Апелляционное постановление № 22-841/2025 от 14 мая 2025 г.

Судья Маляганов В.В. Дело № 22-841/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Сыктывкар 15 мая 2025 года

Верховный Суд Республики Коми в составе

председательствующего судьи Михайлова С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Сивергиной В.Н.,

с участием прокурора Смирновой Е.О.,

осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката Корневой Л.Г. посредством видео-конференц-связи,

представителя потерпевшего ООО «...» ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его адвоката Корневой Л.Г. на приговор Усинского городского суда Республики Коми от 21 февраля 2025 года, которым

ФИО1, родившийся <Дата обезличена> в <Адрес обезличен>, гражданин Российской Федерации, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 216 УК РФ к штрафу в размере 20 000 рублей в доход государства.

От назначенного наказания ФИО1 освобожден на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Отменены мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а также арест, наложенный на земельный участок ФИО1

Исковые требования администрации МО «Усинск» и ООО «...» о взыскании с ФИО1 материального ущерба оставлены без рассмотрения, разъяснено представителям потерпевших о праве предъявления иска в порядке гражданского судопроизводства.

По данному уголовному делу постановлением Усинского городского суда Республики Коми от 17.02.2025 ФИО3 освобожден от уголовной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 216 УК РФ на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности, с прекращением в отношении него уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Доложив материалы дела, заслушав выступления осужденного ФИО1, защитника Корневой Л.Г., поддержавших доводы апелляционных жалоб, представителя потерпевшего ФИО2, оставившего разрешение жалоб на усмотрение суда, выступление прокурора Смирновой Е.О., полагавшей приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

согласно приговору, ФИО1, работая в ООО «...» (далее ООО «...») в должности ... пст. <Адрес обезличен>, нарушил правила безопасности при ведении работ ООО «...» по установке металлоконструкций на топливные резервуары котельной <Номер обезличен>, что повлекло по неосторожности причинение <Дата обезличена> крупного ущерба в результате пожара на общую сумму ... рублей.

Преступление совершено в пст. <Адрес обезличен> МО ГО «Усинск» Республики Коми при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Судебное разбирательство проведено в отсутствие осужденного ФИО1 на основании ч. 4 ст. 247 УПК РФ, который в ходе предварительного расследования вину в инкриминируемом деянии не признавал, утверждая, что не являлся ответственным за соблюдением правил безопасности при проведении работ подрядной организацией ООО «...» на территории котельной <Номер обезличен>. Также не согласился с размером причиненного материального ущерба из-за неверного определения размера уничтоженной в пожаре нефти, а сгоревшие резервуары не должны учитываться, так как не состояли на балансе у администрации МО ГО «Усинск».

В апелляционных жалобах осужденный ФИО1 и его защитник Корнева Л.Г., приводя аналогичные доводы, считают приговор незаконным, необоснованным, просят его отменить и вынести оправдательное судебное решение. В обоснование доводов, приводя дословно положения ст. 14, 15, 73, 85, 86, 87, 88, 302 УПК РФ, считают, что суд, постановив обвинительный приговор, нарушил эти нормы закона, поскольку невиновность ФИО1 в инкриминируемом ему деянии фактически установлена апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Коми от 16.05.2023 по делу № 2-697/2023.

В суде апелляционной инстанции защитник Корнева Л.Г., дублируя позицию осужденного о его невиновности в ходе предварительного расследования, обращает внимание на приказ <Номер обезличен> от <Дата обезличена> «О перераспределении обязанностей», согласно которому производственный контроль за опасными производственными объектами был возложен на исполнительного директора ООО «...» Г.В.С. Кроме этого, полагает, что непосредственную ответственность за осуществлением контроля за безопасностью проводимых опасных работ на территории котельной <Номер обезличен> несли ответственные лица ООО «...», непосредственно осуществляющее эти работы, а именно главный инженер К.К.В. Утверждает, что наряд-допуск <Номер обезличен> от <Дата обезличена> на проведение огневых работ на нефтяном хозяйстве котельной <Номер обезличен>, который подписал Мельников, не указывает о его виновности, поскольку он выдавался только на демонтаж площадки обслуживания резервуаров хранения нефти, а <Дата обезличена> пожар возник при монтаже лестниц на резервуаре, на что наряд-допуск не выдавался и, соответственно, осужденный не был ответственным за безопасность их проведения. Также считает, что не была установлена непосредственная причина возникновения пожара, а экспертиза по данному факту носит вероятностный характер. Полагает, что судья Маляганов В.В. не мог рассматривать уголовное дело, поскольку при обжаловании в порядке ст. 125 УПК РФ постановления следователя от <Дата обезличена> об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении иных должностных лиц, высказался по предмету доказывания в рамках обвинения ФИО1.

В возражениях государственный обвинитель Рябко А.Н. просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, а приговор – без изменения.

Проверив материалы дела в полном объеме в соответствии со ст. 389.19 УПК РФ, обсудив доводы жалоб, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Судом, вопреки мнению авторов жалоб, выяснены все обстоятельства, необходимые для правильного разрешения дела по существу. Проверка доказательств, их оценка проведены судом в точном соответствии требованиям ст. 87, 88, 240 УПК РФ. Суд апелляционной инстанции не находит повода не согласиться с убедительными выводами суда первой инстанции.

Несогласие стороны защиты с аргументированными и основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах выводами суда первой инстанции само по себе не свидетельствует о незаконности этих выводов.

Высказанные в жалобах суждения сводятся к переоценке доказательств, которые в свою очередь были оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности представленных по делу доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. Несовпадение оценки доказательств, данной судом в обвинительном приговоре, с позицией стороны защиты, изложенной в суде первой инстанции и в апелляционных жалобах, не свидетельствует о нарушении судом первой инстанции требований ст. 88 УПК РФ.

Оценка доказательств не в пользу стороны защиты не может рассматриваться как обстоятельство, свидетельствующее о необъективности и предвзятости суда.

Председательствующий обеспечил равноправие сторон, принял предусмотренные законом меры по соблюдению принципа состязательности, создал сторонам необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Ограничений в использовании своих прав стороной защиты, материалами дела не установлено.

В суде апелляционной инстанции проверены доводы защитника об обстоятельствах, которые могут поставить под сомнение объективность и беспристрастность судьи Маляганова В.В. при принятии решения по делу, который, по мнению стороны защиты, давал оценку обстоятельствам данного уголовного дела при обжаловании в порядке ст. 125 УПК РФ постановления следователя от 22.09.2023 об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении иных должностных лиц (т. 4 л.д. 198-204).

Данные обстоятельства не нашли своего подтверждения, поскольку судьей Малягановым В.В. велась организационная переписка по данному вопросу (постановление от <Дата обезличена> о возвращении жалобы генерального директора АО «...» для устранения недостатков ввиду отсутствия усиленной электронной подписи, письма от <Дата обезличена><Номер обезличен> на имя генерального директора АО «...», от <Дата обезличена><Номер обезличен> на имя прокурора г. Усинска), где не давалась оценка фактическим обстоятельствам рассматриваемого им уголовного дела.

Судом установлена совокупность доказательств, содержание которых подробно приведено в приговоре, на основании которых установлена виновность ФИО1 и опровергнута позиция сторона защиты об обратном, в числе которых:

Рапорт оперативного дежурного ОМВД России по г. Усинску, информационное донесение ЕДДС АМО ГО «Усинск», протокол осмотра места происшествия, заключение эксперта <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, которыми зафиксировано, что <Дата обезличена> на территории нефтяного хозяйства котельной <Номер обезличен> пст. <Адрес обезличен> ООО «...» произошло воспламенение при проведении сварочных работ в верхней части резервуара <Номер обезличен>, в результате которого возник пожар и пострадали все ... резервуара с топливом.

Свидетели Г.С.А. и Б.С.В., работники ООО «...», сообщили, что пожар на нефтяном хозяйстве возник в ходе проведения ими сварочных работ. Они в течение недели осуществляли работы на территории котельной <Номер обезличен> по установке лестниц на резервуары, в т.ч. с использованием сварки, в связи с чем с ними мастером котельной проводился перед этим инструктаж, но имелась ли в резервуарах нефть, им не сообщалось, и они исходили из того, что она отсутствует, поскольку при эксплуатации емкостей сварочные работы запрещены. Б.С.В. дополнительно указал, что <Дата обезличена> непосредственно осуществлял сварку в полуметре от горловины емкости, после чего произошло воспламенение и возник пожар на нефтяном хозяйстве. Сварочный аппарат находился на территории котельной.

К.К.В. – главный инженер ООО «...» (в отношении которого уголовное дело по ч. 1 ст. 216 УК РФ прекращено на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ), чьи показания оглашены в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, показал, что в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> на территории нефтяного хозяйства котельной <Номер обезличен> руководил выполнением работ по установке лестниц на топливных емкостях с использованием сварочных работ. Своих работников, в т.ч. сварщиков Г.С.С. и Б.С.В., допустил к сварочным работам, полагая, что топливные емкости были пустые, поскольку ответственные лица за техникой безопасности объектов котельной <Номер обезличен> не поставили его в известность об эксплуатации емкостей и наличии в них нефти. В безопасности работ убедился исходя из того, что выдан наряд-допуск на проведение огневых работ повышенной опасности по демонтажу площадки обслуживания резервуара хранения нефти.

Свидетель М.С.Ф., начальник <Адрес обезличен> котельных и тепловых ООО «...», разъяснил, что ФИО1 было известно о проводимых работах ООО «...» по установке на топливные емкости лестниц и площадок на нефтяном хозяйстве действующей котельной <Номер обезличен>, о чем сообщал ему лично, а также Мельников присутствовал на совещаниях, где обсуждались эти вопросы. Кроме того им выписан общий акт-допуска от <Дата обезличена> подрядной организации ООО «...» на территорию котельной <Номер обезличен> для проведения этих работ. ФИО1 он давал указание контролировать работы подрядчика, при этом Мельников в силу своих должностных обязанностей был обязан контролировать все работы на территории котельной, в т.ч. и подрядной организаций в целях соблюдения безопасности.

По факту пожара на нефтяном хозяйстве котельной <Номер обезличен> проведено служебное расследование комиссией в состав которого входили: Г.К.С. – генеральный директор ООО «...»; Б.А.Н. – руководитель службы охраны труда и промышленной безопасности ООО «...»; О.В.В. – главный специалист-эксперт отдела государственного экологического надзора по <Адрес обезличен> управления Росприроднадзора; З.В.А. – главный инженер АО «...»; Г.М.М. – главный инженер АО «...»; Р.М.С. – начальник отдела охраны труда промышленной и пожарной безопасности и охраны окружающей среды АО «...»; Н.Д.В. – начальник территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Коми в г. Усинске; К.Э.В. – начальник отдела промышленной безопасности АО «...».

Данные члены комиссии допрошены в качестве свидетелей, чьи показания подробно приведены в приговоре, которые пояснили, что фактические обстоятельства произошедшего отражены в акте, где было установлено:

По договору подряда от <Дата обезличена><Номер обезличен> в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> ООО «...» проведены ремонтные работы на резервуарах хранения нефти ...... <Номер обезличен> и <Номер обезличен> котельной <Номер обезличен><Адрес обезличен>, после чего руководством ООО «...» принято решение о необходимости проведения дополнительных работ по изготовлению и монтажу площадок обслуживания данных емкостей. ООО «...» в адрес ООО «...» направлено письмо от <Дата обезличена> «О дополнительных работах», без согласования на проведение дополнительных работ и заключения дополнительного соглашения» с управляющей компанией АО «...». На основании письма от <Дата обезличена> начальником УРКи ТС ООО «...» М.С.Ф. составлен акт-допуска для производства ремонтных работ и определены ответственные должностные лица, со стороны заказчика — мастер УРКиТС ООО «...» Мельников, со стороны подрядчика — главный инженер ООО «...» К.К.В. В акте-допуске указаны мероприятия, проведение которых необходимо до начала работ, а также которые должны производится постоянно во время производства работ. При осуществлении огневых работ на объекте, технологическое оборудование необходимо пропарить, промыть, очистить, освободить от пожаровзрывоопасных веществ и отключить от действующих коммуникаций. Данные работы можно провести в летний период, когда остановлена котельная. Мастер Мельников в силу должностных полномочий обязан был осуществлять контроль за соблюдением техники безопасности на территории котельной <Номер обезличен>.

Работники ООО «...» М.Е.В., Н.А.В. также подтвердили, что на момент производства работ подрядной организацией емкости эксплуатировались, в них находилась товарная нефть.

О том, что мастеру ФИО1 было известно о проведении на территории нефтяного хозяйства действующей котельной <Номер обезличен> работ подрядной организацией с использованием огневых работ, также подтверждаются и письменными документами, в числе которых:

Договор подряда <Номер обезличен> от <Дата обезличена> между заказчиком ООО «...» и подрядчиком ООО «...» о выполнении работы по капитальному ремонту тепловой изоляции резервуаров хранения нефти <Номер обезличен> и нефтепроводов котельной <Номер обезличен>;

Письмо <Номер обезличен> от <Дата обезличена> ООО «...» направленного в адрес ООО «...» для проведения дополнительных работ на вышеуказанных объектах по изготовлению и монтажу площадки обслуживания;

Акт-допуска от <Дата обезличена>, согласно которому ООО «...» допущено на территорию котельной ООО «...» для производства ремонтных работ, где контроль за границами работ и общим соблюдением правил техники безопасности возложен на мастера ФИО1;

Наряд-допуск <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, составленный между заказчиком и подрядчиком, на проведение огневых работ по демонтажу металлоконструкций котельной <Номер обезличен> в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>, где расписался мастер Мельников как ответственный за пожарную безопасность;

Журнал, в котором <Дата обезличена> Мельников провел инструктаж на рабочем месте котельной <Номер обезличен> по технике безопасности в т.ч. по инструкции <Номер обезличен> со сварщиками ООО «...» в т.ч. Г.С.С., Б.С.В..

То, что Мельников в силу должностного положения обязан был осуществлять контроль на территории нефтяного хозяйства котельной <Номер обезличен> за соблюдением границ производства работ и правил техники безопасности судом первой инстанции правильно установлено на основании документов, содержание которых подробно приведено в приговоре, в числе которых: приказ <Номер обезличен> от <Дата обезличена> о приеме ФИО1 на должность мастера котельных и тепловых сетей <Адрес обезличен>; должностная инструкция, где на основании п. 2.3, 2.10, 2.12, 2.15, 2.16 на него возложены вышеуказанные обязанности, в т.ч. принятие мер по прекращению работ в случае угрозы здоровья и жизни работающих; удостоверения о прохождении обучений и аттестаций о том, что ему известны требования охраны труда и пожарной безопасности; инструкция по охране труда <Номер обезличен> о мерах безопасности в котельной <Номер обезличен> о нахождении на ее территории взрыво-опасных объектов, в т.ч. резервуаров для хранения нефти, предусматривающая при выполнении всех видов огневых работ очистить место его проведения от горючих веществ и материалов, привести во взрывопожаробезопасное состояние (п. 2.8.2), а также запрещено проводить огневые работы на оборудовании и коммуникациях, заполненных горючими жидкостями и газами (п. 2.8.3).; инструкция <Номер обезличен> о мерах пожарной безопасности на объектах ООО «...», которой на основании п. 6.4.4, 6.4.5, 6.4.8, 6.4.9, 6.5, установлен запрет на проведение огневых работ в аппаратах и коммуникациях, заполненных горючими и токсичными веществами, а в случае их проведения технологическое оборудование должно быть освобождено от пожаровзрывоопасных веществ.

В результате пожара были уничтожены три резервуара хранения нефти на общую сумму ... рублей, принадлежащих администрации МО «Усинск», а также нефть в общем объеме ... тонн стоимостью ... рублей, принадлежащая ООО «...».

Эти обстоятельства подтверждены договором аренды имущества о муниципальной собственности котельной <Номер обезличен>, выпиской из реестра, справкой о стоимости уничтоженной нефти, ответом Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации МО «Усинск», показаниями представителя потерпевшего администрации МО «Усинск» Б.М.Е., представителя потерпевшего ООО «...» К.Е.В., председателя Комитета по управлению имуществом администрации МО «Усинск» С.Н.А., при этом последняя разъяснила, что уничтоженные емкости отдельно на учете не состоят, поскольку входят в состав имущества котельной <Номер обезличен>, которая без них функционировать не сможет, и относятся к муниципальному имуществу.

Свидетели Б.А.Н. и М.С.Ф. дополнительно указали, что после пожара осталась нефть, но она была залита водой, пеной, в связи с чем специализированной организацией вывезена для утилизации, а сгоревшие емкости сданы на металлолом.

Суд апелляционной инстанции находит, что судом первой инстанции в соответствии со ст. 73-74 УПК РФ исследован достаточный круг доказательств.

Доводы стороны защиты о том, что не была установлена причина пожара, а заключение эксперта <Номер обезличен> носит вероятностный характер, в связи с чем необходимо проведение дополнительной экспертизы, обосновано отклонены судом первой инстанции, поскольку причина пожара установлена не только на выводах этой экспертизы, соответствующей требованиям, установленным положениями п. 10 ч. 1 ст. 204 УПК РФ и ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «Об экспертной деятельности», но и на основании совокупности доказательств, которые согласуются между собой и взаимодополняют друг друга, в том числе показаний сварщиков Б.С.В. и Г.С.С., непосредственно проводивших огневые работы, в ходе которых произошло возгорание.

Суд проанализировал все исследованные доказательства в их совокупности и дал им надлежащую правовую оценку с приведением мотивов, по которым принял во внимание одни доказательства и критически оценил другие (в т.ч. приказы директора «...» <Номер обезличен> от <Дата обезличена> «О перераспределении обязанностей», <Номер обезличен> от <Дата обезличена> «Об организации контроля за пожарной безопасностью», вменение обязанности ФИО1 по непосредственному освобождению резервуаров от нефти, выводы акта служебного расследования об установлении виновных, а также частное мнение о виновных свидетелей и представителя потерпевшего ООО «...»).

При этом, несмотря на позицию стороны защиты о виновности иных лиц, судом правильно определены пределы судебного разбирательства, предусмотренные ст. 252 УПК РФ, которое проведено только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Следует отметить, что согласно разъяснению, данному в п. 7 постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2018 «О судебной практики по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных работ или иных работ либо промышленной безопасности опасных производственных объектов», если требования охраны труда, правила безопасности при ведении горных или иных работ, а равно правила промышленной безопасности опасных производственных объектов были нарушены двумя или более лицами, обладающими признаками субъекта преступления, предусмотренного в т.ч. ст. 216 УК РФ, то содеянное каждым из них влечет уголовную ответственность по данной норме при условии, что допущенные нарушения специальных правил находились в причинной связи с наступившими последствиями, указанными в названной статье УК РФ.

Судом первой инстанции в судебном заседании достоверно установлено, что Мельников являлся субъектом преступления, предусмотренного ст. 216 УК РФ, поскольку на него возложены обязанности соблюдать правила безопасности на вверенном ему объекте котельная <Номер обезличен>, а наступившие последствия в виде уничтожения собственности от возгорания находятся в причинной связи с нарушением ФИО1 специальных правил, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Мельников знал, что работники подрядной организации выполняли работы, в т.ч. огневые, по изготовлению лестниц и площадок на резервуарах для хранения нефти, которые в момент проведения работ являлись действующими, в связи с чем не должен был допускать работников подрядной организации к работам без соблюдения правил безопасности, но совершил инкриминируемое деяние по небрежности, поскольку не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своего бездействия, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия. При этом все работники подрядной организации указали, что им не была доведена информация о наличии в емкостях нефти.

Доводы стороны защиты о том, что Мельников не знал о проведении огневых работ подрядной организацией, опровергаются объективно нарядом-допуском <Номер обезличен> от <Дата обезличена> (т. 2 л.д. 18) на демонтаж металлоконструкций, с которым ознакомлен осужденный письменно.

Мнение защиты, что <Дата обезличена> проводились работы по монтажу лестниц, а не демонтажу металлоконструкций, что подразумевало выдачу отдельного наряда-допуска, само по себе не влияет на выводы суда о виновности ФИО1, поскольку он был обязан следить за соблюдением правил безопасности всех работ на действующих резервуарах с нефтью, а как следует из показаний свидетеля М.С.Ф., осужденный знал обо всем объеме необходимых дополнительных работ.

Размер ущерба определен правильно, на основании исследованных документов и показаний вышеуказанных лиц. Тот факт, что резервуары на учете не отражены, не исключает их фактическое уничтожение, поскольку они входили в комплекс котельной <Номер обезличен>, которая находилась в собственности администрации МО «Усинск». Мнение стороны защиты, что нефть после пожара можно было использовать по назначению, является предположением и объективными доказательствами не подтверждено. Утилизация емкостей, непригодных к дальнейшему использованию, не влияет на установление размера причиненного ущерба от возгорания.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Коми от 16.05.2023 по делу № 2-697/2023, на которое ссылается осужденный с защитником в качестве аргумента о невиновности, было известно суду первой инстанции и им обоснованно указано, что его выводы сами по себе не предопределяют выводы суда о подлежащих доказыванию обстоятельствах по настоящему уголовному делу, которые установлены в ходе судебного разбирательстве на основе всей совокупности доказательств, включая не исследованные при разбирательстве гражданского дела доказательства, подлежащие рассмотрению в установленных уголовно-процессуальных законом процедурах.

Юридическая оценка деяния инкриминированного ФИО1 соответствует установленным судом первой инстанции фактическим обстоятельствам уголовного дела и является верной, оснований для ее изменения не имеется.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о его личности, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, судом обоснованно признаны и учтены в полном объеме: наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка; хроническое заболевание.

Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами и не находит новых обстоятельств, входящих в перечень предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, а также обстоятельств, значимых для назначения наказания и достаточных оснований для признания их в качестве смягчающих в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Суд при назначении наказания учел все значимые обстоятельства и определил тот вид и размер наказания, который посчитал достаточным для исправления осужденного.

Назначенное ФИО1 наказание за совершенное преступление является справедливым, законным и соразмерным содеянному, соответствующим требованиям как ст. 6 УК РФ, так и ст. 43 УК РФ, в связи с чем оснований для его смягчения суд апелляционной инстанции не находит.

При этом судом обоснованно применены положения п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ и п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Усинского городского суда Республики Коми от 21 февраля 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через суд 1 инстанции в течение шести месяцев со дня его вынесения. В случае кассационного обжалования осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий - С.А. Михайлов