Решение № 2-337/2018 2-337/2018 ~ М-100/2018 М-100/2018 от 2 мая 2018 г. по делу № 2-337/2018

КОПИЯ

Мотивированное
решение составлено 03 мая 2018 года

№ 2-337/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 апреля 2018 года г.Березовский

Березовский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Аникиной К.С., при секретаре судебного заседания Васильевой Е.А., с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 АлексА.у об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности по внесению в трудовую книжку записей о приеме на работу и увольнении по собственному желанию, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Леспром», которым, с учетом внесения дата (т.1 л.д.150), дата (т.2 л.д.159) изменений в предмет иска, просил:

установить факт трудовых отношений между ним /истцом/ и ответчиком в период с дата по дата;

обязать ответчика выдать трудовую книжку, внести в его /истца/ трудовую книжку запись о приеме на работу на должность водителя с дата, а также запись о прекращении трудовых отношений дата на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации;

взыскать с ответчика в его /истца/ пользу задолженность по заработной плате за август 2018 года в сумме 10 тыс. руб., компенсировать моральный вред в размере 50 тыс. руб.

В обоснование иска истец указал, что дата был принят на работу в Общество с ограниченной ответственностью «Леспром» на должность водителя. Трудовую книжку и копии документов, необходимых для оформления трудовых отношений, он /истец/ передал при трудоустройстве директору ООО «Леспром» ФИО3 АлексА.у, однако в нарушение ст.67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор с ним /истцом/ заключен не был. При исполнении должностных обязанностей он /истец/ подчинялся Правилам внутреннего трудового распорядка, действующим в ООО «Леспром», транспортное средство было предоставлено работодателем, в период с мая по август 2017 года он /истец/ работал на грузовом автомобиле ГАЗ66, 1970 года выпуска.

Согласно устной договоренности с директором ООО «Леспром» ФИО3 его /истца/ должностной оклад составлял 10 тыс. руб., также предусматривались премиальные выплаты в размере 5 тыс. руб. С момента трудоустройства заработная плата выплачивалась своевременно: 10 и 25 числа каждого месяца наличными денежными средствами. Расчетные листки работодатель не предоставлял, в связи с чем подтвердить сведения о заработной плате не представляется возможным.

дата он /истец/ был уволен из ООО «Леспром» по собственному желанию, однако в день увольнения работодатель не выдал трудовую книжку, не произвел расчет при увольнении, задолженность по заработной плате составляет 10 тыс. руб.

С целью досудебного урегулирования спора он /истец/ обращался к ответчику, направлял претензию, однако требования были оставлены без удовлетворения. Вышеизложенные действия работодателя нарушают его /истца/ права, стороной, ответственной за оформление трудовых отношений, является работодатель, документы, которые могут подтвердить факт работы, в том числе ведомости о начислении заработной платы, находятся в ведении работодателя. Неправомерными действиями работодателя по уклонению от выдачи трудовой книжки и выплате окончательного расчета при увольнении ему /истцу/ были причинены нравственные страдания и переживания, основанные на ограничении трудовых прав, в том числе права на достойную жизнь и оплату труда. Кроме того, работодатель не заключил трудовой договор. Компенсация морального вреда с учетом требований разумности и справедливости оценена им /истцом/ в сумме 50 тыс. руб. Расходы на оказание юридических услуг составили 20 тыс. руб.

Определением Березовского городского суда <адрес> от дата (т.1 л.д.153-155) по заявлению истца ФИО1 (т.1 л.д.150) произведена замена ненадлежащего ответчика Общества с ограниченной ответственностью «Леспром» на надлежащего Индивидуального предпринимателя ФИО3 АлексА.а.

Определением Березовского городского суда <адрес> от дата принят отказ истца ФИО1 от иска в части требования о возложении на обязанности по выдаче трудовой книжки.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по доводам и обстоятельствам, изложенным в иске, с учетом внесения изменений в предмет иска.

Представитель ответчика ФИО2 исковые требования не призналп, просила в удовлетворении иска отказать в полном объеме, в том числе по доводам, изложенным в письменном отзыве на иск (т.1 л.д.76-77) и дополнениях к нему (т.2 л.д.71-81), суду пояснила, что ФИО1 действительно занимал должность водителя у ИП ФИО3, однако не с дата, а с дата, о чем свидетельствует надпись директора по производству ФИО4 на заявлении истца о приеме на работу, ФИО4 согласно должностной инструкции имеет полномочия по допуску работников до работы. Факт трудоустройства истца именно с дата подтверждается и представленными: приказом о приеме на работу от дата (т.1 л.д.172), трудовым договором № от дата (т.1 л.д.181-182), штатными расписаниями (т.1 л.д.79,183), в которых указано на две штатные единицы водителя у работодателя и три штатные единицы - с сентября 2017 года, табелями учета рабочего времени (т.1 л.д.184-201), расчетными листками (т.1 л.д.202), бухгалтерской отчетностью (т.1 л.д.88-113, т.2 л.д.186-208), платежными ведомостями (т.1 л.д.116-117), реестрами перечислений заработной платы (т.2 л.д.85-114), табелями учета рабочего времени (т.1 л.д.184-201). В апреле 2017 года ФИО1 действительно обращался по вопросу трудоустройства, беседовал с ФИО4, передавал документы для внесения данных в полис ОСАГО, Демин взаимодействовал с истцом, в сентябре 2017 года водитель ИП ФИО3 - ФИО5 уходил в отпуск (т.1 л.д.173-174) и необходим был водитель, в связи с чем ФИО1 был принят на работу именно с дата.

Заслушав стороны, оценив фактические обстоятельства, исследовав представленные суду письменные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующему.

В силу п.2 ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Из смысла ч.1 ст.37 Конституции Российской Федерации следует, что договорно-правовыми формами, опосредующими выполнение работ (оказание услуг), подлежащих оплате по возмездному договору, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (подряда, поручения, возмездного оказания услуг и др.), которые заключаются на основе свободного и добровольного волеизъявления заинтересованных субъектов - сторон будущего договора.

Согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации от дата №-О-О суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст.ст.15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Часть 1 ст.15 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. В соответствии с ч.2 ст.15 Трудового кодекса Российской Федерации заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора (ч.1 ст.16 Трудового кодекса Российской Федерации). В силу ч.3 ст.16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Таким образом, действующее трудовое законодательство устанавливает два возможных варианта возникновения трудовых отношений между работодателем и работником: на основании заключенного в установленном порядке между сторонами трудового договора, либо на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Согласно ст.56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, содержание которого должно соответствовать условиям заключенного трудового договора. Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу должен быть объявлен работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы (ч.1 и ч.2 ст.68 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех дней со дня фактического допущения к работе.

Из смысла приведенных норм следует, что к признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата производится за труд).

Согласно ч.1 ст.56, ст.ст.57,68,ч.2 ст.150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений; доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле; в случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны; непредставление доказательств и возражений в установленный судьей срок не препятствует рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

Из материалов дела следует, что дата в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о государственной регистрации ФИО3 в качестве индивидуального предпринимателя, что подтверждается выпиской ЕГРЮЛ от дата (т.2 л.д.58-60), основным видом деятельности ИП является распиловка и строгание древесины, одним из дополнительных: предоставление услуг по перевозкам.

Из объяснений истца ФИО1, данных в судебном заседании, следует, что он /истец/ с дата занимал должность водителя у Индивидуального предпринимателя ФИО3, при трудоустройстве он /истец/ беседовал с менеджером ФИО6 и директором по производству ФИО4, относительно заработной платы ему /истцу/ сообщили, что должностной оклад составляет 15 тыс. руб. в месяц, также выплачивается премия в размере 5 тыс. руб. Заработную плату он /истец получал наличными денежными средствами: за апрель 2017 года он /истец/ получил 15 тыс. руб. в мае 2017 года, за май 2017 года в июне 2017 года он /истец/ получил 20 тыс. руб., за июнь 2017 года он /истец/ получил 20 тыс. руб. в августе 2017 года., за август 2017 года ему /истцу/ оплачено 5 тыс. руб., таким образом, задолженность составляет 10 тыс. руб., на премию за август 2017 года он /истец/ не претендует. Истец также пояснил, что при трудоустройстве передал ФИО6 документы, необходимые для приема на работу (трудовую книжку, паспорт, водительское удостоверение, СНИЛС), написал заявление о приеме на работу, которое отдал ФИО4, трудовой договор с ним не заключался, ФИО4 пояснил, что испытательный срок составляет 1-2 месяца, к работе он /истец/ был фактически допущен с ведома работодателя директором по производству ФИО4 дата - накануне он /истец/ уволился с предыдущего места работы и это был его первый рабочий день у ИП ФИО3 Трудовую функцию он /истец/ выполнял вплоть до дата, когда передал заявление на увольнение со собственному желанию. Трудовую функцию водителя он /истец/ выполнял по месту нахождения работодателя по адресу: <адрес>, ул.124 квартал, <адрес>-б, работал на ГАЗ 66, осуществлял доставку пиломатериала в <адрес>. Режим работы у ИП ФИО3, которому он /истец/ подчинялся, был следующий: начало рабочего дня в 08 часов, сначала проходил технический осмотр, затем подъезжал на погрузку, получал документы: заказ или товарную накладную, которые выдавала менеджер ФИО6, погрузку осуществляли стропали, в том числе ФИО7, должность кладовщика занимает ФИО8. Ежедневно он /истец/ осуществлял по 4-5 доставок пиломатериала по <адрес>, рабочий день заканчивался в 17 часов, с 12 часов до 13 часов был обеденный перерыв, суббота и воскресенье - выходные дни. Доставку пиломатериала от ИП ФИО3 осуществляли трое водителей: он /истец/ на ГАЗ 66, ФИО5 на Камазе и ФИО9 на Камазе длинномере.

Оснований не доверять объяснениям истца у суда нет оснований, они последовательны, не противоречивы, согласуются с иными исследованными судом письменными доказательствами (в том числе подтверждены фотосъемкой (т.1 л.д.162-164)), при оценке которых суд приходит к следующему.

Так, из трудовой книжки ФИО1 (т.1 л.д.80-83) следует, что дата истец ФИО1 уволен на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации из ЗАО «Уралавторемстроймонтаж».

Из заявления ФИО1 на имя ИП ФИО3 (т.1 л.д.78) следует, что он просит «принять его на должность водителя с…». На заявлении имеется удостоверительная надпись директора по производству ФИО4: «ОК. Принять на должность водителя с дата. Дир. По производ. ФИО4 01.09.2017». Дата, с которой работник просит его принять, а также дата написания данного заявления именно работником отсутствуют. Книга учета приказов по личному составу работодателем не представлена.

В соответствии с должностной инструкцией директора по производству ИП ФИО3, утвержденной дата, директор по производству относится к категории руководителей, подчиняется непосредственно ИП, в должностные обязанности директора по производству входит, в том числе: подбор кадров рабочих и ИТР, а также допуск работников до исполнения ими должностных обязанностей, предусмотренных трудовым договором (т.2 л.д.180-182).

Согласно договору аренды транспортного средства №а от дата ФИО4, выступая в качестве арендодателя, передал во владение и пользование ИП ФИО3, действующего за арендатора, транспортное средство марки ГАЗ САЗ33351166 на срок с дата по дата (т.1 л.д.84-85), о чем сторонами подписан акт приема-передачи (т.1 л.д.86). Договором аренды установлена арендная плата за пользование автомобилем в размере 3 тыс. руб. ежемесячно.

В соответствии со сведениями, представленными ПАО СК ЮЖУРАЛ-АСКО (т.2 л.д.165-166), к управлению транспортным средством ГАЗ САЗ33351166 ФИО1 допущен с дата, собственник № - ФИО4, страхователь № - ФИО3

Из должностной инструкции водителя, утвержденной ИП ФИО3 дата, следует, что водитель подчиняется директору по производству и мастеру цеха (т.2 л.д.34-35).

Согласно Правилам внутреннего трудового распорядка, утвержденным ИП ФИО3 дата, продолжительность рабочего времени работников составляет 40 часов в неделю, установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями: субботой и воскресеньем, продолжительность ежедневной работы составляет 8 часов, время начала работы в 08 часов, время окончания работы в 17 часов, перерыв для отдыха и питания с 12 до 13 часов (т.2 л.д.36-54).

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что она знакома со ФИО1, знает его как соседа по саду «Нива». С наступлением сезона она /свидетель/ чаще бывает в саду, с ее /свидетеля/ участка просматривается участок ФИО1 В апреле и мае 2017 года она /свидетель/ была очевидцем того, что ФИО1 работал на автомобиле ГАЗ 66, в том числе видела его в <адрес>, уезжал на работу и приезжал с работы Скворцов на собственном автомобиле Москвич, в обеденное время с 12 до 13 часов ФИО1 приезжал домой на обед на автомобиле ГАЗ 66. На ее /свидетеля/ вопрос ФИО1 пояснил, что работает в Лесхозе у ФИО3, в связи с чем она /свидетель/ попросила истца привезти опил, за доставку которого непосредственно ФИО1 отдала 200 руб.

В судебном заседании по ходатайству истца был допрошен директор по производству ИП ФИО3 ФИО4, из показаний которого следует, что в десятых числах либо середине апреля 2017 года по вопросу трудоустройства в ИП ФИО3 обращался истец ФИО1, однако отделом кадров в трудоустройстве ФИО1 было отказано, в связи с чем он /свидетель/ принял решение передать ФИО1 принадлежащий ему /свидетелю/ автомобиль ГАЗ 66 (т.2 л.д.157), он /свидетель/ «вписал» ФИО1 в полис ОСАГО, на автомобиле ФИО1 стал ездить и работать на себя, при этом, какой-либо договор между ним /свидетелем/ и ФИО1 не заключался, ФИО1 расчет за пользование автомобилем с ним /свидетелем/ не производился.

К показаниям ФИО4 суд относится критически, во-первых, в части отказа отдела кадров, поскольку, как следует из указанного выше заявления указание отделу кадров о трудоустройстве давал именно ФИО4, во-вторых, страхователем транспортного средства ГАЗ 66 согласно полису ОСАГО являлся ИП ФИО3, а не ФИО4, как ошибочно указано свидетелем. Критически к данным показаниям суд также относится в связи с тем, что в спорный период времени транспортное средство находилось во владении и пользовании ИП ФИО3 на основании договора аренды, которым, в том числе предусмотрена обязанность ИП ФИО3 по внесению арендной платы, транспортное средство было передано ИП ФИО3, что подтверждается актом приема-передачи, при этом, акт приема-передачи транспортного средства от ИП ФИО3 к ФИО4 не представлен.

Критически суд относится к доводам стороны ответчика о возникновении необходимости принятия на работу водителя и введения третьей штатной единицы с сентября 2017 года. Как следует из представленных ответчиком табелей учета рабочего времени, в период с мая по июнь 2017 года в отпуске находился водитель ФИО9, что, по мнению суда, обуславливает необходимость принятия ФИО1 на должность водителя на работу именно в апреле 2017 года, учитывая испытательный срок.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что факт трудовых отношений между истцом и ответчиком нашел свое подтверждение в судебном заседании, истец был допущен к выполнению работы уполномоченным на то сотрудником ответчика, работу в должности водителя истец выполнял лично, выполнял истец заранее определенную трудовую функцию, подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка ответчика, работы, производимые истцом, выполнялись в интересах ответчика за плату. Трудовые отношения по мнению суда подлежат установлению с дата, с момента, когда истец был допущен к управлению транспортным средством путем включения его в полис ОСАГО, а, значит, непосредственно мог выполнять трудовую функцию, с внесением в трудовую книжку записи о приеме на работу на должность водителя с дата.

При этом, отсутствие кадровых решений и документов в отношении истца, в том числе невнесение в трудовую книжку соответствующей записи о приеме истца на работу, неиздание приказа о приеме на работу, неознакомление с ним истца, отсутствие истца в реестрах перечисления заработной платы и сведений о выплате истцу заработной платы в представленных стороной ответчика документах не свидетельствуют об отсутствии между сторонами трудовых отношений, поскольку в данном случае работодатель не выполнил возложенную на него трудовым законодательством обязанность по оформлению трудовых отношений с работником (ст.68 Трудового кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, оснований для удовлетворения требований истца в части установления факта трудовых отношений по дата и внесения в трудовую книжку записи о прекращении трудовых отношений дата на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации суд не усматривает.

Действующий Трудовой кодекс Российской Федерации, содержащий конструкцию заключения трудового договора путем фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя (ч.3 ст.16, ч.1 ст.61, ч.2 ст.67 Трудового кодекса Российской Федерации) не содержит конструкции фактического прекращения трудового договора. По смыслу действующего трудового законодательства Российской Федерации, трудовые отношения считаются длящимися, продолжающимися независимо от фактического выполнения или не выполнения работником работы и поручения или не поручения работодателем работы работнику. Основания прекращения и расторжения трудовых договоров предусмотрены в ст.ст.77-84 Трудового кодекса Российской Федерации. Так, расторжение трудового договора по инициативе работника предусмотрено п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации. Общий порядок оформления прекращения трудового договора предусмотрен в ст.84.1. Трудового кодекса Российской Федерации.

Из объяснений истца ФИО1, данных в судебном заседании, следует, что им /истцом/ в последний рабочий день дата охраннику ответчика было передано заявление об увольнении по собственному желанию, непосредственно работодателю либо уполномоченному работодателем лицу (ФИО4) заявление об увольнении истец не передавал, двухнедельный срок не отрабатывал, доказательств того, что дата согласовано сторонами трудового отношения в качестве последнего рабочего дня истца, суду истцом не представлено. Более того, ответчиком представлены: уведомление (т.1 л.д.119), приказ о применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения (т.1 л.д.115), приказ о прекращении трудового договора с работником (т.1 л.д.118), акт о непредставлении письменных объяснений (т.1 л.д.203), акты об отсутствии на рабочем месте и служебные записки (т.1 л.д.204-249, т.2 л.д.1-32).

Согласно общей норме, установленной законодателем в ч.1 ст.80 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающей расторжение трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию) работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

Часть третья ст.80 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает, что в случаях, когда заявление работника об увольнении по его инициативе (по собственному желанию) обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательную организацию, выход на пенсию и другие случаи), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника.

Таким образом, предоставляет работнику возможность прекратить трудовые отношения в избранный им самим срок в том случае, когда работодатель нарушает требования трудового законодательства, нормативных актов и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условия коллективного договора, соглашения или трудового договора; данная норма носит гарантийный характер. Обязанность работодателя расторгнуть трудовой договор до истечения срока предупреждения об увольнении возникает, когда факт нарушения трудовых прав работника установлен, и существует как объективное обстоятельство, дающее основание для досрочного расторжения трудового договора.

Факт нарушения трудовых прав ФИО1 со стороны ИП ФИО3, не оформившего возникшие между сторонами трудовые отношения в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации, не исполнившего надлежащим образом обязанность по выплате ФИО1 заработной платы, судом установлен, а потому истец в силу ч.3 ст.80 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на расторжение трудового договора в указанный им срок в заявлении срок при соблюдении положений ст.80 Трудового кодекса Российской Федерации. Однако, в нарушение ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств того, что в установленном ст.80 Трудового кодекса Российской Федерации порядке истец обращался к ответчику с заявлением об увольнении. Председательствующим истцу в судебном заседании было разъяснено право, оспаривая законность и основания увольнения, заявить соответствующее требование, однако требования истец не уточнил, в связи с чем суд в силу положений ч.3 ст.196 Трудового кодекса Российской Федерации рассмотрел иск в пределах заявленных требований.

Разрешая требования истца о взыскании задолженности по заработной плате, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст.2 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное существование человека для него самого и его семьи.

Установленная ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации основная обязанность работодателя по своевременной выплате заработной платы направлена на реальное обеспечение принципа своевременной выплаты заработной платы.

Согласно ст.129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В силу ст.136 Трудового кодекса Российской Федерации при выплате заработной платы работодатель обязан извещать в письменной форме каждого работника: 1) о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период; 2) о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику; 3) о размерах и об основаниях произведенных удержаний; 4) об общей денежной сумме, подлежащей выплате. Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Из Положения об оплате труда работников ИП ФИО3, утвержденного приказом от дата за № (т.1 л.д.175-180), следует, что заработная плата выплачивается работникам два раза в месяц в следующие сроки: не позднее 10-го и 25-го числа каждого месяца в кассе работодателя. По заявлению работника допускается выплата заработной платы в безналичной форме путем ее перечисления на указанный работником банковский счет или банковский счет, открытый для работника работодателем. Таким образом, по общему правилу заработная выплата выплачивается ответчиком наличными денежными средствами, что также опровергает доводы ответчика об отсутствии факта трудовых отношений в связи с отсутствием истца в реестрах перечисления заработной платы.

Из штатных расписаний ИП ФИО3 за период апрель и сентябрь 2017 года следует, что количество штатных единиц водителя в цехе пиломатериалов в апреле - 2, в сентябре - 3, тарифная ставка (оклад) - 8800 руб. (т.1 л.д.79,183). С учетом применения районного коэффициента 15% взысканию с ответчика в пользу истца подлежит заработная плата за август 2017 года в сумме 10120 руб. (не включая налог на доходы физических лиц) по следующему расчету: 8800 руб. + 15%. Бремя доказывания выплаты ответчиком истцу заработной платы в соответствии с положениями ст.56 Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на ответчика, как работодателя, однако соответствующих доказательств ответчиком не представлено, в связи с чем требования истца в этой части являются законными и обоснованными.

В силу положений ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из объяснений истца ФИО1, данных в судебном заседании, следует, что действиями ответчика ему /истцу/ причинены нравственные страдания, он /истец/ переживал в связи с невыплатой заработной платы и неоформлением работодателем трудовых отношений. Поскольку факт нарушения трудовых прав ФИО1 установлен, взысканию с ответчика на основании ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации подлежит компенсация морального вреда, размер которой с учетом конкретных обстоятельств данного дела, цены иска, требований разумности и справедливости, характера и длительности допущенного работодателем нарушения трудовых прав, значимости нарушенного права, степени вины ответчика, не представившего доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствовавших исполнению возложенной на него обязанности по своевременной и в полном объеме выплате заработной платы и окончательного расчета при увольнении, степени причиненных истцу нравственных страданий, суд считает возможным определить в сумме 5 тыс. руб.

Согласно ч.3 ст.196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решением по заявленным истцом исковым требованиям. Иных исковых требований в рамках настоящего гражданского дела истцом не заявлено.

В соответствии с ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, которые согласно ч.1 ст.88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Поскольку при подаче иска истец ФИО1 освобожден от уплаты государственной пошлины, на основании ч.1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п.2 ст.61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации взысканию с ответчика в доход местного бюджета подлежит государственная пошлина в сумме 1004 руб. 31 коп. (404 руб. 31 коп. - за требования имущественного характера о взыскании заработной платы, 600 руб. - за требования неимущественного характера об установлении факта трудовых отношений и о компенсации морального вреда).

Как следует из содержания ст.94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу п.1 ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от дата №-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст.17 (ч.3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч.1 ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

В соответствии с п.п.3,11,12,13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, обусловленные рассмотрением, разрешением и урегулированием спора во внесудебном порядке (обжалование в порядке подчиненности, процедура медиации), не являются судебными издержками и не возмещаются согласно нормам главы 7 ГПК РФ, главы 10 КАС РФ, главы 9 АПК РФ. Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Судом установлено, не оспорено ответчиком, истец ФИО1 понес расходы на оплату юридических услуг в сумме 20 тыс. руб., что подтверждается договором ЕК-2468 от дата (т.1 л.д.62), кассовыми чеками от дата, дата, дата (т.1 л.д.20), актом об оказании юридических услуг от дата (т.1 л.д.63).

Из предмета договора, в частности, следует, что в рамках договора исполнителем взяты на себя обязательства по подготовке претензий работодателю, жалобы в Государственную инспекцию труда в <адрес>, в налоговую, в ФСС, заявления в прокуратуру, подготовке искового заявлению и консультированию.

Как установлено судом, представителем проведена следующая работа: консультация истца, подготовка искового заявления в суд. С учетом предмета договора, указанного объема оказанных представителем юридических услуг, характера и обстоятельств дела, в том числе, специфики данного спора, цены иска, заявленных требований, продолжительности рассмотрения дела, количества и продолжительности судебных заседаний, принципов разумности и справедливости, принимая во внимание то обстоятельство, что размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом и важностью защищаемого права, расходы ФИО1 на оплату юридических услуг являются обоснованными и разумными в сумме 5 тыс. руб., которые суд взыскивает с ответчика в пользу истца.

Суд при вынесении решения оценивает исследованные доказательства в совокупности и учитывает, что у сторон не возникло дополнений к рассмотрению дела по существу, стороны согласились на окончание рассмотрения дела при исследованных судом доказательствах, сторонам также было разъяснено бремя доказывания в соответствии с положениями ст.ст.12,35,56,57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 АлексА.у об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности по внесению в трудовую книжку записей о приеме на работу и увольнении по собственному желанию, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда - удовлетворить в части.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и Индивидуальным предпринимателем ФИО3 АлексА.ем в период с дата.

Обязать Индивидуального предпринимателя ФИО3 АлексА.а внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу на должность водителя с дата.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3 АлексА.а в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за август 2017 года в сумме 10120 руб. (не включая налог на доходы физических лиц), компенсацию морального вреда в сумме 5 тыс. руб., расходы на оплату юридических услуг в сумме 5 тыс. руб.

В остальной части иска - отказать.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3 АлексА.а в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 1004 руб. 31 коп.

Стороны и другие лица, участвующие в деле, вправе подать на решение апелляционную жалобу в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Березовский городской суд <адрес>.

Председательствующий судья: п/п К.С. Аникина

«КОПИЯ ВЕРНА»

Судья К.С. Аникина

Секретарь Е.А. Васильева

дата

Подлинник документа находится в материалах дела

№
Березовского городского суда <адрес>

Судья К.С. Аникина

Секретарь Е.А. Васильева

По состоянию на дата

решение (определение) в законную силу не вступило.

Судья К.С. Аникина

Секретарь Е.А. Васильева