Апелляционное определение № 22-143/2026 от 2 февраля 2026 г.

<данные изъяты>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ижевск 3 февраля 2026 г.

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Темеева А.Ю.,

судей: Замиловой Г.Р., Шнайдера П.И., коллегиально,

при секретаре Муфтаховой А.Н.,

с участием: прокурора Родькиной С.И.,

потерпевшего ФСГ,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Шлыка С.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе и дополнениям к ней осужденного ФИО1, апелляционному представлению старшего помощника прокурора Максимовой М.А. на приговор Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 28 октября 2025 г. в отношении ФИО1.

Заслушав доклад судьи Темеева А.Ю., выслушав осужденного ФИО1, адвоката Шлыка С.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, выступление прокурора Родькиной С.И., поддержавшей доводы апелляционного представления, просившей изменить приговор, потерпевшего ФСГ, возражавшего против удовлетворения жалобы, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

приговором Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 28 октября 2025 г. ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, судимый:

1). 2 марта 2017 г. Глазовским районным судом УР по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору мирового судьи судебного участка № <адрес> УР от 30 декабря 2014 г. и по приговору Глазовского районного суда УР от 26 июня 2015 г., окончательно назначено наказание в виде 3 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, освобожден условно-досрочно 10 января 2019 г. на основании постановления Завьяловского районного суда УР от 20 декабря 2018 г. на неотбытый срок 1 год 5 дней;

2). 1 ноября 2022 г. Глазовским районным судом УР по ч. 2 ст. 116.1 УК РФ к 5 месяцам ограничения свободы (наказание отбыто 6 мая 2023 г.);

3). 2 апреля 2024 г. Глазовским районным судом УР по ч. 1 ст. 161, ч. 1 ст. 159, ч. 1 ст. 158, п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на срок 11 лет;

на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ окончательное наказание в виде лишения свободы ФИО1 назначено по совокупности преступлений путём частичного сложения наказания, назначенного по приговору от 2 апреля 2024 г., со вновь назначенным наказанием, на срок 13 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Зачтено в окончательное наказание ФИО1 наказание, отбытое по приговору от 2 апреля 2024 г.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 изменена на заключение под стражу.

Зачтено в срок наказания время содержания ФИО1 под стражей с 28 октября 2025 г. и до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день лишения свободы.

Гражданский иск ФСГ о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда в размере 3 000 000 рублей удовлетворен частично. Взыскано с ФИО1 в пользу ФСГ в счёт компенсации причинённого морального вреда 1 000 000 рублей.

В части заявленных потерпевшим ФСГ требований о взыскании с подсудимого ФИО1 в счет возмещения материального ущерба 316 093 рублей за потерпевшим признано право на удовлетворение гражданского иска, гражданский иск передан на рассмотрение в гражданском порядке.

Разрешена судьба вещественных доказательств, постановлено: все оптические диски хранить при уголовном деле; всю обувь, одежду, коробку из-под телефона, полимерный пакет, содержащийся в пачке из-под сигарет - уничтожить; два металлических кольца, металлическую серьгу, металлические цепочку и крестик, часы – выдать потерпевшему ФСГ

ФИО1 признан виновным в умышленном убийстве ФМС, совершенном 5 августа 2023 г. на острове реки Чепца, расположенном на земельном участке в пределах трёхсот метров в юго-восточном направлении от здания ПОУ «Глазовская автомобильная школа ДОСААФ России», по адресу: <адрес>, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал, показал, что 5 августа 2023 г. с ФМС вместе не находился и с ней не знаком.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 указывает, что приговор не соответствует требованиям ч. 3 ст. 7, ч. 1, 2 ст. 297, п. 2 ст. 307 УПК РФ. В основу приговора легли показания свидетелей, которые не располагали информацией, что потерпевшая была убита и о его причастности к её убийству. В суде им было заявлено ходатайств о допросе свидетелей КДИ и ЧВИ, в котором ему было отказано. Допрос свидетелей влиял на оценку его показаний, данных в судебном заседании, которые судом не были опровергнуты. Суд положил в основу приговора его показания данные на следствии, которые он не подтвердил в суде и показания свидетеля ВПА которые не отвечают требованиям закона и должны были быть признаны недопустимыми. Судом не была выяснена причина изменения им показаний. Его доводы, что показания на следствии им даны под воздействием недозволенных методов следствия судом не опровергнуты и не могли быть использованы в качестве доказательств. Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не были полностью и достоверно установлены обстоятельства, которые могли повлечь освобождение от уголовной ответственности. Суд должен был запросить детализацию его телефонных звонков в день смерти потерпевшей и исследовать. Собранные доказательства не подтверждают, что потерпевшая была убита. Многочисленные свидетели подтверждают, что потерпевшая в наркотическом опьянении могла утонуть и получить телесные повреждения. Его показания на следствии являются самооговором. Он был введен в заблуждение сотрудниками СИЗО-№, оперативным работником П, которые говорили ему взять на себя вину, иначе он был бы обвинен в двойном убийстве, а его признание смягчит наказание. У него в пользовании был телефон потерпевшей ФСГ, который он приобрел у ЧВИ о чем последний был допрошен на следствии, но не был допрошен в суде. Суд не назначил проверку по его доводам о даче признательных показаний под воздействием недозволенных методов следствия, в связи с чем такие показания не могут являться доказательством. Просит приговор отменить, дело направить на новое разбирательство в ином составе суда.

В апелляционном представлении старший помощник прокурор Максимова М.А. указывает, что приговор не соответствует требованиям ч. 4 ст. 7, ч. 2 ст. 297, п.3 ст. 307 УПК РФ. В ходе судебного следствия ФИО1 вину не признал, от признательных показаний, данных в ходе предварительного следствия, отказался. Таким образом, полное признание вины судом учтено необоснованно и подлежит исключению из обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого. Кроме того, необоснованно признав в качестве смягчающего наказание обстоятельства полное признание подсудимым вины, суд назначил ФИО1 несправедливое, чрезмерно мягкое наказание. Суд надлежащим образом не учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого. ФИО1 совершено умышленное особо тяжкое преступление против личности, обладающее высокой степенью общественной опасности, в условиях опасного рецидива преступлений. По месту жительства ФИО1 характеризуется исключительно с отрицательной стороны, состоит на диспансерном наблюдении в наркологическом диспансере с диагнозом «Синдром зависимости от психостимуляторов, пагубное употребление алкоголя», что свидетельствует о его склонности к совершению преступлений, явной недостаточности исправительного воздействия предыдущих наказаний. Размер основного и окончательного наказания, назначенный судом ФИО1, не приведет к его исправлению, восстановлению социальной справедливости и достижению иных целей уголовного наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ. Кроме того, судом в приговоре допущены противоречия в части решения вопроса по мере пресечения. Так в описательно-мотивировочной части приговора суд пришел к выводу об оставлении меры пресечения до вступления приговора в законную силу в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении без изменений. Вместе с тем в резолютивной части приговора суд указал меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу изменить на заключение под стражу. Кроме того, в нарушении п. 3 ст. 304 УПК РФ судом во вводной части приговора не указаны лица, принимавшие участие в рассмотрении судом указанного уголовного дела: государственные обвинители Максимова М.А., Гаптрахманова М.В., Маратканов И.В. В качестве вещественного доказательства по уголовному делу признан грунт с южной части острова, грунт с русла реки <адрес> изъятый в ходе осмотра места происшествия на острове реки <адрес> от 04.09.2023. В нарушение норм УПК РФ судом не решена судьба указанного вещественного доказательства, что также влечет изменение судебного решения. Неправильное применение уголовного закона, существенное нарушение уголовно-процессуального закона, а также необоснованное назначение наказания без учета личности подсудимого, характера и степени общественной опасности преступления и обстоятельств его совершения привело к постановлению несправедливого приговора, назначению подсудимому мягкого наказания, что согласно п. 2, 3, 4 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17, п. 1 ч. 1, ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ является основанием изменения судебного решения. Просит приговор в отношении ФИО1 изменить. Во водной части приговора указать государственных обвинителей Максимову М.А., Гаптрахманову М.В., Маратканова И.В. Исключить из смягчающих обстоятельств - полное признание вины, назначить наказание по ч. 1 ст. 105 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 12 лет 6 месяцев. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ окончательное наказание ФИО1 назначить по совокупности преступлений 15 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание об оставлении без изменения меры пресечения в виде подписки о не выезде и надлежащем поведении. Beщественное доказательство - грунт с южной части острова, грунт с русла реки Чепца, уничтожить.

Проверив материалы дела, выслушав участников уголовного судопроизводства, оценив доводы апелляционных жалоб и апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, полностью подтвержден исследованными доказательствами, которые приведены в приговоре суда, в том числе показаниями, данными осужденным на чстадии предварительного следствия, показаниями потерпевшего ФСГ, свидетелей ФПЮ, АПА, КИШ, ГЭВ, ННВ, ИОА, ВПА, ЗОА, заключениями экспертиз, письменными доказательствами и другими материалами дела, анализ которых подробно изложен в приговоре.

Так из показаний осужденного ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия и обоснованно положенных судом в основу приговора, следует, что именно он 5 августа 2023 г. в ходе конфликта совершил убийство путем утопления в реке девушки, которая по его подробному описанию и опознанию по фотографиям являлась ФМС Также ФИО1 рассказал обстоятельства знакомства с потерпевшей в указанный день, пояснял, что на фоне раздела наркотического средства возник конфликт, в ходе которого он стянул с нее джинсы и кроссовки, нанес несколько ударов в область лба с силой кулаком, чтобы она не кричала, когда увидел, что потерпевшая у реки кому-то звонит, подошёл к ней со стороны спины, схватил рукой за голову в области затылка и опустил ее голову лицом вниз в воду, держал, пока она не захлебнулась и не перестала подавать признаки жизни. О совершенном убийстве рассказывал, находясь под стражей, сокамернику ВПА. Кроме того, в явке с повинной и в ходе допросов ФИО1 пояснял, что показания давал добровольно, противоправные действия в отношении него сотрудниками правоохранительных органов, следственного изолятора и другими лицами не совершались.

Свои показания ФИО1 подтвердил в ходе следственного эксперимента, проведенного с применением видеозаписи, и в ходе проверки показаний на месте, где он также дал подробные показания по обстоятельствам совершенного им убийства ФМС, показал, как совершил убийство.

Из показаний потерпевшего ФСГ следует, что 5 августа 2023 г. его дочь ФМС была в <адрес>. Он сам звонил дочери, телефон был недоступен. 6 августа 2023 г. ему позвонила АПА и сообщила, что ей 5 августа звонила взволнованная ФМС, просила помочь ей и забрать откуда-то, связь при этом оборвалась. Также указал на то, что ФИО1 в ходе проверки показаний на месте показания давал свободно, без какого-либо воздействия.

Свидетель ФПЮ пояснила, что 5 августа созванивались с дочерью, звонила ей в 17.30 час., телефон был занят, потом недоступен.

Из показаний свидетеля АПА, в том числе оглашенных в судебном заседании в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, следует, что ФМС её подруга звонила ей 5 августа 2023 г. в 17 ч. 45 мин., попросила о помощи, попросила забрать её, после чего связь прервалась, далее телефон был недоступен. Она позвонила её сожителю ГЭВ, а тот родителям ФМС, через несколько дней узнала, что труп ФМС обнаружили в реке.

Показания свидетеля ГЭВ подтверждают показания свидетеля АПА и потерпевшего ФСГ в части звонков.

Осуществление звонков подтверждается протоколами осмотров детализаций соединений между абонентами.

Свидетелю ВПА ФИО1 говорил о том, что совершил убийство девушки. Свидетелю ЗОА ФИО1 рассказывал, что совершил убийство на фоне конфликта, возникшего из-за раздела наркотика, девушку утопил в реке.

Из заключений судебно-медицинских экспертиз трупа следует, что смерть ФМС наступила от механической асфиксии вследствие закрытия дыхательных путей водой при утоплении. Установлено также наличие телесных повреждений: четыре кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобной области справа; кровоизлияние в кожно-мышечный лоскут головы затылочной области слева. Данные повреждения причинены от действий твёрдого тупого предмета с ограниченной травмирующей поверхностью или при ударах о таковой: кровоизлияния в лобной области справа причинены не более 30 минут назад к моменту смерти. Данные повреждения в причинной связи с наступлением смерти не состоят, у живых лиц квалифицируются как не причинившие вреда здоровью. При судебно-химической экспертизе крови от трупа метиловый, этиловый, изопропиловый, пропиловый, изобутиловый, бутиловый спирты не обнаружены, в желчном пузыре с печенью, почке, головном мозге не найдено наркотических, психотропных и других веществ, патоморфологических признаков каких-либо заболеваний, самостоятельно состоящих в причинной связи с наступлением смерти, не обнаружено.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что показания, данные ФИО1 в ходе следственных действий, не противоречат друг другу, а также результатам судебно-медицинских экспертиз трупа ФМС Наступление смерти ФМС в результате погружения с последующим удержанием её головы в воде посредством давления ладонью на затылочную область - не исключается. Образование кровоизлияний в лобной области и в левой ягодичной области, при обстоятельствах, изложенных ФИО1 в ходе проведенных проверке показаний и эксперименте с его участием в качестве подозреваемого и обвиняемого (падение на заднюю поверхность тела, два удара в лобную область) не исключается.

Исходя из совокупности представленных стороной обвинения доказательств, а также их надлежащей правовой оценки, судом сделан обоснованный вывод о совершении осужденным ФИО1 именно умышленного убийства ФМС

Судом достоверно установлено, что 5 августа 2023 г. осужденный ФИО1, действуя с прямым умыслом на совершение убийства потерпевшей, опустил голову ФМС в воду, осознавая, что своими действиями причинит смерть потерпевшей и, желая этого, удерживал голову ФМС в воде до наступления смерти. Смерть ФМС наступила в результате указанных действий ФИО1, между которыми, и фактически наступившими последствиями в виде смерти ФМС, имеется прямая причинно-следственная связь.

Все доказательства, положенные в основу приговора получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, проверены судом первой инстанции путем сопоставления их с другими доказательствами согласно положениям ст. 87 УПК РФ, каждое доказательство оценено с точки зрения относимости, допустимости и достоверности в соответствии с правилами, установленными ст. 88 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований ставить под сомнение данную судом оценку указанных выше доказательств, отмечая, что каких-либо существенных противоречий, не устраненных судом, свидетельствующих об их недостоверности, в материалах дела не имеется.

Доказательства, на которых основаны выводы суда, непосредственно исследованы в ходе судебного разбирательства, в достаточной для этого степени подробно мотивированы и не содержат взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Суд в соответствии с требованиями закона привел в приговоре не только доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденного, но и раскрыл их содержание и существо сведений, содержащихся в них. Все обстоятельства, которые могли повлиять на выводы суда, учтены.

Описательно-мотивировочная часть приговора требованиям ст. 307 УПК РФ соответствует. Судебное заседание проведено в соответствии с положениями ст. 252 УПК РФ. Данных, свидетельствующих об одностороннем судебном следствии, обвинительном уклоне в деле не имеется.

Оснований сомневаться в объективности и беспристрастности суда отсутствуют. В ходе судебного рассмотрения принципы судопроизводства, в том числе и указанные в статьях 14, 15 УПК РФ - состязательности и равноправия сторон, презумпции невиновности, судом были соблюдены, сторонам было обеспечено процессуальное равенство, право по представлению и исследованию доказательств, предвзятого отношения к той или иной стороне протокол судебного заседания не содержит.

Судебное разбирательство проведено с участием подсудимого, все доводы и доказательства стороны защиты были проверены и получили соответствующую оценку в приговоре суда, все заявленные сторонами ходатайства, в том числе ходатайство осужденного о допросе КДИ и ЧВИ, рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, обоснованные ходатайства участников судопроизводства, как со стороны обвинения, так и со стороны защиты председательствующим судьей удовлетворялись, а в случае отказа в их удовлетворении, принимались обоснованные и мотивированные решения, правильность которых сомнений не вызывает.

Оснований для признания доказательств недопустимыми, суд не находит.

Свидетели, как на стадии предварительного следствия, так и в ходе судебного заседания были допрошены в полном соответствии с требованиями УПК РФ. Причин, которые бы указывали на заинтересованность свидетелей в оговоре осужденного судом не установлено, оснований ставить под сомнение их показания не имеется. Все они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания относительно фактических обстоятельств дела последовательны, согласуются между собой и объективно подтверждены иными доказательствами, изложенными в приговоре. Показания допрошенных по делу лиц, являются полными и подробными, все имеющие значение для дела обстоятельства у них выяснены. Показания данных свидетелей наряду с другими доказательствами получили соответствующую оценку в судебном решении, не согласиться с которой оснований не имеется.

Отдельные неточности и противоречия в показаниях допрошенных по делу лиц в судебном заседании устранялись в установленном законом порядке путем оглашения ранее данных ими показаний в порядке ст. 281 УПК РФ, что согласуется с положениями уголовно-процессуального закона.

Какие-либо основания для самооговора, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного ФИО1, судом также не установлены, нарушений норм уголовно-процессуального законодательства при проведении допросов ФИО1 в качестве подозреваемого, обвиняемого и при проверке его показаний на месте преступления не допущено, о чем свидетельствуют исследованные судом первой инстанции протоколы следственных действий. Показания ФИО1, положенные судом в основу приговора, данные им в ходе предварительного следствия, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между собой, обоснованно признаны допустимыми и достоверными, оснований для признания этих доказательств недопустимыми, у суда не имелось. Заявлений о вынужденной даче признательных показаний, о нарушении его прав при производстве предварительного следствия ФИО1 не делал, замечаний к содержанию протоколов допросов не высказывал, правильность сообщенных сведений удостоверял своей подписью. Показания давал в присутствии защитника-адвоката и после разъяснения ему процессуальных прав, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, ст. 51 Конституции Российской Федерации, с предупреждением о том, что при согласии дать показания они могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе и при последующем отказе от них. Кроме того, в материалах дела отсутствуют какие-либо сведения о том, что во время допросов ФИО1 не мог должным образом оценивать существо излагаемых обстоятельств, смысл и значение поставленных перед ним вопросов и своих ответов на них, давал показания под диктовку следователя или подписывал протоколы, предварительно не ознакомившись с их содержанием.

При проведении следственных действий и составлении протоколов нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих признание этих доказательств недопустимыми, не допущено.

Заключения экспертов, положенные судом в основу приговора, обоснованно признаны в качестве допустимых доказательств, поскольку все они полностью отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, а также Федеральному Закону "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ". Экспертизы проведены экспертами, имеющими стаж работы по специальностям, указанным в них, они предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, их квалификация у судебной коллегии сомнений не вызывает. Выводы экспертов являются ясными, понятными, научно обоснованными и убедительно аргументированными.

Право на защиту осужденного ФИО1, как на стадии предварительного, так и судебного следствия, нарушено не было. Позиция осужденного и его защитника по делу, в том числе на стадии прений не расходились.

Вопрос о психическом состоянии ФИО1 исследован судом с достаточной полнотой. Выводы суда о его вменяемости основаны на материалах дела и подтверждаются заключением судебно-психиатрической экспертизы.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что правильно установив фактические обстоятельства по делу, оценив представленные доказательства, как стороной обвинения, так и стороной защиты в их совокупности, сопоставив их друг с другом, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 и верно квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 105 УК РФ - убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Оснований для иной квалификации его действий, равно как и оснований для оправдания не имеется.

Доводы осужденного ФИО1 о том, что ФМС могла сама утонуть вследствие наркотического опьянения, опровергаются материалами уголовного дела, в том числе, заключениями экспертиз, согласно которым метиловый, этиловый, изопропиловый, пропиловый, изобутиловый, бутиловый спирты в ее крови не обнаружены, в желчном пузыре с печенью, почке, головном мозге не найдено наркотических, психотропных и других веществ, патоморфологических признаков каких-либо заболеваний, самостоятельно состоящих в причинной связи с наступлением смерти, не обнаружено.

Доводам осужденного ФИО1 о его невиновности, об оказании на него давления со стороны сотрудников в ходе предварительного следствия, судом первой инстанции дана оценка, они проанализированы и рассмотрены, своего подтверждения не нашли, что судом достаточно полно и мотивированно отражено в приговоре. Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с обоснованными выводами суда в данной части.

Вопреки доводам осужденного ФИО1 судом первой инстанции дана надлежащая оценка и показаниям свидетеля ВПА, которые признаны допустимым доказательством, что отражено в приговоре.

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с требованиями статей 6, 43, 60 УК РФ. При назначении наказания судом первой инстанции в полной мере приняты по внимание, как характер и степень общественной опасности совершенного преступления, так и данные о личности осужденного, влияние наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, и обстоятельство, отягчающее его наказание.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, судом признаны: явка с повинной, полное признание вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие малолетних детей, состояние здоровья.

Иных обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, не установлено.

Доводы апелляционного представления об исключении из числа смягчающих обстоятельств полное признание вины осужденным ФИО1 удовлетворению не подлежат, поскольку судом установлено, что на стадии предварительного следствия ФИО1 вину в совершении преступления признавал в полном объеме, что следует из его показаний, данных в ходе предварительного следствия, положенных в основу приговора.

В качестве отягчающего наказание ФИО1 обстоятельства судом признано наличие рецидива, который в соответствии с положениями, предусмотренными ст. 18 УК РФ является опасным, и при наличии которого судом обоснованно при назначении наказания применены положения ч. 2 ст. 68 УК РФ, при этом оснований для применения положений ч. 3 ст. 68 УК РФ судом не усмотрено, не усматривает таких оснований и судебная коллегия.

Суд первой инстанции с учетом всех обстоятельств дела обоснованно назначил ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы, оснований для применения положений ст. ст. 64, 73 УК РФ, а также правовых и фактических оснований для изменения категории совершенного ФИО1 преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд не усмотрел, с чем соглашается и судебная коллегия.

Поскольку преступление ФИО1 совершено до постановления приговора Глазовского районного суда от 2 апреля 2024 г., окончательное наказание правильно с соблюдением принципов назначения наказаний назначено по правилам, предусмотренным ч. 5 ст. 69 УК РФ. Также судом сделан обоснованный вывод о зачете в окончательное наказание отбытого наказания по приговору Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 2 апреля 2024 г. Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым внести изменения в приговор, поскольку судом не указан период, который подлежит зачету.

Вид исправительного учреждения, назначенный судом для отбывания наказания осужденному ФИО1, в виде колонии строгого режима соответствует требованиям закона – п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Назначенное ФИО1 наказание является справедливым, отвечающим принципам уголовного судопроизводства и целям наказания, оснований полагать, что назначенное ФИО1 наказание является чрезмерно мягким или суровым, не имеется. Мотивы решения всех вопросов, касающихся назначения вида и размера наказания в приговоре приведены.

Оснований для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности, прекращения уголовного дела не имеется.

Судом первой инстанции в соответствии со ст. 81 УПК РФ разрешена судьба вещественных доказательств. Вместе с тем, соглашаясь с доводами апелляционного определения, судебная коллегия, отмечая, что судьба вещественного доказательства - грунта с южной части острова и с русла реки <адрес>, не разрешена, считает необходимым внести изменение в резолютивную часть приговора, указав о хранении данного вещественного доказательства при материалах уголовного дела.

Гражданский иск потерпевшего ФСГ о возмещении материального вреда и компенсации морального вреда разрешен судом в соответствии с положениями статей 1064, 151, 1099, 1101 ГК РФ. Размер компенсации морального вреда определен с учетом степени и характера физических и нравственных страданий потерпевшего, принципов разумности и справедливости. За потерпевшим признано право на удовлетворение гражданского иска в части материального ущерба, иск передан на рассмотрение в гражданском порядке.

Доводы осужденного ФИО1 о проведении проверки в отношении следователя ФИО2 судебная коллегия оставляет без рассмотрения, поскольку предметом производства в суде апелляционной инстанции является законность судебного решения, то есть правильность применения норм уголовного и уголовно - процессуального права. Жалобы на действия и бездействия должностных лиц рассматриваются в ином порядке другими судебными органами в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Доводы апелляционного представления о противоречиях в выводах суда при решении вопроса по мере пресечения на существо приговора и выводы суда о виновности ФИО1 не влияют, основанием для отмены либо изменения приговора не являются. Судом первой инстанции принято верное решение об изменении меры пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, что отражено в резолютивной части приговора.

Вопреки доводам апелляционного представления отсутствие во вводной части приговора ссылки на участие в рассмотрении уголовного дела государственных обвинителей Максимова М.А., Гаптрахманова М.В., Мартаканова И.В. не свидетельствует о незаконности обжалуемого приговора, оснований для его изменения не имеется.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на законность принятого судом решения и влекущих отмену приговора, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

о п р е д е л и л :

приговор Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 28 октября 2025 г. в отношении ФИО1 изменить.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ в окончательное наказание зачесть наказание, отбытое по приговору от 2 апреля 2024 г. с 21 октября 2023 г. по 27 октября 2025 г., из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Beщественное доказательство: грунт с южной части острова и с русла реки <адрес> хранить при уголовном деле.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного определения и в соответствии с ч. 2 ст. 401.3 УПК РФ могут быть обжалованы в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий -

Судьи: