Апелляционное определение № 22-775/2026 от 1 апреля 2026 г.

Председательствующий Полещук А.В. Дело № 22-775/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 2 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Омского областного суда в составе председательствующего судьи Бондаренко А.А.

судей Погребной Н.В., Винклер Т.И.,

при секретаре судебного заседания Михайленко А.А.,

с участием прокурора Опаленко А.С.,

осужденных ФИО1, ФИО2

защитников – адвокатов Омельченко М.Э., Крахоткина А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению и дополнений к нему прокурора <...> Омской области ФИО, апелляционным жалобам осужденного ФИО1 с дополнениями и его адвоката Омельченко М.Э., осужденного ФИО2 и его адвоката Крахоткина А.В. на приговор Тевризского районного суда Омской области от 19 января 2026 года, которым

ФИО1, <...>

осужден по ч. 3 ст. 260 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 8 месяцев, с лишением права заниматься лесозаготовительной деятельностью на срок 1 год 6 месяцев, по ч. 3 ст. 260 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев, с лишением права заниматься лесозаготовительной деятельностью на срок 1 год 4 месяца, по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 2 года, со штрафом в размере 200 000 рублей.

В соответствии с ч. 3 и ч. 4 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний назначено ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 6 месяцев с лишением его права заниматься лесозаготовительной деятельностью на срок 2 года 6 месяцев и штрафом в размере 200 000 рублей.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года 6 месяцев, с возложением на осужденного соответствующих обязанностей.

Срок отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься лесозаготовительной деятельностью ФИО1 постановлено исчислять с момента вступления приговора суда в законную силу. Дополнительное наказание в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно,

ФИО2, <...>

осужден по ч. 3 ст. 260 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев, с лишением права заниматься лесозаготовительной деятельностью на срок 1 год 4 месяца, по ч. 3 ст. 260 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 1 год 4 месяца, с лишением права заниматься лесозаготовительной деятельностью на срок 1 год 2 месяца.

В соответствии с ч. 3 и ч. 4 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний ФИО2 назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев с лишением его права заниматься лесозаготовительной деятельностью на срок 2 года.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года, с возложением на осужденного соответствующих обязанностей.

Срок отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься лесозаготовительной деятельностью ФИО2 постановлено исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск удовлетворен частично, солидарно с ФИО1 и ФИО2 в бюджет муниципального округа <...> Омской области взыскан материальный ущерб в размере <...>

Арест, наложенный на принадлежащие ФИО1 автомобили <...> – сохранен до исполнения приговора в части возмещения ущерба и штрафа.

Приговором также разрешены вопросы по мере пресечения, процессуальным издержкам и определена судьба вещественных доказательств по делу.

Заслушав доклад судьи Погребной Н.В., выступления прокурора Опаленко А.С., поддержавшей доводы как основного, так и дополнительного апелляционного представления, осужденных ФИО1, ФИО2, их защитников – адвокатов Омельченко М.Э., Крахоткина А.В., возражавших против удовлетворения апелляционного представления, поддержавших доводы апелляционных жалоб с дополнениями, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Согласно обжалуемому приговору ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за то, что, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений, а ФИО1 с использованием своего служебного положения, произвели две незаконные рубки лесных насаждений с помощью наемных рабочих, не осведомленных об их преступных намерениях, в особо крупном размере, причинив лесному фонду Российской Федерации в лице <...> материальный ущерб в особо крупном размере на сумму <...>

Кроме того, этим же приговором ФИО1 признан виновным и осужден за то, что, действуя группой лиц по предварительному сговору с лицом, дело в отношении которого выделено в отдельное производство, совершил покушение на незаконное перемещение через Государственную границу Российской Федерации с государствами – членами Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС стратегически важных товаров и ресурсов в крупном размере, а именно круглого лесоматериала необработанного, с неудаленной корой, семейства сосновые (Pinaceae) рода Сосна (Pinus), вида Сосна сибирская, кедровая (Pinus Sibirica) сортимент – бревна в количестве 42 штук, общим объемом 22,4581 м3, стоимостью свыше 100 000 рублей, используя при этом товаросопроводительные документы, содержащие недостоверные сведения о товаре, с целью пересечения Российско-Казахстанской Государственной границы.

Преступления совершены в период с <...> по <...> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции ФИО1 и ФИО2 вину в совершении преступлений не признали.

В апелляционном представлении прокурор <...> Омской области ФИО не согласился с приговором суда ввиду его незаконности и необоснованности, неправильного применения уголовного закона, несправедливости назначенного чрезмерно мягкого наказания. В обоснование своей позиции обратил внимание на ряд допущенных судом нарушений.

Так, ФИО1 осужден по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года со штрафом в размере 200 000 рублей. При этом санкция указанной статьи предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от пяти до десяти лет со штрафом в размере до 1 000 000 рублей. Вместе с тем, суд при определении размера наказания для ФИО1 указал на отсутствие оснований для применения положений ст. 62, 64 УК РФ, ввиду чего, наказание в размере 2 лет лишения свободы противоречит правилам назначения наказания, установленных УК РФ, срок определен неверно, поскольку установленный судом размер наказания ниже низшего, определенного санкцией указанной статьи, и как следствие назначенное наказание окончательно по трем эпизодам с применением положений ст. 69 УК РФ также является незаконным.

Автор представления привел доводы и о несогласии с квалификацией действий ФИО1, предусмотренных ст. 226.1 УК РФ, обратил внимание на факт отсутствия в приговоре мотивов квалификации действий ФИО1 по ч. 3 ст. 30 УК РФ. Указал, что ФИО1 в составе группы лиц по предварительному сговору были приняты все исчерпывающие меры по подготовке, изготовлению и подаче товарно-транспортных документов с ложными сведениями о наименовании и количестве транспортируемых лесоматериалов, что свидетельствует о совершении ФИО1 действий по контрабанде путем использования документов, содержащих недостоверные сведения о товаре.

Отметил, в том числе ссылаясь и на показания свидетелей ФИО, ФИО, что поскольку участниками внешнеэкономической сделки были подготовлены все необходимые документы и приняты уполномоченными органами, осуществляющими контроль за движением лесоматериалов, факт не пересечения Государственной границы РФ не является основанием расценивать данные преступные действия как покушение.

Помимо изложенного отмечает, что по настоящему уголовному делу судом не были в полной мере выполнены положения ст. 6, 60 УК РФ, а применение положений ст. 73 УК РФ в отношении ФИО1 не способствовало достижению целей наказания.

Также государственный обвинитель указал на редакционное изменение, подлежащее внесению в приговор суда.

Так, на листе 1 приговора указано, что ФИО1 и ФИО2, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, произвели две незаконные рубки лесных насаждений в особо крупном размере, при этом в указанной формулировке не указано, о том, что ФИО1 совершено преступление с использованием своего служебного положения.

Просил изменить приговор суда:

- квалифицировать действия ФИО1 по п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ как незаконное перемещение через Государственную границу РФ с государствами – членами Евразийского экономического союза стратегически важных ресурсов в крупном размере, совершенные группой лиц по предварительному сговору, назначив наказание в виде лишения свободы на срок пять лет шесть месяцев, со штрафом 200 000 рублей;

- назначить ФИО1 наказание по эпизоду незаконной рубки лесных насаждений в деляне № <...> площадью 0,8 га, в лесничестве <...> квартал № <...>, выдел № <...> в виде лишения свободы на срок 3 года 4 месяца со штрафом в размере <...> рублей, с лишением права заниматься лесозаготовительной и лесоперерабатывающей деятельностью, на срок 2 года 6 месяцев;

- назначить ФИО1 наказание по эпизоду незаконной рубки лесных насаждений в деляне № <...> площадью 2, 0 га, в лесничестве <...>, квартал № <...>, выдел № <...> в виде лишения свободы на срок 3 года 3 месяца со штрафом в размере <...> рублей, с лишением права заниматься лесозаготовительной и лесоперерабатывающей деятельностью, на срок 2 года 6 месяцев.

В соответствии с ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет со штрафом в размере 500 000 рублей, с лишением права заниматься лесозаготовительной и лесоперерабатывающей деятельностью, на срок 3 года.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ определить отбывание наказания в исправительной колонии общего режима, избрав меру пресечения в виде заключения под стражу.

Исключить суждения суда о квалификации действий ФИО1 как покушение на п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ.

В случае признания правильной квалификации действий ФИО1 по ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ, назначить по данному преступлению наказание в виде 5 лет 6 месяцев лишение свободы в соответствии с низшим пределом санкции статьи и штрафом в размере 200 000 рублей, а по совокупности всех преступлений, в соответствии с ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет со штрафом в размере 500 000 рублей, с лишением права заниматься лесозаготовительной и лесоперерабатывающей деятельностью, на срок 3 года.

В дополнительном апелляционном представлении государственный обвинитель указал о том, что суд в описательно-мотивировочной части приговора не привел суждений о юридической оценке действий ФИО1, ФИО2 по ч. 3 ст. 260 УК РФ со ссылкой на часть и статью УК РФ. В тоже время при установлении фактических обстоятельств и описании преступных деяний суд отразил инкриминируемые виновным квалифицирующие признаки. В этой связи автор представления предлагает дополнить приговор указанием о том, что суд квалифицирует действия ФИО1 по эпизоду с деляной в квартале № <...> по ч. 3 ст. 260 УК РФ – незаконная рубка лесных насаждений в особо крупном размере, совершенная лицом с использованием своего служебного положения, группой лиц по предварительному сговору; по эпизоду с деляной в квартале № <...> по ч. 3 ст. 260 УК РФ – незаконная рубка лесных насаждений в особо крупном размере, совершенная лицом с использованием своего служебного положения, группой лиц по предварительному сговору. Действия ФИО2 суд квалифицирует по эпизоду с деляной в квартале № <...> по ч. 3 ст. 260 УК РФ – незаконная рубка лесных насаждений в особо крупном размере, совершенная группой лиц по предварительному сговору; по эпизоду с деляной в квартале № <...> по ч. 3 ст. 260 УК РФ – незаконная рубка лесных насаждений в особо крупном размере, совершенная группой лиц по предварительному сговору.

Кроме того, автор представления привел доводы о том, что при разрешении вопроса, касающегося ареста на имущество, в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора приведены некорректные формулировки, противоречащие положениям УПК РФ и разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ. Полагал, что суду следовало указать о сохранении ареста на автомобили <...> до исполнения приговора в части гражданского иска и дополнительного наказания в виде штрафа.

Просил изменить приговор по доводам основного и дополнительного апелляционного представления.

В апелляционной жалобе адвокат Крахоткин А.В., действующий в интересах осужденного ФИО2, не согласился с приговором суда ввиду его незаконности. Привел доводы об отсутствии факта доказанности вины ФИО2 в совершении инкриминируемых ему деяний.

В обоснование своей позиции отметил, что перечетом древесины в двух делянах № <...> ФИО2 занимался не единолично, а совместно с ФИО, в силу своих должностных обязанностей.

Кроме того, в судебном заседании был установлен факт того, что изначально правом на заготовку древесины в указанных делянах на основании договора купли-продажи лесных насаждений стал владеть предприниматель ФИО, который в дальнейшем и предложил ФИО2 готовить древесину. Таким образом, автор жалобы выразил мнение о том, что ФИО1 и ФИО2 не совершали и не намеревались совершать какие-либо действия для того, чтобы ФИО2 в дальнейшем стал заниматься заготовкой древесины именно в указанных делянах.

Указав на то, что доказательства виновности ФИО2 в приговоре основаны исключительно на предположениях, сослался в том числе на показания свидетелей ФИО, ФИО, ФИО, отметил, что в судебном заседании ФИО2 привел убедительные доводы об ошибках стороны обвинения при определении размера предполагаемого ущерба, а также указал, что в представленных доказательствах стороны обвинения имеется множество противоречий, которые не были устранены в судебном разбирательстве.

Просил отменить оспариваемое решение суда, вынести оправдательный приговор по делу.

В апелляционной жалобе адвокат Омельченко М.Э., действующая в интересах осужденного ФИО1, выразила несогласие с приговором суда ввиду его незаконности и необоснованности в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактически установленным обстоятельствам дела в части наличия событий вменяемых в вину преступлений, доказанности умысла на совершение вменяемых преступлений, их целей и мотивов.

Автор жалобы посчитала неправильной, не отвечающей требованиям ст. 87, 88 УПК РФ и носящей явный обвинительный уклон оценку доказательств, представленных сторонами и исследованных судом, в том числе, и в части определения размера ущерба, якобы причиненного вменяемыми ФИО1 преступлениями.

Просила отменить приговор суда, оправдать ФИО1, в связи с его непричастностью к совершению преступлений, отсутствием события преступления, отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный ФИО1 выразил несогласие с обвинительным приговором суда вследствие его незаконности и необоснованности, посчитал его вынесенным с нарушением его прав на судебную защиту, указал о невиновности в инкриминируемых ему деяниях.

Обратил внимание на неправильный расчет размера контрабандных лесоматериалов. Указал, что древесина принадлежала ИП ФИО, а доводы последнего о своей непричастности к продаже древесины в Казахстан являются несостоятельными.

Также, акцентировал внимание на факты подмены доказательств, повлекшие незаконный вывод о виновности ФИО1 в контрабанде. В том числе отметил, что цены на древесину, использованные в товароведческой экспертизе не соответствуют реальным ценам на лесоматериалы с учетом срока и условий их хранения, а также эксперт ФИО3 не осматривала объекты, не исследовала их, и поэтому вынесла заключение с нарушением правил закона и требований ГОСТов по вычислению объема лесоматериалов.

В отношении эпизода, связанного с выделом 11, отметил, что не мог договариваться с ФИО2 о незаконной рубке до отвода деляны № <...>, потому что не мог знать, кто конкретно будет работать по заготовке на этом арендном участке из лесозаготовителей, кому подойдет деляна, так как она еще не была отведена и оттаксована на тот момент. Указал, что не совершал действий по вырубке и только выполнял возложенные руководством обязанности. Привел доводы о несогласии с расчетом причиненного вреда, полагая, что он сделан с нарушением методов расчета объема, на основе и с учетом незаконно зафиксированных пней.

В отношении эпизода, связанного с выделом 16, также отметил факт отсутствия доказательств предварительного сговора на незаконную рубку с ФИО2, доказательств использования служебного положения с целью совершить преступление. Выразил мнение о том, что расчет размера по вырубленной сосне был произведен неверно, суд оставил без внимания, что при этом в расчет вреда включены объемы тех деревьев, которые были срублены в <...> в ходе проходной рубки.

Помимо прочего, высказал мнение о необъективности суда, выразившееся в нарушении равенства прав сторон, так как сторона защиты и он были лишены необходимого времени для подготовки к судебным прениям, а приговор был провозглашен уже через час после удаления суда в совещательную комнату, что свидетельствует о заранее принятом судебном решении.

Отметил неправильную оценку доказательств, произведенную судом первой инстанции, а также более подробно остановился на доводах, свидетельствующих, с его точки зрения, о его невиновности в совершении инкриминируемых деяний.

В частности, в отношении эпизода совершения незаконной рубки в период с <...> по <...>, с <...> по <...> отметил факт отсутствия умысла на совершение преступлений, а также законности составленных деклараций и всех документаций. Указал, что именно ФИО предложил ФИО2 произвести вырубку вместо него. Обратил внимание, что незаконность его действий относительно делян носит исключительно предположительный характер, а подлинность законных документов, утвержденных ГУЛХ не вызывает сомнений.

Указал на факт вменения в отношении него судом как незаконных абсолютно законных, по его мнению, действий по отводу и таксации, произведенные им в связи с должностными обязанностями, а в приговоре фактически формулируется иное преступление, связанное со злоупотреблением полномочиями.

Помимо прочего, привел доводы о том, что размер вреда по рубке в квартале 80 выдел 16 деляна 4, принятый судом, является недостоверным.

Выразил мнение о том, что судом было принято незаконное решение о признании его виновным в совершении преступления в отношении деляны № <...> квартала 83 выдела 11. Обратил внимание, что суд недостоверно установил место якобы совершенного преступления, принял за основу недостоверный расчет вреда, произведенный с нарушением норм материального уголовного закона, правоприменительных актов. Также, считает, что судом оставлено без внимания установленное доказательствами стороны защиты и подтвержденное доказательствами обвинения наложение двух делян 2016 года рубки и 2021 года и довод о законности рубки в квартале 83 и отсутствии в его действиях состава и события преступления. Кроме того, отметил факт неверного изложения в приговоре показаний свидетеля ФИО

Помимо изложенного, привел доводы о неверном выводе суда о доказанности его соучастия в покушении на контрабанду. Так, по его мнению, судом не был учтен факт его оговора со стороны свидетелей ФИО и ФИО Кроме того, не имеется и объективных, достоверных доказательств в обоснование причинения крупного размера от покушения на незаконное пересечение границы, а судом были необоснованно отвергнуты доводы защиты о нарушениях, допущенных при производстве и назначении экспертизы № <...>. Также обратил внимание, что правоохранительными органами не был допрошен гражданин ФИО, показания которого могли существенным образом повлиять на ход расследования дела.

Высказал мнение о причастности ФИО к контрабанде, о ложности его показаний о непричастности к сделке с ФИО4, что подтверждается, в том числе и показаниями свидетеля ФИО Отметил, что судом были необоснованно не учтены показания ряда свидетелей по делу (ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО) относительно факта того, что качество бревен, цена на них снижается к концу лета – началу осени.

На основании изложенного, просил отменить приговор, вынести в отношении него оправдательный приговор либо направить уголовное дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение в ином составе.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 не согласился с приговором суда, считая его незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением его прав, что повлекло назначение незаконного и несправедливого наказания, взыскание денежных средств по заявленному иску за преступления, которые он не совершал. Привел в жалобе доводы, аналогичные изложенным в апелляционной жалобе осужденного ФИО1

В отношении эпизода, связанного с выделом 11, обратил внимание, что не мог договориться с ФИО1 о незаконной рубке до отвода деляны № <...>, так как указанную деляну в заготовку ему передал ФИО, сам ему ее предложил и предоставил соответствующие документы. Также привел доводы о несогласии с расчетом вреда, причиненного преступлениями.

В отношении эпизода, связанного с выделом 16, отметил отсутствие доказательств предварительного сговора на незаконную рубку с ФИО1 Указал, что лесоделяну для заготовки ему предложил ФИО, он же показал ее в натуре, отдал на нее документы. Привел доводы о том, что расчет размера по вырубленной сосне был произведен неверно.

Просил отменить приговор, вынести в отношении него оправдательный приговор либо направить уголовное дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение в ином составе.

На апелляционные жалобы осужденных и их защитников представителем <...> ФИО поданы возражения, в которых он просил оставить их без удовлетворения, а приговор изменить по доводам апелляционного представления.

На апелляционные жалобы осужденных и их защитников прокурором <...> Омской области ФИО поданы возражения, в которых он просил оставить их без удовлетворения, а приговор суда изменить по доводам апелляционного представления.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб с дополнениями, поданных возражений, судебная коллегия пришла к следующим выводам.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Согласно ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Уголовное дело рассмотрено законным составом суда, нарушений требований ст. 63 УПК РФ по уголовному делу не допущено.

Судебное разбирательство в суде первой инстанции проведено в соответствии с положениями глав 35-39 УПК РФ. Данных, свидетельствующих о разбирательстве дела в отношении осужденных с обвинительным уклоном, несоблюдении судом принципа презумпции невиновности, равноправия и состязательности сторон, необоснованном отклонении заявленных сторонами ходатайств, а также других нарушениях уголовно-процессуального закона, способных путем ограничения прав участников судопроизводства повлиять на правильность принятого решения, протокол судебного заседания не содержит.

Доказательства, представленные сторонами в ходе судебного разбирательства, в соответствии с требованиями ст. 14, 17, 87, 88 УПК РФ исследовались, проверялись и оценивались судом первой инстанции на предмет относимости, допустимости, достоверности, а в своей совокупности – достаточности для постановления в отношении ФИО1, ФИО2 обвинительного приговора.

В основу выводов о виновности ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 260, ч. 3 ст. 260, ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ, ФИО2 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 260, ч. 3 ст. 260 УК РФ, судом первой инстанции обоснованно положены показания представителя потерпевшего ФИО, свидетелей ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, ФИО

Так, из показаний свидетеля ФИО следует, что по просьбе ФИО она осуществляла бухгалтерское сопровождение и ведение документации по учету леса, принадлежащего ФИО1, но заключенных от имени ФИО При этом ей звонил сам ФИО1 и просил ее сделать договоры купли-продажи древесины между ИП ФИО и <...> Также она вела отдельный учет в ЕГАИС древесины, которая принадлежала ФИО1 Денежные средства, которые поступали на счет ФИО за продажу древесины, которая учитывалась как ФИО1, отдавались последнему. Также с заработанных денежных средств ФИО1 со счета ФИО оплачивались договоры с <...> Документы на продажу древесины ФИО1 ФИО готовила она, древесина принадлежала ФИО1 Далее по просьбе ФИО и ФИО1 она им готовила документы для поставки в Казахстан. По просьбе ФИО1 и ФИО из документов на загрузку вагонов поставку древесины в Казахстан были убраны сведения о древесине породы кедр, тогда как изначально они там были. ФИО1 свою древесину продавал в Казахстан только ФИО, но юридически все оформлялось через ФИО Сам ФИО с ФИО не работал, свою древесину ему не продавал. Также сам ФИО указывал ей о том, что он приобретает древесину у ФИО1 и денежные средства за древесину ему принадлежат. О том, что в товаросопроводительных документах через границу в <...> не был указан кедр, ФИО1 и ФИО знали, но решили не указывать.

Свидетель ФИО в ходе его допроса в судебном заседании, а также после оглашенных его показаний фактически подтвердил показания свидетеля ФИО, добавив, что в делянах № <...>, кварталах 80 и 83, древесину готовили ФИО1 и ФИО2 с бригадой, последний возил древесину на берег <...> в <...> Кроем того, указал, что ФИО1 готовил договоры подряда и продажи древесины от его имени с <...> также ФИО1 и отводил эти деляны.

Таким образом, судом первой инстанции достоверно установлено, что показаниями свидетелей ФИО и ФИО, а также представленными суду фонограммами с телефонными переговорами, подтверждаются факты вступления ФИО1 в преступный сговор с лицом, дело в отношении которого выделено в отдельное производство, заключения договора купли-продажи № <...> от <...> с ИП ФИО именно подсудимым ФИО1, а не ФИО или иным лицом, действовавшим от имени ИП ФИО, и совершения ФИО1 всех дальнейших действий в рамках указанного договора.

Свидетель ФИО поясняла, что в <...> она составляла ведомость материально-денежной оценки лесосеки, расположенной в лесном квартале № <...> лесотаксационного выдела № <...>, лесоделяны № <...><...> участкового лесничества <...>, а именно в <...> она находилась на рабочем месте, к ней подходил заместитель директора <...> ФИО1, который передал ей ведомость перечета вышеуказанной лесосеки, в которой было указано количество и породный состав древесины сырорастущей, местоположение лесосеки с указанием площади, и дал ей указание согласно данной ведомости перечета составить ведомость материальноденежной оценки лесосеки. Далее, согласно материалам отвода и ведомости материально-денежной оценки, она составила лесную декларацию, после чего отправила ее в <...> для утверждения. Лесная декларация, материалы отвода, ведомость материально-денежной оценки на вышеуказанную лесосеку была принята и утверждена <...>. Непосредственно в лесных участках она не находилась, отводами лесоделян не занималась, составляла ведомость материально-денежной оценки лесосек на основании переданных ей перечетных ведомостей. В <...> ведомость материально-денежной оценки лесосеки, расположенной в лесном квартале № <...>, лесотаксационном выделе № <...>, лесоделяны № <...><...> составлял заместитель директора <...> ФИО1, а лесную декларацию на данную лесосеку составляла она на основании материалов отвода и ведомости материально-денежной оценки лесосеки. Договоры подряда на выполнение лесохозяйственных работ и договоры купли-продажи лесных насаждений составляет заместитель директора <...> ФИО1

Свидетель ФИО пояснял, что при осмотре места происшествия, расположенного на территории выдела № <...> квартала № <...>, деляны № <...><...>, границы были определены верно, нарушений допущено не было. На данной деляне четко просматривались границы в связи с лучшей сохранностью деляночных столбов и визиров.

Свидетель ФИО пояснял, что он принимал две деляны совместно с ФИО1, завизирной рубку не выявлял, фактическую кубатуру на момент заготовки не сверял.

Свидетель ФИО пояснял, что работал на деляне в квартале № <...><...> с ФИО2 в <...>. ФИО2 обеспечивал питание. По завершению работы ФИО2 заплатил ему и ФИО, который работал с ним на данной деляне. Бензопилы предоставлял ФИО2 Сам ФИО2 также работал на деляне, вытаскивал лес с территории деляны. Погрузкой древесины, заготовленной в указанной деляне, занимался ФИО, на лесовозе работал ФИО2 Они заготовили около 50 м3 березы, около 120-130 м3 осины, которые там преобладали, то есть всего около 175-180 м3 древесины лиственных пород, также древесину хвойных пород, в объеме не менее 30-40 м3, также часть спиленной древесины они оставляли в волоках, так как она была тонкомером. Вблизи деляны имелись старые выруба, соответственно, старые пни, но там заготовку они не осуществляли, а также часть древесины (осинник) в границах деляны не вырубали за ненадобностью. Подтвердил, что осуществлял работы на деляне, зафиксированной в ходе осмотра места происшествия от <...>, также подтвердил, что спиливали мелкие хвойные деревья в деляне, в том числе и кедр.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО от <...> следует, что он осуществлял лесозаготовку на деляне № <...>, выдел 16, квартал 80 урочища «Бородинское» Бородинского участкового лесничества Тевризского лесничества Омской области. Вместе с ним работали ФИО, ФИО2 и ФИО Работу ему предложил ФИО2 Пилили деревья бензопилой, принадлежащей ФИО2 Объем заготовленной древесины в деляне составил около 80 м3. Среди заготовленных деревьев преобладала сосна, было несколько деревьев породы кедр, возможно, ель, точно не помнит, а лиственных деревьев (береза и осина) было всего несколько штук. Рядом с деляной действительно проходили рубки, но в деляну № <...> они не заходили, они работали за границей деляны. ФИО5 пней в деляне № <...>, выдел 16, квартал 80, не было.

Свидетель ФИО указал, что на работу в деляну его пригласил ФИО2, который предоставил для работы всю технику и ГСМ, оплачивал труд работников. В тот момент, когда ФИО2 привез ФИО в деляну, ФИО1 находился в деляне и осуществлял её отвод в присутствии ФИО и ФИО2 Также ФИО1 осуществлял контроль за заготовкой древесины в деляне.

Свидетель ФИО пояснял, что ему предъявлялся протокол осмотра места происшествия от <...>, фототаблица, ведомости перечета и диск к нему, а также расчет размера вреда от рубки лесных насаждений, пройденной в <...> в деляне № <...>, выделе 11, квартале 83 Бородинского участкового лесничества <...> от <...>. Подтвердил, что осуществлял погрузочные работы древесины, заготовленной на указанной в протоколе осмотра деляне, по договоренности с ФИО2

Свидетель ФИО пояснял, что летом <...> он совместно с сотрудниками полиции трижды выезжал на осмотр делян в <...> для определения объема заготовленной древесины, перечета пней и определения породного состава, а также выявления нарушений при заготовке древесины. При осмотре пней в случае возникновения споров по породе они производили спилы, которые позже направляли на экспертизу. В осматриваемых делянах старых пней не было, все были свежесрубленные, признаков гниения на пнях не было. Также он совместно с ФИО в <...> участвовал в осмотре железнодорожных вагонов с хвойной древесиной на сортировочной станции в г. Омске, приглашался для определения породы кедр. Древесина находилась погруженной в семи вагонах. Второй раз выезжал на осмотр древесины в г. Омске на <...>, древесина уже была сложена в штабеля. Отдельно отсортировывалась древесина, схожая с кедром. При обнаружении кедра, с бревен делались спилы, бревна помечались краской, производились замеры бревен. По указанию руководства <...> он производил расчеты объема кедра, который был остановлен на границе при отправке в <...>.

Оснований не доверять показаниям указанных лиц суд первой инстанции не усмотрел, также не усмотрела таких оснований судебная коллегия, поскольку эти показания полностью согласуются между собой и получены надлежащими должностными лицами в установленном законом порядке. В приговоре с достаточной полнотой приведено содержание показаний указанных лиц с отражением всех существенных обстоятельств, влияющих на правильность установления фактических обстоятельств по делу и на квалификацию действий осужденных. Обстоятельств, свидетельствующих о наличии у свидетелей оснований для оговора осужденных, из материалов уголовного дела не усматривается.

Позиция стороны защиты, осужденных, сводящаяся к тому, что ФИО1, ФИО2 инкриминируемые им преступления не совершали, о том, что заготовку древесины в указанных делянах осуществлялась по просьбе ФИО и для ФИО, являлась предметом рассмотрения и оценки судом первой инстанции, пришедшего к обоснованному выводу о ее несостоятельности, с которым судебная коллегия не находит оснований не согласиться.

Кроме того, суд правильно оценил критически показания осужденных ФИО2, ФИО1 о их непричастности к незаконной рубке, а также показания осужденного ФИО1 о его непричастности к совершению покушения на незаконное перемещение через Государственную границу Российской Федерации с государствами – членами Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС стратегически важных товаров и ресурсов в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, как опровергающиеся исследованными в судебном заседании доказательствами.

Также суд первой инстанции обоснованно положил в основу приговора письменные доказательства (содержание которых подробно изложено в приговоре), собранные надлежащим должностным лицом в установленном законом порядке, достоверность содержания этих документов подтверждается совокупностью иных доказательств, положенных в основу выводов суда, в том числе показаниями вышеуказанных свидетелей.

Проведенные по делу экспертизы были назначены в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, проведены с привлечением экспертов, имевших необходимую профессиональную подготовку и квалификацию. Оснований сомневаться в компетентности экспертов и объективности сделанных ими заключений у суда первой инстанции не имелось, не находит таких оснований суд апелляционной инстанции. К положенным в основу приговора выводам заключений эксперты пришли на основании представленных для исследования материалов уголовного дела. Экспертные заключения оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ и ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», получены в соответствии с требованиями норм УПК РФ, эксперты предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, им были разъяснены положения ст. 57 УПК РФ, экспертные исследования проведены на основании постановлений следователя, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию экспертов, которые имеют соответствующее образование, квалификацию и стаж работы, при этом выводы экспертов непротиворечивы, научно обоснованы, мотивированны.

Данных, свидетельствующих о том, что заключения эксперта получены с нарушением требований уголовно-процессуального закона, свидетельствующих о недопустимости указанных доказательств, не имеется. Выводы экспертов согласуются с совокупностью иных доказательств, положенных в основу выводов суда, в связи с чем судебная коллегия соглашается с тем, что данные выводы положены судом в основу приговора.

Судом первой инстанции верно приняты за основу представленные стороной обвинения расчеты сумм ущерба, которые соответствуют утвержденным Правительством Российской Федерации таксам и методикам, действующими на момент совершения преступления, с чем соглашается и судебная коллегия.

Предварительное следствие проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Нарушений закона при сборе и закреплении доказательств по делу допущено не было. Каких-либо данных об искусственном создании сотрудниками правоохранительных органов доказательств обвинения, либо об их фальсификации, в материалах дела не имеется, по делу собрано достаточно доказательств, на основании которых суд пришел к обоснованному выводу о виновности осужденных в инкриминируемых им деяниях.

Судебная коллегия признает приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств убедительными. Существенные противоречия в доказательствах, не устраненные судом и требующие истолкования в пользу осужденных, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности их виновности, по делу отсутствуют.

Анализ приведенных в приговоре доказательств свидетельствует о том, что фактические обстоятельства дела судом установлены верно и по делу обоснованно постановлен обвинительный приговор. Несовпадение оценки доказательств, сделанной судом, с позицией стороны защиты и осужденных, утверждавших о незаконности и необоснованности приговора, недоказанности виновности осужденных, несогласии с принятием и исследованием доказательств, по существу сводится к переоценке доказательств (к чему оснований не имеется), не указывает на нарушение судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены состоявшегося судебного решения по делу.

При постановлении приговора суд мотивировал свои выводы о виновности ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 260, ч. 3 ст. 260, ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ, ФИО2 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 260, ч. 3 ст. 260 УК РФ, так, как того требует уголовно-процессуальный закон. Оснований для иной оценки доказательств судебная коллегия не усматривает.

Размер причиненного ущерба установлен правильно на основании исследованных по делу доказательств, в частности произведенных специалистом <...> ФИО от <...> и <...> расчетов объема и суммы причиненного ущерба, оснований не доверять которым у суда первой инстанции не имелось.

Таким образом, учитывая, что представленные стороной обвинения расчеты сумм ущерба специалиста ФИО выполнены правильно, соответствуют утвержденным Правительством Российской Федерации таксам и методикам, действующим на момент совершения преступлений, у суда первой инстанции не имелось оснований для принятия в качестве доказательств расчетов сумм ущерба, произведенных осужденным ФИО1

По эпизоду по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ при расчете стоимости лесоматериалов суд первой инстанции верно исходил из результатов товароведческой экспертизы, а не представленной ФИО1 справки о стоимости лесоматериалов, истребованные им у ИП ФИО, ИП ФИО, ИП ФИО, <...> поскольку при производстве товароведческой экспертизы за основу также были взяты сведения о стоимости лесоматериалов данных лесозаготовителей. Кроме того, данные свидетели были допрошены в судебном заседании, дали пояснения относительно стоимости лесоматериалов; оснований сомневаться в достоверности результатов экспертного исследования относительно стоимости круглых лесоматериалов у суда первой и апелляционной инстанции не имеется.

Квалификация незаконных действий ФИО1, ФИО2 по ч. 3 ст. 260 УК РФ – как незаконная рубка лесных насаждений, совершенная в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, а ФИО1 в т.ч. с использованием своего служебного положения, действий ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ – как совершение покушения на незаконное перемещение через Государственную границу Российской Федерации с государствами – членами Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС стратегически важных товаров и ресурсов в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, сомнений у судебной коллегии не вызывает, оснований для оправдания ФИО1, ФИО2, как об этом ставится вопрос в жалобах, не имеется.

Оценив совокупность доказательств, суд правильно установил фактические обстоятельства дела и пришел к достоверному выводу о доказанности виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемых им деяний. Предположительных суждений судом в приговоре не допущено, принцип презумпции невиновности, вопреки доводам стороны защиты, не нарушен.

Вопреки доводам апелляционного представления, установив фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что действия ФИО1 необходимо квалифицировать в соответствии с ч. 3 ст. 30 УК РФ, как покушение, поскольку преступные действия ФИО1, направленные на незаконное перемещение через государственную границу Российской Федерации стратегически важных ресурсов в крупном размере, не были доведены им до конца, в связи с пресечением этих действий сотрудниками правоохранительных органов в результате оперативно-розыскной деятельности.

Действительно, согласно абз. 2 п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О судебной практике по делам о контрабанде" от <...> N 12, в тех случаях, когда при контрабанде применяются иные способы незаконного перемещения товаров или иных предметов, например, недостоверное декларирование или использование документов, содержащих недостоверные сведения о товарах или иных предметах, контрабанда признается оконченной с момента представления таможенному органу таможенной декларации либо иного документа, допускающего ввоз на таможенную территорию Союза или вывоз с этой территории товаров или иных предметов, в целях их незаконного перемещения через таможенную границу.

Однако, в данном случае преступные действия ФИО1 и лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, были пресечены до предоставления документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, таможенному органу.

Вопреки доводам стороны обвинения Рослесхоз – это федеральный орган исполнительной власти, который осуществляет контроль и надзор в области лесных отношений (за исключением лесов на особо охраняемых природных территориях), а также оказывает государственные услуги и управляет государственным имуществом в этой сфере. Он находится в ведении Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации. Таможенные же функции, в том числе контроль за перемещением товаров через таможенную границу, осуществляет Федеральная таможенная служба (ФТС России). При этом Рослесхоз участвует в регулировании оборота древесины, например, осуществляет государственный надзор в сфере транспортировки, хранения и учёта древесины (ст. 96.2 Лесного кодекса РФ). Также агентство взаимодействует с ФТС, а также ОАО «РЖД» в рамках информационного обмена данными о сделках с древесиной и транспортировке в целях контроля предельных объемов вывоза лесоматериалов.

В связи с изложенным судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о квалификации действий ФИО1 в данном деянии как неоконченного преступления, при совершении которого преступные действия не были доведены им до конца, в связи с пресечением их сотрудниками правоохранительных органов в результате оперативно-розыскной деятельности, и лесоматериал не пересек Государственную границу РФ.

Доводы прокурора о том, что суд в описательно-мотивировочной части приговора не привел суждений о юридической оценке действий ФИО1, ФИО2 по ч. 3 ст. 260 УК РФ со ссылкой на часть и статью УК РФ, являются неубедительными.

Анализ приговора показывает, что суд, устанавливая фактические обстоятельства и описывая преступные деяния, которыми виновные лица ФИО1 и ФИО2 завладели древесиной в особо крупном размере, отразил все инкриминируемые им квалифицирующие признаки. В частности, суд указал на совершение незаконной рубки лесных насаждений в кварталах № <...> и № <...>, признав данные действия совершенными группой лиц по предварительному сговору. Более того, в приговоре содержится вывод о том, что ФИО1 совершил данные деяния, используя свое служебное положение.

Таким образом, несмотря на формальное отсутствие в описательно-мотивировочной части прямой ссылки на ч. 3 ст. 260 УК РФ по каждому эпизоду в отдельности, содержание приговора позволяет однозначно установить правовую оценку действий осужденных. Суждения суда о квалификации действий ФИО1 и ФИО2 фактически изложены в других частях приговора, в том числе при описании доказательств и установлении фактических обстоятельств дела.

Учитывая изложенное, необходимость дополнения приговора, предложенная государственным обвинителем, отсутствует, поскольку она не влияет на законность и обоснованность приговора.

Вместе с тем, доводы представления о не указании в описании деяния, совершенного ФИО1, квалифицирующего признака «с использованием своего служебного положения» на л. 1 приговора, заслуживают внимания.

Так, действительно на листе 1 приговора, формулировка обвинения гласит: "ФИО1 и ФИО2, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, произвели две незаконные рубки лесных насаждений в особо крупном размере". Данное описание, хотя и отражает факт совершения преступления группой лиц и в крупном размере, однако не содержит указания на использование ФИО1 своего служебного положения.

Таким образом, для полного и точного отражения всех обстоятельств, имеющих значение для дела, судебная коллегия считает необходимым внести редакционное изменение: в абзаце, описывающем действия осужденных, после слов "в особо крупном размере" добавить фразу "ФИО1 преступление совершено с использованием своего служебного положения". Это изменение позволит исключить неопределенность и обеспечит соответствие приговора фактическим данным, установленным в ходе судебного разбирательства.

При этом внесение предложенного прокурором редакционного изменения не меняет правовую квалификацию действий осужденных, а лишь уточняет способ совершения преступления ФИО1, что соответствует требованиям уголовного законодательства

При этом, судебная коллегия также отмечает, что данное обстоятельство установлено в судебном заседании, судом мотивировано, и, более того, при описании деяния указаны подробные обстоятельства, при которых ФИО1 совершены преступления, в том числе с использованием своего служебного положения.

Довод стороны защиты о нарушении принципов равенства и состязательности сторон (со ссылкой на то, что сторона защиты была ограничена судом во времени для подготовки к судебным прениям) судебная коллегия признает надуманным, поскольку из протокола судебного заседания следует, что оканчивая судебное следствие, председательствующим по делу и стороне обвинения, и стороне защиты было предоставлено достаточно времени для подготовки к заключительным речам.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора должны быть приведены мотивы решения вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания.

Назначенное осужденным наказание за совершенные преступления соответствует требованиям ст. 6, 15, 43, 60 УК РФ, определено с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, личности виновных, влияния назначенного наказания на исправление ФИО2, ФИО1 и на условия жизни их семей.

К обстоятельствам, смягчающим наказание осужденному Нестерову И.А, суд верно отнес по всем трём установленным судом деяниям его социальную обустроенность, наличие на иждивении дочери-студентки, активное участие в общественной жизни района, занятие благотворительной и спонсорской помощью, в том числе, российским военнослужащим, находящимся в зоне специальной военной операции, и членам их семей.

К обстоятельствам, смягчающим наказание осужденному ФИО2, суд отнес по всем совершенным преступлениям, наличие на иждивении одного малолетнего ребенка и одного несовершеннолетнего ребенка, активное участие в общественной жизни поселения, оказание финансовой поддержки российским военнослужащим, находящимся в зоне специальной военной операции, и членам их семей.

Иных обстоятельств, не учтенных судом первой инстанции, но подлежащих учету в соответствии с положениями ст. 61 УК РФ, судебная коллегия не усматривает.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновных, их поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, позволявших применить положения ст. 64 УК РФ, судом первой инстанции обоснованно не установлено.

При этом, несмотря на то, что в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора суд не указал на применение положений ст. 64 УК РФ в отношении совершенного ФИО1 преступления по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ, и привел суждение об отсутствии оснований для этого, фактически суд первой инстанции положения ст. 64 УК РФ применил, поскольку назначил осужденному ФИО1 основное наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкцией указанной статьи.

При этом, учитывая совокупность вышеуказанных смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств по делу, судебная коллегия соглашается с фактическим решением суда о том, что данная совокупность является исключительной, существенно уменьшающей степень общественной опасности преступления, влекущей применение ст. 64 УК РФ.

При таких обстоятельствах, суждение суда об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ при назначении осужденному ФИО1 основного наказания подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора, а основное наказание, определенное судом ФИО1 по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ, надлежит считать назначенным с применением положений ст. 64 УК РФ.

Конкретные обстоятельства совершения преступлений и данные о личности осужденных свидетельствуют об отсутствии оснований для применения при назначении наказания положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, равно как и для применения положений ст. 53.1 УК РФ.

Выводы суда о назначении ФИО1, ФИО2 наказания в виде лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ, мотивирован, оснований не согласиться с указанным решением суда судебная коллегия не находит.

Поскольку суд квалифицировал действия ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ, то при определении срока наказания по данному эпизоду обоснованно применил положения ч. 3 ст. 66 УК РФ.

Учитывая обстоятельства всех совершенных ФИО1 преступлений по ч. 3 ст. 260 УК РФ, причинивших значимый ущерб лесному фонду и экологии, личность осужденного, суд также назначил ФИО1 за каждое совершенное по ч. 3 ст. 260 УК РФ преступление дополнительное наказание в виде лишения права заниматься лесозаготовительной деятельностью, а по преступлению, предусмотренном ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ – дополнительное наказание в виде штрафа, с чем судебная коллегия выражает свое согласие.

Учитывая обстоятельства всех совершенных ФИО2 преступлений, причинивших значимый ущерб лесному фонду и экологии, личность осужденного, суд назначил ФИО2 за каждое совершенное им преступление дополнительное наказание в виде лишения его права заниматься лесозаготовительной деятельностью, с чем судебная коллегия выражает свое согласие.

Вопреки доводам стороны обвинения судебная коллегия не находит оснований для вмешательства в назначенное судом первой инстанции дополнительное наказание, связанное с лишением права заниматься определенной деятельностью, а именно, как указал суд первой инстанции - «лесозаготовительной». Как установлено судом первой инстанции осужденные занимались только лесозаготовкой, а потому дополнение данного вида наказания указанием на лишение права заниматься лесоперерабатывающей деятельностью излишне, при том, что ФИО1 занимал должность заместителя директора <...>, которое осуществляло деятельность, связанную с лесозаготовкой в рамках заключенного с <...> № <...>д от <...>.

Учитывая, что преступления совершены ФИО2 и ФИО1 в соучастии, то при назначении наказания по каждому эпизоду суд в соответствии с ч. 1 ст. 67 УК РФ учитывает характер и степень их фактического участия в совершении данных деяний, значение их участия для достижения цели преступлений, их влияние на характер и размер причиненного вреда.

Определяя срок окончательного как основного, так и дополнительного наказания ФИО2, суд верно руководствовался положениями ч. 3 и ч. 4 ст. 69 УК РФ и назначил окончательное наказание по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний.

Определяя срок окончательного основного наказания ФИО1, суд верно руководствовался положениями ч. 3 ст. 69 УК РФ и назначил окончательное основное наказание по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний; определяя срок окончательного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью судом первой инстанции были правильно применены положения ч. 4 ст. 69 УК РФ.

Таким образом, вопреки доводам апелляционного представления, апелляционных жалоб, судебная коллегия признает, что ФИО2, ФИО1 назначено наказание в пределах санкций соответствующих частей статей, по которым они осуждены, чрезмерно суровым или чрезмерно мягким наказание не представляется, оно определено с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, личности виновных, влияния наказания на условия жизни их семей, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, то есть является справедливым.

Исковые требования, заявленные <...>, обсуждались сторонами, в том числе, осужденными, которым судом разъяснялись положения ст. 54 УПК РФ. Правовое обоснование принятого судом решения об удовлетворении исковых требований потерпевшего и взыскании с осужденных в пользу представителя потерпевшего <...> денежной компенсации имущественного вреда, причиненного преступлением, в приговоре приведено и является верным. Размер компенсации, равный <...>, установлен судом в пределах суммы исковых требований.

Решение суда о сохранении до исполнения приговора в части возмещения ущерба и штрафа ареста, наложенного на принадлежащие ФИО1 автомобили <...> является обоснованным и соответствует п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, и не вызывает сомнений при исполнении приговора.

Судьба вещественных доказательств определена судом в соответствии с положениями ст. 81, 82 УПК РФ.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, влекущих отмену либо иные изменения приговора, судом первой инстанции не допущено, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Руководствуясь положениями ст. ст. 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Тевризского районного суда Омской области от 19 января 2026 года в отношении ФИО1, ФИО2 изменить.

В описательной части приговора (л. 1 последний абзац) указать, что ФИО1 и ФИО2, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, произвели две незаконные рубки лесных насаждений в особо крупном размере, а ФИО1 с использованием своего служебного положения.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора суждение суда об отсутствии при назначении ФИО1 основного наказания оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.

Считать ФИО1 осужденным за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ, с применением положений ст. 64 УК РФ к основному наказанию в виде 2 лет лишения свободы.

В остальной части приговор Тевризского районного суда Омской области от 19 января 2026 года оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в соответствии с положениями главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи