Постановление от 14 сентября 2022 г. по делу № А33-17843/2017

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-17843/2017к14
г. Красноярск
14 сентября 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена «12» сентября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен «14» сентября 2022 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Радзиховской В.В.,

судей: Морозовой Н.А., Яковенко И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии: от конкурсного управляющего ООО «Промстрой Транспорт» - ФИО2 - представителя по доверенности от 28.12.2021, паспорт,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Красноярского края от 15 июня 2022 года по делу №А33-17843/2017к14,

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Промстрой Транспорт» (ОГРН <***>, ИНН <***>, пгт. Емельяново, далее - должник), возбужденного на основании заявления Федеральной налоговой службы России в лице МИФНС № 17 по Красноярскому краю, решением суда от 20.04.2018 признанного банкротом, определением Арбитражного суда Красноярского края от 15.06.2022 заявленные требования конкурсного управляющего удовлетворены частично. Привлечены солидарно к субсидиарной ответственности ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) по долгам ООО ответственностью «Промстрой Транспорт». В удовлетворении требований в остальной части отказано. Приостановлено рассмотрение настоящего дела до окончания расчетов с кредиторами ООО «Промстрой Транспорт».

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит отменить определение суда первой инстанции о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и принять по делу новый судебный акт, указав на пропуск срока конкурсным управляющим для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. ФИО3 договор купли продажи не подписывал и его не принимал. В материалах дела отсутствует подлинник договора, каким образом транспорт был снят с учета не ясно. Однако ясно, что транспорт находился во владении и пользовании ФИО7 Данные основания не могут служить основанием для возложения ответственности на ФИО3, так как отсутствуют причинно - следственная связь между его действиями и последствиями того, что кран был утерян при ФИО3 В нарушении части 2 статьи 63 АПК РФ, судом не проверены полномочия ФИО5

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего изложил возражения на апелляционную жалобу, согласен с определением.

Согласно части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку лица, участвующие в деле, не заявили возражений, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения только в обжалуемой части (в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности).

Учитывая, что иные лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 АПК РФ (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 N 220-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти"), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 АПК РФ.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения только в обжалуемой части (в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности).

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26.10.2002 N 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 АПК РФ рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу части 4 статьи 3 АПК РФ судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела (далее - рассмотрение дела), совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

В части применения норм материального и процессуального права при рассмотрении настоящего заявления суд первой инстанции правомерно применил разъяснения пункта 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которому процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления в силу Закона независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. При этом дела о привлечении к субсидиарной ответственности, возбужденные вне рамок дела о банкротства до дня вступления в силу Закона, и после этой даты подлежат рассмотрению в соответствии с процессуальными нормами законодательства о банкротстве, действовавшими до этой даты.

Положения Закона о банкротстве в новой редакции о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу изменений. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу соответствующих изменений, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Аналогичная позиция выражена в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), от 25.09.2020 № 310-ЭС20-6760: поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности.

Как следует из материалов дела, заявления о привлечении к субсидиарной ответственности поступили 02.09.2019 и 12.09.2019, то есть подлежат рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Из представленных в материалы дела копий выписок из ЕГРЮЛ от 19.04.2018 следует, что периодам исполнения полномочий руководителя должника, лицами, привлекаемыми к субсидиарной ответственности являются: ФИО6 с 29.04.2013 по 09.03.2015, ФИО4 с 10.03.2015 по 15.02.2017, ФИО3 с 16.02.2017 по 12.04.2018.

Также указанными выписками подтверждается доля участия ответчиков в ООО »Промстрой Транспорт»: ФИО3 – размер доли в уставном капитале 3 300 руб. (33%), ФИО7 – 3 400 руб. (34%), ФИО8 – 3 300 руб. (33%).

