Приговор № 1-42/2020 1-935/2019 от 3 февраля 2020 г. по делу № 1-42/2020

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 февраля 2020 года г. Иркутск

Свердловский районный суд г. Иркутска в составе:

председательствующего судьи Лобач О.В.,

при секретаре Горностаевой А.В.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Свердловского района г. Иркутска Филипповой С.А, подсудимого ФИО1, защитника Красниковой Е.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № 1-42/2020 в отношении:

ФИО1, .... судимого:

12 марта 2009 года Жигаловским районным судом Иркутской области по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 7 годам лишения свободы, освободившегося 6 мая 2014 года условно-досрочно по постановлению Усть-Кутского городского суда Иркутской области от 25 апреля 2014 года на 1 год 5 месяцев 2 дня;

содержавшегося под стражей с 28 июля по 27 августа, с 6 сентября по 7 сентября 2019 года, мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО1 совершил покушение на убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам при следующих обстоятельствах.

В период времени с 14 часов 20 минут до 17 часов 05 минут <Дата обезличена>, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире, расположенной по адресу: <адрес обезличен>, действуя умышленно, на почве внезапно возникших в ходе ссоры личных неприязненных отношений к ранее знакомому САВ, с целью причинения смерти последнему, вооружился имеющимся в вышеуказанной квартире ножом, подошел к САВ, находящемуся в указанный период времени в подъезде <адрес обезличен>, и, реализуя свой преступный умысел, направленный на причинение смерти САВ, действуя умышленно, используя нож в качестве оружия, осознавая, что в результате его действий может наступить смерть потерпевшего, желая её наступления, нанес с силой множественные удары указанным ножом в жизненно-важную часть тела потерпевшего – грудную клетку САВ, а также в область нижней конечности САВ, причинив последнему своими указанными умышленными действиями телесные повреждения в виде колото-резаных ранений: в области грудной клетки слева по парастернальной линии на уровне 5 межреберья (1), на левой боковой поверхности (2), проникающих в левую плевральную полость с ранениями 2, 4 сегментов левого легкого, левого желудочка, сопровождавшихся тампонадой сердца, посттравматическим перикардитом, нестабильным тромбом в полости левого желудочка, с развитием инфаркта миокарда 2 типа, с гемотораксом (скоплением крови в плевральной полости), колото-резаного ранения на задней поверхности грудной клетки слева (1), непроникающего в плевральную полость, колото-резаных ран в области левого плеча (1) в области правого бедра (1), с развитием тяжелого геморрагического шока (при поступлении состояние клинической смерти), оценивающихся как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

После чего увидев свидетеля САС и опасаясь его вмешательства, будучи уверенным при этом, что в результате его умышленных действий неизбежно наступит смерть САВ, ФИО1 скрылся с места происшествия.

Смерть САВ не наступила по независящим от ФИО1 обстоятельствам в связи со своевременным оказанием медицинской помощи САВ

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в покушении на убийство САВ не признал и показал, что на протяжении длительного периода времени проживает с ЧАВ, соседом которой является САС С последним он познакомился в мае 2019 года, когда заподозрил его в интимных отношениях с ЧАВ В тот раз между ними конфликта не произошло, но осадок от общения остался. Ночью <Дата обезличена> вместе с ЧАВ он пошел в гости к САС распивать спиртные напитки, где также находился ранее ему незнакомый САВ Уйдя под утро домой, он вместе с ЧАВ затем вернулся к САС около 12 часов дня, где также продолжили распивать спиртные напитки. В процессе общения обстановка в квартире САС постепенно начала накаляться, поскольку САС и САВ стали нелестно отзываться о его сожительнице. Не желая дальнейшего общения с САС и САВ, он ушел к себе домой вместе с ЧАВ, однако, последняя вновь пошла к САС домой. Выйдя в коридор, он увидел там САС и САВ, которые стали предъявлять ему претензии по поводу применения с его стороны силы к ЧАВ Разговор перерос в конфликт, в ходе которого было решено выйти на улицу, чтобы разобраться во всем. САС ушел к себе в квартиру менять обувь, а он остался разговаривать с САВ В какой-то момент из квартиры выбежал САС, который распылил ему в глаза слезоточивый газ, а затем оба стали наносить ему удары по голове и другим частям тела, в том числе стулом. Он, отбиваясь от них, также бросил в их сторону стул, после чего выбежал на улицу, куда следом вышли САВ и САС Там в процессе разговора САВ нанес ему два удара тыльной стороной ладошки по лицу, а САС взял камень и размахивал им, угрожая нанести удар. Затем они пошли все в подъезд. По пути САВ и САС заставляли его уйти из этого дома. Зайдя в квартиру и зная, что САВ ждет его в коридоре, чтобы проконтролировать уход из дома, он взял в своем рюкзаке складной нож, вышел в коридор, после чего подошел к САВ и чтобы обездвижить последнего, нанес ему удар ножом в область бедра, а после того, как САВ схватил его за руки, не давая убежать, он, возможно, нанес еще несколько ударов ножом, в том числе, в область грудной клетки. После того, как САВ отпустил его, он выбежал на улицу, где уже подъехали сотрудники полиции, которым отдал нож. Считает, что действовал в этот момент в состоянии необходимой обороны, поскольку полагал, что САВ и САС могут вновь причинить ему телесные повреждения.

Проверяя и оценивая показания, данные подсудимым в ходе судебного следствия, где он подтверждает обстоятельства инкриминируемого преступления, суд находит их правдивыми и достоверными, соответствующими установленным судом фактическим обстоятельствам, в остальной части, где он уверяет суд, что умысла на убийство САВ у него не было, относится к ним критически, оценивает как выдвижение наиболее выгодной для себя версии произошедшего, как способ защиты и желание максимально уменьшить свою роль в инкриминируемом преступлении.

Виновность подсудимого ФИО1 в покушении на убийство САВ подтверждается представленными суду и исследованными в ходе судебного разбирательства следующими доказательствами.

Потерпевший САВ суду показал, что обстоятельства, при которых ему были причинены ножевые ранения, помнит плохо. Помнит, что с мужчиной у него был конфликт, переросший в драку, в ходе которой он нанес ему несколько ударов рукой по лицу на улице, а затем помнит лишь тот момент, когда этот мужчина, выйдя из своей квартиры, подошел к нему и нанес первым удар ножом в область сердца.

Кроме того, отвечая на вопросы сторон, показал, что следователь в ходе расследования уголовного дела его не допрашивал, в судебных заседаниях он не участвовал, а также не давал своих образцов для сравнительного исследования.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству государственного обвинителя и с согласия сторон, в соответствии со ст. 281 УПК РФ, были оглашены показания потерпевшего САВ (том 1 л.д. 161-165), согласно которых <Дата обезличена> он распивал спиртные напитки с САС, ЧАВ и ФИО1 по адресу: <адрес обезличен>71. В дневное время ЧАВ и ФИО1 ушли, однако спустя некоторое время ЧАВ вновь вернулась к ним домой, объяснив, что ФИО1 ее бьет. Выйдя с САС в коридор, ФИО1 предложил выйти на улицу, чтобы разобраться. Затем САС зашел в квартиру переобуть обувь, а он остался в коридоре с ФИО1, который в какой-то момент накинулся на него, а САС, увидев происходящее, распылил перцовый баллончик. После этого между ними произошла обоюдная драка, в ходе которой каждый из них наносил друг другу удары, в том числе, стулом. Затем ФИО1 выбежал на улицу, они вышли следом. На улице во время разговора он два раза ударил ФИО1 ладошкой, после чего они втроем зашли в подъезд, где вместе с САС заставляли ФИО1 уйти из дома. Он присел в подъезде на стол, стоящий около двери в квартиру ФИО2, последний прошел в квартиру, а затем вышел из квартиры с ножом и нанес им несколько ударов в область грудной клетки и ноги. От ударов он потерял сознание. Считает, что ФИО1 хотел его убить.

После оглашения показаний и обозрения потерпевшим протокола допроса от <Дата обезличена> последний пояснил, что в протоколе стоят его подписи, однако он не помнит - допрашивала его следователь или нет, однако, настаивал на том, что первый удар ФИО1 нанес ему именно в область грудной клетки, при этом у него самого в руках посторонних предметов не было.

Суд признает показания, данные потерпевшим САВ на стадии следствия, допустимыми доказательствами, поскольку они добыты в соответствии с требованиями норм уголовно-процессуального закона, перед проведением допросов САВ были разъяснены права, предусмотренные законом, с предупреждением о возможности использования его показаний в качестве доказательств, в том числе и при последующем отказе от данных показаний, то есть требования закона были соблюдены в полном объеме, при этом замечаний по процедуре проведения следственных действий, в том числе и о физическом, психическом состоянии САВ, о том, что он не может давать показания, не заявлял.

Это подтвердила в судебном заседании и свидетель ВВИ, в производстве которой находилось уголовное дело в отношении ФИО1 Она пояснила, что проводила следственные действия с потерпевшими САВ, допрашивала его в качестве потерпевшего, брала образцы крови и слюны для сравнительного исследования. Также он участвовал в судебном заседании <Дата обезличена> при решении вопроса об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что показания потерпевшего САВ на предварительном следствии в той части, в которой они согласуются с совокупностью доказательств по уголовному делу, были правдивыми, достоверно отражающими обстоятельства совершенного в отношении него преступления. Они были основаны именно на личном восприятии как непосредственного участника (потерпевшего) событий <Дата обезличена>, а не на полученных опосредованным путем данных преступления.

Подробности, изложенные потерпевшим в протоколе его допроса, полностью совпадают с показаниями допрошенных по делу свидетелей и с объективными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Более того, правильность зафиксированных следователем в приведенном выше протоколе допроса показаний САВ об обстоятельствах совершения в отношении него преступления были непосредственно подтверждены собственноручными подписями самого САВ, что не отрицал потерпевший в судебном заседании.

Кроме того, суд полагает, что на показания потерпевшего в судебном заседании и наличие в связи с этим противоречий в них повлиял и тот факт, что потерпевший после причинения ему ножевых ранений был доставлен в медицинское учреждение в состоянии клинической смерти, а согласно показаний допрошенной в судебном заседании в качестве специалиста ГЕВ потеря памяти может стать причиной травматического воздействия, а также в результате перенесенных инсульта и инфаркта, а также массивной кровопотери, что нашло свое отражение в заключении эксперта <Номер обезличен> от <Дата обезличена>.

Этим, по мнению суда, и объясняется причина, по которой САВ не помнит - как его допрашивала следователь в ходе предварительного следствия, как у него были получены образцы для сравнительного исследования и как он принимал участие в судебном заседании при решении вопроса об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу.

Свидетель САС суду показал, что в течение всего утра и дня <Дата обезличена> он находился у себя дома, где распивал спиртные напитки с САВ, ЧАВ и ФИО1 В дневное время между ним, САВ и ФИО1 в коридоре подъезда произошла ссора. ФИО1 предложил выйти на улицу и выяснить там отношения. Он пошел в квартиру переобуваться, САВ с ФИО1 остались в коридоре. Затем он услышал звуки борьбы и выбежал в коридор с перцовым баллончиком. Там уже происходила драка между САВ и ФИО1 Он распылил баллончик ФИО1 в лицо, затем обоюдно они стали друг другу наносить удары по телу и голове, в том числе находящимся в коридоре стулом. В какой-то момент ФИО1 встал и убежал на улицу. Они вышли следом на улицу, где в ходе выяснения отношений САВ два раза ударил ФИО1 ладонью по лицу. Затем они втроем зашли в подъезд, где они в связи с таким поведениям ФИО1 стали требовать от последнего уйти из указанного дома. После этого ФИО1 зашел к себе в квартиру, он, в свою очередь, зашел к себе домой, а САВ остался в коридоре. В какой-то момент он услышал грохот в коридоре, выбежал туда и увидел СЕА с ранениями в области грудной клетки. Затем он закрыл дверь в коридор и вызвал скорую помощь, при этом САВ успел сказать, что его порезали.

После таких показаний свидетеля подсудимый ФИО1 заявил, что не был инициатором конфликта и не предлагал САС выйти на улицу, чтобы разобраться.

По ходатайству стороны обвинения в связи с существенными противоречиями, в соответствии со ст. 276 УПК РФ, были оглашены показания подсудимого ФИО1, данные им при производстве предварительного расследования, содержащиеся в томе 1 на л.д. 65-70, согласно которых именно он предложил САС выйти на улицу и поговорить.

Несмотря на то, что подсудимый ФИО1 не подтвердил такие показания, суд приходит к выводу, что оснований не доверять показаниям свидетеля САС и потерпевшего не имеется, суд находит их достоверными, они последовательны, согласуются как между собой, так и с показаниями подсудимого ФИО1, данными в этой части на стадии предварительного расследования в присутствии защитника, существенных противоречий как внутренне, так и между собой не содержат, напротив, взаимно дополняют и подтверждают друг друга, а также подтверждаются объективными доказательствами, поэтому у суда нет никаких оснований не доверять данным показаниям, оснований для оговора не установлено, не приведено таких оснований и стороной защиты.

Свидетель ЧАВ суду показала, что вместе со своим сожителем ФИО1 и ранее незнакомым САВ <Дата обезличена> в дневное время находилась у соседа САС, где распивали спиртные напитки. В ходе распития спиртного между ФИО1, САС и САВ произошла ссора из-за нее, САВ постучал к ним в дверь, попросил выйти ФИО1 в коридор, где она затем услышала звуки борьбы. Она вызвала сотрудников полиции, а когда вышла в коридор, то увидела лежащего на полу в крови САВ Затем приехали врачи скорой помощи, которые вынесли САВ на улицу, где уже в наручниках сидел ФИО1

По ходатайству государственного обвинителя в связи с существенными противоречиями в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены в части показания свидетеля ЧАВ (том 1 л.д. 87-90), из которых следует, что после того, как ЧАВ пожаловалась САС на то, что ФИО1 ее избивает, она зашла домой, при этом ФИО1 самостоятельно вышел в коридор.

После оглашения данных показаний свидетель ЧАВ пояснила, что протокол не читала.

Свидетель ЧИП суду показала, что проживает с дочерью ЧАВ и ее сожителем ФИО1 <Дата обезличена> ее дочь и сожитель в дневное время находились в <адрес обезличен> соседа САС В дневное время она слышала в коридоре звуки драки. Выйдя в коридор, она увидела там ФИО1, соседа САС и ранее не знакомого САВ, которые сразу ушли на улицу. Спустя некоторое время они вернулись, при этом САС пришел раньше и до возвращения САВ и ФИО1 выходил в коридор с ножом, размахивая им в стороны, после чего ушел обратно в свою квартиру. ФИО1 зашел в квартиру, а САВ остался в коридоре, не давая закрыть дверь, подпирая ее ногой. Она увидела, что ФИО1 был сильно избит, лицо было в крови. Затем она увидела, что ФИО1 что-то достал из своего рюкзака, вышел из квартиры, подошел к сидевшему в коридоре на тумбочке САВ, который никаких угроз не высказывал, и ткнул его (ФИО3), при этом он не видела - был ли это нож или другой предмет.

По ходатайству государственного обвинителя в связи с существенными противоречиями в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля ЧИП (том 1 л.д. 100-102), из которых следует, что после того, как она и ФИО1 зашли в квартиру, ФИО1 взял свой рюкзак, достал из него нож, вышел из квартиры, подошел к сидящему на тумбочке САВ и нанес ему несколько ударов ножом в область груди, после чего убежал.

После оглашения данных показаний в зале судебного заседания и обозрения свидетелем протокола допроса от <Дата обезличена>, ЧИП пояснила, что данный протокол подписан ей, однако она частично не подтверждает содержащиеся там показания, настаивает на том, что видела, как ФИО1 нанес САВ только один удар, ножа в руках у ФИО1 она не видела, уверяя суд, что данные показания были написаны следователем без ее согласия, при этом следователь через несколько дней приезжала к ней, чтобы подписать другой протокол.

Вместе с тем, доводы свидетелей ЧАВ и ЧИП в части того, что они не давали таких показаний и не читали протоколы своих допросов, были предметом проверки в ходе судебного следствия, однако, были опровергнуты как показаниями свидетеля БЛГ, так и материалами уголовного дела.

Так, в судебном заседании была допрошена свидетель БЛГ, которая суду показала, что у нее в производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО1 и в ходе предварительного расследования она допрашивала свидетелей ЧАВ и ЧИП Указанные свидетели показания давали добровольно, никакого давления на них не оказывалось, они сообщали события, связанные с совершенным преступлением в отношении САВ В протоколы допросов показания были внесены исключительно со слов последних, которые их подписали, замечаний не поступало.

Подвергая оценке показания свидетеля БЛГ, суд считает ее показания достоверными, соответствующими действительности, поскольку они подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

В судебном заседании свидетель САС, и подсудимый ФИО1 подтвердили, что САВ в дверь квартиры, где проживали ФИО1 и ЧАВ, не стучал, а потерпевший САВ, не смотря на то, что большую часть обстоятельств совершенного в отношении него преступления не помнит, тем не менее, сообщил суду, что ФИО1 нанес ему первый удар именно в область грудной клетки ножом.

Таким образом, суд критически относится к показаниям свидетелей ЧАВ и ЧИП, данным ими в судебном заседании относительно обстоятельств их допроса на стадии предварительного следствия, признает их не соответствующими действительности, и такие показания, по мнению суда, обусловлены ложно понимаемой помощью и желанием свидетелей помочь ФИО1 избежать уголовной ответственности за содеянное, поскольку ЧАВ является сожительницей подсудимого, а ЧИП матерью свидетеля ЧАВ, в связи с чем, принимает показания указанных свидетелей на предварительном следствии как доказательство вины ФИО1 в той части, в какой они не противоречат другим доказательствам.

Свидетель ПЕА суду показала, что <Дата обезличена> в дневное время слышала шум в подъезде, на улице видела 3-х мужчин, которые громко разговаривали, а у одного из них в руках был камень, которым он размахивал в стороны. Когда она вышла на улицу, мужчины не ссорились, драки между ними не было. Позже эти мужчины зашли в подъезд и по просьбе девушки по фамилии ЧАВ она вызвала сотрудников полиции и скорую помощь, которых осталась ожидать возле подъезда. Через некоторое время из подъезда вышел ФИО1 с ножом в руках, а спустя несколько минут приехали сотрудники полиции, к которым подошел ФИО1 и отдал нож. Затем она вместе с подъехавшими врачами скорой помощи поднялась на 3 этаж, где напротив <адрес обезличен> лежал один из тех мужчин, который ранее был на улице. При этом подтвердила, что на улице драки не было, разговор происходил спокойно, никто никому ударов не наносил.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству государственного обвинителя и с согласия сторон, в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, были оглашены и исследованы показания свидетеля КПС (том 1 л.д. 43-44), данные в ходе предварительного следствия, которые были получены в строгом соответствии с законом.

Из показаний свидетеля КДС (сотрудника полиции) следует, что <Дата обезличена> около 16 часов 40 минут он прибыл по адресу: <адрес обезличен>, где согласно поступившего вызова происходила драка. Когда он подходил к подъезду указанного дома, оттуда вышел ФИО1 с предметом в руках, внешне схожим с ножом, руки и лицо ФИО1 были в крови. На его требование ФИО1 положи в его руку нож и пояснил, что нанес несколько ножевых ранений своему знакомому, который лежит в подъезде на полу. Он задержал ФИО1 и упаковал изъятый у него нож.

Кроме того, виновность подсудимого ФИО1 объективно подтверждается следующими доказательствами.

<Дата обезличена> в 16 часов 29 минут и 16 часов 48 минут в отдел полиции № 1 МУ МВД России «Иркутское» поступили телефонные сообщения о драке в общественном месте по адресу: <адрес обезличен> (том 1 л.д. 6-7).

<Дата обезличена> в 17 часов 02 минуты в отдел полиции № 1 МУ МВД России «Иркутское» поступило телефонное сообщение от оператора 112 о ножевом ранении в сердце по адресу: <адрес обезличен> (том 1 л.д. 8).

Согласно телефонограммы из областной клинической больницы - <Дата обезличена> в 17 часов 05 минут к ним был доставлен САВ с колото-резаной раной грудной клетки, колото-резаной раны правого бедра и левого предплечья (том 1 л.д. 9).

Согласно справки, выданной областной клинической больницей <Дата обезличена>, САВ поступил к ним <Дата обезличена> с диагнозом: сочетанная травма, множественные колото-резаные ранения грудной клетки (4), три из них проникающие в плевральную полость, ранение левого желудочка, тампонада сердца, ранение левого легкого, колото-резаные ранения левого плеча, правого бедра без повреждения сосудисто-нервного пучка, декомпрессионный обратимый геморрагический шок (том 1 л.д. 115).

<Дата обезличена> следователем был осмотрен подъезд <Номер обезличен><адрес обезличен> в <адрес обезличен>, установлено место совершения преступления, изъят след вещества бурого цвета, футболка со следами вещества бурого цвета, камень, след подошвы обуви и стул (том 1 л.д. 10-19).

Кроме того, была осмотрена <адрес обезличен> в <адрес обезличен>, откуда были изъяты следы пальцев рук (том 1 л.д. 20-27).

<Дата обезличена> ФИО1 обратился в правоохранительные органы с просьбой привлечь к уголовной ответственности лиц, причинивших ему телесные повреждения (том 1 л.д. 36).

В ходе выемки <Дата обезличена> у свидетеля КПС был изъят складной нож (том 1 л.д. 46-48), в этот же день у свидетеля КПС были получены образцы крови и слюны (том 1 л.д. 50-51).

<Дата обезличена> у ФИО1 были получены образцы крови и слюны (том 1 л.д. 190-191). <Дата обезличена> были получены образцы крови и слюны у свидетеля САС (том 1 л.д. 202-204).

<Дата обезличена> следователем были осмотрены предметы, изъятые в ходе осмотра места происшествия <Дата обезличена>, а именно смывы вещества бурого цвета, футболка со следами крови, стул, нож, изъятый у свидетеля КПС (том 1 л.д. 205-212), а также образцы для сравнительного исследования, изъятые в ходе расследования уголовного дела (том 1 л.д. 213-216). В ходе осмотра были установлены индивидуальные признаки осматриваемого, все осмотренные предметы приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (том 1 л.д. 217).

В судебном заседании подсудимый ФИО1 пояснил, что удары САВ наносил складным ножом, который были у него изъят свидетелем КПС

В ходе проверки показаний на месте <Дата обезличена> ФИО1 указал на <адрес обезличен> в <адрес обезличен>, где в межквартирной секции квартир <Номер обезличен> и <Номер обезличен> - <Дата обезличена> нанес 6 колото-резаных ранений, 4 из которых в область грудной клетки, по одному в область правого плеча и правого бедра САВ (том 1 л.д. 71-79).

В судебном заседании подсудимый ФИО1 подтвердил, что в ходе проверки показаний на месте он добровольно сообщал сотрудникам полиции об обстоятельствах причинения ножевых ранений САВ

Из заключения эксперта <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, следует, что у САВ имелись повреждения в виде колото-резаных ранений в области грудной клетки слева (1), на левой боковой поверхности (2), проникающих в левую плевральную полость с ранениями 2, 4 сегментов левого легкого, левого желудочка, сопровождавшихся тампонадой сердца, посттравматическим перикардитом, нестабильным тромбом в полости левого желудочка, с развитием инфаркта миокарда 2 типа, с гемотораксом, колото-резаного ранения на задней поверхности грудной клетки слева (1), непроникающего в плевральную полость, колото-резаных ран в области левого плеча (1), в области правого бедра (1), с развитием тяжелого геморрагического шока. Данные телесные повреждения причинены действием колюще-режущих орудий, чем мог быть нож, имеют срок давности причинения в пределах нескольких десятков минут на момент обращения за медицинской помощью, могли образоваться в короткий промежуток времени в результате не менее 6 травматических воздействий и оцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (том 2 л.д. 6-8).

Из заключения эксперта <Номер обезличен> от <Дата обезличена> следует, что у САС имелось повреждение в виде травмы левой стопы с гематомой в области 1-го пальца, которое причинено воздействием твердого тупого предмета могло образоваться <Дата обезличена> (том 2 л.д. 14-15).

Свидетель САС подтвердил, что данное повреждение было получено им в результате обоюдной драки с ФИО1

Согласно заключения эксперта <Номер обезличен> от <Дата обезличена> у ФИО1 были обнаружены повреждения в виде рвано-ушибленной раны в области верхней губы, оценивающаяся как причинившая легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья сроком менее 3-х недель; ссадин в лобной области, которые оцениваются как не причинившие вреда здоровью и могли образоваться <Дата обезличена> в результате не менее 2-х травматических воздействий (том 2 л.д. 21-22).

Согласно заключения эксперта <Номер обезличен> от <Дата обезличена> на клинке ножа обнаружена кровь человека, которая принадлежит САВ с вероятностью 99, 9%. Происхождение крови в этих следах исключается от ФИО1, САС, КПС На рукоятке ножа и на шнурке, прикреплённом к ней, обнаружены кровь человека, пот, клетки поверхностного и глубоких слоёв эпидермиса кожи человека, которые соответствуют хромосомной ДНК ФИО1 и САВ, при этом генотипические признаки в доминирующем компоненте совпадают с генотипическими признаками профиля препарата ДНК, полученного из образца крови ФИО1 На камне, представленном для исследования, крови не обнаружено. (том 2 л.д. 27-50).

Оценив вышеуказанные заключения экспертов в совокупности с другими объективными доказательствами, суд приходит к выводу о том, что они получены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, выполнены высококвалифицированными и компетентными экспертами, имеющими длительный стаж работы по специальности, заключения экспертов оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ и Федеральному закону "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ" от 31.05.2001 года, эксперты предупреждались об уголовной ответственности, выводы экспертиз являются научно обоснованными и соответствуют материалам дела, поэтому у суда нет никаких оснований не доверять данным заключениям. Оснований для сомнений в объективности экспертиз и компетентности экспертов по материалам дела суд не усматривает, так как выводы экспертиз подтверждены результатами исследований, которые были проведены на основе соответствующих методик.

Несмотря на то, что подсудимым ФИО1 заявлено о порочности доказательств стороны обвинения, суд приходит к выводу, что помимо критики доказательств стороны обвинения, показаний об отсутствии умысла на убийство САВ, в обоснование своей позиции подсудимым не представлено никаких доказательств, которые бы могли поставить под сомнение представленные стороной обвинения доказательства в этой части.

Доводы и версии, выдвигаемые подсудимым в ходе судебного следствия тщательно проверялись, но не нашли своего подтверждения. Отрицание вины подсудимого в ходе судебного следствия, суд расценивает как реализацию его права на защиту.

Представленные суду доказательства тщательно и всесторонне исследованы в судебном заседании, являются относимыми к настоящему делу и достоверно свидетельствуют о том, что подсудимый ФИО1, а никто иной, совершил покушение на убийство САВ Каждое из вышеизложенных доказательств признано судом допустимым, поскольку они получены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а все доказательства в совокупности суд находит достаточными для разрешения данного уголовного дела.

Вопреки доводам подсудимого ФИО1 о том, что он не хотел убивать САВ и что он хотел лишь обездвижить последнего во избежание дальнейшего применения со стороны потерпевшего к нему насилия, вывод о доказанности его вины в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, установлен судом на основании совокупности приведенных в приговоре доказательств.

Допросив потерпевшего, свидетелей, подсудимого и исследовав представленные сторонами доказательства суд приходит к выводу, что ФИО1 имел прямой умысел на убийство САВ, однако не довел преступление до конца по независящим от него обстоятельствам.

К данному выводу суд пришел исходя из следующего.

Факт причинения подсудимым ФИО1 имеющихся и установленных судебной экспертизой повреждений у САВ не вызывает сомнений у суда и не оспаривается сторонами.

Подсудимый ФИО1, не оспаривая фактических обстоятельств инкриминируемого преступления, но, не соглашаясь с квалификацией содеянного, суду показал, что умысла на убийство САВ у него не было и действовал он в состоянии необходимой обороны.

Однако, суд отвергает доводы подсудимого об отсутствии у него умысла на убийство САВ и признает их несостоятельными.

С учетом характера и локализации причиненных телесных повреждений, а также фактических обстоятельств их нанесения, объективно свидетельствующих о том, что ФИО1, применяя к потерпевшему насилие, а именно нанеся потерпевшему множественные удары ножом (не менее 6) в жизненно-важные органы - в грудную клетку, в область плеча и бедра, причинив тяжкий вред здоровью, повредив при этом легкое, левый желудочек, прекратил наносить удары только после того, когда испугался быть застигнутым на месте преступления САС, который в этот момент выходил в коридор, оставив потерпевшего, истекающего кровью, в тяжелом состоянии, не оказав ему медицинскую помощь, полагая, что от причиненных телесных повреждений, в том числе в область сердца, неминуемо наступит смерть САВ, тем самым имел умысел именно на причинение смерти САВ

При этом суд учитывает и тот факт, что свидетель САС, услышав шум в коридоре, стал выходить туда, что также, по мнению суда, стало причиной, по которой ФИО1 не продолжил наносить удары САВ, а скрылся с места преступления.

Очевидцем преступления явилась свидетель ЧИП, которая видела, как ФИО2 подошел к сидящему на тумбочке САВ и стал наносить множественные удары ножом в область груди последнего, причем у САВ в этот момент в руках ничего не было и никаких действий, угрожающих жизни и здоровью ФИО16, потерпевший не выполнял, как и действий словесного характера.

Показания потерпевшего САВ о механизме образования у него повреждений, объективно подтверждены заключением судебно-медицинской экспертизы, в которой указана кратность травмирующих воздействий. При этом несмотря на то, что потерпевший плохо помнит произошедшие с ним события, он запомнил, что именно первый удар ножом ФИО1 нанес ему в область грудной клетки, что подтверждается показаниями свидетеля ЧИП, данные ею на стадии предварительного расследования.

Характер примененного оружия – ножа, локализация и достаточная сила ударов свидетельствуют о том, что ФИО1 не только осознавал общественную опасность своих действий и предвидел возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, что, используя нож и нанося им удары, совершает деяние, опасное для жизни другого человека, своими действиями пытается лишить жизни потерпевшего, но и сознательно допускал эти последствия.

В судебном заседании достоверно установлено, что подсудимый ФИО1 на почве личных неприязненных отношений к САВ, испытывая чувство злобы на потерпевшего, поскольку последний совместно с САС ранее причинил ему телесные повреждения в ходе обоюдной драки, в состоянии эмоционального возбуждения, а не в состоянии физиологического аффекта и ни в каком ином эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на сознание и поведение, умышленно желал причинить смерть потерпевшему.

Все вышеизложенные обстоятельства и доказательства свидетельствует о том, что подсудимый ФИО1, испытывая личную неприязнь к САВ, совершил покушение на его убийство.

Утверждение подсудимого ФИО1 и его защитника, что он не хотел убивать САВ и действовал в состоянии необходимой обороны, суд находит несостоятельным, поскольку в судебном заседании с достоверностью установлено, что подсудимый ФИО1 нанес множественные удары ножом в жизненно-важные органы человека - в грудную клетку с такой силой, что это могло привести к смерти потерпевшего, тем более, что при доставлении потерпевшего в медицинское учреждение, он находился в состоянии клинической смерти. При этом обстоятельства дела, установленные, в том числе из показаний самого подсудимого, свидетельствуют о том, что преступление ФИО1 совершено после конфликта с потерпевшим, при котором действия потерпевшего уже угрозу его жизни и здоровью не представляли, у потерпевшего в момент нанесения ему ударов каких - либо предметов, которые могли бы причинить вред либо угрожать здоровью ФИО1 не имелось, он сидел на тумбочке, угроз физической расправы не высказывал и никаких действий по отношению к подсудимому не предпринимал.

По смыслу закона действия не могут признаваться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшему лицу причинен после того, как посягательство было предотвращено, пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось оборонявшимся лицом.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 подтвердил отсутствие каких-либо действий угрожающего характера со стороны САВ после того, как последний в коридоре и на улице причинил ему (ФИО1) совместно с САС телесные повреждения, равно как и продолжение какого-либо физического воздействия по отношению к ФИО1 По словам подсудимого он лишь предполагал, что к нему вновь может быть применено насилие со стороны САВ и САС и нанес удар в область бедра потерпевшего, чтобы обездвижить последнего.

Вместе с тем, потерпевший угроз убийством как в начале конфликтной ситуации, во время обоюдной драки в коридоре, во время нахождения с ФИО1 на улице, так и после того, когда сидел на тумбочке, дожидаясь, когда ФИО1 покинет свое местонахождение, не высказывал, активных действий по поиску угрожающих жизни и здоровья предметов не предпринимал, а учитывая обстановку, возникшую в результате конфликта, у ФИО1 в тот момент отсутствовали достаточные основания полагать, что в случае, если бы он отказался выполнить требование потерпевшего покинуть свое местонахождение, САВ продолжит свои противоправные действия и может лишить его жизни либо причинить вред здоровью.

Доводы подсудимого ФИО1, что он хотел лишь обездвижить потерпевшего, суд признает несостоятельными, голословными, поскольку совокупность собранных по делу доказательств, а также их оценка свидетельствует об обратном.

Кроме того, доводы защиты о наличии в действиях ФИО1 необходимой самообороны, о том, что защита со стороны ФИО1 последовала непосредственно за актом посягательства со стороны САВ и САС, о том, что для подсудимого не был ясен момент окончания нападения на него, учитывая, что потерпевший продолжал требовать у подсудимого ФИО1 покинуть его местожительства, полагал, что посягательство на него может продолжиться, о том, что причинение физической боли при нанесении ФИО1 ударов руками, а также стулом до нанесения подсудимым ФИО1 ударов ножом потерпевшему должно расцениваться, как посягательство со стороны потерпевшего, требующее применение средств обороны, которое предусматривает ст. 37 УК РФ, суд находит несостоятельными, не соответствующими исследованным по делу доказательствам, которые приведены в приговоре.

Анализ показаний свидетелей, потерпевшего САВ и самого подсудимого ФИО1 в совокупности с исследованными в судебном заседании обстоятельствами свидетельствует о том, что у подсудимого имелась реальная возможность избежать продолжения конфликтной ситуации, покинуть квартиру, дождаться приезда сотрудников полиции, которые уже были вызваны в связи с произошедшей дракой, и не использовать целенаправленно взятый в рюкзаке нож.

При этом имеющиеся некоторые неточности и противоречия в показаниях подсудимого, потерпевшего и свидетелей относительно обстоятельств развивающегося конфликта между САВ, САС и ФИО1 не влияют на правильность установления судом обстоятельств совершения ФИО1 преступления и доказанность его вины.

Следует отметить, что показания свидетелей ЧАВ и ЧИП, хотя в целом и не противоречат другим исследованным по делу доказательствам, положенным судом в основу приговора, однако имеют явную направленность на смягчение ответственности ФИО1 за содеянное, что в частности усматривается из показаний свидетеля ЧИП, в которых она фактически пыталась уйти от ответов на вопросы относительно действий, которые были совершены ФИО1 в отношении потерпевшего, показывая, что она не видела обстоятельств причинения ему ножевых ранений, в то время как на стадии предварительного следствия уверенно об этом сообщала следователю, не внося в протокол каких-либо замечаний по окончании допроса.

Таким образом, оценив представленные доказательства в их совокупности и сопоставив их друг с другом, суд приходит к твердому убеждению, что виновность подсудимого ФИО1 полностью установлена и бесспорно доказана.

Действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ как покушение на убийство, то есть покушение на умышленное причинение смерти другому человеку, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Об умысле подсудимого ФИО1 в покушении на убийство САВ свидетельствуют характер и последовательность действий подсудимого, который имел реальные намерения совершить убийство потерпевшего, подготовив орудие преступления – нож, предварительно взяв его в рюкзаке, способ совершения преступления: множество ударов, наносимых целенаправленно с силой в жизненно важные части тела человека – левую часть тела, где находится сердце. Умысел подсудимого на убийство САВ не был завершен по независящим от него обстоятельствам, так как его действия были фактически пресечены свидетелем САВ, выбежавшим в коридор, и подсудимый скрылся с места преступления, испугавшись быть застигнутым в момент совершения преступления, а сразу после случившегося потерпевшему САВ была своевременно оказана медицинская помощь.

В ходе предварительного и судебного следствия изучалось психическое состояние подсудимого ФИО1 Согласно заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов <Номер обезличен> от <Дата обезличена> (том 1 л.д. 244-251) ФИО1 ранее каким-либо хроническим или временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдал, в настоящее время не страдает и в период исследуемой юридически значимой судебной ситуации психических расстройств не обнаруживал. Он обнаруживает акцентуированные личностные черты, которые выражены незначительно и не сопровождаются грубыми расстройствами памяти и интеллекта. По своему психическому состоянию в момент совершения преступления, а также в настоящее время ФИО1 может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в принудительных мерах медицинского характера не нуждается.

Учитывая заключение экспертов, данные о личности подсудимого ФИО1, его поведение в ходе совершения преступления и после, а также в судебном заседании, которое у сторон и суда не вызвало сомнений в психической полноценности, в связи с чем, суд признает ФИО1 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности и наказанию за содеянное.

При назначении наказания подсудимому ФИО1, в соответствии со ст. 60 УК РФ, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося, согласно ст. 15 УК РФ, к категории особо тяжких преступлений, в том числе, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимому ФИО1, суд признает наличие малолетних детей, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, учитывает частичное признание своей вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья подсудимого.

Кроме того, в судебном заседании достоверно установлено, что подсудимый ФИО1 хотя и выбежал на улицу после совершенного преступления, однако не пытался скрыться, при виде сотрудников полиции, прибывших по вызову, добровольно выдал орудие преступления, сообщив им о совершенном преступлении, что расценивается судом как явка с повинной.

Обстоятельством, отягчающим наказание, является рецидив преступлений согласно п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, который в соответствии с п. «б» ч. 3 ст. 18 УК РФ является особо опасным, в связи с чем, согласно п. «в» ч. 1 ст. 73 УК РФ у суда не имеется оснований для применения положений ст. 73 УК РФ.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом ФИО1 совершил преступление, находясь в состоянии алкогольного опьянения, что не отрицал в судебном заседании сам подсудимый.

Вместе с тем, по смыслу ч. 1.1 ст. 63 УК РФ и разъяснений п. 31 Постановления Пленума ВС РФ N 58 от 22 декабря 2015 года "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. Разрешая вопрос о возможности признания указанного состояния лица в момент совершения преступления отягчающим обстоятельством суду надлежит принимать во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение лица при совершении преступления, а также личность виновного.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 пояснил, что нахождение в состоянии опьянения не повлияло на его поведение при совершения преступления, а достаточных данных, свидетельствующих о том, что состояние опьянения ФИО1 способствовало совершению преступления, материалы дела не содержат, освидетельствование ФИО1 не проводилось, степень его алкогольного опьянения установлена не была, что исключает возможность признать отягчающим обстоятельством совершение подсудимым ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

С учетом личности подсудимого ФИО1, который ранее судим, ...., направленное против жизни и здоровья, которые являются высшей человеческой ценностью и каждому гарантируются Конституцией Российской Федерации, конкретные обстоятельства преступления, при которых оно совершено подсудимым в порыве злости, что свидетельствует о том, что подсудимый ФИО1 не встал на путь исправления, о стойком нежелании к исправлению и об общественной опасности его личности, склонного к совершению преступлений, учитывая все вышеизложенные обстоятельства в совокупности, суд считает, что цели наказания, предусмотренные ст. 43 УК РФ, – восстановление социальной справедливости, исправление подсудимого и предупреждение совершения новых преступлений, не могут быть достигнуты без изоляции ФИО1 от общества, поэтому наказание должно быть назначено подсудимому ФИО1, связанное с реальным лишением свободы, поскольку именно такое наказание будет соответствовать характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам совершения, личности подсудимого, а также, по мнению суда, окажет надлежащее влияние на исправление осужденного, формирование у него уважительного отношения к обществу и стимулирование правопослушного поведения, но, принимая во внимание совокупность смягчающих наказание обстоятельств, а также состояние здоровья подсудимого, не на максимальный срок лишения. При назначении наказания суд учитывает правила ст. 66 ч. 3 УК РФ.

Поскольку суд в качестве отягчающего обстоятельства признал рецидив преступлений, оснований для назначения наказания с учетом правил ст. 62 ч.1 УК РФ не имеется.

Суд также учитывает влияние назначаемого наказания на исправление осужденного ФИО1 и условия жизни его семьи, который холост, проживал без фактической регистрации брака с ЧАВ, имеет двух малолетних детей, которые проживают со своими трудоспособными матерями отдельно от семьи подсудимого, в связи с чем, суд полагает, что назначение наказания в виде реального лишения свободы отрицательно не отразится на условиях его жизни и жизни его семьи.

В соответствии со ст. 68 ч. 2 УК РФ срок наказания при любом виде рецидива преступлений не может быть менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части Уголовного Кодекса Российской Федерации.

При установленных вышеизложенных обстоятельствах, учитывая личность подсудимого ФИО1, его образ жизни, при которых он ранее судим за совершение аналогичного преступления, причины совершения преступления, обстоятельства его совершения, у суда нет оснований для назначения наказания ФИО1 с применением положений ст.ст. 68 ч.3 и 64 УК РФ, обстоятельств, свидетельствующих о возможности назначения наказания менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, а также исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не смотря на наличие смягчающих обстоятельств, судом не установлено, поэтому суд приходит к твердому убеждению, что исправление подсудимого возможно только в условиях реального лишения свободы.

Учитывая личность подсудимого ФИО1, ранее судимого, имеющего стойкую криминальную направленность поведения, обстоятельства совершения преступления, его категорию и повышенную опасность, необходимость его исправления и восстановления социальной справедливости, констатируя исключительную опасность ФИО1 для общества, суд считает необходимым назначить подсудимому дополнительный вид наказания в виде ограничения свободы, предусмотренный санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ, с возложением на осужденного обязанностей, предусмотренных ст. 53 УК РФ, которое будет отбываться осужденным после освобождения из мест лишения свободы.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, способа его совершения, мотива, характера и размера наступивших последствий, степени общественной опасности преступления, личности подсудимого, ранее судимого, при наличии отягчающего наказание обстоятельства, суд приходит к выводу, что оснований для изменения категории преступления, в совершении которого обвиняется подсудимый ФИО1, на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, не имеется.

В связи с тем, что в действиях подсудимого ФИО1 имеется особо опасный рецидив преступлений, отбывание лишение свободы ему следует назначить, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ, в исправительной колонии особого режима.

Судьбу вещественных доказательств необходимо разрешить в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 296-299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок семь лет с ограничением свободы на срок один год с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ установить следующие ограничения: не уходить из жилого помещения по месту проживания в период с 22 часов до 6 часов; не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях; без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не выезжать за пределы территории муниципального образования по месту постоянного жительства или пребывания, и не изменять место своего жительства или место своего пребывания, обязать являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц.

Указанные ограничения действуют в пределах того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы.

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 47.1 УИК РФ наименование муниципального образования будет определяться той уголовно-исполнительной инспекцией, в которой осужденный должен будет встать на учет в соответствии с предписанием, полученным при освобождении из учреждения, в котором он отбывал лишение свободы.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы отбывать после отбытия основного наказания в виде лишения свободы.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу, взять его под стражу немедленно в зале суда.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть ФИО1 в срок наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей в порядке меры пресечения в период с <Дата обезличена>, с 6 сентября по <Дата обезличена>, и с <Дата обезличена> до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Свердловскому району г. Иркутска СУ СК России по Иркутской области, - следы вещества бурого цвета, нож, футболку, камень, образцы крови и слюны САВ, САС, ФИО1, КПС, уничтожить; хранящиеся в материалах дела следы подошвы обуви, следы пальцев рук – оставить хранить при деле; стул, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств, - оставить хранить до принятия процессуального решения по выделенным материалам из настоящего уголовного дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО1, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручении ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: