Приговор № 1-168/2019 от 19 сентября 2019 г. по делу № 1-168/2019

Дело № 1-168/2019 г.

26RS0028-01-2019-000839-55


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

20 сентября 2019 г. г. Светлоград

Петровский районный суд Ставропольского края

в составе председательствующего судьи Черниговской И.А.

при секретаре Горбенко Д.А.,

с участием государственных обвинителей – помощников прокурора Петровского района Ставропольского края Колоколова М.И., ФИО1

подсудимого/гражданского ответчика – ФИО2 -.-,

защитника – адвоката Кузьминова А.В., представившего удостоверение --- от *** и ордер --- от ***,

потерпевшего/гражданского истца Потерпевший №1,

представителя потерпевшего/гражданского истца – адвоката Соповой В.А., представившей удостоверение --- от *** и ордер --- от ***,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № 1-168/2019 г. по обвинению:

ФИО2 -.-, не судимого, -.-

в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 17.12.2017, примерно в 18 час. 25 мин., управляя технически исправным автомобилем марки -.- двигаясь на 6 км + 420 м автодороги Светлоград - Летняя Ставка - Кучерла, около ..., проявляя преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, нарушил требования абз. 1 п. 1.5; абз. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, то есть: будучи обязанным не создавать опасности для движения и не причинять вреда, проявил невнимательность к дорожной обстановке; не предпринял мер предосторожности; не обеспечил безопасности дорожного движения; при возникновении опасности для его движения, которую он был в состоянии обнаружить, в виде находящегося на проезжей части относительно движения его автомобиля пешехода Потерпевший №1, не предпринял возможных мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, в результате чего допустил наезд на указанного пешехода Потерпевший №1, которому причинены телесные повреждения в виде тяжелой сочетанной травмы: открытый оскольчатый перелом диафиза больше- и малоберцовой костей левой голени со смещением; закрытый оскольчатый перелом диафиза локтевой и лучевой костей правого предплечья со смещением; закрытый перелом левой ключицы со смещением; закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга; множественные ушибы, гематомы, ссадины грудной клетки, головы, конечностей, которые согласно заключения эксперта № 17 от 14.03.2018, причинили тяжкий вред его здоровью, по квалифицирующему признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности, не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи (п. 6.11.8 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда здоровью, причинённого здоровью человека» (приложение к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н). Допущенные нарушения Правил дорожного движения РФ водителем ФИО2 находятся в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием и его последствиями.

В судебном заседании подсудимый/гражданский ответчик ФИО2 не признал вину в совершении указанного преступления, и показал, что ***, примерно в 18 час., он ехал по ... в сторону района «Горка» на своем автомобиле -.- белого цвета со скоростью 50-60 км/ч. Во время подъема на горку, за газостанцией, примерно в 50 м выше пешеходного перехода в гору, он увидел пешехода, который шел по краю проезжей части с правой стороны по ходу его движения, шатаясь, на что он обратил внимание. Почти сравнявшись с ним, он заметил, что пешеход начал бежать, а затем падать ему под колеса, поэтому, несмотря на то, что он попытался уйти влево, он все равно его сбил примерно в 4 м от правого края проезжей части. Когда он увидел пешехода и что тот качается при ходьбе, то начал его объезжать, но тот начал падать или забежал ему под колеса, точно он не помнит, поэтому он не успел остановиться, хотя сразу начал тормозить. После ДТП он остановился, вышел из автомобиля и подошел к потерпевшему. Потерпевший №1 был жив и сильно пьян. Он спросил у него, где тот живет, на что потерпевший ответил, что живет в .... Полагает, что из-за того, что потерпевший бросился ему под колеса, он не мог избежать столкновения и не смог бы никак остановиться. Он приезжал к потерпевшему в больницу, но тот был в реанимации, а на следующий день его увезли в .... Гражданский иск не признает, поскольку считает себя невиновным.

Из показаний подсудимого ФИО2, данных им на предварительном следствии 16.05.2019 (т. 1 л.д. 187-190), и оглашенных в суде на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ в части следует, что проезжая пешеходный переход, не доезжая до автобусной остановки, расположенной с правой стороны по ходу движения его автомобиля, примерно в 30 метрах, он увидел мужчину, как позже ему стало известно это был Потерпевший №1, который шел по проезжей части по правой стороне движения, примерно в 2-х метрах от края правого бордюра. По походке Потерпевший №1 он понял, что тот был выпивший, так как последний шел шатаясь, то есть у него была нарушена координация движения. Доезжая до пешехода Потерпевший №1, он начал нажимать на педаль тормоза, с целью остановить автомобиль и при этом поворачивать на левую полосу движения, с целью того, чтобы предотвратить наезд на указанного пешехода. Перестроившись на левую полосу движения, он думал, что успеет объехать пешехода Потерпевший №1, но неожиданно для него тот сделал несколько шагов в его сторону, после чего произошел удар в правую часть бампера и от столкновения ФИО8 выкинуло на капот, а потом на лобовое стекло автомобиля. Когда он наклонился к Потерпевший №1 он почувствовал от последнего стойкий запах алкоголя, и не был удивлен, так как когда он шел по проезжей части, у него была нарушена координация движения, то есть он шел шатаясь по дороге. На его вопросы, как тот себя чувствует, Потерпевший №1 не отвечал, так как был в бессознательном состоянии. Примерно через 5-10 минут после его звонка на место происшествия прибыли сотрудники ДПС и скорая помощь.

В связи с оглашением указанных показаний, ФИО2 пояснил, что они соответствуют действительности в части. Он подтверждает, что пешеход шел на расстоянии двух метров от края дороги, но после ДТП он был в сознании, т.к. следователь его опрашивал сразу на месте, когда он там лежал. В связи с ДТП у него был шок, всё произошло очень быстро, поэтому он помнит, что потерпевший шел, покачиваясь, а как он точно уже попал под машину, не помнит. Вину он не признавал. Противоречия в его показаниях возникли, поскольку на момент его допроса он находился в нетрезвом состоянии, свои показания подписал, не читая, т.к. следователь пообещал, что его «закроют». Защитник при этом присутствовал. Сколько раз он был в отделе полиции, он не помнит, но он не был там так часто, как указано в материалах дела. Полагает, что был 2 дня и оба раза был пьян.

Между тем, вина подсудимого ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, подтверждается следующими доказательствами:

Потерпевший/гражданский истец Потерпевший №1 в судебном заседании показал, что 17 декабря 2017 года он приехал из ... на автовокзал ..., когда последнее в этот день маршрутное такси на ... уже уехало, поэтому он решил идти домой пешком. Одет он был в темно-синюю куртку и джинсы. Он шел вдоль дороги по ... и «голосовал», пытаясь остановить попутный автомобиль. Шел он примерно в 1,5-2м от правого края дороги. Вдоль дороги имелся тротуар, но было холодно, поэтому он решил, что если идти по проезжей части, то можно быстрее поймать попутный автомобиль. Было темно, поэтому, когда он увидел свет приближающегося автомобиля, он повернулся чтобы остановить его, но почувствовал удар в бок и больше ничего не помнит. Когда он очнулся в реанимации, ему сообщили, что его сбила машина. В тот день, находясь в ..., он выпил 300 грамм водки в обед, а автомобиль его сбил примерно в 19 час. -19 час. 30 мин., т.е. прошло много времени. Подсудимый приезжал проведать его в больнице, привозил гостинцы, а также извинился. Требования своего гражданского иска поддерживает в полном объеме, поскольку до данного ДТП он никаких серьезных хронических заболеваний не имел, а теперь вынужден ходить с палкой и нуждается еще в операции, т.к. перелом сросся неправильно. Просит не лишать подсудимого права управления транспортными средствами, чтобы он имел возможность зарабатывать и быстрее возместить ему причиненный моральный вред.

Кроме того, вина ФИО2 подтверждается:

- протоколом осмотра места происшествия от 17.12.2017, фототаблицей к нему и схемой, из которых следует, что в ходе осмотра участка проезжей части в населенном пункте, расположенном по ..., в 6 км + 420 м автодороги «Светлоград - Летняя Ставка -Кучерла» установлено, что проезжая часть горизонтальная, с асфальтным покрытием, шириной для одного направления 7,6 м. На проезжей части нанесена линии продольной разметки, обозначающая края проезжей части, - одинарная сплошная. Темное время суток, дорожное покрытие сухое, на месте наезда дефекты дорожного покрытия отсутствуют. Место наезда расположено на расстоянии 16 м от мнимого угла домовладения --- по ..., а также на расстоянии 4,8 м от правого края автодороги ..., в направлении от ... в сторону .... На проезжей части отобразились следы торможения длиной 5,8 метров, оставленные правым колесом транспортного средства по ходу движения автомобиля марки -.- а также длиной 15 метров, оставленные левым колесом транспортного средства по ходу движения автомобиля марки -.- (т. 1 л.д. 9-18, 19-22, 23);

- протоколом дополнительного осмотра места происшествия от 17.12.2017, проведенного с участием ФИО2, согласно которого был осмотрен участок проезжей части, расположенный по ..., на 6 км + 420 м автодороги «Светлоград - Летняя Ставка - Кучерла» и общая видимость на данном участке автодороги в направлении движения составила 43,95 м, конкретная видимость пешехода составила 44 м (т. 1 л.д. 106-108);

- заключением автотехнической экспертизы - эксперта ФБУ «Северо-кавказский региональный центр судебной экспертизы» № 2990/6-5 от 10.09.2018- 20.09.2018, из выводов которого следует, что зафиксированным на схеме ДТП следом торможения автомобиля -.- в данных дорожных условиях соответствует скорость движения не менее 56 км/ч. Таким образом, перед началом экстренного торможения автомобиль -.- в условиях места ДТП двигался со скоростью не менее 56 км/ч. С учетом вышеизложенного в дальнейшем исследовании эксперт принимает указанную в исходных данных постановления о назначении судебной автотехнической экспертизы скорость движения автомобиля -.- под управлением водителя ФИО2 - 60 км/ч. В дорожно-транспортной обстановке, описанной в постановлении о назначении судебной автотехнической экспертизы, водитель автомобиля -.- ФИО2 в темное время суток должен был двигаться со скоростью, соответствующей расстоянию видимости дороги в направлении движения, а при возникновения опасности для движения в целях предотвращения происшествия должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, т.е. должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 10.1 (абз. 1 и 2) ПДД РФ. Заданная скорость движения автомобиля -.- равная 60 км/ч в условиях места ДТП соответствовала расстоянию видимости дороги на 43,95 метра и, следовательно, в действиях водителя ФИО2, в этой части, несоответствия требованиям пункта 10.1 (абз. 1) ПДД РФ не усматриваются.

В данной дорожно-транспортной обстановке водитель автомобиля -.- ФИО2, двигаясь с заданной скоростью 60 км/ч, располагал технической возможностью снижением скорости (экстренным торможением) до скорости движения пешехода предотвратить наезд на пешехода Потерпевший №1 в момент и при исходных данных, указанных в постановлении о назначении судебной автотехнической экспертизы. Проведенное исследование показывает, что действия водителя -.- ФИО2 в дорожно-транспортной обстановке, описанной в постановлении о назначении судебной автотехнической экспертизы, выразившиеся в непринятии своевременных мер к снижению скорости в заданный момент возникновения опасности для движения, не соответствовали требованию пункта 10.1 (абз. 2) ПДД РФ. (т. 1 л.д. 121- 128);

- заключением автотехнической экспертизы - эксперта ФБУ «Северо-кавказский региональный центр судебной экспертизы» № 604/6-1 от 27.02.2019-14.03.2019, содержащим выводы, аналогичные тем, что указаны в заключении автотехнической экспертизы - эксперта ФБУ «Северо-кавказский региональный центр судебной экспертизы» № 2990/6-5 от 10.09.2018- 20.09.2018 с учетом дополнения, что перед началом экстренного торможения автомобиль -.- в условиях ДТП двигался со скоростью 56 км/ч (установить величину скорости более точной в данном случае экспертным расчетом не представляется возможным), поэтому при исследовании эксперт принимает, указанную в исходных данных постановления о назначении судебной автотехнической экспертизы, скорость автомобиля -.- равную 60 км/ч (т. 1 л.д. 228-235);

- заключением эксперта № 17 от 14.03.2018 Светлоградского судмедотделения ГБУЗ СК Краевое БСМЭ, из выводов которого следует, что у Потерпевший №1, *** г.р. обнаружены следующие повреждения: Тяжелая сочетанная травма: Открытый перелом диафиза больше- и малоберцовой костей левой голени со смещением. Закрытый оскольчатый перелом диафиза локтевой и лучевой костей правого предплечья со смещением. Закрытый перелом левой ключицы со смещением. Закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга. Множественные ушибы, гематомы, ссадины грудной клетки, головы, конечностей. Данные повреждения образовались в результате ударного действия твёрдых тупых предметов с ограниченной травмирующей поверхностью, что могло иметь место в срок и при обстоятельствах, указанных в определении, а именно в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 17.12.2017. Вышеуказанной травмой по своей совокупности Потерпевший №1 причинен тяжкий вред здоровью по квалифицирующему признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи (п. 6.11.8 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда здоровью, причинённого здоровью человека» (приложение к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н).

Характер и локализация повреждений, описанных в представленной медицинской карте стационарного больного, дают основания считать, что Потерпевший №1 в момент наезда на него транспортного средства находился в вертикальном или близком к нему положении, и был обращен левой половиной тела к движущемуся автотранспортному средству (т.1 л.д. 61-64);

- протоколом выемки от 16.05.2019, согласно которого на автомобильной стоянке Отдела МВД России по Петровскому городскому округу, расположенной по адресу: ..., у ФИО2 были изъяты автомобиль марки -.- водительское удостоверение --- на имя ФИО2, свидетельство о регистрации транспортного средства ---, страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств серии ЕЕЕ --- от *** (т. 1 л.д. 197-200);

- наличием вещественных доказательств: автомобиля марки -.-/26», водительского удостоверения --- на имя ФИО2, свидетельства о регистрации транспортного средства ---, страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств серии ЕЕЕ --- от ***, которые признаны в качестве вещественных доказательств постановлением следователя от 16.05.2019 (т.1 л.д. 208-209), и осмотрены согласно протокола осмотра предметов от 17.12.2017 и фототаблицы к нему. При этом, в ходе осмотра установлено, что автомобиль марки -.- имеет кузов типа «седан», окрашен краской белого цвета, на момент осмотра автомобиль имеет технические повреждения: деформирована правая часть крыла; деформирована крышка капота; разбито лобовое ветровое стекло, более на момент осмотра автомобиль каких-либо видимых технических повреждений не имеет (т.1 л.д. 201-203, 204-207).

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании был допрошен свидетель ФИО9, который показал, что примерно 1,5 года назад, точную дату уже не помнит, он с товарищем стоял на пороге магазина «Орхидея», выходящем на ..., и видел, как на другой стороне улицы по дорожке шел потерпевший Потерпевший №1, на которого он обратил внимание, т.к. тот находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, при этом делал 1 шаг вперед и 2 шага назад, его шатало из стороны в сторону. Когда они с товарищем зашли в магазин, то услышали удар и поняли, что что-то произошло. Выбежав из магазина, он увидел автомобиль, который стоял на обочине, и ФИО2, который стоял около потерпевшего Потерпевший №1. Он тоже подошел к месту ДТП, наклонился посмотреть, жив ли Потерпевший №1, и почувствовал сильный запах алкоголя от него. Трогать потерпевшего они не стали, так как не понятно было, какие травмы он получил в результате ДТП. Самого удара он не видел, но по лежащему потерпевшему было понятно, что удар произошел выше остановки, а пешеходный переход находился ниже остановки. Потерпевший лежал посередине дороги ближе к левой части по ходу движения вверх. Он был одет в темную куртку, в потайном кармане у него были таблетки какие-то. На следствии его по данным фактам не допрашивали. От ФИО2 он впоследствии узнал, что к какому-то таксисту Потерпевший №1 в тот день прыгал на капот автомобиля.

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании был допрошен свидетель ФИО10, которая в суде показала, что является матерью ФИО2 О совершенном им ДТП она знает со слов сына, но подробности данного ДТП, а также хода расследования данного дела ей не известны. Знает, что в мае 2019 г. у сына умер друг, в связи с чем сын несколько дней находился в запое, а она контролировала его и пыталась вывести из этого состояния. Ей неоднократно звонила следователь с требованием, чтобы сын пришел на допрос, но она отвечала, что это невозможно, т.к. сын пьет. Когда следователь сообщила, что в случае неявки, она объявит ФИО2 в розыск, она согласилась, чтобы сына увезли сотрудники полиции на допрос. Но в этот момент он также был пьян, долго одевался, а перед выходом выпил еще стакан водки. Потом сын ей рассказывал, что на допросе он спал, его будили и он подписывал представленные ему бумаги. Всё это происходило в один день. Она ездила к потерпевшему, чтобы загладить причиненный вред, но он потребовал 1000 000 руб. и на других условиях разговаривать о возмещении вреда не захотел. Сама она является пенсионеркой, инвалидом -.- группы, поэтому сын постоянно ей помогает физически, а также когда у него появляется работа – материально.

Свидетель ФИО11 в суде показала, что ею в качестве следователя СО ОМВД России по Петровскому городскому округу в течение нескольких дней проводились следственные действия с ФИО2, который на момент его допроса находился в нормальном состоянии, был трезв, давал показания добровольно в присутствии защитника. Если бы ФИО2 находился в состоянии алкогольного опьянения, его бы для допроса не пропустили бы в отдел через КПП. Протокол его допроса был прочитан ею ФИО2, затем он сам лично с ним знакомился и удостоверил его правильность своей подписью, никаких замечаний по данному поводу от него или его защитника не поступило.

Оценив совокупность доказательств, представленных стороной обвинения, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО2 в совершении при изложенных выше в описательной части приговора обстоятельствах деяния, выразившегося в нарушении требований Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего Потерпевший №1, которая подтверждается совокупностью исследованных допустимых доказательств: показаниями подсудимого ФИО2, фактически подтвердившего, что видя движущегося впереди по дороге пешехода он не принял достаточных мер к остановке транспортного средства; показаниями потерпевшего Потерпевший №1 о том, что он шел по проезжей части дороги с целью остановки попутного автомобиля, когда почувствовал удар, от которого он упал и потерял сознание, узнав позже, что его сбила машина под управлением ФИО2; протоколом осмотра места происшествия и дополнительного осмотра места происшествия, зафиксировавшими обстоятельства дорожной обстановки, при которой произошло данное ДТП, которое проведено с участием ФИО2; заключением эксперта по результатам проведения судебно-медицинской экспертизы № 17 от 14.03.2018, подтвердившей характер, локализацию и механизм получения телесных повреждений Потерпевший №1 в результате наезда на него автомобиля, от которого ему причинен тяжкий вред здоровью; заключениями автотехнических экспертиз ФБУ «Северо-Кавказский региональный центр судебной экспертизы» МЮ РФ, которые в полной мере отражают обстоятельства совершения ДТП, имевшего место 17.12.2017 с участием автомобиля под управлением ФИО2

Доводы подсудимого ФИО2 и его защитника о том, что потерпевший Потерпевший №1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, двигаясь по проезжей части дороги и бросаясь на проезжающие транспортные средства, сам спровоцировал данное ДТП, которое ФИО2 не смог бы предотвратить путем экстренного торможения опровергаются вышеприведенными заключениями автотехнических экспертиз, согласно которых в данной дорожно-транспортной обстановке водитель автомобиля -.- ФИО2, двигаясь с заданной скоростью 60 км/ч, располагал технической возможностью снижением скорости (экстренным торможением) до скорости движения пешехода предотвратить наезд на пешехода Потерпевший №1, поэтому его действия не соответствовали требованию пункта 10.1 (абз. 2) ПДД РФ. Сторона защиты не учитывает требования Правил дорожного движения, в соответствии с которыми водитель обязан принимать меры к обеспечению безопасности дорожного движения, избирать скорость, обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, при возникновении опасности для движения в виде пешехода, которую он в состоянии был обнаружить, принимать возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Опасность для движения в виде пешехода для водителя ФИО2 возникла в момент когда он увидел пешехода, двигавшегося по проезжей части дороги, однако он не принял мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, хотя имел к этому техническую возможность, что привело к наезду.

При этом суд оценивает показания ФИО2, данные им на предварительном следствии и оглашенные в суде в части, как более достоверные и соответствующие фактическим обстоятельствам совершенного преступления, установленным в суде, а доводы ФИО2 и свидетеля ФИО10 о том, что на момент допроса ФИО2 он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, опровергаются показаниями свидетеля – следователя ФИО11. подтвердившей, что ФИО2 при выполнении ею следственных действий был трезв, в противном случае, его бы не пропустили в отдел полиции на КПП. Суд также учитывает, что указанные показания давались им в присутствии защитника ФИО12, им подписаны, замечаний по их содержанию ни от ФИО2, ни от его защитника не поступило.

Таким образом, вина подсудимого ФИО2 в нарушении требований абз. 1 п 1.5 и абз. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, то есть в том, что ФИО2, будучи обязанным действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, проявил невнимательность к дорожной обстановке; не предпринял мер предосторожности; не обеспечил безопасности дорожного движения; при возникновении опасности для его движения, которую он был в состоянии обнаружить, в виде находящегося на проезжей части относительно движения его автомобиля пешехода Потерпевший №1, не предпринял возможных мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, в результате чего допустил наезд на указанного пешехода Потерпевший №1, исходя из обстоятельств, установленных судом, не вызывает сомнения.

Данные обстоятельства не были учтены ФИО2 при управлении автомобилем, хотя при должной внимательности и предусмотрительности он мог предвидеть и предотвратить наступившие опасные последствия.

По смыслу закона уголовная ответственность по ст. 264 УК РФ наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь. При решении вопроса о технической возможности предотвращения ДТП необходимо исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей ДТП. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.

Судом установлено, что действия ФИО2 находятся в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, в результате которого пешеходу Потерпевший №1 причинён тяжкий вред здоровью. При этом ФИО2 при условии соблюдения им Правил дорожного движения располагал технической возможностью не только предотвратить, но и не допустить данное дорожно-транспортное происшествие, при этом опасности для движения ему иными участниками дорожного движения с момента обнаружения им пешехода на проезжей части дороги не было создано.

Таким образом, виновное совершение ФИО2 дорожно-транспортного происшествия, последствием которого явилось причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1, судом установлено в соответствии с фактическими обстоятельствами дела, и выяснено с достаточной полнотой в ходе судебного разбирательства.

При этом суд учитывает, что при описании преступного деяния ФИО2 предварительным следствием инкриминировано нарушение п. 1.3 Правил дорожного движения РФ, который носит общий характер и не находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

На основании п. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления. Указание требований нормативного акта, не имеющего прямого отношения к наступившим последствиям, является нарушением требований уголовно-процессуального закона и подлежит исключению.

В связи с изложенным ссылка на п. 1.3 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1992 г. N 1090 подлежит исключению при описании преступного деяния ФИО2, как излишне вмененная.

В судебном заседании была подробно изучена совокупность доказательств вины подсудимого ФИО2, предъявленных стороной обвинения, признанных судом допустимыми доказательствами, поэтому, оценив их с точки зрения относимости, а в целом достаточности для разрешения дела, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО2 по ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения РФ – а именно абз. 1 п. 1.5 и абз. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090 "О Правилах дорожного движения", повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Учитывая фактические обстоятельства и степень общественной опасности содеянного подсудимым ФИО2, а именно способ совершения преступления, форму вины, характер и размер наступивших последствий, а также другие фактические обстоятельства преступления, влияющие на степень его общественной опасности, достаточных оснований для изменения категории совершенного им преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст.15 УК РФ, суд не усматривает.

В соответствии с требованиями ст.ст. 43, 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, цели восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия его жизни.

Согласно п. 2.1. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 19 (ред. от 29.11.2016) "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности" под заглаживанием вреда понимается имущественная, в том числе денежная, компенсация морального вреда, оказание какой-либо помощи потерпевшему, принесение ему извинений, а также принятие иных мер, направленных на восстановление нарушенных в результате преступления прав потерпевшего, законных интересов личности, общества и государства.

В связи с этим обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, является предусмотренное п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ – иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему Потерпевший №1, поскольку ФИО2 принесены извинения потерпевшему, приносились гостинцы в больницу, п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ - активное способствование раскрытию и расследованию преступления и явку с повинной, поскольку ФИО2 непосредственно после случившегося сам сообщил в ДЧ ОМВД России по Петровскому городскому округу о том, что он сбил человека, находился на месте ДТП до приезда следственно-оперативной группы и на месте ДТП в объяснениях об обстоятельствах его совершения, данных им ещё до возбуждения уголовного дела, которые суд расценивает как явку с повинной, подробно рассказывал об обстоятельствах совершения им данного преступления, указывая существенные детали, которые не были известны органам следствия и позволившие установить все обстоятельства совершенного преступления, и которые согласуются с исследованными в судебном заседании доказательствами.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 25 от 9 декабря 2008 года "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения", если суд установит, что указанные в ст. 264 УК РФ последствия наступили не только вследствие нарушений лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения, но и ввиду несоблюдения потерпевшим конкретных пунктов правил, эти обстоятельства могут быть учтены судом как смягчающие наказание.

Согласно п. 4.1. ПДД РФ пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. При отсутствии тротуаров, пешеходных дорожек, велопешеходных дорожек или обочин, а также в случае невозможности двигаться по ним пешеходы могут двигаться по велосипедной дорожке или идти в один ряд по краю проезжей части (на дорогах с разделительной полосой - по внешнему краю проезжей части). При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств. При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

В судебном заседании достоверно установлено, что потерпевший Потерпевший №1 грубо нарушил относящиеся к нему как к участнику дорожного движения правила, двигался по проезжей части дороги при наличии тротуара, в 4,8 м от правого края 2,8 м от левого края проезжей части дороги по ходу движения автомобиля в нарушение п. 4.1 ПДД РФ, что подтверждается показаниями подсудимого ФИО2, свидетеля ФИО9, а также не отрицается самим потерпевшим Потерпевший №1, в результате чего на него произошел наезд автомобиля под управлением ФИО2, вследствие которого потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью. Данное обстоятельство в соответствии с п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ - противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, суд признает обстоятельством, смягчающим наказание.

При этом наличие матери-пенсионерки ФИО10, *** года рождения, являющейся инвалидом -.- группы (т. 2 л.д. 2), данные о личности ФИО2, не судимого, на учете у нарколога и психиатра не состоящего, суд признает как смягчающие ФИО2 наказание обстоятельства в порядке части 2 статьи 61 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих подсудимому ФИО2 наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Поэтому при назначении наказания ФИО2 суд руководствуется правилами ч.1 ст.62 УК РФ, согласно которой при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами "и" и (или) "к" части первой статьи 61 настоящего Кодекса, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, данных о личности подсудимого, требований справедливости назначаемого наказания, достижения целей наказания, учитывая материальное положение подсудимого ФИО2, не работающего, подтвержденного стабильного источника дохода не имеющего, условия его жизни, отсутствие отягчающих вину обстоятельств, отсутствие оснований, предусмотренных ч. 6 ст. 53 УК РФ, суд не находит оснований для назначения ФИО2 наказания по ч.1 ст. 264 УК РФ в виде принудительных работ, ареста и лишения свободы и назначает наказание в виде ограничения свободы.

Санкция части 1 статьи 264 УК РФ при назначении основного наказания в виде ограничения свободы не предусматривает возможность назначения дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью.

Согласно части 3 статьи 47 УК РФ, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью может назначаться в качестве дополнительного вида наказания и в случаях, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК в качестве наказания за соответствующее преступление, если с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного суд признает невозможным сохранение за ним права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, наличие вышеперечисленных смягчающих его наказание обстоятельств, и отсутствие отягчающих вину обстоятельств, а также личность подсудимого ФИО2, имеющего мать-пенсионерку, инвалида третьей группы, учитывая ходатайство потерпевшего Потерпевший №1 не лишать ФИО2 права управления транспортными средствами в целях скорейшего возмещения ему морального вреда, суд не находит оснований для назначения ФИО2 наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством в качестве дополнительного наказания на основании части 3 статьи 47 УК РФ.

Оснований для постановления приговора без назначения подсудимому ФИО2 наказания за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, применения к нему положений ст.ст. 75-78 УК РФ и ст.ст. 24-28 УПК РФ об освобождении от уголовной ответственности, либо освобождения его от наказания, а также для применения отсрочки отбывания наказания суд не усматривает, как не усматривает таковых и для применения к ФИО2 положений ст. 64 УК РФ.

Решая судьбу вещественных доказательств, суд руководствуется требованиями ст.81 УПК РФ.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 в части взыскания компенсации морального вреда в сумме 300000 руб., который подсудимый ФИО2 не признал, суд полагает удовлетворить частично.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Названное законоположение направлено на защиту личных неимущественных прав и нематериальных благ граждан.

В этой связи в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" отмечается, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная -.- и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной -.- распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно абзацу второму ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Как разъяснено в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Указанная норма обязывает лиц, чья деятельность связана с повышенной опасностью для окружающих, возместить вред, если эти лица не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Из этих положений следует, что владелец источника повышенной опасности отвечает за вред, причиненный его использованием, независимо от наличия своей вины в причинении вреда: осуществление деятельности, связанной с повышенной опасностью для окружающих, обязывает к особой осторожности и осмотрительности; такая обязанность обусловливает установление правил, возлагающих на владельца источника повышенной опасности повышенное бремя ответственности за причинение вреда по сравнению с лицами, деятельность которых с повышенной опасностью не связана.

В частности, простая неосторожность потерпевшего, как следует из пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, если ею обусловлено причинение потерпевшему вреда, не только не освобождает владельца источника повышенной опасности от обязанности этот вред возместить, но не является основанием и для снижения размера возмещения: в силу пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации таким основанием может быть лишь грубая неосторожность потерпевшего, которую причинитель должен доказать. Более того, вред, невиновно причиненный потерпевшему и обусловленный его грубой неосторожностью, не освобождает владельца источника повышенной опасности от обязанности возместить этот вред, если он причинен жизни или здоровью гражданина; допускается лишь снижение размера возмещения (абзац второй пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (статья 20, часть 1), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (статья 41, часть 1), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом (статья 18 Конституции Российской Федерации). В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (пункт 1 статьи 150 ГК Российской Федерации).

Определяя размер компенсации морального вреда, суд с учетом названных положений закона и статей 151, 1101 ГК РФ учитывает характер и степень причиненных потерпевшему Потерпевший №1 физических и нравственных страданий, причинение ему тяжкого вреда здоровью, его нахождение на стационарном лечении с 17.12.2017 до 09.02.2018, проведение ему трех хирургических операций, возраст Потерпевший №1 56 лет, фактические обстоятельства ДТП, в т.ч. грубую неосторожность потерпевшего Потерпевший №1, шедшего в нетрезвом состоянии по проезжей части дороги в не установленном для перехода месте в темное время суток, а также требования разумности, справедливости, материальное положение гражданского ответчика ФИО2, не имеющего постоянного места работы, приходит к выводу о взыскании с ФИО2 в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб., что будет соответствовать принципам конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также принципам разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Кроме того, интересы Потерпевший №1, признанного потерпевшим по данному уголовному делу в ходе предварительного расследования и судебного заседания представляла адвокат Сопова В.А.

Потерпевший вправе иметь представителя (п. 8 ч. 2 ст. 42 УПК РФ). Представителем потерпевшего может быть адвокат. Потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям ст. 131 настоящего Кодекса (ч. 3 ст. 42 УПК РФ).

При этом право потерпевшего иметь избранного им самим представителя для оказания помощи в отстаивании своих прав и законных интересов (п. 8 ч. 2 ст. 42 и ст. 45 УПК Российской Федерации) не ограничивается никакими условиями и может быть реализовано потерпевшим на любом этапе производства по уголовному делу (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 июня 2000 года N 11-П, Определения от 22 января 2004 года N 119-О, от 18 января 2005 года N 131-О, от 24 ноября 2005 года N 431-О). Такой смысл положениям статей 42 и 45 УПК Российской Федерации придается и Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года N 17 "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве" (пункты 3 и 7).

В соответствии с положениями ст. 131 УПК РФ процессуальными издержками являются связанные с производством по уголовному делу расходы, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства (ч. 1). К процессуальным издержкам относятся: суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего (п. 1.1 ч. 2).

Согласно разъяснений, содержащихся в п. 34 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года N 17 на основании части 3 статьи 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям пункта 1.1 части 2 статьи 131 УПК РФ. Потерпевшему подлежат возмещению необходимые и оправданные расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, которые должны быть подтверждены соответствующими документами.

Потерпевшим Потерпевший №1 понесены расходы по оплате услуг представителя - адвоката Соповой В.А. за представление его интересов в судебном заседании и на предварительном следствии в размере 10 000 руб. и 10000 руб. соответственно, что подтверждается соглашениями --- от *** и --- от ***, а также квитанциями к приходному ордеру --- от *** и --- от ***.

По смыслу положений ч. 1 ст. 131 и ч. ч. 1, 2, 4, 6 ст. 132 УПК РФ в их взаимосвязи, суду следует принимать решение о возмещении процессуальных издержек за счет средств федерального бюджета, если в судебном заседании будут установлены имущественная несостоятельность лица, с которого они должны быть взысканы, либо основания для освобождения осужденного от их уплаты.

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года N 42 "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам", в соответствии с частью 1 статьи 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета. Решение суда о возмещении процессуальных издержек за счет средств федерального бюджета или о взыскании их с осужденного должно быть мотивированным.

При этом в соответствии с пунктом 7 указанного Постановления Пленума ВС РФ, следует иметь в виду, что отсутствие на момент решения данного вопроса у лица денежных средств или иного имущества само по себе не является достаточным условием признания его имущественно несостоятельным.

Таким образом, сумму оплаты вознаграждения представителя Соповой В.А. в размере 20000 руб. на основании п. 1.1. ч. 2 ст. 131 УПК РФ, суд относит к процессуальным издержкам. На основании ч. 1 ст. 132 УПК РФ, с учетом материального положения ФИО2, требования потерпевшего в данной части не признавшего, в настоящее время не работающего, но в трудоспособности не ограниченного, иждивенцев не имеющего, суд полагает необходимым взыскать данные процессуальные издержки с подсудимого ФИО2 в пользу потерпевшего в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 -.- виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание в виде 1 (одного) года ограничения свободы.

В соответствии со ст. 53 УК РФ установить ФИО2 ограничения: не выезжать за пределы территории Петровского городского округа Ставропольского края и не изменять место жительства или пребывания, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации; и возложить обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную 16.05.2019 в отношении ФИО2, - отменить, после вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск Потерпевший №1 к ФИО2 -.- о компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 -.- в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в сумме 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

В остальной части исковых требований – отказать.

Процессуальные издержки – расходы по оплате вознаграждения в сумме 20 000 (двадцать тысяч) руб. представителю потерпевшего адвокату Соповой В.А. за участие на предварительном следствии и в судебном заседании – взыскать с осужденного ФИО2 -.- в пользу потерпевшего Потерпевший №1.

Вещественные доказательства по делу: автомобиль марки -.- водительское удостоверение --- на имя ФИО2, свидетельство о регистрации транспортного средства ---, страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств серии ЕЕЕ --- от ***, находящиеся на ответственном хранении у ФИО2 – после вступления приговора в законную силу возвратить владельцу ФИО2

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Петровский районный суд в течение 10 суток со дня постановления. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья И.А.Черниговская