Решение № 2-1836/2017 2-1836/2017~М-1706/2017 М-1706/2017 от 23 октября 2020 г. по делу № 2-1836/2017

Дело №2-1836/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Киселёвский городской суд Кемеровской области

в составе: председательствующего – судьи Улитиной Е.Ю.,

при секретаре – Степановой О.И.,

с участием истца – ФИО1,

ответчика – индивидуального предпринимателя ФИО2,

прокурора – Зоткина А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Киселёвске Кемеровской области

«24» октября 2017 года

гражданское дело по иску

ФИО1

к индивидуальному предпринимателю ФИО2

об установлении факта трудовых отношений, признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании задолженности по заработной плате, оплаты за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в Киселёвский городской суд с иском к ответчику индивидуальному предпринимателю (далее - ИП) ФИО2 с иском об установлении факта трудовых отношений, признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании задолженности по заработной плате, оплаты за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

Указывает, что с 10.07.2017г. по 15.09.2017г. он работал у ответчика в офисе, расположенном в Торговом Доме «<данные изъяты>» (<адрес>) в должности офис-менеджера, при этом был допущен к работе с ведома и по поручению ИП ФИО2 Выполнял следующие функции: работа по привлечению клиентов и продаже услуг, предлагаемых организацией ответчика; полностью организовывал работу офиса, вёл телефонные переговоры, заключал договоры, выписывал приходные ордера и принимал от клиентов денежные средства за оказываемые услуги, вел интернет-переписку с поставщиками. У него было рабочее место, рабочий телефон, ноутбук. Он подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка, работал с понедельника по пятницу с 10-00 часов до 18-00 часов. Трудовой договор с ответчиком не заключался. Согласно устной договоренности, ежемесячная заработная плата истца должна была составлять <данные изъяты> рублей + <данные изъяты>% от заказов.

15.09.2017г., когда он находился в офисе, ответчик пришла и сказала, что больше он у неё не работает, без объяснения причин. При этом ответчик забрала у него рабочий сотовый телефон с номером №, а также рабочий ноутбук, и потребовала от истца удалиться из офиса. Когда в следующий рабочий день - 18.09.2017г., в понедельник, истец пришел в офис, то дверь была закрыта, замок заменён. У него до сих пор остались ключи от входной двери в офис, от старого замка. После этого истец неоднократно требовал от ответчика допустить его к работе и объяснить причины его незаконного отстранения от работы. Но ответчик ничего не объясняла, задолженность по заработной плате не погасила. Дисциплинарных нарушений во время работы у ответчика он не допускал, беспрекословно выполнял все указания работодателя, выполнял свою работу добросовестно, в связи с чем считает отстранение от работы незаконным. За все время работы у ответчика ему была выплачена заработная плата в общей сумме <данные изъяты> рублей, в связи с чем задолженность по заработной плате составляет 22500 рублей, а заработная плата за время вынужденного прогула за период с 16.09.2017г. по 05.10.2017г. составляет 10000 рублей. Кроме того, неправомерными действиями ответчика ему причинен моральный вред, компенсацию которого истец оценивает в 20000 рублей.

Просит установить факт трудовых отношений между ним и ответчиком, с 10.07.2017г. по 15.09.2017г. включительно; признать незаконным увольнение и восстановить его на работе у ИП ФИО2 в должности офис-менеджера с 15.09.2017г.; взыскать с ответчика задолженность по заработной плате в размере 22500 рублей, заработную плату за время вынужденного прогула за период с 16.09.2017г. по 05.10.2017г. в размере 10000 рублей и компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал заявленные исковые требования по изложенным в иске доводам, дав подробные пояснения по существу иска. Пояснил, что с ответчиком и её сыном М. знаком давно, так как ранее сотрудничал с ними, делал рекламу их фирме. Весной 2017 года ответчик и её сын стали звать его работать у них в фирме. Ответчик занималась химчисткой, но была намерена расширить спектр оказываемых населению услуг, для чего ей требовался менеджер в офис. В тот момент у него была официальная работа охранником с заработной платой в размере <данные изъяты> рублей в месяц, однако, поскольку ответчик обещала заработную плату в большем размере, он уволился с предыдущего места работы и с 10.07.2017г. приступил к работе у ответчика. В течение рабочего дня, с 10-00 часов до 18-00 часов, без обеденного перерыва, он находился в офисе ответчика, расположенном в Торговом Доме «<данные изъяты>» по <адрес>, где занимался оформлением документов, принимал людей, принимал от клиентов денежные средства. С согласия ответчика и по согласованию с ней М. (сын ответчика), который был представлен истцу как директор фирмы, изготовил визитки с указанием перечня предлагаемых населению услуг: ремонт окон, остекление балконов, вакуумная чистка дымоходов, натяжные потолки и т.д. По факту эти работы выполнял М. со своими друзьями. В визитке, которую он приобщал к материалам дела (л.д.11), был указан рабочий телефон ИП ФИО2, адрес офиса, фамилия ответчика. Для работы ответчик выдала ему ноутбук, рабочий сотовый телефон, бланки договоров на оказание услуг и квитанции, на которых уже имелись оттиски печати ИП ФИО2 и подписи от её имени. Ответчик разрешила ему принимать деньги от клиентов и выписывать квитанции, что он и делал, при этом ставил свою подпись и от своего имени в договорах и квитанциях. Кассового аппарата и кассовой книги в офисе не было, по бухгалтерии он принятые денежные средства никак не проводил, только вел учёт в компьютере, но подтвердить это теперь не может, так как доступа к компьютеру не имеет. Также ответчик выдала ему ключ от входной двери в офис, он приходил утром на работу и открывал дверь, а вечером закрывал. Иногда в офисе находился М., они вместе решали рабочие моменты, иногда приезжала сама ответчик, забирала выручку. Заработную плату, как обещали, ему не платили, хотя выручка у фирмы была. Он неоднократно спрашивал у ответчика про надлежащее оформление документов по трудоустройству и заработную плату, но та просила его подождать, обещала, что все сделает. За все время работы ответчик выплатила ему около <данные изъяты> рублей, в основном эти деньги разными частями ему передавал М., в том числе и в присутствии ответчика.

Ответчик ИП ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала и пояснила, что истца на работу к себе не принимала, рабочее место ему не предоставляла, трудовой договор с истцом не заключала, в трудовую книжку истца записи не вносила, истец не писал заявление о приеме к ней на работу. С истцом действительно ранее была знакома, также истец знаком с её сыном М., который трудоустроен у нее как водитель. Она занимается химчисткой, имеет офис в Торговом Доме «<данные изъяты>» по <адрес>. Никаких иных услуг населению не оказывает. Визитку со своей фамилией (л.д.11) впервые увидела в суде, изготовление таких визиток и выполнение указанных услуг с ней никто не согласовывал. Номер телефона, указанный в визитке, ей не принадлежит, на кого оформлен этот номер - ей не известно. Ключи от офиса есть у неё и у сына. Летом 2017 года она заболела и ослабила контроль за своей работой в офисе, что и позволило её сыну собирать в офисе посторонних лиц. Не отрицает, что она несколько раз видела истца в своем офисе, равно как и свидетеля П. Все они, включая её сына, употребляли в офисе спиртные напитки, она их выгоняла, из-за этого случались с сыном конфликты. Допускает мысль, что сын без её ведома и разрешения, пользуясь её именем, бланками, печатью, стал оказывать те или иные услуги населению на возмездной основе, делясь выручкой с истцом. Между тем, ей об этом ничего не известно, откуда у истца появились квитанции и бланки договоров с её печатью - не знает, её подписи в этих документах нет. Она не давала разрешения истцу оказывать какие-либо услуги от её имени и принимать денежные средства. Истец ей никаких денежных средств не передавал, она ему тоже. Её деятельность в сфере химчистки прибыли не приносит, у нее не было возможности принимать кого-либо к себе на работу. Поскольку ей надоело присутствие в офисе посторонних лиц, в сентябре 2017 года она сменила замок на входной двери, ключ находится только у нее, сыну ключ от новой двери не дала, с сыном сейчас отношения не поддерживает. Считает, что в суд сын не пойдет, к тому же сейчас он находится на лечении.

Прокурором Зоткиным А.В. дано заключение о необоснованности заявленных истцом требований.

Заслушав участников процесса, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд не находит правовых оснований для удовлетворения иска.

Согласно статье 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со статьей 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В случаях и порядке, которые установлены трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации, трудовые отношения возникают на основании трудового договора в результате: избрания на должность; избрания по конкурсу на замещение соответствующей должности; назначения на должность или утверждения в должности; направления на работу уполномоченными в соответствии с федеральным законом органами в счет установленной квоты; судебного решения о заключении трудового договора.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Существенные условия, подлежащие обязательному включению в трудовой договор, изложены в статье 57 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Исходя из системного анализа действующего трудового законодательства, к характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера, относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения (оплата производится за затраченный труд) по установленным нормам.

Таким образом, для разрешения вопроса о возникновении между сторонами спора трудовых отношений необходимо установление таких юридически значимых обстоятельств, как наличие доказательств самого факта допущения работника к работе и доказательств согласия работодателя на выполнение работником трудовых функций в интересах работодателя.

Обращаясь в суд с иском об установлении факта трудовых отношений, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе и взыскании денежных средств, истец указывает на то, что с ведома и по инициативе ответчика он был допущен к работе в должности офис-менеджера в офисе ответчика, где выполнял ряд трудовых функций в интересах и по заданию работодателя – принимал клиентов, оформлял заказы на услуги, принимал денежные средства, вел интернет-переписку с поставщиками и т.д. В подтверждение своих доводов истец ссылается, в том числе, на показания свидетелей.

Свидетель Ч. в судебном заседании пояснила, что истец доводится ей бывшим зятем. Истец и её дочь имеют совместного ребенка, на содержание которого истец всегда в добровольном порядке платил алименты, а с июля 2017 года перестал платить из-за отсутствия у него денежных средств. Знает со слов истца, что в июле 2017 года тот устроился на работу в компанию «<данные изъяты>», которая занимается оказанием разного рода бытовых услуг, в том числе ремонтом помещений. Поскольку ей требовалось сделать ремонт в квартире, она обратилась в эту компанию, но сотрудничать не стала, так как предложенная ими цена оказалась слишком высока. Она несколько раз бывала в офисе этой компании, расположенном на первом этаже при входе в Торговый Дом «<данные изъяты>», и видела там истца, который работал в офисе – делал визитки, рекламу, работал за компьютером, все заявки записывал. Подробности увольнения истца с этого места работы свидетелю не известны.

Свидетель П. в судебном заседании пояснил, что с истцом проживают по-соседству, общаются. В июле 2017 года он был свидетелем разговора между истцом и ответчиком о трудоустройстве истца на работу. В тот день он пошел за сигаретами и встретил истца, который направлялся в Торговый Дом «<данные изъяты>» с целью трудоустройства. Он пошел вместе с истцом. Истец зашел в офис, где находились ответчик и её сын М., а он остался ждать истца в тамбуре около двери в офис. Он слышал между истцом и ответчиком разговор про деньги. Он понял, что речь идет о согласовании для истца заработной платы, но подробности ему не известны. Впоследствии он неоднократно бывал в этом офисе, заходил в гости к истцу. В его присутствии истец однажды по телефону принимал заказ на натяжные потолки, а также делал ксерокопии документов в офисе людям, которые обращались по этому вопросу. Почему истец не был трудоустроен официально – ему не известно, причины увольнения истца тоже не знает.

Свидетель И. суду пояснил, что с истцом знаком, летом 2017 года он встретил истца на улице, разговорились. Истец пояснил, что работает в компании, которая занимается ремонтом помещений, установкой окон, потолков. Ему (свидетелю) требовались специалисты для ремонта пластикового подоконника, поэтому он решил обратиться к истцу. Он оформил заявку, к нему приехали ребята, произвели замеры подоконника и выполнили необходимые работы, после чего он произвел оплату денежных средств в размере <данные изъяты> рублей, деньги передал лично в руки истцу. Истец выдал ему квитанцию на указанную сумму и договор об оказании услуг.

Свидетель Г. в судебном заседании пояснила, что в августе 2017 года искала специалиста для установки межкомнатной двери. От знакомых узнала про фирму, где работал истец. Она позвонила по телефону в эту фирму, ей ответил истец. Приехала в офис, обсудили с истцом, который работал там менеджером, детали заказа. После этого к ней домой приехали двое мужчин, поставили дверь, затем она вновь поехала в офис и оплатила заказ, в сумме <данные изъяты> рублей. Деньги она передала истцу, тот выписал ей квитанцию.

Анализируя показания свидетелей, суд приходит к следующим выводам. Судом установлено, что истец летом 2017 года находился в офисе, расположенном на первом этаже Торгового Дома «<данные изъяты>» по <адрес>, принадлежащем ответчику. При этом истец принимал заявки на оказание бытовых услуг и принимал от клиентов денежные средства. Со слов истца, впоследствии всю выручку он передавал ответчику или её сыну М., однако, никаких доказательств этому не представлено, сама ответчик указанные обстоятельства отрицает. Ответчик пояснила, что свидетель М. – друг истца, который неоднократно находился в офисе вместе с истцом и М., где они распивали спиртное; свидетель Ч. – бывшая теща истца, а свидетель Г. – девушка, с которой истец ранее состоял в отношениях, о чем сам же и рассказывал ей (ответчику).

Анализ показаний свидетелей не позволяет суду прийти к выводу о том, что истец был допущен к работе с согласия ответчика и выполнял работу в интересах работодателя. Свидетели пояснили, что с ответчиком не знакомы, с кем именно сотрудничал истец – им не известно, как не известны и причины увольнения истца.

Кроме того, свидетель Ч. пояснила, что истец был трудоустроен в компанию «<данные изъяты>».

Из пояснений ответчика следует, что она к компании с таким наименованием отношения не имеет. Знает, что когда то сын хотел так назвать свою фирму. У нее не было договоренности с сыном о выполнении от ее имени работ и услуг под брендом «<данные изъяты>».

То обстоятельство, что истец от имени ответчика принимал заказы на те или иные бытовые услуги, выполнением которых занимался М. с привлечением иных работников, не свидетельствует о трудовых отношениях между истцом и ответчиком, не является безусловным и достаточным доказательством того, что истец был принят на работу к ответчику именно по трудовому договору и между сторонами возникли отношения, которые должны быть квалифицированы как трудовые.

Представленная истцом в материалы дела газетная статья про предпринимателя М. (л.д.23) правового значения для дела не имеет, о наличии трудовых отношений между истцом и ответчиком не свидетельствует.

Из представленных суду документов – договора на оказание услуг, заключенного между ответчиком и И. (л.д.25), квитанций (л.д.24, 26), следует, что указанные документы подписаны истцом от своего имени. Фамилия ответчика в квитанциях записана истцом, что он не отрицает. Кем выполнена подпись в квитанциях от имени ответчика – установить не представляется возможным, ответчик отрицает факт подписания квитанций или любых других документов; истец пояснил, что квитанции и бланки договоров были переданы ему именно в таком виде – с подписью и печатью ответчика.

Из пояснений ответчика также следует, что доступ к её печати имел сын. Считает, что сын мог воспользоваться её печатью при изготовлении тех или иных документов.

Учитывая, что все те работы, заказы на которые принимал истец, выполнял М. и привлеченные им работники, а также что истец воспринимал М. как своего директора, суд считает возможным согласиться с доводами ответчика о том, что всю свою деятельность в её офисе истец согласовывал именно с М., у которого был доступ к офису и печати ответчика.

Между тем, указанные обстоятельства также не свидетельствуют о наличии трудовых отношений между истцом и ответчиком. Даже при условии, если М. фактически допустил истца к работе в офисе ответчика, к оказанию каких-либо услуг от имени ответчика, согласовывал изготовление визиток, рекламы, иных условий оказания услуг, производил частично оплату услуг истца, сами по себе указанные обстоятельства нельзя расценивать в качестве доказательств возникновения между сторонами спора именно трудовых отношений, поскольку М. не наделен правом на заключение трудовых договоров от имени ответчика и правом на прием работников на работу к ответчику.

Судом установлено, что между истцом и ответчиком трудовой договор не заключался и не оформлялся, истец не писал заявление о приеме на работу к ответчику, ответчик ИП ФИО2 не издавала приказов о приеме истца на работу, не вносила записи в его трудовую книжку, не предоставляла истцу рабочее место, не осуществляла обязательные отчисления за истца в налоговую инспекцию, в бюджет пенсионного фонда, фонд социального страхования, денежные средства в качестве заработной платы истцу не выплачивала, график работы истца не утверждала, конкретные трудовые функции истца не согласовывала. Учет рабочего времени истца не велся, к выполнению трудовых обязанностей в интересах ответчика истец не приступал.

Правилам внутреннего трудового распорядка, требованиям иных локальных нормативных актов ответчика истец не подчинялся, с ними не был ознакомлен, обязательств по предоставлению гарантий, предусмотренных трудовым законодательством, а также законодательством об обязательном социальном страховании истца ответчик ИП ФИО2 на себя не принимала.

Фактическое допущение работника к работе без ведома или поручения работодателя либо его уполномоченного на это представителя запрещается (часть 4 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, материалы настоящего дела, пояснения сторон, не позволяют суду сделать вывод о том, что стороны спора пришли к соглашению и определили, в какой должности, на каких условиях и за какую плату истец будет выполнять трудовую функцию у ответчика.

Доказательств наличия между истцом и ответчиком ИП ФИО2 соглашения о выполнении истцом с 10.07.2017г. трудовых обязанностей по должности офис-менеджер с заработной платой <данные изъяты> рублей в месяц + <данные изъяты>% от заказов, подчинении истца правилам внутреннего трудового распорядка не представлено, равно как не представлено доказательств допущения истца к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя, учитывая, что ответчик в судебном заседании отказалась признать наличие между сторонами трудовых отношений.

Показания свидетеля П. не могут являться доказательством заключения между сторонами спора трудового договора и фактического допущения истца к работе у ИП ФИО2 с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя, в силу положений статей 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

В соответствии с ч.1 ст.67.1 Трудового кодекса Российской Федерации, которая была введена Федеральным законом от 28.12.2013г №421-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О специальной оценке условий труда» и вступила в силу с 01 января 2014 года, если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу).

Между тем, в рассматриваемом деле истцом не представлено доказательств, что работа была им выполнена в интересах ответчика. Напротив, исходя из представленных доказательств, суд приходит к выводу, что истец, воспользовавшись именем и офисом ответчика, выполнял какую-то работу в своих интересах. Доказательств передачи ответчику денежных средств, вырученных в результате выполненной истцом работы, суду не представлено.

Соответственно, суд не находит правовых оснований для удовлетворения требований истца об установлении факта трудовых отношений, восстановлении на работе и взыскании денежных средств.

Относительно требований истца о признании незаконным увольнения и восстановлении на работе, следует также отметить следующее.

Действующий Трудовой кодекс Российской Федерации, содержащий положения о заключении трудового договора путем фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя (ч.3 ст.16, ч.1 ст.61, ч.2 ст.67 Трудового кодекса Российской Федерации) не содержит конструкции фактического прекращения трудового договора. По смыслу действующего трудового законодательства Российской Федерации, трудовые отношения считаются длящимися, продолжающимися независимо от фактического выполнения или невыполнения работником работы и поручения или не поручения работодателем работы работнику. Основания прекращения и расторжения трудовых договоров предусмотрены в статьях 77-84 Трудового кодекса Российской Федерации. Общий порядок оформления прекращения трудового договора предусмотрен в ст.84.1 Трудового кодекса Российской Федерации. В материалах данного гражданского дела отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие увольнение истца ответчиком (соответствующие приказ, распоряжение ответчика и т.д.). При таких обстоятельствах требование о признании увольнения незаконным и восстановлении истца на работе (ст.394 Трудового кодекса Российской Федерации) удовлетворению не подлежит.

Необходимо отметить, что часть 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации также не может быть применена к отношениям сторон по данному гражданскому делу, поскольку указанная норма регулирует отношения сторон, первоначально возникшие на основании гражданско-правового договора, но имеющие признаки трудовых отношений по своему характеру. В рассматриваемом случае истец указывает на возникновение трудовых отношений по иному основанию - по основанию, предусмотренному ч.2 ст.67 Трудового кодекса Российской Федерации.

Часть 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации применяется при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями и предусматривает необходимость толкования в пользу наличия трудовых отношений именно неустранимых сомнений, которых при рассмотрении данного гражданского дела, с учетом исследования и оценки всей совокупности имеющихся в материалах дела доказательств, судом не установлено.

Поскольку суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований об установлении факта трудовых отношений и восстановлении на работе, то не подлежат удовлетворению и производные требования о взыскании с ответчика в пользу истца задолженности по заработной плате, оплаты дней вынужденного прогула, а также компенсации морального вреда (ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации), поскольку нарушение ответчиком трудовых прав истца судом не установлено.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст.194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании задолженности по заработной плате в размере 22500 рублей, оплаты за время вынужденного прогула в размере 10000 рублей и компенсации морального вреда в размере 20000 рублей, – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 27 октября 2017 года.

Председательствующий - Е.Ю.Улитина

Решение в законную силу не вступило.

В случае обжалования судебного решения сведения об обжаловании и о результатах обжалования будут размещены в сети «Интернет» в установленном порядке.