Постановление от 16 марта 2025 г. по делу № А33-10268/2023

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А33-10268/2023к11
г. Красноярск
17 марта 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена «12» марта 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен «17» марта 2025 года.


Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего: Яковенко И.В.,

судей: Бутиной И.Н., Хабибулиной Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Красноярского края

от «10» февраля 2025 года по делу № А33-10268/2023к11,

установил:

ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о своем банкротстве.

11.05.2023 определением заявление принято к производству суда.

Решением от 10.08.2023 должник признана банкротом, в отношении нее открыта процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО4.

Сообщение финансового управляющего о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» №152(7597) от 19.08.2023.


1. Существо заявленных требований.

28.02.2024 в Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление финансового управляющего ФИО4 о признании недействительной сделки, в котором заявитель просит:

1. Признать договор займа от 01.10.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО5 Оглы, соглашение о прекращении обязательства заемщика из договора займа от 01.10.2020 предоставлением отступного, заключенное 16.01.2023 между ФИО3 и ФИО5 Оглы, недействительными.

2. Применить последствия недействительности сделки в виде возврата имущества:

1) нежилое помещение, площадь: 18,1 кв.м., Россия, <...> , корпус стр 7, бокс № 11, кад. № 24:50:0000000:47687;

2) земельный участок, площадь: 900 кв. м., Россия, край Красноярский, р-н Березовский, с/с Зыковский, СНТ Романтик, участок № 111, кад. № 24:04:0507001:2598,

в конкурсную массу ФИО3.

Определением от 14.05.2024 заявление принято к производству, назначено судебное разбирательство.

Определением от 07.08.2024 (резолютивная часть определения от 24.07.2024) ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего, утвержден арбитражным управляющим ФИО6.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от «10» февраля 2025 года по делу № А33-10268/2023к11 заявленные требования удовлетворены, признан недействительной сделкой договор займа от 01.10.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО5 Оглы, соглашение от 16.01.2023 о прекращении обязательства заемщика из договора займа от 01.10.2010 предоставлением отступного, применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО3 нежилого помещения, площадью: 18,1 кв.м., Россия, <...> , корпус стр 7, бокс № 11, кад. № 24:50:0000000:47687; земельного участка, площадью: 900 кв. м., Россия, край Красноярский, р-н Березовский, с/с Зыковский, СНТ Романтик, участок № 111, кад. № 24:04:0507001:2598. с ФИО5 Оглы (в доход федерального бюджета взыскано 12 000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО3 (далее – заявитель) обратилась с апелляционной жалобой.


2. Доводы апелляционной жалобы.

Согласно доводам апелляционной жалобы суд первой инстанции пришел к неверному выводу относительно финансовой невозможности ответчика выдать сумму займа.

От финансового управляющего в материалы дел поступил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому последний возражает против доводов апелляционной жалобы, просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, а апелляционную жалоу – без удовлетворения.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 12.02.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 12.03.2025.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 12.02.2025, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/).

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Ходатайства об отложении судебного разбирательства по причине невозможности явиться в судебное заседание в материалы дела не поступили.

При изложенных обстоятельствах в силу статей 121 - 123, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции признает лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и рассматривает жалобу в отсутствие их представителей.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, Третий арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.


3. Квалификация оспариваемых сделок.


3.1. На основании пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с частью 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве в рамках дела о банкротстве подлежат оспариванию как сделки самого должника, так и сделки, совершенные третьими лицами за счет должника.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Согласно части 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Из материалов дела следует, что в качестве правового основания недействительности сделок финансовый управляющий ссылается на пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, как указано в четвертом абзаце пункта 9.1 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 от 23.12.2010, если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

В данном случае, суд апелляционной инстанции полагает, что сделки подлежат оспариванию на основании 61.2 Закона о банкротстве в связи со следующим.

Положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.

В свою очередь, согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве совершение сделки, которая привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), является одним из случаев, когда имеет место оказание предпочтения.

Таким образом, преференциальная сделка - это сделка, совершенная должником в отношении отдельного лица и повлекшая за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, которая может быть признана судом недействительной. Установление особого режима удовлетворения имущественных требований кредиторов (очередность удовлетворения, пропорциональность удовлетворения требований одной очереди и т.д.) направлено, в частности, на предоставление конкурсным кредиторам должника равных правовых возможностей при реализации экономических интересов, в том числе когда имущества должника недостаточно для справедливого его распределения между кредиторами.

Статья 61.3 Закона о банкротстве предусматривает два вида преференциальных сделок, которые можно оспорить в связи с введением в отношении должника процедуры банкротства:

1) совершенные не ранее чем за месяц до возбуждения дела о банкротстве и после возбуждения дела о банкротстве (пункт 2 статьи 61.3);

2) совершенные не ранее чем за шесть месяцев до возбуждения дела о банкротстве (пункт 3 статьи 61.3).

В широком смысле предпочтительное удовлетворение одного кредитора перед другими в условиях дефицита конкурсной массы причиняет вред имущественным правам кредиторов, чья очередность была необоснованно обойдена удовлетворенным кредитором.

Однако если сделка имеет единственный порок, заключающийся в безосновательной преференциальности удовлетворения определенного кредитора должника, законодатель оценивает ее как менее тяжкое нарушение, нежели подозрительную сделку, совершенную при неравноценном встречном исполнении обязательств или с иным образом выраженной явной целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Системный анализ действующих положений об оспаривании сделок по специальным основаниям (например, сравнение пунктов 1 и 2 статьи 61.2 или пунктов 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве) позволяет прийти к выводу, что по мере отдаления даты совершения сделки относительно момента отсчета периода подозрительности (предпочтительности), законодателем повышается стандарт доказывания недобросовестности контрагента как условия для признания сделки недействительной.

Предпочтительная сделка не содержит каких-либо пороков, которые ставили бы под сомнение ее действительность в обычных условиях гражданского оборота, когда стороны сделки не находятся в состоянии финансового кризиса, в ближайшей перспективе ведущего к юридической несостоятельности. Она соответствует таким общим принципам хозяйственного оборота, как возмездность и эквивалентность обмена материальными благами.

В обычных условиях хозяйствования субъект оборота самостоятельно определяет очередность удовлетворения требований своих кредиторов, а нарушение им сроков исполнения обязательств, как правило, компенсируется мерами ответственности, что при достаточности имущественной массы должника, возможностях судебной защиты кредиторов и действенных мерах принудительного исполнения судебных актов нивелирует негативные последствия для кредиторов, обязательство перед которыми не было исполнено, в том числе по причине расходования должником денежных средств на исполнение обязательств перед иными кредиторами, возникших позднее.

Подобная сделка становится порочной только в ситуации недостаточности имущественной массы должника, когда предпочтение в исполнении обязательств должником определенному кредитору прямо влияет на саму возможность удовлетворения требования кредитора, стоящего в очереди ранее и необоснованно обойденного.

Вредоносная же сделка, напротив, никогда и ни при каких условиях не может состояться при соответствии поведения ее сторон модели ожидаемого поведения, по которой строится стандарт добросовестного осуществления гражданских прав (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее - Постановление № 25), поскольку по общему правилу она нарушает принципы возмездности и эквивалентности обмена.

Финансовая несостоятельность стороны такой сделки не является обстоятельством, создающим порочность сделки, но с очевидностью усугубляет ее негативные последствия, которые наступают для всех кредиторов должника, входящих в соответствующее гражданско-правовое сообщество и ожидающих удовлетворения своих требований при явной недостаточности для этого конкурсной массы должника.

Следовательно, ссылка финансового управляющего на причинение вреда приоритетным удовлетворением фактически направлена на обход указанного специального состава недействительности, так как оказание предпочтения отдельному кредитору само по себе еще не свидетельствует о причинении конкурсной массе (иным кредиторам) вреда. В противном случае специальный состав недействительности, предусмотренный статьей 61.3 Закона о банкротстве, был бы лишен смысла, будучи полностью поглощенным положениями статьи 61.2 данного Закона, что очевидно не соответствует целям законодательного регулирования (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2021 №305- ЭС19-17221(2)).

Как следует из материалов дела, дело о банкротстве ФИО3 возбуждено 11.05.2023, оспариваемые сделки совершены 01.10.2020 и 16.01.2023, то есть в пределах трёхлетнего срока, предусмотренного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

При этом в абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе, при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Учитывая, что договор займа от 01.10.2020 и соглашение о предоставлении отступного от 16.01.2023 направлены на достижение единой цели, являются единой сделкой, то суд апелляционной инстанции с учётом установленных по делу обстоятельств полагает возможным рассмотреть вопрос о недействительности договора займа от 01.10.2020 применительно к статье 170 ГК РФ по основанию мнимости, а основанное на договора займа соглашение об отступном – применительно к ст. 61.2 Закона о банкротстве.


3.2. Согласно статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. То есть при мнимой сделке стороны могут совершать определенные действия, но у них нет цели получить соответствующие правовые последствия. Если же подобные последствия возникают, такая сделка не имеет характера мнимой. В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда РФ № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 по делу А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Согласно разъяснениям, данными в абзаце 2 пункта 86 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений разд. I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В обоснование факта передачи должнику суммы займа в размере 240 000 руб. оформлена расписка от 01.10.2020, являющаяся приложением к договору.

Вместе с тем, согласно п. 86 Постановления Пленума ВАС РФ 23.12.2010 № 63 при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Как следует из материалов дела, ответчиком финансовому управляющему была предоставлена справка 2-НДФЛ за 2020 год, из анализа которой следует, что за 9 месяцев 2020 г., т.е. на дату заключения договора займа, общая сумма дохода ответчика составила 245 413,75 руб. Сведения о наличии у ответчика какого-либо дополнительного источника дохода финансовому управляющему не представлены.

С учётом изложенного, принимая во внимание, что указанные денежные средства должны были также направляться на обеспечение своей жизнедеятельности, суд апелляционной инстанции исходит из отсутствия у ответчика финансовой возможности выдать должнику 240 000 руб.

По мнению суда апелляционной инстанции, сама по себе ситуация выдачи займа в сумме практически всех своих доходов и при отсутствии доказательств накоплений явно выходит за рамки обыденной и в деле о банкротстве сторона, защищающая свою позицию о добросовестности, должна представить более чем веские доказательства этому в рамках повышенного стандарта доказывания.

Между тем такие доказательства не представлены и ответчик лишь требовал переоценить собранные материалы дела.

Учитывая безденежность займа по причине неспособности ответчика выдать сумму займа, о чём должник не мог не знать, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что указанная сделка совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.


3.3. В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъясняется, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Рассматривая вопрос о том, был ли в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, необходимым условием для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» является уменьшение в результате такой сделки стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также наступление иных последствий, влекущих полную или частичную утрату кредиторами возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно п. 4 соглашения об отступном, стороны оценили рыночную стоимость имущества в 300 000 руб. При этом рыночная стоимость переданного должником имущества, по мнению арбитражного управляющего, на момент совершения сделки составляла 761 456 руб., что подтверждается архивными объявлениями о продаже недвижимости с аналогичным характеристиками. По данным управляющего, общая средняя рыночная стоимость гаража и земельного участка с аналогичными характеристиками по состоянию на дату совершения сделки составляла (373 331 + 388 125 руб.) = 761 456 руб.

Кроме того, в материалы дела от ФГБУ «ФКП Росреестра» в лице Кадастровой палаты по Красноярскому краю поступили актуальные выписки из ЕГРН на спорные объекты. Согласно записям Единого государственного реестра недвижимости, кадастровая стоимость нежилого помещения, площадь: 18,1 кв.м., Россия, <...> , корпус стр 7, бокс № 11, кад. № 24:50:0000000:47687 составляет 268950.25 руб., кадастровая стоимость земельного участка, площадь: 900 кв. м., Россия, край Красноярский, р-н Березовский, с/с Зыковский, СНТ Романтик, участок № 111, кад. № 24:04:0507001:2598 составляет 209 718,00 руб., в сумме 478 668,25 руб., что значительно превышает рыночную стоимость, указанную в п. 4 Соглашения об отступном от 16.01.2023.

При этом как следует из материалов дела в спорный период у должника имелась следующая задолженность:

1) По договору займа с ООО МФК НОВОЕ ФИНАНСИРОВАНИЕ просрочки начались с 15.11.2022 г. По состоянию на 17.12.2022 г. размер просрочки составлял 11 829,02 руб.

2) По договору займа с МАНИ МЕН ООО МФК просрочки начались с 14.10.2022 г. По состоянию на 24.12.2022 г. размер просрочки составлял 24 010 руб.

3) По договору займа с ООО МИКРОКРЕДИТНАЯ КОМПАНИЯ УНИВЕРСАЛЬНОГО ФИНАНСИРОВАНИЯ просрочки начались с 23.08.2022. По состоянию на 23.12.2022 г. размер просрочки составлял 8 619,87 руб.

4) По договору займа с МКК ТУРБОЗАЙМ ООО просрочки начались с 25.08.2022. По состоянию на 15.01.2023 г. размер просрочки составлял 14 999 руб.

5) По договору кредитной линии с АЛЬФА-БАНК АО просрочки начались с 15.12.2022. По состоянию на 15.01.2023 г. размер просрочки составлял 1 466,20 руб.

6) По кредитному договору с СОВКОМБАНК ПАО просрочки начались с 15.12.2022. По состоянию на 16.01.2023 г. размер просрочки составлял 885,29 руб.

7) По договору кредитной линии с АЛЬФА-БАНК АО просрочки начались с 09.12.2022. По состоянию на 15.01.2023 г. размер просрочки составлял 13 481,54 руб. (стр. 29 – 32 отчета кредитной истории должника).

8) По кредитному договору с АЛЬФА-БАНК АО просрочки начались с 19.12.2022. По состоянию на 15.01.2023 г. размер просрочки составлял 9 630,42 руб.

9) По договору кредитной линии с ТИНЬКОФФ БАНК АО просрочки начались с 24.11.2022. По состоянию на 29.12.2022 г. размер просрочки составлял 9 695,05 руб.

10) По договору кредитной линии с ПАО СБЕРБАНК просрочки начались с 23.12.2022. По состоянию на 23.12.2022 г. размер просрочки составлял 1 272,44 руб.

Следовательно, в соответствии с абз. 33 ст. 2 Закона о банкротстве по состоянию на 16.01.2023, то есть на дату отчуждения оспариваемого имущества, ФИО3 отвечала признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.

С учётом изложенного, суд апелляционной инстанции полагает доказанным факт причинения оспариваемой сделкой вреда имущественным интересам кредиторов.


3.3. Устанавливая обстоятельства осведомленности ответчика о том, что спорные платежи совершались с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В пункте 7 Постановления от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана презумтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013 следует, что из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта. Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В настоящем случае соглашение об отступном заключено сторонами во исполнение договора займа, исполнение по которому ответчиком не предоставлено. Доказательств обратного, помимо расписки, в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, заключая соглашение об отступном, ответчик не мог не осознавать того, что такая сделка, во-первых, является неравноценной, а во-вторых, направлена на исполнение договора займа, исполнение по которому со стороны ответчика отсутствовало.

С учётом изложенного, оспариваемая сделка признаётся судом апелляционной инстанции недействительной по основанию ст. 61.2 Закона о банкротстве.


4. Применение последствий недействительности сделок.

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка недействительна с момента ее совершения. Это правило распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку.

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.I Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 25 Постановления Пленума № 63, в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (далее - восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

На основании пункта 26 Постановления Пленума № 63 в случае, когда сделка была признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 или пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, восстановленное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов, но удовлетворяется за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр, то есть в очередности, предусмотренной пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 61.6); такое требование может быть предъявлено к должнику в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве, в любое время в ходе внешнего управления или конкурсного производства. Указанное требование не предоставляет права голоса на собрании кредиторов.

Поскольку судом признан недействительной сделкой договор займа от 01.10.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО5 Оглы, соглашение от 16.01.2023 о прекращении обязательства заемщика из договора займа от 01.10.2010 предоставлением отступного, следует применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО3:

1) нежилое помещение, площадь: 18,1 кв.м., Россия, <...> , корпус стр 7, бокс № 11, кад. № 24:50:0000000:47687;

2) земельный участок, площадь: 900 кв. м., Россия, край Красноярский, р-н Березовский, с/с Зыковский, СНТ Романтик, участок № 111, кад. № 24:04:0507001:2598.


5. Общие выводы по результатам пересмотра дела.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что несмотря на неверную квалификацию сделок, суд первой инстанции по существу пришел к верному выводу о признании оспариваемых сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

При этом, нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 10 февраля 2025 года по делу № А33-10268/2023к11 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.


Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.


Председательствующий


И.В. Яковенко

Судьи:


И.Н. Бутина


Ю.В. Хабибулина