Апелляционное определение № 22-723/2026 от 27 апреля 2026 г.

<данные изъяты>

<данные изъяты>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Чита 28 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего – судьи Щукина А.Г.

судей — Баженова А.В., Бучина В.Н.

с участием прокурора ПРОКУРОР №1

адвоката АДВОКАТ 1

защитника, наряду с адвокатом, ЗАЩИТНИК 2

осужденного Х.Х.Х.

при секретаре СЕКРЕТЕРЬ №1

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного Х.Х.Х. и его защитника — адвоката АДВОКАТ 1, с дополнениями к ним, на приговор Оловяннинского районного суда Забайкальского края от 13 января 2026 года, которым

Х.Х.Х., <данные изъяты>, судимый:

<данные изъяты>

осужден по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, с ограничением свободы на срок10 месяцев и возложением указанных в приговоре ограничений и обязанности.

На основании ч. 4 ст. 69, ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединена не отбытая часть основного наказания в виде лишения свободы и дополнительного наказания в виде ограничения свободы по приговору от 11 мая 2021 года, окончательно по совокупности приговоров назначено 6 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев, с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре.

До вступления приговора в законную силу Х.Х.Х. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Время содержания под стражей Х.Х.Х. с 13 января 2026 года до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в колонии строгого режима.

Приговором принято решение о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи краевого суда Щукина А.Г., выступление осужденного Х.Х.Х., адвоката АДВОКАТ 1, защитника ЗАЩИТНИК 2, поддержавших доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, прокурора ПРОКУРОР №1, полагавшего приговор законным и обоснованным, судебная коллегия,

У С Т А Н О В И Л А:

Х.Х.Х. признан виновным и осужден за участие в деятельности общественного объединения «Арестанское уголовное единство» (далее — «АУЕ»), в отношении которого судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремисткой деятельности, за исключением организации которые в соответствии с законодательством Российской Федерации признаны террористическими.

Преступление совершено в период с <Дата> по <Дата> на территории Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №» Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Забайкальскому краю (далее — ФКУ ИК №), при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Подсудимый Х.Х.Х. в суде первой инстанции виновным себя в совершении преступления не признал, указав, что свидетели обвинения оговорили его под давлением следствия.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат АДВОКАТ 1, ссылаясь на ст. 389.15 УПК РФ, чт. 297 УПК РФ, просит приговор отменить, как незаконный и необоснованный, ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, постановить по делу оправдательный приговор, поскольку виновность Х.Х.Х. не доказана и не установлена, в его действиях состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282.2 УК РФ, отсутствует.

Фактически установочная часть текста приговора является практически полным перепечатыванием текста обвинения из обвинительного заключения.

Суд не мотивировал свой вывод о том, что все осужденные ФКУ ИК№ являются участниками ячейки запрещенной экстремистской организации международного общественного движения «АУЕ».

Х.Х.Х. не содержался в отряде № ФКУ ИК№ до начала 2024 года, тогда как осужденный Б.Р.А убыл из ФКУ ИК№ летом 2023 года и фактически не мог назначить Х.Х.Х. смотрящим.

Х.Х.Х. не мог осуществлять контроль за карантинным отделением, так как фактически он находился в карантинном отделении 3 раза - при прибытии в учреждение для отбывания наказания и после лечения. Пройти самостоятельно в любое удобное для него время в карантинное отделение колонии он не мог, поскольку объективно не имел возможности преодоления локальных зон колонии без участия сотрудников колонии.

Прямых очевидцев бесед Х.Х.Х. с прибывающими в исправительное учреждение осужденными в целях пропаганды «воровской» идеологии» материалами дела не установлено. А допрошенные свидетели отказались сообщить суду источник своей осведомленности.

Допрошенные в судебном заседании свидетели Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №14 в своих показаниях указали на то, что в отряде № они не содержались, следовательно, подзащитный не мог пропагандировать им субкультуру «АУЕ».

Следствием и судом не установлено, как и каким образом осуществляется контроль за соблюдением криминальных традиций осужденными. Прямые очевидцы указанных событий по делу не допрошены, каких - то документов о пресечении таких действий Х.Х.Х. со стороны администрации колонии в материалах дела не имеется.

Х.Х.Х. не имел возможности контролировать поступление продуктов питания в отряды жилой зоны из комнаты свиданий исправительного учреждения, поскольку, согласно показаниям свидетелей, в том числе сотрудников колонии ИК№, каждый заключенный, выходя из комнаты свиданий в жилую зону колонии, многократно досматривался сотрудниками на предмет наличия запрещенных вещей и продуктов.

Допрошенные свидетели, в том числе Свидетель №10, не подтвердили, что Х.Х.Х. самостоятельно определял социальное положение и социальный статус осужденных в соответствии с преступной иерархией, а К.А.И., не был допрошен.

Данными о личности Свидетель №4, Свидетель №14, Свидетель №5, Свидетель №8, Свидетель №11, Свидетель №12 и иных лиц не подтверждается, что его подзащитный организовал соблюдение этими осужденными правил, обычаев и традиций уголовно-преступной («воровской») субкультуры на территории учреждения, кроме того, Х.Х.Х. в ИК№ получил образование, работал, сотрудничал с администрацией по рабочим вопросам, осуществлял благоустройство колонии, за что имеет поощрения от администрации учреждения.

Материалы дела не содержат доказательств того, что Х.Х.Х. самостоятельно принимал решения о передаче и распределении полномочий и функций между осужденными согласно преступной иерархии. Не указано как, когда, какие именно решения были приняты Х.Х.Х. Кроме того, обвинением не определены критерии отнесения каких - либо действий Х.Х.Х. именно с целью обеспечения эффективности управления криминальной средой, что позволяет стороне обвинения по делу трактовать так любые действия Х.Х.Х., без какой-либо мотивировки.

Проведение азартных игр не доказано по делу, азартные игры администрацией учреждения не устанавливались, не пресекались, нет лиц из числа заключенных колонии, привлеченных к дисциплинарной ответственности за ведение, либо участие в таких играх, в том числе и Х.Х.Х.. Ведение заключенными «общака» на основе взносов в колонии не установлено. Х.Х.Х. не организовывал проведение таких игр.

Допрошенные в судебном заседании Свидетель №8, Свидетель №11, Свидетель №12 не подтвердили, что Х.Х.Х. контролировал оборот запрещенных предметов между осужденными – алкоголя и средств связи. Алкоголь либо средства связи непосредственно у Х.Х.Х. не обнаруживались и не изымались.

Допрошенные в судебном заседании Свидетель №8, Свидетель №11, Свидетель №12 и иные лица не подтвердили, что Х.Х.Х. разрешал конфликты между осужденными, самостоятельно применял меры наказания в отношении осужденных, нарушивших так называемые «воровские законы», «воровские понятия», традиции и правила, в виде применения насилия.

Приговор базируется на недопустимых доказательствах. Так, в судебном заседании допрошены свидетели, сведения о которых сохранены в тайне, это Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №4

Также в судебном заседании оглашены протоколы допросов данных свидетелей Свидетель №1 (т. 1 л.д. 60-64 от 19.11.23 г), Свидетель №2 (т. 1 л.д. 67-71 от 22.11.2023 г), Свидетель №4 (т. 1 л.д. 225-228).

Указанные свидетели в ходе допроса в судебном заседании по поводу противоправной деятельности подсудимого Х.Х.Х. источник своей осведомленности не указали, ограничившись тем, что все сведения известны им со слов осужденных ИК-7. В оглашенных в судебном заседании протоколах допросов указанных свидетелей, источник своей осведомленности они также не указывают.

Вместе с тем, на вопрос стороны защиты о том, доверяют ли скрытые свидетели Свидетель №5. Свидетель №14 своим источникам информации об обстоятельствах дела, на которые они ссылаются, Свидетель №5 пояснил, что фактически был дезинформирован по факту того, что якобы Х.Х.Х. избивал Свидетель №10. Также показания Свидетель №5 полностью противоречат и не согласуются с показаниями Свидетель №11, Свидетель №12 и других свидетелей по делу.

Свидетель №5 и Свидетель №14 дают не согласующиеся между собой и с другими свидетелями, показания по поведению Х.Х.Х. в ИК-7, по возможности его перемещения по территории колонии, о контроле за помещениями и территорией колонии со стороны администрации учреждения.

Не согласуются показания Свидетель №5, Свидетель №14, Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №4, как между собой, так и с показаниями иных свидетелей по делу, с материалами уголовного дела, по вопросу, являлся ли Х.Х.Х. смотрящим в колонии, если да то в какой период, и какие функции он исполнял.

В судебном заседании выявлен факт различности протоколов допросов Свидетель №12, представленных защите на стадии ознакомления с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ (отсутствует в материалах уголовного дела), и протокола допроса свидетеля Свидетель №12 (т. 2, л.д. 43-45).

Так, свидетель Свидетель №12 был допрошен 17.06.2025 (допрос, отсутствующий в материалах уголовного дела, направленных с обвинительным заключением в суд для рассмотрения дела), и 25.06.2025 года. Согласно текста обвинительного заключения (стр. 18), в материалах дела должен иметься допрос Свидетель №12 от 17.06.2025 года, однако указанный допрос в деле отсутствует, вместо него имеется допрос Свидетель №12 от 25.06.2025 года, не указанный в обвинительном заключении по делу. Данное нарушение нельзя считать технической ошибкой, так как в уголовном деле и в обвинительном заключении, должны быть указаны оба протокола допроса свидетеля Свидетель №12

Свидетель обвинения Свидетель №13 по протоколу допроса Свидетель №12 на стадии предварительного следствия показал, что подписывал данный допрос у Свидетель №12 по поручению следователя. Аналогичные показания свидетель Свидетель №13 дал и в отношении протоколов допросов свидетелей Свидетель №8 (т. 2 л.д. 2-7); Свидетель №9 (т. 2 л.д. 8-10); Свидетель №10 (т. 2 л.д. 11-14); Свидетель №11 (т. 2 л.д. 15-18);

Вместе с тем, указанные протоколы допросов, а именно Свидетель №12 (отсутствующий в материалах дела в суде), Свидетель №8 (т. 2 л.д. 2-7); Свидетель №9 (т. 2 л.д. 8-10); Свидетель №10 (т. 2 л.д. 11-14); Свидетель №11 (т. 2 л.д. 15-18), являются полностью печатными, выполнены в форме вопрос - ответ, каких - либо письменных включений в тексте вопроса следователя или ответа допрашиваемого лица не имеют.

Также, в протоколах допросов Свидетель №12 (отсутствующий в материалах дела в суде), Свидетель №8 (т. 2, л.д. 2-7); Свидетель №9 (т. 2, л.д. 8-10); Свидетель №10 (т. 2, л.д. 11-14); Свидетель №11 (т. 2, л.д. 15-18), указано, что все они составлены непосредственно следователем Следователь №1, подписаны следователем Следователь №1, что опровергается показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №13; какого - либо письменного поручения следователя ФИО1 свидетелю Свидетель №13 на проведение данных допросов свидетелей либо осуществление по указанным протоколам допросов каких - либо отдельных действий, в материалах дела не имеется.

Ссылаясь на ст. ст. 75, 76, 87, 88 УПК РФ указывает, что судом первой инстанции не была дана оценка доводам стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами: протоколов допроса свидетелей Свидетель №1 от 19 ноября 2023 года (т. 1 л.д. 60-64), Свидетель №2 от 22 ноября 2023 года (т. 1 л.д. 67-71), Свидетель №4 от 11 июня 2025 года (т. 1 л.д. 225-228), Свидетель №5 от 16 июня 2025 года (т. 1 л.д. 229-232), Свидетель №14 от 20 июня 2025 года (т. 2 л.д. 37-40), Свидетель №8 от 17 июня 2025 года (т. 2 л.д. 5-7); Свидетель №9 от 17 июня 2025 года (т. 2 л.д. 8-10); Свидетель №10 от 17 июня 2025 года (т. 2 л.д. 11-14); Свидетель №11 от 17 июня 2025 года (т. 2 л.д. 15-18); Свидетель №12 от 25 июня 2025 года (т. 2 л.д. 43-45).

Судом незаконно отказано в удовлетворении ходатайства о вызове свидетелей Л.А.И., А.А.М., Б.Р.А, Я.Р.С., по мотиву затягивания судебного заседания, тогда как в дальнейшем судебные заседания откладывались с 16.12.2025 вплоть до 13.01.2026 года и у суда не было каких - либо препятствий в вызове данных свидетелей.

Все действия Х.Х.Х., в том числе его дисциплинарные наказания за то, что он не заправил постель, не пришел в столовую, суд оценивает как пропаганду устоев АУЕ, без какой - то дополнительной оценки данных действий.

Вместе с тем, суд не дает оценке доводам стороны защиты о том, что за период отбывания наказания Х.Х.Х. постоянно и систематически осуществлял деятельность и мероприятия, которые свидетельствуют о невозможности его приверженности устоям и традициям движения «АУЕ», такие как обучение и получение образования, работа по строительству и обустройству церкви, всестороннее сотрудничество с администрацией учреждения, благоустройство комнаты свиданий.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Х.Х.Х., выражает несогласие с приговором, ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, незаконности выводов о его виновности, нарушений уголовно-процессуального закона в ходе расследования дела и при проверке доказательств судом, приводя доводы, полностью аналогичные доводам, изложенным в апелляционной жалобе адвоката АДВОКАТ 1, считая приговор незаконным и необоснованным, просит его отменить.

Считает, что приговор основан на недопустимых доказательствах, полученных с нарушением норм УПК РФ, в том числе, на показаниях свидетелей Свидетель №4 от 11 июня 2025 года (т. 1 л.д. 225-228), Свидетель №5 от 16 июня 2025 года (т. 1 л.д. 229-232), Свидетель №1 от 19 ноября 2023 года (т. 1 л.д. 60-64), Свидетель №2 от 22 ноября 2023 года (т. 1 л.д. 67-71), Свидетель №14 от 20 июня 2025 года (т. 2 л.д. 37-40), Свидетель №7 от 17 июня 2025 года (т. 1 л.д. 247-251), Свидетель №6 от 17 июня 2025 года (т. 1 л.д. 242-246), Свидетель №8 от 17 июня 2025 года (т. 2 л.д. 5-7), Свидетель №9 от 17 июня 2025 года (т. 2 л.д. 8-10), Свидетель №10 от 17 июня 2025 года (т. 2 л.д. 11-14), Свидетель №11 от 17 июня 2025 года (т. 2 л.д. 15-18), Свидетель №12 от 25 июня 2025 года (т. 2 л.д. 43-45).

Свидетели Свидетель №4 и Свидетель №5 не были очевидцами совершения преступления, источник своей осведомленности отказались назвать.

Кроме того, Свидетель №5 пояснил, что фактически был дезинформирован по факту того, что он (Х.Х.Х.) осуществлял противоправную деятельность.

Свидетелями были даны противоречивые показания.

Свидетели Свидетель №1 и Свидетель №2, сведения о которых сохранены в тайне, были допрошены в рамках другого уголовного дела, а по данному уголовному делу они не были допрошены.

Свидетель Свидетель №4 не мог быть допрошен в указанное в протоколе допроса дату и время, поскольку следователь Следователь №1 проводил следственные действия с ним (Х.Х.Х.). Следователем были нарушены положения ч. 6 ст. 190, ст. 75, ст. 73 УПК РФ.

Стороной защиты выявлен факт разности протоколов допросов Свидетель №12, представленных защите на стадии ознакомления с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ, и представленного суду. Суду предоставлен допрос указанного свидетеля от 25 июня 2025 года, который тот отказался подписывать, что подтвердил в суде. В материалах дела отсутствует протокол допроса свидетеля Свидетель №12 от 17 июня 2025 года.

Судом были нарушены его конституционные права, в том числе его право на защиту, поскольку в удовлетворении заявленных стороной защиты ходатайств было отказано, в том числе, о вызове свидетелей стороны защиты.

Свидетель Свидетель №13 указал, что он, по поручению следователя Следователь №1, допрашивал и подписывал протоколы допросов свидетелей Свидетель №12, Свидетель №8, Свидетель №9, Свидетель №3, Свидетель №10, Свидетель №11 и других осужденных. Вместе с тем, материалы дела не содержат поручения. Протоколы допросов свидетелей Свидетель №8 (т. 2 л.д. 2-7), Свидетель №9 (т. 2 л.д. 8-10), Свидетель №10 (т. 2 л.д. 11-14), Свидетель №11 (т. 2 л.д. 15-18), составлены непосредственно следователем Следователь №1, подписаны следователем Следователь №1, являются полностью печатными, выполнены в форме вопрос - ответ, каких - либо письменных включений в тексте вопроса следователя или ответа допрашиваемого лица, не имеют.

Просит оставить возражения прокурора Оловяннинского района ПРОКУРОР №2 на его апелляционную жалобу без удовлетворения, как необоснованные.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного Х.Х.Х., прокурор Оловяннинского района ПРОКУРОР №2, считая приговор законным и обоснованным, просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, приговор без изменения.

Проверив материалы дела, выслушав стороны, обсудив доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, а также возражений на апелляционную жалобу осужденного, судебная коллегия находит постановленный в отношении Х.Х.Х. приговор законным и обоснованным.

Выводы суда о доказанности вины осужденного в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 282.2 УК РФ основаны на полном и всестороннем исследовании совокупности доказательств, подробно изложенных в приговоре, надлежаще проверенных и оцененных судом: показаниях свидетелей Свидетель №6, Свидетель №13, Свидетель №7, Свидетель №3, Свидетель №8, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №2 и Свидетель №1, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №14, специалиста Специалист №1 , которые подробно приведены в приговоре.

Кроме того, показания свидетелей, не являются единственными или определяющими доказательствами обвинения, поскольку виновность Х.Х.Х., подтверждена также и другими исследованными судом доказательствами: рапортом об обнаружении признаков состава преступления от 22 апреля 2025г., протоколом осмотра места происшествия от 17 июня 2025г., дневником индивидуальной воспитательной работы с осужденным Х.Х.Х., заключением эксперта от 26.02.2024 г., решением Верховного суда РФ от 17.08.2020г., с учетом дополнительного решения от 2.10.2020г., и другими собранными по делу доказательствами, проверенными в судебном заседании с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела, всесторонний анализ которых содержится в приговоре.

Совокупностью показаний свидетелей Свидетель №6, Свидетель №13, Свидетель №7, Свидетель №2 – оперативных работников ИК№, Свидетель №1, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №14 – свидетелей, чьи данные сохранены в тайне, подтверждается, что Х.Х.Х., разрешал конфликтные ситуации среди осужденных отряда с применением к ним санкций; осуществлял контроль за ходом азартных игр; определял статус осужденных; применял меры наказания в отношении осужденных; проводил с осужденными беседы в целях пропаганды «воровской идеологии»; проводил общие собрания осужденных; пропагандировал субкультуру АУЕ, при этом будучи достоверно осведомленным о запрете её деятельности; контролировал поступление продуктов питания в отряды жилой зоны из комнаты свиданий исправительного учреждения.

Указанными действиями Х.Х.Х. умышленно и активно участвовал в деятельности экстремистской организации, запрещенной на территории РФ.

В ходе предварительного следствия и в суде свидетели были допрошены с соблюдением всех необходимых требований УПК РФ, в связи с чем, ставить под сомнение правдивость их показаний, оснований не имеется.

Показания поименованных выше лиц последовательны, согласуются между собой, соответствуют обстоятельствам дела. Поводов не доверять их показаниям не имеется, поскольку сведений о наличии у них оснований для оговора Х.Х.Х. по делу не установлено.

Cотрудники ФСИН Свидетель №6, Свидетель №13, Свидетель №7, пояснили суду об обстоятельствах, ставших им известными в силу выполнения ими должностных обязанностей и проведения оперативно-розыскных мероприятий. Вопреки доводам апелляционных жалоб, показания указанных лиц могли быть использованы в качестве доказательств по делу, поскольку они обладали сведениями, имеющими значение для разрешения уголовного дела. Свидетели – сотрудники системы исполнения уголовного наказания, не принимали участие в расследовании уголовного дела, обладали сведениями, имеющими значение для его разрешения, основания для признания их показаний недопустимыми доказательствами не имеется.

В материалах уголовного дела не содержится данных о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения, либо их фальсификации.

Представленная судебной коллегии стороной защиты копия справки, составленной оперуполномоченным ИК№ Свидетель №13 в рамках судопроизводства, связанного, как пояснил Х.Х.Х., с оспариванием им факта постановки его на профилактический учет в исправительной колонии, не влечет иной оценки показаний свидетеля Свидетель №13, поскольку в суде указанное лицо было предупреждено об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, а доказательств нарушения им требований ст. 307 УК РФ, судебной коллегии не представлено.

Кроме того, судом были верно положены в основу приговора заключение специалиста-криминолога Специалист №1 и его подробные показания о функционировании экстремистского объединения «АУЕ» и криминологической оценке деятельности Х.Х.Х., как участника данной организации.

Судебная коллегия не усматривает оснований для признания показаний свидетелей допрошенных под псевдонимами недопустимыми доказательствами. Решение о сохранении в тайне сведений о личности данных лиц органом следствия принято с соблюдением требований ч. 3 ст. 11, ч. 9 ст. 166 УПК РФ.

Допросы свидетелей, в условиях, исключающих их визуальное наблюдение другими участниками судебного разбирательства в целях обеспечения безопасности свидетелей, произведены с соблюдением ч.5 ст. 278 УПК РФ.

Сторонам была представлена возможность задать свидетелям относящиеся к предмету доказывания вопросы и получить на них ответы. Таким образом, право стороны защиты на допрос показывающих против подсудимого лиц, реализовано в установленном законом порядке.

Вопреки доводам жалоб стороны защиты, судом на основании показаний свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №14 были установлены конкретные обстоятельства участия осужденного в экстремистской деятельности движения «АУЕ».

Доводы осужденного и адвоката о том, что к показаниям указанных свидетелей необходимо относиться критически в связи с их недостоверностью, несоответствием п. 2) ч. 2 ст. 75 УПК РФ, а также необоснованным отказом указанных свидетелей отвечать на вопросы защиты, имеющие якобы, существенное значение для дела, судебная коллегия находит несостоятельными. Принятое органами предварительного следствия решение о применении к указанным свидетелям мер по их защите, соответствует положениям, закрепленным в ч. 3 ст. 11 УПК РФ и коррелирует с обоснованным отказом свидетелей отвечать в суде на вопросы, способные привести к раскрытию личности и, следовательно, угрожать их безопасности.

При этом судебная коллегия учитывает, что показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №14, соотносятся с фактическими обстоятельствами дела, логичны, не имеют существенных противоречий, объективно подтверждены иными доказательствами по делу, что позволило суду признать их достоверными, поскольку они объективно подтверждены иными доказательствами, исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре. Отдельные неточности, на которые обращено внимание в доводах апелляционных жалоб, не влияют на общую оценку показаний данных свидетелей как относимых и допустимых.

Несогласие Х.Х.Х. с показаниями свидетелей, само по себе не влечет их признание недостоверными или недопустимыми доказательствами.

Свидетели из числа осужденных Свидетель №3, Свидетель №8, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №11 и Свидетель №12 подтвердили, что Х.Х.Х. отбывал наказание в ИК№, при этом в колонии имелась наглядная информация о запрете деятельности «АУЕ».

Доводы о недопустимости протоколов допросов свидетелей Свидетель №8, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №12 судебная коллегия находит беспредметными, поскольку суду данные протоколы допросов в качестве доказательств вины осужденного не представлялись, все указанные свидетели из числа осужденных, содержавшихся в ИК-7, были лично допрошены в суде с участием сторон.

Доводы стороны защиты о том, что приговор частично скопирован с обвинительного заключения, составлен с нарушением закона судебная коллегия отвергает как надуманные. Постановленный приговор соответствует требованиям закона. В нем приведена сущность доказательств по делу, указано, почему они являются достоверными, допустимыми и достаточными.

В ходатайстве о возвращении уголовного дела прокурору, судом было обоснованно отказано, поскольку препятствий для рассмотрения дела, предусмотренных ст. 237 УПК РФ, в том числе и связанных с якобы несоответствием ообвинительного заключения требованиям ст. 220 УПК РФ, не имелось.

Судом в основу обвинения положены лишь те доказательства, которые получены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Вопреки утверждениям в апелляционных жалобах о нарушении председательствующим судьей принципа состязательности сторон, что, по мнению авторов жалоб, выразилось в отказе суда содействовать стороне защиты в собирании доказательств, судебная коллегия отмечает, что судебное разбирательство проведено судом с соблюдением принципа состязательности сторон, которым были обеспечены условия для предоставления и исследования в судебном заседании доказательств, на основании которых судом были установлены обстоятельства, указанные в ст. 73 УПК РФ, при этом, судебное разбирательство проведено и в строгом соответствии с положениями ст. 252 УПК РФ. Все представленные суду доказательства были исследованы, заявленные ходатайства судом рассмотрены в соответствии с требованиями УПК РФ, принятые по этим ходатайствам решения мотивированы, при их разрешении повлиявших на исход дела нарушений не допущено. Несогласие осужденного и его защитников с решениями суда по ходатайствам, в которых им было отказано, в том числе в связи с не обоснованными вызовами в суд тех или иных лиц для их допроса, не свидетельствует о нарушении уголовно-процессуального закона, влекущем отмену приговора. Нарушений права осужденного на защиту судом не допущено.

Доводы Х.Х.Х. о непричастности к совершению преступления за которое он осужден, содержащиеся в апелляционных жалобах, аналогичны приводившимся им в суде первой инстанции, проверены в ходе судебного заседания и обоснованно признаны несостоятельными, как имеющие своей целью избежать ответственности за содеянное, в связи с чем действия осужденного судом правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ. Оснований не согласиться с выводами суда в данной части, судебная коллегия не усматривает.

Психическое состояние здоровья осужденного судом проверено. По отношению к содеянному, с учетом выводов судебно-психиатрической экспертизы, он обоснованно признан вменяемым.

Решая вопрос о назначении Х.Х.Х. наказания, суд, при определении его вида и размера, в соответствии с требованиями ст.ст. 60, 61 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, отягчающее наказание обстоятельство и наличие смягчающих, а также учел влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд правильно признал в соответствии со ст.61 УК РФ наличие несовершеннолетних детей и наличие заболеваний.

Иных обстоятельств, подлежащих признанию смягчающими, кроме уже приведенных судом в приговоре, по делу не усматривается.

Отягчающее наказание осужденного обстоятельство – рецидив преступлений, судом установлен верно, при назначении наказания правильно применены положения ч. 2 ст. 68 УК РФ. Оснований для применения положений ч. 3 ст. 68 УК РФ по делу не усматривается.

Все значимые обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания и имевшие место на момент вынесения приговора, судом при назначении наказания учтены.

Вид назначенного осужденному наказания – лишение свободы реально, является справедливым, в полной мере учитывающим обстоятельства дела, степень общественной опасности содеянного, наличие смягчающих и отягчающего обстоятельства, и личность виновного, совершившего умышленное тяжкое преступление в период непогашенной судимости за совершение особо тяжкого преступления.

Правила ч. 4 ст. 69, ст. 70 УК РФ, судом при назначении окончательного наказания, не нарушены.

Учитывая фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, отсутствие каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, личность осужденного, его поведение, наличие отягчающего наказание обстоятельства, судом верно сделан вывод об отсутствии оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ, ст. 64 УК РФ, ст. 73 УК РФ,

Вид исправительного учреждения судом определен правильно, в соответствии с положениями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вопреки доводам осужденного, мера пресечения в виде заключения под стражу избрана ему приговором, вопросы о мере пресечения, исчислении срока и зачете наказания, разрешены судом в соответствии с требованиями закона.

Нарушений уголовно- процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Оловяннинского районного суда от 13 января 2026 года в отношении Х.Х.Х. оставить без изменения, апелляционные жалобы и дополнения к ним – без удовлетворения.

Апелляционное определение (постановление) в течение шести месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии определения (постановления), может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово), путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд, постановивший приговор.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

В случае пропуска срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий А.Г. Щукин

Судьи А.В. Баженов

В.Н. Бучин