Приговор № 1-51/2020 1-959/2019 от 18 февраля 2020 г. по делу № 1-51/2020

Дело № 1-51/2020


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

19 февраля 2020 года г. Абакан Республики Хакасия

Абаканский городской суд Республики Хакасия

в составе председательствующего Гладких Р.А., при секретаре судебного заседания Бублик Д.С., с участием государственных обвинителей – старшего помощника прокурора <адрес> Лысых Н.Н., помощника прокурора <адрес> Вдовиченко О.В., подсудимого ФИО1, защитника – адвоката адвокатского кабинета Филимонова Д.Е., представившего удостоверение № и ордер №, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, <адрес>,

судимого: 14 апреля 2016 года мировым судьей судебного участка в границах Бейского района Республики Хакасия по ст. 2641 УК РФ к обязательным работам на срок 190 часов с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года 10 месяцев. Наказание в виде обязательных работ отбыто 08 июня 2016 года, наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами отбыто 25 февраля 2019 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного статьей 2641 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 управлял автомобилем как лицо, находящееся в состоянии опьянения, имеющее судимость за совершение преступления, предусмотренного статьей 2641 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Указанное преступление было совершено ФИО1 в <адрес> при следующих обстоятельствах.

Приговором мирового судьи судебного участка в границах Бейского района Республики Хакасия от 14 апреля 2016 года ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 2641 Уголовного кодекса Российской Федерации. Данный приговор вступил в законную силу 26 апреля 2016 года.

26 января 2019 года, около 19 часов 45 минут, ФИО1, находясь на участке местности, <адрес>, имея умысел на управление автомобилем в состоянии опьянения, заведомо зная, что не имеет права управления транспортными средствами, осознавая, что находится в состоянии опьянения, в нарушение требований пункта 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которому водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения, с целью осуществления поездки, сел за руль автомобиля марки «Mercedes Benz» коммерческого наименования «Е 240», имеющего государственный регистрационный знак №, запустил двигатель данного автомобиля и поехал по улицам <адрес>.

26 января 2019 года, в 19 часов 57 минут, ФИО1, находясь в состоянии опьянения, управляя вышеуказанным автомобилем, был задержан сотрудниками ДПС ГИБДД МВД по Республике Хакасия на участке местности, <адрес>, в результате чего его преступные действия были пресечены.

26 января 2019 года, в 21 час 09 минут, ФИО1 был освидетельствован на состояние опьянения в Республиканском клиническом наркологическом диспенсере. По результатам медицинского освидетельствования у ФИО1 было установлено состояние опьянения.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении указанного преступления не признал, оспаривая факт управления транспортным средством в состоянии опьянения.

Вместе с тем виновность подсудимого ФИО1 в совершении вышеуказанного преступлении полностью установлена и подтверждается показаниями свидетелей К., Т., Ш. и Е., протоколами следственных действий и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Из показаний инспектора ДПС ГИБДД МВД по Республике Хакасия К., данных им в качестве свидетеля в ходе предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании, следует, что 26 января 2019 года в ходе проведения рейда у здания, расположенного по адресу: <адрес>, около 19 часов 57 минут, был остановлен автомобиль марки «Mersedes Benz» под управлением ФИО1. Поскольку у ФИО1 водительского удостоверения не оказалось, он был приглашен в патрульный автомобиль для составления административного протокола. При этом у ФИО1 наблюдалось нарушение речи, а его движения были заторможены. По манерам поведения и общения, жестикуляции и разговору было видно, что Пристенский находился под воздействием каких-то препаратов. В результате чего ФИО1 был отстранен от управления транспортным средством, так как имелись основания полагать, что он находится в состоянии опьянения, поскольку его поведение не соответствовало обстановке. После ознакомления ФИО1 с постановлением об отстранении от управления транспортным средством, ему было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, на что ФИО1 согласился. Поскольку в результате освидетельствования у ФИО1 было установлено отсутствие алкогольного опьянения, он был направлен для прохождения медицинского освидетельствования. Пройти медицинское освидетельствование водитель ФИО1 был согласен. Во время составления процессуальных документов и проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения производилась видеосъемка. В результате медицинского освидетельствования, проведенного в наркологическом диспансере, в изъятом у ФИО1 биологическом материале были обнаружены метаболиты синтетического наркотического средства, после чего биологический материал был направлен на химико-токсикологическое исследование. После того, как результаты химико-токсикологического исследования подтвердились, врачом-наркологом был составлен акт медицинского освидетельствования, в котором было указано об установлении у ФИО1 состояния опьянения (т. 1 л.д. 102-104).

В судебном заседании свидетель К. подтвердил достоверность приведенных выше показаний и сообщил, что водитель ФИО1 был направлен для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, поскольку он был задержан при управлении транспортным средством и у него имелись признаки опьянения.

Из показаний инспектора ДПС ГИБДД МВД по Республике Хакасия Т., которые были даны им в качестве свидетеля в ходе дознания и оглашены в судебном заседании, установлено, что 26 января 2019 года, около 19 часов 57 минут, в ходе рейда, проведенного у здания, расположенного по адресу: <адрес>, был остановлен автомобиль марки «Mersedes Benz» под управлением ФИО1, у которого наблюдались признаки опьянения, в связи с чем, ФИО1 был отстранен от управления транспортным средством. После этого ему было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, на что ФИО1 согласился. В результате освидетельствования у ФИО1 было установлено отсутствие алкогольного опьянения, в связи с чем, он был направлен для прохождения медицинского освидетельствования. В результате медицинского освидетельствования в изъятом у ФИО1 биологическом материале были обнаружены метаболиты катинона (т. 1 л.д. 94-95).

В судебном заседании свидетель Т. подтвердил достоверность данных им в ходе дознания показаний и сообщил, что водитель ФИО1 был направлен для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, поскольку он был задержан при управлении транспортным средством и у него имелись признаки опьянения, в том числе заторможенность, покраснение глаз и нарушение речи.

Приведенные выше показания свидетелей К. и Т. относительно факта управления подсудимым ФИО1 автомобилем, наличия у ФИО1 признаков опьянения, его отстранения от управления транспортным средством, а также направления ФИО1 на медицинское освидетельствование подтверждаются исследованными в судебном заседании документами, а также протоколом осмотра видеозаписи, которая велась с помощью видеорегистратора во время отстранения ФИО1 от управления транспортным средством и проведения освидетельствования на состояние опьянения.

Согласно протоколу, который бы исследован в судебном заседании, 26 января 2019 года, в 20 часов 20 минут, у здания, расположенного по адресу: <адрес>, водитель ФИО1, управлявший автомобилем марки «Мercedes Benz», был отстранен от управления транспортным средством в связи с наличием нескольких признаков опьянения: нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, поведение, не соответствующее обстановке (т. 1 л.д. 53).

Как следует из акта освидетельствования лица на состояние алкогольного опьянения, проведенного 26 января 2019 года в 20 часов 30 минут, у подсудимого ФИО1 при наличии нескольких признаков опьянения состояние именно алкогольного опьянения установлено не было (т. 1 л.д. 54, 55).

Наличие достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства ФИО1 находится в состоянии опьянения при отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, послужило основанием к направлению ФИО1 на медицинское освидетельствование, о чем следует из протокола направления на медицинское освидетельствование, на проведение которого ФИО1 был согласен (т. 1 л.д. 56).

Согласно протоколу осмотра видеозаписи, которая велась 26 января 2019 года при помощи видеорегистратора патрульного автомобиля, после установления личности водителя и разъяснения ему соответствующих прав, ФИО1 сообщил о том, что управлял транспортным средством и подвозил своих друзей. После этого ФИО1 был отстранен от управления автомобилем в связи с наличием достаточных оснований полагать, что он находится в состоянии опьянения, а затем в отношении него было проведено освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, о чем были составлены соответствующие процессуальные документы. После составления акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, ФИО1 было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, на прохождение которого ФИО1 согласился, о чем указал в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование (т. 1 л.д. 96-97).

Отраженные в указанном протоколе обстоятельства полностью соответствуют видеозаписи, которая была приобщена к уголовному делу и осмотрена в судебном заседании.

Факт проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, а также результаты медицинского освидетельствования, отраженные в справке врача-нарколога, подтверждаются приобщенной к протоколу осмотра фототаблицей (т. 1 л.д. 98-99).

Проанализировав показания свидетелей К. и Т., сопоставив их с содержанием указанных документов, суд приходит к выводу о достоверности приведенных выше доказательств, поскольку указанные доказательства полностью согласуются между собой и не опровергаются другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Согласно протоколу осмотра места происшествия, 26 января 2019 года на участке местности, расположенном в четырех метрах в северном направлении от входа в здание <данные изъяты> по адресу: <адрес>, находился автомобиль марки «Mercedes Benz» коммерческого наименования «Е 240», имеющего государственный регистрационный знак № (т. 1 л.д. 59-60).

Факт проведения указанного следственного действия и его результаты объективно подтверждаются приобщенными к протоколу осмотра фотодокументами и схемой (л.д. 61, 62-63).

Из протокола осмотра предметов видно, что автомобиль марки «Mercedes Benz», имеющий государственный регистрационный знак №, находился в технически исправном состоянии (л.д. 78-79). Приобщенные к протоколу осмотра фотодокументы подтверждают факт проведения указанного следственного действия и его результаты (л.д. 80).

Свидетель Е. в судебном заседании показала, что она является собственником автомобиля марки «Mersedes Benz». 26 января 2019 года в вечернее время, когда она находилась на рабочем месте, ФИО1 обратился к ней с просьбой взять автомобиль для поездки за термометром для больного ребенка. Несмотря на то, что ей было известно о лишении ФИО1 права управления транспортными средствами, она разрешила ФИО1 взять для поездки автомобиль, который стоял у подъезда дома, в котором они проживают. Через сорок минут по телефону ей сообщили, что ФИО1 задержан сотрудниками полиции. После этого она направилась к месту задержания. Когда она прибыла к месту задержания, ФИО1 находился в адекватном состоянии.

Сопоставив показания свидетеля Е. с протоколом осмотра места происшествия и протоколом осмотра предметов, а также с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, суд приходит к выводу, что показания Е. косвенно подтверждают факт управления ФИО1 принадлежащим ей автомобилем.

Вместе с тем показания свидетеля Е. относительно того, что ФИО1 в момент нахождения в патрульном автомобиле сотрудников ГИБДД находился в адекватном состоянии, не опровергают установленных по делу обстоятельств связанных с управлением транспортным средством в состоянии опьянения, поскольку прибыв к месту задержания ФИО1, передав ФИО1 документы на автомобиль, имея возможность лишь кратковременного общения с ФИО1 через приоткрытое окно патрульного автомобиля, Е. не имела возможности определить наличие или отсутствие иных признаков опьянения.

Согласно справке, выданной врачом-наркологом ГБУЗ РХ «Республиканский клинический наркологический диспансер», в ходе проведения 26 января 2019 года в 21 час 04 минуты медицинского освидетельствования у ФИО1 были выявлены клинические признаки опьянения и методом экспресс-диагностики в биологическом материале ФИО1 были обнаружены метаболиты - катиноны. Окончательное заключение, как указано в справке врача-нарколога, должно было быть вынесено после получения результатов химико-токсикологического исследования биологического объекта (т. 1 л.д. 57).

Как следует из акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения № от ДД.ММ.ГГГГ, в результате химико-токсикологического исследования биологических объектов, полученных от ФИО1, были обнаружены L-PVP (L-пирролидиновалерофенон) – компоненты синтетического наркотического средства и его оксометаболит; N-метилэфедрин – побочный продукт синтетических меткатинонов, наличие которых явилось основанием к установлению состояния опьянения (т. 1 л.д. 58).

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании показал, что 26 января 2019 года в вечернее время он управлял автомобилем «Mercedes Benz», имеющим государственный регистрационный знак №, когда он был остановлен сотрудниками ГИБДД. Когда он находился в патрульном автомобиле сотрудник ГИБДД предложил ему пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. В результате освидетельствования наличие алкогольного опьянения обнаружено не было. После этого ему было предложено пройти медицинское освидетельствование, на проведение которого он согласился. Для проведения медицинского освидетельствования он был доставлен в наркологический диспансер, где от него был получен биологический объект. В связи с тем, что медицинское освидетельствование проводилось одновременно в отношении нескольких лиц, при проведении медицинского освидетельствования врачом-наркологом ошибочно мог быть исследован биологический материал иного лица. По результатам проведенного в диспансере экспресс-теста биологического объекта, фельдшер сообщила, что результат экспресс-теста является сомнительным, а биологический объект необходимо направить для проведения экспертизы. Потребителем синтетических наркотических средств он не является, однако на результаты медицинского освидетельствования мог повлиять факт употребления им лекарственных препаратов.

Сопоставив показания подсудимого с показаниями допрошенных свидетелей, а также с протоколами следственных действий и другими доказательствами, суд признает показания подсудимого ФИО1 достоверными лишь в той части, в которой они согласуются с другими исследованными и приведенными в приговоре доказательствами.

Вместе с тем показания подсудимого ФИО1 относительно возможной подмены полученного от него биологического материала, а также относительно недостоверности результатов экспресс-диагностики, в том числе в связи с употреблением лекарственных средств, полностью опровергаются показаниями свидетеля Ш., К., Т., а также приведенными выше документами.

Допрошенный в качестве свидетеля врач-нарколог ГБУЗ РХ «Республиканский клинический наркологический диспансер» Ш. показал, что в ходе проведения медицинского освидетельствования биологический материал предоставляется непосредственно самим освидетельствуемым, после чего сразу же производится экспресс-диагностика представленного им биологического материала. Медицинское освидетельствование одновременно нескольких лиц не проводилось. Ошибочное использование биологического материала иного лица в ходе проведения медицинского освидетельствования невозможно. Результаты экспресс-диагностики сразу же отражаются в справке врача-нарколога. В случае выявления положительного результата на наличие наркотических веществ биологический объект направляется в химико-токсикологическую лабораторию на экспертизу, по результатам которой принимается окончательное решение о наличии или отсутствии состояния опьянения.

Из показаний свидетеля Т., данных им как в ходе дознания, так и в ходе судебного следствия, видно, что медицинское освидетельствование ФИО1 проводилось в отсутствие иных освидетельствуемых лиц. Контейнер с биологическим материалом был представлен самим ФИО1 и сразу же использован для проведения экспресс-диагностики.

Свидетель К. в судебном заседании также утверждал, что медицинское освидетельствование подсудимого в наркологическом диспансере проводилось в отсутствие других освидетельствуемых.

Из показаний свидетеля К., данных им в ходе дознания и подтвержденных в судебном заседании, видно, что в ходе медицинского освидетельствования биологический материал был передан врачу-наркологу самим ФИО1 После этого в присутствии ФИО1 была проведена экспресс-диагностика представленного ФИО1 биологического объекта. После проведения экспресс-диагностики представленный биологический объект был в присутствии ФИО1 упакован и опечатан для дальнейшего исследования (т. 1 л.д. 102-104).

Установленные из показаний указанных свидетелей обстоятельства опровергают показания подсудимого относительно одновременного медицинского освидетельствования нескольких лиц и возможной подмены биологического материала.

Кроме того, как следует из показаний указанных свидетелей непосредственно после экспресс-диагностики биологического материала с использованием соответствующих специальных технических средств, врачом-наркологом была выдана справка, согласно которой в представленном ФИО1 биологическом материале были обнаружены метаболиты – катиноны.

Факт выдачи врачом-наркологом справки о результатах экспресс-диагностики непосредственно после ее проведения, вопреки доводам подсудимого, подтверждается протоколом осмотра видеозаписи и самой видеозаписью, которая велась с помощью видеорегистратора патрульного автомобиля. Как следует из протокола осмотра видеозаписи, после проведения медицинского освидетельствования сотрудник ГИБДД предъявил ФИО1 справку врача-нарколога с отраженными в справке сведениями о наличии клинических признаков опьянения и обнаружении метаболитов катинонов.

Согласно показаниям врача-нарколога Ш., каких-либо сомнений в достоверности полученных в ходе экспресс-диагностики результатов не возникало. Лишь в связи с тем, что ряд веществ может дать смежную картину положительного результата экспресс-диагностики, биологический материал был направлен в химико-токсикологическую лабораторию для проведения дополнительного исследования и исключения недостоверности полученных результатов.

Из акта медицинского освидетельствования следует, что результаты экспресс-диагностики о наличии в биологическом объекте, полученном от ФИО1, метаболитов синтетического наркотического средства подтвердились вследствие проведенных химико-токсикологических исследований.

Приведенные выше доказательства, в том числе показания свидетелей, протоколы следственных действий и документы были получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, вследствие чего суд признает их допустимыми доказательствами.

Существенных противоречий в доказательствах, влияющих на решение вопроса о виновности ФИО1 в совершении указанного выше преступления, в ходе судебного разбирательства не выявлено. Обстоятельств, которые бы свидетельствовали о заинтересованности свидетелей Ш., К. и Т. в исходе дела или о наличии у свидетелей причин для оговора подсудимого, в судебном заседании не установлено и из материалов уголовного дела не усматривается.

Оснований не согласиться с результатами, отраженными в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения, не имеется, поскольку медицинское освидетельствование было проведено соответствующим должностным лицом медицинской организации, имеющей лицензию на осуществление медицинской деятельности, при наличии соответствующих оснований и с соблюдением Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного Приказом Минздрава России от 18.12.2015 N 933н.

Допущенная в медицинской справке (т. 1 л.д. 57) ошибка в написании имени освидетельствуемого является явной опиской, поскольку указанный документ был составлен на основании акта медицинского освидетельствования № от ДД.ММ.ГГГГ, при заполнении которого персональные данные ФИО1 были указаны на основании документа, удостоверяющего его личность, при этом фамилия, имя и отчество освидетельствуемого, дата его рождения, а также номер и серия паспорта, указанные в акте, полностью совпадают.

Показания свидетеля ФИО2 относительно наличия у подсудимого ФИО1 наследственного дефекта речи в виде невнятного произношения окончаний слов не опровергают установленных в судебном заседании обстоятельств, поскольку состояние опьянения у подсудимого ФИО1 было установлено в результате химико-токсикологического исследования полученного от ФИО1 биологического объекта, а наличие клинических признаков опьянения послужило лишь основанием к проведению медицинского освидетельствования. При этом основанием к направлению подсудимого на медицинское освидетельствование послужило не только нарушение речи, но и другие признаки.

Доводы участников со стороны защиты относительно того, что приобщенная к уголовному делу видеозапись свидетельствует об адекватности поведения ФИО1 в момент проведения освидетельствования, также не опровергают установленных в судебном заседании обстоятельств и совокупности приведенных выше доказательств, свидетельствующих о виновности подсудимого, поскольку имеющееся на видеозаписи изображение подсудимого не опровергает наличие у подсудимого таких, в том числе клинических, признаков опьянения как резкое изменение окраски кожных покровов лица, инъецирование склеров глаз, наличие единичного горизонтального нистагма, наличие которых было отражено в приведенных выше документах.

Вместе с тем по смыслу уголовно-процессуального законодательства осмотр места происшествия заключается в фиксации обстановки на местности, обнаружении и изъятии следов преступления, а не в получении показаний от лица, подозреваемого в совершении преступления.

Однако проведенный дознавателем 26 января 2019 года непосредственно после задержания ФИО1 осмотр места происшествия с его личным участием, по своей сути являлся способом фиксации его показаний (т. 1 л.д. 65-68).

При этом протокол осмотра места происшествия, в котором приведены показания ФИО1, в отношении которого у органа дознания имелись достаточные основания подозревать его в совершении преступления, не содержит сведений о разъяснении ФИО1 его права не свидетельствовать против самого себя, о предупреждении ФИО1 о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, а также о разъяснении ФИО1 его права воспользоваться помощью защитника с момента начала осуществления процессуальных действий, затрагивающих его права и свободы.

При таких обстоятельствах указанный протокол осмотра места происшествия и приведенные в протоколе показания подсудимого в силу части 2 статьи 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не могут быть признаны допустимыми доказательствами и использованы в процессе доказывания.

Однако указанные обстоятельства, с учетом совокупности иных исследованных и приведенных в приговоре доказательств, не ставят под сомнение виновность подсудимого ФИО1 в совершенном им преступлении.

Исследовав и оценив представленные суду доказательства, как каждое в отдельности, так и в их совокупности, суд приходит к выводу, что виновность подсудимого ФИО1 в совершении указанного выше преступления полностью доказана.

Установленные в судебном заседании обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1 управлял автомобилем как лицо, находящееся в состоянии опьянения.

Согласно исследованному в судебном заседании приговору мирового судьи судебного участка в границах Бейского района Республики Хакасия от 14 апреля 2016 года, ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 2641 Уголовного кодекса Российской Федерации. Данный приговор вступил в законную силу 26 апреля 2016 года (т. 1 л.д. 147-150). Наказание в виде обязательных работ ФИО1 было отбыто 08 июня 2016 года, а наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами - 25 февраля 2019 года. Поскольку судимость на момент совершения ФИО1 указанного выше преступления не была снята или погашена в установленном законом порядке, следовательно, подсудимый ФИО1 на момент совершения преступления являлся лицом, имеющим судимость за совершение преступления, предусмотренного статьей 2641 Уголовного кодекса Российской Федерации.

С учетом совокупности исследованных и приведенных в приговоре доказательств, достаточных для достоверного вывода о виновности ФИО1 в совершении указанного выше преступления, суд квалифицирует его действия по статье 2641 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 31.12.2014 № 528-ФЗ), как управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, имеющим судимость за совершение преступления, предусмотренного статьей 2641 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Подсудимый ФИО1 на учете у психиатра не состоит. С учетом материалов уголовного дела, касающихся личности подсудимого, его поведения в судебном заседании, суд не находит оснований сомневаться в его психической полноценности и признает его в отношении инкриминируемого ему деяния вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

При назначении подсудимому ФИО1 вида и размера наказания суд в соответствии со статьей 60 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывает характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, личность подсудимого, состояние его здоровья, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

В соответствии со статьей 15 Уголовного кодекса Российской Федерации преступление, предусмотренное статьей 2641 Уголовного кодекса Российской Федерации, признается преступлением небольшой тяжести.

В судебном заседании, в том числе из приобщенных к уголовному делу документов, было установлено, что ФИО1 имеет постоянное место жительства, проживает <адрес>. В браке не состоит, однако поддерживает фактические семейные отношения с Е. Подсудимый ранее состоял в браке, имеет двоих малолетних детей, которые проживают со своей матерью. ФИО1 оказывает помощь в содержании и воспитании указанных детей. Подсудимый работает машинистом в <данные изъяты>, имеет постоянный источник дохода. За время работы зарекомендовал себя с положительной стороны. Является трудоспособным, ограничений к труду или инвалидности не имеет. Перенесенная в детстве операция <данные изъяты> существенного влияния на состояние здоровья подсудимого к настоящему времени не оказала. На учете у врачей нарколога и психиатра не состоит (л.д. 142, 143, 145). В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проходил службу в армии, где зарекомендовал себя в основном с отрицательной стороны (л.д. 158). По прежнему месту жительства характеризуется удовлетворительно (л.д. 159). По месту жительства в <адрес>, по прежнему месту работы и свидетелем П. характеризуется положительно. Жалоб и заявлений на поведение подсудимого со стороны граждан в полицию не поступало. К административной ответственности за нарушение общественного порядка не привлекался (л.д. 160). Однако имеет непогашенную судимость за совершение преступления небольшой тяжести.

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание, суд в соответствии с частью 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признает наличие на иждивении подсудимого двоих малолетних детей.

Вместе с тем из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 после остановки транспортного средства прошел по требованию сотрудников полиции освидетельствование и медицинское освидетельствование на состояние опьянения, дал объяснения, указывающие на его причастность к совершению преступления, участвовал в проведении первоначальных следственных действий, в ходе которых указал точное место совершения преступления, освободив орган дознания от необходимости проводить дополнительные следственные действия, направленные на установление обстоятельств совершения преступления. После сообщения ФИО1 о месте совершения преступления, орган дознания с его участием произвел осмотр участка местности, местонахождение которого легло в основу предъявленного подсудимому обвинения.

Принимая во внимание приведенные выше обстоятельства, суд считает необходимым в соответствии с частью 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных статьей 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, судом не установлено.

Наличие смягчающего обстоятельства, предусмотренного пунктом «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, являются основанием для применения при назначении наказания положений части 1 статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, ограничивающих срок или размер наказания, назначаемого за совершение преступления.

Оценив приведенные выше обстоятельства, суд считает необходимым назначить подсудимому ФИО1 наказание в виде лишения свободы на определенный срок с назначением ему дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 3 года, поскольку назначение ему более мягкого вида или размера наказания не сможет оказать достаточное влияние на его исправление, предупредить совершение новых преступлений, а также восстановить социальную справедливость.

Суд не усматривает обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, наличие которых явилось бы основанием для применения положений статьи 64 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначения подсудимому более мягкого вида наказания.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности подсудимого, скрывшегося от суда, суд не усматривает обстоятельств, которые бы свидетельствовали о возможности исправления подсудимого без реального отбывания наказания в местах лишения свободы и применения к нему положений статьи 531 Уголовного кодекса Российской Федерации, регламентирующей порядок замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами, а также положений статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающей условное осуждение.

Именно такое наказание, по мнению суда, является справедливым и в наибольшей степени обеспечит достижение его целей, указанных в статье 43 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Основания для постановления приговора без назначения наказания, для применения отсрочки отбывания наказания или для освобождения подсудимого от наказания отсутствуют.

В соответствии с пунктом «а» части 1 статьи 58 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы надлежит отбывать в колонии-поселении.

Поскольку ФИО1 назначено наказание в виде реального лишения свободы, принимая во внимание личность подсудимого, нарушившего ранее избранную в отношении него меру пресечения в виде подписки о невыезде и скрывшегося от суда, суд приходит к выводу о направлении подсудимого в колонию-поселение под конвоем в соответствии со статьей 75.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах суд считает необходимым до вступления приговора в законную силу оставить избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу без изменения.

Как следует из приобщенных к делу документов, ФИО1 был фактически задержан сотрудниками правоохранительных органов 20 декабря 2019 года.

Таким образом, в соответствии с пунктом «в» части 31 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время содержания ФИО1 под стражей с 20 декабря 2019 года до вступления настоящего приговора в законную силу, подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за два дня отбывания наказания в колонии-поселении, с учетом положений, предусмотренных частью 33 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Вопрос о вещественных доказательствах по уголовному делу суд разрешает в соответствии с требованиями статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Между тем, для осуществления защиты подсудимого судом был назначен в качестве защитника – адвокат Филимонов Д.Е. От помощи защитника подсудимый не отказывался. В ходе судебного разбирательства адвокату было выплачено 12 960 рублей.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 является трудоспособным, каких-либо заболеваний, препятствующих трудовой деятельности, не имеет. Обстоятельств, которые бы свидетельствовали об имущественной несостоятельности подсудимого либо о наличии на иждивении подсудимого каких-либо лиц, на материальном положении которых может существенно отразиться взыскание процессуальных издержек, не установлено.

Принимая во внимание приведенные выше обстоятельства, учитывая характер вины, степень ответственности и имущественное положение ФИО1, а также то, что взыскание процессуальных издержек может быть обращено на будущие доходы подсудимого, суд считает необходимым в соответствии со статьями 131 и 132 УПК РФ взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 12 960 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 296-300, 303, 304, 308-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации,

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 2641 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 31.12.2014 № 528-ФЗ), и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) месяцев с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 3 (три) года.

Срок отбывания ФИО1 наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления настоящего приговора суда в законную силу.

На основании пункта «в» части 31 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до вступления настоящего приговора в законную силу, зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за два дня отбывания наказания в колонии-поселении, с учетом положений, предусмотренных частью 33 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации.

По вступлению настоящего приговора в законную силу направить осужденного ФИО1 в соответствии со статьей 75.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в колонию-поселение под конвоем.

До вступления приговора в законную силу, избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу оставить без изменения, и содержать его в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Хакасия.

Вещественное доказательство - видеозапись на DVD-R диске, хранящуюся в материалах уголовного дела, хранить в уголовном деле.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 12 960 (двенадцати тысяч девятисот шестидесяти) рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями главы 451 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия в течение 10 суток со дня постановления приговора, а осужденным, содержащемся под стражей, – в тот же срок со дня получения копии приговора. Апелляционная жалоба или представление приносятся через Абаканский городской суд Республики Хакасия.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный в течение 10 дней со дня вручения ему копии приговора вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а в случае принесения государственным обвинителем апелляционного представления – в тот же срок со дня получения копии апелляционного представления.

Председательствующий Гладких Р.А.