Постановление от 3 августа 2025 г. по делу № А60-13556/2024

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-5726/2025(1)-АК

Дело № А60-13556/2024
04 августа 2025 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 04 августа 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 04 августа 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Гладких Е.О.

судей          Зарифуллиной Л.М., Саликовой Л.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания

ФИО1

при участии в судебном заседании:

финансового управляющего ФИО2 (паспорт),

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 20 мая 2025 года

об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной,

вынесенное в рамках дела № А60-13556/2024

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3 (ИНН <***>, СНИЛС <***>),

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 18.03.2024 посредством системы «Мой Арбитр» поступило заявление ФИО4 о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.03.2024 заявление принято к производству, возбуждено дело.

Определением суда от 06.07.2024 заявление ФИО4 о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) признано обоснованным. В отношении должника ФИО3 введена процедура реструктуризации задолженности.

Финансовым управляющим должника утвержден ФИО2, член Ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Решением суда от 12.12.2024 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, до 28.05.2025.

В Арбитражный суд Свердловской области 02.12.2024 поступило заявление финансового управляющего ФИО2 об оспаривании сделки должника.

Определением суда от 03.12.2024 заявление принято к рассмотрению, назначено судебное заседание.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20 мая 2025 года в удовлетворении заявления об оспаривании сделки должника отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, просит определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 мая 2025 года отменить, требование финансового управляющего удовлетворить, применить последствия в виде восстановления режима совместной собственности супругов на имущество, приобретенное в браке.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что обратился с заявлением в установленные сроки, вывод суда о том, что о наличии брачного договора было известно участникам дела о банкротстве ООО «Смарт Строй» еще в 2020-2021 годах, не обоснован, не подтвержден материалами дела; что брачный договор заключен после возникновения обязательств перед кредиторами, поскольку обязанность по возмещению ущерба возникает с момента его причинения, а определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.10.2021 по делу № А60-62356/2016 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности установлено, что деликт ООО «Смарт Строй» он причинил своими незаконными действиями в период с 13.07.2016 по 09.01.2017. Учитывая данные обстоятельства, выводы суда об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности на дату заключения оспариваемой сделки являются ошибочными; что оспариваемая сделка выходила за пределы дефектов подозрительных сделок. Фактически брачный договор от 10.07.2019 прикрывал реальные намерения сторон по распоряжению совместно нажитым имуществом, а именно, намерение сторон передать все имущество на одного из супругов так, чтобы ФИО3 остался без имущества, на которое можно обратить взыскание со стороны кредиторов; что ответчику и должнику, в силу их заинтересованности, было достоверно известно о нахождении ООО «Смарт Строй» в процедуре конкурсного производства на дату заключения брачного договора, а также обо всех негативных последствиях, связанных с данным банкротством, что и послужило мотивом совершения оспариваемой сделки; что при рассмотрении спора было указано на самостоятельное основание для признания сделки ничтожной- отсутствие извещения кредиторов о разделе имущества должника. Однако, данному доводу надлежащей оценки судом не дано; что судом не дана оценка финансовой возможности супруги должника совершать сделки обособленно от совместно нажитого имущества (денежных средств семьи). Считает, что все сделки ФИО5, совершенные после заключения брачного договора, необходимо рассматривать как сделки, совершенные за счет имущества должника.

До начала судебного заседания от должника поступил отзыв, просит в удовлетворении апелляционной жалобы финансового управляющего  отказать, определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 мая 2025 года считает законным и обоснованным.

В судебном заседании финансовый управляющий доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, определение суда первой инстанции считает незаконным и необоснованным, просит его отменить, апелляционную жалобу удовлетворить. 

Иные лица, участвующие в деле и извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, что в порядке статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, должник ФИО3 в период с 19.01.2007 по 20.05.2024 состоял в браке с ФИО5

Между супругами 10.07.2019 заключен брачный договор, из содержания которого следует, что в отношении приобретенного в период брака имущества (квартира, находящаяся по адресу: г. Екатеринбург, ул. Крестинского*), гаражный бокс, площадью 17,2 кв.м, расположенный по адресу: <...> земельный участок, площадью 1 435 кв.м, расположенный по адресу: г. Екатеринбург, пос. Палкино *)  установлен иной режим.

Ссылаясь на то, что брачный договор был заключен должником и его супругой с целью вывода имущества из общей совместной собственности для уклонения от погашения имеющейся перед кредиторами задолженности, финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением о признании брачного договора от 10.07.2019 недействительным на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Рассмотрев заявление финансового управляющего, суд первой инстанции не усмотрел оснований для признания его недействительным.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, также заявление может быть подано конкурсным кредитором самостоятельно.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (статья 61.8 Закона о банкротстве).

В данном случае финансовым управляющим в качестве недействительной сделки оспаривается брачный договор от 10.07.2019.

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Статьями 40, 42 СК РФ предусмотрено, что брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов. Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок (статья 44 СК РФ).

В соответствии с абзацами 2, 5 пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" (далее - Постановление Пленума N 48) финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61, 2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ). Данные разъяснения подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или статье 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В данном случае из материалов дела следует, что настоящее дело возбуждено 22.03.2024, оспариваемый договор заключен 10.07.2019, то есть за пределами подозрительности, установленными пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем оспаривание договора по специальным основаниям невозможно.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4).

Пунктом 3 статьи 1 ГК РФ установлено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 названной статьи).

При этом пунктом 5 названной статьи установлено, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Из содержания статьи 10 ГК РФ следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица, управомоченного по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника.

При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно (в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным лицом).

Согласно абзацу 3 пункта 1 Постановления Пленума N 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

С учетом характера оспариваемой сделки ее сторонами являются заинтересованные лица.

Сделка совершена за пять лет до возбуждения настоящего дела о банкротстве.

Оспаривая заключенный должником с ФИО5 брачный договор, финансовый управляющий ссылается на недобросовестность действий заинтересованных лиц, направленных на вывод имущества должника с целью недопущения обращения взыскания на него, причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, указывая при этом на отсутствие экономических мотивов заключения спорного брачного договора и изменение законного режима совместной собственности спустя 12 лет брака, при наличии у ФИО3 неисполненных обязательств перед кредиторами.

Между тем, из материалов дела не следует, что должник и его супруга, заключая оспариваемую сделку, действовали в условиях потенциального риска возможности обращения взыскания на личное имущество должника и имущество, являющееся их совместной собственностью.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что брачный договор заключен должником, когда у него отсутствовали какие-либо притязания со стороны кредиторов.

При этом суд исходил из того, что по состоянию на 10.07.2019 (дата заключения брачного договора) у ФИО3 не были прекращены расчеты с кредиторами, не имелось задолженности по обязательным платежам, размер задолженности не превышал стоимость имущества, не имелось оконченных либо возбужденных исполнительных производств.

Убытки, взысканные на основании определения Арбитражного суда Свердловской области от 05.06.2019 по делу №А60-62356/2016  в размере 2 576 616 руб. (в реестр требований кредиторов ФИО3 указанная задолженность не включена) были погашены ФИО5

В реестр требований кредиторов ФИО3 включены требования ФИО4, ФИО6, ФИО7, ООО «Промжилстрой», основанные на определении Арбитражного суда Свердловской области от 13.08.2021 по делу №А60-62356/2016 о взыскании с ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности 57 199 321,48 руб. по обязательствам ООО «Смарт Строй».

При таких обстоятельствах следует согласиться, что на момент заключения оспариваемого брачного договора у должника отсутствовали личные неисполненные обязательства.

На дату заключения оспариваемого договора спор по привлечению контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не был инициирован (заявление подано в суд 10.03.2020).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, само по себе нахождение ООО «Смарт Строй» в процедуре конкурсного производства на дату заключения брачного договора достаточным для вывода о совершении оспариваемой сделки с целью причинения вреда кредиторам не является.

Из фактических обстоятельств следует, что причины заключения брачного договора не были связаны с указанными выше событиями, носили сугубо семейный характер.

Судом первой инстанции при рассмотрении спора установлено следующее.

Брачный договор был заключен супругами в период брака, при этом брак официально расторгнут супругами только 20.05.2024, то есть спустя 5 лет после заключения брачного договора.

Возражая против заявленных требований, ответчик в суде первой инстанции указала, что условие брачного договора, согласно которому имущество супругов признается личным имуществом того супруга, на имя которого оно зарегистрировано является характерным и типичным условием брачного договора и не может свидетельствовать о злоупотреблении правом.

Относительно объектов недвижимости, в отношении которых заключен брачный договора, пояснила, что квартира по ул. Крестинского в силу положений статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является единственным жильем должника, земельный участок в пос. Палкино является личным (добрачным) имуществом ФИО5 (решением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 28.05.2003 за Ивановной ФИО8 признано право собственности на самовольную постройку - индивидуальный жилой дом, расположенный по адресу: г. Екатеринбург, пос. Палкино *). Приобретение ФИО5 автомобиля HYUNDAI GETZ GLS 1.4, 2006 г.в., осуществлено после заключения брачного договора.

Дополнительно  ФИО5 пояснила, что до вступления в брак ею и ее сестрой было произведено отчуждение квартиры в г. Екатеринбурге, в связи с чем ею было получено 443 300 руб., кроме того, ФИО5 осуществлено погашение задолженности ФИО3 по убыткам, взысканным на основании определения Арбитражного суда Свердловской области от 05.06.2019 по делу №А60-62356/2016 - 2 576 616 руб. (в реестр требований кредиторов ФИО3 указанная задолженность не включена). Указывает в связи с этим, что единственная имеющаяся на дату заключения договора задолженность была погашена.

Учитывая указанные обстоятельства и пояснения ответчика, суд пришел к выводу, что подписание брачного договора не может быть квалифицировано как злоупотребление должником правом, поскольку мотивы заключения договора никак не связаны с предпринимательской деятельностью должника, а связаны с урегулированием имущественных отношений со своей супругой, что не выходит за пределы, установленные законом. Иного суду не доказано (статья 65 АПК РФ).

Вопреки позиции апеллянта, в рассматриваемом случае, распределение имущества, приобретенного в браке, само по себе не означает наличие у сторон брачного договора какой-либо злонамеренной цели.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ, пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Судом первой инстанции не установлено какой-либо недобросовестности и со стороны ответчика при заключении брачного договора. То обстоятельство, что ответчик являлась супругой должника, указанное не опровергает. Судебные акты о привлечении должника к субсидиарной ответственности на дату заключения оспариваемого договора отсутствовали (заявление подано в суд 10.03.2020).

Убедительных доказательств о заключении договора с иной, не связанной с семейными отношениями, целью, финансовым управляющим в материалы дела не представлено.

С учетом указанного, у суда первой инстанции отсутствовали достаточные основания ставить под сомнение пояснения ответчика о целях заключения спорной сделки.

Оснований полагать недостоверными пояснения должника и ответчика, соотносящиеся с доказательствами по спору, у суда апелляционной инстанции не имеется. Суд первой инстанции верно установил мотивы заключения брачного договора. То обстоятельство, что время заключения брачного договора оказалось близким к периоду возникновения проблем у должника в предпринимательской деятельности, само по себе не опровергает указанные сторонами сделки причины совершения сделки, не подтверждает злонамеренность действий ее сторон.

Исходя из положений статьи 34, пункта 2 статьи 39 СК РФ, фактической предпосылкой возникновения общности имущества супругов является получение каждым из них дохода и приобретение за счет его имущества.

Для признания брачного договора недействительным должно быть установлено, что вследствие его заключения ухудшилось финансовое положение должника, либо супруга; после изменения установленного законом режима совместной собственности возник дисбаланс в отношении имущественных прав и обязанностей супругов, соответствующие условия соглашения ставят одного из супругов (должника) в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака).

В данном случае какого-либо ущемления прав кредиторов и должника ввиду заключения брачного договора судом не усмотрено.

В обоснование равноценности встречного представления при заключении брачного договора со стороны ответчика представлены суду пояснения. В частности, как указывает ответчик, ей погашена за должника задолженность в размере 2 576 616 руб., взысканная с должника определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.06.2019 по делу №А60-62356/2016 (в реестр требований кредиторов ФИО3 указанная задолженность не включена).

В отношении спорного имущества ответчиком также даны исчерпывающие пояснения.

Совокупность установленных судом обстоятельств не позволяет полагать раздел имущества брачным договором нарушающим права должника на равноценное распределение совместно нажитого имущества.

С учетом изложенного, следует признать, что материалами дела не подтверждается заключение брачного договора должником и ответчиком со злонамеренной целью, наличие в их действиях злоупотребления правом.

Заключение брачного договора являлось обычной сделкой, предусмотренной семейным законодательством, обусловленной конкретными фактическими семейными обстоятельствами.

При таком положении оснований для признания сделки недействительной по статье 10 ГК РФ у суда первой инстанции не имелось, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано правомерно.

Ответчиком было заявлено о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности.

Суд, оценив доводы участников спора, фактические обстоятельства, признал, что срок исковой давности финансовым управляющим пропущен.

Суд апелляционной инстанции считает указанный вывод суда первой инстанции ошибочным и не соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Исходя из положений статьи 213.32 Закона о банкротстве рассмотрение об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 указанного Федерального закона основаниям осуществляется в порядке главы III.1 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ, пункта 32 Постановления N 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности.

Оспаривание сделок при банкротстве, предусмотренное статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, направлено на достижение одной из основных целей банкротства - максимально возможное справедливое удовлетворение требований кредиторов.

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2020 № 308-ЭС16-15881(3), оспаривание подозрительных сделок является разновидностью косвенного иска, предъявляемого в интересах гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов несостоятельного лица.

Согласно сложившемуся в судебной практике подходу применительно к общим правилам банкротства, сформированному с учетом положений Закона о банкротстве и ГК РФ, срок исковой давности начинает течь с момента, когда первое уполномоченное на предъявление иска лицо узнало или должно было узнать о нарушении этой сделкой прав кредиторов должника, об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), а не исключительно с момента ее совершения.

Групповой косвенный иск по конкурсному оспариванию предполагает предъявление полномочным лицом требования к контрагентам (выгодоприобретателя) по сделке, направленного на компенсацию последствий их негативных (противоправных) действий, соответственно, исковая давность для полномочного на подачу такого иска лица подлежит исчислению с момента, когда ему стало известно о наличии оснований для такого оспаривания (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2017 № 308-ЭС16-15881).

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации. Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением. При этом ему необходимо ознакомиться с материалами дела о банкротстве, сделать соответствующие запросы на что требуется разумный срок не менее одного месяца, что также подлежит учету при исчислении срока исковой давности. Затем управляющий оценивает реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом заявлений об оспаривании сделок.

В этой связи срок исковой давности подлежит исчислению с даты, когда финансовый управляющий, выступающий полномочным представителем сообщества кредиторов несостоятельного гражданина и действующий разумно и осмотрительно, узнал или должен был узнать о наличии оснований полагать о недействительности (подозрительности) брачного договора и о нарушении этой сделкой прав кредиторов ФИО3

Такой подход соответствует разъяснениям, изложенным в пунктах 1, 2, 3, 8 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности".

В рассматриваемом случае финансовый управляющий указал на то, что наличие оснований полагать о недействительности (подозрительности) брачного договора установлено после получения его копии (13.08.2024), а также после получения требования конкурсного кредитора ФИО4 об оспаривании сделки (25.11.2024).

Доказательств наличия у финансового управляющего (утвержден судом 06.07.2024) сведений о наличии оснований для оспаривания сделки ранее 13.08.2024 в материалах обособленного пора не имеется. При этом в деле № А60-62356/2016 обстоятельства заключения брачного договора не устанавливались. В связи с этим нет оснований полагать, что финансовый управляющий, обратившись в арбитражный суд с настоящим заявлением 02.12.2024, пропустил срок исковой давности.

Вместе с тем, ошибочные выводы суда первой инстанции в указанной части не привели к принятию судом неправильного решения.

В рассматриваемом случае совокупность необходимых обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной не доказана.

Позиция финансового управляющего тождественна его доводам, оценка которых в полном объеме нашла свое отражение в обжалуемом определении. С учетом изложенных обстоятельств, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано правомерно.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что само по себе не является основанием для признания определения необоснованным, в связи с чем, апелляционный суд полагает, что доводы жалобы направлены исключительно на переоценку выводов суда первой инстанции, основанных на надлежащим образом проверенных и оцененных судом обстоятельствах и доказательствах по делу, и не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность определения первой инстанции.

Принимая во внимание изложенное, оснований для отмены определения и удовлетворения жалобы, исходя из доводов последней, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в порядке статьи 110 АПК РФ подлежит отнесению на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 мая 2025 года по делу № А60-13556/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Е.О. Гладких


Судьи


Л.М. Зарифуллина


Л.В. Саликова