Апелляционное постановление № 22-691/2026 от 13 апреля 2026 г.

Судья Бабушкина А.В. Дело <.......>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень 14 апреля 2026 года

Тюменский областной суд в составе:

председательствующего Исаевой Н.А.,

при ведении протокола помощником судьи Грабежовым А.В.,

с участием:

прокурора Зернова А.С.,

защитников - адвокатов Климанова С.П., Муравьева С.Ю.,

осужденный ФИО1, ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Климанова С.П. и адвоката Муравьева С.Ю. на приговор Ярковского районного суда Тюменской области от 11 июня 2025 года, которым

ФИО2, родившийся <.......> в <.......>, несудимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 258 УК РФ, к наказанию в виде штрафа в размере 510 000 рублей с лишением права заниматься деятельностью в области добычи охотничьих ресурсов сроком на 2 года.

ФИО1, родившийся <.......> в <.......>, несудимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 258 УК РФ, к наказанию в виде штрафа в размере 510 000 рублей с лишением права заниматься деятельностью в области добычи охотничьих ресурсов сроком на 2 года.

Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке в отношении осужденных оставлена до вступления приговора в законную силу.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Удовлетворен гражданский иск <.......>, в пользу которого с ФИО2 и ФИО1 солидарно взыскан причиненный преступлением материальный ущерб в размере 120 000 рублей.

Для обеспечения исполнения наказания и гражданского иска сохранен арест, наложенный на имущество ФИО2 и ФИО1

Проверив содержание приговора, доводы апелляционных жалоб, выслушав выступление адвокатов и осужденных, поддержавших апелляционные жалобы, прокурора, возражавшего против доводов апелляционных жалоб и просившего приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО2 и ФИО1 признаны виновными в совершении незаконной охоты на особо охраняемой природной территории, группой лиц по предварительному сговору, с применением механического транспортного средства.

Преступление совершено 19 февраля 2023 года в Ярковском районе Тюменской области при обстоятельствах, подробно приведенных в приговоре.

ФИО2 и ФИО1 свою вину в совершении преступления не признали, дали показания по существу предъявленного обвинения.

В апелляционной жалобе адвокат Климанов С.П., действующий в защиту интересов осужденного ФИО1, выражая несогласие с приговором, считает, что он вынесен с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, приводит довод о том, что обвинительное заключение основано на предположениях органа предварительного расследования, так как следствием не установлены время и место совершения преступления, лицо, которое стреляло в косулю, оружие и пуля, которыми животное было убито. При назначении наказания суд не учел, что ФИО1 не судим, к административной ответственности не привлекался, имеет постоянные работу и место жительства, на его иждивении находятся двое детей.

В дополнительной апелляционной жалобе адвокат Климанов С.П. указывает, что ФИО1 преступление не совершал, и приводит доводы о том, что в показаниях свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2 имеются противоречия в части внешних характеристик мешка с частями разделанной туши животного и предмета, которым он был завязан, а также в части обстоятельств вскрытия мешка, что указывает на заинтересованность свидетелей в исходе дела в связи с их профессиональной деятельностью, их неприязненным отношением к осужденным, а потому указанные свидетели могли умышлено перемотать мешок с частями разделанной туши животного найденной проволокой, которой ФИО1 ремонтировал снегоход и мог обронить ее.

Обращает внимание, что в протоколе осмотра места происшествия от 19 февраля 2023 года указаны координаты места, где был застигнут ФИО1 на снегоходе, эти же координаты указаны в протоколе осмотра предметов от 12 июля 2023 года. Однако, в обвинительном заключении (лист 8) те же координаты указаны в качестве места, где была разделана туша животного, то есть места совершения преступления, что противоречит исследованным судом доказательствам, поскольку из показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что мешок с частями туши животного он обнаружил на расстоянии не менее 1,2 км от места, где им был застигнут ФИО1

В обвинительном заключении указаны координаты места, где ФИО2 произвел выстрел, и места первичной переработки животного, которые указаны в протоколе осмотра места происшествия от 20 февраля 2023 года, однако в рапорте начальника <.......> ФИО5 указаны другие координаты производства выстрела, которые не зафиксированы ни одним другим протоколом следственных действий, но именно эти координаты указаны во всех процессуальных документах в ходе дознания и предварительного расследования уголовного дела, в связи с чем добытые на основании данных процессуальных документов доказательства, по мнению защитника, нельзя признать относимыми.

В постановлении о получении образцов для сравнительного исследования от 19 февраля 2023 года указаны координаты места совершения преступления, которые не относятся ни к месту производства выстрела, ни к месту первичной разделки туши животного, ни к месту, где был обнаружен мешок с частями туши животного. В этом же постановлении координаты места, где обнаружен мешок с частями туши животного, не соответствуют тем, которые указаны в протоколах осмотра места происшествия от 19 и 20 февраля 2023 года, то же относится и к поручению о производстве отдельных следственных действий от 19 февраля 2023 года о получении у ФИО1 образцов букального эпителия и смывов с кистей рук, что, по мнению защитника, указывает на недопустимость в качестве доказательств указанных процессуальных документов.

В соответствии с протоколом от 19 февраля 2023 года при получении у ФИО1 образцов для сравнительного исследования ему не разъяснялись положения п. 1.1 ч. 1 ст. 144 УПК РФ, ст. 51 Конституции РФ, следственное действие проведено без участия защитника и понятых. Сотрудник правоохранительных органов, отбиравший образцы, не запечатав их, вышел из кабинета в неизвестном направлении, обстоятельства упаковки образцов ФИО1 осталась неизвестными. Кроме того, в постановлении о получении образцов для сравнительного исследования от 19 февраля 2023 года нет подписи ФИО1, соответственно с постановлением он ознакомлен не был. Защитник считает, что поскольку полученные образцы легли в основу исследования заключения эксперта <.......>, а также поскольку в ходе экспертизы исследовался фрагмент медной проволоки, а свидетели Свидетель №1 и Свидетель №2 указывали на алюминиевую проволоку, данное заключение не может быть признано допустимым доказательством.

Считает недопустимым доказательством заключение дополнительной молекулярно-генетической судебной экспертизы от 06 сентября 2023 года <.......>, так как в постановлении о назначении экспертизы указаны координаты места, откуда был произведен выстрел в косулю, которые противоречат координатам того же места, указанным в обвинительном заключении; в этом же постановлении указаны координаты места обнаружения мешка с тушью животного, которые не указаны в протоколах осмотра места происшествия от 19 и 20 февраля 2023 года.

Считает, что выводы заключения эксперта <.......>, согласно которым на представленных для исследования смывах с рук ФИО1 кровь не обнаружена, входят в противоречие с выводами заключения эксперта <.......> и подтверждают невиновность ФИО1, поскольку в случае причастности к преступлению на его руках, по мнению защитника, обязательно были бы следы крови косули. Кроме того, заключением эксперта <.......> на фрагменте мешка установлена кровь лося, а не косули, что также указывает на невиновность ФИО1

Обращает внимание, что не установлены средства совершения преступления, так как у ФИО1 и ФИО2 не изъяты и не исследованы снегоходы <.......>, не установлены их идентификационные данные, экспертиза на предмет наличия на них следов преступления не проведена. Заключением эксперта <.......> лишь установлено, что следы транспортного средства на месте преступления могли оставить гусеницы снегохода «Буран» или иного другого транспортного средства. Соответственно, данной экспертизой не установлено принадлежат ли следы тем снегоходам <.......>, на которых совершено преступление, либо снегоходам, на которых передвигались ФИО1 и ФИО2 Кроме того, в заключении эксперта <.......> эксперт в разделе «Обстоятельства дела» указывает неверные координаты производства выстрела; указаны координаты места обнаружения и изъятия следов автотранспортного средства, которые отсутствуют в протоколе осмотра места происшествия от 19 февраля 2023 года. Как в постановлении о назначении экспертизы, так и в заключении экспертизы указаны координаты совершения преступления, которые не соответствуют координатам, указанным в обвинительном заключении, в связи с чем заключение эксперта является недопустимым доказательством.

Просит приговор суда отменить, ФИО1 по предъявленному обвинению оправдать в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, уголовное преследование прекратить.

В апелляционной жалобе адвокат Муравьев С.Ю., действующий в защиту интересов осужденного ФИО2, выражая несогласие с приговором, считает, что положенные в основу приговора доказательства подтверждают лишь само событие преступления, совершенного не осужденными, а неустановленными лицами, в числе этих доказательств два рапорта, которые в качестве доказательств использованы быть не могут. В постановлениях о назначении экспертиз указаны координаты, не соответствующие координатам места преступления, в связи с чем заключения экспертиз являются неотносимыми доказательствами. Указывает, что у представителя потерпевшей организации ФИО10, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2 имеются личные неприязненные отношения к ФИО2, в его адрес поступали угрозы о привлечении к уголовной ответственности, в связи с чем у данных лиц есть основания для оговора. О наличии неприязненных отношений и наличии оговора свидетельствуют противоречия в показаниях свидетеля Свидетель №1, который в судебном заседании на вопросы защиты признал наличие на месте преступления следов других транспортных средств; он же указал, что на месте происшествия оружия при ФИО2 не было, следов крови на осужденных и на их транспортных средствах он не видел, что подтверждается и выводами заключения эксперта <.......>, не установившего биологических следов осужденных на мешке, в котором находились части туши животного. Эти доказательства согласуются с показаниями осужденных, а показания представителя потерпевшей организации и свидетеля Свидетель №2 противоречат показаниям свидетеля Свидетель №1, поскольку ФИО10 и Свидетель №2 пояснили, что Свидетель №1 следов других транспортных средств на месте преступления не видел.

Приводится довод, что при разделке туши животного на охотнике остаются следы крови, её же в достаточном количестве было обнаружено на месте, где установлен мешок с тушей косули, однако ни на ФИО2, ни на ФИО1 кровь животного не обнаружена.

Оспаривая выводы заключения эксперта <.......>, приводит довод, что при производстве экспертизы нарушен порядок отбора у ФИО1 образцов, поскольку конверт с его образцами не был запакован в его присутствии, что позволяло заинтересованным в раскрытии преступления сотрудникам правоохранительных органов нанести биологический материал ФИО1 на проволоку. Кроме того, проволока могла находиться в снегоходе ФИО1 и обронена им, затем обнаружена охотинспектором либо сотрудниками правоохранительных органов, заинтересованными в формировании доказательственной базы для раскрытия уголовного дела.

Не установлено, кем был произведен выстрел и из какого оружия. Орган предварительного следствия исходил лишь из того, что ФИО2 является хозяином карабина, из которого было произведено 5 выстрелов, однако в судебном заседании исследован материал проверки, согласно которому 12 февраля 2023 года оружие ФИО2 было утеряно, о чем было известно его родителям, указанное обстоятельство стороной обвинения не опровергнуто; по материалу проверки по данном факту решение в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ до настоящего времени не вынесено, что указывает на неполноту дознания и его необъективность.

Приводится довод, что между убийством животного и изъятой пулей нет причинно-следственной связи, так как выводы заключения эксперта <.......> допускают, что животное могло быть убито не из оружия калибра 7,62; изъятая и приобщенная к уголовному делу пуля не содержит признаков поражения ею животного; свидетель Свидетель №1 пояснил, что животное было убито другой пулей.

Осужденным инкриминирован квалифицирующий признак совершения преступления с применением механического транспортного средства, однако в ходе предварительного расследования не установлены какие-либо характеристики транспортных средств и сами транспортные средства, которые использовались при совершении преступления. Заключение эксперта <.......>, установившее, что след мог быть оставлен гусеницами снегохода <.......>, не подтверждает виновность ФИО2, так как сведений о совпадении этих следов со следами транспортных средств, на которых передвигались осужденные, не представлено.

Защитник считает, что обвинительное заключение по уголовному делу составлено с нарушением ст. 220 УПК РФ, поскольку в нем не указаны материалы дела, подтверждающие как квалифицирующий признак «совершение преступления группой лиц по предварительному сговору», так и объективный состав преступления, указанный в фабуле предъявленного ФИО2 и ФИО1 обвинения.

Просит приговор суда отменить, уголовное преследование в отношении ФИО2 прекратить, по предъявленному обвинению оправдать.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель приводит мотивы, по которым не согласен с доводами защитников, и просит приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав позицию сторон: адвокаты Климанов С.П., Муравьев С.Ю. и осужденные поддержали доводы апелляционных жалоб, прокурор Зернов А.С. возражал против доводов защиты и просил приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о законности, обоснованности и справедливости обжалуемого приговора и не усматривает оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.

Нарушений уголовно-процессуального закона при производстве по делу, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачу его на стадию судопроизводства и в дальнейшем - саму процедуру судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона при составлении обвинительного заключения, исключающих возможность вынесения судебного решения на основе этого заключения, не допущено.

Вопреки доводам жалоб, обвинительное заключение отвечает требованиям ст. 220 УПК РФ, содержит сведения о существе обвинения, месте и времени совершения преступления, его способе, мотиве, цели, последствий и других обстоятельствах, имеющих значение для данного уголовного дела. Несогласие авторов апелляционных жалоб с содержанием обвинительного заключения не свидетельствует о нарушении уголовно-процессуального закона при его составлении. Приведенные в нем доказательства с неверными координатами места совершения преступления, на чем акцентировано внимание в жалобах, были непосредственно исследованы в судебном заседании и получили надлежащую оценку в приговоре суда, несогласие защиты с которой не ставит под сомнение фактические обстоятельства, установленные судом на основе совокупности этих доказательств.

Из протокола судебного заседания, который по своему содержанию отвечает требованиям ст. 259 УПК РФ, следует, что уголовное дело рассмотрено судом объективно и всесторонне, в соответствии с требованиями ст. 252 УПК РФ, определяющими пределы судебного разбирательства, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон (ст. 15 УПК РФ), когда каждый участник процесса со стороны обвинения и защиты в рамках отведенных ему законом правомочий имел возможность участвовать в формировании объема подлежащих исследованию доказательств, довести до сведения суда свою позицию относительно всех существенных элементов обвинения, указать на наличие противоречий и дать им оценку, а также с соблюдением презумпции невиновности (ст. 14 УПК РФ). Ходатайства сторон разрешались судом в соответствии с требованиями ст. ст. 256, 271 УПК РФ, по ним принимались мотивированные решения, отраженные в протоколе судебного заседания.

