Постановление от 26 декабря 2023 г. по делу № А72-15766/2020

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

(11АП-18747/2023)

Дело № А72-15766/2020
г. Самара
26 декабря 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 19 декабря 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 26 декабря 2023 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Поповой Г.О., судей Александрова А.И., Серовой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащих образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании 14-19 декабря 2023 года в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 15.09.2023 об удовлетворении заявления об оспаривании сделки должника и об удовлетворении заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела № А72-15766/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, ИНН <***>,

УСТАНОВИЛ:

21.12.2020 в Арбитражный суд Ульяновской области поступило заявление АО Банк «Венец» о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 28.12.2020 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 06.04.2021 отказано во введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина, заявление АО «Венец» оставлено без рассмотрения.

12.02.2021 в Арбитражный суд Ульяновской области поступило заявление ООО «Терминал Агро» о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 06.04.2021 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 07.10.2021 кредитор ООО «Терминал Агро» заменен на ФИО4, во введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина отказано, заявление ФИО4 оставлено без рассмотрения.

25.05.2021 в Арбитражный суд Ульяновской области поступило заявление ООО «Астрон-Торг» о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 25.05.2021 заявление ООО «Астрон-Торг» принято в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве ФИО3 по заявлению АО Банк «Венец».

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 07.10.2021 назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления ООО «Астрон-Торг» о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 01.12.2021 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, требования ООО «Астрон-Торг» признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника, финансовым управляющим утвержден ФИО5 из числа членов Союза «Межрегиональный центр арбитражных управляющих».

14.01.2022 ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением о включении в реестр требования кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 18.03.2022 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.09.2022 требование ФИО2 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в сумме 5 522 263 руб. 64 коп., в том числе 4 000 000 руб. – основной долг, 1 522 263 руб. 64 коп.- проценты. В остальной части заявление ФИО2 - оставлено без удовлетворения.

Дополнительным определением Арбитражного суда Ульяновской области от 18.11.2022 приняты уточнения заявленных требований, требование ФИО2 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 в размерах: 1 223 599 руб. 36 коп.- проценты, 2 390 000 руб. - неустойка.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023 определение суда первой инстанции от 16.09.2022 и дополнительное определение от 18.11.2022 оставлены без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 28.04.2023 определение Арбитражного суда Ульяновской области от 16.09.2022, дополнительное определение Арбитражного суда Ульяновской области от 18.11.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023 по делу № А72-15766/2020 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.

При этом судом кассационной инстанции указано, что из протокола судебного заседания от 12.09.2022 и принятого в нем судебного акта (определения) не усматривается, что суд первой инстанции рассматривал ходатайство ФИО2 об уточнении требований (об увеличении заявленного требования в части процентов и принятии дополнительных требований о взыскании неустойки) и вынес определение о его удовлетворении (принятии соответствующих уточнений требований к должнику). Поскольку суд первой инстанции не принимал к рассмотрению указанные уточнения кредитора своих требований к должнику, у него не имелось оснований для принятия по ним дополнительного судебного акта. Кроме того, определение от 16.09.2022 является судебным актом, которым закончилось рассмотрение настоящего спора в суде первой инстанции. Таким образом, после окончания рассмотрения спора (дела) суд первой инстанции не вправе разрешать какие-либо ходатайства, касающиеся его существа (предмета), в том числе ходатайства об уточнении исковых требований (об увеличении заявленного требования, принятии дополнительных требований). Также суд округа считает необходимым обратить внимание, что определением от 31.10.2022 суд первой инстанции назначил судебное заседание для рассмотрения вопроса о вынесении дополнительного определения по рассмотрению ходатайства ФИО2 об уточнении заявленных требований в части размера процентов (его увеличения) и взыскания неустойки (дополнительное требование), поданного в суд 12.09.2022. Согласно указанному уточнению кредитор просил включить в реестр требований кредиторов должника, в том числе, его требование в размере: 1 832 547,94 руб. - договорные проценты и 2 390 000 руб. - договорная неустойка (новое, дополнительное требование). В ходе рассмотрения вопроса о принятии дополнительного определения, в судебном заседании 18.11.2022 (после перерыва), сославшись на допущенную в просительной части уточнения техническую ошибку, кредитор (его представитель) уточнил размер требования в части процентов, увеличив его, данное уточнение принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ. Между тем, принятие судом в рамках вынесения дополнительного судебного акта уточнения требования противоречит требованиям части 1 статьи 49, статье 178 АПК РФ. Учитывая изложенное, суд кассационной инстанции полагает, что судебные акты первой и апелляционной инстанций приняты при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела.

В силу ч. 2 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выводы и указания суда кассационной инстанции являются обязательными для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Ульяновской области от 01.12.2022 принято к производству заявление финансового управляющего должника о признании совокупности сделок, выразившуюся в заключении между ФИО3 и ФИО2 договора процентного займа от 09.02.2018 на сумму 1 000 000 руб. и договора процентного займа от 13.05.2019 на сумму 3 000 000 руб., недействительными сделками.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 19.05.2023 назначено судебное заседание по рассмотрению заявления ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника и объединено с заявлением финансового управляющего должника о признании совокупности сделок с ФИО2 недействительными сделками.

Протокольным определением Арбитражного суда Ульяновской области от 13.06.2022 в порядке ст. 49 АПК РФ принято ходатайство ФИО2 об уточнении заявленных требований, включении в реестр требований кредиторов требование в размере 8 273 158 руб. 94 коп., в том числе 4 000 000 руб. – основной долг, 1 832 547 руб. 94 коп. – договорные проценты, 2 390 000 руб. – договорная неустойка, 50 611 руб. – госпошлина.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 15.09.2023 заявление финансового управляющего удовлетворено, признаны недействительными сделками договор процентного денежного займа от 09.02.2018 и договор процентного денежного займа от 13.05.2019, заключенные между ФИО3 и ФИО2, распределены судебные расходы. Требование ФИО2 признаны частично обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 в сумме 3 000 000 руб., в остальной части заявление ФИО2 оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, просит отменить определение суда первой инстанции, каких-либо доводов в обоснование жалобы не указал, возражения выразил в краткой апелляционной жалобе.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2023 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Лица, участвующие в деле, надлежаще извещены (направлением почтовых извещений и размещением информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ) в связи с чем суд вправе рассмотреть дело в отсутствии представителей сторон согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

В судебном заседании 14.12.2023 в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 10 часов 55 минут 19.12.2023. Сведения о месте и времени продолжения судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

Финансовый управляющий ФИО5 представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просил определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Из материалов обособленного спора следует, что 09.02.2018 между ФИО2 (займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключен договор процентного денежного займа, согласно которому заимодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 1 000 000 руб., а заемщик обязуется вернуть займодавцу сумму займа и уплатить проценты за пользование займом в сроки, в размере и в порядке, которые предусмотрены договором (п. 1.1 договора).

В соответствии с п. 1.2 договора сумма займа предоставляется путем перечисления денежных средств на расчетный счет Заемщика.

Пунктом 1.3 договора предусмотрено, что сумма займа предоставляется на срок до 09 февраля 2020 года.

Согласно п. 2.1 договора за пользование займом заемщик выплачивает займодавцу проценты из расчета 24 % годовых.

В соответствии с п. 3.1 договора за просрочку оплату суммы займа Заемщик уплачивает неустойку в размере 0,1% от неоплаченной суммы за каждый день просрочки по день их фактической оплаты.

Во исполнение условий договора ФИО2 перечислил сумму займа на расчетный счет должника, что подтверждается выписками по счету дебетовой карты.

01.06.2021 между ФИО2 (займодавец) и ООО «ДАРРОС» заключен договор поручительства к договору процентного денежного займа от 09.02.2018, согласно которому поручитель обязуется отвечать перед займодавцем за исполнение ФИО3 всех обязательств по договору процентного денежного займа от 09.02.2018, заключенного между займодавцем и заемщиком (п. 1.1 договора).

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что поручительство по договору действует до 01.06.2024.

13.05.2019 между ФИО2 (займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключен договор процентного денежного займа, согласно которому заимодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 3 000 000 руб., а заемщик обязуется вернуть займодавцу сумму займа и уплатить проценты за пользование займом в сроки, в размере и в порядке, которые предусмотрены договором (п. 1.1 договора).

В соответствии с п 1.2 сумма займа предоставляется путем перечисления денежных средств на расчетный счет Заемщика в течение 5 рабочих дней с момента подписания договора.

Пунктом 1.3 договора предусмотрено, что сумма займа предоставляется на срок до 01.05.2020.

Согласно п. 2.1 договора за пользование займом Заемщик выплачивает Займодавцу проценты из расчета 24 % годовых.

В соответствии с п. 3.1 договора за просрочку оплату суммы займа Заемщик уплачивает неустойку в размере 0,1% от неоплаченной суммы за каждый день просрочки по день их фактической оплаты.

Во исполнение условий договора ФИО2 перечислил сумму займа на расчетный счет должника, что подтверждается выписками по счету дебетовой карты.

В материалы дела также представлены в материалы дела выписки по дебетовым картам 4276….5813, 4276….9382 за 2018, 2019 годы, открытым в ПАО «Сбербанк России» на имя ФИО2, из которых усматривается перечисление денежных средств Андрею Валентиновичу П. 08.02.2022 в размере двух платежей по 500 000 руб., 13.05.2019 в размере двух платежей по 1 000 000 руб., и 14.05.2022 в размере 1 000 000 руб.

01.06.2021 между ФИО2 (займодавец) и ООО «ДАРРОС» заключен договор поручительства к договору процентного денежного займа от 03.05.2019, согласно которому поручитель обязуется отвечать перед займодавцем за исполнение ФИО3 всех обязательств по договору процентного денежного займа от 09.02.2018, заключенного между займодавцем и заемщиком (п. 1.1 договора).

Пунктом 3 .1 договора предусмотрено, что поручительство по договору действует до 01.06.2024.

Решением Ленинского районного суда г. Ульяновска от 27.12.2021 по делу №26107/2021 с ФИО3 и ООО «ДАРРОС» в пользу ФИО2 взыскана задолженность по договорам займа от 09.02.2018 и 13.05.2019 в сумме 5 522 263 руб. 64 коп., а также 15 132 руб. - расходы по оплате госпошлины.

Не согласившись с указанным решением, ООО «Астрон-Торг» и финансовый управляющий должника ФИО5 обжаловали его в Ульяновский областной суд.

Апелляционным определением Ульяновского областного суда от 27.07.2022 по делу №33-2365/2022 решение Ленинского районного суда г. Ульяновска от 27.12.2021 отменено, исковые требования ФИО2 оставлены без рассмотрения как подлежащие рассмотрению в деле о банкротстве ФИО3, в удовлетворении исковых требований к ООО «Даррос» отказано, как преждевременно заявленных.

Первоначально кредитором заявлены требования, в пределах сумм, взысканных решением Ленинского районного суда г. Ульяновска от 27.12.2021 по делу №2-6107/2021, так в части процентов за пользование заемными денежными средствами заявитель просил включить в реестр требований кредиторов должника требования в размере 420 893 руб. 78 коп. - проценты за период с 10.02.2020 по 11.11.2021 по договору займа от 09.02.2018, 1 101 369 руб. 86 коп. - проценты за период с 02.05.2020 по 11.11.2021 в размере 1 101 369 руб. 86 коп.

В процессе рассмотрения спора заявитель уточнил заявленные требования, и просит включить в реестр требований кредиторов должника проценты за пользование займом по договору займа от 09.02.2018 - за период с 09.02.2018 по 29.11.2021 в размере 913 315 руб. 06 коп.; по договору займа от 13.05.2019 - за период с 15.05.2019 по 29.11.2021 в размере 1 832 547 руб. 94 коп.

Кроме того, заявитель просит включить в реестр требований кредиторов должника договорную неустойку в размере 2 390 000 руб., из которой 659 000 руб. - неустойка по договору займа от 09.02.2018, 1 731 000 руб. - неустойка по договору займа от 13.05.2019, рассчитанные в соответствии с п. 3.1. договоров исходя из 0,1% от неоплаченной суммы за каждый день просрочки по день их фактической оплаты.

Не согласившись с заявленными требованиями, финансовый управляющий ФИО5, в том числе, обжаловал указанные договоры займа в судебном порядке.

В порядке ст. 130 АПК РФ указанные споры судом объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Суд первой инстанции, установив финансовую возможность ФИО2 в выдаче денежных средств, реальное перечисление денежных средств и отсутствие возврата указанных сумм, признал требования ФИО2 частично обоснованными и подлежащими включению в реестр требований кредиторов должника в размере 3 000 руб., при этом удовлетворил требования финансового управляющего ФИО5 о признании недействительными договоров процентного займа от 09.02.2018, от 13.05.2019.

В апелляционной жалобе отсутствуют мотивы не согласия с принятым судебным актом, указано, что подача жалобы направлена на пресечение процессуальных сроков.

Повторно рассмотрев дело, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в силу следующего.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований кредиторов в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). При наличии убедительных доказательств невозможности поставки бремя доказывания обратного возлагается на ответчика. Указанная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 18.10.2012 №7204/12 по делу №А70-5326/2011.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (п. 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как верно установлено судом первой инстанции, материалами дела подтверждается аффилированность ФИО2 и должника ввиду их нахождения в приятельских, дружеских отношениях, на что в судебном заседании указано представителем ФИО2, в результате чего могло стать возможным составление между ними «постфактум» договоров о выдаче займов непосредственно под конкретные платежи, согласованность действий кредитора и должника при установлении требований ФИО2, обращение ФИО2 после возврата арбитражным судом его заявления о признании должника банкротом в суд общей юрисдикции с исковым заявлением о взыскании задолженности и процентов по договорам займа, при рассмотрении которого сторонами (ФИО2 и должником) скрыта от суда информация о возбуждении в отношении должника дела о банкротстве; также подтверждается нетипичность условий договоров займа, обстоятельств их заключения и исполнения: предоставление займов на значительную сумму на продолжительный срок (год) без установления регулярных выплат до даты возврата займа, при отсутствии какого-либо обеспечения исполнения обязательств заемщиком, без какого - либо незначительного погашения ранее выданного займа; непринятие в течение длительного времени (более года) по истечении установленных условиями договоров сроков возврата займов, вплоть до возбуждения дела о банкротстве должника, мер к возврату сумм займов, что не соответствует модели поведения обычного участника гражданского оборота, находящегося в схожих обстоятельствах, и противоречит интересам самого кредитора; отсутствие в отраженных в выписках по счетам должника и кредитора (дебетовых банковских карт) операциях по перечислению кредитором должнику денежных средств (платежей) в качестве назначения их совершения ссылки на спорные договоры займа и в принципе какого - либо основания, в связи с чем, они в условиях аффилированности сторон не могут рассматриваться как подтверждающие наличие между кредитором и должником заемных обязательств, наличие именно у должника статуса заемщика; снятие должником в день поступления на его счет от кредитора платежа денежных средств наличными в размере соответствующего платежа и поступление спустя непродолжительное время на его счет от кредитора нового платежа в аналогичном размере, что в условиях аффилированности сторон могло указывать на совершение таких последующих платежей за счет одних и тех средств, -отсутствие у должника необходимости и экономической целесообразности для должника в заключении заемных сделок, учитывая получение должником незадолго до их совершения кредитов в Банке «Венец» и под меньший процент (12 % годовых против 24 % годовых по договорам займа с ФИО2), не раскрытие целей заимствования на данных условиях, расходование поступивших от кредитора средств и оставшихся на счету после снятия их части наличными внутри семьи.

В материалы дела представлен акт экспертного исследования НЭКЦ «СУДЭКС» №644/11-22 от 25.11.2022, в котором эксперт пришел к выводу о том, что подписи от имени ФИО3, изображения которых имеются в копиях спорных договоров займа, выполнены, вероятно, одним лицом.

В целях проверки давности составления договоров займа и определения соответствия подписей в спорных договорах ФИО2 и ФИО3, финансовым управляющим заявлено ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы и экспертизы давности составления документов.

Суд первой инстанции предложил ФИО2 и ФИО3 явиться в судебное заседание для отбора образцов почерка, а также представить свободные образцы подписи.

В ходе рассмотрения спора представитель ФИО2 пояснял, что последний постоянно проживает в г. Москва, в связи с чем, ему затруднительно явиться в Арбитражный суд Ульяновской области для отбора образцов почерка и подписи.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 15.05.2023 направлено судебное поручение в Арбитражный суд г. Москвы о получении у ФИО2 (ИНН <***>) экспериментальных образцов почерка и подписей для проведения судебной экспертизы по делу №А72-15766-28/2020.

Согласно определению Арбитражного суда г. Москвы от 05.06.2023, исполнить судебное поручение не представилось возможным в связи с неявкой ФИО2 в суд.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 20.06.2020 повторно направлено судебное поручение в Арбитражный суд г. Москвы о получении у ФИО2 экспериментальных образцов почерка и подписей для проведения судебной экспертизы по делу №А72-15766-28/2020.

Согласно определению Арбитражного суда г. Москвы от 25.07.2023, исполнить судебное поручение не представилось возможным в связи с неявкой ФИО2 в суд.

В ходе рассмотрения заявления в суде представитель ФИО2 причины неявки доверителя в судебные заседания объяснял занятостью доверителя и разъездным характером работы. Кроме того, представитель указывал на отсутствие необходимости подготовки образцов почерка и подписей до внесения кредитором денежных средств на проведение экспертизы на депозит суда.

С учетом обстоятельств настоящего спора и процессуального поведения ФИО2, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о проведении судебной экспертизы договоров займа, в связи с отсутствием оснований, предусмотренных статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Таким образом, согласно закону договор займа является реальным, поскольку он вступает в силу с момента передачи денег или других вещей по этому договору.

Именно с моментом такой передачи денег или других вещей законодатель связывает заключение договора займа.

Исходя от обратного, при отсутствии доказательств передачи денег или других вещей по договору займа указанный договор не может быть признан заключенным в соответствии с требованиями закона.

Как следствие, у заемщика не наступают обязательства по возврату заемных средств ввиду неполучения самих заемных средств.

Если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от займодавца, договор займа считается незаключенным (пункт 3 статьи 812 ГК РФ).

То есть сам по себе договор займа не влечет наступления каких-либо обязательств у заемщика перед займодавцем, если он фактически не получил заемных средств от последнего.

В соответствии с ч. 8 ст. 75 АПК РФ при непредставлении истцом письменного договора займа или его надлежащим образом заверенной копии вне зависимости от причин этого (в случаях утраты, признания судом недопустимым доказательством, исключения из числа доказательств и т.д.) истец лишается возможности ссылаться в подтверждение договора займа и его условий на свидетельские показания, однако вправе приводить письменные и другие доказательства, в частности расписку заемщика или иные документы.

К таким доказательствам может относиться, в частности, платежное поручение, подтверждающее факт передачи одной стороной определенной денежной суммы другой стороне.

При этом указание в одностороннем порядке плательщиком в платежном поручении договора займа в качестве основания платежа само по себе не является безусловным и исключительным доказательством факта заключения сторонами соглашения о займе и подлежит оценке в совокупности с иными обстоятельствами дела, к которым могут быть отнесены предшествующие и последующие взаимоотношения сторон, в частности их взаимная переписка, переговоры, товарный и денежный оборот, наличие или отсутствие иных договорных либо внедоговорных обязательств, совершение ответчиком действий, подтверждающих наличие именно заемных обязательств, и т.п.

В рассматриваемом случае факт реальности заключения договоров процентного займа как должником, так и ФИО2 не доказан, при этом установлен факт передачи должнику заемных наличных средств, без согласования условий пользования и возврата денежных средств, с учетом наличия финансовой возможности выдачи денежных средств ФИО2

Должником в материалы дела представлена справка Ульяновского отделения №8588 от 27.04.2022, из которой усматривается, что на имя ФИО3 в дополнительном офисе №347 Ульяновского отделения №8588 Поволжского банка Сбербанка России открыт счет 40817810069003401794 привязанный к картам 4279 **** **** 0828,4279 **** **** 3396.

ФИО2 в материалы дела также представлены в материалы дела выписки по дебетовым картам 4276….5813, 4276….9382 за 2018, 2019 годы, открытым в ПАО «Сбербанк России» на имя ФИО2, из которых усматривается перечисление денежных средств Андрею Валентиновичу П. 08.02.2018 в размере двух платежей по 500 000 руб., 13.05.2019 в размере двух платежей по 1 000 000 руб., и 14.05.2022 в размере 1 000 000 руб. Назначение платежей из указанных перечислений не усматривается.

Как разъяснено в подлежащем применению и при банкротстве граждан пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление №35), проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

К отношениям, отягощенным банкротным элементом, применим повышенный стандарт доказывания кредитором обстоятельств, положенных в основание требований, существенно отличающийся от обычного бремени доказывания в сходном частноправовом споре, поскольку это обусловлено публично-правовым характером процедур банкротства, который неоднократно отмечался Конституционным Судом Российской Федерации (Постановления от 22.07.2002 N 14-П, от 19.12.2005 N 12-П, Определения от 17.07.2014 N 1667-О, N 1668-О, N 1669-О, N 1670-О, N 1671-О, N 1672-О, N 1673-О, N 1674-О).

Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором. Изучению подлежат сама возможность исполнения сделок, лежащих в основе притязания кредитора, экономическая целесообразность их совершения, а также фактическая исполнимость.

Кроме того, в рассматриваемом споре должником не представлено каких-либо пояснений о том, куда были потрачены денежные средства, для каких целей получались.

Ссылка ФИО2 на договоры поручительства, заключенные с ООО «ДАРРОС» также не подтверждает наличия заемных отношений, поскольку данные договору заключены лишь 01.06.2021, то есть через 3 и 2 года, соответственно, после заключения спорных договоров займа и в то время, когда в отношении ФИО3 уже было возбуждено дело о банкротстве.

Кроме того, указанные договоры поручительства признаны недействительными вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ульяновской области от 14.12.2022 по делу №А72-12328/2022, установлено, что исходя из поведения участников сделки, как в ходе ее заключения (гарантирование исполнения просроченного обязательства), так и после заключения (отсутствие погашения задолженности ФИО3 перед ФИО2 в какой-либо части с инициированием процедуры банкротства в отношении поручителя), не усматривается цель по ее заключению для реального погашения задолженности ФИО3 перед ФИО2 Суд сделал вывод о том, что оспариваемые договоры поручительства являются мнимыми сделками, заключенной с намерением причинить вред ООО «ДАРРОС», что также является нарушением ст. 10 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В соответствии с пунктами 5 и 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума №63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие в совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления Пленума №63).

Таким образом, существо подозрительной сделки сводится к правонарушению, заключающемуся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При рассмотрении иных обособленных споров в рамках данного дела, в период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61. 2 Закона о банкротстве, установлено, что у ФИО3 имелись обязательства перед кредиторами:

- задолженность по договору поручительства №06/17-ДЛ от 13.03.2017 между ООО «Лизинговая компания» (Кредитор) и ФИО3 (Поручитель) на сумму 12 231 903 руб. 38 коп. (остаток задолженности переуступлен по договору цессии 29.05.2020 ООО «Симбирская бакалейная компания»);

- задолженность по договору поручительства №59/1 от 14.05.2018 между АО «Банк Венец» (Лизингодатель) и ФИО3 (Поручитель) на сумму 22 000 000 руб. (остаток задолженности переуступлен по договору цессии 04.06.2019 ООО «Астрон-Торг» - заявитель по делу).

Следовательно, в момент заключения спорных договоров должник обладал признаками неплатежеспособности.

При этом, до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) в отношении ФИО6 - ФИО2 не предпринимал попыток к возврату предоставленных займов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из разъяснений, изложенных в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу пунктов 1 и 5 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что указанные факты также свидетельствуют о мнимости указанных процентных займов, в силу чего суд приходит к выводу о мнимости заявленного требования в этой части.

Согласно п. 6 ст. 61.8 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит, в частности, определение о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Принимая во внимание, что в материалы дела представлены доказательства перечисления ФИО2 на карту должника денежных средств 08.02.2018 в размере двух платежей по 500 000 руб., а также 13.05.2019 в размере двух платежей по 1 000 000 руб., и 14.05.2022 в размере 1 000 000 руб. и отсутствие в материалах дела доказательств возврата денежных средств, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о наличии неосновательного обогащения со стороны должника.

Согласно ч. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 1103 ГК РФ поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Доказательств того, что в отношении спорных платежей осуществлено встречное предоставление, в материалы дела не представлено.

Согласно правовой позиции, отраженной в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если при принятии искового заявления суд придет к выводу о том, что избранный истцом способ защиты права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения.

В соответствии со статьей 133 АПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора.

По смыслу части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Таким образом, арбитражный суд не связан правовой квалификацией заявленных кредитором требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать обособленный спор в деле о банкротстве исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

В случае ненадлежащего выбора заявителем истребуемого способа защиты при очевидности преследуемого им материально-правового интереса, суд праве самостоятельно определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

Учитывая изложенное, установив, что заемные правоотношения, ввиду уклонения должника и ответчика от проведения судебной экспертизы по делу, между ФИО2 и должником отсутствуют, между тем подтверждены факты перечисления должнику на основании волеизъявления кредитора денежных средств в отсутствие договора и доказательств их возврата, суды квалифицирует сложившиеся между участниками спорные правоотношения как регулируемые нормами о неосновательном обогащении (глава 60 ГК РФ).

При рассмотрении спора ООО «Астрон-Торг» заявлено о пропуске кредитором срока исковой давности для предъявления требований по платежу, совершенному 08.02.2018, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Обращение лица с заявлением о включении его требования в реестр требований кредиторов должника является одним из ряда действий действием по защите субъективных гражданских прав.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, пунктом 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление №43) исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Пунктом 15 Постановления №43 установлено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Следовательно, при рассмотрении требований кредиторов подлежит применению срок исковой давности, если о его применении заявлено в суде.

В силу пункта 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 №29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закон «О несостоятельности (банкротстве)», возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве.

Согласно статье 196 ГК общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Из пункта 1 статьи 200 ГК РФ следует, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

По обязательствам, срок исполнения которых не определен либо определен моментом востребования, течение срока исковой давности начинается с момента, когда у кредитора возникает право предъявить требование об исполнении обязательства.

Применяя правила о пропуске заявителем срока исковой давности, суд исходит из того, что началом течения срока исковой давности в данном случае является день перечисления денежных средств должнику в отсутствие подписанного договора займа, без каких-либо иных оснований к этому.

Учитывая, что заявленные требования основаны на получении ФИО3 денежных средств в размере 1 000 000 руб. переводом на карту 08.02.2018, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что к моменту обращения в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями (13.01.2022) срок исковой давности в отношении указанных перечислений пропущен.

При изложенных выше обстоятельствах оснований для определения начала течения срока исковой давности моментом востребования денежных средств не имеется.

На основании изложенного, требование финансового управляющего ФИО5 о признании сделок договоров процентного займа недействительными и требование ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника требования ФИО3 в сумме 3 000 000 руб. правомерно удовлетворены судом первой инстанции.

По смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В апелляционной жалобе ФИО2 считал определение суда незаконным и просил принять новый судебный акт. Между тем, в апелляционной жалобе не приведены какие-либо доводы относительно несогласия с обжалованным судебным актом по существу принятых решений, возражения касаются исключительно права обжалования определения суда до его вступления в законную силу.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В соответствии ч. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ульяновской области от 15.09.2023 по делу № А72-15766/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Г.О. Попова

Судьи А.И. Александров

Е.А. Серова