Постановление от 8 июля 2018 г. по делу № А53-8486/2017

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-8486/2017
город Ростов-на-Дону
08 июля 2018 года
15АП-6539/2018

15АП-7277/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 08 июля 2018 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.

судей А.Н. Стрекачёва, Д.В. Николаева

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

ФИО2,

от ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 30.05.2017,

от ФИО5: представитель ФИО6 по доверенности от 15.09.2016, представитель ФИО7 по доверенности от 15.09.2016,

от ФИО11: представитель ФИО8 по доверенности от 05.06.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3 и ФИО5

на определение Арбитражного суда Ростовской области от 18.04.2018 по делу № А53-8486/2017

по заявлению финансового управляющего ФИО9 о признании недействительными сделок, применении последствий недействительности сделок,

ответчик: ФИО2,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО11,принятое судьей Абраменко Р.А.

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО11 (далее - должник) в Арбитражный суд Ростовской области обратился финансовый управляющий должника ФИО9 с заявлениями:

о признании недействительным договора уступки прав (цессии) от 22.09.2014 по договору займа № 11/02/2 от 11.02.2014, заключенного между ФИО11 и ФИО10; применении последствий недействительности сделки;

о признании недействительным договора уступки прав (цессии) от 22.09.2014 по договору займа № 05/09/2 от 05.09.2014, заключенного между ФИО11 и ФИО10; применении последствий недействительности сделки;

о признании недействительным договора уступки прав (цессии) от 22.09.2014 по договору займа № 12/08/2 от 05.09.2014, заключенного между ФИО11 и ФИО10; применении последствий недействительности сделки;

о признании недействительным договора уступки прав (цессии) от 22.09.2014 по договору займа № 15/09/2 от 15.09.2014 на сумму 450 000 руб., заключенного между ФИО11 и ФИО10; применении последствий недействительности сделки.

Протокольным определением от 06.03.2018 заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.04.2018 по делу № А53-8486/2017 в удовлетворении ходатайств кредитора ФИО5 об истребовании документов и о назначении судебной экспертизы отказано. В удовлетворении ходатайства должника о прекращении производства по заявлениям отказано. В удовлетворении заявлений о признании сделок должника недействительными отказано. С ФИО11 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина по заявлениям в размере 24 000 руб.

Не согласившись с определением суда от 18.04.2018 по делу № А53-8486/2017, кредиторы ФИО3 и ФИО5 обратились в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Апелляционная жалоба ФИО3 мотивирована тем, что суд первой инстанции нарушил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Апеллянт не согласен с выводом суда об отсутствии признаков неплатежеспособности у должника на момент заключения спорных сделок. По мнению апеллянта, должником допущено злоупотребление правом. Ответчик не представил надлежащие доказательства, подтверждающие оплату уступленного права. По мнению апеллянта, суд необоснованно принял во внимание обстоятельства, установленные в рамках дела №А53-23444/2016 при рассмотрении заявления ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов ООО «Ростстройбетон». Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы давности изготовления договоров цессии, поскольку данным доказательством можно было подтвердить, что оспариваемые сделки совершены в более поздний период, чем указано в договорах, и должник был осведомлен о наличии неисполненных обязательств перед новым кредитором.

Апелляционная жалоба ФИО5 мотивирована тем, что суд первой инстанции нарушил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Апеллянт указал, что спорные сделки могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ, поскольку совершены до 01.10.2015. По мнению подателя жалобы, ответчиком не представлены достоверные доказательства передачи денежных средств в размере 5 590 000 руб. должнику в качестве оплаты по спорным договорам, а так же доказательства расходования указанных денежных средств должником. Письменные объяснения сторон не являются допустимыми доказательствами расчетов по сделкам. По мнению апеллянта, должником допущено злоупотребление правом, поскольку сделки совершены в условиях неплатежеспособности должника и при отсутствии равноценного встречного предоставления. По мнению апеллянта, вывод суда первой инстанции о том, что решение Ворошиловского районного суда г. Ростова-на-Дону от 16.05.2017, которым было отказано в удовлетворении иска ФИО3 о признании договоров цессии от 22.09.2014 недействительными имеет преюдициальное значение для настоящего спора, является необоснованным.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ростовской области от 18.04.2018 по делу № А53-8486/2017 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 просит обжалованный судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, считает выводы суда соответствующими установленным по делу обстоятельствам и нормам Закона о банкротстве.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали свои правовые позиции по спору.

В суде апелляционной инстанции ФИО5 заявил ходатайство о назначении экспертизы по обособленному спору.

Просил поставить на разрешение экспертов следующие вопросы:

1. Соответствует ли время выполнения документа - договора уступки прав (цессии) от 22 сентября 2014 г. по договору займа №11/02/2 от 11.02.2014 дате, указанной в нём? Если не соответствует, то в какой период выполнен данный документ (подпись ФИО11)?

2. Имеются ли признаки искусственного воздействия на тексты указанных документов, направленные на ускорение «устаревания» текстов (подписей)?

Ходатайство мотивировано тем, что имеются основания полагать, что сделки заключены не 22.09.2014, а в более поздний период. Факт заключения сделок после 01.10.2015 позволит оспорить их по специальным основаниям, предусмотренным нормами Закона о банкротстве, и свидетельствует об осведомленности должника о наличии у него неисполненного обязательства перед ФИО3

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что оно не подлежит удовлетворению, принимая во внимание нижеследующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Суд назначает экспертизу, если вопросы права не могут быть им решены без оценки фактов, для которых требуются специальные познания.

Заявляя ходатайство о назначении экспертизы с целью установления давности изготовления договора уступки прав (цессии) от 22.09.2014 по договору займа №11/02/2 от 11.02.2014, заявитель не обосновал необходимость проведения данного исследования, не заявил о фальсификации данного документа, не указал обстоятельства, позволяющие усомниться в достоверности указанного соглашения.

Суд апелляционной инстанции полагает, что достоверность указанного документа можно проверить на основании исследования совокупности имеющихся в деле доказательств и установленных по делу обстоятельств.

Так, из материалов дела следует, что 11.02.2015 истек срок возврата займа по договору №11/02/2 от 11.02.2014, в связи с чем, между ФИО2 и ООО «Ростстробетон» в лице директора ФИО12 было подписано дополнительное соглашение №2 к договору займа №11/02/2 от 11.02.2014, согласно которому срок возврата займа продлен до 31.12.2015.

Факт заключения ФИО10 10.02.2015 дополнительного соглашения к договору займа №11/02/2 от 11.02.2014 свидетельствует о том, что на указанную дату (10.02.2015) уже произошла замена стороны в обязательстве - ФИО11 на нового кредитора ФИО2, и новый кредитор реализовывал свои права по договору займа.

Таким образом, имеются основания полагать, что договоры уступки права требования от 22.09.2014 заключены ранее 10.02.2015.

Кроме того, в договоре уступки права требования от 22.09.2014 по договору займа №11/02/2 от 11.02.2014 указано, что он заключен между ФИО11 (цедент) и ФИО10 (цессионарий). В договоре указана фамилия нового кредитора до замужества и после замужества, брак зарегистрирован 19.09.2014, при этом указаны старые паспортные данные ФИО13, поскольку замена паспорта в связи с изменением фамилии произведена 24.03.2015.

Данное обстоятельство также косвенно свидетельствует о том, что договор уступки прав (цессии) от 22.09.2014 по договору займа №11/02/2 от 11.02.2014 заключен не ранее даты замены паспорта – 24.03.2015.

В суде апелляционной инстанции ФИО2 пояснила, что интерес к деятельности ООО «Ростстройбетон» был связан с желанием вести бизнес, этим обстоятельством обусловлена уступка права требования по договорам займа от ФИО11 к ФИО2 О намерениях ФИО2 было известно ФИО5, и имелась договоренность о том, что он введет ФИО2 в состав учредителей ООО «Ростстройбетон». Сведения о ФИО2 как об учредителе ООО «Ростстройбетон» (доля участия 50 %) внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 13.10.2015. Как пояснила ФИО2, вхождение ее в состав учредителей только в октябре 2015 года было обусловлено личными обстоятельствами и состоянием здоровья.

Вступившим в законную силу Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2017 по делу А53-23444/2016 (принят по заявлению ФИО2 о включении ее требований в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Ростстройбетон») установлено, что сумма займа в размере 5 590 000 руб., право требования которой ФИО11 передал своей дочери ФИО2 по оспариваемым договорам уступки прав требования от 22.09.2014, отражена в бухгалтерском учете ООО «Ростстройбетон» по счету 66 «краткосрочные заемные средства» как задолженность перед ФИО2

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для назначения экспертизы по обособленному спору с целью установления даты подписания договоров уступки прав требования от 22.09.2014, так как не имеется объективных данных, свидетельствующих о том, что договоры уступки права требования были заключены ранее 01.10.2015 и могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным нормами Закона о банкротстве.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 24.04.2017 заявление ФИО3 о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.08.2017 требование ФИО3 признано обоснованным. В отношении ФИО11 введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан - реструктуризация долгов гражданина. Финансовым управляющим ФИО11 утвержден арбитражный управляющий ФИО9.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 19.04.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком до 19.09.2018. Финансовым управляющим ФИО11 утвержден ФИО9.

Финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлениями о признании недействительными сделок должника и применении последствий недействительности сделок.

В обоснование заявлений финансовый управляющий указал, что оспариваемые договоры заключены в период неплатежеспособности должника с учетом наличия у последнего просроченной задолженности перед ФИО3 В связи с этим, финансовый управляющий просил признать оспариваемые договоры недействительными.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленного требования, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ).

Поскольку спорные договоры заключены 22.09.2014, то есть до 01.10.2015, должник на момент совершения сделки не являлся индивидуальным предпринимателем, по своему характеру сделки не являются предпринимательскими, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что договоры уступки прав требования (цессии) от 22.09.2014 могут быть оспорены только на основании статьи 10 ГК РФ, а не по специальным основаниям, предусмотренным нормами Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на дату заключения спорной сделки) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из приведенных правовых норм под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие у обоих участников сделки умысла (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, это уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Поскольку договоры уступки прав требований оспариваются в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить, имелись у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть, была ли сделка направлена на сокрытие имущества с целью уклонения от исполнения обязательств перед кредиторами.

Как следует из обстоятельств дела, на момент совершения оспариваемых сделок заявлений о признании ФИО11 банкротом не имелось, процедуры, применяемые в деле о банкротстве, в отношении должника не вводились, доказательств наличия на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества не имеется.

Из материалов дела следует, что ФИО11 на момент заключения оспариваемых сделок и на сегодняшний день является учредителем ООО «4Д» (Республика Хорватия), которое, в свою очередь, имеет в собственности земельные участки общей площадью 2 000 кв. метров.

Финансовый управляющий не представил доказательства и обоснование наличия у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. Доказательств ухудшения финансового положения должника, уменьшения стоимости его активов в результате заключения спорных договоров заявитель не представил. Заявитель не доказал, что в результате заключения договоров уступки прав требования от 22.09.2014, должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и лишился возможности исполнить обязательства перед кредиторами.

Довод финансового управляющего о наличии у должника просроченной задолженности на дату заключения оспариваемых договоров перед ФИО3 не свидетельствует о неплатежеспособности должника на момент заключения сделки или недостаточности его имущества, а соответственно, не подтверждает цель заключения сделки с намерением причинить вред кредитору.

Как следует из материалов дела, между ФИО14 (займодавец) и ФИО11 (заемщик) заключен договор займа от 24.05.2013 на сумму 9 600 000 руб., срок возврата займа – 31.12.2013. После истечения предусмотренного договором срока возврата займа ФИО14 не предъявил требование о возврате суммы займа.

Из объяснений ФИО11 следует, что на основании соглашения от 29.05.2013, заключенного между ФИО11 и ФИО14, последний приобрел ? доли в уставном капитале ООО «4Д» и право пользования земельными участками, зарегистрированными на имя ООО «4Д» (собственником которого являлся ФИО11), с осуществлением полномочий собственника данной недвижимости в ? части. В связи с заключением соглашения 29.05.2013 ФИО11 полагал, что ФИО14 не вправе требовать возврата денежных средств по договору займа от 24.05.2013.

Право требования у ФИО3 к должнику на основании договора займа от 24.05.2013 возникло 21.07.2014 в связи с заключением договора уступки права требования с ФИО14 При этом, ФИО3 не представила доказательства того, что должник был уведомлен о состоявшейся уступке, и в какой срок им было получено уведомление. Требование о взыскании долга по договору займа от 24.05.2013 в судебном порядке ФИО3 предъявила ФИО11 только в 2015 году, то есть, после заключения оспариваемых сделок.

Таким образом, на момент заключения оспариваемых договоров цессии от 22.09.2014 ФИО11 не было известно о правопритязаниях ФИО3, которые возникли в более поздний период. Ввиду этого, не имеется безусловных оснований полагать, что заключая сделки по уступке права требования от 22.09.2014, ФИО11 преследовал цель вывода имущества и причинения вреда кредитору ФИО3

Оспаривая сделки должника, финансовый управляющий указал, что в материалах дела отсутствуют сведения о фактической оплате цессионарием стоимости уступленного права по договорам цессии от 22.09.2014.

Отклоняя указанный довод, суд обоснованно исходил из нижеследующего.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения даритель безвозмездно передает или обязуется передать одаряемому вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить его от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Таким образом, наличие возмездных начал в договорном обязательстве исключает признание соответствующего договора договором дарения.

В пункте 1.4 спорных договоров указано на возмездный характер уступки права требования.

Должник представил в материалы дела письменные пояснения, из которых следует, что он получил оплату по всем оспариваемым договорам уступки, при этом расписки о получении денежных средств не составлялись, поскольку в этом не было необходимости ввиду указания в договоре на обязанность ФИО2 произвести оплату по договору, что и было сделано.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ростстройбетон» (А53-23444/2016) при рассмотрении заявления ФИО2 о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника, в том числе по оспариваемым договорам уступки прав требования, исследовался вопрос о реальности заключенных договоров займа и наличии у ФИО2 финансовой возможности предоставить сумму займа.

Как установлено судом в рамках указанного дела, ФИО2 в подтверждение наличия денежных средств, переданных должнику по договорам займа, указала на продажу 15.12.2014 автомобиля по цене 1 560 000 руб., а также получение денежных средств 19.09.2014 в размере 10 000 000 руб. в качестве подарка на свадьбу.

В ходе рассмотрения дела суд по ходатайству заявителя допросил свидетеля- ФИО15, которая подтвердила, что денежные средства подарила ФИО2 (дочери) на свадьбу.

При этом применительно к договорам займа, заключенным непосредственно ФИО2 с обществом с ограниченной ответственностью «Ростстройбетон», установлено, что сумма займа составляла 2 600 000 руб., что позволило суду сделать вывод о наличии у ответчика финансовой возможности по оплате приобретенных прав требования.

Исходя из положений пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Суд обоснованно указал, что само по себе совершение сделки между заинтересованными лицами не свидетельствует о злоупотреблении правом при заключении сделок и намерении сторон причинить вред кредиторам, а так же их безвозмездности.

Цена, по которой спорные права требования были переданы ответчику, финансовым управляющим не оспорена. При таких обстоятельствах, суд пришел к обоснованному выводу, что оспариваемые сделки являются возмездными, совершены по рыночной стоимости; должник, совершая оспариваемую сделку, получил равноценное встречное предоставление.

Финансовый управляющий не представил доказательства, свидетельствующие о недобросовестном поведении сторон сделки, преследовании ими цели причинения вреда кредиторам должника.

Из имеющихся в материалах дела доказательств не следует, что договоры уступки прав требований были заключены с иной целью, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, а именно, в целях причинения вреда кредиторам должника.

Участники сделки указали причины заключения договоров уступки прав требования от 22.09.2014, которые обосновывают наличие разумных деловых целей, преследуемых ФИО11 и ФИО2, а именно – введение ФИО2 в состав учредителей ООО «Ростстройбетон» и обеспечение контроля за деятельностью организации.

То обстоятельство, что ФИО2 является дочерью должника, то есть заинтересованным лицом, само по себе не свидетельствует о недействительности заключенных между ними сделок, поскольку совокупность обстоятельств для признания сделки недействительной на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации финансовым управляющим не доказана.

Исследовав материалы дела, суд пришел к обоснованному выводу о недоказанности финансовым управляющим того, что на момент совершения сделки должник имел не исполненные обязательства перед кредиторами, и целью совершения сделки было причинение вреда имущественным интересам кредиторов.

Недоказанность указанных обстоятельств не позволяет сделать вывод о наличии оснований для признания сделки недействительной.

Оспариваемые сделки не имеет пороков, выходящих за пределы специальных оснований оспоримой сделки, в связи с чем в рассматриваемом случае не подлежат применению положения статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Из материалов дела не усматривается намерение сторон причинить вред включенному в реестр кредитору – ФИО3 Приобретая требования к должнику, ФИО2 преследовала разумные экономические цели, что исключает наличие признаков злоупотребления правом.

Установив фактические обстоятельства дела, правильно применив нормы материального и процессуального права, дав надлежащую правовую оценку доводам заявителя, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявлений о признании недействительными договоров уступки прав требования от 22.09.2014 на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Доводы, приведенные в апелляционных жалобах, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Арбитражный суд первой инстанции полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционных жалобах, у судебной коллегии не имеется.

На основании вышеизложенного, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 82, 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Отказать ФИО5 в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы по обособленному спору.

Определение Арбитражного суда Ростовской области от 18.04.2018 по делу № А53-8486/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Сулименко


Судьи А.Н. Стрекачёв


ФИО16