Постановление от 25 октября 2022 г. по делу № А50-25368/2018

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-49/2019(18,19)-АК

Дело № А50-25368/2018
25 октября 2022 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 20 октября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 октября 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чепурченко О.Н.,

судейМартемьянова В.И., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

ФИО2, паспорт;

от ФИО3: ФИО4, паспорт, доверенность от 12.05.2020,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО5, ответчика ФИО3

на определение Арбитражного суда Пермского края от 09 июля 2022 года об отказе в удовлетворении конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении ФИО2, ФИО3, ООО «Техстрой-М» в лице конкурсного управляющего ФИО6 к субсидиарной ответственности;

об отказе в удовлетворении заявления ФИО3 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности;

вынесенное в рамках дела № А50-25368/2018 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Кинетик интернэшнл тулс» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

третье лицо: ФИО7,

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 20.08.2018 принято к производству заявление ФИО3 о признании ООО «Кинетик интернэшнл тулс» (ООО «КИТ») несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 06.12.2018 заявление ФИО3 признано обоснованным, в отношении ООО «КИТ» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО8.

Объявление об открытии в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 232 от 15.12.2018.

Решением арбитражного суда от 30.05.2019 ООО «КИТ» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим должника утвержден ФИО9.

Объявление о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 99 от 08.06.2019.

14 декабря 2020 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО9 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КИТ» на основании статей 61.11, 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

К участию в данном обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО7.

Судебное заседание по рассмотрению спора неоднократно откладывалось.

В судебном заседании 05.08.2021 ФИО3 представил заявление о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КИТ» на основании п. 4 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением от 05.08.2021 заявление принято к производству суда, судебное заседание по рассмотрению его обоснованности назначено к совместному рассмотрению с заявлением конкурсного управляющего о привлечении лиц к субсидиарной ответственности.

По ходатайству конкурсного управляющего к участию в обособленном споре в качестве соответчиков привлечены ООО «Техстрой-М» в лице конкурсного управляющего ФИО6, ФИО3

Определением от 02.09.2021 ФИО9 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника; конкурсным управляющим ООО «КИТ» утверждена ФИО10 (определение от 22.09.2021).

Конкурсным управляющим ФИО10 в судебном заседании 29.11.2021 заявлено ходатайство о назначении экспертизы.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2021 определение арбитражного суда от 22.09.2021 об утверждении конкурсным управляющим ООО «КИТ» ФИО10 отменено; в указанной части вопрос направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края; до утверждения конкурсного управляющего посредством свободной выборки исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на ФИО10

Определением от 18.02.2022 конкурсным управляющим ООО «КИТ» утверждена ФИО5.

В судебном заседании 14.03.2022 в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы судом отказано.

Ответчик ФИО2 представил отзывы и дополнения, в которых возразил против удовлетворения заявленных в отношении него требований, поддержал заявленные в отношении ФИО3 и ООО «Техстрой-М» требования.

ФИО3 представил отзывы и дополнения, в которых поддержал заявленные в отношении ФИО2 требования, возразил против удовлетворения заявленных в отношении ФИО3 и ООО «Техстрой-М» требований.

19 апреля 2022 года от ФИО10 поступило ходатайство о возвращении ей денежных средств, внесенных на депозитный счет суда для проведения экспертизы.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 09 июля 2022 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Кинетик интернэшнл тулс» ФИО5 к ФИО2, ООО «Техстрой-М», ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности отказано.

В удовлетворении заявления ФИО3 к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности отказано.

Суд поручил финансовому отделу возвратить ФИО10 с депозитного счета Арбитражного суда Пермского края денежные средства в сумме 65 000 руб., внесенные ФИО10 по чекам-ордерам: от 26.11.2021 на сумму 5 000 руб., от 26.11.2021 на сумму 4 000 руб., от 23.12.2021 на сумму 21 000 руб., от 23.12.2021 на сумму 35 000 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО5 и ФИО3 обратились с апелляционными жалобами.

Конкурсный управляющий ФИО5 в апелляционной жалобе просила определение отменить в части отказа в удовлетворении требований в отношении ФИО3 и ООО «Техстрой-М». В обоснование апелляционной жалобы указывает на ошибочность вывода суда, повлекшего отказ в удовлетворении требований к указанным лицам, а именно о том, что ни ООО «Техстрой-М», ни ФИО3 не являются контролирующими ООО «КИТ» лицами в смысле ст. 61.10 Закона о банкротстве, п.п. 3, 7 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53; полагает, что в данном случае суд не учел, что ООО «Техстрой-М» контролировал направление и прекращение финансовых потоков на ООО «КИТ», от него фактически зависела возможность или невозможность выполнения ООО «КИТ» как взятых на себя обязательств по выполнению подрядных работ, так и возможность или невозможность погашения ООО «КИТ» имеющихся денежных обязательств перед самим ФИО3 По мнению конкурсного управляющего, руководствуясь нормами действующего законодательства ФИО3 и ООО «Техстрой-М» являлись лицами, фактически контролировавшими ООО «КИТ« (п.п. 1, 2 ст. 61.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

ФИО3 в своей апелляционной жалобе просит изменить определение в части отказа в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КИТ». В обоснование апелляционной жалобы указывает на несостоятельность вывода суда о добросовестном выполнении ФИО2 обязанностей единоличного исполнительного органа, ссылаясь на не принятие судом во внимание обстоятельств того, что ФИО2 не предприняты эффективные меры защиты ООО «КИТ», которые привели бы к получению от ООО «Техстрой-М» денежных средств, учитывая, что в течении длительного времени после прекращения работ обществом «КИТ» на спорных объектах, на расчетные счета ООО «Техстрой-М» продолжали поступать денежные средства от Департамента ЖХК г. Перми, следовательно, если бы директор ООО «КИТ» предпринял меры по взысканию денежных средств с ООО «Техстрой-М» сразу же после возникновения задолженности, то требования ООО «КИТ» были бы погашены за счет обращения взыскания на счета ООО «Техстрой-М». Также, по мнению апеллянта, является необоснованным вывод суда о том, что недостоверность бухгалтерской отчетности не повлекла невозможность пополнения конкурсной массы ООО «КИТ»; как указывает апеллянт в ходе анализа всех материалов по хозяйственной деятельности должника конкурсным управляющим ФИО10 восстановлена бухгалтерская отчетность ООО «КИТ», из которой установлен значительных размер дебиторской задолженности; суд уклонился от оценки ранее заявленных доводов конкурсного управляющего ФИО10 о наличии значительного объема дебиторской задолженности, в отношении которой не представлены первичные документы бывшим руководителем; указанное бездействие суда повлекло принятие необоснованного решения, противоречащего фактическим обстоятельствам дела. Также апеллянт отмечает, что судом не рассмотрено требование ФИО3 в части взыскания убытков с бывшего руководителя ФИО2; ссылается на то, что в ходе рассмотрения обособленного спора по истребованию у ФИО2 товарно-материальных ценностей конкурсным управляющим ФИО9 подтвержден факт недоказанности поступления в конкурсную массу денежных средств от реализации имущества должника в ООО «Петра», при том, что копии представленных ФИО2 документов признаны ФИО9, а в след за ним и судебными инстанциями достаточными и достоверными доказательствами; в заявлении ФИО9 указано на то, что непоступление денежных средств в ООО «КИТ» следует признать убытком для должника, подлежащим взысканию с ФИО2, с учетом того, что дебитор ООО «Петра» на текущий момент ликвидирован. В частности, должником не получена оплата за карданный вал на сумму 28 320 руб., а также инструмент на сумму 32 214 руб.; ФИО2 документацию по отчуждению указанного имущества своевременно не передал конкурсному управляющему, а представил документы лишь спустя три года после возбуждения дела о банкротстве, что привело к невозможности взыскания указанных денежных средств с ООО «Петра» в конкурсную массу ООО «КИТ». Помимо изложенного, как указывает апеллянт, довод о том, что действиями ФИО2 по необоснованному уменьшению исковых требований в деле № А50-37862/2017 причинен ущерб интересам должника, также оставлен судом без внимания. На основании изложенного апеллянт полагает, что в рассматриваемой ситуации судом необоснованно не применены нормы о взыскании убытков с руководителя, как это предписано разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53.

ООО «Техстрой-М» в представленном отзыве просит оставить обжалуемое определение без изменения в части отказа в привлечении ООО «Техстрой-М» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КИТ».

ФИО3 в представленном отзыве против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего возражал; на изложенных им в апелляционной жалобе доводах в отношении привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КИТ» настаивал.

ФИО2 в отзыве просил в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО3 отказать.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2022 приняты к производству апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО5 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Пермского края от 09.07.2022, вынесенное в рамках дела № А50-25368/2018 были приняты к производству и назначены к рассмотрению на 19.09.2022 под председательством судьи Чепурченко О.Н.

Определением от 19.09.2022 на основании ст. 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) произведена замена судьи Чепурченко О.Н. на судью Темерешеву С.В.

В судебном заседании приняли участие конкурсный управляющий ФИО5, ФИО2 и представитель ФИО3

Определением от 19.09.2022 (вынесено в составе судей Темерешевой С.В., Мартемьянова В.И., Чухманцева М.А.) в связи с невозможностью рассмотрения спора в данном судебном заседании, суд апелляционной инстанции руководствуясь положениями ст. 158 АПК РФ отложил судебное разбирательство на 19.10.2022.

Определением от 14.10.2022 на основании ст. 18 АПК РФ произведена замена судьи Темерешевой С.В. на судью Чепурченко О.Н.. После замены судьи рассмотрение спора начато сначала в составе председательствующего Чепурченко О.Н., судей Мартемьянова В.И., Чухманцева М.А.

В судебном заседании ФИО2 заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительного отзыва на апелляционную жалобу ФИО3

Участвующий в заседании суда ФИО3 против приобщения к материалам дела дополнительного отзыва возражал.

Установив, что дополнительный отзыв представлен ФИО2 непосредственно в судебном заседании, без доказательств направления его в адрес иных лиц, участвующих в процессе, принимая во внимание, что дополнительный отзыв мог быть представлен в суд заблаговременно, непосредственное предоставление отзыва в судебном заседании нарушает права оппонентов на предоставления обоснованных возражений, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что представление дополнительного отзыва в судебном заседании направлено на срыв судебного разбирательства и затягивание судебного процесса, что не допустимо, в связи с чем в приобщении к материалам дела дополнительного отзыва ФИО2 отказал на основании п. 5 ст. 159 АПК РФ, о чем вынесено протокольное определение.

ФИО3 на доводах своей апелляционной жалобы настаивал, против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО5 возражал.

ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО3 возражал; доводы, изложенные в апелляционной жалобе конкурсного управляющего, поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ с пределах доводов приведенных в апелляционных жалобах.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ООО «КИТ» зарегистрировано в качестве юридического лица 17.06.2015; размер уставного капитала общества составляет 10 000 руб.

Генеральным директором общества «КИТ» и его единственным участником с момента его создания является ФИО2

Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности должника является торговля оптовая прочими машинами и оборудованием (46.69); сведения о выданных должнику лицензиях в выписке из ЕГРЮЛ отсутствуют.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «КИТ» возбуждено по заявлению ФИО3 определением от 20.08.2018; определением от 06.12.2018 в отношении ООО «КИТ» введена процедура наблюдения; решением арбитражного суда от 30.05.2019 ООО «КИТ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства.

Полагая, что единственным участником и директором ООО «КИТ» ФИО2 своевременно не подано заявление о признании должника несостоятельным (банкротом), не передана конкурсному управляющему документация должника, искажены сведения в декларациях по НДС, а ООО «Техстрой-М», контролируемое ФИО3, не погасило задолженность перед ООО «КИТ» за выполненные работы и переданные материалы, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2, ООО «Техстрой-М» и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КИТ» на основании ст.ст. 61.11, 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Кредитор ФИО3, полагая, что ФИО2 не предпринял мер к взысканию дебиторской задолженности, исказил сведения в декларациях по НДС, обратился с самостоятельным заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КИТ» на основании п. 4 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Отказывая в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего ФИО5 и кредитора ФИО3, суд первой инстанции исходил из отсутствия на то правовых оснований в связи с недоказанностью заявителями всей совокупности обстоятельств, влекущих привлечение лиц к субсидиарной ответственности.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционных жалоб и письменного отзыва, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст. 56 ГК РФ).

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами ст. 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (Закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В п. 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

При этом в силу п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкцию юридического лица, предполагающую имущественную обособленность этого субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (ст. 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (ст. 10 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подп. 2 п. 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Как указывалось ранее и не оспаривается участниками спора, ФИО2 с момента создания общества являлся его единственным участником и единоличным исполнительным органом, в силу чего является контролирующим ООО «КИТ» лицом.

Одним из оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывала на неисполнение им предусмотренной Законом обязанности по подаче заявления о признании ООО «КИТ» несостоятельным (банкротом).

По мнению конкурсного управляющего, объективное банкротство ООО «КИТ» возникло с 01.01.2016, то есть после истечения сроков на возврат займов ФИО3

Соответственно, исходя из данных пояснений конкурсного управляющего, Закон о банкротстве подлежит применению в редакции по состоянию на 01.01.2016.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве в редакции на указанную дату руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона (п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве).

В п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Исходя из содержания п. 4 названного Постановления под объективным банкротством понимается неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью активов.

При этом, как верно отмечено судом, бухгалтерский баланс и его показатели сами по себе не могут рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о банкротстве, поскольку отражает лишь общие сведения об активах и пассивах применительно к определенному отчетному периоду.

Для определения момента возникновения объективного банкротства необходимо исследовать всю совокупность факторов, тем или иным образом влияющих на финансовое состояние предприятия-банкротства.

В обоснование возникновения у ООО «КИТ» признаков объективного банкротства конкурсный управляющий указывает на истечение 31.12.2015 срока на возврат должником займов, полученных от ФИО3, при этом займы до настоящего времени не возвращены, задолженность по ним включена в реестр требований кредиторов должника.

В частности, как следует из материалов дела о банкротстве, ФИО3 должнику были предоставлены займы на следующих условиях:

- по договору займа № 1/2015 от 17.07.2015 ФИО3 (займодавец) предоставил ООО «КИТ» (заемщик) беспроцентный займ в размере 1 500 000 руб. на срок до 31.12.2015;

- по договору займа № 2/2015 от 17.08.2015 ФИО3 (займодавец) предоставил ООО «КИТ» (заемщик) заем в размере 500 000 руб. под 10% годовых на срок до 31.12.2015;

- по договору займа № 03/2015 от 27.08.2015 ФИО3 (займодавец) предоставил ООО «КИТ» (заемщик) заем в размере 1 000 000 руб. под 3% годовых на срок до 31.12.2015;

- по договору займа № 04/2015 от 09.09.2015 ФИО3 (займодавец) предоставил ООО «КИТ» (заемщик) заем в размере 150 000 руб. под 20% годовых на срок до 31.12.2015.

Решением Мотовилихинского районного суда г. Перми от 17.04.2018 по делу № 2-269(2019) с ООО «КИТ» в пользу ФИО3 взыскана задолженность по договорам займа в сумме 3 150 000 руб. основного долга, 773 109,59 руб. процентов за пользование займом, 571 105,90 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 29 900 руб. государственной пошлины.

Наличие данной задолженности послужило основанием для возбуждения настоящего дела о банкротстве ООО «КИТ» и введения в отношении него процедуры банкротстве.

Длительное время ФИО3 являлся единственным кредитором ООО «КИТ» в данной процедуре.

Лишь определением от 19.05.2021 в третью очередь реестра требований кредиторов должника было включено требование ООО «Техстрой-М» в сумме 2 546 942,45 руб., в том числе: 1 350 000 руб. основного долга, 261 385,45 руб. процентов, 900 000 руб. пени, 35 557 руб. государственной пошлины.

Основанием для включения данного требования в реестр требований кредиторов ООО «КИТ» послужило признание определением от 26.01.2021, вынесенным в рамках дела № А50-24645/2018 о банкротстве ООО «Техстрой-М» на основании ст.ст. 410, 168 ГК РФ недействительной сделкой зачета произведенного письмом от 19.07.2018 встречных обязательств ООО «Техстрой-М» и ООО «КИТ» на суммы 2 546 942,45 руб. и применение последствий недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО «Техстрой-М» к ООО «КИТ» на сумму 2 546 942,45 руб.

В настоящее время в третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «КИТ» значится задолженность по основному долгу перед ФИО3 и ООО «Техстрой-М» в общей сумме 6 171 028,01 руб.

При этом, как верно отмечено судом первой инстанции, у ООО «КИТ» имеется дебиторская задолженность в отношении ООО «Техстрой-М», минимум в 2 раза превышающая сумму реестра требований кредиторов ООО «КИТ».

Данная задолженность просужена, послужила основанием для возбуждения дела о банкротстве ООО «Техстрой-М» (дело № А50-24645/2018), включена в реестр требований кредиторов ООО «Техстрой-М» в общей сумме 19 796 940,89 руб., в том числе: 16 166 847,58 руб. основного долга, 925 967,80 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 2 704 425,54 руб. неустойки.

Данная задолженность представляет собой задолженность за выполненные ООО «КИТ» в пользу ООО «Техстрой-М» работы и переданные материалы.

В обособленном споре в рамках дела о банкротстве ООО «КИТ» судом уже устанавливалось, что договоры субподряда № 16И/2015 от 16.07.2015 и №17И/2015 от 17.08.2015 были заключены ООО «Техстрой-М» и ООО «КИТ» во исполнение условий муниципальных контрактов, заключенных ООО «Техстрой-М» с Департаментом жилищно-коммунального хозяйства Администрации г. Перми на работы по приведению общего имущества жилых многоквартирных домов в соответствии с требованиями законодательства по адресу: <...>

Авансирование подрядных работ муниципальными контрактами не предусмотрено.

В рамках указанного обособленного спора, как ФИО2, так и ФИО3 поясняли, что условия муниципальных контрактов были полностью продублированы сторонами в договорах субподряда, в том числе и условие об отсутствии авансирования работ. Работы должны были быть оплачены лишь после их выполнения по подписанным сторонами актам КС-2 и справок КС-3.

При этом денежные средства на выполнение работ отсутствовали как у ООО «КИТ», так и у ООО «Техстрой-М», в связи с чем финансирование предоставило третье лицо – ФИО3 в виде займов.

Договоры займа заключались непосредственно после заключения договоров субподряда (17.07.2015, 17.08.2015) и в ближайшие к датам заключения договоров даты (27.08.2015, 09.09.2015).

Срок возврата займов – 31.12.2015, фактически совпадает со сроками оплаты по муниципальным контрактам.

ФИО3 также пояснял, что он знал о том, что целью предоставления займов является выполнение работ по договорам субподряда, заключенным с ООО «Техстрой-М» (определение от 02.02.2020, вынесенное в рамках настоящего дела).

Работы по договорам субподряда были выполнены ООО «КИТ» не в полном объеме, а лишь частично в связи с расторжением ООО «Техстрой-М» данных договоров.

Однако даже выполненные работы не были оплачены ООО «Техстрой-М» в полном объеме, что подтверждается многочисленными судебными актами между сторонами и включением требований ООО «КИТ» в реестр требований кредиторов ООО «Техстрой-М». При этом выполненные ООО «КИТ» в пользу ООО «Техстрой-М» работы были полностью оплачены заказчиком работ – Департаментом жилищно-коммунального хозяйства Администрации г. Перми.

Стоимости неоплаченных ООО «Техстрой-М» работ с избытком хватало ООО «КИТ» для расчетов со всеми своими кредиторами.

ФИО2 как единственный участник и директор ООО «КИТ» предпринимал все возможные меры для взыскания задолженности с ООО «Техстрой-М», а именно, обращался в суд с исками о взыскании задолженности, обратился с заявлением о признании ООО «Техстрой-М» несостоятельным (банкротом).

Учитывая, что оплаты за выполненные ООО «Техстрой-М» работы от Департамента ему поступали, ФИО2 вполне добросовестно рассчитывал на преодоление временных финансовых трудностей.

Поскольку ООО «КИТ» является кредитором ООО «Техстрой-М», требования которого составляют долее 80% реестра требований кредиторов ООО «Техстрой-М», и в настоящее время в рамках дела о банкротстве ООО «Техстрой-М» с ФИО3 взысканы значительные суммы, возбуждено дело о его банкротстве, до настоящего времени имеется возможность получения ООО «КИТ» от ООО «Техстрой-М» денежных средств, достаточных для погашения задолженности перед своими кредиторами.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для вывода о возникновении у ФИО2 как руководителя ООО «КИТ» обязанность по обращению с заявлением о признании ООО «КИТ» несостоятельным (банкротом) ранее, чем это сделано кредитором ФИО3, то есть ранее 13.08.2018.

Кроме того, рассматривая заявление о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КИТ» в связи неподачей заявления о банкротстве, суд первой инстанции обоснованно обратил внимание на то, что в силу п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве размер ответственности руководителя должника по данному основанию равен сумме обязательств должника, возникших после истечения срока на подачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

В данном случае после возникновения задолженности перед ФИО3 иной задолженности перед кредиторами у ООО «КИТ» не возникло.

Задолженность перед ООО «Техстрой-М» возникла в связи с признанием недействительным зачета по обязательствам ООО «КИТ» перед ООО «Техстрой-М», установленным решением Арбитражного суда Пермского края от 07.03.2018 по делу № А50-17077/2017 о взыскании с ООО «КИТ» в пользу ООО «Техстрой-М» задолженности по договору займа № 02 от 17.08.2015, заключенному между ООО «Техстрой-М» (займодавец) и ООО «КИТ» (заемщик) на сумму 1 500 000 руб. со сроком возврата 31.12.2015.

Соответственно, срок исполнения обязательств перед ООО «Техстрой- М» по включенному в реестр требований кредиторов обязательству также истек 31.12.2015, то есть одновременно с истечением срока исполнения обязательств перед ФИО3

Таким образом, никаких новых обязательств перед кредиторами у ООО «КИТ» после 31.12.2015 не возникло, а следовательно, даже в случае привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по данному основанию, размер такой ответственности был бы равен 0 руб.

С учетом вышеизложенного в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КИТ» за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) отказано судом первой инстанции правомерно.

Относительно приведенного конкурсным управляющим в качестве основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности – за непередачу документации должника, судом первой инстанции установлено следующее.

В соответствии с п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Поскольку ООО «КИТ» признано несостоятельным (банкротом) решением арбитражного суда от 30.05.2019, ФИО2 был обязан передать всю документацию должника конкурсному управляющему ФИО9 не позднее 03.06.2019.

Соответственно, в отношении заявленных требований в данной части подлежит применению Закон о банкротстве на указанную дату.

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве в указанной редакции если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпунктом 2 п. 2 названной статьи установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при доказанности того, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В п. 24 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что в силу п. 3.2 ст. 64, абзаца четвертого п. 1 ст. 94, абзаца второго п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам ст. 308.3 ГК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. При этом, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Как установлено судом первой инстанции, обязанность по передаче документации ООО «КИТ» конкурсному управляющему исполнена ФИО2 не в полном объеме.

В частности, определением от 26.12.2019 по настоящему делу на бывшего руководителя ООО «КИТ» ФИО2 возложена обязанность передать конкурсному управляющему ФИО9 следующие документы:

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «Кельвин плюс»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «А-НоваПроф»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «Лидер-М»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ИП ФИО11;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ИП ФИО12;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «Инсервис»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ИП ФИО13;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «ТО Покорим высоту вместе»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «Деловые линии»;

- приложение №№ 1, 2, 3, 4 к договору субподряда № 16И/2015 от 16.07.2015 (техническое задание, сметная документация, график выполнения работ, проектная документация);

- приложение №№ 1, 2, 3, 4 к договору субподряда № 17И/2015 от 17.08.2015 (техническое задание, сметная документация, график выполнения работ, проектная документация);

- документы по ведению кассы предприятия (приходные и расходные кассовые ордера, кассовую книгу);

- авансовые отчеты по расходованию наличных денежных средств ООО «КИТ»;

- декларации по налогу на прибыль за 2015-2018 годы с приложением документов, подтверждающих их поступление в налоговые органы;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «Глобус-С»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «ТД «Кирпичный двор»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ИП ФИО14;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «ТЕМР»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «Энэко»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «Компания Металлпрофиль»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «ТД А-групп»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «Электрокабель Пермь»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «Замок»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «Уральская полимерная компания»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «База № 1 стройматериалов»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «Теплокров»;

- договорную и бухгалтерскую документацию по ООО «АнтикорСтрой».

Кроме того, на ФИО2 возложена обязанность передать конкурсному управляющему ФИО9 следующее имущество:

- вал карданный ДГКУ АДМ, полученный от ООО «Лидер»;

- инструмент, полученный от ООО «Инсервис»;

- инструмент, полученный от ИП ФИО13

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 17.11.2020 данное определение отменено в части удовлетворения заявления об истребовании у бывшего руководителя должника ФИО2 материальных ценностей. В данной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции; в остальной части определение от 26.12.2019 оставлено без изменения.

При новом рассмотрении обособленного спора в отмененной части определением от 06.07.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО9 к ФИО2 об истребовании имущества отказано.

Причиной отказа в удовлетворении заявленных требований послужило то, что при новом рассмотрении спора конкурсный управляющий с учетом представленных ФИО2 документов уточнил заявленные требования, просил обязать бывшего руководителя должника ФИО2 передать конкурсному управляющему ФИО9 опорную пластину Кайзер SS/SN 63N – 20 шт., пластину Прамет GNMG – 20 шт.; ФИО2 же представлены пояснения, что истребуемые материальные ценности у него отсутствуют, поскольку израсходованы при ведении хозяйственной деятельности, а именно реализованы ОАО «Тур-1» и ООО «Петра», в подтверждение чего представлены соответствующие документы.

Кредитором ФИО3 заявлялось о фальсификации всех представленных в подтверждение своих возражений ФИО2 документов, данное заявление было отклонено судом, поскольку сведения, отраженные в указанных документах, согласуются со сведениями, представленными по запросу суда налоговыми органами.

При этом суд указал на то, что в данном случае уклонение ФИО2 от участия в передаче конкурсному управляющему имущества должника не усматривается. Напротив, ФИО2 предпринимаются меры к передаче документации должника, связанной с приобретением спорных материальных ценностей и их выбытием, к ее восстановлению (определение от 06.07.2021).

Определение от 06.07.2021 оставлено судами апелляционной (постановление от 01.10.2021) и кассационной (постановление от 10.02.2022) инстанций без изменения.

В отношении истребованных у ФИО2 документов, судом первой инстанции принято во внимание, что ФИО2 предпринимались меры к восстановлению истребованной у него документации должника.

При этом, конкурсным управляющим не представлено пояснений относительно того, как отсутствие невосстановленной документации должника повлияло на проведение процедур банкротства.

ФИО10 в период осуществления ею обязанностей конкурсного управляющего в настоящем деле по базе 1С Бухгалтерия установлено наличие иной помимо ООО «Техстрой-М» дебиторской задолженности ООО «КИТ» в сумме 4 689 916,71 руб. В адрес дебиторов ФИО10 направлены требования об оплате задолженности. При этом перечень установленных дебиторов во многом совпадает с перечнем лиц, в отношении которых определением от 26.12.2019, вступившим в данной части в законную силу, с ФИО2 истребована документация должника.

Последующим конкурсным управляющим ФИО5 уточнен размер дебиторской задолженности по базе 1С Бухгалтерия до 1 167 022,19 руб.

Практически всеми дебиторами конкурсному управляющему ФИО5 даны ответы о том, что задолженность перед ООО «КИТ» у них отсутствует с приложением подтверждающих документов.

ФИО2 неоднократно с момента рассмотрения судом вопроса об обоснованности заявления ФИО3 о признании ООО «КИТ» несостоятельным (банкротом) указывал на то, что иных активов, в том числе дебиторской задолженности, кроме дебиторской задолженности ООО «Техстрой-М», у ООО «КИТ» не имеется.

Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, некорректное отражение информации в бухгалтерском учете должника основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по данному основанию не является, поскольку отсутствие дебиторской задолженности помимо ООО «Техстрой-М» (о чем неоднократно заявлял ФИО2) никоим образом деятельность конкурсного управляющего не затруднило и на формирование конкурсной массы повлиять не могло. Более того, как уже указывалось ранее, ФИО2 предпринимались все возможные меры к восстановлению документации должника, при этом, ФИО3 заявлял о фальсификации представленных ФИО2 восстановленных документов, тем самым затрудняя деятельность конкурсного управляющего и суда.

Оценив представленные в дело доказательства, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КИТ» в связи с непередачей конкурсному управляющему документации должника.

Ссылка конкурсного управляющего на то, что ввиду истечения срока исковой давности отсутствует возможность взыскать дебиторскую задолженность, ввиду чего данная дебиторская задолженность является убытками бывшего руководителя, правомерно отклонена судом, поскольку в данном случае дебиторская задолженность помимо задолженности ООО «Техстрой-М» у ООО «КИТ» отсутствует.

Кроме того, как правомерно отмечено судом, для взыскания убытков по данному основанию заявителю необходимо доказать, что данная дебиторская задолженность была реальна к взысканию, но не взыскана исключительно ввиду бездействия руководителя должника. В данном случае такие доказательства не представлены ни конкурсным управляющим должника, ни кредитором ФИО3 (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

В отношении довода конкурсного управляющего об искажении бывшим руководителем должника ФИО2 документации должника, а именно содержание в налоговых декларациях по НДС за 2015-2017 годы недостоверных сведений (объект налогообложения – реализация работ по договорам субподряда с ООО «Техстрой-М» - занижен), декларация по НДС за 2018 года не представлена (подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), суд первой инстанции верно указал на отсутствие в материалах дела доказательств того, что искажение информации в декларациях по НДС существенно затруднило проведение процедуры банкротства в отношении ООО «КИТ» (ст.ст. 9, 65). Данное нарушение может влечь для должника возникновение налоговой, а не субсидиарной ответственности.

Выявление указанных конкурсным управляющим нарушений повлекло бы лишь увеличение размера требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов за счет предъявления соответствующих требований к должнику налоговым органом, что, в свою очередь, ввиду отсутствия у ООО «КИТ» иных активов кроме дебиторской задолженности ООО «Техстрой-М» изменило бы структуру распределения поступающих в конкурсную массу денежных средств, но ни как не повлияло бы на пополнение конкурсной массы.

При таких обстоятельствах, основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по данному эпизоду – в связи с искажением сведений в декларациях по НДС, у суда первой инстанции отсутствовали.

Кредитор ФИО3 просит привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности за непринятие им мер по взысканию дебиторской задолженности.

Вместе с тем, как установлено ранее, ФИО2 как единственный участник и директор ООО «КИТ» предпринимал все возможные меры для взыскания задолженности с ООО «Техстрой-М», а именно, обращался в суд с исками о взыскании задолженности, обратился с заявлением о признании ООО «Техстрой-М» несостоятельным (банкротом).

Ссылка ФИО3 на наличие у ООО «КИТ» иной дебиторской задолженности отклонен судом в силу вышеизложенного. Доказательств обратного апелляционному суду не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Как отмечено судом первой инстанции, данный довод является очередным, явным злоупотреблением ФИО3 своими правами кредитора в данном деле, поскольку единственным активом ООО «КИТ» является дебиторская задолженность ООО «Техстрой-М», контролируемым самим ФИО3 оснований не согласиться с данным выводом у суда апелляционной инстанции не имеется в силу следующего.

Определением от 03.06.2020, вынесенным в рамках дела № А50-24645/2018 о банкротстве ООО «Техстрой-М», оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2020, с ФИО3 как с бывшего руководителя данного общества взысканы убытки в сумме 6 926 476,82 руб.

Определением от 24.05.2021, вынесенным в рамках указанного дела, оставленным в данной части без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.078.2021, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 и ФИО15 (супруг дочери ФИО3) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Техстрой-М». Рассмотрение заявления в части размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами ООО «Техстрой-М».

Следовательно, фактически невозможность погашения задолженности перед ООО «КИТ» возникла по причине виновных действий самого ФИО3, являющегося контролирующим ООО «Техстрой-М» лицом.

В обоснование заявленных требований в данной части ФИО3 ссылается также на то, что в счет оплаты выполненных ООО «КИТ» работ ООО «Техстрой-М» перечислило должнику денежные средства в сумме более 8 000 000 руб., которые не были направлены на погашение задолженности перед ФИО3

Однако ФИО3 не учитывает, что ФИО2 необходимо было рассчитываться и с другими своими кредиторами, а также приобретать материалы для выполнения работ в пользу ООО «Техстрой-М». Иное повлекло бы изменение структуры реестра требований кредиторов, увеличив количество кредиторов. Кроме того, данный довод также свидетельствует о недобросовестности поведения кредитора ФИО3 в данной процедуре банкротства по вышеназванным причинам.

С учетом изложенного в удовлетворении заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КИТ» по данному основанию также отказано судом правомерно.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Техстрой-М» и ФИО3, контролировавшего его деятельность, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно п. 3 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ, п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Согласно п. 7 указанного Постановления предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что контролирующим лицом является выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Как верно отмечено судом, ни ООО «Техстрой-М», ни ФИО3 не являются контролирующими ООО «КИТ» лицами в смысле ст. 61.10 Закона о банкротстве, пунктов 3, 7 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53.

Доказательства того, что ООО «Техстрой-М», либо ФИО3 участвовали в управлении деятельностью ООО «КИТ», в распределении его финансовых потоков, получали какой-либо существенный актив должника, конкурсным управляющим в материалы дела не представлены (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

То обстоятельство, что ООО «Техстрой-М», контролируемое ФИО3, не погасило имеющуюся перед ООО «КИТ» задолженность, не создает условий для признания их контролирующими ООО «КИТ» лицами. Задолженность ООО «Техстрой-М» является обычной дебиторской задолженностью, которая не погашена в установленный срок ввиду совершения контролирующими дебитора лицами действий, воспрепятствовавшими погашению задолженности перед его кредиторами.

Вместе с тем, как верно отмечено судом, исходя из обстоятельств настоящего обособленного спора и дела о банкротстве ООО «КИТ» в целом, единственной причиной банкротства ООО «КИТ» является неоплата ООО «Техстрой-М» задолженности ООО «КИТ» по договорам субподряда, то есть банкротство ООО «КИТ» обусловлено исключительно внешними по отношению к должнику и его контролирующим лицам факторами.

Каких-либо действий, либо бездействия со стороны ФИО2, обусловивших возникновение банкротства ООО «КИТ» или ухудшивших его финансовое состояние, судом первой инстанции не установлено и апелляционному суду не приведено (ст. 65 АПК РФ).

Конкурсный управляющий и кредитор ФИО3 оспаривали сделки должника – платежи на сумму 2 228 000 руб. в пользу ФИО2

Кредитор ФИО3 обращался также с заявлением о взыскании убытков с ФИО2 в сумме 5 494 218,49 руб.

Определением от 05.10.2020, вынесенным в рамках настоящего дела о банкротстве, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 21.12.2020 и постановлением суда кассационной инстанции от 14.04.2021, в удовлетворении указанных выше требований судом было отказано.

Иные основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КИТ» конкурсным управляющим и кредитором не указаны (ч. 1 ст. 168 АПК РФ).

Принимая во внимание вышеизложенное, в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего и кредитора ФИО3 о привлечении лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КИТ» отказано судом первой инстанции правомерно.

Доводы ФИО3 о не рассмотрении его требования в части взыскания с бывшего руководителя ФИО2 убытков, со ссылкой на то, что в ходе рассмотрения обособленного спора по истребованию у ФИО2 товарно-материальных ценностей конкурсным управляющим ФИО9 подтвержден факт недоказанности поступления в конкурсную массу денежных средств от реализации имущества должника в ООО «Петра», подлежит отклонению апелляционным судом в силу следующего.

В силу положений п. 1 ст. 10 Закона о банкротстве, при нарушении руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника – унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений названного Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные вследствие такого нарушения.

Привлечение руководителя должника к ответственности в виде возмещения убытков, причиненных им юридическому лицу в результате действий, не соответствующих принципам добросовестности и разумности, является самостоятельным видом ответственности, независящим от размера конкурсной массы и размера неудовлетворенных требований кредиторов в реестре требований кредиторов должника.

Данная ответственность является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пункт 2 названной статьи определяет убытки как расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила ст. 15 ГК РФ.

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Вступившим в законную силу определением от 06.07.2021, при рассмотрении спора об истребовании у бывшего руководителя ФИО2 материальных ценностей, судом установлено, что приобретенные ООО «КИТ» пластина Кайзер SS/SN 63N – 20 шт., пластина Прамет GNMG – 20 шт. были реализованы в ОАО «Тур-1» по товарным накладным № 3 и № 4 и в ООО «Петра» по товарным накладным № 3-П-2015 от 01.08.2015 и № 5-П-2015 от 03.08.2015.

За переданный товар ООО «Петра» расплатилось с ООО «КИТ» путем предоставления радиаторов, приобретенных, в свою очередь, у ООО «Скор»; данные радиаторы были завезены на объект по ул. Уральская, 77 и использованы ООО «КИТ» для выполнения работ по монтажу системы отопления в рамках договоров субподряда с ООО «Техстрой-М».

Из представленных в рамках указанного спора документов также усматривается, что аналогичным способом ООО «Петра» рассчиталась за приобретенный у общества «КИТ» карданный вал стоимостью 28 320 руб. и инструмент стоимостью 32 214 руб. посредством передачи ООО «КИТ» радиаторов чугунных МС140М2 (Нижний Тагил 160 Вт) в количестве 146 секций на сумму 60 534,02 руб., что подтверждается товарной накладной № 178 от 24.09.2015.

С учетом представленных в опровержение заявленных требований документально обоснованных пояснений конкурсный управляющий уточнил их изменив предмет.

Способ расчетов за переданные должником товар (карданный вал и инструмент) посредством передачи радиаторов соразмерной стоимостью не противоречит действующему законодательству и не влечет уменьшение имущественной массы должника.

Более того, принимая во внимание, что полученные в качестве оплаты радиаторы были использованы при выполнении работ, суд апелляционной инстанции также не может прийти к выводу о наличии в соответствующих действиях руководителя должника какого-либо противоправного поведения влекущего причинение должнику и его кредиторам имущественного вреда.

Довод ФИО3 о том, что ФИО2 необоснованно уменьшил исковые требования в деле № А50-37862/2017 (дело по иску ООО «КИТ» о взыскании с ООО «Техстрой-М» неосновательного обогащения за переданные строительные материалы), получил оценку судебную оценку в определении от 14.07.2021 при рассмотрении в рамках настоящего дела о банкротстве обособленного спора по жалобе ФИО3 на действия конкурсного управляющего ФИО9

Вступившим в законную силу определением от 14.07.2021 судом сделан вывод об отсутствии основания для вывода о том, что в результате действий (бездействия) конкурсного управляющего ФИО9 произошло уменьшение конкурсной массы, выразившееся в утрате должником прав требования к ООО «Техстрой-М» на сумму 4 695 984,64 руб. в связи с пропуском срока исковой давности.

Напротив, судом установлено, что уменьшение заявленных требований в отсутствие первичных документов в их подтверждение свидетельствует о добросовестном процессуальном поведении стороны.

Более того, сохранение исковых требований в первоначальном виде повлекло бы отказ в удовлетворении заявленных требований в соответствующей части и, как следствие, отнесение на ООО «КИТ» в соответствующей части расходов по уплате государственной пошлины.

В данном определении, суд также обратил внимание на противоречивое поведение ФИО3, выражающееся в том, что в рамках дела № А50-37862/2017 ответчик ООО «Техстрой-М», подконтрольный ФИО3, активно возражал против удовлетворения заявленных требований, указывая, в том числе, на отсутствие первичных документов, подтверждающих приобретение ООО «КИТ» спорных материалов. В настоящем же обособленном споре ФИО3 указывает на то, что конкурсный управляющий в отсутствие таких документов не имел права уменьшать исковые требования.

Из выше изложенного следует, что уменьшение исковых требований в рамках дела № А50-37862/2017 являлось обоснованным и разумным, что исключает возможность привлечения его к ответственности в виде взыскания с него убытков.

Установленные судом по делу обстоятельства ни конкурсным управляющим, ни кредитором ФИО3 в апелляционных жалобах не опровергнуты.

По существу обращение конкурсного управляющего и ФИО3 с апелляционными жалобами выражающие несогласие с принятой судом первой инстанции оценкой установленных по делу обстоятельств, что основанием для отмены обжалуемого определения являться не могут.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении настоящего спора были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований ст. 71 АПК РФ, у апелляционного суда не имеется.

При отмеченных обстоятельствах, оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.

В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на обжалуемое определение налоговым законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 09 июля 2022 года по делу № А50-25368/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.



Председательствующий


О.Н. Чепурченко



Судьи


В.И. Мартемьянов



М.А. Чухманцев