Решение № 2-3989/2017 2-3989/2017~М-3304/2017 М-3304/2017 от 17 октября 2018 г. по делу № 2-3989/2017

2-3989/17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 октября 2018 года

г. Ростов-на-Дону

Октябрьский районный суд г.Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Багдасарян Г.В.,

при секретаре судебного заседания Куделя В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «Кофеклуб» к ФИО1 о взыскании материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Истец ООО «Кофеклуб» обратился в суд с настоящим иском, указав в обоснование заявленных требований, что ответчик ФИО1 работала в ООО «Кофеклуб» в должности главного бухгалтера в период с 01.10.2015 г. по 08.06.2016 г. При приеме на работу ФИО1 находилась на позднем сроке беременности, однако заверила работодателя, что уходить в отпуск по уходу за ребенком не собирается и готова работать полный рабочий день, поскольку нуждается в деньгах.

В соответствии с указанной договоренностью ФИО1 работала на условиях полного рабочего дня с 01.10.2015г. по 08.06.2016г. Все то время ответчик начисляла себе и получала заработную плату в полном объеме.

За время работы ФИО1 зарекомендовала себя как не очень квалифицированный специалист, в связи с чем, работодателем было принято решение о ее увольнении и приеме на работу другого главного бухгалтера. Передача дел была назначена на 08-10.06.2016г., однако, 08.06.2016г. ФИО1 без объяснений покинула свое рабочее место и с тех пор на работе не появлялась.

Работодателем предпринимались попытки получения письменных объяснений по факту прогула, однако все письменные уведомления ответчиком игнорировались.

В дальнейшем, 31.10.2016 г. ФИО1 обратилась с письменным заявлением о предоставлении ей отпуска по уходу за ребенком. Поскольку из имеющихся у работодателя документов установить размер подлежащих ФИО1 выплат не представлялось возможным, ООО «Кофеклуб» обратился в Фонд социального страхования с соответствующим запросом.

В связи с поступившим обращением ФСС было принято решение о проведении внеплановой проверки правильности расходов на выплату страхового обеспечения в отношении ООО «Кофеклуб», по итогам которой был выявлен факт необоснованной выплаты ответчику денежных средств в размере 270 785,6 руб. Проверкой установлено, что 25.11.2015 г. ФИО1 предоставила недостоверные сведения о том, что она находится в отпуске по беременности и родам, в связи с чем ей было выплачено пособие в размере 270 785,6 руб. Вместе с тем, за период с 01.10.2015 г. по 08.06.2016 г. ответчик получала заработную плату в полном объеме.

Истец также указывает, что после того как ФИО1 отказалась исполнять свои трудовые обязанности, по результатам проведенной в ООО «Кофеклуб» проверки, была выявлена недостача на сумму 61 200 руб. Помимо этого выяснилось, что ответчик несвоевременно и не в том размере производила уплату налогов, поэтому ООО «Кофеклуб» был привлечен к налоговой ответственности в виде уплаты штрафов и пеней в общем размере 11 435,51 руб. Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец ООО «Кофеклуб» просил взыскать с ФИО1 в счет возмещения материального ущерба 343 420,51 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины – 6 634,21 руб.

Представитель истца, действующий на основании доверенности, ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал, дав пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении, просил удовлетворить иск в полном объеме.

Представитель ответчика, действующий на основании доверенности, ФИО3 исковые требования не признал, дав пояснения, аналогичные изложенным в возражениях, просил исковые требования ООО «Кофеклуб» оставить без удовлетворения.

Ответчик ФИО1, представившая заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие, будучи надлежащим образом извещенной о дате, месте и времени слушания дела, в судебное заседание не явилась, дело рассмотрено в ее отсутствие по правилам ст.167 ГПК РФ.

Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

Согласно ст.233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В силу ст.238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В случаях, предусмотренных Трудовым кодексом РФ или федеральным законом, на работника может возлагаться полная материальная ответственность, состоящая в его обязанности возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (ст.242 ТК РФ).

Ст.15 ТК РФ трудовые отношения определены как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст.16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с ТК РФ.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что 01.10.2015 г. ответчик ФИО1 обратилась в ООО «Кофеклуб» с заявлением о приеме на работу (л.д.9).

01.10.2015 г. между сторонами был заключен трудовой договор №7, в соответствии с которым ФИО1 была принята на работу в должности «главный бухгалтер» (л.д.21-25), о чем был издан соответствующий приказ (распоряжение) о приеме на работу (л.д.10).

