Апелляционное определение № 22-3139/2025 от 2 декабря 2025 г.

Председательствующий: Чеповская Е.В. Дело № 22-3139/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 03 декабря 2025 года.

Судебная коллегия по уголовным делам Омского областного суда в составе: председательствующего судьи Мазо М.А.,

судей Ушакова А.В., Вершинина А.Р.,

при секретаре Синициной А.А.,

с участием прокурора Городецкой Т.А.,

осужденного ФИО1,

защитника-адвоката Егоровой Т.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению государственного обвинителя Ильинич Ю.А. и дополнению к нему заместителя прокурора САО г. Омска Огаря М.В., а также апелляционной жалобе защитника-адвоката Егоровой Т.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Советского районного суда г. Омска от 18 сентября 2025 года, которым

ФИО1, <...>, судимый:

- 30.07.2020 г. приговором Советского районного суда г. Омска по ч. 1 ст. 158 УК РФ, п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 2 годам 2 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в ИК строгого режима. Освободился 05.07.2022 г. по постановлению Советского районного суда г. Омска от 22.06.2022 г., неотбытая часть наказания в виде лишения свободы заменена на ограничение свободы на срок 6 месяцев 22 дня;

- 20.02.2025 г. приговором мирового судьи судебного участка № 83 в Советском судебном районе в г. Омске по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 7 месяцам лишения свободы. На основании ст. 53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы заменено на принудительные работы на срок 7 месяцев, с удержанием 10% из заработной платы в доход государства;

- 21.02.2025 г. приговором Первомайского районного суда г. Омска от 21.02.2025 г. по ст. 158.1 УК РФ к 4 месяцам лишения свободы. На основании ст. 53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы заменено на принудительные работы на срок 4 месяца, с удержанием 10% из заработной платы в доход государства, (приговор вступил в законную силу 11.03.2025 г.)

- 21.04.2025 г. приговором Первомайского районного суда г. Омска по ст. 158.1 УК РФ к 4 месяцам принудительных работ с удержанием 10% из заработной платы в доход государства. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний к приговору частично присоединен неотбытый срок по приговору мирового судьи от 20.02.2025 и по приговору Первомайского районного суда г. Омска от 21.02.2025 г. и окончательно назначено наказание в виде 10 месяцев принудительных работ с удержанием 10% из заработной платы в доход государства (приговор вступил в законную силу 07.05.2025 г.)

осужден по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 10 годам лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69, ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору Первомайского районного суда г. Омска от 21.04.2025 г., ФИО1 назначено окончательное наказание в виде 10 лет 1 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения, постановлено содержать ФИО1 под стражей до вступления приговора в законную силу в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области.

На основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ ФИО1 зачтено в срок лишения свободы время содержания его под стражей с 06.03.2025 до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Судом принято решение о судьбе вещественных доказательств и порядке распределения процессуальных издержек.

Заслушав доклад судьи Ушакова А.В., выслушав выступления прокурора Городецкой Т.А., поддержавшей доводы, изложенные в апелляционном представлении с дополнениями, осужденного ФИО1 и защитника-адвоката Егоровой Т.В., поддержавших доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

в соответствии с приговором суда, ФИО1 признан виновным и осужден за покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Преступление совершено 05.03.2025 в г. Омске, при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в предъявленном обвинении признал частично, отрицая в своих действиях наличие умысла на сбыт наркотического средства, которое приобрел для личного потребления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Ильинич Ю.А. и в дополнении к нему заместитель прокурора САО г. Омска Огарь М.В., выражают несогласие с приговором ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона и его несправедливостью. Обращают внимание, что на момент совершения инкриминируемого ФИО1 преступления приговор Первомайского районного суда от 21.02.2025 не вступил в законную силу и указанное преступление осужденным было совершено до вынесения Первомайским районным судом г. Омска приговора 21.04.2025, в связи с чем приходят к выводу о необходимости указания во вводной части обжалуемого приговора на осуждение ФИО1 вышеназванными приговорами, исключив указание на его судимость этими приговорами. Считают при этом, что при назначении наказания осужденному судом необоснованно были учтены судимости по указанным приговорам, в связи с чем наказание ФИО1 должно быть снижено. Ссылаясь на выводы суда при квалификации преступных действий осужденного как совершенных с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), считают необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на использование ФИО1 при совершении преступления «электронных сетей», поскольку это противоречит установленным по делу обстоятельствам и квалификации данной судом по результатам рассмотрения уголовного дела. Кроме того, отмечают, что мотивируя свой вывод о виновности ФИО1, суд необоснованно сослался на показания свидетеля Свидетель №2 и оглашенные в порядке ст. 281 УПК РФ показания свидетеля Свидетель №3, которым фактические обстоятельства преступления стали известны со слов задержанного, в связи с чем в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 06.02.2004 № 44-О, показания указанных свидетелей подлежат исключению из описательно-мотивировочной части приговора. Вместе с тем, отмечают, что суд произвел зачет срока содержания под стражей ФИО1 с 06.03.2025, однако фактически он был задержан 05.03.2025, поскольку дал в этот день объяснение и направился на освидетельствование, поэтому необходимо произвести зачет срока содержания под стражей с 05.03.3025. Помимо этого, согласно протокола судебного заседания подсудимому в нарушение ч. 2 ст. 337 УПК РФ не было предоставлено право выступить с последним словом. С учетом изложенного, в основном представлении просят приговор суда в отношении ФИО1 изменить, указать во вводной части приговора об осуждении ФИО1 приговором Первомайского районного суда г. Омска от 21.02.2025 по ст. 158.1 УК РФ и приговором Первомайского районного суда г. Омска от 21.04.2025 по ст. 158.1 УК РФ, исключив указание на судимость ФИО1 вышеназванными приговорами, исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание суда на совершение преступления осужденным с использованием «электронных сетей» и ссылку суда на показания свидетеля Свидетель №2 в части обстоятельств совершенного преступления, ставших ему известными при проведении личного досмотра ФИО1, и снизить назначенное осужденному судом наказание, а в дополнительном представлении просят приговор суда отменить.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Егорова Т.В., выражает несогласие с приговором виду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, и его несправедливостью. Ссылаясь на материалы дела, показания ФИО1 и излагая свою версию исследуемых событий, приходит к выводу о недоказанности вины осужденного в инкриминируемом преступлении. Учитывая, что наркотическое средство ФИО1 приобрел для личного употребления, полагает необходимым его действия переквалифицировать на ч. 2 ст. 228 УК РФ. Кроме того, считает, что в качестве смягчающих ему наказание обстоятельств следует признать фактически полное признание вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, неудовлетворительное состояние здоровья ФИО1 и его близких лиц, наличие на иждивении малолетнего ребенка-инвалида. Просит приговор суда в отношении ФИО1 изменить, переквалифицировать его действия с ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на ч. 2 ст. 228 УК РФ, по которой назначить минимальное наказание.

Изучив материалы уголовного дела, выслушав участников судебного заседания, проверив и обсудив доводы, изложенные в поданных апелляционном представлении с дополнениями и жалобе, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из материалов уголовного дела усматривается, что каких-либо процессуальных нарушений, ограничивающих право участников уголовного судопроизводства на справедливое судебное разбирательство на основе принципа состязательности и равноправия сторон, не имеется.

Вопреки доводам адвоката, выводы суда о доказанности вины ФИО1 в предъявленном обвинении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на всесторонне исследованных и правильно оцененных доказательствах, в отношении которых не имеется оснований для признания их недопустимыми.

Представленные сторонами в ходе судебного разбирательства доказательства судом первой инстанции тщательно в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ проверялись и исследовались, оценивались на предмет относимости, допустимости, достоверности и в своей совокупности – достаточности для постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора.

При этом позиция осужденного об отсутствии в его действиях умысла на сбыт наркотического средства и недоказанности его вины в инкриминируемом преступлении, являлась предметом подробного рассмотрения и оценки суда первой инстанции, пришедшего к обоснованным выводам о ее несостоятельности, с которыми не находит оснований не согласиться судебная коллегия.

В обоснование выводов о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении, суд обоснованно привел в приговоре показания самого осужденного, данные им в период предварительного расследования в статусе подозреваемого и обвиняемого (т. 1 л.д. 52-55, 61-62), согласно которым в конце февраля 2025 года через сеть интернет, посредством переписки в мессенджере «Telegram» с интернет-магазином «Меч» и аккаунтом с наименованием <...>, он устроился работать закладчиком наркотических средств. За каждую сделанную закладку с наркотиком интернет-магазин «Меч» обещал платить по 400 рублей. После этого, около 5 раз от куратора под именем пользователя «Максим», аккаунт <...> он получал адреса оптовой закладки, которые он забирал в различных районах г. Омска, в которых находилось от 20 до 50 свертков, перемотанных липкой лентой с наркотическим средством «героин». Приобретенное наркотическое средство он размещал в тайники - закладки в различных районах г. Омска. 04.03.2025 в приложении «Telegram» от оператора интернет-магазина «Меч», имя пользователя которого «Максим», аккаунт <...> ему пришла фотография с очередной оптовой закладкой с наркотическим средством «героин», которую он поднял в гаражном кооперативе по ул. Туполева в г. Омске, после чего вернулся домой. 05.03.2025 в дневное время решил изготовить тайники-закладки в районе ул. Химиков в г. Омске, поэтому вызвал автомобиль такси и двигаясь по улицам города Омска приехал по адресу <...>. Когда вышел из автомобиля, был задержан сотрудниками полиции

Вопреки доводам осужденного и адвоката, суд обоснованно положил в основу приговора и признал допустимыми доказательствами приведенные выше признательные показания ФИО1, данные им в период предварительного расследования в статусе подозреваемого и обвиняемого, поскольку такие показания были даны им в присутствии защитника-адвоката, в условиях, исключающих применение недозволенных методов ведения следствия, после разъяснения ему положений ст. 51 Конституции РФ и ст. ст. 46, 47 УПК РФ, при этом каких-либо замечаний или дополнений на указанные протоколы допросов ни от защитника, ни от самого осужденного не поступило.

Доводы ФИО1 о применении к нему сотрудниками полиции во время допроса психологического воздействия объективно ничем не подтверждены и являются несостоятельными. Каких-либо документов, подтверждающих этот факт суду апелляционной инстанции не представлено.

При этом, положенные в основу приговора признательные показания ФИО1, не являются единственными доказательствами, подтверждающими его виновность в предъявленном обвинении, а полностью согласуются с показаниями свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3 и Свидетель №1, осуществивших 05.03.2025 задержание ФИО1; свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №5, принимавших участие в качестве понятых при проведении личного досмотра ФИО1 и подтвердивших факт изъятия у него сотрудниками полиции наркотического средства; протоколом личного досмотра ФИО1, в ходе которого у него из правого бокового кармана куртки был изъят пакет с 25 свертками, перемотанных изоляционной лентой черного цвета с порошкообразным веществом, а также мобильный телефон «Redmi 9»; протоколом осмотра видеозаписи личного досмотра ФИО1; протоколами осмотра мобильного телефона «Redmi 9» и CD-R диска с информацией к заключению эксперта № <...>, согласно которым обнаружена переписка ФИО1 с куратором интернет-магазина с именем <...> относительно незаконного оборота наркотических средств; заключением эксперта № <...>, согласно выводам которого,вещества, изъятые в ходе личного досмотра у ФИО1, массой 0,33г, 0,33г, 0,27г, 0,34г, 0,30г, 0,36г, 0,32г, 0,33г, 0,34г, 0,34г, 0,30г, 0,32г, 0,33г, 0,33г, 0,32г, 0,31г, 0,33г, 0,34г, 0,36г, 0,36г, 0,34г, 0,29г, 0,31г, 0,33г, 0,33г, содержат в своем составе наркотические средства – 6-моноацетилморфин, ацетилкодеин и диацетилморфин (героин), включенные в Список I Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 1998 г. № 681, а также согласуются с иными исследованными в судебном заседании доказательствами, содержание которых полно и обоснованно приведено в приговоре.

Положенное в основу приговора заключение эксперта № <...>, оформлено надлежащим образом, соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, является научно обоснованным и аргументированным, проведенным в строгом соответствии с положениями уголовно-процессуального закона и Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», с указанием используемой методики исследования. Оснований для признания указанного заключения недопустимым доказательством у судебной коллегии не имеется.

Процедура проведения оперативно-розыскных мероприятий, осуществленных для решения задач, определенных в ст. 2 Федерального закона от 12.08.1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», является законной и обоснованной, поскольку такие мероприятия проведены в отношении ФИО1 при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных ст. ст. 7, 8 указанного Федерального закона. Материалы проведенных оперативных мероприятий, соответствующие документы, зафиксировавшие результаты этих мероприятий, были направлены следователю, осмотрены им и приобщены к материалам дела с соблюдением предписанной законом процедуры. Полученные результаты оперативно-розыскных мероприятий отвечают требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом к доказательствам, и суд апелляционной инстанции находит их допустимыми доказательствами, которые подтверждают вину ФИО1 в предъявленном обвинении.

Каких-либо оснований для признания недопустимым доказательством протокола личного досмотра ФИО1 суд апелляционной инстанции также не усматривает, поскольку он проведен в соответствии с требованиями ст. ст. 12, 13 Федерального закона РФ "О полиции", уполномоченным на то лицом, в присутствии понятых, после разъяснения им их прав и обязанностей. Замечаний и дополнений в ходе проведения личного досмотра и по его окончании от ФИО1 и иных присутствующих лиц не поступало. При этом законность проведения личного досмотра ФИО1 подтверждается также исследованным в судебном заседании протоколом осмотра видеозаписи данного процессуального действия.

Обстоятельств, свидетельствующих о допущенных сотрудниками полиции нарушениях порядка задержания и проведения личного досмотра ФИО1, которые влекли бы за собой признание положенных в основу приговора доказательств недопустимыми, не имеется.

Из исследованных доказательств также следует установление того обстоятельства, что умысел на сбыт наркотических средств у ФИО1 сформировался еще до производства оперативно-розыскных мероприятий, вне зависимости от деятельности сотрудников правоохранительных органов, которые фактически лишь фиксировали в установленном законом порядке его действия, связанные с незаконным оборотом наркотических средств.

При этом вопреки доводам стороны защиты, о направленности умысла ФИО1 на незаконный сбыт изъятого у него наркотического средства помимо признательных показаний свидетельствуют переписка в мобильном телефоне с куратором интернет-магазина и фотографии местности с различными географическими координатами, а также результаты оперативно-розыскных мероприятий.

По убеждению судебной коллегии, доводы ФИО1 о том, что он является к тому же потребителем наркотических средств, не исключают возможности возникновения у него умысла на незаконный сбыт наркотических средств.

С учетом изложенного, судебная коллегия не находит оснований не согласиться с обоснованными выводами суда о том, что положенные в основу приговора показания приведенных выше свидетелей не являются надуманными, и данных об оговоре осужденного с их стороны, либо заинтересованности в исходе по делу, судом обоснованно не устанавливалось и в материалах дела не содержится.

Собственный анализ доказательств по делу, приведенный в жалобе адвоката, по существу сводится к переоценке изложенных в приговоре доказательств, к чему оснований не имеется. То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом первой инстанции, не совпадает с позицией ФИО1, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона, не ставит под сомнение выводы суда и не является основанием для отмены или изменения приговора.

При таких установленных обстоятельствах суд пришел к обоснованному выводу о том, что в период исследуемых событий ФИО1 действовал умышленно и по предварительному сговору с неустановленным лицом, а также с использованием сети «Интернет», покушался сбыть наркотическое средство в крупном размере, изъятое в ходе его личного досмотра.

Таким образом, доводы ФИО1 об отсутствии в его действиях умысла на сбыт наркотического средства и недоказанности его вины в инкриминируемом преступлении, а также о произведенном самооговоре при даче первоначальных признательных показаний, полностью опровергаются совокупностью положенных судом в основу приговора вышеизложенных доказательств, которые к тому же, по мнению судебной коллегии, продиктованы занятым ФИО1 способом защиты от предъявленного ему обвинения.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает необходимым приговор суда изменить по доводам государственного обвинителя.

Так, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 06.02.2004 года № 44-О «По жалобе гражданина ФИО2 на нарушение его конституционных прав положениями ст. ст. 56, 246, 278 и 355 УПК РФ», недопустимо воспроизведение в ходе судебного разбирательства содержания показаний подозреваемого, обвиняемого, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденных им в суде, путем допроса в качестве свидетеля – дознавателя или следователя, производившего дознание или предварительное следствие. Суд не вправе допрашивать дознавателя и следователя, равно как и сотрудника, осуществляющего оперативное сопровождение дела, о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, восстанавливать содержание этих показаний вопреки закрепленному в п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ правилу, согласно которому показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденные в суде, относятся к недопустимым. Тем самым закон исключает возможность любого, прямого или опосредованного, использования содержащихся в них сведений.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на показания свидетеля - оперуполномоченного Свидетель №2 и оглашенные в порядке ст. 281 УПК РФ показания свидетеля Свидетель №3 относительно сведений, которые им стали известны в ходе опроса ФИО1 во время проведения личного досмотра о намерении им сбыть обнаруженное у него наркотическое средство, поскольку такие показания ФИО1 были даны в отсутствие защитника и не были впоследующем подтверждены им в ходе судебного следствия, поэтому не могут быть использованы в качестве доказательства его виновности.

Внесение в обжалуемый приговор приведенных выше изменений не влияет в свою очередь на доказанность вины ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, а также на законность и обоснованность постановленного судебного решения в целом.

Вопреки доводам прокурора, нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе права осужденного на защиту и на справедливое судебное разбирательство, не усматривается.

Правом выступить с последним словом ФИО1 воспользовался в полном объеме несмотря на отсутствие в протоколе судебного заседания указания об этом, что подтверждается аудиозаписью хода судебного заседания, согласно которому каких-либо технических неисправностей аудиосвязи с ФИО1 во время его выступления не имеется. Его речь в последнем слове техническими средствами зафиксирована с начала и до конца, вплоть до произнесения осужденным слов об окончании им выступления.

Каких-либо данных, свидетельствующих о нарушении прав участников процесса, в том числе связанных с реализацией права на защиту, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем доводы прокурора в указанной части являются необоснованными и отклоняются.

Каких-либо противоречий, которые могли бы повлиять на правильное установление фактических обстоятельств дела и на принятие судом законного и обоснованного решения, исследованные в ходе судебного следствия и положенные в основу приговора доказательства, не содержат.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что фактические обстоятельства дела судом первой инстанции установлены верно, и юридическая оценка действиям ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, - как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам, судом дана правильно.

Оснований для иной квалификации действий осужденного, в том числе для его оправдания, судебная коллегия не усматривает.

Вместе с тем, из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, и из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению указание на использование ФИО1 при совершении преступления «электронных сетей», поскольку это противоречит установленным по делу обстоятельствам и данной судом квалификации преступных действий осужденного по результатам рассмотрения дела, и расценивается судебной коллегией как очевидная техническая ошибка, не влекущая за собой безусловного снижения назначенного ФИО1 наказания.

Оценивая доводы стороны защиты о несправедливости приговора по причине назначения ФИО1 чрезмерно сурового наказания, судебная коллегия находит их необоснованными по следующим основаниям.

В соответствии с ст. 307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора в отношении осужденного приведены мотивы принятого решения о назначении наказания за совершенное им преступление, отнесенное законодателем к категории особо тяжкого.

Согласно ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

По настоящему делу приведенные требования закона судом выполнены полностью.

Наказание ФИО1 назначено в пределах санкции соответствующей статьи, по которой он осужден, соответствует требованиям ст. ст. 6, 43, 60, ч. 1, 3 ст. 66, ч. 5 ст. 69 УК РФ, является справедливым и чрезмерно суровым не представляется, поскольку определено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, влияния наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, наличия смягчающих и отягчающего наказание обстоятельства, а также других обстоятельств, влияющих на вид и размер наказания.

Обстоятельствами, смягчающими ФИО1 наказание суд обоснованно признал полное признание вины в ходе предварительного следствия, раскаяние в содеянном, неудовлетворительное состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, наличие малолетнего ребенка у виновного, являющегося инвалидом, а также активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

При определении вида и размера наказания осужденному, суд также учел данные о личности ФИО1, который участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, на учетах врача-нарколога и врача-психиатра не состоит.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, на момент постановления приговора, судом были учтены все заслуживающие внимание обстоятельства, в том числе смягчающие ФИО1 наказание. Иных обстоятельств, смягчающих ему наказание, суд апелляционной инстанции не усматривает и в материалах дела не содержится.

Обстоятельством, отягчающим ФИО1 наказание, суд, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, обоснованно признал рецидив преступлений, верно определив его вид как опасный в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ.

Вопросы, связанные с возможностью применения к ФИО1 правил ч. 6 ст. 15, ст. 64, 73 УК РФ, назначения иного вида наказания чем лишение свободы и дополнительного наказания, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, что нашло отражение в описательно-мотивировочной части приговора. Оснований для их переоценки суд апелляционной инстанции не усматривает.

Выводы о возможности исправления ФИО1 и достижения целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, только при условии назначения ему наказания в виде реального лишения свободы в достаточной степени мотивированы судом первой инстанции, оснований не согласиться с которыми судебная коллегия не находит.

Вид исправительного учреждения для отбывания осужденным наказания, судом обоснованно определен в соответствии с положениями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, оснований для его изменения не имеется.

Таким образом, вид и размер назначенного ФИО1 наказания, как за совершенное преступление, так и в совокупности, отвечает приведенным требованиям уголовного закона, соответствует целям и задачам назначения наказания, исправления осужденного в условиях изоляции от общества и чрезмерно суровым не представляется, а является справедливым. Оснований для смягчения ему наказания суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апелляционного представления об ошибочном указании во вводной части приговора, что ФИО1 ранее судим по приговорам Первомайского районного суда г. Омска от 21.02.2025 по ст. 158.1 УК РФ и Первомайского районного суда г. Омска от 21.04.2025 по ст. 158.1 УК РФ, поскольку преступное деяние по обжалуемому приговору им совершено 05.03.2025, то есть до вступления в законную силу приговора Первомайского районного суда г. Омска от 21.02.2025 и до вынесения приговора Первомайского районного суда г. Омска от 21.04.2025, вследствие чего следует указать, что последними приговорами он осужден.

Несмотря на внесение данных изменений судебная коллегия не усматривает оснований для смягчения назначенного ФИО1 наказания, поэтому доводы государственного обвинителя в указанной части не подлежат удовлетворению и отклоняются.

Кроме того, суд апелляционной инстанции полагает также необходимым приговор суда изменить по следующим основаниям.

Согласно ч. 3 ст. 128 и п. 15 ст. 5 УПК РФ срок заключения под стражу подлежит исчислению с момента фактического задержания, под которым следует понимать момент фактического лишения свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления.

Задержание считается состоявшимся с момента фактического лишения свободы человека правоохранительными органами, когда он лишается возможности свободно покинуть помещение, либо другое место, распоряжаться своим правом на свободу передвижения.

Судом первой инстанции в срок лишения свободы ФИО1 зачтено время содержания его под стражей с 06.03.2025, то есть с даты составления протокола о задержании.

Вместе с тем, как следует из материалов уголовного дела, и в частности из объяснения ФИО1, фактически он был задержан и допрошен при доставлении в УНК УМВД России по Омской области - 05.03.2025 (т. 1 л.д. 9-11).

При этом, каких-либо данных об освобождении ФИО1 с момента фактического задержания 05.03.2025 до времени оформления протокола его задержания в 14 часов 00 минут 06 марта 2025 г. материалы дела не содержат.

С учетом изложенного, и принимая во внимание, что судом первой инстанции данное обстоятельство оставлено без внимания, судебная коллегия полагает необходимым зачесть в срок лишения свободы ФИО1 время его фактического задержания в виде одного дня - 05.03.2025 года.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену обжалуемого приговора, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Советского районного суда г. Омска от 18 сентября 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

указать во вводной части приговора о том, что ФИО1 осужден приговором Первомайского районного суда г. Омска от 21.02.2025 по ст. 158.1 УК РФ и приговором Первомайского районного суда г. Омска от 21.04.2025 по ст. 158.1 УК РФ, исключив указание на судимость ФИО1 вышеназванными приговорами.

Исключить из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, и из описательно-мотивировочной части приговора указание на использование ФИО1 при совершении преступления «электронных сетей».

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на показания свидетеля - оперуполномоченного Свидетель №2 и оглашенные в порядке ст. 281 УПК РФ показания свидетеля Свидетель №3 в части обстоятельств совершения преступления, ставших им известными при проведении личного досмотра ФИО1, как на доказательства, подтверждающие виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

На основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО1 в срок лишения свободы время его фактического задержания в виде одного дня – 05 марта 2025 года, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части обжалуемый приговор суда оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Ильинич Ю.А. и дополнения к нему заместителя прокурора САО г. Омска Огаря М.В. удовлетворить частично, апелляционную жалобу защитника-адвоката Егоровой Т.В., - оставить без удовлетворения.

Настоящее определение суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в течение шести месяцев со дня его вынесения и вступления в законную силу приговора через суд постановивший приговор в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, а осужденным ФИО1, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы или представления осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи