Решение № 2-2827/2019 2-2827/2019(2-9676/2018;)~М-6634/2018 2-9676/2018 М-6634/2018 от 23 сентября 2019 г. по делу № 2-2827/2019

Дело № 2-2827/2019

УИД24RS0041-01-2018-008066-29

Категория 2.045г

ЗАОЧНОЕ
РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 сентября 2019 года Октябрьский районный суд г. Красноярска в составе председательствующего судьи Вожжовой Т.Н.,

при секретаре Гориной О.А.,

с участием истца ФИО1, её представителя ФИО2, представителя ответчика ООО «Проспект» ФИО3 ,

рассмотрев в открытом судебном заседании в порядке заочного производства гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Проспект» о возложении обязанности, взыскании среднего заработка, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за просрочку выплат, компенсации морального вред,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском к ООО «Проспект», мотивируя требования тем, что 28 сентября 2017 года была допущена генеральным директором ООО «Проспект» к выполнению трудовых обязанностей бариста в сети кофеин «Green coffee». В установленном порядке трудовые отношения не были оформлены, ответчик не издал приказ о приеме на работу, не завел ей трудовую книжку, не внес в неё запись о приеме на работу. По условиям трудовой деятельности ей выплачивалась заработная плата из расчета 130 рублей в час. Фактически она отрабатывала в месяц 11 смен по 24 часа, в связи с чем заработная плата в месяц составляла 34 320 рублей. На протяжении всей трудовой деятельности ответчик допускал нарушения её прав – заработная плата задерживалась, отпуска не предоставлялись, отчисления в страховые фонды не производились, в связи с чем 20 ноября 2018 года она уведомила работодателя о приостановлении деятельности, и с 21 ноября 2018 года на работу не выходила, ожидая выплаты задолженности. До настоящего времени задолженность не погашена, в связи с чем с 21 ноября 2018 года она имеет вынужденный прогул. С учетом уточнений просит обязать ответчика оформить ей трудовую книжку, внести в трудовую книжку запись о приеме на работу 28 сентября 2017 года в должности бариста и увольнении 20 ноября 2018 года по собственному желанию, взыскать с ООО «Проспект» компенсацию за неиспользованные за период работы 39 календарных дней отпуска в размере 45 681 рубль 87 коп., средний заработок за время вынужденного прогула с 19 октября 2018 года по 31 декабря 2018 года в сумме 45 390 рублей 97 коп., проценты за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск 3 634 рубля 75 коп. за период с 19 октября 2018 года по 24 сентября 2019 года, за задержку выплаты среднего заработка за период с 19 октября 2018 года по 24 сентября 2019 года в сумме 3 611 рублей 75 коп., обязать ответчика произвести отчисления в Пенсионный фонд за весь период трудовой деятельности, обязать ответчика выдать справку о доходе, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 20000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала. Суду пояснила, что, пройдя собеседование, вышла к ответчику на стажировку 20 сентября 2017 года, с 28 сентября 2017 года после ознакомления с должностной инструкцией приступила к работе. Работала по графику сменности, который рассылали в мессенджер, сутки через двое. Заработную плату получала наличными средствами, забирая из кассы. Когда начала образовываться задолженность, она 19 октября 2018 года заявила о том, что увольняется, предупредив руководство. Однако окончательный расчет с ней не произвели. Просит иск удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Проспект» ФИО3 , действующий на основании доверенности№ 1 от 03 апреля 2019 года, в судебное заседание не явился, извещен о дате, времени и месте рассмотрения судебной повесткой, ходатайствовал о рассмотрении дела в их отсутствие. Ранее против удовлетворения иска возражал, указывая, что допустимых доказательств факта работы истца с 28 сентября 2017 года не имеется. Согласно фискальным данным кассовых аппаратов имеются сведения о совершении операций только за период с 22 августа 2018 года по 19 октября 2018 года. Довод о работе посменно по 24 часа не подтверждён и не соотносится с данными кассовых аппаратов. Размер заработка также ничем не подтвержден. Также полагает, что факт вынужденного прогула по вине работодателя голословен. Напротив, как отмечает представитель ответчика, в иске истец указала, что по собственной инициативе прекратила выход на работу, отработав последний день 20 октября 2018 года. При этом с какими-либо заявлениями – ни о приостановлении работы, ни об увольнении, истец к работодателю не обращалась. Полагает, что отсутствие у истца трудовой книжки само по себе не препятствует в трудоустройстве, при этом истец не представила суду доказательств отказа в приеме на работу именно в связи с отсутствием трудовой книжки. В связи с чем у ответчика отсутствует обязанность оплачивать период с 20 октября 2018 года. Также просит учесть, что истец просит внести запись об увольнении по собственному желанию, что противоречит доводу истца о вынужденности прогула. Также указал, что у ответчика за период с 22 августа 2018 года по 19 октября 2018 года обязанность предоставить отпуск не возникла, при этом истец с соответствующим заявление к ответчику не обращался. Кроме того, заявляя о праве на дополнительные 8 календарных дней отпуска и северной надбавки, установленных для лиц, работающих в местностях, приравненных к Крайнему Северу, истец не доказала наличие у неё стажа работы в указанной местности. Заявленный размер компенсации морального вреда считает завышенным. Просит учесть, что истец с заявление о выдаче ей справки о доходе к работодателю не обращалась. Просит в иске отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца, Управления Пенсионного фонда к Октябрьском районе г. Красноярска в судебное заседание не явился, извещен о дне, времени и месте рассмотрения дела заказным письмом, о причинах неявки суд не уведомили, ходатайств об отложении не заявляли, письменный отзыв по заявленным требованиям не представили.

С согласия представителя истца, настаивающего на рассмотрении дела в порядке заочного производства, последствия которого ему разъяснены и понятны, и, учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие ответчика в порядке заочного производства при имеющейся явке.

Суд, выслушав объяснения истца ФИО1, её представителя ФИО2, исследовав материалы дела, приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению в части.

В соответствии с частью 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Положениями Трудового кодекса Российской Федерации трудовыми отношениями признаются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ст. 15 Трудового кодекса).

Согласно ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Фактическое допущение работника к работе без ведома или поручения работодателя либо его уполномоченного на это представителя запрещается.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 3 пункта 8 и в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель (или его уполномоченный представитель) обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Исходя из совокупного толкования вышеуказанных норм трудового права, содержащихся в названных статьях Кодекса следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата за труд).

Наличие трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на любые доказательства, указывающие на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы, поскольку работник в связи с его зависимым правовым положением не может нести ответственность за действия работодателя, на котором на основании прямого указания закона лежит обязанность по своевременному и надлежащему оформлению трудовых отношений (ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовым договором является соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством, своевременно и в полном размере выплачивать заработную плату, а работник обязуется выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

При заключении трудового договора впервые работодателем оформляется трудовая книжка (ст. 65 Трудового кодекса Российской Федерации).

Ст. ст. 61, 67 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что трудовой договор заключается в письменной форме и вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, после чего, работник обязан приступить к исполнению трудовых обязанностей со дня, определенного договором.

При этом в силу ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

Согласно ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации, прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу объявляется работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежаще заверенную копию указанного приказа (распоряжения).

При приеме на работу (до подписания трудового договора) работодатель обязан ознакомить работника, под роспись, с правилами внутреннего трудового распорядка, иными локальными нормативными актами, непосредственно связанными с трудовой деятельностью работника, коллективным договором.

В силу части 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Как следует из п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

В судебном заседании установлено, что основным видом деятельности ООО «Проспект» (ОГРН <***>, ИНН <***>), генеральный директор А7, является деятельность ресторанов и кафе (ОКВЭД 56.10.1).

Штатное расписание, сведения о кадровой расстановке суду ответчиком не представлены в связи с отсутствием.

13 июля 2018 года истец была допущена до выполнения трудовых обязанностей бариста кофейни «Green coffee» с ведома и в интересах ответчика - ООО «Проспект».

Указанное обстоятельство подтверждается объяснениями истца, также являющимися в силу ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательством по делу, которая пояснила, что прошла собеседование при трудоустройстве с директором ООО «Проспект» А7, которые разъяснили ей её обязанности, показали место работы, согласовали заработок.

Указанное соотносится и с данными чеков кассовых аппаратов ООО «Проспект», отчетами за смену, где указана фамилия работника – ФИО1.

При таком положении суд приходит к выводу, что ФИО1 приступила к работе и выполняла ее с ведома и по поручению работодателя, в интересах работодателя, в связи с чем наличие трудового правоотношения между сторонами презюмируется.

Вместе с тем, объективных, достоверных и допустимых доказательств работы истца в указанной должности у ответчика в период с 28 сентября 2017 года суду не представлено.

Представленная суду должностная инструкция бариста, утвержденная руководителем ООО «Проспект» 20 сентября 2017 года, сама по себе, в отсутствие иных достаточных и достоверных доказательств, не свидетельствует об исполнении истцом трудовых обязанностей в интересах ответчика с 28 сентября 2017 года. При этом суд отмечает, что запись «ФИО1, 28.09.2017», расположенная под всем текстом документа, могла быть исполнена на данном документе и в более поздний срок.

Также суд установил по объяснениям истца, данным фискальных чеков кассовых аппаратов, что 19 октября 2018 года истец отработала последний день, более на работу не выходила, устно заявив об увольнении по собственному желанию.

Факт приостановления работы в связи с наличием задолженности по заработной плате, своего объективного подтверждения не нашел, поскольку в установленном порядке истец заявление работодателю о приостановлении работы, как того требуют положения ст. 142 Трудового кодекса Российской Федерации, не подавала. С требованиями о взыскании задолженности за отработанный период в суд не обращается, что не соотносится с доводами истца о наличии некой задолженности по заработной плате по состоянию на 19 октября 2018 года.

При этом суд отмечает, что ответчик в связи с невыходом истца на работу после 19 октября 2018 года мер к установлению причин невыхода на работу не предпринимал, факты отсутствия на рабочем месте не актировал, за прогул истца не уволил, что дает суду основания прийти к выводу об осведомленности работодателя о прекращении трудовых отношений по инициативе работника.

С учетом указанного суд полагает возможным установить факт прекращения трудовых отношений сторон по инициативе работника 19 октября 2018 года.

Учитывая вышеизложенное, фактические обстоятельства дела, установленные судом, характер спора, а также те правовые последствия, которые влечет установления периода работы, при том, что последним рабочим днем для истца являлось 19 октября 2018 года, факт работы истца у ответчика в должности бариста в период с 13 июля 2018 года по 19 октября 2018 года нашел свое подтверждение.

При этом суд отмечает, что работник в связи с его зависимым правовым положением не может нести ответственность за действия работодателя, на котором на основании прямого указания закона лежит обязанность по своевременному и надлежащему оформлению трудовых отношений. При таком, требования ФИО1 о возложении на ответчика обязанности оформить трудовую книжку, как работнику, впервые трудоустроившемуся, и внести в трудовую книжку запись о приеме на работе и об увольнении также подлежат удовлетворению.

Разрешая требования о взыскании компенсации за неиспользованные дни отпуска, суд исходит из того, что доказательств согласования сторонами размера заработка не имеется, штатное расписание устанавливает размер тарифной ставки по должности бариста, начиная с 15 ноября 2018 года, что позднее юридически значимого периода, в связи с чем заработная плата подлежит начислению истцу исходя из минимального размера оплаты труда, который устанавливается законодательством Российской Федерации.

Так, согласно ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

На основании ст. 146, 148 Трудового кодекса Российской Федерации в повышенном размере оплачивается также труд работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями; оплата труда на работах в местностях с особыми климатическими условиями производится в порядке и размерах не ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В силу ст. 315 Трудового кодекса Российской Федерации оплата труда в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате.

Размер районного коэффициента и порядок его применения для расчета заработной платы работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются Правительством Российской Федерации (ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, выплачивается процентная надбавка к заработной плате за стаж работы в данных районах или местностях (ст. 317 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, начисление районного коэффициента и процентной надбавки должно производиться на все начисления, которые входят в систему оплаты труда, поскольку назначение стимулирующих и компенсационных выплат заключается в учете особых климатических условий конкретного региона.

В соответствии с п. 1 Постановления N 794, определенные им надбавки к заработной плате устанавливаются в размере 10% по истечении первого года работы с увеличением на 10% за каждые последующие два года работы, но не свыше 30% и выплачиваются в порядке и на условиях, предусмотренных Постановлением ЦК КПСС, Совета Министров СССР и ВЦСПС от 06.04.1972 № 255. Данные акты в настоящее время не отменены и не изменены, следовательно, применяются при регулировании трудовых правоотношений.

Так Федеральным законом от 19.06.2000 № 82-ФЗ (ред. от 07.03.2018 N 41-ФЗ) «О минимальном размере оплаты труда» минимальный размер оплаты труда с 1 мая 2018 года установлен в сумме 11 163 рубля в месяц.

С учетом районного коэффициента и процентной надбавки, подлежащей начислению истцу, поскольку истец на момент трудоустройства к ответчику имела стаж работы 01 месяц в КРОО «Молодежь-Краю» г. Красноярск, заработная плата составит 15 963 рубля 09 коп. в месяц (11163х1,3х1,1).

При этом объективных данных работы истца по графику сменности, на условиях суммарного учета рабочего времени, не имеется, в связи с чем суд надлежит исходить из нормы рабочего времени.

Соответственно, за период работы с 13 июля 2018 года по 19 октября 2018 года истцу подлежала выплате заработная плата в сумме 51 769 рублей 63 коп. (15963,09/22х13+15963,09+15963,09+15963,09/23х15).

Доказательств выплаты заработной платы в ином размере суду не представлено.

Также суд учитывает следующее.

В силу ст. 114 Трудового кодекса Российской Федерации работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

Ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней (ст. 115 Трудового кодекса Российской Федерации), а также 8 дней за работы в местности, приравненной к районам Крайнего севера (Закона Российской Федерации «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях»), а всего 36 дней за 1 год работы, или 3 дня за 1 месяц работы.

Средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в календарных днях, и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на 12 и на среднемесячное число календарных дней (29,3).

В случае если один или несколько месяцев расчетного периода отработаны не полностью или из него исключалось время в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы фактически начисленной заработной платы за расчетный период на сумму среднемесячного числа календарных дней (29,3), умноженного на количество полных календарных месяцев, и количества календарных дней в неполных календарных месяцах.

Количество календарных дней в неполном календарном месяце рассчитывается путем деления среднемесячного числа календарных дней (29,3) на количество календарных дней этого месяца и умножения на количество календарных дней, приходящихся на время, отработанное в данном месяце (п. 11-12 Порядка исчисления).

Поскольку ответчиком не представлено доказательств предоставления истцу ежегодных оплачиваемых отпусков, за период работы с 28 августа 2018 года по 19 октября 2018 года истцу в день увольнения причиталась компенсация за неиспользованные 9 календарных дней отпуска (36/12х3), поскольку, по общему правилу, если рабочий год не отработан полностью, дни отпуска, за которые должна быть выплачена компенсация, рассчитываются пропорционально отработанным месяцам. При этом если в месяце увольнения отработано не менее 15 календарных дней, то количество полностью отработанных месяцев округляется в большую сторону, если менее 15 календарных дней - в меньшую сторону.

Сумма заработной платы за расчетный период с 13 июля 2018 года по 19 октября 2018 года, исходя из минимального размера оплаты труда, составляет 51 769 рублей 63 коп. (15963,09/22х13+15963,09+15963,09+15963,09/23х15).

В расчетном периоде истцом отработано 2 полных месяца – август, сентябрь, и 2 неполных месяца – июль и октябрь 2018 года.

2х29,3=58,6

июль – 29,3/31х13=0,96

октябрь - 29,3/31х15=14,18, а всего 58,6+0,96+14,18=73,74

Соответственно компенсация за неиспользованные дни отпуска - 9 составит 6318 рублей 50 коп. ((51769,63/73,74)х9), которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Разрешая требование о взыскании с работодателя компенсации за просрочку выплат, суд исходит из того, что в силу ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Поскольку спорная сумма компенсации за неиспользованный отпуск подлежала выплате истцу в день увольнения, начиная с 20 октября 2018 года по 24 сентября 2019 года подлежит начислению и взысканию с ответчика компенсация за просрочку выплаты в сумме 1 085 рублей 53 коп. согласно следующему расчету.

Расчёт процентов по задолженности зарплаты за сентябрь 2018

Задолженность

Период просрочки

Ставка

Доля ставки

Формула

Проценты

с
по

дней

6 318,50

20.10.2018

16.12.2018

58

7,50 %

1/150

6 318,50 ? 58 ? 1/150 ? 7.5%

183,24

6 318,50

17.12.2018

16.06.2019

182

7,75 %

1/150

6 318,50 ? 182 ? 1/150 ? 7.75%

594,15

6 318,50

17.06.2019

28.07.2019

42

7,50 %

1/150

6 318,50 ? 42 ? 1/150 ? 7.5%

132,69

6 318,50

29.07.2019

08.09.2019

42

7,25 %

1/150

6 318,50 ? 42 ? 1/150 ? 7.25%

128,27

6 318,50

09.09.2019

24.09.2019

16

7,00 %

1/150

6 318,50 ? 16 ? 1/150 ? 7%

47,18

1 085,53

Разрешая исковые требования о взыскании с работодателя среднего заработка за время вынужденного прогула, суд приходит к выводу об обоснвоанности иска в этой части.

Так, в силу ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате:

незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу;

отказа работодателя от исполнения или несвоевременного исполнения решения органа по рассмотрению трудовых споров или государственного правового инспектора труда о восстановлении работника на прежней работе;

задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, внесения в трудовую книжку неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника.

В судебном заседании установлен факт нарушения ответчиком требований трудового законодательства об оформлении трудовой книжки лицу, впервые заключающему трудовой договор, и последующее нарушение ответчиком требования о выдаче трудовой книжки в день увольнения.

Так, согласно ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной.

Из объяснений истца, фискальных данных кассовых чеков, сведений из лицевого счета застрахованного лица следует, что работа у ООО «Проспект» для истца являлась основной. Доказательств обратного суду не представлено.

Трудовые отношения сторон возникли 13 июля 2018 года, длились к моменту их прекращения более 5 дней и до настоящего момента работодатель не обращался к работнику с требованием о передаче трудовой книжки.

Возражения представителя ответчика о том, что истец не доказал факт утраты возможности трудиться именно вследствие отсутствия у неё трудовой книжки, суд отклоняет, поскольку они не имеют в данном случае правового значения.

Пунктом 35 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 апреля 2003 года № 225 «О трудовых книжках» также установлено, что при задержке выдачи работнику трудовой книжки по вине работодателя, внесении в трудовую книжку неправильной или не соответствующей федеральному закону формулировки причины увольнения работника работодатель обязан возместить работнику не полученный им за все время задержки заработок.

При этом днем увольнения (прекращения трудового договора) в этом случае считается день выдачи трудовой книжки. О новом дне увольнения работника (прекращении трудового договора) издается приказ (распоряжение) работодателя, а также вносится запись в трудовую книжку.

Ранее внесенная запись о дне увольнения признается недействительной в порядке, установленном настоящими Правилами.

Таким образом, законодатель возможность наступления материальной ответственности работодателя перед работником за задержку выдачи трудовой книжки связывает с виновным поведением работодателя.

Виновное поведение работодателя нашло свое подтверждение в судебном заседании.

С учетом изложенного с ответчика ООО «Проспект» в пользу ФИО1 подлежит взысканию заработок за время задержки выдачи трудовой книжки.

Исходя из минимального размера оплаты труда, установленного государством, заработная плата истца за период с 13 июля 2018 года по 19 октября 2018 года должна была быть выплачена в размере не менее 51 769 рублей 63 коп. (15963,09/22х13+15963,09+15963,09+15963,09/23х15). В указанном по норме рабочего времени истцом отработан 71 день.

Соответственно, средний дневной заработок истца составляет 729 рублей 15 коп. (51769,63/71).

За время задержки выдачи трудовой книжки с ответчика ООО «Проспект» в пользу истца ФИО1 подлежит взысканию заработок в сумме 36 457 рублей 50 коп. (729,15 х 50 - количество рабочих дней с 20 октября 2018 года по 31 декабря 2018 года).

Поскольку обязанность выплатить средний заработок за время задержки выдачи трудовой книжки установлена для ответчика только данным решением, оснований для взыскания с ООО «Проспект» компенсации за задержку выплаты заработка не обоснованно, в его удовлетворении следует отказать.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку в судебном заседании факт нарушения ответчиком прав работника нашел свое подтверждение, требование о взыскании компенсации морального вреда законно и обоснованно, и, принимая во внимание характер нарушения прав истца, суд полагает возможным определить компенсацию морального вреда истцу в размере 2 500 рублей.

Поскольку судом установлен факт трудовых отношений сторон, в целях защиты пенсионных прав истца, суд полагает необходимым удовлетворить исковые требования ФИО1 о возложении на ответчика обязанности представить в отношении неё индивидуальные сведения персонифицированного учета в пенсионный орган за период с 13 июля 2018 года по 19 октября 2018 года, поскольку в силу ч. 2 ст. 11 ФЗ от 01.04.1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» страхователь ежеквартально представляет о каждом работающем у него застрахованном лице (включая лиц, которые заключили договоры гражданско-правового характера, на вознаграждения по которым в соответствии с законодательством Российской Федерации о страховых взносах начисляются страховые взносы) следующие сведения: страховой номер индивидуального лицевого счета; фамилию, имя и отчество; дату приема на работу (для застрахованного лица, принятого на работу данным страхователем в течение отчетного периода) или дату заключения договора гражданско-правового характера, на вознаграждение по которому в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы; дату увольнения (для застрахованного лица, уволенного данным страхователем в течение отчетного периода) или дату прекращения договора гражданско-правового характера, на вознаграждение по которому в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы; периоды деятельности, включаемые в стаж на соответствующих видах работ, определяемый особыми условиями труда, работой в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях; сумму заработка (дохода), на который начислялись страховые взносы обязательного пенсионного страхования; сумму начисленных страховых взносов обязательного пенсионного страхования; другие сведения, необходимые для правильного назначения трудовой пенсии; суммы страховых взносов, уплаченных за застрахованное лицо, являющееся субъектом профессиональной пенсионной системы; периоды трудовой деятельности, включаемые в профессиональный стаж застрахованного лица, являющегося субъектом профессиональной пенсионной системы.

Вместе со сведениями, предусмотренными настоящим пунктом, страхователь представляет сведения о начисленных и уплаченных страховых взносах в целом за всех работающих у него застрахованных лиц.

Как следует из выписки из лицевого счета соответствующие сведения ответчиком за весь период трудовой деятельности истца не предоставлялись, в связи с чем на ООО «Проспект» следует возложить обязанность предоставить в пенсионный орган в отношении ФИО1 индивидуальные сведения персонифицированного учета за период работы.

Между тем, в удовлетворении исковых требований ФИО1 о возложении на ответчика обязанности выдать ей справку по форме 2-НДФЛ суд считает необходимым отказать.

Так, в силу ст. 62 Трудового кодекса Российской Федерации по письменному заявлению работника работодатель обязан не позднее трех рабочих дней со дня подачи этого заявления выдать работнику трудовую книжку в целях его обязательного социального страхования (обеспечения), копии документов, связанных с работой (копии приказа о приеме на работу, приказов о переводах на другую работу, приказа об увольнении с работы; выписки из трудовой книжки; справки о заработной плате, о начисленных и фактически уплаченных страховых взносах на обязательное пенсионное страхование, о периоде работы у данного работодателя и другое). Копии документов, связанных с работой, должны быть заверены надлежащим образом и предоставляться работнику безвозмездно.

Доказательств письменного обращения к работодателю с заявлением о выдаче справки суду не представлено. Данный факт ответчик отрицает.

В связи с чем разрешение вопроса о возложении данной обязанности в принудительном порядке преждевременно.

Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ч.1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, поэтому с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета сумма государственной пошлины в размере 1 515 рублей 84 коп. (800+3% от 23861,53, исходя из размера удовлетворенных исковых требований (43861,53) + 300 рублей за требование неимущественного характера, а всего 1 815 рублей 84 коп.

Кроме того, согласно п. 1 ст. 140 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации меры по обеспечению иска должны быть соразмерны заявленному истцом требованию.

При таком положении, учитывая, что после принятия судом решения, принятые судом обеспечительные меры стали несоразмерны удовлетворенным требованиям, суд полагает необходимым уменьшить сумму обеспечительной меры до размера суммы, взысканной по решению суда - 43861 рубль 53 коп.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Обязать ООО «Проспект» оформить трудовую книжку и внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу в должности бариста с 13 июля 2018 года и об увольнении по инициативе работника по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации 19 октября 2018 года.

Взыскать с ООО «Проспект» в пользу ФИО1 средний заработок в размере 36 457 рублей 50 коп., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 6 318 рублей 50 коп., компенсацию за просрочку выплаты компенсации в сумме 1 085 рублей 53 коп., компенсацию морального вреда в размере 2500 рублей.

Обязать ООО «Проспект» предоставить в пенсионный орган в отношении ФИО1 индивидуальные сведения персонифицированного учета за период работы с 13 июля 2018 года по 19 октября 2018 года.

В удовлетворении требования ФИО1 о возложении обязанности выдать справку формы 2-НДФЛ, взыскать компенсацию за нарушение срока выплаты среднего заработка за время вынужденного прогула, отказать.

Взыскать с ООО «Проспект» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1 815 рублей 84 коп.

Уменьшить сумму обеспечительных мер, принятых определением судьи Октябрьского районного суда г. Красноярска от 05 февраля 2019 года в отношении имущества ответчика ООО «Проспект», определив ее в размере 43861 рубль 53 коп..

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Заочное решение суда может быть обжаловано сторонами также в апелляционном порядке в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Председательствующий (подпись) Т.Н. Вожжова