Апелляционное определение № 22-1401/2026 от 23 апреля 2026 г.

Судья Михалёв К.В. № 22-1401/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Нижний Новгород

24 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Нижегородского областного суда в составе:

председательствующего судьи Быковой С.И.,

судей Казанцевой А.О., Воротниковой О.А.,

при секретаре судебного заседания Князькине А.М.,

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Нижегородской области Бекетовой С.А.,

потерпевшей ФИО14,

осужденного ФИО1,

защитника осужденного – адвоката Фоминой И.В., участвующей по соглашению,

рассмотрела в открытом судебном заседании суда апелляционной инстанции уголовное дело с апелляционными жалобами осужденного ФИО1, адвокатов Лобанова Б.В., Фоминой И.В. на приговор Канавинского районного суда г.Нижний Новгород от 6 февраля 2026 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, не судимый,

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 оставлена без изменения до вступления приговора суда в законную силу.

Срок отбытия наказания ФИО1 исчислен со дня вступления приговора суда в законную силу.

На основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с 13 февраля 2025 года до дня вступления приговора в законную силу постановлено зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания исправительной колонии строгого режима.

Разрешен вопрос по вещественным доказательствам.

Заслушав доклад судьи Казанцевой А.О., выслушав мнения участников процесса, проверив материалы уголовного дела, судебная коллегия

установила:

обжалуемым приговором ФИО1 признан виновным и осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление совершено им в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В суде первой инстанции ФИО1 вину в совершении преступления признал частично, не отрицал нанесение им ударов потерпевшему, однако настаивал на отсутствие у него умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, считая, что его действия должны быть квалифицированы по ст.118 УК РФ.

В апелляционных жалобах (идентичного содержания) осужденный ФИО1 и адвокат Фомина И.В. выражают несогласие с обжалуемым приговором, считая его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. В обоснование доводов жалоб обращают внимание суда апелляционной инстанции на тот факт, что исходя из выводов, изложенных в заключениях эксперта № и №, осталось неустановленным какие именно материалы дела были представлены в распоряжение эксперта. По мнению апеллянтов, неполное предоставление материалов уголовного дела в распоряжение эксперта повлекло то обстоятельство, что эксперт оценил травмы ФИО8 в их совокупности несмотря на то, что судом было установлено 2 длительных разрыва во времени получения потерпевшим травм, что следует из показаний самого ФИО1 Кроме того, обращают внимание, что ни осужденный ФИО1, ни свидетели Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3 и Свидетель №4 не показали о наличии у потерпевшего ФИО8 раны правой лобно - височной области головы, которая была зафиксирована лишь в ГКБ №, куда был доставлен ФИО8 Ссылаясь на показания осужденного, апеллянты также обращают внимание на неустановление обстоятельств происходящего с ФИО8, находившимся длительное время в кабине лифта на 9 этаже, а затем и на площадке 9 этажа, куда он был перемещен свидетелями, а именно: каким образом с ФИО8 была снята одежда и обувь, сам ли он произвел данные активные действия или с помощью других лиц. Полагают, что учитывая разрыв во времени между нанесением удара и обнаружением ФИО8 имеются неустановленные обстоятельства, которые могли повлиять на смерть последнего. При этом обстоятельства получения ФИО8 раны правой лобно-височной области головы не установлены, однако, данное повреждение включено в объем обвинения. Считают, что судом первой инстанции некорректно было отказано стороне защиты в допросе в качестве свидетеля работника ГБУЗ НО «ССП» ФИО9, в качестве специалиста врача ГБУЗ НО «НОКБ им. Семашко» ФИО10, а также с учетом отраженных в заключениях заболеваний, которыми страдал ФИО8, - в назначении комплексной медицинской судебной экспертизы. Ссылаясь на ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК РФ, полагают, что указанные обстоятельства являются неустранимыми сомнениями, которые должны толковаться в пользу ФИО1, поскольку основаны лишь на домыслах органов предварительного следствия, не подтвержденных доказательствами. Убеждены, что суд первой инстанции в недостаточной степени проанализировал и принял во внимание согласующуюся с иными доказательствами по делу правовую позицию подсудимого, который вину в инкриминируемом преступлении признал частично, показал, что от его удара кулаком в лицо ФИО8 в прихожей квартиры последний упал на спину, отчего наступил тяжкий вред здоровью по неосторожности; что он не предвидел таких последствий, но если бы проявил предусмотрительность, то смог бы понять, к чему ведут его действия. Просят приговор Канавинского районного суда г. Нижний Новгород от 6 февраля 2026 года в отношении ФИО1 отменить и передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции.

В апелляционной жалобе адвокат Лобанов Б.В. находит обжалуемый приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи с неправильной квалификацией действий ФИО1, несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильным применением уголовного закона, существенным нарушением уголовно-процессуального закона. В обоснование доводов жалобы, ссылаясь на заключения судебно-медицинских экспертиз № и №, указывает, что не все их выводы имеют доказательственное значение. По мнению апеллянта, вывод эксперта о том, что в комплекс закрытой тупой черепно-мозговой травмы вошли рана в правой лобно-височной области головы и кровоподтеки в области обоих глаз (ответ на вопрос № заключения СМЭ №) сделан только на основании неполных исходных данных, предоставленных следователем, не предполагающих возможность достоверно определить механизм (время, место и последовательность) их образования. Вместе с тем, по мнению защитника полные исходные данные, в том числе, о механизме и времени причинения потерпевшему указанных телесных повреждений, позволившие бы эксперту усомниться в данном выводе, а также в выводе о том, что повреждения у потерпевшего могли образоваться в результате не менее трех травматических воздействий твердым, тупым предметом(ми) с местами приложения травмирующей силы в правой лобно-височной области и в области обоих глаз (ответ на вопросы № заключения СМЭ №), у эксперта отсутствовали, поскольку этим же экспертом сделан вывод о том, что вышеперечисленные повреждения у потерпевшего могли образоваться как от травматических воздействий твердым тупым предметом(ми), так и от ударов о таковые. Обращает внимание, что следователем в распоряжения эксперта не была предоставлена уже установленная после допросов свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4 информация об ином возможном времени, месте и обстоятельствах причинения ФИО8 телесных повреждений, а именно о том, что после завершения конфликта в <адрес>, телесные повреждений в виде ушибленной раны правой лобно-височной области головы и кровоподтеков в области обоих глаз у потерпевшего отсутствовали, и что ФИО8, находясь уже спустя определенное время после окончания конфликта в кабине лифта на 9-м этаже, очевидно вставал, передвигался, упал, пытался выйти из кабины лифта, т.е. мог причинить указанные выше телесные повреждения себе сам как при падении и ударе лицом об элементы конструкции лифта, так и при не координированном падении из положения "стоя" и ударе(ах) частями головы (лица) о тупой твердый предмет (поверхность пола лифта), о чем свидетельствовало положение тела ФИО8, обнаруженного свидетелем Свидетель №3 в кабине лифта около 21.00 часа ДД.ММ.ГГГГ. По мнению защитника, следственный орган, обладая на момент назначения дополнительной экспертизы полной информацией об обстоятельствах и последовательности получения потерпевшим всех имеющихся у него телесных повреждений, фактически "скрыл" от эксперта данные о том, что ФИО8 после падения в прихожей <адрес> все-таки действовал целенаправленно, что подтверждает вывод эксперта (ответ на вопрос № заключения СМЭ №) о возможности образования черепно-мозговой травмы, причинившей тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, состоящей в прямой причинной связи со смертью потерпевшего, в результате неоднократных падений из положения стоя, с последующими ударами о твердые, тупые предметы (поверхности), как в прихожей <адрес>, так, вероятно, и в лифте. Убежден, что отсутствие у эксперта полных данных о механизме (последовательности) причинения потерпевшему телесных повреждений, вошедших в состав комплекса закрытой тупой черепно-мозговой травмы, не позволило эксперту применить действующий на момент проведения экспертизы п.п. 14 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, то есть не позволило эксперту раздельно определить тяжесть каждого из имевшихся у потерпевшего телесных повреждений, в том числе кровоподтеков (синяки, гематомы) в области обоих глаз, обнаруженных у ФИО8 свидетелем Свидетель №3 уже в кабине лифта, и ушибленной раны правой лобно-височной области головы, выявленной у ФИО8 в медучреждениях. Считает, что вывод заключения СМЭ № (ответ на вопрос №) о том, что в комплекс закрытой тупой черепно-мозговой травмы, кроме острой субдуральной гематомы правого полушария головного мозга, вошли также телесные повреждения в виде кровоподтеков в области обоих глаз, нельзя признать абсолютно достоверным и объективным. Убежден, что выводы заключения экспертиз, базирующиеся на необъективных неполных данных, не согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, оснований в полной мере доверять изложенным в заключении вышеуказанных экспертиз выводам, особенно в части того, что в комплекс закрытой тупой черепно-мозговой травмы вошли кровоподтеки в области обоих глаз - не имеется. Обращает внимание, что вероятность получения протерпевшим телесных повреждений в виде кровоподтеков в области обоих после падении ФИО8 в лифте, с учетом показаний свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №4, а также положения потерпевшего, в котором он был обнаружен, органом предварительного следствия исключена не была. Указывает, что судом стороне защиты было отказано в удовлетворении ходатайств об истребовании медицинской карты ФИО8 и о назначении повторной судебно-медицинской экспертизы. Соглашаясь с выводом эксперта о том, что смерть ФИО8 также могла наступить в результате неоднократных падений потерпевшего из положения стоя, с последующими ударами головой о твердые, тупые предметы (поверхности), в том числе, в прихожей <адрес>, и в лифте (ответ на вопрос № СМЭ №), и что телесные повреждения в виде ушиба головного мозга тяжелой степени (л.3 заключения СМЭ №), полученные потерпевшим при падении в прихожей <адрес>, могли причинить ФИО8 тяжкий вред здоровью, считает, что действия ФИО1 в прихожей <адрес> при отсутствии у него умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, могли быть квалифицированы судом по ч.1 ст. 118 УК РФ. Убежден, что поскольку ФИО1 подтвердил в судебном заседании, что от его удара, нанесенного в прихожей квартиры, потерпевший мог упасть и при падении получить телесные повреждения, причинившие по неосторожности тяжкий вред здоровью, для определения степени тяжести этого вреда необходимо было проведение дополнительной или повторной экспертизы. Полагает, что судом были нарушены требования ч.4 ст.302 УПК РФ, поскольку не все обстоятельства, имеющие существенное значение для принятия по делу справедливого решения, были учтены судом и получили оценку в приговоре. Просит приговор Канавинского районного суда г. Нижний Новгород от 6 февраля 2026 года в отношении ФИО1 отменить и передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе.

Стороны по делу извещены о месте, дате и времени судебного заседания суда апелляционной инстанции с соблюдением требований ч.2 ст.389.11 УПК РФ. Согласно ч. 3 ст. 389.12 УПК РФ неявка лиц, своевременно извещенных о месте, дате и времени заседания суда апелляционной инстанции, за исключением лиц, участие которых в судебном заседании обязательно, не препятствует рассмотрению уголовного дела.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник – адвокат Фомина А.В. доводы апелляционных жалоб поддержали в полном объеме, просили приговор Канавинского районного суда г. Нижний Новгород от 6 февраля 2026 года в отношении ФИО1 отменить и передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции.

Прокурор Бекетова С.А., потерпевшая ФИО14 просили приговор суда оставить без изменения, как законный, обоснованный, надлежащим образом мотивированный и справедливый, а апелляционные жалобы осужденного и его защитников - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных жалоб, выслушав мнения участников процесса, судебная коллегия апелляционной инстанции приходит к следующему.

Судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в частности, состязательности и равноправия сторон, которым были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей. Ограничений прав участников уголовного судопроизводства, в том числе, процессуальных прав осужденного, в частности, права на защиту, принципа презумпции невиновности либо обвинительного уклона во время рассмотрения дела судом первой инстанций допущено не было.

Рассмотрение данного уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 35 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, и глав 37 - 39 УПК РФ, регламентирующих его процедуру. Согласно протоколу судебного заседания, судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273-291 УПК РФ, процедура судебного разбирательства соблюдена.

Суд в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ разрешил все заявленные сторонами ходатайства в установленном законом порядке и мотивировал принятые по ним решения. Вопреки доводам апелляционных жалоб об обратном, отказ в удовлетворении отдельных ходатайств стороны защиты при соблюдении процедуры их рассмотрения не может расцениваться как нарушение права на защиту и ущемление прав сторон, не может свидетельствовать о проявлении со стороны суда какой-либо заинтересованности в исходе дела и необъективности.

Обжалуемый приговор отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к приговору ст.ст.297-299, 302-309 УПК РФ. В соответствии с требованиями ст.307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора изложено описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа, формы вины и мотива, характера вреда, причиненного преступлением. Как видно из приговора, суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния полностью подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в обжалуемом приговоре доказательств. Судебная коллегия находит, что выводы суда первой инстанции в указанной части являются мотивированными, оснований сомневаться в виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, не имеется.

Так, виновность ФИО1 в совершении преступления подтверждается показаниями самого осужденного, данными на предварительном следствии, в ходе проверки показаний на месте, а также в суде первой инстанции, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ, находясь по адресу: <адрес>, после высказанных потерпевшим в его адрес оскорблений, ФИО1, находясь на кухне, умышленно нанес ФИО8 три удара в голову, в том числе не исключая нанесение ударов в область глаз последнего, а также нанес в коридоре квартиры один удар в челюсть ФИО8, в результате которого тот оступился, запнулся за обувь и упал, ударившись головой об пол. Кроме него удары ФИО8 никто не наносил, до произошедшего повреждений у последнего не имелось (т.2 л.д.96-100, 109-113, 114-120,126-130, 143-147).

Кроме того, вина ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего, подтверждается данными в ходе предварительного и судебного следствий показаниями:

- потерпевшей ФИО14, согласно которым её сын ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ поехал домой к Свидетель №1 и не вернулся. ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 скончался в больнице им. Семашко (т.1 л.д.71-75);

- свидетелей ФИО15 и Свидетель №1, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ на кухне квартиры в ходе конфликта, спровоцированного ФИО8, ФИО1 кулаками обеих рук нанес ФИО8 множественные удары по лицу, в том числе в область носа, а потом в прихожей квартиры нанес ФИО8 сильный удар кулаком правой руки в область головы, от которого ФИО8 упал, ударившись головой об пол и захрапел. После этого ФИО1 одел и обул ФИО8, перетащил его в лифт и отправил на какой-то этаж (т.1 л.д. 100-103, 107-110, 113-117);

- свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №4, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ в кабине лифта, находившейся на 9 этаже подъезда № <адрес>, ими был обнаружен лежавший на спине ФИО8, ноги которого находились на лестничной площадке. Они вынесли его из лифта и положили на лестничную площадку 9 этажа, при этом у него было опухшее лицо, имелись повреждения в области глаз, губы, следы засохшей крови. ФИО8 никаких активных действий не совершал, не двигался, не разговаривал. ФИО8 пролежал в том же состоянии и на том же месте до 14 часов ДД.ММ.ГГГГ, после чего Свидетель №4 вызвал бригаду скорой помощи (т.1 л.д. 159-171,164-166);

- а также письменными доказательствами, перечень и содержание которых подробно изложены в приговоре суда, в частности: - протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрена лестничная площадка, расположенная на 9 этаже <адрес>, изъяты следы рук, обуви и смыв вещества бурого цвета, в котором согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ найдена кровь человека, которая могла произойти от потерпевшего ФИО8 (т.1 л.д.14-20, т.2 л.д.29-31); - протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрена <адрес> (т.1 л.д.53-63); - протоколом осмотра в помещении ГБУЗ НО «НОКБ им. Семашко» трупа ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.47-52); - протоколами выемки от ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ НО «НОКБ им. ФИО16» вещей ФИО8(т.1 л.д.176-177) и ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ НО «НОБСМЭ» образца крови от трупа ФИО8 (т.1 л.д.180-181); - протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрены вещи потерпевшего ФИО8 Согласно заключениям экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, на куртке и джинсах ФИО8 найдена кровь человека, которая могла произойти от потерпевшего ФИО8 (т.1 л.д.186-192, т.2 л.д.7-9, 18-21); - информацией из ГБУЗ НО «Станция скорой медицинской помощи г. Н. Новгорода» о вызове ДД.ММ.ГГГГ к ФИО8 по адресу: <адрес>, этаж 9, бригады 0301Р (т.2 л.д.199-200); - заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому смерть ФИО8 наступила от прогрессирующего отека головного мозга вследствие имевшейся у него закрытой тупой черепно-мозговой травмы, течение которой осложнилось развитием вторичной ишемии обоих полушарий головного мозга и присоединением двусторонней нижнедолевой пневмонии. При экспертизе трупа ФИО8 и исследовании медицинской карты № установлено, что у ФИО8 имелась закрытая тупая черепно-мозговая травма: ушибленная рана правой лобно-височной области головы, кровоподтеки в области обоих глаз, острая субдуральная гематома (кровоизлияние под твердой мозговой оболочкой) правого полушария головного мозга – клинически, пластинчатая субдуральная гематома (кровоизлияние под твердой мозговой оболочкой) малого объема в правой височно-теменно-затылочной области, с распространением в правую среднюю черепную ямку с умеренными пролиферативными изменениями – секционно и гистологически, ушиб головного мозга тяжелой степени – клинически, массивные очаги ушиба мозга в правой лобной и в правой височной долях умеренными пролиферативными изменениями – секционно и гистологически, очаговое кровоизлияние в мягкой мозговой оболочке правой лобной доли с очаговыми пролиферативными изменениями – гистологически, кровоизлияние в желудочки головного мозга – клинически и секционно. Черепно-мозговая травма образовалась от ударов твердым тупым предметом(ми), от ударов о таковые, незадолго до поступления в больницу, т.е. является прижизненной, причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Смерть ФИО8 наступила от прогрессирующего отека головного мозга вследствие имевшейся у него закрытой тупой черепно-мозговой травмы. Таким образом, между закрытой тупой черепно-мозговой травмой и наступлением смерти имеется прямая причинная связь. Черепно-мозговая травма (т.е. все повреждения, входящие в ее комплекс и перечисленные выше) образовалась в течение короткого промежутка времени от действия как одного, так и нескольких твердых, тупых предметов, образовалась в результате не менее трех травматических воздействий твердым, тупым предметом(ми) с местами приложения травмирующей силы в правой лобно-височной области и в области обоих глаз. Не могла образоваться в результате однократного падения из положения стоя с последующим ударом о твердую поверхность. Возможность образования черепно-мозговой травмы в результате неоднократных падений из положения стоя с последующими ударами о твердые, тупые предметы (поверхность) не исключается. Характер черепно-мозговой травмы, имевшейся у ФИО8, исключает возможность совершения активных, целенаправленных действий после ее получения (т.1 л.д.209-217); - заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому при экспертизе трупа ФИО8 было установлено, что у него имелась закрытая тупая черепно-мозговая травма. С судебно-медицинской точки зрения рука (кулак) человека является твердым тупым предметом, таким образом, не исключается возможность образования черепно-мозговой травмы у ФИО8 при обстоятельствах, указанных в показаниях ФИО1 – в результате множественных (не менее 5) ударов кулаками по лицу и падения ФИО8 из положения стоя с последующим ударом головой о пол. Черепно-мозговая травма у ФИО8 образовалась незадолго до поступления в больницу, не исключается возможность образования черепно-мозговой травмы у ФИО8 в период времени с 19 часов 25 минут по 21 час 32 минуты ДД.ММ.ГГГГ. Черепно-мозговая травма не могла образоваться в результате однократного падения из положения стоя с последующим ударом о твердую поверхность (предметы) (т.1 л.д.230-235); - протоколом явки с повинной от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО1 сообщил о том, что ДД.ММ.ГГГГ, находясь по адресу: <адрес>, нанес ФИО8 удары по лицу, а затем через некоторое время около входной двери ударил его кулаком по лицу, после чего тот упал и начал храпеть, а они загрузили ФИО8 в лифт и ФИО1 отправил его на 9 этаж (т.2 л.д.88), и иными письменными доказательствами.

Проверив и проанализировав все собранные по делу доказательства, дав им оценку в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, суд признал их относимыми, поскольку содержащиеся в них сведения относятся к предмету доказывания инкриминируемого ФИО1 преступления; допустимыми, поскольку доказательства получены в результате деятельности уполномоченных на то должностных лиц, из предусмотренного законом источника, в установленном законом процессуальном порядке, о чем также в суде первой инстанции показали допрошенные в качестве свидетелей следователь ФИО17, в производстве которой находилось уголовное дело, а также следователь СО по Нижегородскому району СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО18, проводившая по поручению следователя ФИО17 осмотр трупа ФИО8; достоверными, поскольку собранные доказательства являются согласованными, не противоречащими и дополняющими друг друга, указав в приговоре мотивы принятого решения.

На основании этого суд пришел к обоснованному выводу о том, что собранные доказательства в своей совокупности являются достаточными для постановления обвинительного приговора.

Не устраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденного, требующих истолкования в его пользу, не установлено.

Показания допрошенных в судебном заседании лиц изложены в приговоре верно. Судом первой инстанций обоснованно были приняты в основу приговора показания осужденного ФИО1 в той части, где он признает нанесение ФИО8 ударов в голову, а также показания, данные им на предварительном следствии в ходе его допроса и в ходе проверки показаний на месте, как полученные в полном соответствии с нормами уголовно-процессуального закона, о чем в приговоре имеется мотивированное суждение, с которым судебная коллегия соглашается, находя доводы стороны защиты об обратном несостоятельными.

Показания же осужденного, данные в ходе судебного разбирательства, о том, что удары в область глаз ФИО8 он не наносил, а также что с целью получения признательных показаний на него было оказано давление со стороны сотрудников полиции, которые его задерживали, получили в приговоре надлежащую критическую оценку, как трансформированные в свой собственный способ защиты от предъявленного обвинения, данные с целью избежать уголовной ответственности за содеянное. Судебная коллегия, учитывая совокупность исследованных доказательств, в том числе показания самого ФИО1 о получении им телесных повреждений в момент его задержания и отсутствии претензий к действиям сотрудников полиции, отвергает аналогичные доводы стороны защиты об оказанном на ФИО1 давлении при его задержании.

Оснований не доверять изобличающим ФИО1 показаниям свидетелей ФИО15 и Свидетель №1 в совокупности с показаниями потерпевшей и свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №4 у суда не имелось, поскольку они последовательны, логичны, не имеют существенных противоречий, согласуются между собой и с другими исследованными по уголовному делу доказательствами. Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о заинтересованности указанных лиц в исходе дела, наличии у них оснований для оговора ФИО1, а также иных обстоятельств, позволяющих усомниться в правдивости их показаний, по делу не установлено.

Доводы стороны защиты в суде апелляционной инстанции о недопустимости показаний свидетеля Свидетель №1, данных в ходе предварительного следствия, ввиду подписания последней готового текста протокола допроса, являются необоснованными. Так, свидетель Свидетель №1 как ДД.ММ.ГГГГ, так и ДД.ММ.ГГГГ допрошена следователем с соблюдением положений, предусмотренных ст. ст. 189, 190 УПК РФ, с разъяснением положений ст. 51 Конституции РФ, прав и обязанностей, определенных ст. 56 УПК РФ, с предупреждением об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. По окончании допроса свидетель лично прочитала соответствующие протоколы и удостоверила своими подписями правильность их оформления (т.1 л.д. 100-103, 107-110). В связи этим суд первой инстанции обоснованно признал данные показания допустимыми доказательствами.

Квалификация действий ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, соответствует фактическим обстоятельствам дела, основана на уголовном законе и является правильной.

Вопреки доводам осужденного и стороны защиты, суд первой инстанции правомерно принял в основу приговора заключения экспертов, проверив их на предмет допустимости, достоверности и относимости, учитывал при этом полноту проведенных исследований, логичность сделанных выводов во взаимосвязи с другими доказательствами по делу, руководствовался также положениями ч. 2 ст. 17 УПК РФ. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ. Порядок назначения экспертиз не нарушен, исследования проведены в соответствии с требованиями закона, с соблюдением методик исследования, содержат ответы на поставленные перед экспертами вопросы, научно обоснованы, аргументированы, не имеют каких-либо существенных противоречий и не вызывают сомнений в своей объективности. Выводы экспертиз ясны, понятны, надлежаще мотивированы и обоснованы. Каких-либо сомнений и противоречий, в том числе о причинах смерти потерпевшего, в выводах экспертиз не имеется. Оснований не доверять изложенным в них выводам у суда первой инстанции не имелось, не усматривает таких оснований и судебная коллегия. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Доводы апелляционных жалоб в той части, в которой, по мнению апеллянтов осталось неустановленным какие именно материалы дела были представлены в распоряжение эксперта, опровергаются соответствующими экспертными заключениями № и №, согласно которым в распоряжение эксперта были представлены труп потерпевшего, результаты дополнительных исследований, медицинская документация и материалы уголовного дела. При этом, судебная коллегия отмечает, что экспертом представленные материалы использовались в том объеме, в котором это требовалось необходимым для дачи ответов на поставленные перед ним вопросы.

Кроме того, предметом проверки суда первой инстанции были и доводы апеллянтов о том, что тяжкий вред здоровью ФИО8 наступил не в результате действий ФИО1, а в результате падения ФИО8, который споткнулся о находившуюся в коридоре обувь; что смерть потерпевшего наступила не в результате ударов ФИО1; что у ФИО8 отсутствовали кровоподтеки под глазами и ушибленная рана в правой лобно-височной области головы, а также что ФИО8 падал из положения «стоя» с последующими ударами головой о твердые тупые предметы в кабине лифта или при попытке выйти из кабины лифта на лестничную площадку. По мнению судебной коллегии, указанные доводы получили в приговоре надлежащую и мотивированную оценку, как не состоятельные и не нашедшие своего подтверждения совокупностью исследованных доказательств по делу.