Постановленный судом приговор в целом отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его форме и содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением мотивов, также приведены мотивы, по которым суд принял одни доказательства, и отверг другие, изложены выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступлений, разрешены предусмотренные ст. 299 УПК РФ иные вопросы, имеющие отношение к данному делу. Описание деяния, признанного судом доказанными, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, целях и иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему осужденных и их виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.

Выводы суда о виновности ФИО2 и ФИО1 в приговоре мотивированы, и несмотря на занятую ими позицию по делу, данные выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным на основании совокупности исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств. Так в подтверждение виновности осужденных суд в приговоре обоснованно сослался на следующие доказательства:

- аналогичные друг другу по содержанию показания представителя потерпевшей организации ФИО10, свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2 (сотрудников Госохотдепартамента <.......>) об обстоятельствах обнаружения на территории памятника природы регионального значения <.......>, на которой охота запрещена, признаков незаконной охоты: следов двух снегоходов <.......>, мешков с частями туши косули, шкурой, головой, конечностями, хвостом косули, места разделки туши косули и нахождения внутренних органов животного, места высечки и отстрела животного, пяти гильз и пули в снегу, обстоятельствах их осмотра и процессуального закрепления; также об обстоятельствах установления Свидетель №1 19 февраля 2023 года на территории Памятника природы ФИО1 на снегоходе <.......> с ружьем и патронами к нему и ФИО2 на снегоходе <.......>;

- аналогичными друг другу по содержанию показания свидетеля ФИО13 и ФИО14 (сотрудников отдела противоэпизоотических, лечебно-профилактических мероприятия и ветеринарно-санитарной экспертизы <.......>), которые подтвердили свое участие в осмотре изъятых с места происшествия частей туши животного и пояснили о том, что указанные части туши принадлежат одному животному – самцу косули сибирской, пояснили о механизме разделки туши, причине и сроке давности гибели животного;

- письменные материалы дела, в числе которых: протоколы осмотра места происшествия от 19 и 20 февраля 2023 года, согласно которым на территории Памятника природы установлены место отстрела животного, места первичной переработки и разделки туши животного, обнаружены мешок с фрагментами мяса животного, обвязанный проволокой синего цвета, мешок со шкурой, копытами, головой и хвостом животного, установлены фрагменты внутренних органов животного, следы вещества бурого цвета, пять гильз и пуля, зафиксированы следы снегохода, в ходе производства осмотра обнаруженные предметы изъяты, также изъято у ФИО1 ружье; протокол выемки у Свидетель №1 оптического диска с фотографиями ФИО1 с ружьем и снегоходом <.......>, которые были сделаны Свидетель №1 19 февраля 2023 года на месте установления ФИО1 на территории Памятника природы; протоколы осмотра изъятых предметов; информация <.......> о наличии у ФИО2 охотничьего нарезного карабина <.......>; заключения экспертиз, которыми установлено, что след фрагмента беговой дорожки гусениц транспортного средства, зафиксированный графической таблицей к протоколу осмотра места происшествия, мог быть оставлен гусеницами снегохода <.......>, пять изъятых гильз и пуля являются частями автоматных охотничьих патронов калибра 7,62х39 мм промышленного изготовления к огнестрельному оружию как отечественного, так и иностранного производства, выстреляны из принадлежащего ФИО2 охотничьего нарезного карабина <.......>, рана на шкуре косули сибирской имеет признаки огнестрельной входной, возникла в результате одного выстрела из огнестрельного оружия одноэлементным снарядом, попадания пули, являющейся частью патрона калибра 7,62х39 мм, элементарный состав (состав металлов) на стенке повреждения лоскута шкуры косули соответствует элементному составу шлифа изъятой пули, на фрагменте изъятого с места мешка найдена кровь, принадлежность которой косуле не исключена, на фрагменте проволоки, которой был обвязан мешок с частями туши животного, обнаружены биологические следы, которые с вероятностью не менее 99,(9)308% произошли от ФИО1; иные доказательства, полно и правильно приведенные в приговоре.

Положенные в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, каждое из них проверено в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ и получило оценку по правилам, установленным ст. 88 УПК РФ, с точки зрения их допустимости, достоверности и относимости к инкриминированному преступлению, их совокупность суд обоснованно нашел достаточной для признания ФИО2 и ФИО1 виновными в совершении преступления, за которое они осуждены.

Рассмотренные и оцененные судом доказательства содержат исчерпывающие сведения относительно обстоятельств, имеющих значение для принятия правильного решения по настоящему делу. Выводы суда, изложенные в приговоре, в соответствии со ст. 240 УПК РФ основаны исключительно на непосредственно исследованных судом доказательствах.

Вопреки доводам жалоб, каких-либо существенных противоречий в этих доказательствах, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденных в содеянном, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Аналогичные приведенным в жалобах доводы о недопустимости доказательств проверялись судом первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными по изложенным в приговоре суда мотивам.

Приведенные в приговоре заключения экспертиз отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, а также Федеральному закону от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», и получили надлежащую оценку суда. Порядок назначения экспертиз не нарушен. Исследования проведены в соответствии с требованиями закона квалифицированными специалистами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Каких-либо противоречий между исследовательской частью заключений и выводами, равно как и между самими заключениями, не имеется.

Позиция осужденных и их защитников как по обстоятельствам дела в целом, так и по отдельным деталям обвинения доведена до сведения суда с достаточной полнотой и определенностью, и их версия исследуемых событий, как и приводимые осужденными в свою защиту доводы, получили объективную оценку наравне с другими доказательствами в приговоре.

Не доверять показаниям допрошенных в судебном заседании лиц у суда первой инстанции оснований не было, их показания объективно подтверждены совокупностью иных исследованных судом доказательств, анализ и оценка которым дана в приговоре. Судом апелляционной инстанции не усматривается каких-либо убедительных и объективных сведений о наличии у представителя потерпевшей организации и сотрудников <.......> при даче уличающих осужденных показаний оснований для искажения фактических обстоятельств и личной заинтересованности в исходе настоящего уголовного дела, а также оговора в связи с личными неприязненными отношениями, о чем заявляется в жалобах, равно как и существенных противоречий по обстоятельствам дела, ставящих их показания под сомнение. Аналогичные доводы об оговоре осужденных были предметом проверки суда первой инстанции отвергнуты как не нашедшие своего объективного подтверждения.

Показания свидетеля Свидетель №1 которые соответствуют положениям ст. 56, п. 2 ч. 2 ст. 74, ст. 79 УПК РФ, и при отсутствий оснований, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, обосновано положены в основу обвинительного приговора. Показания свидетеля последовательны, обстоятельны и подробны, каких-либо существенных противоречий не содержат и не противоречат другим исследованным в судебном заседании доказательствам, в том числе показаниям свидетеля Свидетель №2 и обстоятельствам, отраженным в протоколе осмотра места происшествия от 19 февраля 2023 года в части внешних характеристик предмета, которым был завязан мешок с частями туши животного, и обстоятельств вскрытия мешка. Не содержат показания свидетеля противоречий и в части количества следов механических транспортных средств на месте преступления: свидетель уверенно показал, что определил наличие следов двух снегоходов <.......>, которые он выявил путем следования от места, где был обнаружен ФИО1, по следам до места убоя животного, следы путались и пересекались, но объехав периметр Памятника природы, свидетель установил лишь два заезда снегоходов на его территорию, что исключало присутствие на нем других транспортных средств, что опровергает версию защиты о совершении преступления третьими, неустановленными лицами. Собственная субъективная оценка и трактовка защитой показаний свидетеля Свидетель №1 не свидетельствует об их недостоверности.

Осмотры места происшествия 19 и 20 февраля 2023 года проведены в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона (ст. 177 УПК РФ), протоколы следственных действий отвечают требованиям ст. 166 УК РФ, а результаты указанных следственных действий, которым в приговоре дана надлежащая оценка, правомерно использованы судом при постановлении приговора. Согласно графической таблице к протоколу осмотра места происшествия от 19 февраля 2023 года, следы транспортного средства на снежном покрове установлены в непосредственной близости от места, где обнаружен мешок с тушей косули, координаты которого зафиксированы и указаны в разделе «Обстоятельства дела» заключения эксперта <.......>, в связи с чем доводы жалобы адвоката Климанова С.П. в этой части являются необоснованными.

Аналогичные приведенным в жалобах доводы защиты о том, что механические транспортные средства – снегоходы <.......>, с использованием которых совершено преступление, не установлены, не осмотрены и не признаны вещественными доказательствами, были проверены судом, выводы в приговоре в указанной части мотивированы со ссылками на показания самих осужденных, свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №1, протокол осмотра фотографий, на которых ФИО1 зафиксирован на снегоходе <.......>, заключение эксперта <.......>, согласно которому эксперт не исключил, что след транспортного средства, зафиксированный графической таблицей к протоколу осмотра места происшествия от 19 февраля 2023 года, мог быть оставлен гусеницами снегохода <.......>, в связи с изложенным выводы суда в данной части сомнений не вызывают.

Заключение эксперта <.......> суд оценивал во взаимосвязи с другими фактическими данными, исследованными доказательствами, что обоснованно позволило суду положить его в основу приговора как доказательство виновности осужденных, а потому выводы данного заключения о том, след мог быть оставлен не только гусеницами снегохода <.......>, но и иным транспортным средством с аналогичными формами, размерами гусениц, на что в жалобах ссылаются защитники, не ставит под сомнение совокупность положенных в основу приговора доказательств, которыми установлено, что снегоходы <.......>, принадлежащие осужденным, использовались ими при совершении преступления. Вопреки доводам защиты, не ставит под сомнение выводы суда о совершении осужденными преступления с применением механических транспортных средств и то обстоятельство, что по делу не проведена экспертиза, которая бы подтвердила, что обнаруженные следы оставлены принадлежащими осужденным снегоходами <.......> с учетом индивидуальных особенностей их транспортных средств, так как данные снегоходы не были представлены для соответствующего исследования, однако наличие их у осужденных достоверно установлено исследованными судом доказательствами, приведенными в приговоре.

Что касается доводов о нарушении уголовно-процессуального закона при получении у ФИО1 образцов для сравнительного исследования, суд апелляционной инстанции отмечает следующее. Постановление о получении образцов для сравнительного исследования от 19 февраля 2023 года и соответствующее поручение о производстве отдельных следственных действий составлены надлежащим должностным лицом, что являлось предметом проверки суда первой инстанции, форма и содержание указанных процессуальных документов отвечает требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом (том 1 л.д. 81, 82). Ознакомление лица, в отношении которого вынесено постановление о получении образцов для сравнительного исследования, с этим постановлением перед производством соответствующего следственного действия не предусматривают нормы уголовно-процессуального закона (ст. 202 УПК РФ), поскольку указанное следственное действие подготавливается и проводится без предварительного уведомления лица об его проведении ввиду угрозы уничтожения (утраты) доказательств (определение Конституционного Суда РФ от 23.07.2020 № 1856-О). Таким образом, доводы защиты в указанной части основаны на неверном толковании уголовно-процессуального закона.

Далее, сведений о том, что при получении у осужденного ФИО1 образцов для сравнительного исследования были нарушены его права либо допущены такие нарушения в методике их получения, которые бы поставили под сомнение принадлежность их лицу, у которого они изъяты, либо результаты их экспертных исследований, материалы дела не содержат. Все участвующие в процессуальном действии лица подписали соответствующий протокол, который не содержит сведений о несогласии ФИО1 с предоставлением образцов для сравнительного исследования, а также каких-либо замечаний после прочтения ему содержания протокола вслух (том 1 л.д. 83, 84).

Относительно доводов о том, что при производстве следственного действия - получения образцов для сравнительного исследования - ФИО1 не были разъяснены его права и не принимали участие понятые, суд апелляционной инстанции обращает внимание, что ч. 10 ст. 166 УПК РФ прямо закрепляет, что протокол следственного действия должен содержать запись о разъяснении участникам следственных действий в соответствии с данным Кодексом их прав, обязанностей, ответственности и порядка производства следственного действия, которая удостоверяется подписями участников следственных действий, с учетом особенностей, предусмотренных статьей 189.1 этого же Кодекса. Вместе с тем ст. 202 УПК РФ допускает возможность принудительного получения образцов при условии обоснованности и соразмерности ограничения конституционных прав личности. Гарантированное ч. 1 ст. 51 Конституции РФ право не свидетельствовать против себя самого не исключает возможность проведения различных процессуальных действий, а также использования документов, предметов одежды, образцов биологических тканей и прочего в целях получения доказательств - при условии соблюдения установленной законом процедуры осуществления соответствующих действий, последующей судебной проверки и оценки полученных доказательств. Получение образцов для сравнительного исследования у подозреваемого, обвиняемого не относится к числу следственных действий, в которых участвуют понятые, и при проведении этого действия лицо не понуждается к свидетельствованию против самого себя по смыслу ст. 51 Конституции РФ, не делает заявлений о своей виновности и не представляет каких-либо доказательств (определение Конституционного Суда РФ от 29.09.2022 № 2183-О).

Отсутствие в ходе данного следственного действия защитника также не может быть отнесено к нарушениям уголовно-процессуального закона и права ФИО1 на защиту, поскольку требование о незамедлительном обеспечении права на помощь адвоката (защитника) не может быть распространено на случаи проведения следственных действий, не связанных с дачей лицом показаний и носящих безотлагательный характер, подготавливаемых и проводимых без предварительного уведомления лица об их проведении ввиду угрозы уничтожения (утраты) доказательств. К числу таких следственных действий относится и получение образцов для сравнительного исследования, которое не исключает участия явившегося защитника, однако и не приостанавливается для обеспечения его явки (определение Конституционного Суда РФ от 23.07.2020 № 1856-О).

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО7 (оперативный уполномоченный <.......>), которым у ФИО1 были отобраны образцы для сравнительного анализа, указал, что конверт, куда был помещен полученный образец, упаковывался в присутствии ФИО1, из кабинета, где проводилось следственное действие, ФИО7 не отлучался. О наличии каких-либо повреждений конверта заключения молекулярных экспертиз сведения не содержат. В связи с изложенным отсутствие подписи на конверте ФИО1 не может служить основанием для признания протокола следственного действия недопустимым доказательством, а версия защиты о том, что полученный образец мог быть нанесен на предмет, которым был перевязан мешок, содержащий мясо животного, является надуманной и с учетом изложенных выше обстоятельств не заслуживает внимания.

Вопреки доводам жалоб, фактов, которые могли бы свидетельствовать об искусственном создании доказательств по делу либо их фальсификации сотрудниками правоохранительных органов, а также существенном нарушении уголовно-процессуального закона, как при сборе доказательств на стадии предварительного расследования, так и при их исследовании и оценке судом непосредственно в ходе судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Так, версия защиты о том, что предмет, которым был перевязан мешок, мог быть обронен ФИО1 при ремонте снегохода, подобран и использован лицами, заинтересованными в собирании доказательств для привлечения его к уголовной ответственности, связана исключительно с избранной осужденными позицией защиты по делу и опровергается всей совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, положенных в основу приговора.

Далее, вопреки доводам защитников, заключения экспертиз вещественных доказательств <.......> прямо подтверждают то обстоятельство, что животное было убито пулей, установленной и изъятой в ходе осмотра места происшествия 20 февраля 2023 года, выстрел которой произведен из охотничьего нарезного карабина <.......>, принадлежащего ФИО2 Ссылки защиты на показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2 о том, что эта пуля не поражала животное, не ставят под сомнение выводы экспертных заключений, так как их показания в данной части носят предположительный характер, что прямо следует из их допроса, кроме того данные лица не являлись очевидцами непосредственной добычи осужденными животного. В свою очередь, эксперты, непосредственно исследовавшие представленные им для производства экспертизы предметы (пуля, лоскут шкуры животного особи косули сибирской), обладают специальными познаниями и достаточным опытом работы, были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Как следует из показаний свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, косуля сибирская - небольшое животное, тело которого характеризуется как мягкое и рыхлое, а протоколами осмотра, заключениями экспертиз установлен характер поражения животного пулей – навылет, соответственно отсутствие на пуле деформации, на что сделана ссылка в жалобах, не ставит под сомнение выводы экспертов.

Доводы жалоб, что заключение эксперта <.......> о том, что на месте преступления обнаружена кровь лося, а не косули, незаконная охота в отношении которой вменена осужденным, основаны на собственной оценке защитой выводов указанного заключения эксперта, которую нельзя признать обоснованной. Так, в выводах экспертного заключения прямо указано, что на фрагменте мешка <.......> найдена кровь лося, которая может принадлежать косуле, дифференцирование крови лося и косули провести не представляется возможным из-за отсутствия узко-специфичной преципитирующей сыворотки на белок крови косули (том 2 л.д. 87-91). Таким образом, эксперты не исключили принадлежность обнаруженной крови косуле. Также следует отметить, что согласно протоколу осмотра от 19 февраля 2023 года, при производстве которого привлекались специалисты, на месте преступления обнаружены внутренние органы и мешки с частями туши, шкурой, принадлежащими косуле сибирской (том 1 л.д. 94-115). Таким образом, данные доказательства не противоречат, а дополняют друг друга и согласуются с другими исследованными и приведенными в приговоре доказательствами.

Доводы о непричастности осужденных к преступлению со ссылкой на показания свидетеля Свидетель №1 о том, что он не заметил следов крови на снегоходах, на которых передвигались осужденные, на самих осужденных, а также то обстоятельство, что в смывах с рук осужденных не установлено следов крови животного, не заслуживают внимания, так как смывы с рук осужденных отобраны не в момент после непосредственного события преступления, что подтверждается показаниями специалиста ФИО14 в части давности гибели животного (не более 24 часов до осмотра), протоколом осмотра места происшествия от 20 февраля 2023 года, в графической таблице к которому зафиксирован внешний вид гильз, в совокупности с показаниями свидетеля Свидетель №1 о том, что снег налипает к отстрелянной гильзе и сохраняется на ней до 3-4 дней, а также тем обстоятельством, что туша животного уже была разделана и помещена в мешки, которые обнаружил Свидетель №1 после того, как им были обнаружены осужденные на территории Памятника природы.

Приведенные в жалобах многочисленные доводы о недопустимости и неотносимости добытых по уголовному делу доказательств со ссылками на неверное указание координат в процессуальных документах и как следствие в заключениях экспертиз, в обвинительном заключении и несоответствие их тому, как они зафиксированы протоколами осмотра места происшествия от 19 и 20 февраля 2023 года, являлись предметом проверки суда первой инстанции и мотивировано отвергнуты в приговоре. Как верно указал суд, координаты места преступления, и именно место производства выстрела, первичной переработки дикого животного, которые указаны в описании преступного деяния, соответствуют фабуле предъявленного осужденным обвинения в обвинительном заключении и протоколам осмотра места происшествия с приложенными к ним графическими таблицами. В процессуальных документах указаны обстоятельства возбужденного уголовного дела, помимо координат также указаны ориентиры местности, в связи с чем оснований сомневаться в относимости доказательств, добытых на основании оспариваемых процессуальных документов, не имеется, а перенесение экспертами в заключения обстоятельств дела из процессуальных документов не указывает на наличие нарушений при производстве экспертиз и недопустимости в связи с этим таких доказательств. Место совершения преступления судом установлено верно, на основании всей совокупности собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств.

Версия осужденного ФИО2 об утере оружия до события преступления тщательно проверялась судом, и в приговоре со ссылкой на доказательства, в том числе показания самого осужденного, данные в ходе предварительного следствия, приведены мотивы, по которым данная версия отвергнута. Оснований для вмешательства в выводы суда в указанной части суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд тщательно проверил показания ФИО2 и ФИО1 и, опираясь на исследованные доказательства и фактические обстоятельства, положил их основу приговора в той части, в которой они согласуются и дополняют другие представленные суду доказательства, совокупность которых указывает на причастность ФИО2 и ФИО1 к совершенному преступлению. При этом суд привел в приговоре мотивы, по которым отверг их же показания в части, противоречащей другим доказательствам, на основании которых судом установлены фактические обстоятельства дела.

С учетом анализа исследованных доказательств, суд правильно установил фактические обстоятельства дела и постановил обвинительный приговор, который не содержит каких-либо противоречий либо предположений, в том числе относительно вопросов, подлежащих доказыванию по уголовному делу в соответствии со ст. 73 УПК РФ.

При установленных судом фактических обстоятельствах дела, действия осужденных ФИО2 и ФИО1 каждого квалифицированы судом по ч. 2 ст. 258 УК РФ верно. При это выводы суда по вопросам уголовно-правовой оценки содеянного убедительно мотивированы, все признаки инкриминированного осужденным преступления получили в них объективное подтверждение. Новых обстоятельств, которые бы ставили под сомнение выводы суда по фактическим обстоятельствам дела, судом апелляционной инстанции не установлено, в апелляционных жалобах и в суде апелляционной инстанции стороной защиты не приведено.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах адвокатов, по существу сводятся к переоценке выводов суда, которые суд апелляционной инстанции находит правильными.

Назначенное осужденным наказание в виде штрафа с назначением в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ дополнительного наказания судом мотивировано. Суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденных, известные на момент вынесения приговора, отсутствие отягчающих обстоятельств и наличие смягчающих обстоятельств, которыми у ФИО1 признаны наличие малолетнего ребенка, наличие благодарственных писем и наград; у ФИО2 – положительные характеристики, наличие благодарственных писем и наград, беременность супруги. Также суд учел влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей

Обстоятельства, которые бы требовали своего обязательного признания смягчающими на основании ч. 1 ст. 61 УК РФ, но таковыми не были признаны судом, по делу отсутствуют.

Суд обосновал юридически значимые обстоятельства, касающиеся отсутствия оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ, мотивы принятого решения являются правильными.

По своем виду и размеру назначенное ФИО2 и ФИО1 наказание является соразмерным содеянному и данным о личности виновных, оснований считать его явно несправедливым вследствие чрезмерной суровости, суд апелляционной инстанции не находит.

Гражданский иск о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением, разрешен в соответствии с требованиями положений ст. 44 УПК РФ и ст. 1064 ГК РФ, согласно которым вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицами, причинившими вред. С учетом того, что совместными действиями осужденных был причинен вред, суд обоснованно принял решение об удовлетворении исковых требований в солидарном порядке.

Решение суда о сохранении ареста, наложенного на имущество осужденных в целях исполнения приговора в части назначенного осужденным основного наказания и обеспечения гражданского иска, отвечает требованиям уголовно-процессуального закона.

Решение суда о вещественных доказательствах отвечает требованиям ст. 81 УПК РФ.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Ярковского районного суда Тюменской области от 11 июня 2025 года в отношении ФИО2 и ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Муравьева С.Ю. и Климанова С.П. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, путем подачи с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции, а в случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении, - непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий