Решение № 2-1005/2020 2-1005/2020~М-995/2020 М-995/2020 от 27 июля 2020 г. по делу № 2-1005/2020

Дело №2-1005/2020

...


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 июля 2020 года г. Пенза

Первомайский районный суд г. Пензы в составе:

председательствующего судьи Засыпаловой В.И.

при секретаре Валееве А.Т.

с участием прокурора Ермаковой И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело №2-1005/2020 по иску ФИО1 к МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации за неиспользованный отпуск, взыскании недоплаченной заработной платы, компенсаций за несвоевременную выплату заработной платы и оплату листка временной нетрудоспособности, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского, указывая в обоснование, что она работала в МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского с 24 января 2020 года в должностях учителя музыки, педагога дополнительного образования и педагога организатора на 0,5 ставки, а всего на 1.23 ставки. Приказом №25-к от 06 апреля 2020 года она была уволена на основании пункта 3 части 1 статьи 77 ТК РФ. ФИО1 считает увольнение незаконным, поскольку ее понудили написать заявление об увольнении по собственному желанию. Также работодатель не доплачивал ей заработную плату и фальсифицировал документы в личном деле, в связи с чем она вынуждена была обратиться в компетентные органы. Действиями работодателя ей причинен моральный вред, компенсацию которого истец оценивает в размере 10 000 рублей.

ФИО1 первоначально просила отменить приказ об увольнении, восстановить ее на работе в прежних должностях учителя музыки, педагога организатора и педагога дополнительного образования, взыскать с МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула, компенсацию на неиспользованный отпуск за 9.33 дня, компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей (т.1 л.д.3-4).

В ходе судебного разбирательства ФИО1, изменила предмет иска, уточнила ранее заявленные требования и заявила дополнительные требования (т.1 л.д.100-104). Окончательно ФИО1 просит отменить приказ об увольнении, восстановить ее на работе в должностях учителя музыки, педагога организатора и педагога дополнительного образования МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского, взыскать с МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского в свою пользу средний заработок за время вынужденного прогула в размере 62 632 рубля 83 копейки, компенсацию на эту сумму в размере 2 483 рублей 16 копеек, компенсацию на неиспользованный отпуск за 9.33 дня в сумме 4 933 рубля 05 копеек, невыплаченную заработную плату за 05, 14 и 17 февраля 2020 года в сумме 1 527 рублей 63 копейки и компенсацию за несвоевременную выплату данной суммы 88 рублей 60 копеек, компенсацию за несвоевременную оплату листка нетрудоспособности за период с 25 февраля 2020 года по 03 марта 2020 года в сумме 34 рубля 97 копеек, невыплаченную заработную плату за 31 марта 2020 года в сумме 509 рублей 21 копейка и компенсацию за несвоевременную выплату данной суммы 16 рублей 01 копейка, недоплаченную заработную плату за работу в указанных должностях за период с 24 января по 06 апреля 2020 года в сумме 8 815 рублей 49 копеек и компенсацию за несвоевременную выплату данной суммы в размере 349 рублей 90 копеек, а также компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей.

Истец ФИО1 и ее представители ФИО2, ФИО3, ФИО4, допущенные к участию в деле по ходатайству истца в порядке ч.6 ст.53, ч.2 ст.224 ГПК РФ, поддержали исковые требования.

Истец ФИО1 пояснила, что работала в МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского в трех должностях - учителя музыки, педагога организатора и педагога дополнительного образования, с ей был заключен трудовой договор, а также дополнительные соглашения, о чем также издавались соответствующие приказы. Данные соглашения и приказы удерживаются ответчиком. Также ответчик удерживает ее личный документ - удостоверение о повышении квалификации, не знакомит с личным делом. Она написала заявление об увольнении под давлением со стороны работодателя, опасаясь увольнения по компрометирующему основанию. В действительности она имеет желание трудиться. Она одна воспитывает детей, не имеет другого дохода. Ее взаимоотношения с администрацией школы были нормальными до обращения по вопросу неправильности начисления ей и выплаты заработной платы. До этого момента претензий к ней не было, она проводила уроки, участвовала в подготовке мероприятий в школе, 14 и 17 февраля 2020 она сопровождала детей на медицинский осмотр и олимпиаду. Но как только 12 марта 2020 года, она, обнаружив, что расчет ее заработной платы произведен неверно, обратилась к бухгалтеру, где ей в грубой форме рекомендовали довольствоваться полученными денежными средствами. С этого момента началась «травля», ее вынуждали уволиться, всячески «намекая» на необходимость прекращения трудовых отношений, на ее уроки без ее согласия приходили другие педагоги, в том числе с учениками, мешая ей проводить занятия, создавая психотравмирующую ситуацию, писали на нее служебные записки. Директор школы, атакже завуч проводили с ней беседы, угрожали ей увольнением по нереабилитирующим основаниям. Она всё это фиксировала, проводя аудио и видеозапись. Предвидя наступление данных событий, она 14 марта 2020 года написала заявление на увольнение по собственному желанию, которое направила почтой, при этом надеясь на мирное урегулирование ситуации. Но со временем ничего не изменилось, поэтому 27 марта 2020 года она подала еще одно заявление на увольнение по собственному желанию с 06 апреля 2020 года. При увольнении 06 апреля 2020 года выдача документов работодателем происходила в присутствии сотрудников полиции, которых она вызвала, чтобы зафиксировать нарушения, допущенные представителями работодателя, не отдававшими ей документы. Кроме того, ответчик не оплатил ее работу за 05, 14 и 17 февраля, а также за 31 марта 2020 года, расчет больничного листа произвел несвоевременно. Действиями работодателя ей причинен моральный вред, выразившийся в переживаниях, значительном ухудшении состояния здоровья. Также просит суд восстановить ей срок на обращение с требованиями об оспаривании увольнения, поскольку он пропущен ею по уважительной причине. После увольнения она сразу же не смогла обратиться в суд, так какобращалась в компетентные органы с целью сбора документов для обращения в суд, кроме того, на территории Пензенской области действовал режим повышенной готовности, что также создало ей препятствия в осуществлении своих прав.

Представитель ФИО2 полагает увольнение истца незаконным, поскольку заявление на увольнение ФИО1 написала под давлением со стороны работодателя, в связи с чем она подлежит восстановлению на работе со всеми полагающимися ей выплатами.

Представитель ФИО3 также указал на нарушения, допущенные при увольнении, поскольку профсоюзная организация школы не отреагировала должным образом на нарушения, допущенные работодателем в отношении ФИО1 при ее увольнении.

Представители ответчика МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского директор ФИО5, действующий на основании Устава учреждения и приказа (т.1 л.д.53), и ФИО6, действующая на основании доверенности от 03 июля 2020 года (т.2 л.д.17), заявили о несогласии с иском, считают, что нарушений трудовых прав ФИО1 работодателем не допущено. Также заявили о пропуске истцом срока обращения в суд с требованием о восстановлении на работе.

Представитель ответчика ФИО5 пояснил, что ФИО1 работала в должности учителя музыки, о чем с ней был заключен трудовой договор, издан приказ о приеме на работу на данную должность. Ее нагрузка состояла из 7 учебных часов и 1 часа кружковой работы. Совместительства по должностям педагога организатора и педагога дополнительного образования не было. Не отрицал, что 05 февраля 2020 года ФИО1 дополнительно отработала 4 часа, замещая учителя географии, но оплата труда за данные часы ей была произведена, что подтверждается соответствующим приказом. Также не отрицал, что 14 и 17 февраля 2020 года ФИО1 была задействована в школьных мероприятиях - сопровождала детей на медосмотр, на олимпиаду, что ей было оплачено в рамках стимулирующих выплат. Заработная плата, в том числе за 31 марта 2020 года, и компенсация за неиспользованный отпуск истцу выплачена в полном объеме, задержки в оплате больничного не допущено. ФИО1 не принуждали к увольнению, она сама написала заявление об увольнении по собственному желанию, дважды - 14 и 27 марта 2020 года, имела возможность отозвать свое заявление, но не сделала этого. Инициатива уволиться по собственному желанию исходила от истца в добровольном порядке, ее никто не принуждал к этому. Беседы, которые он проводил с истцом, были направлены на налаживание контакта с данным педагогом, на побуждение ее интереса к работе. При этом со стороны ФИО1 не наблюдалось особой заинтересованности в работе. Тем не менее, мер дисциплинарного воздействия к ФИО1 не применяли, несмотря на некоторые нарушения, ожидая, что данный молодой специалист еще раскроет свой трудовой потенциал.

Заслушав объяснения истца, ее представителей, представителей ответчика, допросив свидетелей, прослушав аудиозаписи, просмотрев видеозаписи и исследовав другие доказательства по делу, оценив их в совокупности, заслушав заключение прокурора, не усматривающего оснований для удовлетворения требований истца, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 352 ТК РФ каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Судебная защита является одним из основных способов защиты трудовых прав и свобод.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 в период с 27 января 2020 года по 06 апреля 2020 года состояла в трудовых отношениях с ответчиком по делу МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского. В данное МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского ФИО1 была принята на работу на должность учителя музыки, с испытательным сроком 3 три месяца, с ней был заключен трудовой договор №342/01-20 от 24 января 2020 года (т.1 л.д.10-12), что также подтверждается ее личным заявлением (т.1 л.д.6), приказом №4/к от 24 января 2020 года (т.1 л.д.7)

В соответствии с условиями трудового договора ФИО1 была установлена учебная нагрузка в объеме 7 часов в неделю, помимо данной учебной нагрузки, предусмотрено выполнение дополнительной педагогической работы, непосредственно связанной с образовательным процессом, но не входящей в круг основных обязанностей, без занятия другой штатной должности, в виде организации музыкального сопровождения внеклассных мероприятий (п.3).

При этом указание в приказе о приеме на работу размера тарифной ставки 7644 рубля суд расценивает как техническую ошибку, поскольку положениями трудового договора предусмотрено, что ставка заработной платы ФИО1 установлена в размере 7 973 рубля (п.13), согласно п.14 трудового договора ставка заработной платы повышена на 0,036% -за высшее образование, на 0,070 % - педагогический стаж, что соответствует Положению о системе оплаты труда работников МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского, где зафиксированы размеры повышающих коэффициентов, а также требованиям о размерах базового оклада преподавателя, установленного Постановлением Администрации г. Пензы от 27.03.2009 N 464 "Об утверждении Положения о системе оплаты труда работников муниципальных образовательных учреждений города Пензы"

ФИО1 была установлена шестидневная рабочая неделя с одним выходным днем (п.23). При этом п.24 трудового договора предусмотрено, что рабочее время состоит из нормируемой его части, включающей проводимые уроки (учебные занятия), и коротких перерывов (перемен) между каждым занятием, и части времени не имеющей четких границ, и определяется учебным расписанием, планами графиками должностными обязанностями, предусмотренными Уставом учреждения, правилами внутреннего трудового распорядка образовательного, трудовым договором, должностной инструкцией учреждения, что соответствует положениям коллективного договора (п.5.7-5.9 т.3 л.д.70-108).

В должностной инструкции учителя музыки (т.1 л.д.37-41) в п.2.15 также предусмотрена работа в режиме выполнения объема установленной учебной нагрузки в соответствии с расписанием учебных занятий, участие в образовательных плановых общешкольных мероприятиях и самопланирования обязательной деятельности, на которую не установлены нормы выработки.

Как следует из приказа «Об изменении тарифицируемой педагогической нагрузки на 2019 -2020 учебный год» от 24 января 2020 года (т.1л.д.150), в педагогическую нагрузку МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского внесены изменения, согласно которым ФИО1, учителю музыки, переданы 7 часов музыки и 1 час кружковой работы в рамках реализации ФГОС ООО, что также соответствует сведениям о нагрузке на учебный год (т.2 л.д.182-183), приказу о распределении часов дополнительного образования от 01 сентября 2019 года (т.2 л.д.184).

Ссылки стороны истца на не ознакомление ФИО1 с данным приказом, а также на использование в приказе формулировки «производственная необходимость», не предусмотренной, по мнению истца, положениями трудового законодательства, не свидетельствуют о недействительности данного приказа, используемые в приказе формулировки допустимы, так как позволяют установить смысл данного локального акта.

В этой связи являются несостоятельными утверждения ФИО1 о том, что она работала на полную ставку, поскольку норма рабочего времени для учителя при работе на полную ставку составляет 18 учебных часов, как установлено п. 2.8.2 Приказа Минобрнауки России от 22.12.2014 N 1601 "О продолжительности рабочего времени (нормах часов педагогической работы за ставку заработной платы) педагогических работников и о порядке определения учебной нагрузки педагогических работников, оговариваемой в трудовом договоре", тогда как учебная нагрузка истца состояла из 7 учебных часов и 1 часа кружковой работы.

Представление истцом проекта трудового договора (т.1 л.д.13-18) также не может свидетельствовать о существовании между сторонами спора трудовых отношений на иных условиях, нежели установленных трудовым договором, поскольку данный проект не соответствует требованиям, предъявляемым к доказательствам ГПК РФ, не заполнен, не содержит подписей сторон.

Приказом №25/к от 06 апреля 2020 года прекращено действие трудового договора с ФИО1, она уволена 06 апреля 2020 года на основании пункта 3 части 1 статьи 77 ТК РФ (собственное желание) (т.1 л.д.23,52).В тот же день ей были вручены копия приказа об увольнении, трудовая и медицинская книжка, а также необходимые справки.

Обратившись в суд с настоящим иском ФИО1, указывает, что помимо работы в должности учителя музыки, она работала у ответчика в должностях педагога-организатора на 0,5 ставки и педагога дополнительного образования на 0,35 ставки, о чем с ней были заключены соглашения и изданы приказы.

Согласно ст. 15 ТК РФ трудовые отношения это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ст.16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В соответствии со ст. 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Частью 1 статьи 68 ТК РФ предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

Согласно положениям ст.60.2 ТК РФ с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 настоящего Кодекса). Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии (должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ. Для исполнения обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику может быть поручена дополнительная работа как по другой, так и по такой же профессии (должности).

В силу ст.151 ТК РФ при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата. Размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы (статья 60.2 настоящего Кодекса).

Таким образом, в соответствии с действующим трудовым законодательством для установления совмещения, работник должен представить работодателю свое письменное согласие на совмещение, после чего стороны должны заключить соглашение, в котором будет установлен размер доплаты, работодателем издан соответствующий приказ.

При этом в силу требований статьи 56 ГПК РФ бремя доказывания факта возникновения и наличия трудовых отношений возлагается на истца ввиду заявленных ответчиком возражений.

Между тем каких-либо достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих, как документальное оформление совмещения истцом должности учителя музыки с должностями педагога-организатора и педагога дополнительного образования в МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского, так и выполнение истцом работы по совместительству, то есть фактическое выполнение соответствующих трудовых функций, не представлено.

Представленные ФИО1 в подтверждение своих доводов заявление о даче согласия на внутреннее совместительство (т.1 л.д.19), копии расчетных листков (т.1 л.д.20-21), ее личные записи о проведении занятий, сценарий, записи разговоров и переписка с учащимися не подтверждают осуществление истцом трудовой функции в качестве педагога-организатора и педагога дополнительного образования.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается, в том числе пояснениями представителя ответчика ФИО5, заявление истца ФИО1 от 22 января 2020 года (т.1 л.д.19) о даче ею согласия на внутренне совместительство в должности педагога-организатора не породило правовых последствий, поскольку совместительство не состоялось, соответствующий приказ не издавался, соглашение о совместительстве не заключалось, что чем представители работодателя сообщили в суд, а также в письмах в ходе проведения проверок (т.1 л.д.55). Утверждения истца о том, что приказ работодателем был издан, имел номер №5/к, не соответствуют установленным по делу обстоятельствам. Вопреки утверждениям истца, приказ № 5/к не имеет отношение к ФИО1, издан 27 января 2020 в отношении иного работника - воспитателя ГПД М.Т.Э. что подтверждается копией книги приказов (т.1 л.д.54), исследованной в судебном заседании, сомнений в достоверности которой у суда не имеется. Доводы представителей истца о признаках фальсификации книги безосновательны, данная книга соответствует требованиям делопроизводства.

Информация, содержащаяся в копиях расчетных листков за февраль 2020 года, представленных ФИО1, в которых имеется указание в графе начисление/удержание «педагог-организатор, ПДО» (т.1 л.д.20-21), противоречат сведениям расчетных листков, выданных ответчиком истцу и представленным в установленном порядке в материалы дела, в ГИТ, в которых подобные начисления отсутствуют. Действительный источник происхождения копий расчетных листков не установлен, работодатель отрицает выдачу данных листков истцу. Следовательно, данные копии листков не могут быть приняты в качестве достоверного доказательства по делу.

Личные записи ФИО1 о проведении занятий (л.д.58-59), сценарий (т.2 л.д.102-104), подборка композиций (т.1 л.д.175-176), записи разговоров и переписка с учащимися также не свидетельствуют о выполнении истцом работы педагога организатора и педагога дополнительного образования, напротив, подтверждают ее работу в должности учителя музыки в рамках ведения кружка, что работодателем и не оспаривалось. Кроме того, в заявлениях на увольнение ФИО1 также указывала свою должность как учитель музыки (т.1 л.д.51), о совместительстве и работе на иных должностях не упоминала.

Представители ответчика отрицают издание распорядительных документов о совместительстве должностей истцом, а также поручение ей соответствующей работы по этим должностям педагога организатора и педагога дополнительного образования.

Данные обстоятельства также подтверждаются выпиской из тарификационного списка (т.2 л.д.181), копией описи документов личного дела ФИО1 (т.1 л.д.71,72), где имеется трудовой договор и один приказ о приеме на работу, каких либо соглашений и приказов о совместительстве не имеется, сведениями трудовой книжки истца (т.1 л.д. 8 - 9), содержащей запись и приеме истца на работу к ответчику в должность учителя музыки и об увольнении ее с этой должности, записей о работе по совместительству иных должностей в МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского трудовая книжка не содержит.

Таким образом, оснований полагать, что ФИО1 также выполняла трудовые обязанности педагога организатора и педагога дополнительного образования, не имеется, факт работы ФИО1 в должностях педагога организатора и педагога дополнительного образования в ходе судебного разбирательства не установлен.

Также истцом ФИО1, считающей, что ее увольнение с работы на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ было вынужденным, оспаривается законность увольнения.

В силу п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ одним из оснований прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 ТК РФ).

Согласно ст. 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении. До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

В подпункте "а" пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию, которое может быть подтверждено только письменным заявлением самого работника, и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

Согласно пояснениям истца ФИО1, заявление об увольнении по собственному желанию она написала вынужденно, под давлением работодателя, опасаясь дальнейшего увольнения с работы по истечении испытательного срока ввиду неудовлетворительного результата испытания, то есть по порочащему основанию, в действительности намерений увольняться она не имела.

Как следует из материалов дела, увольнение ФИО1 произведено на основании ее заявления об увольнении по собственному желанию от 27 марта 2020 года (т. 1 л.д.27,51,86), в котором она просила уволить ее 06 апреля 2020 года. ФИО1 утверждает, что к написанию подобного заявления ее подтолкнул директор школы, своими действиями вынудивший ее подать заявление об увольнении по собственному желанию.

В ходе судебного разбирательства были прослушаны и просмотрены все видео и аудиозаписи непосредственных и телефонных разговоров ФИО1 с директором школы ФИО5, завучами К.А.А.., К.Н.В. с бухгалтером и другими лицами (т.1 л.д.69-70), изучена составленная истцом стенограмма общения ФИО1 с директором школы ФИО5, служебные записки, уведомления, детализация звонков истца (т.2 л.д.6-8), допрошена в качестве свидетеля К.Н.В.заместитель директора по учебной работе, бухгалтер В.Т.А. и председатель профсоюзной организации школы К.В.И.

При этом неявка в суд для допроса в качестве свидетелей секретаря Н.Т.А. и заместителя директора по воспитательной работе К.А.А., не могла повлиять на исход дела, так как общение данных лиц с ФИО1 зафиксировано на записях, чего достаточно для дачи объективной оценки произошедшим событиям

Свидетели К.Н.В. и В.Т.А.. в судебном заседании отрицали факты давления на истца.

Оценивая вышеприведенные доказательства, суд приходит к выводу о том, что информация, зафиксированная истцом на записях и в стенограмме, не подтверждает факт психологического воздействия на истца со стороны директора и иных работников школы с целью понуждения к увольнению по собственному желанию. Беседы с истцом проводились в доброжелательном тоне, угроз не прозвучало.

Данных о создании работодателем истцу таких условий работы, при которых ввиду сложившейся психологической обстановки она не могла полноценно работать, не установлено. Возможность присутствия представителей школы на проводимых занятиях, не противоречит положениям должностной инструкции учителя музыки, в п.2.14 которой прямо предусмотрена обязанность данного работника допускать администрацию школы на свои уроки с контроля за работой, а также предусмотрено Уставом школы, при этом присутствие администрации школы на занятиях предусмотрено указанными локальными актами с целью проведения анализа результативности работы, ознакомления с практиками, то есть обеспечения эффективности работы, но не с целью оказания давления на педагога. Составление заместителями директора К.Н.В. и К.А.А. служебных записок на имя директора школы в отношении ФИО1 от 17 и 21 марта 2020 года (т.1 л.д.181,183), а также затребование работодателем у истца объяснений по поводу обстоятельств, изложенных в этих служебных записках, и направление проекта ей уведомления о расторжении трудового договора (т.1 л.д.192-194), по факту не привело к наступлению негативных последствий для истца, поскольку дисциплинарное взыскание к ФИО1 применено не было.

Попытка же избежать увольнения по основаниям, по мнению истца, являющимся порочащими, путем использования права на подачу заявления об увольнении по собственному желанию и последующее расторжение трудового договора сами по себе не могут являться подтверждением оказания давления на работника со стороны работодателя.

Допрошенный в качестве свидетеля руководитель профсоюзной организации школы К.В.И. пояснил, что ФИО1 не обращалась в профсоюзную организацию с жалобами на работодателя, ее увольнении происходило не по инициативе работодателя, в связи с чем не имелось оснований для вмешательства профсоюзной организации.

Оснований не доверять показаниям данного свидетеля у суда не имеется, он не заинтересован в исходе дела. Данные свидетелем показания соответствуют положениям ст.82 ТК РФ и опровергают доводы представителей истца о нарушении процедуры увольнения ФИО1 по причине неучастия в данной процедуре профсоюзной организации.

Разрешая требования истца, суд также принимает во внимание, что материалах дела имеется еще одно заявление ФИО1 об увольнении ее по собственному желанию от 14 марта 2020 года (т.3л.д.146), направленное ею в МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского по почте и полученное адресатом 22 апреля 2020 года (т.1 л.д.22). В данном заявлении ФИО7 также просила уволить ее по собственному желанию, указав дату увольнения 31 марта 2020 года. Сама ФИО1 не отрицает факт написания данного заявления и направления его в адрес школы.

При этом суд учитывает, что заявление об увольнении по собственному желанию от 14 марта 2020 года было написано ФИО1 еще до проведения бесед с директором школы и завучем и до посещения другими педагогами уроков, проводимых истцом. Беседа ФИО1 с бухгалтером школы В.Т.А., состоявшаяся 12 марта 2020 года, расцененная истцом как конфликтная и, по словам ФИО1, давшая ей основания полагать о начале конфликта с администрацией школы, в действительности не может быть расценена в качестве действий, свидетельствующих об оказании давления на истца с целью принуждения ее к увольнению.

Таким образом, подача истцом нескольких заявлений об увольнении по собственному желанию, наличие у ФИО1 объективной возможности отозвать заявление об увольнении с целью продолжения трудовой деятельности, в том числе путем обращения на электронный адрес школы, не покидая при этом места своего проживания, и несовершение ею действий, направленных на отзыв данного заявления, более того, отсутствие у истца намерений отозвать свое заявление об увольнении, по мнению суда, также подтверждают добровольность и стойкость волеизъявления истца расторгнуть трудовые отношения с ответчиком.

В совокупности установленные судом обстоятельства свидетельствуют о совершении истцом последовательных действий с намерением расторгнуть трудовой договор по собственному желанию.

Увольнение ФИО1 произведено работодателем в день, указанный ею в заявлении об увольнении, 06 апреля 2020 года, что указывает на достижение сторонами соглашения о дате увольнения. До истечения срока предупреждения, работодателю не подано истцом заявление об отзыве заявления об увольнении, в связи, с чем порядок увольнения истца по ст. 80 ТК РФ, работодателем не нарушен. При таких обстоятельствах правовых оснований для признания увольнения истца незаконным у суда не имеется.

Кроме того, стороной ответчика заявлено о пропуске истцом срока обращения в суд, установленного ст. 392 ТК РФ, с требованиями об оспаривании увольнения (т.1 л.д.83).

В силу ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо выдачи трудовой книжки.

Лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в срок, установленный частью первой статьи 392 ТК РФ, по уважительным причинам, предоставляется возможность восстановить этот срок в судебном порядке. В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в качестве таких уважительных причин указаны обстоятельства, которые могут расцениваться, как препятствовавшие работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора: болезнь истца, нахождение в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжело больным членом семьи (пункт 5).

Учитывая положения ст. 392 ТК РФ, факт ознакомления ФИО1 с приказом об увольнении и получения ею трудовой книжки 06 апреля 2020 года (т.2 л.д.84,85), и принимая во внимание, что с данным иском в суд ФИО1 обратилась лишь 05 июня 2020 года, то есть почти через два месяца, суд приходит к выводу о пропуске истцом месячного срока обращения в суд с требованиями об оспаривании увольнения. Данное обстоятельство также является основанием для отказа в удовлетворении требования о восстановлении на работе.

При этом суд не находит оснований для восстановления данного срока, так как уважительных причин пропуска срока не усматривает. После увольнения ФИО1, о чем она сама указала в заявлении и подтвердила документально, в апреле, мае и июне 2020 года вплоть до подачи иска, активно обращалась в иные органы и организации с заявлениями о принятии мер к работодателю (полицию, СК СУ РФ, прокуратуру, ГИТ, Роскомнадзор, Губернатору Пензенской области (т.1 л.д.111,169-174,178-180), в том числе в день увольнения (т.1 л.д.62,112). Обращения истца в указанные органы не приостанавливает течение срока, установленного законом для обращения в суд. Указанные обстоятельства не столько подтверждают ссылку истца на уважительность причин пропуска срока, сколько свидетельствует о том, что какие-либо объективные препятствия к своевременному обращению в суд у нее отсутствовали. По мнению суда, ФИО1.Р. имела реальную возможность, наряду с ведением указной переписки, подать в суд настоящий иск в установленный срок, в том числе, направив его по почте. Ссылки истца на невозможность реализации своего права на судебную защиту ввиду режима повышенной готовности на территории Пензенской области суд находит несостоятельными, поскольку действие данного режима повышенной готовности на территории Пензенской области не помешало истцу реализовать свое право на обращение в СК СУ РФ, прокуратуру, ГИТ, и др. Более того, настоящее дело относится к категории дел безотлагательного характера, в связи с чем могло быть рассмотрено судом в условиях действия режима повышенной готовности с соблюдением необходимых мер защиты.

Из положений статьи 394 ТК РФ, а также пункта 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17 марта 2004 г. "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" следует, что работник может быть восстановлен на работе только в случае, если увольнение его было произведено без законного основания и (или) с нарушением установленного порядка.

Поскольку нарушений установленного порядка увольнения со стороны работодателя не допущено, работник был уволен по собственному желанию, срок на обращение в суд с требованиями об оспаривании увольнения истцом пропущен, то оснований для удовлетворения требований ФИО1 о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации на эту сумму не имеется.

В рамках настоящего дела истцом ФИО1 заявлены также требования о взыскании с ответчика компенсации за неиспользованный отпуск за 9.33 дня с учетом ее работы в трех должностях, взыскании недоплаченной заработной платы за работу в должности педагога-организатора, педагога дополнительного образования в сумме 8 815 рублей 49 копеек и компенсации за несвоевременную выплату данной суммы в размере 349 рублей 90 копеек, взыскании недоплаченной заработной платы за отработанное время 05, 14 и 17 февраля, 31 марта 2020 года, компенсаций за несвоевременную выплату указанной заработной платы и компенсации за задержку оплаты листка временной нетрудоспособности, компенсации морального вреда.

Суд, рассмотрев, указанные требования, заявленные истцом с соблюдением срока, установленного ч.2 ст.394 ТК РФ, приходит к следующему.

В силу абз. 7 ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки.

На основании ч. 1 ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателями системами оплаты труда.

Согласно ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной) компенсации исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм. Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность выплаты указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Постановлением Администрации г. Пензы от 27.03.2009 N 464 "Об утверждении Положения о системе оплаты труда работников муниципальных образовательных учреждений города Пензы" установлено что система оплаты труда в образовательных учреждениях регулируется коллективным договором (соглашением), другими локальными нормативными актами в соответствии с нормативными правовыми актами Российской Федерации и Пензенской области, содержащими нормы трудового права, настоящим Положением, Единым тарифно-квалификационным справочником работ и профессий рабочих, Единым квалификационным справочником должностей руководителей, специалистов и служащих и другими государственными гарантиями по оплате труда с учетом мнения соответствующих профсоюзов.

Также определено, что заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от профессиональной квалификационной группы, квалификационного уровня с учетом компенсационных выплат (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, и иные выплаты компенсационного характера), доплат за дополнительный объем работ и стимулирующих выплат (надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Заработная плата педагогических работников определяется как сумма оклада (ставки), исчисленного с учетом установленного по тарификации объема учебной нагрузки, выплат по персональному коэффициенту, выплат компенсационного характера, доплат за дополнительные виды и объемы работы, стимулирующих выплат (п.2.12).

Также установлен размер оклада педагога в сумме 7973 рублей.

Согласно представленным сторонами доказательствам, в том числе табелю учета рабочего времени, расчетам ответчика, выписке из тарификационного списка (т.1 л.д.75,116, 143,144,151,153-157, т.2 л.д.65-66,74-77, 181) оплата труда ФИО1 производилась в соответствии с требованиями Положения о системе оплаты труда работников муниципальных образовательных учреждений города Пензы, Положения о системе оплаты труда работников МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского (т.2 л.д.185-195), Положения о выплатах стимулирующего характера работников МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского (т.2 л.д.196-201), исходя из отработанных часов рабочего времени, состояла из оклада (7 учебных часов) - 3 429 рублей 28 копеек (с учетом коэффициента за высшее образование 0,036%, педагогический стаж -0,070%) (7 973 +287, 03+ 558,11=8 818,14 (18 часов) 1 час - 489,89), 1 часа кружковой работы 469 рублей 45 копеек, выплаты из стимулирующего фонда (15 % от оклада)- - 1 195 рублей, 100 рублей - выплаты за методическую литература. Также ежемесячно производилась доплата с целью достижения размера выплаты минимальному размеру оплаты труда.

Из расчетных листов (т.1 л.д.151), выписки по счету истца (т.1 л.д.116), реестра за апрель 2020 года (т.1 л.д.158), показаний свидетеля В.Т.А. следует, что расчет при увольнении был произведен в установленный ст.140 ТК РФ срок, истцу ФИО1 были произведены причитающиеся ей выплаты.

При этом, вопреки утверждениям истца, оплата за отработанное истцом время 31 марта 2020 года была произведена, о чем свидетельствуют данные табеля учета рабочего времени и расчетные листки, сведения которых позволяют сопоставить отработанное и оплаченное время.

ФИО1 также заявляет о том, что работодатель не оплатил ей за отработанное время 05, 14 и 17 февраля 2020 года.

Действительно, в судебном заседании установлено и не оспаривается сторонами, что 05 февраля 2020 года ФИО1 провела 4 урока музыки, что соответствует 4 учебным часам, замещая учителя географии, и не противоречит положениям должностной инструкции учителя музыки (п.2.17), предусматривающей возможность замены учителем музыки временно отсутствующего учителя на условиях почасовой оплаты и по тарификации (в зависимости от срока замены). 14 и 17 февраля 2020 года ФИО1 осуществляла сопровождение учащихся на медицинский осмотр и мероприятие, проводимое в Доме Молодежи, что также не оспаривается сторонами, подтверждается перепиской с учениками (т.2 л.д.26-40,46-47), возможно в рамках осуществления другой части педагогической работы (п.5.9 коллективного договора).

В то же время, из приказа №15/оп от 29 февраля 2020 года, расчетных листов, расчета ответчика, сведений лицевого счет истца, усматривается, что за 4 учебных часа, отработанных ФИО1 в феврале 2020 года, ей произведена оплата в полном объеме.

При этом указание в приказе № 15/оп на замещение ФИО1 учителя информатики не свидетельствует об оплате на основании данного приказа иной работы, поскольку сама ФИО1 в судебном заседании подтвердила, что в феврале 2020 года отработала 4 часа, замещая именно учителя географии, но не информатики.

Оплата деятельности истца по сопровождению учащихся также произведена истцу ответчиком в рамках стимулирующей (премиальной) выплаты, выплата которой истцом не оспаривается, поскольку данная деятельность истца выполнялась в рамках проведения внеурочной работы (другой части педагогической работы).

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что оснований для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании с работодателя в ее пользу заработной платы за 05, 14 и 17 февраля 2020 года в сумме 1 527 рублей 63 копейки, компенсации в сумме 88 рублей 60 копеек, заработную плату за 31 марта 2020 года в сумме 509 рублей 21 копейка и компенсации в сумме 16 рублей 01 копейка не имеется.

Также не имеется оснований для взыскания с МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского в пользу ФИО1 денежных средств в размере 8 815 рублей 49 копеек за работу в должности педагога-организатора, педагога дополнительного образования и компенсации в порядке ст. 236 ТК РФ размере 349 рублей 90 копеек, компенсации за неиспользованный отпуск за 9.33 дня 4 933 рубля 05 копеек, исходя из выполнения работы в трех должностях, поскольку факт работы истца с ответчиком в иных должностях, нежели учитель музыки, в ходе судебного разбирательства не установлен.

Не усматривает суд и оснований для взыскания в пользу ФИО1 компенсации за задержку оплаты листка временной нетрудоспособности за период с 25 февраля по 03 марта 2020 года, в сумме 34 рубля 97 копеек, поскольку задержки в оплате не допущено.

В соответствии с ч.1 ст. 13 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" назначение и выплата пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком осуществляются страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (за исключением случаев, указанных в частях 3 и 4 названной статьи).

В ст.15 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" страхователь назначает пособия по временной нетрудоспособности в течение 10 календарных дней со дня обращения застрахованного лица за его получением с необходимыми документами. Выплата пособий осуществляется страхователем в ближайший после назначения пособий день, установленный для выплаты заработной платы.

С 2011 года на территории Российской Федерации реализуется пилотный проект, направленный на осуществление страховых выплат по обязательному социальному страхованию застрахованным лицам непосредственно территориальными органами Фонда социального страхования Российской Федерации.

Постановлением Правительства РФ Правительства Российской Федерации от 21 апреля 2011 г. N 294 утверждено Положение об особенностях назначения и выплаты в 2012 - 2020 годах застрахованным лицам страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством и иных выплат в субъектах Российской Федерации, участвующих в реализации пилотного проекта. Пензенская область участвует в реализации пилотного проекта с 1 июля 2019 года по 31 декабря 2020 года.

Согласно п. 2 вышеуказанного Положения при наступлении страхового случая застрахованное лицо (его уполномоченный представитель) обращается к страхователю по месту своей работы (службы, иной деятельности) с заявлением о выплате соответствующего вида пособия (далее - заявление) и документами, необходимыми для назначения и выплаты пособия в соответствии с законодательством Российской Федерации. Форма заявления утверждается Фондом.

Перечень документов, необходимых для назначения и выплаты пособий, определяется в соответствии с федеральными законами "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" и "О государственных пособиях гражданам, имеющим детей".

Пунктом 6 Положения предусмотрено, что в случаях, указанных в пункте 1 части 1 статьи 5 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством", пособие по временной нетрудоспособности за первые 3 дня временной нетрудоспособности назначается и выплачивается страхователем за счет собственных средств, а за остальной период, начиная с 4 дня временной нетрудоспособности, - территориальным органом Фонда за счет средств бюджета Фонда.

В соответствии с п. 3 Положения страхователь не позднее 5 календарных дней со дня представления застрахованным лицом (его уполномоченным представителем) заявления и документов, указанных в пункте 2 настоящего Положения, представляет в территориальный орган Фонда по месту регистрации поступившие к нему заявления и документы, необходимые для назначения и выплаты соответствующих видов пособия, а также опись представленных заявлений и документов, составленную по форме, утверждаемой Фондом.

Страхователи, у которых среднесписочная численность физических лиц, в пользу которых производятся выплаты и иные вознаграждения, за предшествующий расчетный период превышает 25 человек, представляют в сроки, установленные пунктом 3 настоящего Положения, в территориальный орган Фонда по месту регистрации сведения, необходимые для назначения и выплаты соответствующего вида пособия (далее - реестр сведений), в электронной форме по форматам, установленным Фондом. Формы реестров сведений и порядок их заполнения утверждаются Фондом.

Страхователю, представившему в территориальный орган Фонда реестр сведений в электронной форме не в полном объеме, страховщик в течение 5 рабочих дней со дня его получения направляет извещение о представлении недостающих сведений в электронной форме.

После получения заявления и документов, необходимых для назначения и выплаты соответствующего вида пособия, либо реестра сведений территориальный орган Фонда в течение 10 календарных дней со дня их получения принимает решение о назначении и выплате пособий.

Из расчетного листка за февраль 2020 года, выписки по счету, расчета ответчика сведений ГУ Пензенское региональное отделение ФСС истца следует, что за период 25 февраля по 27 февраля 2020 года ФИО1 проведена оплата листка нетрудоспособности работодателем в марте 2020 года, при этом нарушений положений ст.15 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" не допущено, за период с 28 февраля по 03 марта 2020 года - оплата листка нетрудоспособности производилась Фондом социального страхования. Реестр сведений на выплату пособия по нетрудоспособности поступил в фонд социального страхования 27 марта 2020 года, 31 марта 2020 года - затребованы недостающие сведения, 08 апреля 2020 года состоялась выплата пособия, то есть в установленные законом сроки. При этом доказательств нарушения ответчиком срока направления документов в Фонд социального страхования для назначения истцу пособия по временной нетрудоспособности не установлено, как указывает работодатель, реестр больничных был сформирован, как только истцом были представлены документы, необходимые для назначения и выплаты пособия.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ввиду отсутствия нарушений прав истца со стороны работодателя, требования истца ФИО1 о компенсации морального вреда удовлетворены быть не могут, в удовлетворении данных требований следует отказать.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении иска ФИО1 к МБОУ СОШ №28 г.Пензы имени В.О. Ключевского о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации за неиспользованный отпуск, взыскании недоплаченной заработной платы, компенсаций за несвоевременную выплату заработной платы и оплату листка временной нетрудоспособности, компенсации морального вреда - отказать

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Первомайский районный суд г. Пензы в течение одного месяца с момента вынесения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 04 августа 2020 года

Судья: