Постановление от 7 июня 2020 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

ИИ помощник КонсультантПлюс для юриста

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


№ 17АП-4190/2019(6,8)-АК

Дело № А60-64078/2018
08 июня 2020 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2020 года.

Постановление в полном объёме изготовлено 08 июня 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Мартемьянова В.И.,

судей Мухаметдиновой Г.Н., Романова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания Чадовой М.Ф. ,

при участии:

кредитора ИП ФИО1 – паспорт,

от кредитора ИП ФИО1: ФИО2 , представитель по доверенности от 20.05.2019 г., ФИО3 - дов. от 12.08.2019 г.,

от ФИО4: : ФИО5, представитель по доверенности от 15.08.2019, ФИО6 – дов. от 07.10.2019 г.,

от ФИО7 : ФИО8 – дов. от 21.04.2020 г.,

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда ,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу на определение Арбитражного суда Свердловской области от 19 марта 2020

о признании сделки недействительной

в рамках дела № А60-64078/2018

о признании ФИО9 (ФИО9, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

установил:


Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.03.2019 в отношении ФИО9 (далее – должник) введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим должника утверждён ФИО10

Решением от 13.09.2019 (резолютивная часть решения от 10.09.2019) ФИО9 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: село Мугай Апапаевского р-на Свердловской обл., адрес регистрации: <...>) признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев - до 10.03.2020, финансовым управляющим должника утвержден ФИО11 (ИНН <***>, адрес для корреспонденции: 620014, г. Екатеринбург, а/я 266).

05.11.2019 в арбитражный суд поступило заявление ИП ФИО1 о признании сделки недействительной .

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.11.2019 года заявление принято к производству суда.

24.12.2019 года от ИП ФИО1 поступило заявление об исключении из реестра требований кредиторов.

Определением от 30.12.2019 заявления объединены в одно производство для их совместного рассмотрения в судебном заседании, назначенном на 09.01.2020.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05 июня 2019 заявление конкурсного кредитора индивидуального предпринимателя ФИО1 о признании сделки недействительной удовлетворено.

Признан недействительным договор займа от 22.08.2017 между ФИО7 и ФИО9 и последующий договор уступки прав требования (цессии) от 10.10.2017 между ФИО7 и ФИО12.

Применены последствия недействительности сделки: признано отсутствие задолженности ФИО9 перед ФИО7 и ФИО12 по договору займа от 22.08.2017 и договору уступки прав требования (цессии) от 10.10.2017 соответственно.

Отказано в удовлетворении заявления конкурсного кредитора индивидуального предпринимателя ФИО1 об исключении требований ФИО12 из реестра требований кредиторов.

Отказано в удовлетворении заявления ФИО12 об оставлении без рассмотрения заявления индивидуального предпринимателя ФИО1 о признании сделки недействительной.

Не согласившись с определением , ФИО4 и ФИО7 обратились с апелляционными жалобами , в которых просят его отменить, в удовлетворении заявленных ФИО1 требований отказать.

ФИО4 в своей апелляционной жалобе ссылается на то, что суд необоснованно рассмотрел требование ФИО1, игнорируя то обстоятельство, что Заявитель просил признать сделки недействительными только по общегражданским основаниям.

Судом неверно распределено бремя доказывания фактов, входящих в предмет доказывания по ст. 170 ГК РФ.

Суд первой инстанции пришел к неправильному выводу, что на момент заключения спорных сделок у ФИО9 перед ИП ФИО1 существует задолженность в размере 2 000 000 рублей 00 копеек.

Между ФИО1 и ООО «Академия бизнеса» был заключен договор займа №01/2017 от 30.05.2017 г. и №02/2017 от 07.06.2017 г. К указанным договорам займа заключены договоры поручительства с ФИО9 (договоры №01/2017-П от 30.05.2017 г. и №02/2017-П от 07.06.2017 г.).

Согласно договору №01/2017 от 30.05.2017 г. сумма займа возвращается не позднее 30.10.2017 г. Согласно договору №02/2017 от 30.05.2017 г. сумма основного долга возвращается в следующем порядке: 1 000 000 рублей 00 копеек не позднее 06.11.2017 г., 900 000 рублей 00 копеек не позднее 06.12.2017.

Таким образом, на момент заключения оспариваемого договора займа (22.08.2017 г.) и договора цессии (10.10.2017 г.) у Должника не наступило обязательств по оплате долга перед ФИО1

На стр. 6 обжалуемого определения суд указал, что «критически относится к доказательствам платёжеспособности ФИО7, которые за ФИО7 представлены в материалы дела кредитором ФИО4 Поскольку именно на ФИО7 лежала обязанность подтвердить свою платежеспособность».

Фактически, суд, без нормативных на то оснований, посчитал, что определенные доказательства могут представляться только определенными лицами, в связи с чем попросту проигнорировал доказательства, представленные в материалы дела, достоверность которых не была опровергнута в установленном законе порядке.

Суд первой инстанции не обязывал ФИО4 раскрыть происхождение полученных документов, не задавал соответствующие вопросы представителю кредитора при рассмотрении дела, однако при принятии итогового судебного акта указанные обстоятельства оказались решающими для оценки судом представленных доказательств.

Кредитор считает необходимым отметить, что документы были получены самостоятельно у ФИО13 в связи с пассивным поведением ФИО7 (не обеспечил явку в судебные заседания, не представлял доказательства или правовую позицию по спору) и невозможностью ФИО13 самостоятельного представить доказательства в рамках настоящего спора, так как он не является участником дела .

Несмотря на то, что суд первой инстанции был не вправе рассматривать заявление ФИО1 о признании сделок недействительными по общегражданским основаниям, тем не менее, кредитором были представлены в материалы дела доказательства, подтверждающие действительность заемных отношений между ФИО7 и ФИО9

Кредитором были представлены договор займа между ФИО13 и ФИО7, по которому последний получил 6 500 000 рублей, налоговые декларации ФИО13, принятые налоговым органом, подтверждающие его доход в период, предшествующий даче займа ФИО7

Таким образом, в материалы дела были представлены надлежащие доказательства платежеспособности займодавца и реальности договора займа от 22.08.2017 г.

Относительно того, что в материалы дела не были представлены доказательства расходования денежных средств, отмечает , что представление указанных доказательств, раскрытие истории расходования полученных денежных средств могло бы быть осуществлено только должником, который заинтересован в исключении требований ФИО4 из реестра требований кредиторов (так как требования ФИО4 составляют более 50 % всех предъявленных к должнику требований).

ФИО4 также представлены письменные дополнения к апелляционной жалобе .

ФИО7 в своей апелляционной жалобе ссылается на то, что в 2017 году между ФИО7 и ФИО9 была достигнута договоренность о том, что ФИО7 предоставит Должнику процентный краткосрочный заем. Денежные средства были переданы Должнику 22.08.2017, что подтверждается распиской, имеющейся в материалах дела (абз. 5 стр. 4 Определения Арбитражного суда Свердловской области от 19.03.2020 по настоящему делу). Поскольку извлекать из оборота собственные средства для апеллянта было не так выгодно, как привлечь заемные, ФИО7 заключил договор займа с ФИО13 на сумму 6500000 рублей. Впоследствии ФИО9 не исполнила свои обязательства по договору займа от 22.08.2017 и ФИО7 уступил права требования по спорному договору ФИО4, чтобы он осуществил все действия, необходимые для взыскания задолженности.

В материалы дела были представлены документы (договор займа, расписка), подтверждающие реальность заключенной сделки. Поскольку в материалах дела имеются первичные документы в подтверждение реальности сделок, то на ИП ФИО1, как лицо, оспаривающее сделки, в соответствии с правилами ст. 65 АПК РФ перешло бремя доказывания обратного.

Арбитражный суд Свердловской пришел к выводу о доказанности наличии задолженности ФИО9 перед другими кредиторами. На момент передачи денежных средств ФИО9 не сообщала о задолженности перед иными лицами, более того в нарушении положений статей 168, 170 АПК РФ Арбитражный суд Свердловской области суд не указывает, какими доказательствами подтверждается факт задолженности.

ФИО7 не был надлежащим образом уведомлен о судебном разбирательстве, о дате, месте и времени судебных заседаний. Судебные извещения в адрес апеллянта доставлены не были. По причине неосведомленности о судебных процессах, у ФИО7 отсутствовала возможность принять участие в деле и отстаивать свою позицию в суде, чтобы воспрепятствовать необоснованным выводам суда и представить доказательства, подтверждающие реальность сделок.

При предъявлении в рамках дела о банкротстве заявления об оспаривании сделки по указанным основаниям иным помимо арбитражного управляющего лицом суд оставляет это заявление без рассмотрения применительно к части 4 пункта 1 статьи 148 АПК РФ.

Согласно оспариваемому Определению единственным основанием, по которым кредитор ФИО1 оспаривал сделки, являются положения ст. 170 ГК РФ. Договор займа от 22.08.2017 был заключен между двумя физическими лицами, указаний на то обстоятельство, что денежные средства были переданы для осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности, договор и расписка не содержат. Следовательно, в соответствии со ст. 22 ГПК РФ данный спор подведомственен суду общей юрисдикции, а заявление ИП ФИО1 подлежит оставлению без рассмотрения.

Судом апелляционной инстанции восстановлен срок на подачу апелляционной жалобы ФИО7, поскольку причины его пропуска признаны уважительными.

Финансовым управляющим должника представлен письменный отзыв на апелляционную жалобу ФИО4, в котором он против удовлетворения апелляционной жалобы возражает.

В судебном заседании объявлялся перерыв до 08.06.2020 г. до 15 час. 00 мин.

В ходе перерыва ФИО14 в материалы дела представлено письменное ходатайство о приобщении дополнительных документов . Ходатайство судом апелляционной инстанции удовлетворено.

В ходе перерыва от ФИО4 представлены письменные объяснения по обстоятельствам заключения договора уступки (цессии), к которым приложены копии документов. Данные письменные объяснения и документы приобщены к материалам дела.

В ходе перерыва от ИП ФИО1 представлены письменные возражения на дополнения ФИО4 к апелляционной жалобе , мотивированное возражение на письменные пояснения ФИО7 и ФИО4 , к которым приложены копии подтверждающих доводы документов . Указанные письменные возражения приобщены к материалам дела, в удовлетворении ходатайства ИП ФИО1 о приобщении дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции отказано, поскольку не представлено доказательств их направления в адрес иных лиц, участвующих в обособленном споре.

В ходе судебного заседания после перерыва от ИП ФИО1 поступил ходатайство о приобщении письменных пояснений и приложенных к ним дополнительных доказательств. В удовлетворении ходатайства о приобщении дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции отказано, поскольку они заблаговременно не раскрыты.

В судебном заседании заявители на доводах апелляционных жалоб настаивают, ИП ФИО1 против удовлетворения апелляционных жалоб возражает.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, кредитор ИП ФИО1 обратился в суд с заявлением о признании договора займа от 22.08.2017 и последующего договора уступки прав требования (цессии) от 10.10.2017 недействительными сделками.

Кредитор считает, что оспариваемая сделка являются недействительной на основании положений ст. 170 ГК РФ.

Как следует из материалов дела, 22.08.2017 между ФИО7 (займодавец) и ФИО9 (заемщик) заключен договор займа , согласно которому займодавец передает в собственность заемщика денежные средства в размере 6 500 000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную денежную сумму в срок до 18.09.2017, за пользование суммой займа заемщик уплачивает проценты из расчета 2% от суммы займа за каждый месяц пользования денежными средствами.

Факт передачи денежных средств подтверждается распиской от 22.08.2017г.

В последующем, 10.10.2017 между ФИО7 (цедент) и ФИО12 (цедент) заключен договор уступки прав требования (цессионарий), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме права (требования) к ФИО9, возникшие из договора займа от 22.08.2017, заключенного между цедентом и должником.

Удовлетворяя заявленные требования , суд первой инстанции пришел к выводу о том, что договор займа от 18.08.2017 носит мнимый характер, заключен с целью создания искусственной кредиторской задолженности, с учетом отсутствия сведений о расходовании должником полученных денежных средств и доказательств о наличии у него доходов для исполнения обязательств по возврату займов, суд признал договор займа от 22.08.2017 недействительной сделкой, поскольку совершен договор лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия. Поскольку, суд пришел к выводу о недействительности договора займа от 22.08.2017, то последующие договор уступки прав требования (цессии) от 10.10.2017 признается недействительным. Оснований для оставления заявления без рассмотрения суд первой инстанции не усмотрел.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли- продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Норма п. 1 ст. 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон этой сделки нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Это правило распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пунктом 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Такая сделка с имуществом должника может быть признана недействительной по общегражданским основаниям в случае наличия у сделки пороков.

Судом установлено, что к спорным правоотношениям применяются нормы права, регулирующие договор займа.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Договор займа является реальным договором, в связи с чем, ссылаясь на наличие задолженности заемщика по договору займа, займодавец должен представить доказательства передачи заемщику денежных средств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В силу пункта 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа, а также уплатить проценты на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором (пункт 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В подтверждение передачи денежных средств должнику представлены: договор займа от 18.08.2017 между ФИО13 и ФИО7 , из которого следует, что ФИО7 получил денежные средства в сумме 6 500 000 руб. по расписке на срок до 31.12.2017 с условием об оплате процентов за пользование займом в размере ставки рефинансирования , существующей в месте жительства займодавца на день уплаты заемщиком суммы основного долга . Проценты за пользование займом подлежат уплате одновременно с возвращением суммы основного долга. Также в подтверждение передачи денежных средств должнику ФИО7 представлен договор займа между должником и ФИО7 от 22.08.2017 г. , согласно которому последний передает должнику заем в размере 6 500 000 руб. на срок до 18.09.2017 , а должник обязуется уплатить проценты из расчета 2% годовых в месяц .

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

В подтверждение финансового положения ФИО7, позволяющего предоставить должнику денежные средства по договору займа, представлены вышеназванный договор займа с ФИО13 от 18.08.2017 и декларация последнего по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2016 г., согласно которой доход его за данный налоговый период составил 9 078 855 руб. , сумма произведенных расходов – 3 558 349 руб.

Проанализировав данные документы, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что материалами дела не подтверждается факт передачи денежных средств должнику, ФИО7 в материалы дела не представлены доказательства финансовой возможности передать спорную сумму по займу 22.08.2017.

Суд апелляционной инстанции считает, что данный вывод является правильным , поскольку финансовая возможность предоставить займ за счет собственных денежных средств ФИО7 не подтверждена . Ссылки на то, что заем должнику был предоставлен за счет займа , полученного у ФИО13 также заслуживают критической оценки, поскольку согласно представленной налоговой декларации ФИО13 за 2016 г. его доход за вычетом расходов составил 5 520 506 руб. , что недостаточно для предоставления займа в сумме 6500000 руб. ФИО7

Данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии доказательств наличия реальной возможности у кредитора передать должнику в заем сумму 6 500 000 руб.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что заем ФИО7 должнику был предоставлен на короткий срок (менее месяца); заявитель не указал, является ли для него обычным предоставление займов третьим лицам; заем был предоставлен без какого – либо обеспечения (залога имущества должника) на достаточно крупную сумму , что свидетельствует о нетипичном поведении займодавца. Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что само по себе установление процентов по займу не свидетельствует о реальности сделки.

Также судом первой инстанции установлено , что в указанный период должником имущество не приобреталось, расчеты с кредиторами не производились, доказательств приобретения имущества и как следствие траты заемных средств в материалы дела не представлено.

При этом убедительных пояснений относительно фактических обстоятельств заключения договора займа с должником ФИО7 не представил: причинно-следственная связь между заинтересованностью ФИО7 в выкупе отдельных складских помещений или заключении долгосрочных договоров аренды с ООО «Продовольственная база № 4» и предоставлением спорных займов ФИО9 не усматривается. В обычных предпринимательских отношениях заключение ФИО7 спорного договора с должником , находящимся в ином субъекте Российской Федерации, пусть даже непродолжительный период времени являющимся помощником конкурсного управляющего ООО «Продовольственная база № 4» в отсутствие встречного обеспечения представляется крайне сомнительным.

На основании изложенного, учитывая, что ФИО7 не подтвердил свою финансовую возможность передать спорную сумму по займу, а должник не представил доказательств траты заемных денежных средств, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что договор займа от 22.08.2017 между должником и ФИО7 совершен лишь для вида , без намерения создать соответствующие правовые последствия, направлен на создание искусственной задолженности кредитора и, как следствие, на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника, имеются признаки злоупотребления лицами, совершившими данную сделку, своими гражданскими правами.

Поскольку, договор займа от 22.08.2017 является мнимой сделкой , последующий договор уступки прав требования (цессии) от 10.10.2017 между ФИО4 и ФИО7 также следует признать недействительным.

При этом ФИО4 не раскрыл экономический смысл приобретения прав к должнику по договору уступки прав требования (цессии) от 10.10.2017, через два месяца после заключения непосредственно самого договора займа и расчеты за уступленное право не произведены. В договоре они поставлены в зависимость от получения денежных средств от должника.

Ссылка ФИО4 на перечисление ему должником денежных средств на сумму 1 830 000 руб. (вступившее в законную силу апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 06.03.2019 ) не опровергает мнимости договора займа , заключенного между ФИО9 и ФИО7 При этом заслуживают внимания доводы ИП ФИО1 о том, что частичное перечисление денежных средств в адрес ФИО4 началось через девять дней после заключения договора уступки права требования, осуществлялось без указания в назначении платежа этого договора, в отсутствие доказательств надлежащего уведомления ФИО9 о такой уступке, что может свидетельствовать о наличии между ФИО4 и ФИО9 иных правоотношений, не связанных с выдачей спорного займа .

Довод заявителей апелляционных жалобы о наличии оснований для оставления заявленных требований без рассмотрения , был предметом рассмотрения судом первой инстанции , ему дана надлежащая правовая оценка.

Согласно п. 2 ст. 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

В силу ст. 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

На основании изложенного, учитывая , что в реестр требований кредиторов должника включено требование ИП ФИО1 на сумму , превышающую десять процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц, оснований для удовлетворения заявления ФИО4 об оставлении заявления ИП ФИО1 без рассмотрения отсутствуют.

Довод ФИО7 о том , что он не был надлежащим образом уведомлен о судебном разбирательстве, о дате, месте и времени судебных заседаний, исследован и отклонен, поскольку в материалах дела (т.1, л.д. 113-121, 128, 129) имеются доказательства направления в его адрес: г. Москва, ул. Новаторов, 4/4 -309 определений о судебных заседаниях по настоящему обособленному спору .

Учитывая, что апеллянты в жалобах не ссылаются на доказательства которые бы опровергали выводы суда первой инстанции , апелляционный суд приходит к выводу о том, что дело рассмотрено судом первой инстанции полно и всесторонне, нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

При указанных обстоятельствах оснований для отмены обжалуемого определения , предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ не имеется. Нарушений судом первой инстанции при вынесении определения от 19.03.2020 г. норм материального и(или) процессуального права апелляционным судом не установлено. В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате госпошлины подлежат отнесению на заявителей апелляционных жалоб.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:


определение Арбитражного суда Свердловской области от 19 марта 2020 года по делу № А60-64078/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

В.И. Мартемьянов

Судьи

Г.Н. Мухаметдинова

В.А. Романов



Суд:

17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд) (подробнее)

Истцы:

ГУП Свердловской области "Государственный региональный выставочный центр "ИнЭкспо" (подробнее)
ИП Ёлкин Михаил Вячеславович (подробнее)
МИФНС №23 по Свердловской области (подробнее)
ООО "Гермес" (подробнее)
ООО КА "Неон" (подробнее)
ООО КОЛЛЕКТОРСКОЕ АГЕНТСТВО НЕОН (подробнее)
ООО "Региональное взыскание долгов" (подробнее)
ООО УралПромРесурс (подробнее)
ООО "ЮРИНФОРМУРАЛ" (подробнее)
ПАО "СБЕРБАНК РОССИИ" (подробнее)

Иные лица:

Ассоциация арбитражных управляющих саморегулируемая организация "Центральное агентство арбитражных управляющих" (подробнее)
Главное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Свердловской области (подробнее)
МЕЖМУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОТДЕЛ МИНИСТЕРСТВА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ "АЛАПАЕВСКИЙ" (подробнее)
Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №23 по Свердловской области (подробнее)
ООО "Инженерно-строительная компания" (подробнее)
СОЮЗ "УРАЛЬСКАЯ САМОРЕГУЛИРУЕМАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ АРБИТРАЖНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ" (подробнее)


Судебная практика по:

Злоупотребление правом
Судебная практика по применению нормы ст. 10 ГК РФ

Признание сделки недействительной
Судебная практика по применению нормы ст. 167 ГК РФ

Признание договора купли продажи недействительным
Судебная практика по применению норм ст. 454, 168, 170, 177, 179 ГК РФ

Мнимые сделки
Судебная практика по применению нормы ст. 170 ГК РФ

Притворная сделка
Судебная практика по применению нормы ст. 170 ГК РФ

Долг по расписке, по договору займа
Судебная практика по применению нормы ст. 808 ГК РФ

Признание договора недействительным
Судебная практика по применению нормы ст. 167 ГК РФ