Постановление от 15 июля 2019 г. по делу № А52-3712/2013

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-3712/2013
г. Вологда
15 июля 2019 года


Резолютивная часть постановления объявлена 08 июля 2019 года.

В полном объёме постановление изготовлено 15 июля 2019 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Кузнецова К.А., судей Журавлева А.В. и Романовой А.В., при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Псковской области от 09 апреля 2019 года по делу № А52-3712/2013,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Псковской области от 09.02.2016 в отношении открытого акционерного общества «Псковский электротехнический завод» (место нахождения: 180004, <...>; ОГРН <***>, ИНН <***>; далее – Завод, должник, Общество) введена процедура внешнего управления. Внешним управляющим утверждён ФИО3.

Решением от 21.11.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), в его отношении открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Общество с ограниченной ответственностью «Транзит» (далее - заявитель) обратилось в суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.11. Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), полагая, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий Пикули А.П., которым причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате заключения ответчиком от имени должника двух соглашений об отступном от 12.09.2013.

Определением суда от 09.04.2019 признано доказанным наличие оснований для привлечения Пикули А.П. к субсидиарной ответственности, производство по заявлению приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

ФИО2 с указанным определением не согласился, в апелляционной жалобе просил определение отменить, принять новый судебный акт, которым полностью отказать в удовлетворении заявления. В обоснование апелляционной жалобы апеллянт изложил аргументы, аналогичные по смыслу и содержанию доводам, приведенным суду первой инстанции, также указал на неверную, по его мнению, оценку данных доводов судом предыдущей инстанции. В частности указывает на то, что должник продолжал вести деятельность в процедуре финансового оздоровления, что указывает на то, что действия Пикули А.П. не привели к прекращению деятельности предприятия, а также на то, что ФИО4 не передал имущество должника, которое истребовал у него суд. По мнению апеллянта, вина ответчика в доведении должника до банкротства в связи с заключением договоров не подтверждена достоверными доказательствами, а поведение сторон нельзя признать выходящим за рамки обычной хозяйственной деятельности.

Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Псковской области в отзыве на апелляционную жалобу просила определение суда оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Исследовав обстоятельства дела, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

Как усматривается в материалах дела, суд первой инстанции, устанавливая наличие оснований для привлечения бывшего руководителя Общества Пикули А.П. к субсидиарной ответственности, правомерно исходил из следующего.

Основания и порядок привлечения должностных лиц должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам определены в статье 10 Закона о банкротстве.

Федеральными законами от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 73-ФЗ) и от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134-ФЗ) в указанную статью внесены изменения.

Согласно пункту 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ.

Закон № 73-ФЗ вступил в силу 05.06.2009, Закон № 134-ФЗ - 01.07.2013.

Обстоятельства, с которыми заявитель связывает наличие оснований для привлечения Пикули А.П. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, имели место после вступления в силу Закона № 134-ФЗ (заключение 12.09.2013 двух соглашений об отступном). Следовательно, к спорным правоотношениям в указанной части подлежат применению нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

В соответствии с абзацем первым пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Согласно абзацу второму пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в спорный период), пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно положениям статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с этим возложение на руководителя обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Из материалов дела следует, что ФИО2 являлся генеральным директором Общества с 01.07.2011 по 20.02.2014.

Кроме того, на дату совершения спорных сделок ФИО2 являлся мажоритарным акционером Завода, ему принадлежали 15 151 обыкновенная бездокументарная акция и 4 377 привилегированных именных бездокументарных акций.

Как установлено судом первой инстанции, определениями суда от 30.07.2018, 04.08.2017 по настоящему делу соглашения об отступном от 12.09.2013 признаны недействительными по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве как сделки, совершенные в преддверии банкротства при неравноценном встречном исполнении.

В качестве применения последствий недействительности сделок суд взыскал с акционерного общества коммерческого банка социального развития «Бумеранг» в конкурсную массу Завода 136 764 389 руб. 05 коп., с общества с ограниченной ответственностью «ТД им. Суворова А.В.» в пользу должника 8 860 455 руб. 59 коп., а также обязал общество с ограниченной ответственностью «ТД им. Суворова А.В.» вернуть в конкурсную массу должника полученное по сделке имущество: Камаз 53215-15; Вольво FL 180; ГАЗ 22171; ГАЗ 3302.

Вместе с тем имущество и денежные средства должнику не возвращены.

Вступившими в законную силу определениями суда по настоящему делу установлено, что соглашения об отступном со стороны Общества согласованы и подписаны генеральным директором Пикулей А.П.

В соответствии со статьей 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Доказательств обоснованности и разумности своих действий при совершении сделок ответчиком не представлено, преследуемые цели, экономическая целесообразность их совершения, им не раскрыты. Презумпция доведения должника до банкротства вследствие заключения убыточных сделок и, как следствие, невозможности удовлетворения требований кредиторов должника ответчиком не опровергнута.

Таким образом, Пикулей А.П. причинен вред имущественным интересам Общества.

В апелляционной жалобе ФИО2 не привел доказательств обоснованности совершения указанных сделок. Вопреки аргументам апеллянта, поскольку им не представлено доказательств отсутствия вины в причинении убытков Обществу вследствие совершения спорных сделок при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась, оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований у суда первой инстанции не имелось.

Ссылка апеллянта на то, что он являлся номинальным руководителем, обоснованно отклонена судом.

В соответствии с пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель) не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО2 фактически не осуществлял руководство Заводом, в то время как в силу наличия у него статуса руководителя должника обладание им соответствующими правомочиями презюмируется.

Допустимых доказательств, подтверждающих совершение сделок под влиянием насилия или угрозы, в материалах дела не имеется.

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Псковской области от 09 апреля 2019 года по делу № А52-3712/2013 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

А.В. Журавлев

А.В. Романова