Постановление от 20 июля 2023 г. по делу № А65-23193/2019

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

Дело №А65-23193/2019
г. Самара
20 июля 2023 года
11АП-4083/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 13 июля 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 20 июля 2023 года


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Александрова А.И.,

судей Бондаревой Ю.А., Поповой Г.О.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от ФИО2 - представитель ФИО3 по доверенности от 02.08.2022;

от ФИО4 – представитель ФИО5 по доверенности от 27.02.2023;

от ИП ФИО6 - представитель ФИО3 по доверенности от 12.05.2023;

от ФИО7 - представитель ФИО8 по доверенности от 25.05.2023;

от ФИО9 - представитель ФИО3 по доверенности от 17.03.2023;

от ФИО10 - представитель ФИО11 по доверенности от 03.05.2023;

от ФИО12 - представитель ФИО3 по доверенности от 22.12.2021;

от ООО «Проектно-коммерческая фирма «Зубр-Сервис» - представитель ФИО3 по доверенности от 01.08.2022;

представителя участников ООО «ТОР Каз Инвест» ФИО3 - лично (решение №8 внеочередного общего собрания от 11.12.2020);

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №2, апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года о признании недействительной сделки и применении последствий ее недействительности, по делу №А65-23193/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТОР Каз Инвест», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Татарстан 01 августа 2019 года поступило заявление ФИО4, Зеленодольский район, п.Октябрьский, о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ТОР Каз Инвест», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08 августа 2019 года заявление принято к производству, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 сентября 2019 года (резолютивная часть оглашена 06 сентября 2019 года) заявление ФИО4, Зеленодольский район, п.Октябрьский, признано обоснованным и в отношении ООО «ТОР Каз Инвест» введена процедура банкротства наблюдение; временным управляющим утвержден ФИО13.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 167 от 14.09.2019 года.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 декабря 2019 года (резолютивная часть оглашена 20 декабря 2019 года) ООО «ТОР Каз Инвест» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на четыре месяца (до 20.04.2020); исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложены на временного управляющего должника ФИО13.

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и об открытии в отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №3 от 11.01.2020 года.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 апреля 2022 года исполняющим обязанности конкурсного управляющего ООО «ТОР Каз Инвест» утвержден ФИО14 (ИНН <***>, адрес для направления корреспонденции: 420066, г.Казань, а/я 116), член Ассоциации Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 13.11.2020 года поступило заявлению ФИО12, г.Казань, ФИО6, с. Куралово (вх. 47532) о признании договора займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договора займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договора займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договора займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договора займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000 руб. заключенных с ФИО4 недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16февраля 2023 г. в удовлетворении заявления кредитора ООО «ТОР Лайт» о приостановлении производства по рассмотрению обособленного спора отказано. Заявленные требования ФИО12, г.Казань, ФИО6, с. Куралово удовлетворены.

Признаны недействительными сделками договор займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000 руб., договор займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договор займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договор займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договор займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб. заключенные с ФИО4.

Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания в пользу должника необоснованно перечисленной суммы. Взыскано с ФИО4 в пользу ООО «ТОР Каз Инвест», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) 21 800 000 руб. 00 коп. неосновательного обогащения.

Взыскано с ФИО4 в пользу ФИО12, г.Казань, ФИО6, с. Куралово 30 000 руб. 00 коп. государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, принять новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11 апреля 2023 года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 23 мая 2023 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23 мая 2023 года рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 15 июня 2023 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15 июня 2023г. судебное разбирательство отложено на 13 июля 2023 г. на 14 час 10 мин.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13 июля 2023 года в судебном составе, рассматривающем апелляционную жалобу, произведена замена судьи Серовой Е.А. на судью Бондареву Ю.А.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании 13 июля 2023 г. представитель ФИО4 апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просил определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ФИО10 апелляционную жалобу ФИО4 поддержал в полном объеме, просил определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ФИО7 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель ФИО2, ИП ФИО6, ООО «Проектно-коммерческая фирма «Зубр-Сервис», ФИО9, ФИО9, ФИО12, представителя участников ООО «ТОР Каз Инвест» ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд усматривает основание для отмены обжалуемого судебного акта.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В материалы настоящего обособленного спора в качестве подтверждения факта наличия сделок, о признании недействительными которых заявлены требования, представлены копии: договора займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договора займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договора займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договора займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договора займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 06.02.2016 г. на сумму 800 000.00 руб.

При рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции арбитражным судом предложено ответчику ФИО4 представить отзыв на заявление, доказательства финансовой возможности предоставления денежных средств по оспариваемым сделкам, также неоднократно определениями по обособленному спору арбитражный суд предлагал ответчику ФИО4 представить оригиналы договора займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договора займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договора займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договора займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договор займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 06.02.2016 г. на сумму 800 000.00 руб.

Ответчиком в материалы настоящего обособленного спора представлен отзыв, с дополнениями, в качестве наличия финансовой возможности были представлены копии договора купли-продажи квартиры 04/2012 от 21 апреля 2012, стоимость которой, согласно договора составляет 4 500 000 рублей, налоговые декларации ИП ФИО4 за 2014, 2015, 2016 года, справку о наличии открытых счётов в ПАО «Татфондбанк», выписки о движении денежных средств на счёте банковского вклада в ПАО «Татфондбанк».

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования о признания оспариваемых сделок недействительными обоснованно исходил из следующего.

Согласно п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. На основании пункта 1 статьи 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему заимодавцем определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

По смыслу перечисленных норм ГК РФ договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В абз. 3 п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от № 35 даны разъяснения о том, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Из данных по расчётному счету должника открытом в ПАО «СБЕРБАНК» не усматривается факт поступлений на счёт от имени ФИО4 в размере 3 000 000,00 руб., 7 000 000,00 руб., 5 000 000,00 руб., 6 000 000 руб., 800 000 руб. Также отсутствуют сведения о поступлении денежных средств на счёт должника открытом в кредитном учреждении в указанных размерах и от имени иных лиц.

Из представленных в дело №А65-23193/2019 исполняющими обязанности конкурсного управляющего следует, что учетная политика предприятия ООО «ТОР Каз Инвест» не была представлена ни в ходе наблюдения, ни в ходе конкурсного производства со стороны Должника.

Исходя из выше установленных обстоятельств судом первой инстанции сделан обоснованный вывод об отсутствии реальности хозяйственных отношений между ООО «ТОР Каз Инвест» и ФИО4 по предоставлению займов по оспариваемым договорам.

Порядок работы с наличными денежными средствами регулируются в отношении:

применения ККТ — Федеральным законом от 22 мая 2003 г. № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт» (далее — Закон о применении ККТ);

применения БСО — Постановлением Правительства РФ от 6 мая 2008 г. № 359, которым утверждено Положение об осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт без применения контрольно-кассовой техники (далее — Положение о расчетах без применения ККТ);

предельной величины расчетов наличными деньгами между юридическими лицами Указанием Банка России от 07 октября 2013 г. № 3073-У (далее - Указание № 3073-У).

Согласно п. 1 ст. 2 Закона о применении ККТ контрольно-кассовая техника применяется в обязательном порядке всеми организациями и индивидуальными предпринимателями при осуществлении ими наличных денежных расчетов в случаях продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Об обязательном применении ККТ при расчетах наличными деньгами между юридическими лицами говорится также в Постановлении Пленума ВАС РФ от 31.07.2003 № 16 «О некоторых вопросах практики применения административной ответственности, предусмотренной статьей 14.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, за неприменение контрольно-кассовых машин»

Так из пункта 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 31.07.2003 № 16 следует, что статьей 2 Закона «О применении ККТ» № 54-ФЗ на всех юридических лиц и индивидуальных предпринимателей возложена обязанность при осуществлении наличных денежных расчетов применять контрольно-кассовую технику. Поэтому судам следует иметь в виду, что контрольно-кассовые машины подлежат применению и в тех случаях, когда наличные денежные расчеты осуществлялись с индивидуальным предпринимателем или организацией (покупателем, клиентом).

В соответствии с п.2 Постановления Правительства РФ от 06.05.2008 № 359 (ред. от 15.04.2014) «О порядке осуществления наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт без применения контрольно-кассовой техники» на бланках строгой отчетности оформляются предназначенные для осуществления наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт без применения контрольно-кассовой техники в случае оказания услуг населению квитанции, билеты, проездные документы, талоны, путевки, абонементы и другие документы, приравненные к кассовым чекам (далее - документы).

В данном случае по аналогии без применения контрольно-кассовой техники провести операцию по займу в бухгалтерском учете не представляется возможным.

Из представленных Конкурсным управляющим должника доказательств в материалы дела №А65-23193/2019 следует, что должник не подавал в налоговый орган сведения о достоверной бухгалтерской отчетности, бухгалтерские балансы со стороны должника сдавались лишь в 2015 и 2016 году, за период с 2017 г. по настоящее время бухгалтерские балансы отсутствуют.

Вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что формирование акта приема-передачи денежных средств без реальной хозяйственной операции и передачи денег не подтверждает возникновения заёмных отношений.

Довод апелляционной жалобы об отсутствии оснований для оспаривания сделок по основанию предусмотренному ст. 170 ГК РФ, с ссылкой на то, что факт реальности сделки подтверждается вступившем в законную силу решением Ново-Савиновского районного суда города Казани от 19 января 2019 года по делу №2-293/2019 отклоняется судом апелляционной инстанции исходя из следующего. Как следует из указанного судебного акта вопрос действительности спорных договора займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договора займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договора займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договор займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договор займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб., не был предметом исследования суда общей юрисдикции. Не следует из судебного акта по гражданскому делу №2-293/2019 и то, что ответчик, должник по настоящему делу №А65-231913/2019, возражал, ссылаясь на обстоятельства, свидетельствующие о недействительности спорных сделок.

Обстоятельства, изложенные в ходатайствах лиц, участвующих в гражданском деле №2-5712/2018(№2-293/2019), на которые ссылается ответчик, были предметом оценки суда общей юрисдикции, в отношении которых было вынесено соответствующее гражданскому процессуальному законодательству процессуальное решение.

Таким образом, решение Ново-Савиновского районного суда города Казани от 19 января 2019 года по делу №2-293/2019, не является в силу ст. 69 АПК РФ преюдициальным судебным актом относительно вопроса действительности спорных договора займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договора займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договора займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договор займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договор займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб.

Кроме того, в деле №А65-23193/2019, вопрос действительности договора займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договора займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договора займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договор займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договор займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб., проверяется с учётом специальных норм Закона о банкротстве о признании недействительными сделок должника, применение которых, согласно пункту 1 части 6 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, относится к исключительной компетенции арбитражного суда.

Отклоняя довод ФИО4 о том, что реальность спорных сделок может быть подтверждена представленными в материалы дела №А65-23193/2019 налоговыми декларациями индивидуального предпринимателя ФИО4 за 2014-2016 годы, согласно которым доход ФИО4 в указанный период составил 18 583 500 рублей, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Как следует из представленных деклараций, ФИО4, осуществляя предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, находилась на упрощённой системе налогообложения.

Отношения, возникающие при применении упрощённой системы налогообложения, регламентируются главой 26.2 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ).

Согласно статье 346.11 НК РФ, упрощенная система налогообложения организациями и индивидуальными предпринимателями применяется наряду с иными режимами налогообложения, предусмотренными законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Переход к упрощенной системе налогообложения или возврат к иным режимам налогообложения осуществляется организациями и индивидуальными предпринимателями добровольно в порядке, предусмотренном настоящей главой.

Применение упрощенной системы налогообложения организациями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на прибыль организаций (за исключением налога, уплачиваемого с доходов, облагаемых по налоговым ставкам, предусмотренным пунктами 1.6, 3 и 4 статьи 284 настоящего Кодекса), налога на имущество организаций (за исключением налога, уплачиваемого в отношении объектов недвижимого имущества, налоговая база по которым определяется как их кадастровая стоимость в соответствии с настоящим Кодексом). Организации, применяющие упрощенную систему налогообложения, не признаются налогоплательщиками налога на добавленную стоимость, за исключением налога на добавленную стоимость, подлежащего уплате в соответствии с настоящим Кодексом при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией (включая суммы налога, подлежащие уплате при завершении действия таможенной процедуры свободной таможенной зоны на территории Особой экономической зоны в Калининградской области), а также налога на добавленную стоимость, уплачиваемого в соответствии со статьями 161 и 174.1 настоящего Кодекса.

Иные налоги, сборы и страховые взносы уплачиваются организациями, применяющими упрощенную систему налогообложения, в соответствии с законодательством о налогах и сборах.

Статьёй 346.14 НК РФ установлено, что объектом налогообложения признаются: доходы; доходы, уменьшенные на величину расходов.

Согласно пункту 1 статьи 346.15 НК РФ при определении объекта налогообложения учитываются доходы, определяемые в порядке, установленном пунктами 1 и 2 статьи 248 настоящего Кодекса.

Из пунктов 1 и 2 статьи 248 НК РФ следует, что к доходам в целях настоящей главы относятся:

1) доходы от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав (далее - доходы от реализации).

В целях настоящей главы товары определяются в соответствии с пунктом 3 статьи 38 настоящего Кодекса;

2) внереализационные доходы.

При определении доходов из них исключаются суммы налогов, предъявленные в соответствии с настоящим Кодексом налогоплательщиком покупателю (приобретателю) товаров (работ, услуг, имущественных прав).

Доходы определяются на основании первичных документов и других документов, подтверждающих полученные налогоплательщиком доходы, и документов налогового учета.

Доходы от реализации определяются в порядке, установленном статьей 249 настоящего Кодекса с учетом положений настоящей главы.

Внереализационные доходы определяются в порядке, установленном статьей 250 настоящего Кодекса с учетом положений настоящей главы.

Для целей настоящей главы имущество (работы, услуги) или имущественные права считаются полученными безвозмездно, если получение этого имущества (работ, услуг) или имущественных прав не связано с возникновением у получателя обязанности передать имущество (имущественные права) передающему лицу (выполнить для передающего лица работы, оказать передающему лицу услуги).

Согласно п. 1.1 ст. 346.15 НК РФ при определении объекта налогообложения не учитываются доходы индивидуального предпринимателя, облагаемые налогом на доходы физических лиц в виде дивидендов, а также доходы индивидуального предпринимателя, облагаемые налогом на доходы физических лиц по налоговым ставкам, предусмотренным пунктами 2 и 5 статьи 224 настоящего Кодекса, в порядке, установленном главой 23 настоящего Кодекса.

Исходя из анализа выше перечисленных норм налогового законодательства, арбитражный суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу, что сумма в размере 18 583 500 рублей не является доходом ФИО4, позволяющим обосновать финансовую состоятельность ответчика для возможности предоставления спорных займов, а лишь является суммой общей выручки индивидуального предпринимателя ФИО4 в период с 2014-2016 гг..

Получение ответчиком 4 500 000 рублей в результате продажи квартиры по договору купли-продажи квартиры 04/2012 от 21 апреля 2012 г., не может свидетельствовать о подтверждении существенных для настоящего дела обстоятельств, так как указанная сумма была получена ФИО4 задолго до периода спорных договора займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договора займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договора займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договор займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договор займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000 руб. Сам факт продажи квартиры 21 апреля 2012, не может однозначно подтвердить, что указанная в договоре купли-продажи квартиры 04/2012 от 21 апреля 2012 продавалась для целей выдачи займов должнику, который согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц был зарегистрирован лишь 07 апреля 2015 года.

Закрытие банковского счёта в ПАО «Татфондбанк» и снятие ФИО4 22 октября 2016 суммы в размере 5 288 146 руб. 70 коп., само по себе не подтверждает реальность спорных договоров займа на общую сумму 21 800 000 рублей.

Более того, как верно отметил суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте, с учётом признанных арбитражным судом общеизвестными фактами о том, что 09 декабря 2016 года ПАО «Татфондбанк» ввёл ограничения на досрочное снятие вкладов, 12 декабря 2016 года «Татфондбанк» ввёл лимит на снятие наличных в банкоматах, а 15 декабря 2016 года Банк России назначил временную администрацию в ПАО «Татфондбанк», арбитражный суд приходит к выводу, что закрытие банковского счёта в ПАО «Татфондбанк» и снятие ФИО4 22 октября 2016 суммы в размере 5 288 146 руб. 70 коп., могли быть обусловлены перечисленными событиями, что, в свою очередь свидетельствует о должной осмотрительности ФИО4, которую она проявляет для исключения возможных финансовых рисков в своей предпринимательской деятельности.

Во взаимосвязи с указанными обстоятельствами, арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что, являясь в спорный период заключения сделок индивидуальным предпринимателем, а также единоличным участником коммерческих организаций, ФИО4, с учётом большого опыта осуществления предпринимательской деятельности должна была, действуя разумно, максимально исключить для себя любые финансовые риски, связанные с обеспечением подтверждения объёмов и бесспорностью своей имущественной сферы, в частном случае, не получив от должника установленных законом доказательств передачи денежных средств, в виде кассового чека ККМ, не была лишена возможности, при явной направленности воли на создание заёмных отношений с должником, осуществить перечисление денежных средств на расчётный счёт ООО «Тор Каз Инвест». Наличие у должника расчётного счёта в Сбербанке в спорный период подтверждается материалами дела.

Именно ссылаясь на то обстоятельство, что, являясь субъектом предпринимательской деятельности, осведомлённым об особенностях сделок с наличными денежными средствами, в том числе, неразумности аккумулировать денежные средства для сделки задолго до её заключения, ФИО4, поддерживая конкурсного управляющего просила признать недействительными, ничтожными, безденежными сделками Договоров займа от 06.06.2016 и от 24.07.2016, заключенными должником с ФИО15 и ФИО15 на общую сумму 20 000 000 рублей.

Данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.09.2020 года по делу №А65-23193/2019, оставленным без изменений постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2021 по делу №А65-23193/2019.

Ссылка ответчика на протокол нотариального осмотра от 08.07.2020, представленный в качестве доказательства обстоятельств, свидетельствующих о реальности спорных договоров займа отклоняется арбитражным судом.

Из содержания данного протокола не следует факта передачи ФИО4 денежных средств должнику в размере 21 800 000 рублей на основании спорных договора займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договора займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договора займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договора займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договора займа от 23.01.2017г.

Факт наличия письменных форм договора займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договора займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договора займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договора займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договора займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., акта приёма-передачи денежных средств от 06.02.2016 г. на сумму 800 000.00 руб., ответчиком сомнению не подвергнут, о фальсификации доказательств, представленных заявителями в виде копий выше перечисленных договоров займа и актов приёма-передачи денежных средств, заявлено не было.

Исследуя выше указанные договоры займа и акты приёма-передачи денежных средств арбитражный суд первой инстанции пришёл к верному и обоснованному выводу о том, что акты приёма-передачи денежных средств от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., от 06.02.2016 г. на сумму 800 000.00 руб. не содержат указания их относимости к спорным договора займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договора займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договора займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договора займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договора займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб.

Из спорных: договора займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договора займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договора займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договора займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договора займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб. не следует, что денежные средства по ним передаются по актам приёма-передачи денежных средств, в качестве приложений акты приёма-передачи денежных средств, в указанных договорах займа указаны не были.

Условия договора займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договора займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договора займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договора займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договор займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб. достоверно позволяют определить, что сторонами какие-либо приложения, в том числе в виде актов приёма-передачи денежных средств, предусмотрены не были. Так же из актов приёма-передачи денежных средств от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., от 06.02.2016 г. на сумму 800 000.00 руб. не следует, что они являются приложениями к спорным договору займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договору займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договору займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договору займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договору займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб.

Более того, как следует из акта приёма-передачи денежных средств от 06.02.2016 г. на сумму 800 000.00 руб. он датирован более раним периодом как договора займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб., так и прочих спорных договоров займа, так как самый ранний из них датирован 30.09.2016.

Относительно признаков у ФИО4 заинтересованного лица по отношению к должнику суд первой инстанции пришёл к следующему выводу.

Статьёй 19 Закона о банкротстве, в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Частью 2 указанной статьи заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Из части 3 вышеуказанной статьи следует, что заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, заинтересованными лицами по отношению к арбитражному управляющему, кредиторам признаются лица в соответствии с пунктами 1 и 3 настоящей статьи (часть 4 статьи 19).

В статье 4 Закона РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» в качестве аффилированного лица названы физическое и юридическое лицо, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, а также указан перечень случаев, когда лица признаются аффилированными.

Критерии аффилированности выработаны в банкротном праве применительно к определению статуса контролирующих должника лиц и сгруппированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утверждённым Президиумом Верховного Суда РФ 29 января 2020 г.

Судебная практика по делам о банкротстве исходит из того, что аффилированность может быть, как юридической (то есть прямо отвечать признакам, установленным законом), так и скрытой или фактической (когда в судебном порядке будет доказано, что лицо, несмотря на отсутствие юридической аффилированности, оказывало влияние или определяло деятельность другого лица).

Для установления признаков фактической аффилированности учитываются общность экономических интересов лиц, наличие между ними правоотношений, не соответствующих рыночным условиям, согласованность действий в отношениях с третьими лицами, наличие фидуциарных либо властно-распорядительных отношений между физическими лицами и прочее.

Установление фактической аффилированности зависит исключительно от конкретных обстоятельств дела.

Из разъяснений данных в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» следует, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

В материалы дела №А65-23193/2019, ответчиком представлен нотариальный протокол осмотра доказательств 16 АА 5866689 от 08.07.2020. Согласно нотариальному протоколу осмотр доказательств был осуществлён по заявлению ФИО11, действующего в интересах ФИО10.

Материалами дела №А65-23193/2019 подтверждается, что ФИО11 представляет интересы конкурсного кредитора ООО «Тор Лайт», руководителем которого также является ФИО10

Правовая позиция конкурсного кредитора ООО «Тор Лайт» в настоящем обособленном споре в полном объёме совпадает с правовой позицией ФИО4, что подтверждается, в том числе и тем, правовая позиция ФИО4, в том числе, обеспечивается ФИО10

Следовательно, интересы конкурсного кредитора ООО «Тор Лайт», совпадающие с интересами ФИО10, совпадают с интересами конкурсного кредитора ФИО4

Ссылаясь на то, что факт реальности спорных сделок подтверждается, в том числе нотариальный протокол осмотра доказательств 16 АА 5866689 от 08.07.2020, ФИО4 и ООО «Тор Лайт» указывали на сделки, которые заключались, как это следует из протокола осмотра с участием ООО «Компания «Гранд» и ФИО10

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства , а также, исходя из общего анализа материала дела №А65-23193/2019, судом первой инстанции сделан верный вывод о том, что условия, установленные пунктами 2.3 спорных договора займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договора займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договора займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договора займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договор займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб., которыми установлен размер процентов – 3% в месяц, не были условиями доступными для иных кредиторов.

Кроме того, в материалах дела имеется решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20 марта 2019 года по делу А65-36600/2019, которым установлены следующие обстоятельства.

26.04.2007 г. между ИП ФИО10 (застройщик) и обществом с ограниченной ответственностью «Астра Групп» (инвестор) заключен договора инвестирования № 1/S-AG, согласно условиям которого последний в качестве инвестора, передает застройщику инвестиции в сумме, установленной данным договором, для реализации инвестиционного проекта. Распределение долей в объекте инвестиционной деятельности установлено в п.1.1.2. Соглашения № 3-ДС о внесении изменений и дополнений в договор инвестирования № 1/S-AG от 30.06.2010 г., согласно которому доля инвестора составляет - 91,9% общей площади, что составляет 3 625 кв.м. от общего количества площадей объекта инвестиционной деятельности; доля застройщика - 8,1% общей площади, что составляет 320 кв.м. от общего количества площадей объекта инвестиционной деятельности, расположенных на 3 (третьем) этаже объекта инвестиционной деятельности, а также одно машиноместо, расположенное в подвальном помещении объекта инвестиционной деятельности.

Указанная доля является вознаграждением застройщика за выполнение им своих функций по выполнению настоящего договора (пункт 2.1. в редакции соглашения № 3-ДС о внесении изменений и дополнений в договор инвестирования № 1/S-AG строительства административно-офисного центра от 26.04.2007).

Договор инвестирования № 1/S-AG от 26.04.2007 года был квалифицирован как договор простого товарищества. Объектом инвестиционной деятельности по Договору инвестирования является административно-офисный центр общей проектной площадью 3 945 кв.м., планируемая площадь застройки 740,4 кв.м., создаваемый по адресу: <...> (бывшая - 50 лет Октября), дом 4а (далее – Объект).

Согласно договору № l/S-AG-ц от 14.05.2015 уступки права и обязанностей по договору инвестирования № 1/S-AG строительства административно-офисного центра от 26.04.2007 инвестор Общество с ограниченной ответственностью "Астра Групп" передал, а новые инвесторы Общество с ограниченной ответственностью "Сиб ТОР Инвест К", Общество с ограниченной ответственностью "ТОР Каз Инвест" и Общество с ограниченной ответственностью «Компания «ГРАНД» приняли принадлежащее инвестору права и обязанности по договору инвестирования № 1/S-AG строительства административно-офисного центра от 26.04.2007 (с дополнительными соглашениями №№ 1-2, 3-ДС от 30.06.2010) строительства административно-офисного центра от 26 апреля 2007 года («Дополнительными соглашениями №№ 1-2», «Соглашением № 3-ДС о внесении изменений и дополнений в договор инвестирования № 1/S-AG» от 30 июня 2010 года).

Согласно пункту 1 договора уступки ООО «Астра Групп» передало:

- ООО «Сиб ТОР Инвест К» 39% принадлежащих инвестору прав и обязанностей по Инвестиционному договору. Объем передаваемых прав по Инвестиционному договору составляет право требования передачи 35,85 % доли в праве общей долевой собственности завершенного строительством Административно-офисного центра по адресу: <...> ИП ФИО10, являющейся Застройщиком Объекта;

- ООО «ТОР Каз Инвест» 58,5% принадлежащих Инвестору прав и обязанностей по Инвестиционному договору. Объем передаваемых прав по Инвестиционному договору составляет право требования передачи 53,75 % доли в праве общей долевой собственности завершенного строительством Объекта к ИП ФИО10, являющейся Застройщиком Объекта;

| - ООО "Компания «ГРАНД» - 2,5% принадлежащих Инвестору прав и обязанностей по Инвестиционному договору. Объем передаваемых прав по Инвестиционному договору составляет право требования передачи 2,3 % доли в праве общей долевой собственности завершенного строительством Объекта к ИП ФИО10, являющейся Застройщиком Объекта.

Из перечисленных обстоятельств следует, что ФИО10 является лицом, входящим в одну группу с Должником и ООО «Компания «Гранд», объединённой единой экономической целью.

При рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции установлен факт наличия между ФИО10 и ФИО4 отношений, основанных на родственных связях их как родителей детей, между которыми заключен брак (сватьи), который не оспаривался ФИО4 Доказательств в опровержение данного факта в материалы настоящего обособленного спора при рассмотрении в судах первой и апелляционной инстанций представлено не было.

Аффилированными лицами являются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (абзац третий статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»).

Механизм заключения сделок между аффилированными лицами в ряде случаев направлен на инициирование процедуры в рамках так называемого контролируемого банкротства, а также искусственного создания задолженности в целях сохранения ликвидных активов должника. В свою очередь, инициирование процедур в рамках так называемого контролируемого банкротства может преследовать цели завладения имуществом, которое де-юре не принадлежит должнику, а момент и возможность возникновения права собственности на которое, на прямую зависит от факта признания должника банкротом.

Как следует из материалов дела №А65-23193/2019 в Арбитражный суд Республики Татарстан, 01 августа 2019 года, поступило заявление ФИО4, Зеленодольский район, п. Октябрьский, о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ТОР Каз Инвест».

Требования ФИО4 были основаны на решении Ново-Савиновского районного г. Казани от 14 января 2019 года по делу №2-293/19, которым с ООО «ТОР Каз Инвест», в пользу ФИО4 взыскана задолженность по договорам займа в размере 21 800 000 рублей, проценты по договорам займа 15 997 000 рублей, пени в размере 300 000 рублей неустойки, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 рублей.

ФИО4 обратилась с иском о взыскании выше упомянутой задолженности, исковое заявление ФИО4 было принято к производству определением Ново-Савиновского районного суда города Казани от 19 ноября 2018.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12 августа 2019 по делу №А65-7142/2019, установлено, что 09.10.2018 ИП ФИО10 не допустила сотрудников ООО «Тор Каз Инвест», ООО «Компания «Гранд» на рабочие места в здание по адресу: <...>, ограничив допуск к имуществу и документам, которое находится в данном здании.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12 августа 2019 по делу №А65-7142/2019 на ИП ФИО10 возложена обязанность устранить нарушения прав общества с ограниченной ответственностью «ТОР Каз Инвест», общества с ограниченной ответственностью «Компания «Гранд», в связи с препятствием в допуске к принадлежащему истцам документам и имуществу, расположенных в здании по адресу : <...>, обеспечив допуск в здание по адресу: <...>, к документам и имуществу.

Судебными актами по делу №А65-7731/2019 установлено, что по результатам проверки Объекта, проведенной Инспекцией Госстройнадзора по РТ, на основании поданного ООО «ТОР Каз Инвест» извещения об окончании строительства, 06.02.2018 выдано заключение органа государственного строительного надзора о соответствии эффективности и требованиям оснащенности объекта капитального строительства приборами параметров построенного, реконструированного, отремонтированного объекта капитального строительства требованиям технических регламентов и проектной документации, в т.ч. требованиям энергетической учета используемых энергетических ресурсов за номером 14/р, номер дела 299/01.

Так же в рамках дела №А65-7731/2019 установлено, что строительство Объекта завершено, необходимо лишь ввести его в эксплуатацию. Среди документов, необходимых для этого, имеются акты допуска энергоустановок (электроустановка и теплоустановка), выдаваемые Ростехнадзором. Одним из оснований получения указанных актов являются справки (акты) о выполнении технических условий на подключение к системе теплоснабжения и к электрическим сетям, выдаваемые, соответственно – АО «Казэнерго» и Казанским филиалом АО «Сетевая компания».

Справка о выполнении технических условий по подключению к электрическим сетям выдана на ИП ФИО10, а справка (акт) о выполнении условий подключения к системе теплоснабжения может быть выдана только ООО «ТОР Каз Инвест» как стороне, с которой заключен договор на подключение к системе теплоснабжения.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 декабря 2018 по делу А65-23329/2018, действия ИП ФИО10 как стороны, получившей от инвестора земельный участок для строительства и инвестирование, по оформлению и регистрации за собой права собственности на объект незавершенного строительства были признаны неправомерными и несоответствующими условиям договора инвестирования и разъяснениям, содержащимся в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 июля 2011 г. № 54.

Кроме того, Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 июня 2021 по делу №А65-23193/2019 включены требования ИП ФИО6 в состав третьей очереди реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «ТОР Каз Инвест», в размере 480 330,00 руб. долга, 294 922,64 руб. пени – одного из заявителей по настоящему обособленному спору.

В рамках проверки обоснованности требований ФИО6 арбитражный суд отклонил возражения конкурсного кредитора ФИО4, основанные на акте осмотра электроустановки №13-19/321 от 21.06.2018 г., составленного Ростехнадзором, в связи с тем, что в материалах дела имеется письмо Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзор) от 10.03.2021 г. № 290-5578 за подписью заместителя руководителя ФИО16 о том, что за период с января по декабрь 2018 г. проверки в отношении электроустановок административно-офисного здания не проводились.

Предоставление в качестве доказательств документации в отношении объекта капитального строительства, при условии того, что ФИО4 не является участником упомянутых публичных правоотношений, арбитражный суд первой инстанции верно расценил как доказательство вовлеченности ФИО4 обладающей особым статусом в отличии от иных конкурсных кредиторов.

Таким образом, исходя из хронологической последовательности перечисленных выше обстоятельств, основанных на исследованных материалах дела №А65-23193/2019, является обоснованным вывод суда первой инстанции о наличии согласованных действий ФИО10 и ФИО4

Целью таких согласованных и последовательных действий, с учётом изложенного, является получение контроля над процедурой банкротства.

В пользу данного вывода свидетельствует и ранее упомянутое условие пунктов 2.3 спорных договора займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договора займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договора займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договора займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договор займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб., согласно которым за пользования займом установлены проценты в размере 3% в месяц от суммы займа, что не было доступно иным кредиторам, чьи требования включены в реестр требований кредиторов ООО «Тор Каз Инвест».

Принимая во внимание совокупность установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом арбитражного суда первой инстанции о том, что спорные: договор займа от 30.09.2016г. на сумму 3 000 000,00 руб., договор займа от 07.10.2016г. на сумму 7 000 000,00 руб., договор займа от 25.10.2016г., на сумму 5 000 000,00 руб., договор займа от 19.12.2016г. на сумму 6 000 000 руб., договор займа от 23.01.2017г. на сумму 800 000.00 руб. заключенные должником с ФИО4 являются недействительными сделками, заключенными исключительно с намерением причинить вред иным кредиторам.

В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 73 постановления Пленума от 23.06,2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее -постановление Пленума от 23.06.2015 № 25), мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимая сделка характеризуется тем, что ее стороны не преследуют целей создания соответствующих сделке правовых последствий, то есть совершают ее лишь для вида. В этом проявляется ее дефект - отсутствие направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. При этом стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановление Пленума от 23.06.2015 № 25).

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Верховный Суд Российской Федерации в своей практике придерживается правовой позиции о том, что лицо, оспаривающее сделку как мнимую (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), находясь в условиях доказательственной ассиметрии, представляет только доказательства разумных оснований считать сделку мнимой, а ее стороны для опровержения данного довода представляют доказательства реальности сделки (определение от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784).

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях сторон осуществить спорную сделку.

Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления № 25). Таким образом, сторонами должны быть представлены исчерпывающие доказательства реальности сделки, положенной в обоснование исковых требований, с подтверждением таковой доказательствами, исходящими от незаинтересованных в исходе спора лиц.

Принимая во внимание совокупность установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что оспариваемые договора займа заключенные должником с ФИО4 являются недействительными (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве), мнимыми сделками (ст. 170 ГК РФ), заключенными исключительно с намерением причинить вред иным независимым кредиторам.

В рассматриваемом случае судом первой инстанции по итогам рассмотрения, обжалуемым судебным актом были применены последствия недействительности сделки в виде в виде взыскания в пользу должника необоснованно перечисленной суммы, а именно взыскано с ФИО4 в пользу ООО «ТОР Каз Инвест», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) 21 800 000 руб. 00 коп. неосновательного обогащения.

С выводом суда первой инстанции о наличии оснований для применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика неосновательного обогащения, суд апелляционной инстанции, исходя из совокупности установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, согласится не может, в силу следующего.

Как следует из содержания заявления и последующих уточнений, а также требований присоседившихся к требованиям лиц, требование о применении последствий в виде взыскания с ответчика по обособленному спору неосновательного обогащения в размере 21 800 000 руб. 00 коп. заявлено не было.

Право формирования требований, их предмета, основания и размера принадлежит исключительно истцу (ст.ст. 4, 41, 125 АПК РФ).

По смыслу положений ст.ст. 49, 133, 135 АПК РФ, арбитражный суд не может выйти за пределы заявленных требований и разрешить иное требование, не заявлявшееся лицом, обратившимся в суд, а также устанавливать обстоятельства, не относящиеся к предмету спора.

С учётом вышеизложенного оснований для применения последствий недействительности сделки в виде взыскания неосновательного обогащения, у арбитражного суда первой инстанции в рассматриваемом случае не имелось.

Кроме того, суд апелляционной инстанции, считает необходимым указать на следующее.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 № 305-ЭС-3533).

В рассматриваемом случае признавая сделку мнимой, суд первой инстанции пришёл к выводу о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в пользу ООО «ТОР Каз Инвест», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) 21 800 000 руб. 00 коп. неосновательного обогащения.

Между тем, применяя последствия недействительности сделки, судом первой инстанции не было учтено следующее.

Согласно позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, сформулированной в постановлении № 7204/12 от 18.10.2012, пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации связывает применение реституции с фактом исполнения сделки. К мнимой сделке применение реституции невозможно.

Поскольку спорная сделка является мнимой, фактически сторонами не исполнялась, направлена на создание мнимой задолженности по заёмным отношениям с целью включения в реестр к должнику, применение реституции в рассматриваемом случае невозможно.

Также, суд апелляционной инстанции отмечает, что ни представленными в материалы настоящего обособленного спора, ни пояснениями сторон данными при рассмотрении в судах первой и апелляционной инстанциях не подтверждается факт перечисления денежных средств должником в адрес ФИО4 в размере указанном в оспариваемых договорах займа в качестве возврата займа.

Принимая во внимание вышеизложенное, руководствуясь положениями п. 4 ч. 1 ст. 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года по делу №А65-23193/2019 подлежит отмене в части применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в пользу ООО «ТОР Каз Инвест», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) 21 800 000 руб. 00 коп. неосновательного обогащения.

В остальной части определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года по делу №А65-23193/2019 подлежит оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года по делу №А65-23193/2019 отменить в части применения последствий недействительности сделки.

В остальной части определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года по делу №А65-23193/2019 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий А.И. Александров



Судьи Ю.А. Бондарева



Г.О. Попова