Согласно условиям трудового договора от 01.10.2015г. на работника возлагаются обязанности по: участию в подготовке мероприятий системы внутреннего контроля, предупреждающих образование недостач и незаконное расходование денежных средств и товарно-материальных ценностей, нарушения финансового и хозяйственного законодательства (п.2.6); контролю соблюдения установленных правил и сроков проведения инвентаризации денежных средств, товарно-материальных ценностей, основных фондов, расчетов и платежных обязательств (п.2.9).

Кроме этого согласно п.2.19 трудового договора, ФИО1 также должна была исполнять обязанности кассира (ведение кассовой дисциплины), что включало в себя в частности ежедневный прием в кассу наличных денежных средств (выручку) всех кофеен; ежедневное осуществление пересчета начисленных наличных, отражение кассовой выручки на счетах бухгалтерского учета в резерве юридических лиц; ежедневное составление кассовых отчетов, а также проведение сверки фактической торговой выручки с данными выручки в программе IKO.

В соответствии с п.2.21 трудового договора ФИО1, выполняя работу главного бухгалтера также обязана была сдавать установленную отчетность: ежеквартально до 15 числа ФСС, до 20-х чисел – ПФР, ЕНВД, алкогольной декларации, статистики; ежегодно до 20 марта – бухгалтерский баланс.

Аналогичные положения содержатся в должностной инструкции главного бухгалтера, с которой ФИО1 также была ознакомлена, что подтверждается имеющейся в материалах дела копией листа ознакомления (л.д.16).

Судом установлено, что с ФИО1 был заключен договор о полной индивидуальной ответственности (л.д.29).

Ч.1 ст.243 ТК РФ предусмотрено, что к случаям полной материальной ответственности относится, в том числе случай, когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей.

Учитывая эти обстоятельства, заключение с ответчиком договора о полной материальной ответственности не противоречит положениям ст.244 Трудового кодекса Российской Федерации, по смыслу которой такие договоры могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество, а также Постановлению Минтруда РФ от 31.12.2002 г. N 85 «Об утверждении перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности».

С учетом указанных выше норм права суд приходит к выводу о том, что договор о полной индивидуальной материальной ответственности был заключен с ФИО1 правомерно.

08.06.2016 г. ФИО1 на работу не вышла, о причинах своего отсутствия работодателя не уведомила, в связи с чем, был составлен соответствующий акт (л.д.23).

09.06.2016 г. ответчик также отсутствовала на рабочем месте, о чем был составлен акт (л.д.24).

Поскольку ежедневный отчет о состоянии денежных средств в кассе ФИО1 представлен не был, с целью предотвращения недостачи выручки ООО «Кофеклуб» было принято решение о ревизии финансово-хозяйственной деятельности.

По итогам проверки была выявлена недостача на общую сумму 61 200 руб., о чем также составлен акт (л.д.25,174).

К аналогичному выводу пришел негосударственный эксперт ФИО4, проводивший бухгалтерскую судебную экспертизу согласно постановления дознавателя отдела дознания ОП УМД России по г.Ростов-на-Дону ФИО5, о чем указано в заключении №01 от 06.03.2016 г. (л.д.177-183).

Истец указывает, что недостача произошла в результате виновных действий ФИО1, которая не провела мероприятия по внутреннему контролю для предотвращения недостач денежных средств и не произвела пересчет выручки, как это предусмотрено п.2.6, 2.19 трудового договора.

Давая оценку доводам представителя ответчика о том, что данные обязанности вменены ФИО1 не были, подпись на должностной инструкции не ее, суд исходит из положений ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Истцом представлены доказательства, подтверждающие факт недостачи на сумму 61 200 руб., обратного, помимо пояснений самой ФИО1, суду не представлено. Доводы о том, что подпись на должностной инструкции выполнена не ФИО1, правового значения в данном конкретном случае не имеют, поскольку круг обязанностей, которые оспариваются истцом, прямо указаны в заключенном с ней трудовым договором. В ходе рассмотрения дела ответчиком подлинность подписи в трудовом договоре (л.д.15) не оспаривалась.

Согласно ст.56 ТК РФ, трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу ст.67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

Анализ действующего законодательства (ст.ст.56,61,65,66,67,68,91,129, 135 ТК РФ) указывает на то, что фактический допуск работника к работе предполагает, что работник приступил к исполнению трудовых обязанностей по обусловленной соглашением сторон должности и с момента начала исполнения трудовой функции работник подчиняется действующим у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка. Оплата труда работника осуществляется работодателем в соответствии с установленным по занимаемой работником должности окладом и действующей у работодателя системой оплаты труда.

Поскольку ФИО1, имея большой опыт, позволяющий ей справляться с занимаемой должностью, фактически приступила к должностным обязанностям и не могла не предполагать, что занимаемая должность «главный бухгалтер» предполагает обязанность по обеспечению сохранности материальных ценностей.

Доводы о том, что трудовой договор был подписан позднее даты, указанной в нем, также не имеют значения для рассмотрения спора, поскольку подпись на договоре ФИО1 не оспаривалась, фактически она исполняла возложенные на нее обязанности вплоть до июня 2016 г.

С учетом изложенного выше, суд приходит к выводу об обоснованности требований о взыскании с ответчика материального ущерба в размере 61 200 руб.

28.10.2016 г. ФИО1 направила в адрес ООО «Кофеклуб» заявление о предоставлении ей отпуска по уходу за ребенком (л.д.118). Поскольку к заявлению не были приложены документы, позволяющие установить размер подлежащего выплате пособия, директором ООО «Кофеклуб» было принято решение о направлении запроса в фонд социального страхования.

В материалах дела имеется акт документальной выездной внеплановой проверки от 31.03.2017 г., согласно которому ФИО1 было выплачено пособие по беременности и родам в размере 270 785,6 руб., состоящее из пособия в ранние сроки беременности – 543,67 руб., пособия по беременности и родам – 254 729,28 руб., пособия при рождении ребенка – 15 512,65 руб. При этом, право на получение указанной суммы ФИО1 не имела, поскольку необходимые для получения такого пособия документы ответчик работодателю не представила. Более того, в период, за который ФИО1 было выплачено пособие, она работала в ООО «Кофеклуб», а, следовательно, пособие ей не полагалось (л.д.28-32).

Доводы возражений ответчика относительно того, что листок нетрудоспособности был предъявлен ею сразу после прекращения трудовой деятельности и в дальнейшем на рабочем месте она не появлялась, опровергаются материалами дела.

Так, истцом представлены табели учета рабочего времени (л.д.198-234), из которых следует, что ФИО1 присутствовала на рабочем месте 5 дней в неделю. Из представленных истцом копий выписок из журналов учета денежных средств усматривается, что в спорные периоды с марта по май 2016 г. ФИО1 получала денежные средства. В судебном заседании 01.09.2017 г. ответчик подлинность данных записей не оспаривала, кроме того, она была знакома с порядком работы кассы и пояснила, что лимитов по ней никогда не было (л.д.184-188).

В письменных возражениях ФИО1 настаивает, что листок нетрудоспособности был предъявлен ею работодателю и с его ведома направлен в фонд социального страхования.

Согласно ст.39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Как установлено ст.183 ТК РФ при временной нетрудоспособности работодатель выплачивает работнику пособие по временной нетрудоспособности в соответствии с федеральными законами. Размеры пособий по временной нетрудоспособности и условия их выплаты устанавливаются федеральными законами.

Статья 255 ТК РФ предусматривает, что женщинам по их заявлению и на основании выданного в установленном порядке листка нетрудоспособности предоставляются отпуска по беременности и родам продолжительностью 70 (в случае многоплодной беременности – 84) календарных дней до родов и 70 (в случае осложненных родов – 86, при рождении двух или более детей – 110) календарных дней после родов с выплатой пособия по государственному социальному страхованию в установленном федеральными законами размере.

Отпуск по беременности и родам исчисляется суммарно и предоставляется женщине полностью независимо от числа дней, фактически использованных ею до родов.

В соответствии со ст.256 ТК РФ, по заявлению женщины ей предоставляется отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. Порядок и сроки выплаты пособия по государственному социальному страхованию в период указанного отпуска определяется федеральными законами.

Согласно ст.1.3 ФЗ от 29.12.2006 г. N255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» страховыми случаями по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством признаются: временная нетрудоспособность застрахованного лица вследствие заболевания или травмы; беременность и роды; рождение ребенка (детей); уход за ребенком до достижения им возраста полутора лет.

Согласно ст.1.4 данного ФЗ видами страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством являются следующие выплаты: пособие по временной нетрудоспособности; пособие по беременности и родам; единовременное пособие женщинам, вставшим на учет в медицинских организациях в ранние сроки беременности; единовременное пособие при рождении ребенка; ежемесячное пособие по уходу за ребенком.

Порядок назначения и выплаты ежемесячного пособия по уходу за ребенком установлен ст.13 указанного Федерального закона. В силу ч.1,8 данной статьи назначение и выплата пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком осуществляются страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица.

Страхователь осуществляет выплату пособия по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком застрахованному лицу в порядке, установленном для выплаты застрахованным лицам заработной платы (иных выплат, вознаграждений).

Согласно ч.5 данной статьи для назначения и выплаты пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам застрахованное лицо представляет работодателю листок нетрудоспособности, выданный медицинской организацией.

С учетом указанных обстоятельств суд приходит к выводу о том, что ФИО1 злоупотребила своим правом, создав, искусственную ситуацию по получению за счет средств фонда социального страхования пособия по беременности и родам при том, что фактически она работала полный рабочий день.

Согласно ч.1 ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В данном случае правовой механизм выплаты пособий носит компенсационный характер, а поскольку ФИО1 продолжала осуществлять трудовую деятельность в ООО «Кофеклуб», оснований для выплаты ей такого пособия нет.

Доводы возражений ответчика о том, что листки нетрудоспособности были подписаны директором ООО «Кофеклуб» ФИО6 отклоняются судом по следующим основаниям.

В материалах дела имеется заключение специалиста ООО «Кафе Софт Юг», согласно которому именно ФИО1, воспользовавшись технической возможностью и имея доступ к электронной подписи юридического лица как главный бухгалтер провела все необходимые манипуляции по формированию, подготовке и направлению в ФСС поручения на производство выплаты пособия (л.д.130-154). Доказательств обратного суду не представлено, правом заявить ходатайство о назначении экспертизы ответчик не воспользовалась.

В соответствии с положениями ст.67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях неоднократно указывал, что из взаимосвязанных положений ст.46 (ч.1), 52, 53 и 120 Конституции Российской Федерации вытекает предназначение судебного контроля как способа разрешения правовых споров на основе независимости и беспристрастности суда (Определения от 17.07.2007 г. N566-О-О, от 18.12.2007 г. N888-О-О, от 15.07.2008 г. N465-О-О и др.). При этом предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Из приведенных положений закона следует, что суд при вынесении решения, оценивает не только относимость, допустимость доказательств, но и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

С учетом изложенного выше, суд приходит к выводу о том, что действиями ФИО1, работодателю ООО «Кофеклуб» был причинен материальный ущерб, выразившийся в необоснованном получении пособий на общую сумму 270 785,60 руб. Требования в этой части подлежат удовлетворению.

Кроме того, истцом заявлено требование о возмещении материального ущерба в размере 11 435,51 руб., которые были начислены истцу МИФНС России №25 по РО в виде пеней и штрафов за несвоевременное представление налоговой отчетности. Указанная сумма складывается из сумм, указанных в требованиях налогового органа (л.д.55-76).

Данные недоимки возникли вследствие ненадлежащего исполнения ФИО1 своих обязанностей в должности главного бухгалтера. Доводы ответчика о том, что директор ООО «Кофеклуб» своевременно не выделял денежные средства для оплаты налоговых платежей, являются голословными и опровергаются совокупностью письменных доказательств, которым дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ, и из которых видно, что именно в обязанности ФИО1 входила сдача отчетности, в том числе и налоговой, в соответствии с п.2.21 трудового договора.

Поскольку данный ущерб является действительным и реальным, его возникновение обусловлено виновными действиями ФИО1 и они находятся в прямой причинно-следственной связи, суд полагает необходимым в порядке ст.238 ТК РФ, возложить обязанность по их возмещению на ответчика.

В силу ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

При подаче искового заявления истцом была уплачена государственная пошлина в размере 6 634,21 руб., что подтверждается соответствующим платежным документом (л.д.8).

В связи с этим суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу ООО «Кофеклуб» расходы по уплате государственной пошлины в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ООО «Кофеклуб» к ФИО1 о взыскании материального ущерба – удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Кофеклуб» материальный ущерб в размере 343 420,51 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 6634,21 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Октябрьский районный суд г.Ростова-на-Дону в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 23.10.2017 года.

Судья: