Апелляционное определение № 22-12607/2025 22-225/2026 от 28 января 2026 г.

Судья Жемчугина Е.В. Дело <данные изъяты><данные изъяты>

50RS0<данные изъяты>-<данные изъяты>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<данные изъяты>

<данные изъяты> 29 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Тюкиной Е.В.;

судей: Вьюнова А.В., Забродиной Н.М.;

при помощнике судьи Подорогиной С.В.;

с участием прокурора Крайней Н.В.;

осужденной ФИО5 в режиме видеоконференц-связи;

защитника – адвоката Ландарь Т.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Колесниковой Е.М. и осужденной ФИО5 на приговор <данные изъяты> городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, которым

ФИО5, <данные изъяты> года рождения, уроженка <данные изъяты>, гражданка <данные изъяты>, ранее не судимая,

осуждена по ч.1 ст.105 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Произведен зачёт в срок лишения свободы времени содержания ФИО5 под стражей в период с <данные изъяты> по <данные изъяты> включительно, с <данные изъяты> до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст.72 УК РФ.

С ФИО5 в пользу федерального бюджета взысканы процессуальные издержки в виде оплаты труда адвоката по назначению в размере 63 870 рублей.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств

Заслушав доклад судьи Вьюнова А.В., выступления адвоката Ландарь Т.С. и осужденной ФИО5, поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Крайней Н.В., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда, постановленным на основании вердикта коллегии присяжных заседателей ФИО5 признана виновной в совершении убийства ФИО, т.е. в умышленном причинении смерти другому человеку.

Преступление было совершено <данные изъяты> в <данные изъяты> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Колесникова Е.М. считает приговор суда незаконным и подлежащим отмене в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, допущенными в ходе судебного разбирательства, в том числе, нарушениями требований ст. 328 УПК РФ при отборе коллегии присяжных заседателей; ст. 335 УПК РФ, ограничивающих круг обстоятельств, подлежащих исследованию в присутствии присяжных заседателей; положений ст. 341 УПК РФ о тайне совещания присяжных заседателей. В обоснование своих доводов указывает о том, что в материалах дела содержатся три списка кандидатов в присяжные заседатели, которые имеют разную очередность включённых в них кандидатов. В частности, списки кандидатов от 25.12.2024г., 16.01.2025г. и от 11.02.2025г. составлены в алфавитном порядке, а список от 05.03.2025г. в произвольном, при этом защитник полагает, что в нарушение принципа случайной выборки в последнем списке была изменена очередность включения кандидатов в список с учётом ранее составленного списка кандидатов в присяжные заседатели, а также с учётом того, что часть кандидатов на момент формирования списка уже прошли стадию самоотводов и мотивированных отводов. Приводя положение ч.1 и ч.4 ст. 326 УПК РФ, обращает внимание на то, что по завершении отбора кандидатов в присяжные заседатели для участия в рассмотрении уголовного дела составляется предварительный список с указанием их фамилий, имен, отчеств и домашних адресов, который подписывается секретарем судебного заседания или помощником судьи, составившим данный список. В судебном заседании <данные изъяты> состоялся отбор кандидатов в присяжные заседатели и формирование коллегии присяжных заседателей для дальнейшего их участия при рассмотрении дела. Согласно протокола судебного заседания от <данные изъяты>, в нём отражено приглашение в зал суда 12-ти явившихся кандидатов в присяжные заседатели, однако из списка кандидатов в присяжные заседатели следует, что в него включено 13 кандидатов. Ссылаясь на положение ч.17 ст. 328 УПК РФ, автор жалобы указывает о том, что по завершению отбора коллегии присяжных заседателей по указанию председательствующего был составлен список оставшихся кандидатов в присяжные заседатели, который был составлен помощником судьи ФИО1, которая в тот день была «на больничном» и не присутствовала в судебном заседании, а протокол судебного заседания составляла секретарь ФИО2 В связи с изложенным сформированную коллегию присяжных заседателей защитник считает незаконной. Также защитник указывает о том, что в нарушение положений ч.7 ст. 335 УПК РФ, в ходе выступления в прениях сторон государственный обвинитель доводила до присяжных заседателей сведения, не относящиеся к предмету доказывания и фактическим обстоятельствам дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями, пытаясь таким образом вызвать у присяжных заседателей предубеждение в отношении подсудимой. На указанные действия гос.обвинителя, в отличие от реакции в отношении стороны защиты, председательствующий не реагировал. Также автор жалобы указывает о том, что после получения от коллегии присяжных заседателей вердикта, председательствующий удалился в совещательную комнату, по возвращению из которой, подозвав к себе старшину присяжных заседателей, что-то с ним обсуждал, при этом присутствующие в зале суда слышали об обсуждении вопроса о совершении преступления на почве личных неприязненных отношений, что подтверждается ответом присяжных заседателей на вопрос №2 вопросного листа, после чего присяжные заседатели вновь удалились в совещательную комнату, из которой вышли с вердиктом, который был признан не содержащим противоречий и провозглашен в зале суда. Таким образом, защитник полагает, что старшина присяжных заседателей в нарушение требований ст. 341 УПК РФ, до провозглашения вердикта, сообщил мнение коллегии об ответе на вопрос №2, нарушив тайну совещания присяжных заседателей. Просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО5 приговор суда считает незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи с нарушением требований ст. 335 УПК РФ, выразившихся в исследовании обстоятельств, не относящихся к фактическим обстоятельствам дела, подлежащим доказыванию с участием коллегии присяжных заседателей. Цитируя протокол судебного заседания, аналогично доводам жалобы защитника, осужденная указывает о допущении таких нарушений процессуального закона государственным обвинителем в прениях сторон. При этом указывает о высказывании гос.обвинителем доводов о её умышленной лжи, стремлении обмануть присяжных заседателей, оценке прокурором выводов заключения судебно-медицинской экспертизы по трупу потерпевшего и свидетелей по делу с обвинительным уклоном, выстраивании негативного мнения присяжных о личности подсудимой, что отразилось на ответах присяжных заседателей при вынесении ими вердикта. Отмечает, что председательствующий государственного обвинителя не останавливал, не разъяснял присяжным заседателем того, что они не должны принимать во внимание доводы гос.обвинителя, при этом стороне защиты, напротив, объявлялись неоднократные замечания. Также осужденная приводит в жалобе аналогичные с жалобой защитника доводы о нарушении судом требований ст. 328 УПК РФ при проведении отбора коллегии присяжных заседателей, составлении предварительного списка кандидатов в присяжные заседатели, подписании списка кандидатов в присяжные заседатели не тем сотрудником аппарата суда, нарушении требований ст. 341 УПК РФ после возвращении коллегии присяжных заседателей из совещательной комнаты и возвращении их обратно. Давая свою оценку доказательствам по делу, осужденная указывает о противоречии показаний специалиста ФИО4 выводам судебно-медицинской экспертизы по трупу потерпевшего, недостоверности его показаний о причинах возникновения у неё кровоподтеков в области грудной клетки, их противоречии заключению судебно-медицинской экспертизе по обнаруженным у неё телесным повреждениям. Цитируя показания свидетелей по делу в судебном заседании и на предварительном следствии, осужденная полагает, что их показания были оценены не верно, они не подтверждают её виновности в совершении преступления, чем была нарушена процедура судопроизводства по делу. Просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав стороны, судебная коллегия не находит оснований для их удовлетворения.

Вопреки доводам жалоб осужденной и защитника формирование коллегии присяжных заседателей произведено в соответствии с требованиями ст.ст. 328, 329 УПК РФ. Председательствующий, произнес перед кандидатами в присяжные заседатели краткое вступительное слово, как это требует ч.2 ст. 328 УПК РФ, сообщил, какое уголовное дело подлежит рассмотрению, какова предполагаемая продолжительность судебного разбирательства, разъяснил задачи, стоящие перед присяжными заседателями, и условия их участия в рассмотрении данного уголовного дела, предусмотренные УПК РФ.

Указание в протоколе судебного заседания от 05.03.2025 года о приглашении в зал суда для участия в отборе коллегии присяжных заседателей 12-ти явившихся кандидатов в присяжные заседатели судебная коллегия считает технической ошибкой, не повлиявшей на законность образованного состава коллегии присяжных заседателей, так как согласно предварительного списка кандидатов в присяжные заседатели от 05.03.2025г. в суд явилось именно 13 кандидатов (т.7 л.д.72), все явившиеся кандидаты участвовали в отборе коллегии присяжных заседателей и именно из данного количества кандидатов была сформирована коллегия присяжных. Согласно протокола судебного заседания от 05.03.2025г. по отбору коллегии присяжных заседателей присяжный заседатель №13 ФИО3 опрашивалась стонами на предмет возможности участия в судебном разбирательстве в качестве присяжного заседателя (т.7 л.д. 122, 124) и была отобрана в коллегию в качестве запасного присяжного заседателя под номером 8 (т.7 л.д. 76). Указанные доводы жалобы защитника председательствующий по делу рассмотрел в качестве замечаний на протокол судебного заседания с вынесением 25.11.2025г. постановления, в котором указал о верном количестве кандидатов, явившихся на отбор коллегии присяжных заседателей в количестве 13 человек (т.8 л.д.34).

Доводы жалоб защитника и осужденной о нарушении судом порядка составления предварительного списка кандидатов в присяжные заседатели в связи с составлением списков кандидатов в присяжные заседатели от 25.12.2024г., 16.01.2025г. и 11.02.2025г. в алфавитном порядке заслуживают внимание, однако отбор коллегии присяжных заседателей в указанных судебных заседаниях не состоялся, а коллегия присяжных заседателей была сформирована в судебном заседании 05.03.2025г., при этом предварительный список кандидатов в присяжные заседатели в алфавитном порядке уже не составлялся. Напротив, согласно указанному списку кандидатов, последние были в него включены по мере явки в суд (т.7 л.д. 72). Таким образом, указанный список кандидатов в присяжные заседатели в соответствии с требованиями ст. 326 УПК РФ был составлен путём случайной выборки.

Доводы жалоб защитника и осужденной об изменении судом в последнем списке кандидатов от 05.03.2025 года очередности включения кандидатов в список с учётом ранее составленного списка кандидатов в присяжные заседатели, а также с учётом того, что часть кандидатов на момент формирования списка уже прошли стадию самоотводов и мотивированных отводов, являются несостоятельными, свидетельствуют об искажении стороной защиты положений ст.ст. 326, 328 УПК РФ, а также разъяснений закона, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2005г. №23 (в ред. от 28.06.2022 №22) «О применении судами норм уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей», согласно которым, прежняя очередность кандидатов в присяжные заседатели в ранее составленных предварительных списках, в последующем предварительном списке кандидатов не учитывается. В соответствии с принципом случайной выборки кандидаты в присяжные заседатели включаются в предварительный список в последовательности их явки в судебное заседание, в которое они вызваны, без учёта их порядковых номеров в списке, по которому ранее отбор коллегии присяжных заседателей с их участием не состоялся. При этом препятствием для повторного участия кандидата в отборе коллегии присяжных заседателей является участие кандидата в качестве присяжного заседателя с вынесением вердикта по делу в течение календарного года (текущего года ч.3 ст. 326 УПК РФ), либо его участие в качестве присяжного заседателя по другому делу, в том числе, рассматриваемому в другом суде. Более того, по смыслу закона, даже в случае роспуска уже сформированной коллегии присяжных заседателей, в новой коллегии могут принимать участие присяжные заседатели, освободившиеся в связи с роспуском коллегии, если они не удалялись в совещательную комнату для вынесения вердикта. Составление списка, в который они включаются вместе с дополнительно вызванными кандидатами в присяжные заседатели, производится в порядке, предусмотренном ст. 326 УПК РФ, т.е. путём случайной выборки.

Таким образом, доводы жалоб о нарушении 05.03.2025г. порядка очередности включения кандидатов в список с учётом ранее составленного списка кандидатов в присяжные заседатели, являются несостоятельными, поскольку очередность кандидатов в присяжные заседатели в предварительных списках кандидатов, составленных в ранее прошедших судебных заседаниях, никакого значения для состоявшегося 05.03.2025г. отбора коллегии присяжных заседателей не имеет.

Доводы жалоб защитника и осужденной о подписании списка кандидатов в присяжные заседатели отсутствующим помощником судьи при наличии секретаря судебного заседания документально не подтверждены, и кроме того, даже в случае отсутствия подписи сотрудника аппарата суда в указанном списке, данное обстоятельство не влияет на законность проведенного отбора коллегии присяжных заседателей и не свидетельствует о вынесении вердикта незаконным составом суда, так как участие в формировании коллегии присяжных заседателей помощника судьи или секретаря судебного заседания прямо предусмотрено Главой 42 УПК РФ, в ходе отбора коллегии присяжных заседателей в соответствии с требованиями ст. 259 УПК РФ секретарем судебного заседания вёлся протокол, отбор коллегии присяжных заседателей проведен с соблюдением требований ст.ст. 326, 327, 328 УПК РФ; в ходе формирования коллегии присяжных заседателей сторонами в полной мере реализованы предоставленные законом процессуальные права, в том числе, право на опрос каждого из кандидатов в присяжные заседатели, на заявление мотивированных и немотивированных отводов, на подачу замечаний по процессу формирования по его окончании, на обращение с заявлением о тенденциозности сформированной коллегии. К кандидатам в присяжные заседатели, ранее являвшимся на отбор коллегии присяжных заседателей в предыдущие судебные заседания, у стороны защиты вопросов не возникло.

При этом председательствующим был удовлетворен мотивированный отвод кандидата в присяжные заседатели №6, заявленный стороной защиты; по завершению отбора коллегии присяжных заседателей каких-либо замечаний у адвоката Колесниковой Е.М. и подсудимой ФИО5 по процедуре отбора коллегии присяжных заседателей не возникло, также как и ходатайств о роспуске образованной коллегии присяжных заседателей в связи с тенденциозностью её состава. Претензий к составленному предварительному списку кандидатов в присяжные заседатели, списку сформированной коллегии присяжных заседателей и лицу их подписавшему, у стороны защиты также не имелось.

В отношении присяжных заседателей, вошедших в состав сформированной коллегии присяжных, судебная коллегия не усматривает обстоятельств, препятствующих участию кого-либо из них в качестве присяжного заседателя в рассмотрении уголовного дела, перечисленных в ч.ч. 2, 3 ст.3 и пункте 2 ст. 7 Федерального закона от 20 августа 2004 года № 113-ФЗ "О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации".

Вопреки доводам жалоб защитника и осужденной, судебное следствие проведено с соблюдением требований ст.ст. 15, 244 УПК РФ о состязательности и равноправии сторон, ст.ст. 252, 335 УПК РФ в пределах судебного разбирательства, с учётом особенностей судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей, а также их полномочиях, установленных ст. 334 УПК РФ.

В ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей исследовались только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.

Данных о том, что судебное следствие проведено предвзято либо с обвинительным уклоном, а председательствующий отдавал предпочтение какой-либо из сторон, нарушал свои профессиональные обязанности и права участников судебного разбирательства, из материалов дела не усматривается.

Вопреки утверждениям стороны защиты, в судебном заседании были созданы все необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела и обеспечена реализация принципа равноправия и состязательности сторон. Председательствующим судьей принимались меры, направленные на проведение судебного следствия в соответствии с требованиями положений ч. 7 ст. 335, ч. 1 ст. 252 УПК РФ, при этом им подробно и неоднократно разъяснялось сторонам о том, какой именно круг вопросов подлежит исследованию при допросе допрашиваемых в судебном заседании лиц.

Судья, как следует из протокола судебного заседания, своевременно и в корректной форме реагировала на допускаемые со стороны подсудимой многократные высказывания, носящие оценочный характер, а также касающиеся процессуальных вопросов, в связи с чем объявляла ей замечания и обращала внимание присяжных заседателей на необходимость не учитывать эти высказывания при вынесении вердикта, содержание которого, в частности, подтверждает независимость и беспристрастность мнения, сформировавшегося у коллегии присяжных заседателей в отношении подсудимой. Отсутствие таких замечаний государственному обвинителю, согласно протокола судебного заседания, связано с отсутствием фактов нарушения прокурором требований ст.ст. 335, 336 УПК РФ.

Все представленные сторонами допустимые и относимые к делу доказательства были всесторонне, полно, объективно и без ограничения сторон во времени исследованы в судебном заседании, заявленные ходатайства разрешены с учетом мнения сторон и в установленном законом порядке, реализовано право сторон на дополнение судебного следствия.

Как следует из протокола судебного заседания, стороны защиты и обвинения в равной степени участвовали в обсуждении и представлении доказательств, доводили до присяжных заседателей свою позицию по делу и ни одной из сторон каких-либо преимуществ не предоставлялось.

Вопреки доводам жалоб защитника и осужденной, стороны имели возможность довести свою позицию по делу до присяжных заседателей, и не были ограничены в праве представления доказательств, имеющих отношение к рассматриваемому делу.

В ходе допроса участников процесса сторонам обвинения и защиты была предоставлена равная возможность выяснить у допрашиваемых лиц все обстоятельства, имеющие значение для решения присяжными заседателями вопросов о преступлении, лице, его совершившим, и его виновности.

Не основаны на материалах судебного разбирательства также доводы защитника и осужденной о нарушении стороной обвинения при представлении и исследовании доказательств пределов судебного разбирательства, других нарушений уголовно-процессуального закона, повлиявших на ответы присяжных заседателей и влекущих отмену приговора.

Все ходатайства стороны защиты об исследовании в присутствии присяжных заседателей доказательств судом были рассмотрены с вынесением мотивированных решений, боснованность разрешения этих ходатайств сомнений у судебной коллегии не вызывает, поскольку вопрос о необходимости исследования тех либо иных доказательств решался судом в зависимости от обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, содержания выдвинутой осужденной версии преступных событий и значения этих доказательств для её подтверждения.

Недопустимые доказательства, а также доказательства, исследование которых противоречило бы требованиям ст.ст. 252, 334, 335 УПК РФ, присяжным заседателям не представлялись.

Судебное следствие по делу завершено с учетом мнения сторон и с предоставлением им права дополнить судебное следствие, чем сторона защиты воспользоваться не пожелала.

Вопреки доводам жалоб защитника и осужденной речь государственного обвинителя в прениях сторон соответствовала требованиям ст. 336 УПК РФ. Представление государственным обвинителем в состязательном процессе доказательств в обоснование своей позиции является процессуальной обязанностью прокурора, а высказывание прокурором своего мнения, относительно ложности показаний подсудимой в судебном заседании, надуманности версии стороны защиты, является её правом самостоятельной оценки доказательств по делу и не может расцениваться как оказание прокурором незаконного воздействия на коллегию присяжных заседателей. Обстоятельств и сведений, не относящихся к предмету доказывания и фактическим обстоятельствам дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями, прокурором присяжным заседателям не сообщалось.

Нарушений требований закона при формулировании вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, не допущено.

Из протокола и аудиозаписи судебного заседания от 16.04.2025г. усматривается, что председательствующим судьей был оглашен и передан сторонам на ознакомление проект вопросного листа, сторонам была представлена возможность заявить замечания и внести свои предложения относительно сформулированных для присяжных заседателей вопросов, которых у сторон не возникло.

При постановке вопросов перед присяжными заседателями, как следует из вердикта, председательствующим судьей были соблюдены требования ст.ст. 338, 339 УПК РФ, вопросы сформулированы в соответствии с предъявленным подсудимой обвинением, с учетом результатов судебного следствия и прений сторон, в понятных для присяжных заседателей формулировках и не требовали от них юридической оценки содеянного. В вопросах отсутствуют положения, которые требуют от присяжных заседателей юридических познаний или могут быть расценены, как содержащие в себе предрешение вопроса о виновности заранее. Противоречий в содержании вопросов относительно друг друга не установлено.

Напутственное слово председательствующего соответствует требованиям ст.340 УПК РФ. Как следует из напутственного слова, председательствующий судья в соответствии с требованиями закона изложила в нем содержание обвинения по инкриминируемому подсудимой деянию, разъяснила содержание уголовного закона, примененного обвинением для квалификации действий подсудимой, напомнила исследованные в суде доказательства, как уличающие, так и оправдывающие подсудимую, разъяснила основные правила оценки доказательств в их совокупности, напомнила присяжным заседателям о необходимости соблюдения тайны совещательной комнаты и принятой ими присяги. Данных, свидетельствующих о нарушении председательствующим принципа объективности и беспристрастности, выражения в какой-либо форме мнения по вопросам, поставленным перед коллегией присяжных заседателей, ссылок на недопустимые доказательства либо не исследованные доказательства, а также об искажении исследованных в судебном заседании доказательств и позиции сторон, из напутственного слова не усматривается.

Напоминая об исследованных в суде доказательствах, в том числе, о показаниях подсудимой, председательствующий судья не выражала своего отношения к этим доказательствам и не делала выводов относительно них. Не выражал председательствующий в какой-либо форме и свое мнение по вопросам, поставленным перед коллегией присяжных заседателей, не допустила искажения позиции сторон по делу.

После напутственного слова председательствующего коллегия присяжных заседателей удалилась в совещательную комнату для вынесения вердикта.

Отсутствуют объективные данные в том, что во время совещания присяжных заседателей в совещательной комнате находились посторонние лица, о недостаточном нахождении присяжных в совещательной комнате по времени, с учётом вынесения вердикта единодушно.

Доводы апелляционных жалоб защитника и осужденной о нарушении положений ст. 341 УПК РФ о тайне совещания присяжных заседателей в виде выхода присяжных заседателей из совещательной комнаты, последующего общения председательствующего в зале суда со старшиной присяжных заседателей, после чего коллегия присяжных заседателей была возвращена в совещательную комнату, по выходу из которой был провозглашен вердикт, что в жалобах стороны защиты расценено как сообщение председательствующему старшиной присяжных заседателей до провозглашения вердикта ответа коллегии присяжных на вопрос №2, судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку в соответствии с положениями части 2 ст. 345 УПК РФ, по выходу из совещательной комнаты старшина присяжных заседателей передает председательствующему вопросный лист с внесенными в него ответами. При отсутствии замечаний председательствующий возвращает вопросный лист старшине присяжных заседателей для провозглашения. Найдя вердикт неясным или противоречивым, председательствующий указывает на его неясность или противоречивость коллегии присяжных заседателей и предлагает им возвратиться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист.

Согласно протокола и аудиозаписи судебного заседания от 16.04.2025 года, изучив в своей совещательной комнате полученный от старшины присяжных заседателей вердикт, куда для его изучения судья имела право удалиться, возвратившись из совещательной комнаты, председательствующий сообщила о наличии в вердикте неясности при ответе на один из содержащихся в нём вопросов, в связи с чем, коллегия присяжных заседателей в соответствии с ч.2 ст.345 УПК РФ была возвращена председательствующим в совещательную комнату для устранения неясностей вердикта, по выходу из которой, вердикт присяжных заседателей председательствующим был признан ясным и непротиворечивым, после чего он был провозглашен старшиной присяжных заседателей в судебном заседании. При этом, согласно протоколу и аудиозаписи судебного заседания, до признания вердикта коллегии присяжных заседателей ясным и непротиворечивым, председательствующим сторонам был задан вопрос о наличии у них замечаний, связанных с вынесением вердикта, в том числе, заявлений о нарушении тайны совещательной комнаты, однако таковых от участников процесса не поступило.

Согласно положению вышеуказанной нормы процессуального закона, при проверке председательствующим судьёй вердикта коллегии присяжных заседателей на предмет отсутствия в нём неясностей и противоречий, председательствующему действительно становится известно содержание ответов коллегии присяжных заседателей в вопросном листе, однако нарушением тайны совещательной комнаты данный факт не является, так как прямо предусмотрен ст.345 УПК РФ. Ставшие известными председательствующему до провозглашения вердикта ответы коллегии присяжных заседателей, председательствующим сторонам не сообщаются, они озвучиваются старшиной присяжных заседателей непосредственно при оглашении вердикта, в обсуждении которого и формулировке ответов председательствующий не участвует. Таким образом, нарушений требований ст. 341 УПК РФ по настоящему делу допущено не было.

Оглашенный в судебном заседании вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным и непротиворечивым; каких-либо нарушений при оглашении вердикта судебная коллегия не усматривает.

В соответствии со ст. 389.27 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения, вынесенного с участием коллегии присяжных заседателей, не может являться несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции.

В связи с изложенным, доводы жалобы осужденной о недоказанности её вины по предъявленному обвинению, наличии противоречий между исследованными судом доказательствами по делу, в том числе, показаниями специалиста (эксперта) ФИО4 и заключением судебно-медицинской экспертизы, неверной оценке исследованных доказательств по делу, недостаточности доказательств её вины, судебной коллегией не могут быть приняты во внимание, так как в силу положений ст. 389.27 УПК РФ такие доводы не могут служить основанием для пересмотра приговора, постановленного с участием коллегии присяжных заседателей. Эти особенности обжалования приговора осужденной были своевременно разъяснены и понятны.

Заключения экспертов, показания специалиста (эксперта) ФИО4 в напутственном слове председательствующего последним приведены без искажения их содержания.

Предусмотренных ч.5 ст. 348 УПК РФ оснований для роспуска коллегии присяжных заседателей, вынесшей по делу обвинительный вердикт, председательствующим судьей правомерно не установлено.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые в соответствии со ст. 389.17 УПК РФ являются основаниями для отмены приговора, судебная коллегия не находит.

Правовая оценка действиям осужденной по ч.1 ст. 105 УК РФ соответствует описанному в приговоре преступному деянию, в совершении которого она признана виновной на основе обвинительного вердикта коллегии присяжных заседателей.

При назначении наказания суд учёл положения ст.ст. 6, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновной, влияние назначенного наказания на исправление подсудимой и условия жизни её семьи, признание её присяжными заседателями заслуживающей снисхождение, в связи с чем, при назначении наказания суд применил положение ч.1 ст. 65 УК РФ, без учёта отягчающего наказание обстоятельства. Все существенные для определения меры наказания обстоятельства суду были известны и учтены им в полной мере.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда о назначении ФИО5 наказания в виде реального лишения свободы, без назначения альтернативного дополнительного наказания, в связи с совершением ею умышленного особо тяжкого преступления, направленного против личности и жизни человека, с учётом сведений о её личности; выводы суда о возможности исправления осужденной исключительно в условиях изоляции от общества, судебная коллегия находит убедительными и правильными.

Суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для применения к ФИО5 положений ст.ст. 64, 73, а также ч. 6 ст. 15 УК РФ, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Назначенное ФИО5 наказание судебная коллегия считает справедливым и соразмерным содеянному.

Вид режима исправительного учреждения для отбывания ФИО5 наказания определен судом правильно.

С решением суда о взыскании с осужденной процессуальных издержек и распоряжением вещественными доказательствами по делу судебная коллегия соглашается.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор <данные изъяты> городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> в отношении ФИО5 оставить без изменения; апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции по правилам главы 47.1 УПК РФ.

Лица, указанные в ст.401.2 УПК РФ вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: