияют показатели в декларации по НДС в разделе «НДС с авансов» при условии, что были получены авансовые платежи или после получения аванса произошла отгрузка. В остальных случаях факт платежа в налоговой отчетности не отражается.

Тем не менее, в регистрах бухгалтерского и налогового учета операции по перечислению денежных средств отражаются, и при условии предоставления этих регистров, а именно данных бухгалтерской программы, в рамках настоящей экспертизы они могут быть изучены и описаны.

Поскольку в распоряжение эксперта бухгалтерские и налоговые регистры учета (данные бухгалтерской программы) не представлены, полноценно ответить на вопросы нет возможности.

Таким образом, провести экспертизу в полном объеме не представилось возможным ввиду отказа ООО «Аранта» в лице его бывшего директора ФИО3 в предоставлении эксперту доступа к бухгалтерской программе.

Как указывает конкурсный управляющий должника, приведенные обстоятельства свидетельствуют о виновном поведении ФИО3 по непредоставлению документов в рамках рассмотрения исковых требований, что явилось причиной отказа в удовлетворении исковых требований, а, следовательно, и причинения вреда кредиторам ООО «Аранта», выразившегося в непоступлении в конкурсную массу должника денежных средств в размере 2 646 934,00 рубля, в связи с чем, необходимо установить основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что непередача документов ФИО3 конкурсному управляющему и их непредоставление арбитражному суду не явилось причиной отказа ООО «Аранта» в удовлетворении исковых требований и, как следствие, непоступления в конкурсную массу должника 2 646 934,00 рублей, поскольку суд даже при условии отсутствия первичной документации, свидетельствующих о сложившихся между обществом «Аранта» и обществом «Партнер Лайн» правоотношений, установил факт договорных отношений. Предоставление ФИО3 соответствующих документов суду не исключило бы отсутствие неосновательного обогащения на стороне общества «Партнер Лайн».

Доказательства, свидетельствующие о том, что непередача конкурному управляющему должника какой-либо документации негативно отразилась на осуществлении им мероприятий конкурсного производства, в материалы дела не представлены.

Кроме того, из отчета конкурсного управляющего о своей деятельности по состоянию на 10.06.2024 следует, что конкурсная масса должника была сформирована за счет взыскания дебиторской задолженности.

В реестр требований кредиторов должника включены требования в размере 4 948 791,35 рубля, требования кредиторов погашены в размере 3 814 600,00 рублей, что составляет 77,07%. Текущие обязательства погашены за счет конкурсной массы в полном объеме.

Из чего следует, что непередача документов, на которые ссылается конкурсный управляющий, не привела к невозможности формирования конкурсной массы.

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим должника не доказана причинно-следственная связь между отсутствием у него документов и невозможностью или затруднительностью пополнения конкурсной массы должника, а также причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате бездействия контролирующего должника лица, которые повлекли невозможность погашения требований кредиторов и являются основанием для привлечения ФИО3 к ответственности по обязательствам должника.

Таким образом, с учетом конкретных обстоятельств, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов в связи с неисполнением обязанности по передаче документов должника конкурсному управляющему на основании подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Доводы апеллянта в указанной части выражают несогласие с выводами суда первой инстанции и не опровергают правильности указанных выводов. В связи с чем, доводы апеллянта подлежат отклонению как необоснованные.

Определяя размер субсидиарной ответственности ФИО3 суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 настоящего Федерального закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника (пункт 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53).

Таким образом, как верно отметил суд первой инстанции, размер субсидиарной ответственности ФИО3 должен определяться совокупностью обязательств должника, возникших в период с 25.01.2020 по 02.03.2021 (дата возбуждения дела о банкротстве).

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования следующих кредиторов: общества с ограниченной ответственностью «НПО «Паллада» в размере 4 537 831,34 рубля (удовлетворено 2 856 593,75 рубля); общества с ограниченной ответственностью «Арта плюс» в размере 350 000,00 рублей (удовлетворено 220 361,25 рубя); общества с ограниченной ответственностью «УК «На Рабкоровской» в размере 25 426,80 рубля (удовлетворено 15 992,50 рубля); общества с ограниченной ответственностью «Стройотдел» в размере 15 000,00 рублей (удовлетворено 9 411,25 рубля); межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России №24 по Свердловской области в размере 20 553,21 рубля (удовлетворено 12 241,25 рубя.). Также признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после погашения требований кредиторов, включенных в реестр, требование межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России №24 по Свердловской области в размере 6 500,00 рублей.

Требование общества с ограниченной ответственностью «НПО «Паллада» в размере 4 537 831,34 рубя включено в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.04.2021 и основано на решении Ленинского районного суда города Омска от 10.07.2020 по делу №2-1422/2020.

Данным судебным актом установлено, что 24.12.2019 в адрес ООО «Аранта» переданы для подписания акты о приемке выполненных работ по форме КС-2 и справки о стоимости выполненных работ по форме КС-3 с отраженными в них фактически выполненными объемами работ.

Соответственно, обязательство перед обществом «НПО «Паллада» возникло 24.12.2019, то есть до 25.01.2020, и не подлежит учету в составе размера субсидиарной ответственности ФИО3

Требование общества с ограниченной ответственностью «Арта плюс» в размере 350 000,00 рублей включено в реестр требование кредиторов должника определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.11.2021 и основано на решении Арбитражного суда Омской области от 15.12.2020 по делу №А46-5554/2020, оставленным без изменения постановлением Восьмого Арбитражного апелляционного суда от 06.04.2021.

При этом судами установлено, что 11.06.2019 между ООО «Арта плюс» (арендодатель) и ООО «Аранта» (арендатор) заключен договор аренды №19/15 (далее – договор), согласно условиям которого арендодатель обязуется передать во временное пользование: бытовку строительную (6000x2400x2940(2400) S=14.4 кв.м, в количестве 3 штук, а арендатор уплатить арендную плату и принять в аренду арендованное имущество: бытовки будут находиться на объектах по адресам: г. Омск, ФИО8,230; г. Омск, ФИО8,222; <...>.

Впоследствии стороны подписали дополнительное соглашение №1 от 02.08.2019, которым предусмотрели передачу в аренду еще одной бытовки строительной 6000x2400x2900h мм с 05.08.2019.

Дополнительным соглашением №2 в перечень арендованного имущества добавлена пятая строительная бытовка 600x2400x2900h мм.

Пунктом 5.1 договора предусмотрен срок его действия до 31.12.2019.

По актам приема-передачи от 11.06.2019, от 05.08.2019, от 09.08.2019 истец (общество «Арта плюс») передал ответчику (общество «Аранта») имущество.

Ответчик (общество «Аранта») не регулярно перечислял арендную плату, в связи с чем ему была направлена претензия с требованием о погашении задолженности по арендной плате и возврате строительных бытовок по окончанию срока действия договора аренды, то есть 31.12.2019.

Ответчик (общество «Аранта») 16.01.2020 погасил задолженность по арендной плате.

ООО «Арта плюс» 16.01.2020 собственными силами произвело возврат арендованного имущества. Ответчик (общество «Аранта») при возврате имущества не присутствовал.

После возврата строительных бытовок было обнаружено, что все бытовки имеют существенные поломки, дефекты и разрушения. По расчету истца (общество «Арта плюс») сумма ущерба составила 350 000,00 рублей.

Истец (общество «Арта плюс») 11.06.2019 составил акт приема-передачи (возврата) бытовок по договору №19/15 с указанием поломок и стоимости восстановительного ремонта. Указанный акт был направлен ответчику (общество «Аранта») почтовым отправлением 20.01.2020.

Направленный акт, помимо указания поломок, их стоимости, содержит требование о выплате стоимости восстановительного ремонта.

Отсутствие действий ответчика по оплате стоимости восстановительного ремонта бытовок явилось основанием для обращения в арбитражный суд с исковым заявлением.

Из данного судебного акта следует, что обязательства должника перед обществом «Арта плюс» возникли 20.01.2020, то есть до 25.01.2020, и не подлежит учету в составе размера субсидиарной ответственности ФИО3

Требование общества с ограниченной ответственностью «УК «На Рабкоровской» в размере 25 426,80 рубля включено в реестр требование кредиторов должника определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.01.2022. Судом установлено следующее.

Между департаментом городского хозяйства администрации г. Омска (главный распорядитель бюджетных средств) и ООО «УК «На Рабкоровской» (получатель) заключено соглашение о предоставлении из бюджета города Омска субсидий на финансовое обеспечение затрат по проведению капитального ремонта многоквартирных домов от 03.06.2019 №907-120/2019 на сумму 3 356 432,40 рубля в соответствии с постановлением администрации города Омска от 19.01.2018 №40-п «О предоставлении из бюджета города Омска субсидий на финансовое обеспечение затрат по проведению капитального ремонта многоквартирных домов.

Предметом соглашения является предоставление из бюджета города Омска в 2019 году субсидии в целях финансового обеспечения затрат ООО «УК «На Рабкоровской», связанных с проведением капитального ремонта фасада многоквартирного дома, расположенного по адресу: <...>.

Во исполнение соглашения между ООО «УК «На Рабкоровской» (заказчик) и ООО «Аранта» (подрядчик) был заключен договор №04-06/2019-25 от 06.06.2019 на капитальный ремонт фасада многоквартирного дома №37 по ул. Полковая в г. Омске.

Согласно пункту 2.1 договора и Приложению №1 к договору (локально-сметный расчет), стоимость работ по договору составила 3 356 432,40 рубля.

Согласно Приложению №2 к договору (акт осмотра здания - дефектная ведомость от 06.12.2019) - был определен перечень необходимых работ из 97 пунктов.

Согласно акту №1 о приемке выполненных работ КС-2 от 19.12.2019, общая стоимость выполненных работ по перечню, установленному дефектной ведомостью, составила 2 219 153,00 рублей.

Указанная денежная сумма была перечислена на расчетный счет ООО «Аранта» в полном объеме, что подтверждается платежными поручениями №939 от 26.06.2019 на сумму 1 006 929,72 рубля и №1896 от 30.12.2019 на сумму 1 212 223,08 рубля.

В марте 2020 года управлением финансового контроля Департамента финансов и контроля администрации г. Омска был проведен контрольный обмер объемов выполненных работ по капитальному ремонту фасада многоквартирного жилого дома №37 по ул. Полковая в г. Омске на соответствие перечня, объемов работ, указанных в акте приемки выполненных работ №1 от 19.12.2019 на сумму 2 219 153,00 рублей и оплаченных за счет средств соответствующего бюджета, с фактическим объемом выполненных работ, устанавливаемым комиссией с помощью визуального осмотра и обмера.

По результатам контрольного обмера, оформленного актом от 26.03.2020 года, комиссией установлено завышение объемов и стоимости работ, заявленных в акте №1 от 19.12.2019 года на сумму 25 426,80 рубля.

Акт контрольного обмера вручен под роспись главному инженеру ООО «Аранта» 30.03.2020, что подтверждается отметкой в акте.

Департаментом городского хозяйства Администрации г. Омска 23.04.2020 в адрес ООО «УК «На Рабкоровской» выставлено требование о возврате в бюджет города Омска денежной суммы в размере 25 426,80 рубля.

Указанные денежные средства были возвращены в бюджет города Омска по платежному поручению №469 от 15.05.2020.

Таким образом, обязательства перед обществом «УК «На Рабкоровской» возникло 15.05.2020, то есть в период между 25.01.2020 и 02.03.2021, соответственно, указанное обязательство подлежит включению в размер субсидиарной ответственности ФИО3 Вместе с тем, учитывая, что требования кредитора, согласно отчету конкурсного управляющего, удовлетворены в части суммы 15 992,50 рубля, в размер субсидиарной ответственности подлежит включению сумма 9 434,30 рубля.

Требование общества с ограниченной ответственностью «Стройотдел» в размере 15 000,00 рублей включено в реестр требование кредиторов должника определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.02.2022 и основано на определении Арбитражного суда Омской области от 10.08.2020 по делу №А46-24507/2019.

Указанная задолженность состоит из судебных расходов, понесенных обществом «Стройотдел» при рассмотрении дела №А46-24507/2019 по исковому заявлению общества «Стройотдел» к обществу «Аранта».

Кредитором 23.09.2020 был получен исполнительный лист серии ФС №020520814, исполнительный лист вместе с заявлением о возбуждении исполнительного производства был направлен в Железнодорожный районный отдел судебных приставов г. Екатеринбурга 16.07.2021.

В отношении должника 27.08.2021 возбуждено исполнительное производство №93520/21/66002-ИП.

Погашение задолженности должником в рамках исполнительного производства не производилось.

Учитывая, что судебный акт о взыскании судебных расходов вступил в законную силу 11.09.2020, то обязательства по оплате судебных расходов возникли 11.09.2020, то есть в период между 25.01.2020 и 02.03.2021, соответственно, указанное обязательство подлежит включению в размер субсидиарной ответственности ФИО3 Вместе с тем, учитывая, что требования кредитора, согласно отчету конкурсного управляющего, удовлетворены в части суммы 9 411,25 рубля, в размер субсидиарной ответственности включается сумма 5 588,75 рубля.

Требование межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России №24 по Свердловской области в размере 20 553,21 рубля включено в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.09.2021.

Задолженность состоит из задолженности по уплате налога на прибыль организации и транспортного налога за период 3-4 кварталы 2020 года, штрафов за налоговые правонарушения за 3 квартал 2020 года, а также соответствующих пеней.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.12.2023 требования Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №24 по Свердловской области в размере 6 500,00 рублей штрафа признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника – общества с ограниченной ответственностью «Аранта». Задолженность по указанным штрафам возникла в период между 25.01.2020 и 02.03.2021.

Поскольку обязательства должника перед уполномоченным органом возникла в период между 25.01.2020 и 02.03.2021, соответственно, указанное обязательство подлежит включению в размер субсидиарной ответственности ФИО3 Вместе с тем, учитывая, что требования кредитора, согласно отчету конкурсного управляющего, удовлетворены в части суммы 12 241,25 рубля, в размер субсидиарной ответственности включается сумма 14 791,96 рубля.

С учетом вышеуказанного, суд первой инстанции правомерно установил, что размер субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам должника за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) составляет 29 815,01 рубля.

Таким образом, учитывая наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица по обязательствам ООО «Аранта» на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, суд первой инстанции обоснованно взыскал с ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Аранта» денежные средства в размере 29 815,01 рубля.

Выводы суда первой инстанции апеллянтом и лицом, привлеченным к субсидиарной ответственности, не оспариваются, в связи с чем, основания переоценивать выводы суда первой инстанции, судебная коллегия не находит.

Вопреки доводам апеллянта, судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену обжалуемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 02 мая 2024 года по делу №А60-7547/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Л.М. Зарифуллина




Судьи


Т.В. Макаров



Л.В. Саликова