Материальными нормами, применимыми к спорным правоотношениям, являются:

- по первому эпизоду – в части привлечения к субсидиарной ответственности ликвидатора должника – ФИО3, за непередачу документации, товарно-материальных ценностей должника в ходе конкурсного производства (резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 13.04.2018), и четвертому эпизоду – в части привлечения к субсидиарной ответственности участников должника – ФИО3, ФИО8 и ФИО7, за не обращение с требованием о проведением досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (не позднее 09.08.2017) – подлежит применению глава III.2 Закона о банкротстве;

- по второму эпизоду – в части привлечения к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника – ФИО4, ФИО3, за неисполнение руководителем должника обязанности по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом (ФИО4 не позднее 19.06.2015, ФИО3 не позднее 16.03.2017); и пятому эпизоду – в части привлечения к субсидиарной ответственности участников должника – ФИО3, ФИО8 и ФИО7, за непринятие своевременных мер по предупреждению банкротства должника (после 19.05.2015) – статья 10 Закона о банкротстве в редакции Закона от 28.03.2013 № 134-ФЗ, вступившего в силу с 30.06.2013;

- по третьему эпизоду: в части привлечения к субсидиарной ответственности руководителей должника – ФИО4, ФИО3, за совершение сделок, повлекших существенный вред правам кредиторов (отчуждение катера «Хивус-10») (запись о смене собственника – 06.03.2018) – подлежит применению глава III.2 Закона о банкротстве; в части привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника – ФИО4, участника должника – ФИО7, за заключение 02.10.2015 договоров аренды земельных участков – статья 10 Закона о банкротстве в редакции Закона от 28.03.2013 № 134-ФЗ, вступившего в силу с 30.06.2013; в части привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника – ФИО6 за заключение договоров кредитования с ПАО «Сбербанк России» в период с 2013 по 2014 годы; в части привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника – ФИО6, участников должника – ФИО3., ФИО8 ФИО7 за совершение сделки, связанной с перечислением денежных средств ООО «Комфорт», направленной на вывод имущества должника « в период с 2013 по 2014 годы – статья 10 Закона о банкротстве в редакции Закона от 28.03.2013 № 134-ФЗ, вступившего в силу с 30.06.2013– статья 10 Закона о банкротстве в редакции Закона от 28.03.2013 № 134-ФЗ, вступившего в силу с 30.06.2013.

Пунктом 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об общества с ограниченной ответственностью) установлено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Предметом рассмотрения по настоящему делу являются: требование конкурсного кредитора – ООО «Арифметика», на основании пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве бывшего руководителя и одного из участников должника – ФИО3; требование конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве бывших руководителей должника – ФИО4, ФИО3, на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве бывшего руководителя должника – ФИО6, на основании пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве участников должника – ФИО3, ФИО8, ФИО7, ФИО4. Указанные обстоятельства подтверждается представленной в материалы дела выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Общими основаниями ответственности, установленными правилами статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, для наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, необходимо наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего: факт причинения вреда; вину причинителя вреда и неправомерность его действий (бездействия); причинную связь между неправомерными действиями и наступившими последствиями; размер убытков.

По общему правилу, для взыскания убытков необходимо доказать весь указанный фактический состав.

Эпизод 1. Конкурсный управляющий указывает на наличие оснований привлечения к субсидиарной ответственности ликвидатора должника – ФИО3 за непередачу документации, товарно-материальных ценностей должника в ходе конкурсного производства.

В силу положений статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено Федеральным законом, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ).

В выписке из ЕГРЮЛ, на дату открытия конкурсного производства (13.04.2018) должник находился в процедуре ликвидации. Запись о ликвидации внесена 16.02.2017. Руководителем ликвидационной комиссии указан ФИО3

Как следует из материалов дела, решением от 20.04.2018 по делу А33-17843/2017 арбитражный суд обязал ликвидатора ООО «Промстрой Транспорт» в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему ФИО9 Вышеуказанное решение руководителем ликвидационной комиссии о передаче документации исполнено не было.

08.05.2018 в Арбитражный суд Красноярского края конкурсный управляющий ФИО9 подал ходатайство об истребовании документов у ФИО3 (бывшего руководителя должника), выдаче исполнительных листов. Заявление удовлетворено в части обязания ФИО3 в течение десяти дней со дня вынесения определения передать конкурсному управляющему ООО «Промстрой Транспорт» печати, штампы, материальные и иные ценности, бухгалтерскую и иную документацию (оригиналы) должника – ООО «Промстрой Транспорт». До даты подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности определение не исполнено, документы в месте указанном судом не переданы.

12.09.2019 в Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление конкурсного управляющего ФИО9 о привлечении, в том числе, ФИО3, к субсидиарной ответственности на сумму не менее 42 796 771,83 руб. В качестве вменяемого правонарушения кредитор указывает на непередачу документации, товарно-материальных ценностей должника в ходе конкурсного производства. Заявитель ссылается на следующие фактические обстоятельства.

В дополнение к обстоятельствам изложенным конкурсным кредитором, конкурный управляющий указывает, что в соответствии с бухгалтерской отчетностью должника за 2015 года, на конец отчетного периода размер дебиторской задолженности составлял 15 570 000,00 руб. Учитывая, что с конца 2015 года прошло более трех лет, то сроки давности по взысканию дебиторской задолженности на момент подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, ввиду виновного поведения ФИО3, истекли.

Кроме того, помимо документов подтверждающих наличие дебиторской задолженности, не было передано имущество должника, в том числе транспортное средство (автокран) (отражен сличительной ведомости (приложение № 2 к дополнению к заявлению № 51/02 от 13.02.2020). В связи с непередачей транспортного средства конкурсному управляющему и отсутствием сведений о его месте нахождения собранием кредиторов было принято решение (протокол № 10 от 27.02.2020 – приложение № 1 к дополнению № 64/03 от 17.03.2020) о списании имущества – специализированного автотранспорта автокран КС 3573, 1998 года выпуска, гос. регистрационный знак С120ХУ24 (приказ № 1 от 27.02.2020), снято с учета в ГИБДД, что подтверждается копией справки представленной в материалы дела.

Факт неисполнения обязанности ФИО3 по передаче документов подтверждается наличием исполнительного производства № 33343/19/24028-ИП, которое до настоящего времени не исполнено. Постановление судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства № 33343/19/24028-ИП ФИО3 не обжаловал, что свидетельствует о его согласии с вынесением указанного постановления и с тем, что документы он не передавал, необходимые меры не предпринимал.

Таким образом, своевременное непредставление перечня дебиторской задолженности и ее расшифровки, первичных документов, подтверждающих наличие дебиторской задолженности, не позволило взыскать дебиторскую задолженность, пополнить конкурсную массу, рассчитаться с кредиторами в полном объеме. В свою очередь непередача автокрана, непредоставление сведений о его месте нахождения привели к тому, что указанное имущество не было включено в конкурсную массу, что причинило вред кредиторам и должнику. Последнее ставится в прямую зависимость с недобросовестными, неразумными, противоречащих интересам организации действиями ФИО3

Возражая против доводов конкурсного управляющего, ответчик указывает, что арбитражному управляющему сообщалось о месте нахождения документов: <...> А., с места их хранения арбитражным управляющим получены не были. Факт уклонения от передачи бухгалтерских документов конкурсным управляющим не доказан. В материалах дела и в определении суда от 15.08.2018 имеется отзыв ФИО3 о том, что он готов передать документацию по адресу: <...>.

Конкурный управляющий в свою очередь указывает, что с даты введения процедуры конкурсного производства ФИО3, а также документация должника по его юридическому адресу – <...>, не находились. Помещение на дату введения процедуры конкурсного производства должнику не принадлежало, доступ в помещение у конкурсного управляющего отсутствовал.

Так же конкурсный управляющий замечает, что в связи с отсутствием доступа в помещение должника первое собрание кредиторов было проведено очно 04.07.2018 в здании МИФНС России № 17 по Красноярскому краю – заявитель в деле о банкротстве, по адресу: 663020, <...>, что подтверждается представленной в материалы дела копией протокол собрания кредиторов должника.

Будучи уведомленным о времени и месте проведения первого собрания кредиторов, ФИО3 на собрание не явился, мер, направленных на передачу документов, не предпринял.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель конкурсного кредитора – ФИО5, подтвердил довод конкурсного управляющего о том, что последним предпринимались попытки получения спорных документов, указал на то, что он лично возил конкурсного управляющего в п. Емельяново для получения документации от руководителя должника.

Отсутствие как должника, так и ФИО3 по юридическому адресу, на дату введения процедуры конкурсного производства, подтверждается копиями возвращенных без вручения конвертов, приобщенных в материалы дела.

В вину ответчику вменяется подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, согласно которому пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Суд первой инстанции верно указал, что сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.)

Как указывалось судом выше, ответственность руководителя является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

С целью соблюдения равенства возможностей участников в деле о банкротстве законодатель ввел презумпцию наличия причинно-следственной связи, заявитель должен доказать суду два факта: 1) непредставление документов; 2) наличие причинно-следственной связи между непредставлением документов и затруднительностью проведения процедуры, в том числе невозможности формирования или реализации конкурсной массы.

Как следует из материалов дела, решением от 20.04.2018 по делу №А33-17843/2017 арбитражный суд обязал ликвидатора ООО «Промстрой Транспорт» в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему ФИО9

Указанное решение исполнено не было, ввиду чего конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об истребовании документов.

При обращении с заявлением об истребовании конкурсный управляющий запрашивал документацию должника, в соответствии с перечнем установленным в решении от 20.04.2018, за период с 01.01.2014 по дату обращения, указывал, что запрашиваемая документация необходима, в том числе, и для проведения анализа сделок должника.

При рассмотрении заявления, в отношении перечня документов, подлежащих передаче конкурсному управляющему, возражений в отношении передачи конкретных документов, доводов об их отсутствии у бывшего руководителя заявлено не было.

Конкурсный управляющий полагал необходимым получить документацию по месту нахождения своего офиса в г. Омске.

В свою очередь, руководитель ликвидационной комиссии указывал на готовность передачи документации либо по юридическому адресу должника, либо по фактическому месту нахождения документации.

При принятии решения судом было учтено то, что объем документации и имущества может быть значительным, в отношении некоторых видов имущества транспортировка является невозможной или нецелесообразной (например, тяжелая техника, документация предприятия, занимающая несколько помещений, хрупкое имущество, вредные вещества и т.п.). Конкурсный управляющий является материально ответственным лицом, и при утверждении обязан провести инвентаризацию. Таким образом, конкурсный управляющий обязан лично явиться в место нахождения должника и принять его имущество, осмотреть его состояние, провести инвентаризацию. При этом не имеет значения, что конкурсный управляющий находится в другом регионе, поскольку при утверждении арбитражный управляющий давал согласие не такое утверждение и должен быть предполагать необходимость выполнения подобных мероприятий, поскольку она является очевидной.

Конкурсный управляющий просил обеспечить передачу документации в трехдневный срок. Вместе с тем, судом был установлен разумный срок для передачи документации – в течение десяти дней со дня вынесения определения, в целях обеспечения подготовки реестров передаваемой документации, объема документации, необходимости конкурсному управляющему явиться для ее передачи по месту нахождения должника.

Из материалов дела следует, что определением от 15.08.2018 суд обязал ФИО3 в течение десяти дней передать конкурсному управляющему должника ФИО9 по месту нахождения должника (663020, <...>) – печати, штампы, материальные и иные ценности, бухгалтерскую и иную документацию должника.

Таким образом, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства и с учетом позиции лиц, участвующих в деле, установил конкретное место передачи документов должника – 663020, <...>.

По причине неисполнения указанного определения 01.09.2018 по делу №А33-17843/2017 был выдан исполнительный лист. Постановлением судебного пристава-исполнителя возбуждено исполнительное производство № 33343/19/24028-ИП.

Материалами дела подтверждается, а сторонами не оспаривается, что до настоящего момента спорные документы переданы не были. В судебном заседании представителем ответчика было подтверждено, в рамках процедуры банкротства ответчика по делу № А33-4212/2018, нежилое помещение, расположенное по ул. Посадская, 23А в пос. Емельяново было реализовано по договору купли продажи от 31.07.2019, вся документация ООО «Промстрой Транспорт» была выброшена на свалку.

В судебном заседании суда первой инстанции представителем ответчика на соответствующий вопрос суда было пояснено, что ответчик не поддерживал связь с арбитражным управляющим, какую-либо корреспонденцию в адрес арбитражного управляющего не направлял.

Таким образом, довод ответчика о том, что конкурсный управляющий знал о месте нахождения документов, отнесся формально к выполнению своих обязанностей, в результате чего не получил необходимые документы, не принимается судом как документально неподтвержденный и не имеющий правового значения в виду вышеизложенного – определением от 15.08.2018 арбитражный суд обязал ответчика передать документы по конкретному адресу.

Как было указано выше, для привлечения контролирующего лица к ответственности, необходимо доказать весь состав гражданско-правового деликта.

Ответственность за вменяемое правонарушение направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника предусмотренных Законом о банкротстве обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной законодательством о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Следовательно, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. Презумпция вины руководителя в предусмотренных случаях закреплена и вышеуказанным пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве; таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности, так и специальных положений законодательства о банкротстве.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

При этом материалами дела подтверждается, что в результате неисполнения обязанности по передаче документов, сведений и товаро-материальных ценностей должника, возложенной на ликвидатора должника – ФИО3, стало невозможным, по причине истечения срока исковой давности, своевременное выявление и взыскание дебиторской задолженности в размере 16 291 000 руб., наличие которой подтверждается бухгалтерским балансом должника за 2014 год.

Кроме того, конкурсному управляющему не было передано транспортное средство – автокран КС 3573, 1998 года выпуска, гос. регистрационный знак С120ХУ24, находившееся в распоряжении должника в 2017 году, что подтверждается пояснениями ФИО7

Как следует из материалов дела, указанное транспортное средство находилось в распоряжении должника с 04.07.2009, предпринималась попытка его реализации. В материалы дела представлен ответ САО «Надежда», согласно которому 22.04.2017 ФИО7 был заключен договор страхования (полис серии ЕЕ № 907823908) предметом которого являлась гражданско-правовая ответственность, связанная с эксплуатацией транспортного средства КС 3573, гос. регистрационный знак С120ХУ24. В материалы дела представлен договор купли-продажи, подписанный с одной стороны ФИО7, с другой – ФИО3 По причине наложенного на указанное имущество ареста, отчуждение должником завершено не было. Согласно представленной копии заявления, попытки перерегистрации транспортного предпринимались 22.04.2017, то есть в период руководства ответчика.

Кроме того, справкой МРЭО ГИБДД подтверждается, что указанное транспортное средство было зарегистрировано за должником, но на момент рассмотрения заявления списано и снято с учета в органах ГИБДД, как отсутствующее имущество.

Таким образом, суд приходит о доказанности факта обладания должником указанным средством по состоянию на апрель 2017 года.

Судом установлено, что ФИО3 являлся единоличным исполнительным органом в период с 16.02.2017 по 12.04.2018.

Довод ответчика о том, автокран он не принимал, на момент вступления в должность, указанное имущество у должника отсутствовало, правомерно отклонен судом первой инстанции на основании следующего.

В соответствии со статьей 63 ГК РФ, ликвидационная комиссия принимает меры по выявлению кредиторов и получению дебиторской задолженности, а также уведомляет в письменной форме кредиторов о ликвидации юридического лица. После окончания срока предъявления требований кредиторами ликвидационная комиссия составляет промежуточный ликвидационный баланс, который, в том числе, содержит сведения о составе имущества ликвидируемого юридического лица.

Ликвидационный баланс в материалы дела не представлен.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ФИО3, как руководитель должника, в последствии руководитель ликвидационной комиссии, после принятия необходимых мер по обнаружению спорного имущества должника, должен был знать о наличии последнего при составлении ликвидационного баланса (в материалы дела не представлено доказательств истребования ответчиком недостающих документов и материальных ценностей у предыдущих руководителей). Кроме того, как участник должника, одновременно являющийся поручителем по обязательствам должника, и при условии проявления должной добросовестности и осмотрительности, ФИО3 должен был быть заинтересован получать всю необходимую информацию об имущественном состоянии должника.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, учитывая, что какие-либо доказательства, объективно препятствующие выполнению ФИО3 обязанности по передаче спорных документов и ценностей в материалы дела не представлены, как и не представлено доказательств того, что ответчиком были предприняты все необходимы и достаточные меры для раскрытия информации о финансовом состоянии должника, подтвержденной соответствующим первичными документами, передачи товаро-материальных ценностей конкурсному управляющему, суд первой инстанции правомерно признал в действиях ответчика наличие оснований для привлечения к ответственности на основании подпунктов 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Выводы суда согласуются со сложившейся судебной практикой, например, постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 24.01.2022 N Ф03-6957/2021 по делу № А51-5594/2018.

Довод апеллянта о то, что вероятность взыскания дебиторской задолженности в конкурсном производстве равна нулю, отклоняется судом апелляционной инстанции поскольку носит предположительный характер.

Эпизод 3. Конкурсный управляющий указывает на наличие оснований привлечения к субсидиарной ответственности за совершение сделок, повлекших существенный вред правам кредиторов:

руководителей должника – ФИО4, ФИО3, по отчуждению катера «Хивус-10»;

руководителя должника – ФИО4, участника должника – ФИО7 по заключению без встречного предоставления договоров аренды земельных участков;

руководителя должника – ФИО6, по заключению договоров кредитования с ПАО «Сбербанк России» в период с 2013 по 2014 годы;

руководителя должника – ФИО6, участников должника – ФИО3., ФИО8 ФИО7, за совершение сделки, связанной с перечислением денежных средств ООО «Комфорт», направленной на вывод имущества должника.

1) В вину ответчикам – ФИО4, ФИО3 вменяется совершение сделки – отчуждение катера «Хивус-10», датированной 31.08.2015, повлекшей существенный вред правам кредиторов. Конкурсный управляющий ссылается на положения пункта 1, подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11, статью 61.13 Закона о банкротстве.

Определением суда от 210.6.2021 по делу №А33-17843-12/2017, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021, постановлением Арбитражного суда Восточного-Сибирского округа от 16.02.2022, признан недействительной сделкой - договор купли-продажи от 31.08.2015, заключенный между ООО «Промстрой Транспорт» и ФИО10 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения).

Применены последствия недействительности сделки:

- обязать ФИО10 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) возвратить в конкурсную массу ООО «Промстрой Транспорт» катер модели Хивус-10, 2014 года постройки, место постройки: г. Нижний Новгород, строительный (заводской номер) 432, заводской номер двигателя 89617511;

- восстановить право требования ФИО10 к ООО «Промстрой Транспорт» в размере 100 000 рублей.

Судебными актами установлены следующие фактические обстоятельства.

06.03.2018 ГУ МЧС России по Красноярскому краю за ФИО10 было зарегистрировано право собственности на катер «Хивус-10», строительный (заводской) номер 432, год и место постройки –2014 год, г. Нижний Новгород, заводской номер двигателя – 89617511, вместимость – 2 240 тонн, пассажировместимость – 10 человек.

Основанием для регистрации права собственности за ФИО10 явился договор купли-продажи катера, датированный 31.08.2015, цена договора – 100 000.00 руб., катер был приобретен на кредитные средства, сумма оплаты согласно выписке банка составила 3 296 620,00 руб., в том числе: поступление денежных средств по кредитному договору № <***>, 18.06.2014 в размере 1 648 310,00 руб., 1 648 310,00 руб., соответственно, перечисление денежных средств в указанные даты, в указанных суммах в счет оплаты спорного имущества.

За период руководства должником ФИО4 право собственности на спорное имущество не регистрировалось за должником, каких-либо доказательств существования сделки в дату, указанную как дата заключения договора – 31.08.2015, не имеется, в связи с чем, как указывает конкурсный управляющий, есть все основания полагать, что ответчики, действуя совместно, вывели имущество должника, в целях создания препятствий для оспаривания сделки, умышленно указав дату договора задним числом, а в качестве подписанта – ФИО4 (руководитель должника на дату договора). Фактически сделка была совершена в 2018 году, оплата по сделке от реализации на расчетный счет должника не поступала, стоимость реализации катера существенно занижена.

Конкурсный управляющий указывает, что действия ответчиков по выводу имущества должника причинили ущерб должнику и его кредиторам, привели к невозможности пополнения конкурсной массы. В то же время бездействие ФИО3 и прежних руководителей по не постановке катера на учет в органах МЧС свидетельствует о согласованности действий последних.

Оспариваемая сделка совершена 06.03.2018, то есть в период конкурсного производства.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, сведения об указанном спорном имуществе и сделке с ним в ходе банкротства должника ФИО3 (ликвидатор должника), либо иными лицами, арбитражному управляющему представлены не были.

Как следует из ответа ГУ МЧС России по Красноярскому краю на запрос исх. № 2/05 от 03.05.2018, спорное имущество за должником не регистрировалось, было зарегистрировано за ФИО10 06.03.2018 (оформлен судовой билет).

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Судами трех инстанций исследован вопрос о дате заключения сделки, связанной с отчуждением спорного имущества, установлено, что оспариваемая сделка совершена 06.03.2018.

Спорная сделка совершена после введения в действие Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях». Применению подлежит статья 61.11, 61.13 Закона о банкротстве.

Абзацем 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в том числе, причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 61.13 Закона о банкротстве, предусмотрено, что в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором) или иными контролирующими должника лицами, гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

В рамках указанного выше обособленного спора, судом в органах МЧС запрашивалось регистрационное дело – какие-либо документы, свидетельствующие о существовании договора купли-продажи катера от 31.08.2015 ранее 06.03.2018, отсутствуют.

Довод ФИО3 о том, что определением суда установлено, что сделка была совершена 31.08.2015 не принимается судом, как не соответствующий действительности.

Довод ФИО3 об отсутствии доказательств того, что именно он принимал решение о продаже спорного имущества, правомерно не принял судом первой инстанции.

Ранее судом установлено, спорное имущество оплачено должником за счет кредитных средств полученных от ПАО «Сбербанк России» по кредитному договору № <***> от 05.03.2014, исполнение обязательств по которому было обеспечено, в том числе, договором поручительства ФИО3 (договор № 1221/9031/0501/1198/14П3 05.03.2014).

ФИО3 является участником должника, а с 16.02.2017 являлся руководителем должника (председателем ликвидационной комиссии).

В соответствии со статьей 63 ГК РФ, ликвидационная комиссия принимает меры по выявлению кредиторов и получению дебиторской задолженности, а также уведомляет в письменной форме кредиторов о ликвидации юридического лица. После окончания срока предъявления требований кредиторами ликвидационная комиссия составляет промежуточный ликвидационный баланс, который, в том числе, содержит сведения о составе имущества ликвидируемого юридического лица.

Ликвидационный баланс в материалы дела не представлен.

В материалы дела представлен отзыв ФИО6 на заявление конкурсного управляющего, в котором указывает, что ООО «Промстрой Транспорт» заключило договор с ООО ТД «Хивус» и приобрело у последнего катер А8 «Хивус-10», сделка была исполнена сторонами договора надлежащим образом и в последующем сторонами не оспаривалась, спорное имущество находилось в собственности должника, не реализовывалось.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ФИО3, как руководитель ликвидационной комиссии, после принятия необходимых мер по обнаружению спорного имущества должника, должен был знать о наличии последнего при составлении ликвидационного баланса (в материалы дела не представлено доказательств истребования ответчиком недостающих документов и материальных ценностей у предыдущих руководителей). Кроме того, как участник должника, одновременно являющийся поручителем по обязательствам должника, и при условии проявления должной добросовестности и осмотрительности, ФИО3 должен был быть заинтересован получать всю необходимую информацию об имущественном состоянии должника, а соответственно знать о расходах должника и результатах инвестирования денежных средств последним.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, ФИО4 являлся руководителем должника в период с 10.03.2015 по 15.02.2017. Представленный в материалы дела договор купли-продажи спорного имущества должника от 31.08.2015 формально подписан, с одной стороны, ФИО4

Выше судом установлено, что датой совершения сделки по передаче спорного имущества является 06.03.2018.

На основании изложенного, и учитывая отсутствие поступившего от лиц, участвующих в деле, заявления о фальсификации подписей в договоре от 31.08.2015, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что целью подписания указанного договора ФИО4 в марте 2018 с указанием даты – 31.05.2018, является сокрытие имущества от включения его в конкурсную массу должника.

Таким образом, совершение указанной сделки является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО4

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что ФИО3 и ФИО4 совершили действия направленные на вывод имущества должника – катера «Хивус-10» 2014 года выпуска, чем причинили существенный вред правам кредиторов. Кроме того, бездействие ФИО3, как ликвидатора должника, выразившейся в непередаче документации, товарно-материальных ценностей должника в ходе конкурсного производства, создало препятствия к формированию конкурсной массы должника, по причине невозможности взыскания дебиторской задолженности и оспаривания сделок должника, ввиду истечения срока исковой давности. С учетом приведенных выше разъяснений пункта 6 Постановления Пленума ВС Суда РФ от 21.12.2017 № 53, ответчики отвечают по обязательствам должника солидарно.

Поскольку по результатам неоконченных мероприятий конкурсного производства возможно пополнение конкурсной массы должника, то до окончания расчетов с кредиторами невозможно определить точный размер субсидиарной ответственности ответчиков; конкретный размер ответственности каждого из ответчиков будет определен судом дополнительно по каждому из вменяемых эпизодов. Поскольку в действиях соответчиков – ФИО3, ФИО4, установлено наличие признаков для ответственности, установленных пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, действия ответчиков повлекли совместное причинение вреда, ответчики признаются солидарными.

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции правомерно приостановил рассмотрения заявления до окончания расчетов с кредиторами в соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание положения пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона), разъяснения пункта 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», учитывая поступление заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности поступило в арбитражный суд 12.09.2018, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о соблюдении конкурсным управляющим срока на подачу заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, в связи с чем суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении ходатайства ФИО3 о применении положений о пропуске срока исковой давности.

Учитывая изложенное, доводы заявителя апеллянта о пропуске срока исковой давности, отклоняются судом апелляционной инстанции как несостоятельный. Изучив доводы жалобы, апелляционный суд пришел к выводу, что они не основаны на представленных в материалы дела доказательствах, не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, при таких обстоятельствах оснований для отмены оспариваемого судебного акта не имеется.

Согласно положениям АПК РФ, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 15 июня 2022 года по делу № А33-17843/2017к14 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.


Председательствующий

В.В. Радзиховская

Судьи:

Н.А. Морозова



И.В. Яковенко