Так, судом первой инстанции достоверно установлено, что тяжкие телесные повреждения, повлекшие по неосторожности смерть ФИО8, получены последним именно в результате действий осужденного, который умышленно нанес ФИО8 не менее 2 ударов кулаками обеих рук в голову, после чего с силой нанес не менее одного удара рукой, сжатой в кулак, по лицу ФИО8, от которого последний упал, ударившись головой об пол, получив закрытую черепно-мозговую травму (комплекс повреждений), которая не могла образоваться в результате однократного падения из положения стоя с последующим ударом о твердую поверхность (предметы). Указанные обстоятельства подтверждены показаниями самого осужденного, свидетелей и согласуются с заключениями судебно-медицинского эксперта ГБУЗНО «НОБМСЭ» ФИО19, который был непосредственно допрошен судом первой инстанции. Согласно показаний эксперта, все повреждения, вошедшие в комплекс черепно-мозговой травмы, причинившей тяжкий вред здоровью потерпевшего, образовались в результате не менее трех травматических воздействий, и исключается возможность их образования в результате однократного падения из положения стоя с последующим ударом головой о пол. Все повреждения, вошедшие в комплекс черепно-мозговой травмы, в том числе ушибленная рана правой лобно-височной области головы, кровоподтеки в области обоих глаз, образовались в течение короткого промежутка времени, в результате не менее трех травматических воздействий, в том числе могли образоваться от совокупности неоднократных ударов кулаками и однократного падения из положения стоя с последующим ударом о твердую поверхность. Все повреждения являлись составными частями черепно-мозговой травмы и оценивались комплексно, взаимно отягощали друг друга, тяжесть каждого повреждения отдельной оценке не подлежит, в том числе и повреждений с местами приложения травмирующей силы в области обоих глаз. Только после того, как был нанесен весь комплекс повреждений, у потерпевшего начало развиваться кровоизлияние под твердой мозговой оболочкой, которое сопровождалось развитием вторичной ишемии и сдавливанием головного мозга, после чего произошел отек головного мозга, от которого наступила смерть ФИО8

Таким образом, допрошенный по делу эксперт ФИО19, подтвердивший выводы данных им заключений, дал подробные исчерпывающие разъяснения, исключающие возможность иной интерпретации обстоятельств произошедшего. Выводы эксперта, изложенные в заключениях, оценивались судом в совокупности с другими доказательствами, что дало суду основание прийти к выводу о совершении осужденным инкриминированного ему деяния.

О нанесении ФИО1 потерпевшему ФИО8 множественных ударов кулаками в голову, в том числе в область носа и глаз, а также о падении ФИО8 в коридоре именно от удара, нанесенного ФИО1, а не в результате спотыкания о какие-либо предметы, кроме того свидетельствуют показания ФИО15 и Свидетель №1

Несостоятельными являются и доводы стороны защиты о необходимости назначения дополнительной экспертизы с учетом отраженных в заключениях заболеваний, которыми страдал ФИО8, приобщенного стороной защиты заключения специалиста ФИО20 от ДД.ММ.ГГГГ, а также ввиду необходимости определения степени тяжести вреда здоровью в результате полученных потерпевшим повреждений при его однократном падении после нанесенного ему ФИО1 в прихожей квартиры удара.

Согласно заключениям № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ экспертом даны ответы на вопросы о наличии имевшихся у ФИО8 телесных повреждений, их характере, локализации, механизме образования, давности причинения и причине наступления смерти, с отражением связи между причиненной потерпевшему закрытой тупой черепно-мозговой травмой, вызвавшей причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, и наступившими последствиями в виде смерти ФИО8

Никаких сомнений и противоречий, в том числе о времени причинения, тяжести и механизме образования телесных повреждений, о причинах смерти ФИО8 в выводах экспертиз не имелось, доводы о том, что ФИО8 мог получить телесные повреждения при иных обстоятельствах, а также об иной причине смерти последнего проверены судом и обоснованно отвергнуты.

Кроме того, приобщенные стороной защиты заключение специалиста ФИО20 от ДД.ММ.ГГГГ и рецензия на заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ получили в приговоре надлежащую оценку, согласно которой с учетом положений ст.ст. 58, 196 УПК РФ указанные документы допустимыми доказательствами по делу не являются. С оценкой данных доказательств, представленных стороной защиты, судебная коллегия соглашается.

Доводы осужденного и стороны защиты о неправильном применении уголовного закона при квалификации действий ФИО1 и необходимости квалификации его действий по ч.1 ст. 118 УК РФ опровергаются приведенными в приговоре доказательствами. Указанные доводы судебной коллегией отвергаются, поскольку между действиями осужденного и наступлением преступных последствий в виде тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего, имеется прямая причинная связь.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного и стороны защиты об обратном, при квалификации действий осужденного суд обоснованно указал, что о наличии у ФИО1 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО8 свидетельствуют характер и способ причинения вреда здоровью потерпевшего, а именно умышленное нанесение ударов в жизненно важный орган, локализация и механизм нанесения ударов в голову, в том числе нанесение ударов с большой травматической силой, от одного из которых ФИО8 совершил падение из положения стоя, ударившись головой об пол. В результате ФИО8 была причинена закрытая тупая черепно-мозговая травма, вследствие которой развился прогрессирующий отек головного мозга и наступила смерть ФИО8 Кроме того, судом не оставлено без внимания и то обстоятельство, что ФИО1 понимал, что потерпевший находится в состоянии сильного алкогольного опьянения, а также нанося умышленно сильный удар в голову ФИО8, левой рукой удерживал последнего за одежду, то есть пресекал его действия к сопротивлению.

Как верно установлено судом и отражено в приговоре, мотивом совершения преступления явились личные неприязненные отношения осужденного к потерпевшему в связи с противоправным поведением последнего.

Выводы суда не содержат предположений и противоречий, являются мотивированными как в части доказанности виновности осужденного ФИО1, так и в части квалификации его действий, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах и на правильном применении норм уголовного и уголовно-процессуального законов.

Таким образом, собственная оценка стороной защиты установленных судом обстоятельств совершения преступления и доказательств, их интерпретация применительно к занимаемой осужденным ФИО1 позиции, не ставят под сомнение выводы суда о его виновности, а направлены на иную оценку совокупности доказательств, принятых в основу приговора. Вопреки доводам апелляционных жалоб, правильность данной оценки доказательств сомнений не вызывает, поскольку принятые судом первой инстанции решения по оценке доказательств основаны на законе и материалах дела. Оснований для переоценки положенных в основу приговора доказательств не имеется.

Иные доводы апелляционных жалоб сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного решения по существу, влияли бы на обоснованность и законность приговора либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не являющимися основанием к отмене приговора суда.

Согласно закону наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Судом исследовался вопрос о вменяемости и психическом состоянии ФИО1, которые исходя из поведения последнего в судебном заседании, из исследованных доказательств, а также заключения судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ у суда сомнений не вызвали, в связи с чем ФИО1 обоснованно был признан судом подлежащим уголовной ответственности и наказанию за содеянное.

При определении ФИО1 вида и размера наказания судом первой инстанции в полной мере были учтены положения ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о его личности, влияние назначаемого наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи, а также на достижение иных целей, таких как восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения новых преступлений.

Наказание ФИО1 обоснованно назначено с учетом отсутствия отягчающих и наличия смягчающих обстоятельств, таких как: противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления (п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ); явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления (п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ); частичное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья подсудимого и его родственников, имеющих заболевания (ч.2 ст.61 УК РФ).

Каких-либо исключительных обстоятельств, подлежащих в силу уголовного закона учету при определении наказания, но не учтенных судом, связанных с целями и мотивами преступления, поведением осужденного во время или после его совершения, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и свидетельствующих о наличии оснований для назначения ФИО1 наказания с применением ст. 64 УК РФ, а также применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 73 УК РФ, судом первой инстанции не установлено, не усматривает таковых и судебная коллегия. Выводы суда в указанной части в достаточной степени мотивированы.

Принимая во внимание все имеющиеся по делу обстоятельства, суд пришел к обоснованному выводу о невозможности исправления осужденного ФИО1 без изоляции от общества, в связи с этим назначил ему наказание в пределах санкции соответствующей статьи с учетом требований ч.1 ст.62 УК РФ в виде реального лишения свободы без дополнительного наказания. Мотивы принятого решения в приговоре судом приведены, обоснованы и сомнений не вызывают.

Таким образом, все установленные на момент рассмотрения дела и заслуживающие внимания обстоятельства, данные о личности осужденного были учтены при решении вопроса о виде и размере наказания, которое назначено в соответствии с требованиями закона о его индивидуализации, является справедливым и соразмерным содеянному.

Оснований для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности, постановления приговора без назначения наказания, освобождения его от наказания, применения отсрочки отбывания наказания судом не установлено. Не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Вид исправительного учреждения для отбывания осужденному наказания в виде лишения свободы верно определен на основании п. "в" ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вопросы о мере пресечения, зачете в срок наказания времени содержания под стражей, судьба вещественных доказательств разрешены в соответствии с требованиями закона.

Нарушений норм уголовно-процессуального и уголовного законов, влекущих отмену или изменение приговора, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании допущено не было, поэтому оснований к удовлетворению апелляционных жалоб осужденного и стороны защиты не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Канавинского районного суда г.Нижний Новгород от 6 февраля 2026 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1, адвокатов Лобанова Б.В. и Фоминой И.В. - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном гл. 47.1 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи