Апелляционное определение № 33-16114/2025 от 14 декабря 2025 г.

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 15.12.2025

66RS0003-01-2025-02329-80

Дело № 33-16114/2025 (2-3578/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 09.12.2025

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Зоновой А.Е.,

судей Редозубовой Т.Л., Хрущевой О.В.,

при ведении протокола помощником судьи Григорьевой Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Профсвар» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести записи в трудовую книжку, произвести отчисления, взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ответчика на решение Кировского районного суда г.Екатеринбурга от 10.09.2025.

Заслушав доклад судьи Хрущевой О.В., объяснения представителя ответчика ФИО2, действующего на основании доверенности №1 от 04.06.2025, представителя истца – ФИО3, действующего на основании доверенности от 27.06.2024 №66 АА 7733568 и доверенности от 29.09.2025, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику, в обоснование которого указал, что работал в ООО «Профсвар» с 23 марта 2024 по 23 апреля 2025 года в должности руководителя отдела производства. Трудовые отношения не оформлены, трудовой договор не заключался. 01 апреля 2024 года между ним и ответчиком заключен договор возмездного оказания услуг по обучению сборке сварочного оборудования № П-001. Однако данный договор не соответствовал фактически сложившимся правоотношениям. Согласно достигнутым договоренностям при трудоустройстве истцу поручено выполнение следующих должностных обязанностей: сборка механизма перемещения сварочной горелки и комплектующих, организация учета и хранения комплектующих и ТМЦ, организация отправки заказов клиентам, организация получения оборудования для ремонта и гарантийного обслуживания, осуществление закупки комплектующих и сырья, организация взаимодействия с подрядчиками по вопросу изготовления комплектующих, закуп расходных материалов, обучение сотрудников сборке механизмов перемещения сварочной горелки, выполнение иных поручений непосредственного руководителя – генерального директора ( / / )6 Рабочий график установлен с понедельника по пятницу с 09:00 по 18:00 часов, суббота, воскресение – выходные дни. Истец подчинялся непосредственно генеральному директору ( / / )7, отчитывался о проделанной работе, выполнял его указания. Работа осуществлялась на территории ответчика по адресу <адрес> соблюдая правила внутреннего трудового распорядка, пользовался служебным автомобилем. По окончании срока действия договора трудовые отношения не прекращены, истец продолжал работу. 23 апреля 2025 года с истцом прекращены трудовые отношения по инициативе ответчик. С приказом об увольнении он не ознакомлен, расчеты не произведены. Также имеется задолженность по заработной плате, которая согласована в следующем размере: апрель, май 2024 год 80000 рублей ежемесячно, июнь-сентябрь 100000 рублей ежемесячно, октябрь 2024 года 170000 рублей, ноябрь 2024 года 200000 рублей, декабрь 2024 года 230000 рублей, с января 2025 года 250000 рублей ежемесячно. Задолженность по заработной плате составляет 416418, 81 руб.

С учетом уточнения требований /том 2 л.д. 14-15/ истец просил установить факт трудовых отношений между истцом и ответчиком в период с 27 марта 2024 по 23 апреля 2025 года в должности руководитель производства, возложить на ООО «Профсвар» обязанность внести сведения о трудовой деятельности истца с 27 марта 2024 по 23 апреля 2025 года в электронную трудовую книжку истца, в Социальный фонд России, взыскать с ООО «Профсвар» неполученную заработную плату в размере 662848, 50 руб. до вычета НДФЛ, возложить на ООО «Профсвар» обязанность произвести расчет и уплатить страховые взносы, незадекларированный НДФЛ за период работы с 27 марта 2024 по 23 апреля 2025 года, взыскать компенсацию за неиспользованный отпуск за 14 дней в размере 77 644 рубля, компенсацию морального вреда 30000 рублей.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения требований. Указал, что отношения между истцом и ответчиком возникли на основании договора возмездного оказания услуг от 01.04.2024 по обучению сборки сварочного оборудования, в рамках которого истец (исполнитель) оказывал услуги ООО «Профсвар» (заказчик) по обучению и подготовке персонала сборки сварочного оборудования и комплектующих, за что истец получал вознаграждение.

Решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 10.09.2025 исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Профсвар» удовлетворены частично. Установлен факт трудовых отношений между ФИО1 (<№>) и обществом с ограниченной ответственностью «Профсвар» (ИНН <***>) с 27 марта 2024 по 23 апреля 2025 года в должности руководитель производства.

На общество с ограниченной ответственностью «Профсвар» (ИНН <***>) возложена обязанность внести в электронную трудовую книжку ФИО1 (<№>) сведения о приеме на работу и об увольнении, обязанность предоставить сведения и произвести отчисления за ФИО1 (<№>), в том числе налог на доходы физических лиц, взносы на обязательное пенсионное страхование, за период с 27 марта 2024 по 23 апреля 2025 года.

С общества с ограниченной ответственностью «Профсвар» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (<№>) взыскана задолженность по заработной плате в размере 361 647 рублей с удержанием НДФЛ, компенсацию за неиспользованный отпуск 45843 рубля 14 копеек с удержанием НДФЛ, компенсацию морального вреда 30000 рублей.

С общества с ограниченной ответственностью «Профсвар» (ИНН <***>) в бюджет взыскана государственная пошлина 15687 рублей 25 копеек.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение суда отменить и принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении иска, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, недоказанность установленных судом обстоятельств по делу. Указывает, что между сторонами имели место гражданско-правовые отношения, поскольку 01.04.2024 был заключен договор возмездного оказания услуг. С просьбой заключить трудовой договор истец к ответчику не обращался. Отсутствие актов об оказании услуг не свидетельствует о недействительности договора. Суд не учел, что истец не каждый день и не полный рабочий день приходил на работу, что подтверждается выпиской из посещений здания «Технопарк». Истец не посещал ООО «Профсвар» с 28.12.2024 до 17.03.2025, на должность руководителя производства был назначен Свидетель №1 С 17.03.2025 по 27.03.2025 истец передавал наработки Свидетель №1, а 01.04.2025 действие гражданско-правового договора №NП от 01.04.2024, заключенного между истцом и ответчиком, было прекращено. Также ответчик не согласен с тем, что суд установил, что истец работал в должности руководителя отдела производства, поскольку данная должность внесена в штатное расписание в январе 2025 года. Не согласен с оценкой показаний свидетелей, а также с периодом установления трудовых отношений. Полагает, что суд сделал неверный расчет задолженности по заработной плате. Всего ответчик выплатил ФИО1 1287151, 50 руб. Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заработная плата истца в соответствии с данными статистики составляет 95943 руб. в месяц. С учетом периода работы, ответчик выплатил истцу заработную плату в полном объеме.

В заседании судебной коллегии представитель ответчика доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме.

Представитель истца просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика без удовлетворения.

В заседание суда апелляционной инстанции не явились истец, третье лицо, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом (истец извещен телефонограммой, третье лицо почтой), в том числе стороны извещены путем размещения соответствующей информации на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда (21.11.2025). Руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая отсутствие ходатайств об отложении судебного заседания и отсутствие сведений об уважительных причинах неявки, судебная коллегия определила о рассмотрении дела при данной явке.

Заслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, в пределах которых проверив законность и обоснованность решения суда (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Разрешая требования ФИО1 об установлении факта трудовых отношений с ООО «Профсвар» суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 15, 16, 56, 57, 67, 135, 234, 237, 236 Трудового кодекса Российской Федерации, Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" на основании совокупности представленных доказательств, установил наличие между сторонами трудовых отношений в период с 27.03.2024 по 23.04.2025, приходя к выводу, что истец был допущен к выполнению работы в интересах ООО «Профсвар» по должности руководителя производства с 27.03.2024, с учетом отсутствия опровергающих доказательств со стороны ответчика презумпции трудовых отношений. Поскольку судом был установлен факт трудовых отношений между сторонами в спорный период, суд первой инстанции при отсутствии доказательств обратного, пришел к выводу о наличии оснований для взыскания задолженности по оплате труда за период с 27.03.2025 по 23.04.2025. Определяя размер заработной платы, подлежащей взысканию в пользу истца, суд учел указанный истцом размер заработной платы, не опровергнутый ответчиком, а также сведения о средней заработной плате руководителей в розничной и оптовой торговле, представленные Свердловскстатом.

Суд отклонил доводы ответчика о наличии между сторонами гражданско-правовых отношений, указав, что фактически заключенный договор возмездного оказания услуг регулировал трудовые отношения. При этом ответчиком не учтены императивные требования ч. 3 ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии у сторон в спорный период с 27.03.2025 по 23.04.2025 трудовых отношений с выполнением истцом трудовой функции руководителя производства, поскольку они основаны на верной оценке представленных в материалы дела доказательств, осуществленной по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и верном применении норм материального права, с учетом распределения бремени доказывания по данной категории споров, разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям".

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, в полной мере относящейся ко всем субъектам трудовых правоотношений, выраженной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" к характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения. К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя.

Необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя. При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 ТК РФ).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

В связи с указанным доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель, то есть в рамках данного спора ответчик ООО «Профсвар».

В нарушение указанных выше нормоположений из материалов дела следует, что достаточных и надлежащих доказательств ответчиком в опровержение презумпции трудовых отношений с истцом в ходе рассмотрение дела не было представлено.

Как разъяснено в п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15, при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

При этом следует учитывать, что в силу специфики трудоправовых отношений сторон, работник является в них более слабой стороной (о чем неоднократно указывал в своих определениях Конституционный Суд РФ, например, определение от 19.05.2009 N 597-О-О, определение от 13.10.2009 N 1320-О-О, определение от 12.04.2011 N 550-О-О и др.), как экономически, так и в смысле наличия доказательств надлежащего оформления правоотношений, допуска к выполнению работ, находится в зависимом положении от работодателя, определяющего условия начала работ и порядок оформления документов. Вся документация, в том числе относительно характера работы, использования имущества, правоотношений с иными контрагентами и субъектами правоотношений, кадрового оформления документов, находится в ведении работодателя.

В связи с указанным именно ответчик в спорах об установлении факта трудовых отношений обязан представить достоверные доказательств, опровергающие доводы истца о факте трудовых отношении, опровергающие презумпцию трудовых отношений, не ограничиваясь ссылкой на отсутствие соответствующих доказательств у самого истца и неподтверждении его доводов.

Судом при вынесении решения, вопреки доводам жалобы ответчика, учтена вся совокупность представленных в материалы дела доказательств, а не только устные пояснения истца, являющиеся при этом самостоятельным видом доказательств в соответствии с гражданским процессуальным законодательством, требующим оценки с учетом совокупности доказательств, но и представленная переписка в мессенджере, сведения о посещении территории Технопарка, где располагается организация ответчика, а также показания свидетелей. На основании оценки представленных доказательств установлено, что истец фактически был допущен ответчиком до работы; осуществлял трудовую функцию руководителя производства.

Доводы ответчика о том, что между сторонами имели место только гражданско-правовые отношения, основанные на договоре возмездного оказания услуг по обучению сборки сварочного оборудования (л. д. 55 том 1), отклоняются судебной коллегией, поскольку данный договор не опровергает сам по себе трудовых отношений между сторонами.

Исходя из трудовой функции истца, необходимости подчинения определенным сложившимся правилам внутреннего трудового распорядка, систематичности получения денежных средств за выполненную трудовую функцию независимо от объема оказанных услуг фактически, в том числе с указанием в переписке сторона назначения платежей как "зарплата", судебная коллегия приходит к выводу о том, что сложившиеся между сторонами спора отношения являются трудовыми.

Сам по себе факт осуществления истцом работ ответчиком и в его интересах не оспаривался.

Судом правомерно учтены в качестве доказательств по делу пояснения самого истца о характере выполняемой работы, а также представленная переписка между сторонами в мессенджерах, из которой следует, что истец согласовывал с директором ООО «Профсвар» ( / / )6 свои действия, выполнял его поручения, обсуждал вопросы оплаты труда. Также суд дал оценку представленной переписке истца с подрядчиками и работниками ответчика.

Опровергающих доказательств судебной коллегией в опровержение презумпции трудовых отношений не представлено.

Доводы ответчика о том, что между сторонами отсутствовало подчинение внутреннему распорядку, самостоятельном учете рабочего времени, не опровергают выводы суда в отсутствие представления ответчиком надлежащего оформления отношений сторон. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений законом возложена на работодателя, а обязанность по доказыванию отсутствия трудовых отношений лежит на ответчике. Вопреки требованиям статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ООО «Профсвар» доказательства отсутствия трудовых отношений с истцом представлены не были. Все доводы ответчика по сути основаны только на отрицании позиции истца и отрицании представленных им документов.

Вопреки доводов апелляционной жалобы, представленными в материалы дела доказательствами достоверно подтвержден период начала трудовых отношений. Определяя дату окончания периода нахождения ФИО1 в трудовых отношениях с ООО «Профсвар» (23.04.2025), суд исходил из обстоятельств наличия волеизъявления истца на прекращение между сторонами трудовых отношений, не выполнения работником после указанной даты функциональных обязанностей по замещаемой должности.

Несогласие апеллянта с выводом суда о наличии между сторонами трудовых правоотношений, направлено на иную оценку исследованных судом доказательств и установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств, для которой судебная коллегия оснований не усматривает. Кроме того, в силу ч. 3 ст. 19.1. Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений трудовыми толкуются в пользу наличия трудовых отношений

Определяя размер ежемесячной заработной платы, суд первой инстанции руководствовался п.23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» и исходил из размера средней заработной платы руководителей в розничной и оптовой торговле, представленной Свердловскстатом в размере 95943 руб. (том 1 л.д. 75-76).

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что с учетом заработной платы 95943 руб. ответчик выплатил истцу за весь период работы заработную плату больше на сумму 257809,08 руб., судебная коллегия отклоняет.

При расчете задолженности по заработной плате суд первой инстанции учитывал выплаты, произведенные истцу в соответствующем месяце, как заработную плату именно за этот месяц, с чем судебная коллегия не находит оснований не согласиться с учетом того, что в назначении платежа не указано за какой период времени производится выплата, а в представленной в материалы дела переписке (том 1 л.д.11-15), истец согласовывал с директором ООО "Профсвар" оплату труда в октябре 2024 – 170000, в декабре – 230000, с января 2025 - 250000 руб.

Указанная переписка ответчиком не опровергнута. Представитель ответчика в заседании судебной коллегии не оспаривал согласование указанных сумм.

Учитывая изложенное, перечисленные ответчиком истцу денежные средства в октябрь 2024 года в размере 150000 рублей, в ноябре 2024 года в размере 200000 рублей, в декабре 2024 года в размере 100000 рублей, в январе 2025 года в размере 200000 рублей, в феврале 2025 года в размере 247240 рублей, в марте 2025 года в размере 130207 рублей, суд первой инстанции правомерно учел в качестве выплаченной заработной платы за соответствующий месяц работы, а не как выплату задолженности за предыдущие месяцы.

Проверив произведенный судом первой инстанции расчет, судебная коллегия находит его арифметически верным, а доводы апелляционной жалобы в указанной части необоснованными.

Разрешая требования ФИО1 о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, суд первой инстанции обоснованно руководствовался положениями ст. ст. 114, 115, 127, 139 Трудового кодекса Российской Федерации. Установив, что за весь период работы истцу отпуск не предоставлялся, суд пришел к выводу о правомерности заявленных требований и взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 45843, 14 руб.

Поскольку судом был установлен факт нарушения трудовых прав истца, в силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации обоснованными признаны и требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда. При определении размера компенсации суд первой инстанции оценил степень нравственных страданий истца, обстоятельства, при которых ему были причинены данные страдания, степень вины ответчика, характер допущенных ответчиком нарушений трудовых прав истца, длительность нарушений (с марта 2024 по апрель 2025), а также требования разумности и справедливости. Жалоба ответчика не содержит доводов непосредственно о несогласии с определенным судом размера компенсации морального вреда, который в рамках трудового законодательства подлежит взысканию при установлении самого факта нарушения трудовых прав работника. В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции осуществляет проверку решения суда в пределах доводов жалобы апеллянта, не усматривая в данном случае оснований для выхода за ее пределы.

В целом доводы апелляционной жалобы ответчика, положенные в основу несогласия с решением, направлены на переоценку собранных по делу письменных доказательств, аналогичны доводам, изложенным в суде первой инстанции, которые были предметом исследования и оценки. Указанные доводы основанием для отмены решения суда не являются, поскольку представленным доказательствам судом дана надлежащая правовая оценка по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, нормы материального права судом применены правильно.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Кировского районного суда г.Екатеринбурга от 10.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

Председательствующий А.Е.Зонова

Судьи Т.Л.Редозубова

О.В.Хрущева