Постановление от 11 марта 2025 г. по делу № А60-64819/2023

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-1179/2025-ГК
г. Пермь
12 марта 2025 года
Дело № А60-64819/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 марта 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Клочковой Л.В.,

судей Бородулиной М.В.. Назаровой В.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Макаровой С.Н.,

при участии в судебном заседании посредством веб-конференции:

от ответчика – общества с ограниченной ответственностью ТД «Сима-ленд»: ФИО1 по доверенности от 12.08.2024, паспорт, диплом,

от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Симамарт»; ФИО2 по доверенности от 29.11.2024, паспорт, диплом,

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, TV TOKYO Corporation (ТВ Токио Корпорэйшн),

на решение Арбитражного суда Свердловской области от 27 декабря 2024 года

по делу № А60-64819/2023

по иску TV TOKYO Corporation (ТВ Токио Корпорэйшн)

к обществу с ограниченной ответственностью «Симамарт» (ИНН <***>, ОГРН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «УК «Сима-ленд» (ИНН <***>, ОГРН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «Интернет магазин «Сима-ленд» (ИНН <***>, ОГРН <***>), обществу с ограниченной ответственностью ТД «Сима-ленд» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

третье лицо: ФИО3,

заинтересованное лицо: общество с ограниченной ответственностью «СП РАЙТ СЕРВИСЕЗ» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

установил:

TV TOKYO Corporation (далее – ТВ Токио Корпорэйшн, истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Симамарт» (далее – ООО «Симамарт», ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в сумме 104 048 руб. 41 коп.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.02.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, общество с ограниченной ответственностью ТД «Сима-ленд».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.05.2024 по ходатайству истца к участию в деле в порядке статьи 46 АПК РФ в качестве соответчиков привлечены общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Сима-ленд» (далее – ООО «УК «Сима-ленд»), общество с ограниченной ответственностью «Интернет магазин «Сима-ленд» (далее – ООО «Интернет магазин «Сима-ленд»), общество с ограниченной ответственностью ТД «Сима-ленд» (далее – ООО ТД «Сима-ленд»).

29.07.2024 от истца поступило ходатайство об уточнении исковых требований, в котором истец просил взыскать с ООО «Симамарт», ООО «УК «Сима-ленд», ООО ТД «Сима-ленд» солидарно компенсацию за нарушение исключительных прав в размере 4 767 270 руб. 41 коп. и обязать ООО «Интернет магазин «Сима-ленд» удалить с сайта www.sima-land.ru веб-страницы, содержащие предложения к продаже товаров с использованием переработанной Интеллектуальной собственности истца.

Уточнение исковых требований принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.08.2024 принято к производству заявление истца о процессуальном правопреемстве, согласно которому заявитель просит заменить взыскателя ТВ Токио Корпорейшн (номер компании o104-01-018940) на общество с ограниченной ответственностью «СП РАЙТС СЕРВИСЕЗ» (ИНН <***>, ОГРН <***>), к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено ООО «СП РАЙТС СЕРВИСЕЗ».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 27.12.2024 производство по делу в отношении требований к ООО «Интернет магазин «Сима-ленд» прекращено, в удовлетворении исковых требований отказано, в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просил отменить решение суда первой инстанции, удовлетворить исковые требования в полном объеме, удовлетворить заявление истца о процессуальном правопреемстве.

В обоснование доводов жалобы указал на то, что суд первой инстанции не исследовал правовую природу аффидевита как доказательства по делу страны происхождения произведения.

Истцом был представлен исчерпывающий перечень доказательств охраноспособности персонажа «Naruto Uzumaki» индивидуализирующих характеристик. Факт нарушения подтвержден заключением специалиста.

Истец полагает, что суд первой инстанции неверно пришел к выводу об отсутствиях в действиях ответчиков переработки интеллектуальной собственности истца.

По мнению апеллянта, суд первой инстанции дал неверное толкование положениям Указа Президента РФ № 322 от 27.05.2022 «О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями», полагает, что данный Указ не применяется в отношении истца, основания для признания договора цессии ничтожной сделкой отсутствуют.

От ООО «УК «Сима-ленд», ООО «Симамарт», ООО ТД «Сима-ленд» в суд поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которых ответчики просили решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители ответчиков – ООО «УК «Сима-ленд» и ООО «Симамарт», поддержали возражения, изложенные в отзывах на апелляционную жалобу, просили решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Представитель истца – ФИО4, заявившая ходатайство об участии в судебном заседании путем использования сервиса веб-конференции, при наличии технической возможности со стороны суда и других участников процесса, не обеспечила свое подключение к судебному заседанию, по не зависящим от суда причинам. Установив в судебном заседании, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки со стороны суда отсутствуют, лицам, участвующим в деле, обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не в полной мере реализована ФИО4 по причинам, находящимся вне сферы контроля суда, в отсутствие возражений сторон, суд апелляционной инстанции посчитал возможным продолжить рассмотрение дела в отсутствие явки ФИО4 в силу положений ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в обоснование исковых требований истец указал на то обстоятельство, что иностранной компании TV TOKYO Corporation принадлежат исключительные права на объекты интеллектуальной собственности: (Персонаж Naruto Uzumaki), а ответчиками допущено нарушение прав истца на указанный объект интеллектуальной собственности путем предложения к продаже товаров через сайт ОЗОН по следующим ссылкам:

• https://www.ozon.ru/product/kartina-po-nomeram-shkola-talantov-nime40h50-sm-analognaruto-dlya-detey-964188074;

• https://www.ozon.ru/product/kartina-po-nomeram-shkola-talantov-animeanalog-naruto-40h50- sm-na-holste-dlya-detey-964188656;

• https://www.ozon.ru/product/kartina-po-nomeram-anime-analog-naruto30h40-sm-na-holste-spodramnikom-805493150.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с настоящим иском с соблюдением претензионного порядка.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что факт наличия прав на спорный персонаж истцом не доказан, основания для солидарной ответственности ответчиков не установлены.

 В отношении заявления истца о процессуальном правопреемстве, суд пришел к выводу о том, что переход права требования в материальном правоотношении не состоялся, договор уступки прав требований между истцом (местонахождения – Япония) и заявителем (местонахождения – Российская Федерация) заключен с целью обхода ограничений на совершение платежей должниками-резидентами в пользу правообладателей, относящихся к недружественным государствам, что противоречит основам публичного порядка Российской Федерации, в связи с чем отказа в удовлетворении заявления.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, суд апелляционной инстанции оснований для отмены или изменения судебного акта не установил в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

В силу пункта 7 статьи 1259 ГК РФ авторские права распространяются на часть произведения, на его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным пунктом 3 настоящей статьи. В свою очередь, пунктом 3 статьи 1259 ГК РФ предусмотрено, что авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко-или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную названным кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается кодексом.

Исходя из положений части 1 статьи 65 АПК РФ, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление от 23.04.2019 № 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на результат интеллектуальной деятельности входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования сходного обозначения. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании результата интеллектуальной деятельности.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, и от их установления зависит правильное разрешение спора. Соответственно, на истце лежит обязанность доказать принадлежность ему исключительного права или иного подлежащего защите права и факт использования соответствующего объекта ответчиком. Ответчик вправе опровергать доказательства истца или доказывать выполнение им требований законодательства при использовании объекта интеллектуальных прав.

Аналогичный подход отражен в пункте 3 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения (пункт 3 статьи 1252 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1228 ГК РФ исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом.

Истец по делу о защите авторских прав должен доказать право на иск - наличие у него исключительного права на произведение. При этом он может быть автором (первоначальным правообладателем) или правообладателем, получившим исключительное право на основании договора.

Вместе с тем, субъектом первоначального авторского права на произведения литературы, науки и искусства в соответствии со статьей 1257 ГК РФ является гражданин (физическое лицо), который и приобретает весь комплекс исключительных имущественных и личных неимущественных прав.

Содержания данной статьи, подразумевает действие презумпции авторства, когда лицо указано в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения, либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 ГК РФ, согласно которому информацией об авторском праве признается любая информация, которая идентифицирует произведение, автора или иного правообладателя, либо информация об условиях использования произведения, которая содержится на оригинале или экземпляре произведения, приложена к нему.

При этом презумпция авторства действует только в отношении самого автора. Любые иные лица для доказывания своих прав должны представить доказательства перехода к ним первоначально возникших у автора имущественных авторских прав (наличие всей цепочки договоров или иных правовых оснований, обусловливающих переход таких прав от автора).

Согласно пункту 2 статьи 5 Бернской Конвенции по охране литературных и художественных произведений от 09.09.1886 (ред. от 28.09.1979) объем охраны, равно как и средства защиты, предоставляемые автору для охраны его прав, помимо установленных Конвенцией положений, регулируются исключительно законодательством страны, в которой истребуется охрана.

В подтверждение того факта, что Компания является правообладателем исключительных прав на спорное произведение, истцом был представлен аффидевит от 02.03.2023, имеющий нотариальное свидетельство от 13.06.2023 № 1321 и от 05.06.2023 № 32.

Из содержания указанного документа следует, что ФИО5 Хираока, член Совет директоров компании (регистрационный номер 0104-01-018940) свидетельствует о том, что: он является сотрудником компании в соответствии с национальным законодательством, надлежащим образом уполномочен «TV TOKYO Corporation» на составление настоящего аффидевита; компания является единственным в мире владельцем всех авторских прав существующих в последующих любых аудиовизуальных произведениях «Наруто» (NARUTO), «Наруто: Ураганные хроники» (NARUTO Shippuden) и Боруто (Boruto), в различных анимационных сериалах, включая их отдельные части (такие как эпизоды, названия, персонажи, фоны, сценарии, картинки, изображения, логотипы и т.д.).

При этом судом первой инстанции было установлено, что данный документ не содержит информации об истории и дате создания спорных произведений изобразительного искусства (включая идентифицирующие данные произведения сведения), о конкретном авторе, трудовых договорах и прочих соглашениях или иных правовых основаниях, обуславливающих переход прав от автора, а также об условиях использования произведения.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к верному выводу о том, что аффидевит от 02.03.2023 лишь подтверждает существование спорных произведений в момент его оформления и указывает на то, что компания считает себя обладателем исключительного права на спорные произведения изобразительного искусства.

Так называемый аффидевит по своей природе не относится к юридическим фактам, порождающим гражданские права и обязанности. Федеральный законодатель даже не упоминает этот термин. Его определение сформулировано в систематизированной судебной практике. Следовательно, аффидевит не подменяет собой и по существу не может подменять соответствующие гражданско-правовые основания (статья 8 ГК), которыми в случае спора в обязательном порядке должен подтверждаться юридический статус правообладателя.

С учетом изложенного вопреки доводам апелляционной жалобы судом первой инстанции обоснованно не принят указанный документ в качестве допустимого доказательства принадлежности истцу исключительного права на объект авторского права Персонаж «Naruto Uzumaki», поскольку не доказывает сам факт создания произведений, перечисленных в аффидевите, именно TV TOKYO Corporation (ТВ Токио Корпорэйшн), или передачу исключительного право на такие произведения в полном объеме TV TOKYO Corporation (ТВ Токио Корпорэйшн).

Российское законодательство не содержит нормативного понятия аффидевита, однако из сложившейся судебной практики под ним понимается показание или заявление, даваемое под присягой и удостоверяемое нотариусом либо другим уполномоченным на это должностным лицом при невозможности (затруднительности) личной явки свидетеля. Показания, данные под присягой, могут быть учтены судом при оценке наличия исключительного права истца в совокупности с иными доказательствами (в частности, трудовой договор, договор об отчуждении прав, свидетельства о регистрации авторского права или произведения, аффидевит автора).

Если же применимое законодательство предполагает нотариальное заверение лишь подписи лица, то такой документ подтверждать сведения о фактах не может (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2024 № 5-КГ24-85-К2).

Также согласно статье 80 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденного ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1 (далее - Основы законодательства РФ о нотариате), свидетельствуя подлинность подписи, нотариус подтверждает, что подпись на документе учинена определенным лицом, но не удостоверяет факты, изложенные в документе.

Соответственно, представленные в качестве доказательств письменные заявления определенных лиц не являются свидетельскими показаниями по смыслу статей 56 и 88 АПК РФ, не отвечают критерию допустимости доказательств и не могут быть приняты судом во внимание.

Таким образом, довод жалобы о том, что судом первой инстанции не исследована правовая природа аффидевита, судом апелляционной инстанции отклонен как необоснованный, поскольку представленному документу дана надлежащая оценка относительно его составления.

Согласно заключению специалиста от 10.04.2024, в анализируемом аффидевите показания ФИО5 Хираока не зафиксированы нотариусом Токуда Каору путем личного обращения ФИО5 Хираока в качестве свидетеля к этому нотариусу.

Документ, названный «Affidavit of TV Tokyo Corporation», не удостоверен под присягой ни нотариусом, ни иным уполномоченным должностным лицом. Предлагается верить, что этот документ: (а) подписан именно ФИО5 Хираока, а не кем-то иным, и (б) в ту самую дату, которая обозначена в документе как дата его подписания (02.03.2023). Является условным, произвольным название текста – «Affidavit of TV Tokyo Corporation». Аффидевитом не являются показания, не удостоверенные официально и под присягой. «Аффидевитом» не может называться документ, составленный без учета этих обязательных процедур – без официального удостоверения под присягой. Личность, правосубъектность и профессиональный статус (член Совета директоров, «Board Director») ФИО5 Хираока в установленном порядке не проверены и не подтверждены. Принадлежность проставленной в документе («Affidavit of TV Tokyo Corporation») подписи ФИО5 Хираока не доказана, но тоже только предполагается, поскольку так написано в анализируемом документе. В данном случае ФИО5 Хираока не может считаться свидетелем.

Документ, названный «Affidavit of TV Tokyo Corporation», ни о чем не свидетельствует. Включение произвольно подписанного не известно, кем и когда листа в одну подшивку с копиями других официальных документов (доверенностью, двумя нотариальными свидетельствами, цветными распечатками картинок и т.д.) автоматически не превращает этот лист в аффидевит. Два нотариальных свидетельства от 13.06.2023 № 1321 и от 05.06.2023 № 32, подписанные ФИО6 Сунагава предположительно у одного и того же нотариуса – Токуда Каору, в которых ФИО6 Сунагава рассказывает о том, что знает о факте подписания ФИО5 Хираока некоего документа, тоже не являются аффидевитами. Эти нотариальные акты прямо названы в их тексте нотариальными свидетельствами (как самостоятельные нотариальные действия), но не поименованы аффидевитами и не даны ФИО6 Сунагава под присягой. Из текста нотариальных свидетельств не следует со всей определенностью, о каком именно документе ФИО5 Хираока свидетельствует ФИО6 Сунагава. Ни в одном из нотариальных свидетельств никакой аффидевит даже не упоминается. Апостилировано только первое из этих нотариальных свидетельств – от 05.06.2023 № 32. Таким образом, нарушаются нормы Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов от 05.10.1961: «Единственной формальностью, которая может быть потребована для удостоверения подлинности подписи, качества, в котором выступало лицо, подписавшее документ, и, в надлежащем случае, подлинности печати или штампа, которыми скреплен этот документ, является проставление предусмотренного статьей 4 апостиля компетентным органом государства, в котором этот документ был совершен» (статья 3), «Апостиль проставляется на самом документе или на отдельном листе, скрепляемом с документом…». (статья 4).

Оформление нотариальных свидетельств по истечении трех месяцев с даты подписания документа, именуемого аффидевитом («Affidavit of TV Tokyo Corporation»), стимулирует к поиску ответов на закономерные вопросы. Остается неопределенным профессиональный статус и связанные с ним реальные возможности ФИО6 Сунагава свидетельствовать о действиях ФИО5 Хираока. Обыватель, не являющийся уполномоченным сотрудником компании TV Tokyo Corporation, не может квалифицированно характеризовать стороннюю подпись и свидетельствовать о действиях другого лица. Нотариус засвидетельствовал лишь подлинность подписи Л-ны Сунагава. Информация об исключительных правах на интеллектуальные продукты таким свидетельством не предрешается ни в малейшей степени.

Обращается внимание на примечательный момент: нотариусом Токуда Каору совершены 1289 нотариальных действий (по логике подсчета регистрационных номеров оформленных им свидетельств: 1321 минус 32), возможно – только оформление нотариальных свидетельств, за 8 летних рабочих дней (с 5 по 13 июня 2023 года). Это обстоятельство указывает на характерную динамику нотариальной практики в городе Токио в условиях постковидной активности.

Поскольку Министерство иностранных дел Японии не апостилировало первый из этих нотариальных актов – нотариальное свидетельство от 05.06.2023 № 32 (апостиль на нем отсутствует), логичной представляется постановка вопроса о законности совершения этого нотариального свидетельства, его подлинном юридическом значении и правомерности его включения в так называемую подшивку.

ФИО5 Хираока как свидетель, желающий дать показания суду, в нотариальных свидетельствах от 13.06.2023 № 1321 и от 05.06.2023 № 32 под присягой не расписывался. В них имеются подписи только Л-ны Сунагавы, тоже не находящегося под присягой, и нотариуса Токуда Каору.

Неточным (ошибочным) является перевод упомянутых нотариальных актов на русский язык, что должно иметь существенное значение с точки зрения соблюдения требований о языке разбирательства в суде Российской Федерации: в одном случае переводчик при переводе нотариального акта переводит имя японского нотариуса «Токуда Кароу»: «Стр. 1 /Печать нотариуса ТОКУДА Кароу/»; в других случаях (предположительно имя того же нотариуса) – «Токуда Каору»: «ТОКУДА Каору (TOKUDA Kaoru) Нотариус», «Печать нотариуса ТОКУДА Каору» и т.д. Субъект, если он не действует под псевдонимом или анонимно, обязан выступать как в гражданском обороте, так и при осуществлении своих должностных полномочий под своим, а не вымышленным именем. С этой позиции допущенная переводчиком ошибка, если они действительно имеет место, является существенной.

Английский текст аффидевита («Affidavit of TV Tokyo Corporation») переведен на русский язык с указанием в переводе несуществующей (не названной в исходном тексте) компании: «ТВ Токио Холдингз Корпорейшн». Юридические лица также выступают в гражданском обороте под своим наименованием. Если допущена ошибка в переводе, она также существенна – позволяет не только сомневаться в юридической личности организации - правообладателя, но и ставить под сомнение действительный статус указанных в доверенности представителей. Статус представителей по доверенности в совокупности связан с (подшитыми в единый документ) несуществующим аффидевитом, неапостилированнным нотариальным свидетельством и, вероятно, незарегистрированным юридическим лицом – компанией «ТВ Токио Холдингз Корпорейшн».

Принимая во внимание, что заключение специалиста является письменным доказательством и подлежит оценке судом наряду с иными письменными доказательствами, суд первой инстанции не установил оснований для исключения указанного доказательства, о фальсификации которого в порядке статьи 161 АПК РФ истцом не заявлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд первой инстанции обоснованно не принял в качестве допустимых доказательств, подтверждающих право истца на спорные объекты интеллектуальной собственности, свидетельства о регистрации Бюро авторских прав Соединенных Штатов Америки, согласно которым авторами мультипликационного фильма полностью НАРУТО Знакомьтесь. Узумаки Наруто! являются различные лица, в том числе TV TOKYO Corporation.

Судом установлено, что свидетельство о регистрации Бюро авторских прав Соединенных Штатов Америки не отвечает требованиям, которые установлены Гаагской конвенцией, а именно согласно статье 4 «Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов» (Заключена в г. Гааге 05.10.1961) (вступила в силу для России 31.05.1992) (далее по тексту - Гаагская конвенция) предусмотренный в первом абзаце статьи 3 апостиль проставляется на самом документе или на отдельном листе, скрепляемом с документом; он должен соответствовать образцу, приложенному к настоящей Конвенции. Апостиль на названном документе отсутствует.

Более того, отсутствует взаимосвязь свидетельства и приложений к ним, взаимная идентификация документов с приложениями невозможна, поскольку в свидетельствах отсутствует ссылка на то, что к ним существуют приложения, а в приложениях отсутствует указание на то, что эти документы прилагаются к чему-то. Свидетельства содержат надпись: «Page 1 of 2»/«Страница 1 из 2», что означает, что документ состоит из двух страниц, а фактически свидетельство представлено из десятков страниц.

Истцом не даны пояснения относительно подтверждения права на произведения Бюро авторских прав Соединенных Штатов Америки, в то время как местом нахождения иностранной компании TOKYO Corporation (ТВ Токио Корпорэйшн) согласно представленным в материалы дела документам является Япония.

Юридический статус иностранной организации определяется по праву страны, где учреждено юридическое лицо, организация, не являющаяся юридическим лицом по иностранному праву, если иное не предусмотрено нормами Федерального закона (статьи 1202, 1203 ГК РФ).

При этом юридический статус иностранного юридического лица подтверждается, как правило, выпиской из официального торгового реестра страны происхождения. Юридический статус иностранных лиц может подтверждаться иными эквивалентными доказательствами юридического статуса, признаваемыми в качестве таковых законодательством страны учреждения, регистрации, основного места осуществления предпринимательской деятельности, гражданства или места жительства иностранного лица.

При установлении юридического статуса иностранного лица суд может также принимать во внимание открытую информацию в сети «Интернет», размещенную на официальных сайтах уполномоченных иностранных органов по регистрации юридических лиц и содержащую сведения о регистрации юридических лиц.

В материалы дела истцом представлена копия выписки из торгового реестра Японии от 08.12.2023 с нотариально удостоверенным переводом на русский язык, согласно которой Компания «TV TOKYO CORPORATION» зарегистрирована в Японии по адресу г. Токио, Минато-ку, Тораномон, 4-тёмэ, 3-12 под регистрационным номером 0104-01-018940. Компания «TV TOKYO CORPORATION» является частью группы компаний «TV TOKYO HOLDINGS CORPORATION» (далее - «Холдинг»), что подтверждается соответствующей информацией на официальном сайте Холдинга https://www.txhd.co.jp/en/corporate/group/.

Представленные истцом сведения содержат в себе информацию о дате регистрации компании, регистрационном номере, юридическом адресе, статусе, организационно-правовой форме компании.

Судом первой инстанции установлено, что Компания «TV TOKYO CORPORATION» (регистрационный номер 0104-01-018940) учредила Компанию «TV TOKYO CORPORATION» в Великобритании под регистрационным номером FC015682, при этом в 2019 году Компания (регистрационный номер FC015682) сменила название с «TV TOKYO CORPORATION» на «TV TOKYO HOLDINGS CORPORATION».

Из пояснений истца следует, что принадлежность исключительных прав подтверждается свидетельствами о регистрации объектов авторских прав – аудиовизуальных произведений – в Бюро авторского права США (и.Б. Copyright Office), согласно которым истец является автором и обладателем исключительных прав на аудиовизуальные произведения «Naruto/Boruto» и их части соответственно; наиболее ранняя подтвержденная официальными регистрационными документами дата публикации одной из серий аудиовизуального произведения – 15 декабря 2004 года.

Согласно открытым источникам в сети «Интернет», единственным и бесспорным автором и правообладателем персонажа «Наруто/Наруто Узумаки/Naruto Uzumaki» является Масаси Кисимото (упоминание которого в качестве одного из авторов также содержится в представленном истцом Свидетельстве о регистрации № РА 2-431-062).

Так, согласно свободной энциклопедии, популярная мага «Naruto» создана и нарисована японским художником-мангакой Масаси Кисимото, что истцом не отрицается. Произведения и книги данного автора и художника издаются и в настоящее время.

Между тем в Свидетельстве о регистрации № РА 2-431-062 в качестве авторов и заявителей авторских прав указаны 4 разных лица, что уже опровергает содержание представленного в материалы дела аффидевита, в котором идет речь о принадлежности истцу всех авторских прав на последующие аудиовизуальные произведения и их отдельные части в частности персонажей.

В качестве подтверждения принадлежности исключительных прав TV TOKYO Corporation (ТВ Токио Корпорэйшн) истцом представлен скриншот с сайта «Википедия» с информацией о том, что сериал «Наруто» официально транслируется на телеканале TV Tokyo (телекомпания TV TOKYO Corporation ) с 03.10.2002.

Однако согласно данному скриншоту TV TOKYO Corporation (ТВ Токио Корпорэйшн) является телесетью, которая непосредственно транслировала сериал «Наруто» с 03.10.2002.

Согласно статье 1329 ГК РФ организацией эфирного или кабельного вещания признается юридическое лицо, самостоятельно определяющее содержание радио- и телепередач (совокупности звуков и (или) изображений или их отображений) и осуществляющее их сообщение в эфир или по кабелю своими силами или с помощью третьих лиц.

В соответствии со статьей 1330 ГК РФ организации эфирного или кабельного вещания принадлежит исключительное право использовать правомерно осуществляемое или осуществленное ею сообщение в эфир или по кабелю передач в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на сообщение радио или телепередачи), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Организация эфирного или кабельного вещания может распоряжаться исключительным правом на сообщение радио- или телепередачи.

В силу статьи 1332 ГК РФ исключительное право на сообщение радио или телепередачи действует на территории Российской Федерации, если организация эфирного или кабельного вещания имеет место нахождения на территории Российской Федерации и осуществляет сообщение с помощью передатчиков, расположенных на территории Российской Федерации, а также в иных случаях, предусмотренных международными договорами Российской Федерации.

Таким образом, TV TOKYO Corporation (ТВ Токио Корпорэйшн) является телесетью, а именно, организацией эфирного или кабельного вещания.

В силу закона такой организации принадлежит лишь исключительное право использовать правомерно осуществляемое или осуществленное ею сообщение и только в том случае, если организация эфирного или кабельного вещания имеет место нахождения на территории Российской Федерации и осуществляет сообщение с помощью передатчиков, расположенных на территории Российской Федерации. Доказательств того, что истец имеет место нахождения на территории Российской Федерации и осуществляет сообщение с помощью передатчиков, расположенных на территории Российской Федерации истцом не представлено.

Кроме того, на вышеуказанном сайте имеется информация о том, что TV Tokyo не является единственной телесетью данного сериала. В качестве «прочей телевизионной сети» указана такая телесеть как Jetix, также имеется информация о режиссере – Хаято Датэ, студии – Studio Pierrot, лицензиате – Aniplex.

Проанализировав указанную совокупность сведений, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что она не подтверждает факт того, что исключительное право на произведения «Narutu Uzumaki» принадлежит TV TOKYO Corporation (ТВ Токио Корпорэйшн).

Доводы истца о том, что на официальной странице аудиовизуального произведения «Наруто» (https://www.tvtokyo.co.jp/anime/narutoshonen/) указано, что авторские права на аниме-сериал принадлежат истцу, перевод: «(С) Кисимото Масаси «Скотт»/«Сюэйся», «ТВ Токио», «Пиэро», являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно были им отклонены, с учетом того, что данные сведения опровергают факт принадлежности авторских прав на аниме-сериал исключительно истцу.

В соответствии со статьей 1271 ГК РФ правообладатель для оповещения о принадлежащем ему исключительном праве на произведение вправе использовать знак охраны авторского права, который помещается на каждом экземпляре произведения и состоит из следующих элементов: латинской буквы «C» в окружности; имени или наименования правообладателя; года первого опубликования произведения.

На указанном скриншоте имеется знак охраны авторского права «C».

В качестве автора на данном скриншоте указан именно Кисимото Масаси «Скотт»/ «Сюэйся», при этом истец (TV TOKYO Corporation) как автор не указан.

Истцом также представлены скриншоты (титры серии сериала), которые якобы содержат информацию о том, что производителем сериала является истец.

Однако в титрах указан лишь продюсер Каидзима Томоко («ТВ Токио»)». При этом продюсер не является правообладателем персонажа аудиовизуального произведения.

Представленное в материалы дела письмо-подтверждение к сопродюсерскому лицензионному договору от 01.04.2023 между Kabushikigaisha Shueisha и TV Tokyo Corporation не является документом, подтверждающим возникновение и (или) принадлежность исключительного права компании TV TOKYO Corporation на персонажа аудиовизуального произведения аниме-сериала «Наруто» - «Narutu Uzumaki», поскольку указанное письмо составлено к со-продюсерскому, информация о котором в материалах дела отсутствует.

В представленных истцом документах имеются ссылки на наличие у Компании авторских прав на аудиовизуальное произведение (мультипликационный фильм полностью) - НАРУТО Знакомьтесь. Узумаки Наруто!).

Согласно статье 29 Закона об авторских правах Японии, авторское право на кинематографическое произведение принадлежит производителю кинематографического произведения (продюсеру).

Сведения о продюсере (Каидзима Томоко) с подтверждающими документами истцом также не представлено. Сведения о переведенных титрах не обладают признаком достоверности и допустимости доказательств и данный факт не подтверждают.

Следует учесть, что истцом предъявлен иск о взыскании компенсации за нарушение прав на персонаж НАРУТО УЗУМАКИ (NARUTO UZUMAKI).

В соответствии с действующим законодательством Российской Федерации аудиовизуальные произведения (фильмы, мультфильмы), их персонажи и произведения изобразительного искусства являются самостоятельными объектами интеллектуальной собственности (пункт 1 статьи 1225 ГК РФ).

Приведенные нормы предполагают, что правовая охрана предоставляется произведению с учетом формы, в которой выражено его содержание, и позволяют судам в рамках своих полномочий определять, относится ли тот или иной объект к объектам авторского права.

Согласно пункту 4 определения Конституционного Суда Российской Федерации № 1345-О от 18.06.2020 (далее - определение № 1345-О) по запросу Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда о проверке конституционности пунктов 1 и 7 статьи 1259 и статьи 1263 ГК РФ специфика объектов интеллектуальной собственности такова, что одним действием могут быть нарушены исключительные права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации. Данное нарушение может заключаться в выражении нескольких объектов интеллектуальной собственности в одном материальном носителе. Из этого исходит и правоприменительная практика (пункт 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно пункту 2.3 определения № 1345-О при условии, что аудиовизуальное произведение (его части) и вошедшее в него произведение изобразительного искусства имеют самостоятельную объективную форму, одновременное их признание объектами интеллектуальной собственности само по себе не может расцениваться как нарушающее какие-либо конституционные права.

Также при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права именно истцу необходимо указать, право на какой объект интеллектуальной собственности он считает нарушенным, а к  компетенции суда, рассматривающего дело, относится определение того, принадлежит ли это право истцу и нарушено ли оно ответчиком (абзац 2 пункта 3 определения № 1345-О).

Из названного выше свидетельства о регистрации Бюро авторских прав Соединенных Штатов Америки следует, что Компании переданы права на мультипликационный сериал, в связи с чем такие права подлежат самостоятельной защите.

При этом истец обращается с требованием о защите прав на персонаж аудиовизуального произведения, что следует из мотивировочной и просительной частях искового заявления.

Таким образом, в опровержение доводов апеллянта, истец в материалы дела не представил сведения об обстоятельствах возникновения авторского права у конкретного лица (создания спорных произведений) и передачи от данного лица (автора спорных произведений) исключительных прав компании.

Оценив представление в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, в том числе, проанализировав «Affidavit of TV Tokyo Corporation», и нотариальные свидетельства от 13.06.2023 № 1321 и от 05.06.2023 № 32, установив, что последний не отвечает критериям относимости и допустимости доказательств с точки зрения требований, предъявляемых в практике арбитражных судов Российской Федерации к аффидевитам как специфическим способам доказывания, принимая во внимание правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.08.2024 № 302-ЭС24-3009, а также исходя из распределения бремени доказывания по предмету настоящего спора, суд первой инстанции правомерно сделал вывод о недоказанности принадлежности истцу исключительных прав в отношении объектов авторского права, в защиту которых предъявлены рассматриваемые исковые требования.

Настаивая на принадлежности компании исключительных прав в отношении вышеперечисленных объектов авторского права, истец не представил сведений (об истории и дате создания спорных произведений изобразительного искусства (включая идентифицирующие данные произведения сведения), о конкретном авторе, трудовых договорах и прочих соглашениях или иных правовых основаниях, обуславливающих переход прав от автора, а также об условиях использования произведения).

Аргументы истца о том, что ответчик не представил в материалы дела доказательств, опровергающих факт принадлежности компании исключительных прав, подлежат отклонению судом.

Данный довод основан на неверном понимании распределения бремени доказывания, поскольку именно на истце лежит обязанность доказать принадлежность ему исключительного права или иного подлежащего защите права (право на иск).

Между тем, ответчиком представлены доказательства, что произведения, используемые на спорном товаре, является творческими самостоятельными произведениями, исключительное право на которое принадлежит ООО УК «Сима-ленд».

Из материалов дела следует, что работником ООО ТД «Сима-ленд» - ФИО3, в рамках трудового договора от 29.08.2017 при исполнении своих трудовых обязанностей были разработаны произведения, исключительные права на которые были переданы ООО ТД «Сима-ленд» в силу служебного характера объекта, что подтверждается служебным заданием № Р06681 от 09.01.2023,служебным заданием № Р06459/1 от 03.10.2022, актом приема-передачи макетов от 31.01.2023 по служебному заданию № Р06681 от 09.01.2023 и актом приема-передачи макетов от 31.10.2022  по служебному заданию № Р06459/1 от 03.10.2022.

В последующем ООО ТД «Сима-ленд» на основании договоров об отчуждении исключительного права от 31.01.2023 и от 31.10.2022 передало исключительное право на вышеуказанные произведения ООО «Управляющая компания Сима-ленд» с закреплением за собой права использования данных произведений. Правообладателю принадлежит исключительное право на использование Произведений (статья 1270 ГК РФ).

ООО «Управляющая компания «Сима-ленд» 02.05.2023 задепонировало произведения №1, №2, №3, №4, что подтверждается, в том числе, сборником произведений дизайна авторов Коваленко Е.Ю. за январь 2023 года (часть 1) Свидетельством о депонировании произведения № 370 от 02.05.2023.

ООО «Управляющая компания «Сима-ленд», являясь правообладателем указанных произведений, предоставило ООО «Симамарт» право на использование таких произведений любым не противоречащим закону способом. (Согласие от 03.11.2022 и Согласие от 06.02.2023).

Кроме того, истцом не доказано, что произведение - Персонаж «Naruto Uzumaki» является персонажем в смысле пункта 7 статьи 1259 ГК РФ, а именно истцом не подтверждены индивидуализирующие характеристики произведения в качестве персонажа.

Как разъяснено в пункте 82 Постановления № 10, с учетом пункта 3 статьи 1259 ГК РФ, согласно которому охране подлежат произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, под персонажем следует понимать совокупность описаний и (или) изображений того или иного действующего лица в произведении в форме (формах), присущей (присущих) произведению: в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме и др.

Не любое действующее лицо произведения является персонажем в смысле пункта 7 статьи 1259 ГК РФ.

Истец, обратившийся в суд за защитой прав именно на персонаж как часть произведения, должен обосновать, что такой персонаж существует как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности. При этом учитывается, обладает ли конкретное действующее лицо произведения достаточными индивидуализирующими его характеристиками: в частности, определены ли внешний вид действующего лица произведения, характер, отличительные черты (например, движения, голос, мимика, речевые особенности) или другие особенности, в силу которых действующее лицо произведения является узнаваемым даже при его использовании отдельно от всего произведения в целом.

При подтверждении наличия индивидуализирующих характеристик действующего лица его охраноспособность в качестве персонажа (пункт 7 статьи 1259 ГК РФ) презюмируется. Ответчик вправе оспаривать такую охраноспособность.

Охрана авторским правом персонажа произведения предполагает, в частности, что только автору или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать персонаж любым способом, в том числе путем его воспроизведения или переработки (подпункты 1 и 9 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ).

Воспроизведением персонажа признается изготовление экземпляра, в котором используется, например, текст, содержащий описание персонажа, или конкретное изображение (например, кадр мультипликационного фильма), или индивидуализирующие персонажа характеристики (детали образа, характера и (или) внешнего вида, которые характеризуют его и делают узнаваемым).

В последнем случае воспроизведенным является персонаж и при неполном совпадении индивидуализирующих характеристик или изменении их несущественных деталей, если несмотря на это такой персонаж сохранил свою узнаваемость как часть конкретного произведения (например, при изменении деталей одежды, не влияющих на узнаваемость персонажа).

В отношении персонажа произведения не используется понятие сходства до степени смешения. Наличие внешнего сходства между персонажем истца и образом, используемым ответчиком, является лишь одним из обстоятельств, учитываемых для установления факта воспроизведения используемого произведения (его персонажа).

Истец указал, что изображения на товарах ответчика воспроизводят все отличительные характеристики персонажа «Наруто Узумаки», однако данный факт не подтвержден материалами дела (статьи 9, 65 АПК РФ).

В качестве отличительных черт персонажа истец указал: светлые короткие волосы, голубые глаза, черная повязка на лбу, кофта на молнии оранжевого цвета с черным обрамлением вдоль шеи и рукавов, оранжевые спортивные штаны.

Между тем, указанные истцом отличительные черты персонажа «Наруто Узумаки» не позволяют идентифицировать именно этого персонажа и не свидетельствуют о его уникальности.

Многие современные японские персонажи имеют светлые короткие волосы, голубые глаза, повязку на лбу и тд., что подтверждается представленным в материалы дела заключением специалиста от 27.12.2023, в котором также приведены примеры, которые позволяют проследить, что последовательно и широко используемые при создании японских персонажей художественные приемы, как правило, присущие любому герою: заостренные стремительные резкие черты лица, растрепанные и выразительные прически/волосы. При этом, каждый из персонажей (героев) отличается от других лишь аттрибутивностью.

Согласно описанию на сайте «Википедия» по ссылке https://ru.wikipedia.org/wiki/Наруто_Узумаки, Наруто Узумаки – это светловолосый и голубоглазый подросток ниндзя, сын бывшего главы деревни Коноха. На животе Наруто находится печать в виде спирали, которая проявляется, если сконцентрировать чакру.

Таким образом, единственной отличительной характеристикой персонажа «Наруто Узумаки» является его атрибут, а именно печать в виде спирали. Однако ни на одном произведении ответчика такой элемент как печать не содержится.

Довод апелляционной жалобы о наличии в действиях ответчиков переработки интеллектуальной собственности истца со ссылкой на заключение специалиста АНО «Судебная экспертиза» № 995-03.24 от 26.03.2024, подготовленного ФИО7, был предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно признан несостоятельным, поскольку содержит внутренние противоречия.

Используемая методология противоречит исследованию объектов авторского права, объект исследования не определен, равно как и используемые специалистом источники.

При этом специалист ФИО7 не является специалистом в области графики, дизайна, поскольку, согласно представленным документам, является искусствоведом, а именно историком искусств и патентоведом, что относится к области технических решений, а не объектов авторского права.

Довод апелляционной жалобы о неверном выводе суда о необоснованности расчета исковых требований судом апелляционной инстанции рассмотрен и отклонен в силу следующего.

Истец просил взыскать компенсацию за нарушение исключительных прав в размере 4 767 270 руб. 41 коп., в обоснование расчета указал на то, что согласно Лицензионному соглашению, минимальная гарантия составляет          30 000 долларов США.

Минимальная гарантия – невозвратная сумма, та плата, которую получит Лицензиар, вне зависимости от реального срока использования, прибыли Лицензиата, количества использованных объектов интеллектуальной собственности.

Согласно Лицензионному соглашению, стоимость права использования Интеллектуальной собственности составляет 2 748 900 руб. (за 730 дней).

По сведениям истца, продолжительность нарушения исключительных прав 633 дней. Истец просил взыскать с ответчиков № 1,2,4 солидарно компенсацию за нарушение исключительных прав в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель, а именно в размере 2 383 635 руб. (стоимость права использования Интеллектуальной собственности за 633 дня)*2 = 4 767 270 руб. 41 коп.

Таким образом, в рассматриваемом случае компенсация рассчитана истцом на основании подпункта 3 статьи 1301 ГК РФ в размере двукратной стоимости права использования произведения, определенном на основании суммы вознаграждения (минимальной гарантии -30 000 долларов США) на основании лицензионного договора №TVT-02022022 от 22.02.2022 (далее – договор) c ООО «Ай-па» (далее – Лицензиат).

Из условий договора (а именно, Аддендум) следует, что лицензируемая собственность – это элементы анимационных сериалов «Naruto», «Naruto SHippuden», «Boruto», все права на которые принадлежат и находятся в управлении Лицензиара. Лицензируемая собственность включает произведения – рисунки, иллюстрации, визуальные и графические образы и изображения персонажей мультфильма, а также имена персонажей, художественные решения, слоганы, логотипы и иные объекты авторских прав, использованные при создании произведений для мультфильма.

При этом вопреки доводам истца минимальная гарантия в договоре TVT-02022022 от 22.02.2022 в твердом размере не согласована, в тексте договора имеются отсылочные нормы на положения Аддендум. При этом Аддендум не содержит размер указанной суммы.

В связи с чем определить согласованный размер минимальной гарантии по договору №TVT-02022022 от 22.02.2022 не представляется возможный, а природа платежей от 01.04 2022 № 380 на сумму 1 531 402 руб. 09 коп., от 22.03.2022 № 347 на сумму 1 921 959 руб. 68 коп. истцом не раскрыта.

При этом расчет компенсации в нарушение действующего законодательства не соотносится с объектом охраняемого права. Истец в нарушение статей 9, 65 АПК РФ не обосновал размер взыскиваемой суммы в качестве компенсации за нарушение исключительных прав, что также является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно пункту 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Как разъяснено в пункте 61 Постановление от 23.04.2019 № 10 заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц. При этом если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования объекта интеллектуальной собственности, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное его использование тем способом, который использовал нарушитель. В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

Во всех трех лицензионных договорах согласованы разные коммерческие условия, а именно разные суммы минимальных гарантий, разные виды и категории товаров, разные территории распространения, разные лицензионные сроки, разные каналы распространения и т.д, что очевидным образом свидетельствует о зависимости суммы минимальной гарантии от коммерческих условий.

Таким образом, цена в размере 30 000 долларов США (минимальная гарантия по лицензионному договору с ООО «Ай-па») не является ценой, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель, а представленный договор не может являться доказательством, подтверждающим реальную рыночную стоимость права использования.

Таким образом, представленным истцом расчет и представленные лицензионные договоры, не соответствуют критерию «цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель», поскольку разные условия лицензионных договоров, представленных истцом, подтверждают довод о том, они не могут расцениваться как условия, при которых обычно взымается та или иная цена за право, поскольку являются коммерческими, сформированными на основе фактических обстоятельств двух сторон.

Кроме того, надлежащих доказательств исполнения указанных договоров в части выплаты минимальной гарантии в материалы дела не представлено.

Ввиду того что расчет компенсации должен осуществляться исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается, отсутствие доказательств исполнения (оплаты стоимости предоставленного права) лицензионного договора (при наличии соответствующего довода ответчика) исключает возможность его учета в качестве доказательства, подтверждающего реальную стоимость права.

Судом перовой инстанции также обоснованно принято во внимание, что поставщиками товаров через сайт https://www.sima-land.ru/ также являются третьи лица, с которыми истцом заключены лицензионные договоры.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для солидарной ответственности ответчиков.

В обоснование требования о привлечении к солидарной ответственности нескольких ответчиков, истец полагал, что ответчики нарушили его права, действуя совместно.

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 1252 ГК РФ в случае, если одно нарушение исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации совершено действиями нескольких лиц совместно, такие лица отвечают перед правообладателем солидарно.

Как указано в пункте 71 Постановления № 10, положение о солидарной ответственности применяется в случаях, когда нарушение исключительного права имело место в результате совместных действий нескольких лиц, направленных на достижение единого результата. В силу пункта 1 статьи 323 ГК РФ правообладатель вправе требовать уплаты одной компенсации как от всех нарушителей совместно, так и от любого из них в отдельности, причем как полностью, так и в части.

К лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, могут быть применены меры защиты исключительных прав, предусмотренные статьей 1252 ГК РФ, как к лицу, давшему поручение или задание незаконно использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, и лицо, исполнившее такое поручение или задание, перед правообладателем отвечают солидарно, за исключением случаев, когда лицо, действовавшее по поручению или заданию, не знало и не должно было знать о нарушении исключительного права правообладателя. Заявленное к такому лицу требование удовлетворению не подлежит, что не исключает возможности применения к нему иных мер защиты исключительного права, перечисленных в пункте 5 статьи 1250 ГК РФ.

ООО «Симамар» предлагало к продаже спорный товар на торговой площадке www.ozon.ru в соответствии с договором поставки от 10.11.2021, заключенного между ООО ТД «Сима-ленд» и ООО «Симамарт».

По условиям данного договора поставки приобретение соответствующего товара ООО «Симамарт» и его дальнейшая реализация посредством сайта www.ozon.ru осуществлялась только при наличии советующего заказа от покупателя, а именно заявка на поставку товара в адрес ООО «Симамарт» формируется только после получения заказа ответчиком от клиента. Спорный товар вводился в гражданский оборот ООО ТД «Сима-ленд», что подтверждается договором поставки от 10.11.2021 и УПД.

Кроме того, ООО ТД «Сима-ленд» на основании договоров об отчуждении исключительного права передало исключительное право на вышеуказанные произведения ООО «Управляющая компания Сима-ленд» с закреплением за собой права использования данных произведений 31.01.2023 и от 31.10.2022  ООО «Управляющая компания «Сима-ленд» подтвердило право использование спорных произведений ООО «Симамарт» 03.11.2022 и 06.02.2023, что позднее даты производства спорного товара, что также исключает факт производства такого товара именно ООО «Симамарт».

Сами по себе признаки аффилированности обществ единым учредителем не свидетельствуют о совместных скоординированных действиях обществ, квалифицируемых истцом как нарушение его исключительных прав.

Таким образом, судом сделан обоснованный вывод о том, что позиция истца основана на ошибочном толковании норм материального права.

Обстоятельства координации действий одним обществом другого не усматриваются.

С учетом вышеизложенных обстоятельств суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных исковых требований.

30.07.2024 между ТВ Токио Корпорейшн (номер компании о104-01-018940) (цедент) и ООО «СП РАЙТС СЕРВИСЕЗ» (цессионарий) заключен договор цессии для целей взыскания № 300724/06-тв (уступки прав требования), согласно пункту 1.1. которого цедент уступает, а цессионарий принимает все права требования (а также иные связанные требования, в том числе е третьим лицам) цедента к нарушителям/должникам исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности (далее - ОИС), перечисленных в соответствующих приложениях к договору (приложение № 1).

В соответствии с приложением № 1 к договору цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме права требования в отношении, в том числе нарушений по делу № А60-64819/2023 к ООО «УК «Сима-ленд», ООО «Симамарт», ООО ТД «Сима-ленд», ООО «Интернет магазин «Сима-ленд».

В соответствии  с пунктом 3 приложения № 1 к договору стороны пришли к соглашению, что в счет оплаты уступаемых прав требования, перечисленных в пункте 1 приложения, цессионарий перечисляет цеденту 90% от взысканных с нарушителей сумм, уступленных цессионарию. Надлежащим исполнением обязательств цессионария перед цедентом по договору будет перевод денежных средств на нижеуказанные цедентом реквизиты счета третьего лица в рублях.

В связи с заключением договора цессии ТВ Токио Корпорейшн обратилось в суд первой инстанции с заявлением о замене взыскателя на его правопреемника.

Суд первой инстанции, с учетом Указа Президента РФ от 27.05.2022 №322 «О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями», а также вступившего 09.01.2023 в силу Федерального закона от 29.12.2022 № 624-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об исполнительном производстве», согласно которому статья 30 Закона об исполнительном производстве дополнена частью 2.2, устанавливающей обязанность указывать в заявлении о возбуждении исполнительного производства имущественного характера реквизиты банковского счета взыскателя, открытого в российской кредитной организации, или его казначейского счета, на которые следует перечислить взысканные денежные средства, пришел к выводу о том, что переход права требования в материальном правоотношении не может считаться состоявшимся, поскольку договор уступки прав требований между истцом (местонахождение - Япония) и заявителем (местонахождение - Российская Федерация) заключен с целью обхода указанных ограничений на совершение платежей должниками-резидентами в пользу правообладателей, относящихся к недружественным государствам, что противоречит основам публичного порядка Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы о том, что Указ Президента РФ № 322 от 27.05.2022 «О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями», не применяется в отношении истца и основания для признания договора цессии ничтожной сделкой отсутствуют, подлежат отклонению.

Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (пункт 1 статьи 384 ГК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 48 АПК РФ установлено, что в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте.

Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса. В соответствии с пунктом 2 статьи 389.1 ГК РФ требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Из представленного договора уступки прав требования усматривается, что требование ТВ Токио Корпорейшн обусловлено осуществлением правопреемства на стадии исполнения обязательства.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские нрава. В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из разъяснений Верховного Суда РФ содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» (далее - Постановление № 25) добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 7 Постановления № 25 указано, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 ГК РФ.

Таким образом, реальность обязательств по сделке не исключает право суда отказать в удовлетворении требований, основанных на сделке, если целью ее совершения являлся обход запретов и ограничений, установленных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма; законодательством о банках и банковской деятельности; валютным законодательством и т.п. (пункт 9 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020).

С учетом изложенных обстоятельств, судом сделан верный вывод о том, что переход права требования в материальном правоотношении не может считаться состоявшимся.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 05.03.2022 № 430-р утвержден перечень иностранных государств, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации, граждан Российской Федерации или российских юридических лиц, в число которых вошла Япония.

Указом Президента РФ от 27.05.2022 № 322 «О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями» ограничительные (политические и экономические) меры, введенные против Российской Федерации, физических и юридических лиц, в том числе банков.

Одной из таких мер является установление специального порядка оплаты резидентами (далее – должники) денежных обязательств, связанных с использованием ими результатов интеллектуальной деятельности и (или) средств индивидуализации (далее – обязательства), исключительные права на которые принадлежат иностранным правообладателям, являющимся иностранными лицами, связанными с иностранными государствами, которые совершают в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц и физических лиц недружественные действия.

В соответствии с указанным порядком в целях исполнения обязательств перед правообладателями, должник, уплачивает вознаграждение, платежи, связанные с осуществлением и защитой исключительных прав, принадлежащих правообладателю, и другие платежи, в том числе неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции (далее – платежи), путем перечисления средств на специальный рублевый счет типа «О», открытый должником в уполномоченном банке на имя правообладателя и предназначенный для проведения расчетов по обязательствам.

Установленный Указом № 322 порядок подлежит применению со дня его официального опубликования (27.05.2022).

Коме того, 09.01.2023 вступил в силу Федеральный закон от 29.12.2022 № 624-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об исполнительном производстве» (далее - Закон №624-ФЗ), согласно которому статья 30 Закона об исполнительном производстве дополнена частью 2.2, устанавливающей обязанность указывать в заявлении о возбуждении исполнительного производства имущественного характера реквизиты банковского счета взыскателя, открытого в российской кредитной организации, или его казначейского счета, на которые следует перечислить взысканные денежные средства.

Несоответствие заявления взыскателя требованиям части 2.2 статьи 30 Закона об исполнительном производстве согласно пункту 1 части 1 статьи 31  названного Закона является основанием для отказа в возбуждении исполнительного производства.

Сведений о наличии у истца банковского счета, открытого в российской кредитной организации, или его казначейского счета, на которые следует перечислить взысканные денежные средства, суду не представлено, что с учетом правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.09.2024 №301-ЭС24-9556 по делу №А39-4658/2023, является достаточным основанием для отказа в возбуждении исполнительного производства и исключает возможность принудительного исполнения судебного акта в настоящий момент.

В этой связи суд первой инстанции верно установил, что договор уступки прав требований между истцом (местонахождения – Япония) и заявителем (местонахождения – Российская Федерация) заключен с целью обхода указанных ограничений на совершение платежей должниками-резидентами в пользу правообладателей, относящихся к недружественным государствам, что противоречит основам публичного порядка Российской Федерации.

При всех изложенных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о процессуальном правопреемстве.

Доводы заявителя жалобы об отсутствии оснований для отказа в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве судом апелляционной инстанции проверены и отклонены как основанные на неверном толковании норм материального права.

Судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

В соответствии со статьёй 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы возлагаются на её заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 27 декабря 2024 года по делу № А60-64819/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Л.В. Клочкова


Судьи


М.В. Бородулина


В.Ю. Назарова