Апелляционное определение № 22-2730/2025 22-98/2026 от 28 января 2026 г.

Председательствующий Дело № 22-№/2026

по делу судья Каменданова И.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Чита 29 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Леонтьевой Т.В.,

судей Аникиной Л.С., Белослюдцева А.А.,

при секретаре Воросовой Е.И.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Забайкальского края Фоминой О.Г.,

осужденного ФИО1,

адвоката Ситникова И.Э.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Ситникова И.Э. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Забайкальского районного суда Забайкальского края от 5 ноября 2025 года, которым

ФИО1, <Дата> года рождения, уроженец с. <адрес>, <данные изъяты>,

- осужден по ч. 3 ст. 30 - ч. 1 ст. 105 УК РФ к 6 (шести) годам 6 (шести) месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде содержания под стражей оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу. Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. "а" ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 с <Дата> года до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии со ст. 22, п. "в" ч. 1, ст. 97, ч. 2 ст. 99, ч. 1 ст. 104 УК РФ назначено ФИО1 принудительные меры медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра по месту отбывания наказания.

Производство по иску ААА о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 (один миллион) рублей с ФИО1, в связи с отказом истца от иска, постановлено прекратить.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Забайкальского краевого суда Леонтьевой Т.В., выслушав выступление осужденного ФИО1, адвоката Ситникова И.Э., мнение прокурора Фоминой О.Г., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 признан виновным в покушении на убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Преступление ФИО1 совершено <Дата> года в период времени с 15 часов 50 минут до 16 часов 10 минут по адресу: <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции, подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ. При этом уточнил, что в связи с изменением позиции и полным признанием своей вины, он ранее данные показания в ходе предварительного следствия в части, противоречащих признанию вины не поддерживает.

В апелляционной жалобе адвокат Ситников И.Э. выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым, не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела и противоречащий положениям ст. 297 УПК РФ.

В обоснование своих доводов указывает, что на протяжении всего предварительного расследования уголовного дела ФИО2 давал стабильные, не противоречащие друг другу показания, последовательно утверждая об отсутствии у него умысла на убийство.

Анализирует ход судебного следствия, решение суда, излагает показания ФИО2, даёт им свою оценку, которая сводится к тому, что слов об умышленном убийстве его подзащитный не высказывал, заявил лишь о причинении умышленного вреда здоровью. От показаний, данных на предварительном следствии самостоятельно, после их оглашения не отказывался, вопрос об их подтверждении или отрицании ни судом, ни другими участниками процесса у ФИО2 не выяснялся. Считает, что данные обстоятельства с очевидностью свидетельствуют о недопонимании его подзащитным происходящего в судебном заседании, ввиду отсутствия юридического образования, наличия <данные изъяты>, сложилось ложное представление о верности своих действий. Полагает, что поведение адвоката Алиева противоречило позиции и интересам ФИО2, в связи с чем адвокат допустил нарушение Конституции РФ и уголовно-процессуального закона, гарантированное осужденному права на защиту, поскольку повлияло на исход дела и влечет за собой отмену приговора. Вопреки фактически произошедшим событиям в судебном заседании, суд указал, что ФИО2 свою вину в предъявленном обвинении признал, от дачи показаний отказался, при этом уточнил, что в связи с изменением позиции и полным признанием вины он ранее данные показания в ходе предварительного следствия в части противоречий признания вины не поддержал. Данные доводы не подтверждаются протоколом судебного заседания от <Дата> года, в связи с чем считает их необоснованными, судом не дана надлежащая оценка показаниям ФИО2, данным в ходе предварительного следствия.

Вопреки требованиям уголовного и уголовно-процессуального законодательства, разъяснениям, содержащимся в п.п. 2,3 Постановления Пленума ВС РФ от 27 января 1999 года № 1 "О судебной практике по делам об убийстве", суд необоснованно квалифицировал действия ФИО2 как покушение на убийство, поскольку анализ доказательств указывает на то, что фактических обстоятельств того, что ФИО2 действовал с прямым умыслом на убийство ААА и желал наступление его смерти, не установлено. Считает, что выводы суда в данной части основаны только на показаниях потерпевшего, однако, с учётом предшествующего длительного конфликта между его подзащитным и ААА, полагает, что к показаниям последнего следует отнестись критически.

Обращает внимание на показания свидетелей, которые в судебном заседании охарактеризовали ААА с отрицательной стороны, как человека склонного к обману, мошенничеству. В показаниях потерпевшего, данных в ходе предварительного следствия и судебного заседания, усматривается искажение истины по делу, надуманность в угоду личных интересов в той части, что последний опасается за свою жизнь и боится ФИО2, если он окажется на свободе. При этом в судебном заседании ААА сообщил, что слов угроз убийством ФИО2 ему не высказывал, удары в область груди не наносил, к тому же просил назначить ФИО2 наказание, несвязанное с лишением свободы, от исковых требований отказался. Отмечает, что субъективное суждение потерпевшего о том, что подзащитный хотел его убить носит предположительный характер, на котором обвинительный приговор не может быть основан, а доказательства, изложенные в приговоре, в своей совокупности не подтверждают версию, изложенную ААА Сам по себе факт нанесения двух ударов ножом в область шеи и голени, причинившие легкий вред здоровью, при отсутствии других объективных доказательств, подтверждающих прямой умысел на причинение смерти ААА, полагает, что не может свидетельствовать о правильной квалификации действий осужденного как покушение на убийство. Приведенные судом обстоятельства не подтверждаются показаниями свидетеля АН. Оснований для признания этих обстоятельств независящими от воли ФИО2 не имелось, поскольку он никаких попыток догнать потерпевшего и продолжить нанесение ударов ножом не предпринимал.

Кроме того, ссылается на показания ФИО2, выводы судебно-медицинской экспертизы № № от <Дата> года, п. 8.1. приложения к Приказу Минздравсоцразвития от <Дата> года № 194 "Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека", указывает, что выводы эксперта являются не мотивированными так как в материалах дела отсутствуют медицинские документы, подтверждающие кратковременное расстройство здоровья ААА, а также лист нетрудоспособности. Вместе с тем, ни органом предварительного следствия, ни судом не установлены характеристики и конструктивные особенности ножа, которые могли позволить применить его для поражения живой цели. Экспертным путём вопрос о возможности причинения смерти подобным ножом не разрешался. В связи с недостаточным описанием характеристик ран (поверхностная или более глубокая), указывает, что установить их степень вреда не представляется возможным.

Также, указывает, что судом не учтена в качестве обстоятельства, смягчающего наказание явка с повинной ФИО2, что является несостоятельным, поскольку ФИО2 самостоятельно явился в Краснокаменский МСО СУ СК РФ по Забайкальскому краю и сдался правоохранительным органам, что подтверждается протоколом явки с повинной от <Дата> года в 14 часов 15 минут, а протокол задержания был составлен <Дата> года в 17 часов 25 минут. Отмечает, что, несмотря на это решение суда в данной части является несостоятельным и противоречащим разъяснениям, указанным в Постановлении Пленума ВС РФ № 58. Кроме того, вопреки исследованным по делу доказательствам и допрошенным по делу свидетелям, суд не учёл противоправное и аморальное поведение потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, выразившееся в непристойном поведении потерпевшего, который оскорблял ФИО2. При этом, отвергая доводы ФИО2, суд в очередной раз не мотивировал, по каким причинам его подзащитный может говорить неправду, не привел соответствующие аргументы, не обосновал вследствие каких мотивов за основу своего решения он принял показания только потерпевшего, не сопоставил их с другими доказательствами.

Ссылается на ч. 4 ст. 302 УПК РФ, указывает, что суд и орган предварительного расследования, не обладая специальными познаниями в области медицины, неправомерно вменили ФИО2 нанесение удара в жизненно важную область – голень, поскольку таковой она не является. Считает, что при таких обстоятельствах квалификация содеянного ФИО2 по ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 105 УК РФ является ошибочной. Неустановление в деянии прямого умысла означает отсутствие состава покушения на преступление и наличие иного оконченного состава преступления.

Просит либо отменить приговор и направить дело на новое судебное разбирательство; либо отменить приговор и возвратить дело прокурору; либо действия ФИО3 с ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 105 УК РФ переквалифицировать на п. "в" ч. 2 ст. 115 УК РФ.

В судебном заседании осужденный ФИО1 и адвокат Ситников И.Э. апелляционную жалобу поддержали, просили приговор суда отменить по доводам, указанным в апелляционной жалобе, ФИО2 либо оправдать по предъявленному обвинению либо направить уголовное дело на новое рассмотрение ввиду нарушения права на защиту.

Прокурор Фомина О.Г. возражала относительно удовлетворения апелляционной жалобы адвоката Ситникова И.Э. Считает, что вина ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния доказана в полном объеме, в том числе его признательными показаниями, данными в суде первой инстанции, действия ФИО2 квалифицированы правильно, оснований для переквалификации на менее тяжкий состав не имеется. Нарушений права на защиту не допущено, наказание назначено справедливое, оснований для снижения не имеется.

Проверив представленные материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к выводу, что оснований указанных в ст. 389.15 УПК РФ, влекущих отмену либо изменение приговора, не усматривается.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении покушения на убийство потерпевшего ААА соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательствах, исходя из анализа которых, суд правильно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 30 - ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Фактические обстоятельства покушения на причинение смерти ААА осужденным ФИО1 и его виновность в совершении данного преступления, судом установлены на основе доказательств, полученных в порядке, не противоречащем закону, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших надлежащую оценку в приговоре.

Утверждения осужденного ФИО1 об отсутствии у него умысла на причинение смерти потерпевшему ААА противоречат совокупности исследованных судом доказательств, оценка которым дана в соответствии с ч. 1 ст. 88 УПК РФ, а их совокупность явилась достаточной для постановления оспариваемого обвинительного приговора.

Как видно из приведенных в приговоре показаний осужденного ФИО1, данных в ходе предварительного следствия, ФИО1 неоднократно менял показания относительно обстоятельств произошедшего, при этом пояснял, что между ним и потерпевшим ранее сложились неприязненные отношения из-за имеющегося долга, который потерпевший длительное время ему не возвращал, вследствие чего при встречах возникали взаимные оскорбления и ссоры, однако убивать ААА он не хотел, хотел нанести множество ударов ножом по его ногам, чтобы причинить ему физическую боль. Начал махать ножом, чтобы попасть по ногам ААА и в этот момент к ним прибежал АНС который оттащил их друг от друга. На шее и на ноге у ФИО4 крови он не заметил. Свою вину в том, что именно он нанес ножевые ранения ААА признает полностью.

В судебном заседании суда первой инстанции, ФИО1 пояснил, что ранее данные показания в ходе предварительного следствия в части, противоречащих признанию вины он не поддерживает. На вопросы участников процесса, в том числе государственного обвинителя, ФИО1 пояснил, что потерпевшего ААА он хотел убить, но у него не получилось, поскольку его оттолкнул свидетель АНС

Вопреки доводам апелляционной жалобы, право ФИО1 на защиту не нарушено. В ходе предварительного следствия и при судебном разбирательстве его интересы защищал профессиональный защитник, от услуг адвоката он не отказывался, недовольство относительно оказываемой ему юридической помощи не высказывал; позиция, занимаемая защитником адвокатом Алиевым А.М.о. являлась активной, направленной исключительно на защиту ФИО1, при этом каких-либо противоречий с позицией осужденного по делу не допускалось, как на протяжении предварительного, так и судебного следствия; защитник в полном объеме реализовал свои полномочия, установленные ст. 53 УПК РФ. Как следует из протокола судебного заседания защитник в прениях сторон высказал согласованную с подсудимым ФИО1 позицию по предъявленному ему обвинению. Поэтому доводы осужденного ФИО1, высказанные в суде апелляционной инстанции о несогласии с речью адвоката в прениях сторон, а также о нарушении права на защиту, являются несостоятельными.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 подтверждены совокупностью приведенных в приговоре доказательств, в том числе: показаниями потерпевшего ФИО4 об обстоятельствах причинения ему телесных повреждений осужденным ФИО1, который подбежал к машине, открыл водительскую дверь и с криками "Убью" начал ножом наносить ему удары. Нанес один удар в область шеи и один удар в область правой голени, а также пытался нанести множество ударов по телу, не менее 10 в область лица, груди и живота, однако у него не получилось, поскольку он удерживал руку ФИО1 и ограничивал возможность нанесения ударов, затем ФИО1 оттащил от него незнакомый мужчина.

Показания потерпевшего согласуются с показаниями свидетеля АНС который являлся очевидцем преступления, видел как ФИО1 стоял у открытой водительской двери автомашины потерпевшего, схватил человека и дергал его, жестикулируя руками. После чего он оттащил ФИО1 от машины, хотел осмотреть потерпевшего, у которого была кровь, но он уехал.

Не доверять показаниям потерпевшего и свидетеля, ставить их под сомнение у суда первой инстанции оснований не имелось, не установлено таковых и судебной коллегией. Эти показания тщательно исследовались в суде первой инстанции, в основных моментах они согласуются как между собой, так и с показаниями иных свидетелей, а также ФИО1, допрошенного в судебном заседании. Существенных противоречий в показаниях потерпевшего ААА ставивших их под сомнение, не установлено.

Показания свидетелей АХЭо ЛНВ БМП МЕЕ ДДА ДИБо ИЗСо АСЗо также получили надлежащую оценку судом первой инстанции.

Объективно вина осужденного ФИО1 подтверждается письменными доказательствами, такими как заключение судебно-медицинской экспертизы, согласно которому потерпевшему ФИО4 причинен легкий вред здоровью (том 2 л.д. 8-9); при осмотре места происшествия установлено место совершения осужденным преступления: прилегающая территория к кафе "Самолет", расположенного по адресу: <адрес>, при осмотре автомобиля марки "Мазда" с государственным регистрационным номером № в салоне: на внутренней части обшивки правой двери, на коврике под водительским сиденьем, а также на земле напротив водительской двери следы вещества бурого цвета похожего на кровь (том 1 л.д. 12-21) и другими, приведенными в приговоре.

Вопреки доводам стороны защиты, оснований ставить под сомнение выводы эксперта у суда не имелось, не находит таковых и судебная коллегия. Экспертное заключение отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, проведено с исследованием материалов уголовного дела, при этом эксперт предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, ему разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ. При этом, отсутствие в материалах уголовного дела медицинской документации в отношении потерпевшего ААА не ставит под сомнение заключение судебно-медицинской экспертизы о тяжести причиненного ему вреда здоровью.

Положив приведенные выше доказательства в основу обвинительного приговора, суд оценил их допустимость и достоверность, как в отдельности, так и в совокупности с другими, и мотивированно указал, почему он принял одни доказательства и отверг другие, исследованные в судебном заседании.

Всесторонний анализ собранных по делу доказательств, полученных в установленном законом порядке, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку суда, свидетельствует о том, что судом правильно установлены фактические обстоятельства дела и сделан обоснованный вывод о виновности ФИО1 в совершении преступлений, за которые он осужден.

Совокупность исследованных доказательств в отношении осужденного ФИО1 для установления судом всех обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, судебная коллегия признает достаточной.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не может согласиться с доводами стороны защиты о том, что судом дана неправильная и неполная оценка всех приведенных доказательств, как каждого в отдельности, так и их совокупности, поскольку они противоречат материалам уголовного дела. Из материалов дела следует, что каждое доказательство, в том числе показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, заключения экспертиз, письменные доказательства, судом было оценено с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

Каких-либо противоречий в выводах суда, или же не устраненных судом противоречий в доказательствах, которые исследовались в судебном заседании и получили оценку в приговоре, не имеется. Суд пришел к обоснованному выводу о достаточности исследованных в судебном заседании доказательств для разрешения дела. Неполноты судебного следствия, которая могла бы повлиять на выводы суда, судебная коллегия не усматривает.

Характер действий ФИО1, использование при нанесении ударов заранее приготовленного предмета - ножа, а также нанесение ударов в область шеи, тела, в том числе грудной клетки, то есть в жизненно важные органы, свидетельствуют о наличии умысла именно на причинение смерти ААА которое не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам, в виду активного сопротивления потерпевшего, пресечения его действий свидетелем АНС а также оказания своевременной медицинской помощи потерпевшему.

Мотив преступления установлен судом правильно как личные неприязненные отношения, возникшие из-за конфликта, связанного с невозвращением имеющегося долга.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия считает правильной квалификацию действий ФИО1 по ч. 3 ст. 30 - ч. 1 ст. 105 УК РФ, как покушение, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение убийства, то есть причинение смерти другому человеку, при этом преступление не доведено до конца, по независящим от него обстоятельствам.

Доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, сводятся к переоценке, собранных по делу доказательств, которые судом проверены в соответствии с требованиями закона и поэтому оснований к отмене приговора, к переквалификации действий осужденного, как об этом поставлен вопрос в жалобе не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты предварительное следствие произведено полно, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, нарушений, влекущих отмену приговора, не допущено. Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не имеется. Не обнаружение ножа, которым ФИО1 причинил телесные повреждения и угрожал потерпевшему ААА а также не проведение ситуационной экспертизы, с учетом достаточности доказательств виновности осужденного в совершении преступления, не свидетельствуют о неполноте предварительного следствия, не влияет на законность и обоснованность приговора.

Вопрос о психическом состоянии ФИО1 судом выяснялся. Из выводов комплексной психолого-психиатрической экспертизы № № от <Дата> года у ФИО1 обнаруживаются признаки Расстройства личности в связи с сосудистым заболеванием головного мозга. Имеющиеся у него психические нарушения в период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, не исключая его вменяемости, лишали ФИО1 способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию, как представляющий социальную опасность для себя и окружающих, а так же для предотвращения совершения повторных противоправных действий, он нуждается в принудительном наблюдении и лечении у врача-психиатра в амбулаторных условиях, совмещенных с отбыванием наказания, в соответствии со ст. 22, ст. 97 ч.1 п. "в", ст. 99 ч. 2, ст. 104 ч. 1 УК РФ, или у врача психиатра по месту жительства.

Доводы стороны защиты о том, что наличие заболевания и лишение способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, свидетельствует об отсутствии у ФИО1 прямого умысла на совершение покушения на убийство, признаются судебной коллегией не состоятельным. Как верно указано судом, используя при совершении преступления нож, ФИО1 не мог не осознавать, что в руках у него острый предмет, которым можно причинить вред здоровью человека. Кроме того, очевидно, что нанося с близкого расстояния ножевые ранения ААА в область жизненно важных органов, ФИО1 тем самым осознавал характер и общественную опасность своих действий и руководил ими в том объеме в каком установлено заключением судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, результатами которой были установлены психические нарушения, в виде расстройства личности в связи с сосудистым заболеванием головного мозга, не исключая его вменяемости.

При назначении наказания ФИО1 судом в соответствии с требованиями закона, в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, сведения о личности осужденного, влияние наказания на его исправление, на условия жизни его семьи.

Вопреки доводам стороны защиты, судом в полном объеме учтены смягчающие наказание осужденного ФИО1 обстоятельства, такие как: признание вины, раскаяние, тяжелое болезненное состояние здоровья, пожилой возраст, добровольное возмещение морального вреда, причиненного преступлением, гибель сына на СВО, принесение извинений потерпевшему, мнение потерпевшего о мягкости наказания.

Каких-либо неучтенных либо новых данных, влияющих на меру наказания осужденного, из приговора не усматривается и в апелляционной жалобе не приведено.

Правовых оснований для повторного учета в качестве смягчающих перечисленных защитником в жалобе обстоятельств, уже повлиявших на наказание, действующий уголовный закон не предусматривает.

Доводы о необходимости признании в качестве смягчающего наказание обстоятельства противоправное и аморальное поведение потерпевшего, выразившееся в непристойном поведении потерпевшего, оскорблявшего ФИО1, судебной коллегией признаются несостоятельными. Из материалов уголовного дела следует, что между осужденным и потерпевшим задолго до совершения преступления сложились неприязненные отношения из-за имеющегося долга, который потерпевший длительное время не возвращал подсудимому, на почве чего при встречах возникали взаимные оскорбления и ссоры, при этом, в день совершения преступления ФИО1 первым подошел к потерпевшему и напал на ААА высказывая угрозу убийством. При этом, действия ААА активно сопротивляющегося с целью пресечь нападение ФИО1 не могут быть отнесены к противоправному поведению потерпевшего, явившегося поводом к совершению преступления.

Кроме того, у суда не имелось оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством явки с повинной, не находит таковых и суд апелляционной инстанции. Выводы суда в данной части являются мотивированными и с ними соглашается судебная коллегия.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств обоснованно не установлено и при назначении наказания правильно применены правила ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Наказание назначено осужденному ФИО1о в пределах ч. 3 ст. 66 УК РФ. При этом обоснованно не установлено оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ, не находит таковых и судебная коллегия.

Вывод суда о невозможности исправления осужденного ФИО1 без реального отбывания наказания в условиях изоляции от общества мотивирован судом совокупностью конкретных обстоятельств дела и признается судебной коллегией правильным. Применение положений ст. 64 УК РФ противоречило бы принципу справедливости.

Вид исправительного учреждения осужденному ФИО1 в соответствии с положениями ст. 58 УК РФ, судом определен верно.

Принудительные меры медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра по месту отбывания наказания назначены в соответствии со ст. 22, п. "в" ч. 1, ст. 97, ч. 2 ст. 99, ч. 1 ст. 104 УК РФ.

При таких обстоятельствах, апелляционная жалоба адвоката Ситникова И.Э. удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Забайкальского районного суда Забайкальского края от 5 ноября 2025 года в отношении ФИО2 Гатам Дадаш - оглы оставить без изменения.

Апелляционную жалобу адвоката Ситникова И.Э. в интересах осужденного ФИО1 оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд, постановивший приговор, а осужденным содержащимся под стражей - в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения и копии приговора вступившего в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

В случае пропуска срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий

Судьи