Постановление от 16 октября 2025 г. по делу № А70-4478/2024

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-4478/2024
17 октября 2025 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 17 октября 2025 года.

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Самович Е.А., судей Губиной М.А., Дубок О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Лепехиной М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-6007/2025) ФИО1 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 17.06.2025 по делу № А70-4478/2024 (судья Никонова А.С.), вынесенное по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего ФИО2 о результатах проведения процедуры реализации имущества гражданина, ходатайства о завершении процедуры реализации имущества гражданина, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: гор. Орёл, ИНН <***>, СНИЛС <***>),

в отсутствие в судебном заседании лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащих образом о времени и месте судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее – должник) обратилась в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании ее несостоятельным (банкротом), просит ввести в отношении должника процедуру реализации имущества, утвердить финансового управляющего из числа членов саморегулируемой организации «Ассоциации арбитражных управляющих «Паритет».

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 11.03.2024 заявление принято к производству, назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 07.05.2024 должник признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утверждён ФИО2.

Соответствующая публикация произведена в газете «Коммерсантъ» № 143(7833) от 10.08.2024.

Срок процедуры реализации продлевался.

18.04.2025 в материалы дела от финансового управляющего поступило ходатайство, в котором он просил:

– завершить процедуру реализации имущества должника, освободить должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина;

– выплатить с депозитного счета Арбитражного суда Тюменской области финансовому управляющему вознаграждение в размере 25 000 руб.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 17.06.2025 в отношении ФИО1 завершена процедура реализации имущества гражданина; правила об освобождении от исполнения обязательств перед индивидуальным предпринимателем ФИО3 в части непогашенных требований к должнику не применены; в остальной части ФИО1 освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина, за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктами 5 и 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина; с депозитного счета Арбитражного суда Тюменской области перечислены денежные средства в размере 25 000 руб., поступившие по платежному поручению от 04.08.2023 № 826409 на выплату вознаграждения финансовому управляющему ФИО2 за проведение процедуры реализации имущества гражданина.

Несогласие с указанным судебным актом обусловило обращение ФИО1 в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой должник просила определение Арбитражного суда Тюменской области от 17.06.2025 отменить в части неосвобождения должника ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств перед индивидуальным предпринимателем ФИО3 в части непогашенных требований.

Апелляционная жалоба её подателем аргументирована тем, что выводы, отраженные в определении суда первой инстанции, нарушают основополагающие принципы права. Так в соответствии с пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) действует презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений. Суд первой инстанции необоснованно истолковал действия должника как недобросовестные, не приведя ни одного весомого довода.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве отказ в освобождении допускается только при доказанном умысле на уклонение от исполнения обязательств. Как отмечает апеллянт, суд первой инстанции не установил:

– целенаправленного уклонения от погашения задолженности; – факта сокрытия имущества;

– умышленного уничтожения имущества.

В ходе вынесения определения судом первой инстанции был нарушен баланс интересов должника и кредитора.

Ситуация должника характеризуется следующими факторами: – отсутствие официального трудоустройства и дохода;

– наличие несовершеннолетнего ребенка на иждивении; – единственная доля в квартире (1/3), являющаяся единственным жильем;

– невозможность формирования конкурсной массы из-за отсутствия имущества для реализации.

Из вышеуказанных факторов следует, что должник и так находится в затрудненном финансовом положении, а вынесенное определение в части

неосвобождения должника ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств перед индивидуальный предпринимателем ФИО3 создаёт дополнительные финансовые трудности для должника, в связи с которыми должник и обратился в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве). Более того, в соответствии с нормами Закона о банкротстве у должника в течении 5 лет нет возможности для повторной подачи заявления.

По мнению должника, судом также не учтен социально-реабилитационный аспект процедуры банкротства.

Институт банкротства направлен на: – реабилитацию добросовестных должников; – восстановление платежеспособности;

– обеспечение баланса интересов всех участников процесса.

Таким образом, в рассматриваемом случае при неосвобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед индивидуальным предпринимателем ФИО3 теряется смысл проведения самой процедуры банкротства, направленной на стабилизацию финансового положения гражданина, обратившегося с заявлением в суд.

В ходе рассмотрения дела, согласно позиции должника, допущены следующие процессуальные нарушения:

– пропущен срок для установления залога (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя»);

– отсутствие должной оценки финансового положения должника; – игнорирование принципа соразмерности ответственности.

Апеллянтом отмечено, что довод о пропуске срока для установления статуса залогового кредитора имеет отражение в вынесенном определении Арбитражного суда Тюменской области от 05.04.2025 об отказе в удовлетворении заявления индивидуального предпринимателя ФИО3 как утратившего право. Данное определение также подтверждает отсутствие основания для неприменения правила об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед индивидуальным предпринимателем ФИО3

Также в ходе переуступки прав требований и взыскания задолженности должник не была уведомлена надлежащим образом о следующих действиях:

– о заключении договора цессии между обществом с ограниченной ответственностью «Холдинг Солнечный» (далее – ООО «Холдинг Солнечный») и индивидуальным предпринимателем ФИО4;

– о последующей цессии между индивидуальным предпринимателем ФИО4 и индивидуальным предпринимателем ФИО3;

– о вынесении решения Нижнетавдинским районным судом Тюменской области;

– о вынесении решения о замене взыскателя на индивидуального предпринимателя ФИО3

Данное обстоятельство, по мнению должника, нарушает её права, гарантированные нормами действующего законодательства, и лишило должника возможности своевременно реагировать на изменение обстоятельств дела.

Податель апелляционной жалобы указывает, что финансовым управляющим был осуществлен анализ действий должника. В своем отчете финансовый управляющий подтвердил:

– отсутствие признаков преднамеренного банкротства; – отсутствие признаков фиктивного банкротства;

– полное содействие процедуре банкротства.

Сделанные выводы указывают на добросовестное поведение должника как в ходе процедуры банкротства, так и до неё.

Таким образом, по заключению ФИО1 сделанный судом первой инстанции вывод не имеет под собой никакого правового обоснования и сделан без учета мнения финансового управляющего.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2025 данная апелляционная жалоба принята к производству, назначена к рассмотрению в судебном заседании суда апелляционной инстанции на 14.10.2025.

06.10.2025 от индивидуального предпринимателя ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором он просил в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО1 отказать в полном объеме, рассмотреть апелляционную жалобу ФИО1 в отсутствие кредитора.

Ввиду наличия доказательств заблаговременного направления отзыва иным участвующим в деле лицам процессуальный документ совместно с представленными с ним документами приобщён к материалам дела.

Лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений статьи 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

От лиц, участвующих в деле, не поступило возражений относительно проверки законности и обоснованности судебного акта в обжалуемой части.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ (пункт 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257 – 262, 266, 270, 272 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции установил следующее.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и статьёй 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Согласно положениям пунктов 1 и 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина

с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проанализировать действия финансового управляющего по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника.

Во исполнение обязанностей, предусмотренных статьей 129 Закона о банкротстве, финансовым управляющим должника были предприняты меры по выявлению (поиску) имущества должника, а именно направлены запросы в компетентные органы, осуществляющие учет транспортных средств, регистрацию прав на недвижимое имущество по месту нахождения должника, проведена опись имущества.

Из отчета финансового управляющего усматривается следующее.

Должник не трудоустроен, дохода не имеет, в браке не состоит, имеет на иждивении одного несовершеннолетнего ребенка.

У должника имеется квартира, расположенная по адресу: <...>, площадь 12,8 кв. м, 1/3 доли (единственное пригодное для проживания жильё).

В конкурсную массу денежные средства не поступали, конкурсная масса не сформирована.

Требования кредиторов первой и второй очередей отсутствуют, размер требований кредиторов третьей очереди согласно реестру составил 1 159 541 руб. 74 коп., удовлетворено требований кредиторов на сумму 0 руб. (0 %).

Текущие обязательства должника (за исключением вознаграждения финансового управляющего) составили 11 181 руб. 35 коп., удовлетворено требований кредиторов на сумму 0 руб. (0 %).

На основании проверки наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, проведенной в процедуре, сделаны выводы:

– об отсутствии признаков преднамеренного банкротства; – об отсутствии признаков фиктивного банкротства.

В силу пункта 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Рассмотрев отчет финансового управляющего, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина и иные документы, учитывая осуществление финансовым управляющим мероприятий процедуры банкротства, суд первой инстанции пришёл к выводу о необходимости завершения процедуры реализации имущества гражданина в отношении ФИО1 на основании статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В этой части судебный акт ФИО1 не обжалуется.

В ходе рассмотрения вопроса о завершении процедуры реализации имущества гражданина судом не установлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии оснований для освобождения ФИО1 от исполнения обязательств перед индивидуальным предпринимателем ФИО3 в части непогашенных требований к должнику.

Обстоятельств, предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, в отношении остальных кредиторов судом не установлено.

Судебная коллегия соглашается с данным выводом суда первой инстанции ввиду следующего.

Индивидуальным предпринимателем ФИО3 заявлено о неприменении в отношении должника правил об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств, в обоснование чего указано на отчуждение транспортного средства, являющегося предметом залога.

Финансовым управляющим оснований для не освобождения должника от обязательств не установлено.

Согласно общему правилу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктом 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45) освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в абзаце четвертом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2017 № 304-ЭС16-14541 по делу № А70-14095/2015 закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников, а также о недопустимости банкротства лиц, испытывающих временные затруднения, направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ.

Указанное соответствует правовой позиции, отраженной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017, согласно которой в ситуации, когда действительно будет установлено недобросовестное поведение должника, суд в соответствии со статьей 213.28 Закона о банкротстве и с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении № 45, вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение правил об освобождении гражданина от исполнения долговых обязательств.

В пункте 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве закреплена обязанность гражданина предоставлять финансовому управляющему по его требованию любые сведения о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве гражданина сведения в течение пятнадцати дней с даты получения требования об этом.

При неисполнении гражданином указанной обязанности финансовый управляющий направляет в арбитражный суд ходатайство об истребовании доказательств, на основании которого в установленном процессуальным законодательством порядке арбитражный суд выдает финансовому управляющему запросы с правом получения ответов на руки.

Сокрытие имущества, имущественных прав или имущественных обязанностей, сведений о размере имущества, месте его нахождения или иных сведений об имуществе, имущественных правах или имущественных обязанностях, передача имущества во владение другим лицам, отчуждение или уничтожение имущества, а также незаконное воспрепятствование деятельности финансового управляющего, в том числе уклонение или отказ от предоставления финансовому управляющему сведений в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, передачи финансовому управляющему документов, необходимых для исполнения возложенных на него обязанностей, влечет за собой ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства, как верно отмечено апеллянтом, является социальная реабилитация гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие, помимо прочего, честное сотрудничество с кредиторами.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Как следует из материалов дела, 19.06.2024 индивидуальный предприниматель ФИО3 обратился в суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 795 245 руб. 91 коп., из которых:

– 229 731 руб. 54 коп. – сумма невозвращённого основного долга по состоянию на 04.07.2019;

– 345 514 руб. 37 коп. – сумма неоплаченных процентов по ставке 17,90 % годовых по состоянию на 07.10.2022;

– 220 000 руб. – неустойка в размере 200 руб. за каждый день просрочки уплаты основного дола по кредиту по состоянию на 07.10.2022.

В обоснование заявленного требования кредитор указал, что публичным акционерным обществом «Плюс Банк» (далее – ПАО «Плюс Банк») и ФИО5 заключён кредитный договор <***> от 09.11.2013 (далее – договор) для приобретения автомобиля Nissan Liberty 1999 года выпуска, VIN: отсутствует.

Согласно условиям договора автомобиль Nissan Liberty 1999 года выпуска, передан в залог банку в обеспечение обязательств по кредиту.

В соответствии с условиями договора банк обязался предоставить должнику денежные средства на условиях возвратности, платности, срочности, обеспеченности исполнения обязательств в сумме 252 926 руб. на срок до 09.11.2017, из расчета 17,90 % годовых.

Между ПАО «Плюс Банк» и ООО «Холдинг Солнечный» был заключен договор уступки прав требований (цессии) № 2016/01-Ц от 25.03.2016.

22.03.2021 было изменено наименование ПАО «Плюс Банк» на публичное акционерное общество «Квант Мобайл Банк» (далее – ПАО «Квант Мобайл Банк»); 14.06.2022 деятельность ПАО «Квант Мобайл Банк» была прекращена путем реорганизации в форме присоединения к «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (акционерное общество) (далее – «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (АО)). Таким образом, «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (АО) является правопреемником ПАО «Плюс Банк».

Между ООО «Холдинг Солнечный» и индивидуальным предпринимателем ФИО4 заключен договор уступки прав требования № 90783-ОТПП/2 от 16.08.2022 . Уступка прав требования состоялась.

Между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и индивидуальным предпринимателем ФИО4 был заключен договор уступки

прав требований (цессии) № 22122023-ПБ от 22.12.2023. Уступка прав требования состоялась.

На основании указанного договора к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (новый кредитор) перешло право требования задолженности к должнику по кредитному договору, заключенному с ПАО «Плюс Банк» в том числе право на взыскание суммы основного долга, процентов, неустойки и прочее.

04.10.2023 Нижнетавдинским районным судом Тюменской области было принято заочное решение по делу № 2-610/2023 о взыскании в пользу индивидуального предпринимателя ФИО4 задолженности по кредитному договору <***> от 09.11.2013 с должника ФИО6 в размере 795 245 руб. 91 коп., из которых: 229 731 руб. 54 коп. – сумма невозвращенного основного долга по состоянию на 04.07.2019; 345 514 руб. 37 коп. – сумма неоплаченных процентов по ставке 17,90 % годовых по состоянию на 07.10.2022; 220 000 руб. – неустойка в размере 200 руб. за каждый день просрочки уплаты основного дола по кредиту по состоянию на 07.10.2022; проценты по ставке 17,90 % годовых на сумму основного долга в размере 229 731 руб. 54 коп. за период с 08.10.2022 по дату фактического погашения задолженности, неустойка в размере 200 рублей за каждый день просрочки уплаты основного дола по кредиту за период с 08.10.2022 по дату фактического погашения задолженности.

Этим же судебным актом обращено взыскание на предмет залога – Nissan Liberty 1999 года выпуска.

09.04.2024 Нижнетавдинским районным судом Тюменской области было вынесено определение о замене взыскателя по делу № 2-610/2023 на индивидуального предпринимателя ФИО3

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 25.09.2024 требование ФИО3 в размере 795 245 руб. 91 коп., из которых: 229 731 руб. 54 коп. – сумма невозвращенного основного долга по состоянию на 04.07.2019; 345 514 руб. 37 коп. – сумма неоплаченных процентов по ставке 17,90 % годовых по состоянию на 07.10.2022; 220 000 руб. неустойка в размере 200 руб. за каждый день просрочки уплаты основного дола по кредиту, по состоянию на 07.10.2022, признано обоснованным и включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника ФИО1

04.02.2025 индивидуальный предприниматель ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать его требование в размере 795 245 руб. 91 коп. к должнику ФИО1 как обеспеченное залогом транспортного средства – Nissan Liberty, 1999 года выпуска.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 05.04.2025 (резолютивная часть определения объявлена 24.03.2025) в удовлетворении заявления индивидуального предпринимателя ФИО3 о признании за установленным и включенным в реестр требований кредиторов требованием в размере 795 245 руб. 91 коп. статуса залогового отказано.

Основанием для отказа в установлении залога послужило отчуждение должником спорного транспортного средства.

Факт отчуждения транспортного средства должником подтверждается.

Согласно представленным 26.02.2025 Управлением Министерства внутренних дел Российской Федерации по Тюменской области в материалы дела сведениям право собственности на транспортное средство Nissan Liberty, 1999 года выпуска, за должником не зарегистрировано, соответствующая запись регистрации произведена 12.04.2022, в настоящее время собственником указанного транспортного средства является ФИО7

При этом, судебная коллегия отмечает, при обращении в суд с заявлением о признании банкротом должник в представленной описи имущества не отразил факт наличия у неё транспортного средства.

Таким образом, из материалов дела следует, что должник реализовал предмет залога третьему лицу в отсутствие согласия залогодержателя, и не погасил при этом залоговые обязательства за счет полученных денежных средств.

Согласно пункту 1 статьи 345 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по соглашению залогодателя и залогодержателя предмет залога может быть заменен другим имуществом. В соответствии с пунктом 4 статьи 345 Гражданского кодекса Российской Федерации если предмет залога погиб или поврежден по обстоятельствам, за которые залогодержатель не отвечает, залогодатель в разумный срок вправе восстановить предмет залога или заменить его другим равноценным имуществом при условии, что договором не предусмотрено иное.

Доказательства, подтверждающие замену утраченного залогового имущества на равноценное имущество в равной сумме, приобретения иного имущества взамен реализованного, либо передачи индивидуальному предпринимателю ФИО3 (правопредшественникам) денежных средств, полученных от реализации залогового имущества, в материалы дела не представлены.

Юридически значимым обстоятельством является факт получения кредита для приобретения автомобиля лично должником, неисполнение им кредитных обязательств и передача управления (распоряжения) предметом залога третьему лицу без соответствующего контроля и уведомления об этом кредитной организации.

Таким образом, должник не принял меры по обеспечению сохранности транспортного средства, являющегося предметом залога в соответствии с условиями договора залога имущества, а также не известил залогодержателя о факте передачи управления (распоряжения) предметом залога.

Непринятие мер должником по обеспечению сохранности предмета залога повлекло нарушение прав кредитора.

Таким образом, фактически не обеспечив сохранность залогового имущества, должник тем самым злоупотребил своими правами, что прямо запрещено пунктом 1 статьи 10 ГК РФ. Действия должника образуют правонарушение, предусмотренное статьей 10 ГК РФ. Такое поведение должника не может быть признано судом добросовестным и разумным с точки зрения обычного гражданского оборота, что отрицательно характеризует личность должника. При этом должником не приведено каких-либо разумных обоснований, оправдывающих такие действия.

Непередача должником финансовому управляющему имущества для эффективного проведения мероприятий процедуры реализации имущества должника, пополнения конкурсной массы также свидетельствует о недобросовестном поведении должника в ходе процедуры банкротства.

С учетом изложенного действия должника, заключающиеся в отчуждении предмета залога, следует расценивать как волевые недобросовестные, повлекшие причинение вреда имущественным интересам кредитора.

Кроме того, финансовый управляющий, а также суд не были поставлены должником в известность о наличии у неё обязательств перед ПАО «Плюс Банк», обеспеченных залогом имущества – транспортного средства.

Доказательства отсутствия у ФИО1 реальной возможности в предоставлении соответствующей информации, её добросовестного заблуждения в значимости данной информации для решения вопросов по делу о банкротстве в материалах дела отсутствуют.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых

вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя», если залоговый кредитор предъявил свои требования к должнику или обратился с заявлением о признании за ним статуса залогового кредитора по делу с пропуском срока, установленного пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве, он не имеет специальных прав, предоставляемых залогодержателям Законом о банкротстве (право определять порядок и условия продажи заложенного имущества в конкурсном производстве и др.).

Следует отметить, что юридически значимым для разрешения вопроса об освобождении/неосвобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, вопреки мнению апеллянта, пропуск кредитором срока, установленного пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве, на обращение с заявлением о признании за ним статуса залогового кредитора не является, поскольку указанное лишь влечёт для последнего утрату в процедуре банкротства должника статуса залогового кредитора. На добросовестность (недобросовестность) должника, что как раз таки принципиально важно в настоящем случае, несовременная подача кредитором заявления, во всяком случае, не влияет.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение от долгов не применяется, если будет установлено, что неудовлетворенность требований кредиторов наступила вследствие противоправных действий должника. В процессе банкротства физического лица должник обязан раскрывать все сведения об имуществе и доходах. Сокрытие имущества является прямым нарушением этой обязанности и расценивается как противоправное действие.

Стоит отметить, что Верховный Суд Российской Федерации разъяснил нижестоящим судам, что законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства. Освобождение должника от исполнения обязательств не является правовой целью банкротства гражданина, напротив данный способ прекращения исполнения обязательств должен применяться в исключительных случаях. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие, помимо прочего, честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом. Неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования. Подобное поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.

Изложенные обстоятельства исключают возможность признания действий должника добросовестными и освобождения его от обязательств перед индивидуальным предпринимателем ФИО3

Иные доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с оценкой судом первой инстанции представленных в дело доказательств и не свидетельствуют о незаконности выводов суда первой инстанции.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены в обжалуемой части в соответствии со статьей 270 АПК РФ апелляционная инстанция не усматривает.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы судом не рассматривался, поскольку в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации должник освобожден от уплаты государственной пошлины, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы не уплачивалась.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 17.06.2025 по делу № А70-4478/2024 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий Е.А. Самович

Судьи М.А. Губина

О.В. Дубок