Постановление от 5 августа 2022 г. по делу № А60-55735/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-12419/2021(3)-АК

Дело №А60-55735/2020
05 августа 2022 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 августа 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной

судей Е.О. Гладких, И.П. Даниловой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

в отсутствии лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника общества с ограниченной ответственностью «Спецбуркомплект» ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 14 апреля 2022 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего от привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

вынесенное А.О. Колинько

в рамках дела №А60-55735/2020

о признании общества с ограниченной ответственностью «Спецбуркомплект» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо с правами ответчика ФИО3,

установил:

08.11.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО4 (далее – заявитель, ФИО4) о признании общества с ограниченной ответственностью «Спецбуркомплект» (далее – должник, ООО «Спецбуркомплект») несостоятельным (банкротом) при наличии неисполненных свыше трех месяцев обязательств в размере 1 536 547,91 рубля, подтвержденных вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда Свердловской области.

Определением от 16.11.2020 заявление принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2020 (резолютивная часть от 02.12.2020) заявление ФИО4 признано обоснованным, в отношении ООО «Спецбуркомплект» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО2 (ИНН <***>), член ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих» (ОГРН <***>, ИНН <***> , адрес: 101000, <...>, а/я 820).

Этим же определением требование ФИО4 в размере й1 536 547,91 рубля включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» №229(6950) от 12.12.2020, стр.184.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 07 мая 2021 года (резолютивная часть от 30.04.2021) процедура наблюдения в отношении ООО «Спецбуркомплект» прекращена, должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев до 30.10.2021; исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО2, член ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №86(7048) от 22.05.2021, стр.157.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.06.2021 (резолютивная часть от 31.05.2021) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2, член ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих».

29.11.2021 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении бывшего руководителя ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, установленным статьей 61.11 Закона о банкротстве за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие неисполнения обязанности по передаче документов и иного имущества должника, ведение неэффективного менеджмента и безвозмездной передачи имущества, и взыскании с него в пользу должника в порядке субсидиарной ответственности 24 741 184,14 рубля.

Определением от 30.12.2021 заявление конкурсного управляющего принято к производству суда и назначено к рассмотрению. Этим же определением к участию в деле в качестве заинтересованного лица с правами ответчика привлечен ФИО3.

Ответчиком ФИО3 представлены возражения относительно заявленных к нему требований.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14 апреля 2022 года (резолютивная часть от 07.04.2022) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с судебным актом, конкурсный управляющий должника ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит отменить определение суда от 14.04.2022, заявленные требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника удовлетворить.

Заявитель жалобы считает выводы суда о том, что конкурсный управляющий мог определить основные активы должника, к которым относятся не только здание цеха, автотранспортное средство, но и дебиторская задолженность, отраженная в бухгалтерской отчетности в размере 20 млн. рублей. Бывший руководитель должника не представил никаких документов для взыскания данной дебиторской задолженности, тем самым сделал невозможным пополнение конкурсной массы. Непередача руководителем документов, не позволяет проанализировать совершенные должником сделки и затягивает процесс их оспаривания. Находит несостоятельными выводы суда о непринятии конкурсным управляющим имущества должника, находящегося в г. Кургане (автомобиля Лада гранта и двух станков Ажур1 и Ажур2), тогда как передача имущества это обязанность бывшего руководителя. Ответчик не предоставляет доступ в цех предприятия, расположенный в г. Кургане. Следовательно, он своими действиями препятствует передаче имущества в конкурсную массу.

До начала судебного заседания отзывы на апелляционную жалобу от участников дела не поступили.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статей 156, 266 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Спецбуркомплект» зарегистрировано в качестве юридического лица при его создании 07.12.2011 за ОГРН <***>, присвоен ИНН <***>.

Юридический адрес общества: <...>, помещ.5.

Основным видом деятельности общества является производство прочих машин специального назначения.

Уставной капитал общества составляет 20 000,00 рублей. Учредителями (участниками) общества являются ФИО5 с размером доли в уставном капитале 50% номинальной стоимостью 10 000,00 рублей и ФИО3 с размером доли в уставном капитале 50% номинальной стоимостью 10 000,00 рублей.

Лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица, исполнительным органом общества (генеральным директором) являлся ФИО3 до открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства.

Согласно отчету конкурсного управляющего и представленному реестру по состоянию на 27.04.2022, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования кредиторов в размере 26 907 609 рублей, в т.ч. 11 100 394 рублей основного долга и 15 807 215 рублей финансовых санкций (штрафов, пени).

Требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют.

Требования, подлежащие удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоте, составляют 9 794 150 рублей.

Итого размер требований кредиторов составляет 36 701 759 рублей.

Размер текущих обязательств в процедуре банкротства составил 1 533 030,00 рублей, погашены расходы в размере 865 000,00 рублей, размер непогашенных обязательств составляет 668 030 рублей.

Конкурсная масса должника сформирована за счет основных средств (здания, транспортных средств, машин и оборудования) балансовой стоимостью 32 859 000 рублей, рыночной – 12 140 000 рублей.

Конкурсный управляющий в качестве основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, указал на то, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, выразившихся в непредоставлении руководителем должника документов первичного бухгалтерского учета; в неэффективном менеджменте, а также безвозмездной передаче имущества должника. Указанные действия не позволили конкурсному управляющему проанализировать сделки должника, что затруднило формирование конкурсной массы и, как следствие, привело к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным управляющим не представлены достаточные доказательства того, что какие-либо действия ФИО3 привели к банкротству общества и, в конечном итоге, к невозможности удовлетворения требований кредиторов должника.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения судом норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены (изменения) судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 №137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 №137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Заявление конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника поступило в арбитражный суд 29.11.2021, обстоятельства, с которыми связано привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место после вступления в законную силу Закона №266-ФЗ.

С учетом изложенного, к данным правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве, действовавшие в указанный период времени.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО3

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как указано в пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

К контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением (пункт 6 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В пунктах 3 и 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N53 разъяснено, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

По смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Из карточки дела следует, что конкурсным управляющим ФИО2 14.12.2021 было подано в суд заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, являющейся участником с долей участия в уставном капитале 50%, которое определением от 20.12.2021 было оставлено без движения и определением от 21.01.2022 возвращено заявителю в связи с не устранением обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения.

Конкурсным управляющим предъявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности только ФИО3

Проанализировав представленные документы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что контролирующим должника лицом являлся бывший руководитель ФИО3, являющийся одновременно участником общества с размером доли в уставном капитале 50%.

Конкурсным управляющим в обоснование своих доводов указано на то, что ведение ФИО3 неэффективного менеджмента свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между его действиями и наступлением негативных последствий в виде невозможности полного погашения требований кредиторов, поскольку ситуация неплатежеспособности создана намеренно. Полагает, что ФИО3, намереваясь не исполнять обязанности по выплате денежных средств, открыл ООО «Металлические конструкции Кольцово» и безвозмездно передал обществу все активы должника, что привело должника к банкротству. Кроме того, данная организация не оплачивала коммунальные услуги за помещение, принадлежащее должнику, несмотря на его использование, тем самым увеличив текущую и реестровую задолженность.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Из разъяснений, изложенных в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N53), следует, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Анализируя доводы конкурсного управляющего в указанной части, суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным управляющим не представлены в материалы дела доказательства передачи бывшим руководителем должника в безвозмездное пользование ООО «Металлические конструкции Кольцово» здания цеха, принадлежащего должнику.

Доказательств выбытия здания цеха, расположенного в <...>, из обладания и собственности должника, передачи его на безвозмездной основе в аренду третьим лицам в материалы дела не представлено. Не представлено таких доказательств и суду апелляционной инстанции.

Указанный объект нежилого помещения находится в собственности должника, не отчужден.

Здание цеха со всем оборудованием в настоящий момент передано конкурсным управляющим в аренду третьему лицу, то есть имущество ООО «Спецбуркомплект».

Согласно инвентаризационной описи №01 от 26.07.2021 данное имущество передано конкурсному управляющему и включено в конкурсную массу.

При указанных обстоятельствах полагать, что бывшим руководителем должника были совершены действия, направленные на причинение имущественного вреда должнику и его кредиторам, основания отсутствуют.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел правильному к выводу о недоказанности совершения руководителем должника действий, направленных на доведение должника до банкротства, что явилось основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований по данным основаниям.

Конкурсным управляющим не представлены доказательства, опровергающие выводы суда первой инстанции. Фактически доводы апеллянта в указанной части сводятся к несогласию с выводами, сделанными судом первой инстанции, что не является основанием для отмены судебного акта.

В данном случае именно на заявителя требования возлагается обязанность по доказыванию оснований заявленных требований, бремя опровержения которых возлагается на процессуальных ответчиков.

Однако, конкурсным управляющим не представлено доказательств в подтверждение данных обстоятельств.

На основании изложенного, доводы апеллянта подлежат отклонению как необоснованные.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал на неисполнение ответчиком обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника и иных ценностей должника, что привело к невозможности определения основных активов должника, выявления совершенных в период подозрительности сделок, их анализа на предмет необходимости оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, невозможности установления содержания принятых органами должника решений, невозможности пополнения конкурсной массы и невозможности полного удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр.

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, принимает в ведение имущества должника, распоряжается его имуществом.

Согласно пункту 1 статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон №402-ФЗ) бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений.

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года (пункт 1 статьи 29 Закона № 402-ФЗ).

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта (пункт 1 статьи 7 Закона №402-ФЗ).

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона от банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно.

Из содержания пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, изложенных в пункте 24 постановления Пленума ВС РФ от 21.11.2017 №53, при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанных с непередачей документации, необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В абзаце 10 пункта 24 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 разъяснено, что к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подп. 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на руководителя обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ).

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Анализируя доводы заявителя в указанной части, суд первой инстанции исходил из того, что конкурсный управляющий смог определить основные активы должника, к которым относятся здание цеха, автотранспортное средство, оборудование, произвести оценку основных активов должника, а также подготовить указанное имущество к продаже, что подтверждается сообщением о заочном собрании кредиторов, на котором один из вопросов повестки дня «Утверждение порядка продажи имущества ООО «Спецбуркомплект».

Относительно невозможности выявления сделок, подлежащих оспариванию. Конкурсным управляющим были поданы заявления об оспаривании сделок должника, к указанным сделкам, в частности, относятся сделки с ООО «Честный сантехник», ИП ФИО6, ФИО3, ФИО5

При этом следует признать, что конкурсный управляющий не обосновал существенное затруднение проведения конкурсного производства, в том числе по формированию и реализации конкурсной массы.

Кроме того, из писем должника в адрес конкурсного управляющего следует, что бывший руководитель должника поставил конкурсного управляющего в известность о нахождении автомобиля марки Лада гранта и станков Ажур1 и Ажур2 в г. Кургане и готовности передать их ему. Однако, действий по принятию от бывшего руководителя должника указанных материальных ценностей конкурсным управляющим произведено не было.

Обязанность исполнения руководителем должника передать всю документацию и имущественный комплекс конкурсному управляющему, не освобождает последнего от обязанности по принятию указанного имущества. Действий по принятию данного имущества на ответственное хранение конкурсным управляющим не совершалось. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Не представлено таких доказательств и суду апелляционной инстанции.

Также суд апелляционной инстанции обращает внимание на то обстоятельство, что согласно инвентаризационной описи в конкурсную массу должника включены объект недвижимости (здание цеха) в г. Екатеринбурге, машины и оборудование (компрессор Комаро, кран мостовой, машина кузнечно-прессовая Ажур4, пресс гидравлический горизонтальный Ажур 3М, транспортные средства модели 219060 2014г.в., ЛАВ81012С 2018г.в. и Тойота Камри 2018г.в.

Соответственно, конкурсный управляющий обладал информацией об имуществе должника, которое было включено в конкурсную массу.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по указанным основаниям, суд первой инстанции исходил из того, что заявителем не указано отсутствие каких документов не позволило сформировать конкурсную массу должника и не представлено доказательств того, каким образом отсутствие у конкурсного управляющего должника документации, повлияло на проведение процедур банкротства либо существенно затруднило их.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то обстоятельство, что лишь в апелляционной жалобе конкурсный управляющий сослалась на наличие дебиторской задолженности в размере 20 млн. рублей.

Ранее в суде первой инстанции указанные доводы не заявлялись.

Вопреки мнению апеллянта, конкурсная масса должника сформирована. Препятствий со стороны бывшего руководителя должника по формированию конкурсной массы не чинится. В связи с чем, судебная коллегия признает доводы апеллянта необоснованными и подлежащими отклонению.

Доводы конкурсного управляющего о наличии объективных сомнений в возможности полного погашения обязательств должника перед кредиторами, судом первой инстанции проанализированы и обоснованно отклонены.

Совокупный размер требований кредиторов составлял на дату рассмотрения настоящего обособленного спора 25 млн. рублей (без учетом требований, подлежащих удовлетворению в очередности, предшествующей ликвидационной квоте).

В то же время, должник обладает на праве собственности имуществом, рыночная стоимость которого превышает размер обязательств должника и составляет более 33 миллионов рублей.

Указанный довод подтверждается в первую очередь инвентаризационной описью основных средств №01 от 26.07.2021, подготовленной конкурсным управляющим ФИО2

Таким образом, в собственности должника находится имущество как минимум на общую сумму 33,8 млн. рублей, что превышает совокупный размер требований к должнику на сумму долее 9 млн. рублей.

С учетом данных обстоятельств арбитражный суд пришел к правильному выводу, что конкурсным управляющим не представлены достаточные доказательства того, что какие-либо действия ФИО3 привели к банкротству и, в конечном итоге, к невозможности удовлетворения требований кредиторов должника.

Проверив доводы апеллянта, судебная коллегия приходит к выводу о том, что все обстоятельства, указанные заявителем, были проверены судом первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка. Основания переоценивать выводы суда первой инстанции, судебная коллегия не усматривает.

Судом не установлено противоправных действий ответчика, направленных на причинение убытков должнику или его кредиторам, а также совершение действий, направленных на сокрытие активов, за счет реализации которых возможно удовлетворение требований кредиторов.

Учитывая общий подход, закрепленный в главах 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве, в пункте 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимыми условиями возложения субсидиарной ответственности участника юридического лица являются наличие вины субъекта ответственности, а также причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Необходимо учитывать, что по своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

В предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба. Соответственно, заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий и кредитор должны обосновать требования и представить соответствующие доказательства, которые суды должны исследовать и оценить в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом заявленных ответчиком возражений и представленных в их обоснование доказательств.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц суду следует учитывать содержащиеся в статье 10 Закона о банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом вследствие неправомерных действий/бездействия руководителя должника и презумпция вины контролирующих должника лиц.

Данные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее: при обращении в суд конкурсного управляющего либо кредитора о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности указанные обстоятельства не должны доказываться конкурсным управляющим (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности.

В данном случае ответчиком, к которому предъявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в полной мере раскрыты обстоятельства дела, представлены доказательства отсутствия виновных умышленных действий, приведших к невозможности в полном объеме удовлетворить требования кредиторов в результате действий, которые вменяются им конкурсным управляющим.

Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчика, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов общества. Наличие в рассмотренном деле таких обстоятельств применительно к заявленному основанию привлечения к субсидиарной ответственности - невозможность погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц - судом не установлено, а конкурсным управляющим в состязательном процессе не доказано.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

При обжаловании определений, не предусмотренных подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 апреля 2022 года по делу №А60-55735/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Л.М. Зарифуллина



Судьи


Е.О. Гладких



И.П. Данилова