Постановление от 18 января 2019 г. по делу № А60-35271/2018

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-18851/2018-АК
г. Пермь
18 января 2019 года
Дело № А60-35271/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2019 года. Постановление в полном объеме изготовлено 18 января 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Гуляковой Г.Н.,

судей Борзенковой И.В., Савельевой Н.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ситниковой Т.В., при участии:

от заявителя АО «Уральский завод гражданской авиации» (ИНН 6664013640, ОГРН 1026605766560) - Удовенко И.В., паспорт, доверенность от 09.01.2019;

от заинтересованного лица Межрайонной ИФНС России по крупнейшим налогоплательщикам по Свердловской области (ИНН 6608002549, ОГРН 1046603571740) - Докучаев С.А., удостоверение, доверенность от 01.02.2017, Булатова Е.И., удостоверение, доверенность от 26.12.2018;

от третьего лица ООО Торговый дом «ТМ Ресурсгрупп» - не явились, извещены надлежащим образом;

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

заинтересованного лица Межрайонной ИФНС России по крупнейшим налогоплательщикам по Свердловской области

на решение Арбитражного суда Свердловской области от 30 октября 2018 года по делу № А60-35271/2018,

принятое судьей Хачевым И.В.


о признании недействительным ненормативного правового акта налогового органа,

установил:

АО «Уральский завод гражданской авиации» (далее – заявитель, общество, налогоплательщик, АО «УЗГА») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением, в котором просит признать недействительным решение Межрайонной ИФНС России по крупнейшим налогоплательщикам по Свердловской области (далее – заинтересованное лицо, налоговый орган, инспекция) от 07.03.2018 № 54 в части доначисления НДС в сумме 7 802 542 руб., пени в сумме 236 188,10 руб., штрафа в сумме 1 560 508,40 руб.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.10.2018 заявленные требования удовлетворены. Решение инспекции от 07.03.2018 № 54 в части доначисления НДС в сумме 7 802 542 руб., пени в сумме 236 188,10 руб., штрафа в сумме 1 560 508,40 руб. признано недействительным. Суд обязал заинтересованное лицо устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя. В порядке распределения судебных расходов с инспекции в пользу общества взысканы судебные расходы в виде госпошлины в размере 3 000 руб.

Не согласившись с принятым решением, заинтересованное лицо обратилось с апелляционной жалобой, в соответствии с которой просит названное решение отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать. Инспекция настаивает на том, что решение принято с нарушениями норм материального права, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Так, считает, что инспекцией доказан факт формального документооборота заявителя и его контрагента ООО ТД «ТМ Ресурсгрупп» (далее – спорный контрагент). Отмечает, что указанная организация поставлена на налоговый учет незадолго до заключения договоров купли-продажи авиационной техники, по которым заявлен вычет по НДС, учредитель и руководитель спорного контрагента на допрос в налоговый орган не явился, контрагент не имеет сотрудников, не имеет собственных или арендованных транспортных средств, заявитель является единственным покупателем товара у спорного контрагента, контрагенты второго звена, у которых ООО ТД «ТМ Ресурсгрупп» приобрел продукцию, переданную заявителю по договорам купли-продажи, являются проблемными, сами договоры купли-продажи авиационной техники заключены уже после того, как имущество было передано в производство заявителю. Также инспекция считает неверным вывод суда первой инстанции о том, что заявителем проявлена достаточная степень осмотрительности при заключении договоров со спорным контрагентом.

Заявитель представил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в соответствии с которой просит решение суда оставить без изменения, доводы жалобы находит несостоятельными.

В заседании суда апелляционной инстанции представители заинтересованного лица и заявителя поддержали доводы жалобы и отзыва на нее соответственно.


Третье лицо письменный отзыв на апелляционную жалобу не представило, о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы извещено надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направило, что в силу части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в его отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, налоговым органом проведена выездная проверка (далее – ВНП) АО «УЗГА» по вопросам соблюдения налогового законодательства в части правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты (удержания, перечисления) НДС за период с 01.01.2015 по 30.09.2016, по результатам которой составлен акт от 23.10.2017 № 54 и вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 07.03.2018 № 54, в соответствии с которым обществу доначислен НДС в сумме 7 802 542 руб., в том числе, за 2 квартал 2016 - в сумме 480 508 руб., за 3 квартал 2016 - в сумме 7 322 034 руб., в соответствии со статьей 75 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) начислены пени в общей сумме 251 174,96 руб., налогоплательщик привлечен к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 НК РФ, в виде штрафа в размере 1 560 508,40 руб.

Решением УФНС России по Свердловской области от 18.05.2018 № 924/18 обжалованное налогоплательщиком решение инспекции о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 07.03.2018 № 54 оставлено без изменения и утверждено.

Полагая, что решение инспекции в части не соответствует НК РФ и нарушает права и законные интересы налогоплательщика, АО «УЗГА» обратилось в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что налоговым органом не опровергнуты доводы общества о том, что в спорных отношениях он действовал в соответствии с требованиями налогового законодательства, то есть добросовестно, налоговый вычет по сделкам с ООО ТД «ТМ Ресурсгрупп» заявлен обществом обоснованно, при выборе спорного контрагента обществом проявлена должная степень осмотрительности.

Налоговый орган по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, настаивает на том, что решение суда первой инстанции подлежит отмене.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав пояснения представителей заинтересованного лица, заявителя, участвующих в судебном заседании, проверив правильность применения и соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Статьей 52 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик самостоятельно


исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот.

В Постановлении от 14.07.2005 N 9-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что конституционная обязанность платить законно установленные налоги и сборы имеет публично-правовой, а не частноправовой (гражданско-правовой) характер. Ее реализация в соответствующих правоотношениях предполагает субординацию, властное подчинение одной стороны другой, а именно: налогоплательщику вменяется в обязанность своевременно и в полном объеме уплатить суммы налога, а налоговому органу, действующему от имени государства, принадлежит полномочие обеспечить ее исполнение налогоплательщиком.

Налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью принадлежащего ему имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, соответствующие же органы публичной власти наделены правомочием в односторонне-властном порядке, путем государственного принуждения взыскивать с лица причитающиеся налоговые суммы, - иначе нарушались бы воплощенный в статье 57 Конституции Российской Федерации конституционно защищаемый публичный интерес и связанные с ним права и законные интересы налогоплательщиков, публично-правовых образований, государства в целом.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ объектом обложения НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 173 НК РФ сумма налога на добавленную стоимость, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как уменьшенная на сумму налоговых вычетов, предусмотренных статьей 171 НК РФ (за исключением налоговых вычетов, предусмотренных пунктом 3 статьи 172 НК РФ), общая сумма налога, исчисляемая в соответствии со статьей 166 НК РФ и увеличенная на суммы налога, восстановленного в соответствии с настоящей главой.

В силу пункта 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные данной статьей налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с настоящей главой, за исключением товаров, предусмотренных


пунктом 2 статьи 170 НК РФ, а также товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Основанием для применения налоговых вычетов в силу статьи 169 НК РФ являются счета-фактуры, выставленные поставщиками при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг) и оформленные в установленном порядке.

Условиями принятия к вычету НДС являются: предъявление суммы НДС покупателю товаров (работ, услуг) поставщиком, наличие соответствующего счета-фактуры; приобретение налогоплательщиком товаров (работ, услуг, имущественных прав) для осуществления операций, облагаемых НДС; принятие налогоплательщиком к учету товаров (работ, услуг, имущественных прав).

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 05.03.2009 № 468-О-О указал на то, что налогоплательщик, не обеспечивший документальное подтверждение достоверности сведений и обоснованности требований, изложенных в документах, на основании которых он претендует на получение налоговых вычетов, несет риск неблагоприятных последствий своего бездействия в виде невозможности принятия к вычету соответствующих сумм налога.

Судами высшей инстанции, в том числе определением Верховного Суда РФ от 22.07.2016 № 305-КГ16-4920 неоднократно указано на то, что избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с положениями статьи 3 Кодекса, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

В соответствии с Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получения права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Таким образом, помимо формальных требований, установленных статьями 169, 171, 172 НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственных операций.

Согласно пунктам 3 и 4 Постановления № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным


экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), а также, если налоговая выгода получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В силу пункта 5 указанного Постановления о необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии учета для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций.

Из Постановления Президиума ВАС РФ от 20.04.2010 № 18162/09 следует, что, делая вывод об обоснованности заявленных вычетов по НДС, необходимо исходить не только из формального представления налогоплательщиком всех необходимых документов, но и устанавливать реальность финансово- хозяйственных отношений налогоплательщика и его контрагента. Иными словами, при проверке обоснованности заявленных налоговых вычетов необходимо учитывать как достоверность, полноту и непротиворечивость сведений, содержащихся в первичных документах, представленных налогоплательщиком, так и реальность совершения хозяйственных операций.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли применение налоговых вычетов.

Реальность той или иной хозяйственной операции обусловлена фактическим поступлением в адрес налогоплательщика соответствующего товара (работ, услуг), хотя бы и по документам, подписанными неустановленными лицами. В частности, реальность приобретения товара проблемных организаций может быть подтверждена фактом использования данного товара (работ, услуг) в производственной деятельности.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создание формального документооборота (пункт 9 Постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2016 N 305-


КГ16-4155).

В силу пункта 11 Постановления от 12.10.2006 № 53 признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

Принимая решение, обжалуемое заинтересованным лицом, суд первой инстанции, установил, что между заявителем (Покупатель) и спорным контрагентом ООО ТД «ТМ Ресурсгрупп» (Продавец) заключен:

- договор купли-продажи авиационной техники от 26.08.2016 № УР-ОФП- 2016-08-187, согласно которому Продавец обязуется передать в собственность Покупателя групповые комплекты для ремонта BP-14 №№ Л2206427, Л2103226, Л1411650, Л93095, Л803132, Л93105;

- договор купли-продажи авиационной техники от 26.08.2016 № УР-ОФП- 2016-08-186, согласно которому Продавец обязуется передать в собственность Покупателя ремфонд 40 (сорока) главных редукторов ВР-8А №№ СР83201053, СР8221231, СР83311148, СР83211119, СР81411052, СР86301217, СР85301093, СР8231017, СР8231164, СР8921063, СР8141202, СР83301088, СР84201100, СР83301194, СР86311053, СР8131149, СР8231085, СР84401103, СР85401310, СР84401089, СР85201183, СР81111401, СР85101254, СР89301007, СР81211015, СР80311042, СР8041103, СР85201151, СР89101192, СР8041092, СР84401051, СР8241217, СР86301198, СР85301146, СР8141226, СР88101091, СР80111229, СР8041009, СР8021045, СР8141197 и ремфонд главного редуктора ВР-14 № Л1411277М;

- договор купли-продажи авиационной техники от 04.05.2016 № УР-ОФП- 2016-05-108, согласно которому Продавец обязуется передать в собственность Покупателя ремфонд двигателей ТВ2-117А(АГ) №№ С97311124, С95411055, С93111237, С91111226 и главных редукторов ВР-8А №№ СР84111102, СР87101235, СР88101002.

В рамках указанных договоров ООО ТД «ТМ Ресурсгрупп» выставлены счета - фактуры от 10.05.2016 № 2, от 06.09.2016 №№ 47,48 на общую сумму 51 150 000 руб., в том числе, НДС в сумме 7 802 542 руб.

Принимая решение, оспоренное налогоплательщиком, налоговый орган исходил из неправомерности применении налоговых вычетов по НДС по документам ООО ТД «ТМ Ресурсгрупп», поскольку представленные в ходе ВНП документы по указанному контрагенту содержали недостоверные сведения относительно субъекта, совершившего хозяйственные операции по реализации в адрес общества товара, при наличии признаков получения необоснованной налоговой выгоды и непроявлении должной степени осмотрительности при выборе спорного контрагента.

На основании установленных ВНП обстоятельств налоговый орган пришел к выводу о том, что поставка товаров обществом «ТД «ТМ Ресурсгрупп» не подтверждена, представленные в обоснование сделок документы содержат недостоверные сведения, что предопределило доначисление НДС по взаимоотношениям с указанным контрагентом налогоплательщика в связи с корректировкой состава вычетов, начисление пени, привлечение к налоговой


ответственности.

Налоговый орган пришел к выводу о том, что поставка товара, НДС в связи с осуществлением которой заявлен к вычету, указанным контрагентом не осуществлялась, спорный номинальный контрагент искусственно посредством фиктивного документооборота, вуалирующего фактические отношения по приобретению товара, введен в систему договорных отношений в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

При проведении мероприятий налогового контроля налоговый орган пришел к выводу, что спорный контрагент не мог оказать услуги в силу отсутствия у него необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Земельные участки, транспортные средства, недвижимое имущество в собственности контрагента отсутствуют, отсутствуют также производственные активы, складские помещения. Численность работников организации незначительная, директор спорного контрагента на допрос не явился, из анализа движения денежных средств по счетам спорного контрагента установлено, что АО «УЗГА» является единственным крупным покупателем товаров, контрагенты второго звена ООО «Сан-Марко», ООО «ПромСтройПроект-Урал», у которых ООО ТД «ТМ Ресурсгрупп» приобрел продукцию, переданную заявителю по договорам купли-продажи, являются проблемными, сами договоры купли-продажи авиационной техники заключены уже после того, как имущество было передано в производство заявителю.

Инспекция в ходе ВНП пришла к выводу о том, что поставщиком ремфонда для АО «УЗГА» являлось физическое лицо (Бакиров Р.М.), кроме того, инспекция посчитала противоречивым и неубедительным утверждение заявителя о том, что ремфонд поступал спорному контрагенту по договору, заключенному с ООО «Финанс Групп».

Указанные обстоятельства послужили основанием для отказа в применении налогового вычета, поскольку налоговый орган пришел к выводу о том, что представленные заявителем документы не отвечают требованиям достоверности; между обществом и спорным контрагентом создан формальный документооборот с исключительной целью извлечения заявителем налоговой выгоды, реальность исполнения сделки именно спорным контрагентом не подтверждена, в связи с чем, по результатам выездной налоговой проверки в обоснованности ее получения отказано.

Суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства. пришел к иным выводам.

При этом суд обоснованно руководствовался следующим.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных


налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Как неоднократно отмечено Конституционным Судом Российской Федерации, при рассмотрении дела о налоговом нарушении налоговые органы должны исследовать все фактические обстоятельства дела, а не только формальные условия применения правовой нормы.

В случае сомнений в правильности применения налогового законодательства налоговые органы обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение для правильного разрешения дела юридически значимых обстоятельств, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции.

С учетом изложенного, при рассмотрении материалов проверки налоговым органом должны быть представлены неопровержимые доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды, а со стороны налогоплательщика доказательства проявления им должной осмотрительности в выборе контрагента и реальности совершенных операций (сделок).

Как отмечено ранее, при вменении налогоплательщику создания формального документооборота налоговой инспекцией должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами.

При этом суд апелляционной инстанции находит верными и не опровергнутыми заявителем жалобы выводы суда первой инстанции о том, что в настоящем деле инспекция факт получения обществом товарно-материальных ценностей, равно как и использование спорного товара налогоплательщиком в производственной деятельности, не опровергла.

Доказательств того, что данный товар был поставлен иными лицами, а не спорным контрагентом, в ходе мероприятий налогового контроля не добыто, дальнейшая реализация поставленного товара не опровергнута.

Как следует из пояснений налогоплательщика, не опровергнутых налоговой инспекцией ни в ходе проверки, ни в ходе судебного разбирательства, деятельность по приобретению запасных частей для ремфонда осуществляется налогоплательщиком в следующей последовательности.

Изначально поступивший товар (без перехода права собственности и представления поставщиком документов, ее подтверждающих) принимается налогоплательщиком на хранение, в ходе которого оценивается пригодность и необходимость для производственной деятельности, а также определяется стоимость.

Впоследствии согласовывается цена и объем приобретаемого товара в


целях формирования ремфонда с поставщиком, который на основании указанного согласования составляет передаточные документы и соответствующий счет-фактуру.

При этом, в связи с конструктивной сложностью поступившего товара период его оценки может занимать значительное время, в течение которого может произойти смена собственника ранее доставленного товара.

В рассматриваемом случае право собственности на ранее доставленный от имени ООО «Финанс Групп» в 2015 году ремфонд перешло к ООО «ТД «ТМ РесурсГрупп» на основании договора купли продажи от 16.03.2016, и в момент передачи товара налогоплательщику его продавцом фактически являлся спорный контрагент.

Указанные обстоятельства подтверждены представленными в материалы дела доказательствами – письмом ООО «Финанс Групп» от 18.03.2016 и договором от 16.03.2016 (л.д.72-74 т.8).

Вывод налогового органа о том, что поставщиком ремфонда является физическое лицо, основан на предположениях.

Как следует из решений инспекции от 07.03.2018 № 54,УФНС России по Свердловской области от 18.05.2018 № 924/18 Бакиров Р.М. подтвердил, что является поставщиком ремфонда для заявителя в ходе телефонного разговора. При этом из представленных в материалы дела доказательств усматривается, что Бакиров Р.М. действовал в качестве представителя (поверенного) ООО «Финанс Групп».

В рассматриваемом случае, делая вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, налоговый орган ограничился формальными доводами (адреса и руководители контрагентов второго звена являются «массовыми», у контрагентов отсутствуют необходимые условия для осуществления экономической деятельности: имущество, транспортные средства; отчетность контрагентов представлялась с незначительными оборотами и начислениями; движение денежных средств по расчетному счету контрагентов носило транзитный характер), не установив в действиях налогоплательщика каких либо признаков недобросовестности, а также осведомленности налогоплательщика о возможных нарушениях, допускаемых контрагентами, более того, контрагентами второго звена.

Ссылки налогового органа на формальный документооборот со спорным контрагентом, основанный на свидетельских показаниях, судом первой инстанции не приняты во внимание, поскольку фактически реальность поставки инспекцией не оспорена, налог на прибыль по данному эпизоду не был доначислен.

Более того, выводы о том, что поставки осуществлялись не спорным контрагентом, основаны исключительно на предположении, обусловленном наличием у контрагента и у его контрагентов признаков номинальных структур. Такой подход противоречит правовым подходам, изложенным в вышеуказанных судебных актах Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного суда Российской Федерации.


Кроме этого, заявитель при работе с ремфондом, как это следует из материалов дела, в определенной степени вынужден заключить договор с лицом, подтвердившим право собственности на авиадвигатели, поступившие ранее на предприятие для оценки на предмет ремонтопригодности.

Налоговый орган ставит под сомнение приобретение товара спорным контрагентом у организации «Финанс Групп». При этом движение денежных средств по счетам указанной организации инспекцией не отслежено, иного не доказано.

Доводы налогового органа, касающиеся «включения» спорного контагента в цепочку поставщиков для целей получения налогового вычета также не подтверждены надлежащими доказательствами. В деле отсутствуют данные о принадлежности авиадвигателей физическим лицам, не являвшимися плательщиками НДС. В указанной части сведения о доставке ремфонда физическими лицами подтверждает лишь факт доставки, тогда как право собственности третьего лица на указанные объекты подтверждается соответствующей перепиской и иными документами.

Доводы налогового органа, связанные с оформлением договоров с третьим лицом после поступления продукции на склад, судом апелляционной инстанции не принимаются, поскольку наличие договорных отношений подтверждается материалами дела, обязательства сторон по договорам носили реальный характер, иное не подтверждается соответствующими доказательствами.

Как верно отметил суд первой инстанции, ООО Торговый дом «ТМ Ресурсгрупп» в оспариваемый период представляло соответствующую отчетность. Данных о том, что спорные операции не отражались в отчетности, в деле не имеется. Таким образом, источник уплаты НДС был сформирован.

Опрос учредителя и руководителя ООО Торговый дом «ТМ Ресурсгрупп» на момент составления Акта проверки и вынесения оспариваемого налогоплательщиком Решения не проведен.

Между тем, у налогоплательщика не было оснований усомниться в полномочиях руководителя, поскольку именно он был заявлен в регистрационном деле контрагента как руководитель, что проверено налогоплательщиком посредством получения необходимых документов от контрагента.

Более того, в силу правовой позиции, сформулированной Высшим Арбитражным судом РФ (постановление Президиума ВАС РФ от 25.05.2010 № 15658/09) при реальности произведенного сторонами исполнения по сделке то обстоятельство, что сделка и документы, подтверждающие ее исполнение, от имени контрагента оформлены за подписью лица, отрицающего их подписание и наличие у него полномочий руководителя (со ссылкой на недостоверность регистрации сведений о нем как о руководителе в ЕГРЮЛ), само но себе не является безусловным и достаточным доказательством, свидетельствующим о получении обществом необоснованной налоговой выгоды.

При недоказанности факта непоставки товара в применении налогового


вычета по налогу на добавленную стоимость может быть отказано при условии, если инспекцией будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и. исходя из условий и обстоятельств совершения и исполнения соответствующей сделки, знал или должен был знать об указании контрагентом недостоверных сведений или о подложности представленных документов ввиду их подписания лицом, не являющимся руководителем контрагента, или о том, что контрагентом по договору является лицо, не осуществляющее реальной предпринимательской деятельности и не декларирующее свои налоговые обязанности по сделкам, оформляемым от его имени. Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

В соответствии с пунктом 10 Постановления № 53 факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

Наряду с приведенными обстоятельствами инспекция вменила обществу непроявление должной степени осмотрительности при выборе спорных контрагентов.

Между тем в силу вышеуказанных правовых позиций Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации нарушение контрагентом своих налоговых обязательств может влечь негативные последствия для налогоплательщика только в случае, когда сам налогоплательщик мог и должен был знать о том, что вступает в правоотношения с хозяйствующим субъектом, не исполняющим налоговых обязательств.

Данный факт доказывается налоговым органом с учетом оценки условий и обстоятельств совершения и исполнения соответствующей сделки.

В свою очередь, налогоплательщик, чьи оправдательные документы стороны поставщиков подписаны неустановленными лицами либо данные поставщики не исполняют своих налоговых обязанностей, вправе приводить доказательства, свидетельствующие о том, что исходя из условий заключения и исполнения договора, он не мог и не должен был знать о заключении сделки с


организацией, не осуществляющей реальной предпринимательской деятельности.

Как следует из материалов проверки налоговый орган не оспаривает, что контрагент в периодах заключения и исполнения договоров зарегистрирован и поставлен на налоговый учет, отчитывался в налоговые органы, т.е. тот факт, что указанная организация в установленном порядке зарегистрирована, обладала всеми правами юридического лица и имела все признаки юридической правоспособности.

По смыслу правовых подходов, выработанных судебной практикой, целесообразно рассматривать вопрос о степени осмотрительности применительно к конкретной сделке (чем значимее, дороже сделка для предпринимательской деятельности налогоплательщика, тем выше должна быть степень осмотрительности последнего в соответствующем выборе).

Данным правилом руководствовался Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в постановлении Президиума от 12.02.2008 № 12210/07 при оценке степени осмотрительности налогоплательщика в выборе контрагента. Если сделка в общем хозяйственном обороте налогоплательщика незначительна, то возможно признать осмотрительным налогоплательщика, который ограничился проверкой сведений о контрагенте в ЕГРЮЛ. Вывод о том, что налогоплательщик знал или должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент).

Согласно письму Департамента налоговой и таможенно-тарифной политики Минфина Российской Федерации от 10.04.2009 № 03-02-07/1-177, меры, включающие в себя получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверка факта занесения сведений о контрагенте в Единый государственный реестр юридических лиц, получение доверенности или иного документа, уполномочивающего то или иное лицо подписывать документы от лица контрагента, использование официальных источников информации, характеризующих деятельность налогоплательщика в целях подтверждения добросовестности его контрагента, свидетельствуют о его осмотрительности и осторожности при выборе контрагента.

В силу правовой позиции Президиума ВАС РФ, выраженной в постановлении от 08.06.2010 N 17684/09, о проявлении должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагента свидетельствует то, что налогоплательщик проверил факт создания и государственной регистрации контрагента по реестру, который содержался в открытой для всеобщего ознакомления базе, размещенной на сайте ФНС России, а также отсутствие в этой базе данных о прекращении деятельности контрагента либо о нахождении его в процедуре реорганизации.

Налогоплательщиком отмечалось, что степень проявленной


осмотрительности при соблюдении «стандартных» мер предосторожности (проведение проверки регистрации спорного контрагента в Едином государственном реестре юридических лиц, представление контрагентом копий учредительных документов, (соответствующие доказательства представлены в материалы дела) является должной и достаточной применительно к спорным сделкам, не носящим значимого характера для основной деятельности налогоплательщика ввиду незначительного объема в общих поставках.

Так, самим налоговым органом установлено и а в акте налоговой проверки от 23.10.2017 № 54 зафиксировано, что согласно книге продаж АО «УЗГА» по НДС за период 2015 – 3 квартал 2016 годов, объемы продаж, включая НДС, составляли:

- 1 квартал 2015 года – 10 610 438 281,87 руб.; - 2 квартал 2015 года – 3 396 898 270, 51 руб.; - 3 квартал 2015 года – 6 174 339 558, 01 руб.; - 4 квартал 2015 года – 6 680 926 742,01 руб. Итого: 26 862 602 852,40 руб. - 1 квартал 2016 года – 4 093 312 317 руб.; - 2 квартал 2016 года – 6 078 311 627 руб.; - 3 квартал 2016 года - 8 284 078 762 руб.; Итого: 18 455 702 605,91 руб.

Между тем, в рамках договоров купли-продажи авиационной техники от 26.08.2016 ООО ТД «ТМ Ресурсгрупп» выставлены счета - фактуры на общую сумму 51 150 000 руб., в том числе, НДС в сумме 7 802 542 руб., что составляет приблизительно 0,36% от общей суммы покупок в соответствующие проверяемые периоды.

Таким образом, что учитывая, что сумма покупок товара по спорным операциям с обществом ТД «ТМ Ресурсгрупп» занимала незначительный объем для налогоплательщика, их заключение путем обмена документов не свидетельствует о неосмотрительности налогоплательщика в выборе указанного контрагента.

Контрагент на момент совершения сделок был зарегистрирован в Едином государственном реестре юридических лиц, состоял на налоговом учете и отчитывался в налоговый орган. Соответственно, при заключении договоров, общество, проявляя должную осмотрительность, удостоверилось в правоспособности спорного контрагента и надлежащей государственной регистрации его в качестве юридического лица, контрагент имел действующий расчетный счет, на официальном сайте Федеральной налоговой службы имелась о нем информация, отсутствовала информация о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ.

Налоговым органом не учтено, что налогоплательщик связан законодательно установленными ограничениями по истребованию документов и получения и информации в целях проявления должной осмотрительности (выписки с расчетных счетов контрагента - банковская тайна; сведения о доходах и расходах, бухгалтерской и налоговой отчетности конкретного


налогоплательщика - налоговая тайна, и т.п.).

Сведения об имеющемся у контрагента на праве собственности или аренды имуществе, о налоговых обязательствах, а также об использовании поступающих на расчетный счет денежных средств организации не находятся в свободном доступе, в связи с чем у налогоплательщика отсутствует реальная возможность проверить такие данные в отношении контрагента.

Между тем, границы проявленной должной осмотрительности определяются, в том числе доступностью сведений, которые могут быть получены налогоплательщиком о контрагенте. Получение такой информации, как наличие имущества, исполнение (неисполнение) контрагентом обязанности налогового агента в отношении доходов физических лиц, отражение (неотражение) доходов в своей отчетности, и исполнение (неисполнение) других обязательств перед бюджетом не является законодательно закрепленной обязанностью налогоплательщика.

Таким образом, предпринятые меры, включающие в себя получение вышеуказанной информации от контрагента, характеризующих его деятельность, предпринимаемые налогоплательщиком в целях подтверждения добросовестности, свидетельствуют о его осмотрительности и осторожности при выборе контрагента.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что налогоплательщик предпринял все меры по получению информации и документов относительно правоспособности юридического лица на момент исполнения сделки, чем проявил должную осмотрительность в выборе спорного контрагента.

Кроме того, инспекцией не установлено, мог и должен ли был налогоплательщик знать о том, что его контрагент не исполняет налоговых обязательств; имеется ли какая-либо взаимосвязь между указанными лицами, позволяющая установить факт осведомленности налогоплательщика о недобросовестности контрагента; важность сделок (например, в силу крупного размера) как условие для повышения уровня внимания к выбору поставщика.

Более того, спорный контрагент не относится к компаниями, имеющими признаки недобросовестности, не находился в процессе реорганизации или ликвидации, полномочия директора были подтверждены документально, руководители не числятся в списке дисквалифицированных лиц.

Возможности и обязанности проверять контрагентов 2-го и 3-го звена у общества отсутствует.

Претензии инспекции к контрагентам контрагента на правомерность применения обществом налоговой выгоды влиять не могут, поскольку возлагают тем самым на налогоплательщика дополнительные обязанности, не установленные законом.

В материалах дела не представлены доказательства согласованности действий налогоплательщика и его контрагента, направленных на совершение сделки с целью неуплаты (неполной уплаты) и (или) зачета (возврата) суммы налога, отсутствует доказательства подконтрольности контрагента, иные факты


имитации хозяйственных связей и/или доказательства аффилированности сторон сделки.

Сделки, заключенные налогоплательщиком со спорным контрагентом, соответствовали его обычной деятельности, не являлись сделками, требующими повышенного внимания при их заключении.

Доказательств того, что цена приобретения товара у контрагента не соответствовала рыночному уровню, а налогоплательщик вступал в отношения с данным лицом на особых (не на обычных) условиях, инспекцией не представлено.

Таким образом, учитывая реальность исполнения поставок в адрес налогоплательщика спорной организацией (иного налоговым органом не доказано), а также отсутствие в материалах дела доказательств непроявления налогоплательщиком должной степени осмотрительности в выборе спорного контрагента, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что все предъявляемые действующим законодательством требования к налогоплательщику выполнены, все условия для возникновения права на налоговый вычет соблюдены.

Налоговым органом не опровергнуты причины выбора заявителем ООО ТД «ТМ Ресурсгрупп» в качестве контрагента, наличия в этом деловой цели и деловой привлекательности с позиции заботливого предпринимателя, получение экономической выгоды от сделки.

Реальность расходов общества налоговым органом не опровергнута. Признаков фиктивности расчетов, возврата денежных средств налогоплательщику налоговый орган не доказал, равно как и не доказал наличие согласованности действий между заявителем и спорным контрагентом.

При этом суд отмечает, что доказательств осведомленности общества о нарушениях, допущенных контрагентом, налоговым органом, как того требует статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлено.

В рассматриваемом споре общество действовало добросовестно и выполнило все требования налогового законодательства. Имеющиеся в деле документы (договоры, товарные накладные, платежные поручения, иные первичные документы) в совокупности свидетельствуют о реальности оспариваемых инспекцией сделок.

Сделки, по которым инспекцией отказано обществу в праве на налоговый вычет по НДС, осуществлены в рамках основной деятельности налогоплательщика, которая привела к получению прибыли. Спорные сделки совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности общества и обусловлены целями делового характера.

Результаты финансово-хозяйственной деятельности общества свидетельствуют, что обществом достигнута основная цель деятельности коммерческой организации - извлечение прибыли. Указанные обстоятельства свидетельствуют, что применение обществом налоговых вычетов является следствием осуществления реальной предпринимательской деятельности.


Решение не содержит доказательств, подтверждающих, что право заявителя на вычет по НДС возникло в результате операций, не обусловленных целями делового характера.

В свою очередь, в нарушение требований статьей 65, 200 АПК РФ инспекция не представила доказательств о том, что налоговая выгода заявлена обществом вне связи с реальным осуществлением деятельности.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции полагает, что в рассматриваемом случае налоговым органом не доказан факт недобросовестности контрагента, его «проблемности».

При таких обстоятельствах, поскольку налогоплательщиком представлены в налоговый орган все надлежащим образом оформленные документы, предусмотренные законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды, при этом совокупностью доказательств установлено, что контрагент заявителя осуществлял реальную предпринимательскую деятельность, фактическая невозможность поставки спорным контрагентом инспекцией не доказана, иные поставщики товара не найдены, при этом, вопреки доводам жалобы, налогоплательщиком проявлена достаточная осмотрительность при выборе контрагента в качестве поставщика, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспоренное в части налогоплательщиком решение инспекции от 07.03.2018 № 54 не соответствует Кодексу и подлежит отмене.

Суд отмечает, что из системного толкования части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 АПК РФ следует, что для признания недействительным ненормативного правового акта необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение данным актом прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской деятельности и иной экономической деятельности.

Бремя доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту в силу части 5 статьи 200 АПК РФ возложено на орган или лицо, принявший данный акт.

Однако законность и обоснованность принятого инспекцией решения от 07.03.2018 № 54 в части, оспоренной заявителем, заинтересованным лицом в нарушение части 5 статьи 200 АПК РФ не доказана.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы, им дана надлежащая оценка.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены решения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии с требованиями статьи 110 АПК РФ расходы по уплате


государственной пошлины относятся на налоговый орган, который в силу положений подпункта 1.1 пункта 1 статьи 333.37 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 30 октября 2018 года по делу № А60-35271/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий Г.Н.Гулякова

Судьи

И.В.Борзенкова

Н.М.Савельева