Определение № 33-7035/2026 от 27 апреля 2026 г.

Мотивированное
определение изготовлено 28.04.2026

УИД 66RS0035-01-2025-001481-55

Дело №33-7035/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Екатеринбург

24.04.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Зоновой А.Е.,

судей Ершовой Т.Е., Хрущевой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Безумовой А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «ТБанк» об установлении факта трудовых отношений, признании незаконным отстранения от работы, восстановлении трудовых прав, взыскании среднего заработка, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе истца на решение Красноуфимского районного суда Свердловской области от 29 января 2026 (дело №2-1-30/2026).

Заслушав доклад судьи Хрущевой О.В., объяснения представителя ответчика ФИО2. действующего на основании доверенности от 27.11.2025 №78АВ 741832, заключение прокурора Беловой К.С., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «ТБанк» (далее – АО«ТБанк», Банк), в котором просил признать факт трудовых отношений по должности агент по коммерческим продажам, с 01.01.2020., признать факт незаконного отстранения от работы с должности агент по коммерческим продажам, с 30.11.2022, и восстановить на работе., взыскать с ответчика компенсацию за неиспользованный отпуск, за период с 01.01.2020 (дата начала работы) по 31.08.2025 в размере 305 821 рублей., взыскать с ответчика средний заработок за период незаконного отстранения от работы с 30.11.2022 по 31.07.2025 в размере 1882728.3 рублей., взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 200 тысяч рублей., восстановить процессуальные сроки для подачи искового заявления.

В обоснование своих требований ФИО1 указал, что с ответчиком находился в трудовых правоотношениях с 01.01.2020 года, 30.11.2022, ответчик отстранил истца от работы.

Согласно договору на присоединение об оказании услуг в его функциональные обязанности входило: выезд на встречи с клиентами; доставка документов, банковских карт; сбор документов необходимых для идентификации; осуществление зачисления денежных средств в счет уплаты страховых взносов, иные поручения.

Также он был обязан лично осуществлять услуги, ежедневно отслеживать обновления памяток, схем, регламентов через личный кабинет, участвовать в организованных заказчиком конференциях, консультациях и иных мероприятиях. Срок действия договора был установлен на месяц, однако он автоматически пролонгировался. Вся деятельность осуществлялась строго под контролем Банка. Оплата труда являлась сдельной, в договоре были поименованы функциональные обязанности и указана тарифная ставка. В целях осуществления работ по договору ему была выдана доверенность, согласно которой он был наделен правом: подписывать и заверять от имени банка кредитные продукты; совершать иные действия в соответствии с требованиями законодательства, в части идентификации клиентов банка и открытия банковских счетов; подписывать от имени банка договоры; представлять банк, действующий от имени и по поручению ООО «Тинькофф Мобил».

ФИО1 указывает, что он осуществлял деятельность как представитель Банка и такая деятельность носила непрерывный, постоянный характер, она не была нацелена на достижение какого-то определенного конечного результата, а предусматривала выполнение одной и той же трудовой функции. При выполнении работы он не мог избирать время ее выполнения, методы и способы ее выполнения, на выполнение конкретной функции отводилось установленное ответчиком время и выставлялось требование по предоставлению отчета, исполнение трудовой функции осуществлялось в зависимости от усмотрения ответчика, по его распределению и при строгом контроле и постоянном мониторинге, что свидетельствует о наличии между ними трудовых отношений. ФИО1 полагает, что должен быть восстановлен по должности агент по коммерческим продажам, с дистанционным, разъездным характером работы, поскольку имело место незаконное отстранение ответчиком 30.11.2022 года его от работы, свою волю и волеизъявление на прекращение правоотношений ФИО1 не выражал. В связи с незаконным отстранением от работы ФИО1 полагает, что ему подлежит уплате средний заработок за период незаконного отстранения от работы с 31.11.2022 года по 31.07.2025 года. Также за весь период работы АО«ТБанк» не предоставлял ФИО1 отпуск, в связи с чем, подлежит взысканию также компенсация за неиспользованный отпуск за период с начала работы 01.01.2020 по 31.08.2025 года. Отстранение от работы оставило ФИО1 без средств к существованию на длительное время, в результате чего он не мог удовлетворять свои жизненные потребности в полном объеме, что является основанием для взыскания с ответчика компенсации морального вреда. ФИО1 направлялась в адрес АО«ТБанк» претензия, которая оставлена без ответа. Также полагает, что срок исковой давности им не пропущен, однако просит суд восстановить пропущенный срок для подачи иска, в случае если суд придет к такому выводу.

Решением Красноуфимского районного суда Свердловской области от 29 января 2026 исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с решением суда, ФИО1 подал апелляционную жалобу, в которой просил решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме, поскольку выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судом неправильно применены нормы материального права. Суд первой инстанции не исследовал доводы истца относительно того, что сроки обращения в суд не пропущены, не дал им оценку, не установил обстоятельства, имеющие юридическое значение. Ответчик фактически совершил односторонние действия, в результате которых истец лишился возможности осуществлять деятельность, ответчиком в адрес истца не направлялось уведомление о прекращении правоотношений, соответственно, правоотношения продолжились.

Представитель ответчика в суде апелляционной инстанции просил решение суда оставить без изменения.

В заседании судебной коллегии прокурором отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе прокуратуры Свердловской области Беловой К.С. дано заключение, согласно которому решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, вынесенным с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, применением норм материального и процессуального права. Всем представленным сторонами по делу доказательствам судом дана надлежащая правовая оценка.

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции посредством направления извещения на адреса электронной почты, заблаговременного (07.04.2026) размещения соответствующей информации на официальном сайте Свердловского областного суда в сети «Интернет», в судебное заседание не явился.

Судебная коллегия не нашла оснований для отложения судебного разбирательства и сочла возможным рассмотреть дело при данной явке.

Проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на неё, в соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены либо изменения решения суда, которым правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, верно применены нормы материального права, регулирующие возникшие между сторонами правоотношения, на основании исследования и оценки имеющихся в деле доказательств в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сделан обоснованный вывод об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

В соответствии с частью четвертой ст.11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (ч.1 ст.15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ч.2 ст.15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч.1 ст.67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (ч. 2 ст.67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу части второй которой в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

Часть 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В силу ч.4 ст.19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей данной статьи были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 8 и в абзаце 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы первый и второй пункта 17 постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

Принимая во внимание, что статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац 1 пункта 24 постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

Так, например, от договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда (абзац 2 пункта 24 постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац 3 пункта 24 постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац 4 пункта 24 постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

Из приведенного правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе о признании гражданско-правового договора трудовым) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что таким договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Из материалов дела следует и судом установлено, что 01.01.2020 года между ФИО1 и акционерным обществом «Тинькофф Банк» (прежнее наименование АО «ТБанк») заключен договор присоединения на выполнение работ, в соответствии с которым Заказчик акционерное общество «Тинькофф Банк» поручает, а Исполнитель ФИО1 принимает на себя обязательство выполнять следующие работы: выезд к клиентам и/или потенциальным клиентам Заказчика и его партнеров, с целью доставки ему документов, а также банковских карт, sim-карт и оформление соответствующих конкретному продукту Заказчика или его партнеров документов, подписания данных документов, консультация по продуктам/услугам Заказчика и его партнеров; сбор документов, необходимых для идентификации Клиентов Заказчика и/или партнеров Заказчика и передача их Заказчику; осуществление зачисления наличных денежных средств, полученных Исполнителем от Клиента партнера Заказчика в счет уплаты страховой премии по заключенным Договорам страхования, на счет партнера Заказчика согласно инструкции Заказчика; проведение предстрахового осмотра автомобиля, если это требуется согласно инструкциям, полученным Исполнителем от партнера Заказчика в процессе выполнения своих обязанностей по этому Договору; осуществление установки дополнительного оборудования при наличии соответствующего поручения от Заказчика; составление оптимального маршрута и распределение выездов к Клиентам; транспортировка, хранение, выдача и подписание кадровых документов c сотрудниками Заказчика; выезд к Клиентам Заказчика для доставки перевыпущенной или дополнительной карты; иные поручения Заказчика; а Заказчик обязуется принять результат Работ и оплатить Работу на условиях, указанных в этом Договоре.

Согласно пункту 2.1 данного договора с целью заключения Договора Исполнитель предоставляет Заказчику следующие документы и информацию: паспорт гражданина Российской Федерации (все страницы, содержащие информацию, в том числе адрес постоянного места жительства); адрес временной регистрации (в случае, если адрес постоянного места жительства отличается от адреса временной регистрации); страховое свидетельство обязательного пенсионного страхования; свидетельство о постановке на налоговый учет; иные документы и информацию по требованию Заказчика.

В силу пункта 2.7 договора Заказчик вправе предоставить Исполнителю дополнительные материалы для выполнения работ по данному договору.

Исполнитель обязуется выполнять работу в зоне обслуживания. Текущая зона обслуживания указывается в мобильном приложении и/или личном кабинете исполнителя (пункт 2.6 договора).

В соответствии с положениями пункта 3.1.1 Исполнитель обязуется выполнить работу своими силами, в полном объеме, качественно, без привлечения к исполнению своих обязанностей третьих лиц.

Исполнитель обязан ежедневно отслеживать обновление Памятки исполнителя, схем и регламентов, расположенных в личном кабинете исполнителя. В случае возникновения проблем с доступом в личный кабинет/мобильное приложение исполнитель обязуется обратиться с проблемой через внутренние каналы обратной связи или к старшему представителю заказчика. Хранить документы, переданные исполнителю в рамках исполнения договора, с соблюдением требований конфиденциальности, в случае утери указанных документов или их распространения среди третьих лиц (разглашения их содержания), исполнитель обязан возместить причиненные в результате таких действий убытки заказчика, а также оплатить заказчику штраф в размере 500000 рублей за каждый факт утери, распространения (разглашения) (пункты 3.1.8, 3.1.9 договора).

Заказчик в свою очередь согласно пункту 3.2 договора обязуется предоставить Исполнителю всю необходимую информацию о требуемом результате работ; принять результат работ в срок, предусмотренный этим Договором; известить Исполнителя об обнаруженных недостатках работ, которые не могли быть выявлены при обычном способе приемки, в течение 1 месяца с момента их обнаружения; заказчик вправе в любое время проверять ход и качество выполнения Исполнителем работ; заказчик вправе корректировать размер выплаченного вознаграждения Исполнителя, отразив соответствующую сумму вознаграждения в последующем акте прима-передачи выполненных работ; заказчик вправе уточнять и корректировать желаемые результаты работ до их принятия Заказчиком, в том числе в случае существенного изменения ситуации.

Согласно разделу 4 договора оплата по договору определяется Приложением № 1 к этому договору, которое является его неотъемлемой частью. Расчетный месяц устанавливается равным календарному месяцу. В случае производственной необходимости даты начала и окончания расчетного периода могут быть изменены, с предварительным уведомлением Исполнителя. В случае если Исполнитель выполнял работы не полный расчетный период, стоимость его работы рассчитывается пропорционально фактически отработанным дням в расчетном периоде. НДФЛ включен в сумму вознаграждения. Оплата вознаграждения за выполненные работы за период, указанный в пункте 4.1. договора, производится согласно условиям Приложения № 1 к договору на основании акта сдачи-приемки работ. Выплата вознаграждения Исполнителю производится путем безналичного перечисления причитающихся денежных средств по реквизитам Исполнителя.

Согласно разделу 4 расчетный период устанавливается равным одной календарной неделе. В случае производственной необходимости даты начала и окончания расчетного периода могут быть изменены, с предварительным уведомлением исполнителя. В случае, если исполнитель оказывал услуги не полный расчетный период, стоимость его услуги рассчитывается пропорционально фактически оказанной услуги в расчетном периоде. НДФЛ включен в сумму вознаграждения. Выплата вознаграждения производится по условиям согласно приложениям к договору на основании акта сдачи-приемки услуг.

Заключение указанного договора с истцом ответчик не оспаривал, при этом указывал на прекращение действия данного договора 30.11.2022.

Согласно справкам о доходах и суммах налога физического лица ФИО1 за 2021-2022 годы ежемесячно получала от АО «ТБанк» доход по коду – 2010, то есть как выплаты по договорам гражданско-правового характера (том 1 л.д.15-16).

Письменный трудовой договор между сторонами по делу не заключался, запись в трудовую книжку о приеме ФИО1 на работу в период спорных правоотношений не вносилась, приказ о приеме на работу не принимался.

Оценив представленные доказательства в сосокупности, руководствуясь положениями статей 11, 15, 16, 19.1, 56, 61, 67, Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", суд первой инстанции пришел к выводу, что факт трудовых отношений между сторонами спора в ходе судебного заседания подтвержден.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции удовлетворил ходатайство ответчика о применении последствий пропуска истцом срока для обращения в суд за защитой трудовых прав, руководствуясь положениями частей первой, пятой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 3, 5 постановлении от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», пунктах 13, 16 постановления от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены микропредприятиям», исходил из того, что к требованиям об установлении факта трудовых отношений подлежит применению трёхмесячный срок обращения в суд со дня, когда ФИО1 узнал о нарушении трудовых прав. Приняв во внимание, что сложившиеся между сторонами правоотношения были прекращены 30 ноября 2022 года, на что последовательно указывал истец ФИО1 в исковом заявлении и письменных объяснениях, пришел к выводу о пропуске истцом срока на обращение в суд, а также об отсутствии доказательств, подтверждающих уважительность причин пропуска срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что пропуск установленного законом срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора является самостоятельным основанием для отказа в иске при отсутствии уважительных причин, послуживших основанием для пропуска этого срока, суд отказал в признании факта трудовых отношений, взыскании компенсации морального вреда.

При этом суд отметил, что ФИО1 своевременно был осведомлен об обстоятельствах прекращения выполнения в интересах АО «ТБанк» функциональных обязанностей в качестве агента по коммерческим продажам, действуя добросовестно и имея намерение защитить свои права в судебном порядке, истец имел возможность своевременно обратиться в суд с момента, когда ему стало известно о нарушенном праве, однако этого не сделал. Согласно сведениям о трудовой деятельности (том 1 л.д. 18-21), ФИО1 после прекращения правоотношений с АО «ТБанк» с 27 мая 2024 года по 25 июня 2024 года состоял в правоотношениях с ООО «Газпрофнефть-Терминал», с 28 июня 2024 по 19 августа 2024 с ОА «Газпромнефть», с 31 января 2024 по 02 мая 2024 с АО «Альфа-Банк», что подтверждает то обстоятельство, что истец не имел намерений продолжать правоотношения с ответчиком и ему было достоверно известно, что они прекращены.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанций и считает, что обжалуемый судебный акт принят в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения. Представленным сторонами доказательствам судом дана верная правовая оценка. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном судебном акте. Нарушений требований процессуального законодательства, которые могли бы привести к неправильному разрешению спора, судом не допущено.

В апелляционной жалобе истец приводит доводы о том, что отказ суда в удовлетворении требований обоснован исключительно пропуском срока обращения в суд. Настаивает на том, что срок обращения в суд должен исчисляться не ранее прекращения правоотношений. Для определения факта пропуска срока необходимо установить прекращены ли правоотношения, и если прекращены то, когда они были прекращены. Сроки давности им не пропущены, так как отношения являются длящимися. Правоотношения могут быть прекращены только после направления работодателем в адрес работника уведомления в письменной форме о расторжении договора на юридический адрес, либо адрес, указанный в договоре. Полагает, что именно в день получения уведомления о расторжении договора работник узнает о нарушении его трудовых прав. Отмечает, что какие-либо уведомления о расторжении трудового договора в его адрес работодателем не направлялись, следовательно, правоотношения нельзя считать прекращенными.

Указанные доводы апелляционной жалобы не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права.

Согласно части второй статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

Согласно части первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трёх месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности у работодателя по последнему месту работы.

В соответствии с частью пятой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой данной статьи, они могут быть восстановлены судом.

Как следует из разъяснений, данных в абзацах 3-5 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при подготовке дела к судебному разбирательству необходимо иметь в виду, что в соответствии с частью 6 статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть рассмотрено судьей в предварительном судебном заседании. Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (часть третья статьи 390 и часть третья статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абзац второй части 6 статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Если же ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока обращения в суд (части первая и вторая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации) после назначения дела к судебному разбирательству (статья 153 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), оно рассматривается судом в ходе судебного разбирательства. В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Из разъяснений, данных в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», которые применимы ко всем трудовым спорам, следует, что работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трёх месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15, в качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. Обратить внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке. Обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении.

Из названных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что трудовым законодательством по спорам о признании отношений трудовыми предусмотрено право работника обратиться в суд за разрешением такого спора в течение трёх месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Также нормативно предусмотрена возможность восстановления пропущенного срока при установлении судом уважительных причин пропуска срока обращения, которые объективно препятствовали работнику своевременно обратиться с иском в суд. Бремя доказывания уважительности причин пропуска срока на обращение в суд возлагается на истца.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом первой инстанции правильно применены приведенные нормы трудового права, которыми предусмотрен трехмесячный срок на обращение в суд по данной категории споров, и признаны необоснованными ссылки истца на длящийся характер правоотношений сторон.

Из материалов дела следует, что гражданско-правовые отношения между АО «ТБанк» и истцом осуществлялись в период с 01.01.2020 по 30.11.2022.

Доводы истца о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства расторжения договора между сторонами в установленном порядке, являются необоснованными, поскольку в соответствии с условиями договора присоединения с АО «ТБанк», который истец просил квалифицировать как трудоправовой, заказчик имеет право в любое время расторгнуть договор в одностороннем порядке по своему усмотрению. При этом сам истец в ходе в письменных пояснениях указывал на прекращения отношений 30.11.2022 года. Доводы истца об отсутствии доказательств уведомления надлежащим образом о прекращении правоотношений, также на основании договора гражданско-правового характера и об отсутствии у него сведений, являются ничем не обоснованными, противоречащими пояснениям самого истца, а также самому характеру правоотношений и взаимодействия между сторонами (дистанционно, по электронной почте, в мессенджерах).

Таким образом, 30.11.2022 года сложившиеся между сторонами правоотношения были фактически прекращены, о чем неоднократно указывал сам истец в исковом заявлении и письменных объяснениях, подтверждая тем самым свою осведомленность о прекращении правоотношений именно в данную дату.

С данным исковым заявлением истец обратился в суд только 13 сентября 2025 (том 1 л.д 50), то есть по истечении 2 лет 10 месяцев с того момента, когда узнал и должен был узнать о нарушении своих прав, тем более, если полагал, что его незаконно отстранили от работы, лишив возможности получения вознаграждения.

При этом истцом в материалы дела не представлено доказательств того, что после 30.11.2022 года он предпринимал какие-либо действия для защиты своих прав, если полагал, как указывал в иске и письменных пояснениях, имело место незаконное отстранение его от работы и лишение возможности продолжать выполнение работы и получать вознаграждение.

Также в материалы дела истцом не представлено доказательств, подтверждающих уважительные причины обращения в суд с требованием об установлении факта трудовых, отношений спустя 2 года 10 месяцев с момента прекращения правоотношений с ответчиком 30.11.2022 года. В прокуратуру, государственную инспекцию труда, иные органы за восстановлением нарушенных прав истец не обращался, доказательств тому не представлено.

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие несогласие истца с прекращением правоотношений 30.11.2022 года, намерении его дальше продолжать деятельность в интересах АО «ТБанк», фактического его продолжения после указанной даты, направление претензий, писем, требований в адрес ответчика о несогласии с односторонним расторжением договора, тем более отказа ответчика в таковом.

Своевременность обращения в суд зависит от волеизъявления работника, а предусмотренные частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для обращения в суд, в том числе по делам об увольнении, направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника, включая право на труд и право на защиту от безработицы, в случаях незаконного расторжения работодателем трудового договора.

Обращение с иском о защите трудовых прав через несколько лет после прекращения отношений с ответчиком не соответствует предусмотренным частью первой статьи 1 Трудового кодекса Российской Федерации целям трудового законодательства - установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Пропуск без уважительной причины срока для обращения в суд в соответствии с абз.З ч.4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием отказа в иске.

Ссылки апеллянта в жалобе на нормы гражданского законодательства и постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению не могут быть приняты во внимание, поскольку судом рассматривался трудовой спор и подлежали применению нормы трудового права.

Указание в апелляционной жалобе истца на то, что исчисление процессуального срока необходимо производить не ранее, чем с даты прекращения правоотношений между работником и работодателем, для чего необходимо установление факта прекращения трудовых отношений, а также даты их прекращения, что правоотношения могут быть прекращены только после направления работодателем в адрес работника уведомления в письменной форме о расторжении договора на юридический адрес, либо адрес, указанный в договоре, не может служить основанием для отмены судебного акта, поскольку первичным является установление факта трудовых отношений, без которого невозможно соблюдение установленной трудовым законодательством процедуры прекращения трудового договора. Поскольку судом отказано в удовлетворении исковых требований о признании факта трудовых отношений, иные заявленные истцом требования, как производные, также не подлежали удовлетворению.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что обжалуемый судебный акт принят с соблюдением норм материального и процессуального права, оснований для его отмены по доводам жалобы не имеется.

В связи с пропуском истцом срока обращения в суд по требованиям об установлении факта трудовых отношений, не подлежат удовлетворению и связанные с ними требования истца о признании отстранения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за период лишения возможности трудиться в связи с отстранением от работы, взыскании с ответчика компенсации морального вреда, компенсации за неиспользованный отпуск.

Ссылки истца на иную судебную практику рассмотрения аналогичных споров судебная коллегия во внимание не принимает, поскольку при рассмотрении данного спора установлены иные фактические обстоятельства, имеющие правовое значение для дела. В каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела и применяет нормы права к установленным обстоятельствам с учетом представленных доказательств по конкретному делу.

Судебная коллегия также отмечает, что выводы суда об отсутствии оснований для удовлетворения требования не противоречат разъяснениям Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2025)", утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.10.2025, согласно которым нормы трудового законодательства, включая нормы, устанавливающие сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, в том числе о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, подлежат применению к отношениям, возникшим на основании гражданско-правового договора, только после признания судом таких отношений трудовыми. В рамках указанного разъяснения имело место признанное судом своевременное обращение работника с требованиями о признании трудовых отношений, возникших на основании гражданско-правовых договоров, что не может свидетельствовать о пропуске срока на обращение в суд по требованиям о взыскании задолженности по оплате труда в случае установления трудовых отношений.

В рамках же настоящего спора истцом без уважительных причин пропущен срок обращения в суд именно по установлению факта трудовых отношений, которые были прекращены 27.06.2023, иск подан 28.07.2025, требований о наличии задолженности именно по заработной плате в период отношений не было заявлено, расчеты произведены все между сторонами еще в 2023 году, материальные требования основаны на взыскании только неполученного заработка в виду неправомерного, по мнению истца, прекращения отношений, то есть как производного требования от установления факта трудовых отношений.

Относительно позиции Верховного Суда Российской Федерации в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2024 N 127-КГ24-14-К4, также следует отметить ее основанной на иных фактических обстоятельствах конкретного дела, в котором изначально работник утверждал о наличии у него подписанного трудового договора и невыдачу ему его экземпляра работодателем, конфликт при прекращении отношений, что отличается от правовой и фактической ситуации в рамках данного дела по вышеизложенным обстоятельствам.

Сама возможность и порядок применения последствий пропуска сроков обращения в суд, в том числе относительно споров о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен, закреплены в п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15.

Каких-либо доводов, опровергающих выводы суда, апелляционная жалоба не содержит. Её содержание по существу содержит иную, ошибочную трактовку существа спорных правоотношений и норм материального права их регулирующих, что основанием к отмене решения явиться не может.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 327, 327.1, п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Красноуфимского районного суда Свердловской области от 29.01.2026 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Председательствующий: А.Е.Зонова

Судьи: Т.Е. Ершова

О.В.Хрущева