Апелляционное постановление № 10-3768/2024 от 19 июня 2024 г. по делу № 1-180/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Челябинск 20 июня 2024 года

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Боброва Л.В.,

при ведении протокола помощником судьи Деревсковой Т.Н.,

с участием прокурора Кичигиной Е.А.,

осужденной ФИО2, и ее защитника – адвоката Маркиной И.В., действующей на основании назначения,

потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2, и представителя – адвоката ФИО12,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2 и представителя – адвоката ФИО12 на приговор Металлургического районного суда г. Челябинска от 20 марта 2024 года, в соответствии с которым:

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, гражданка <данные изъяты>, не судимая,

осуждена по ч. 3 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком в 2 (два) года, с дополнительным наказанием в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев, с применением положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении в отношении основного наказания в виде лишения свободы, с испытательным сроком в 3 (три) года, и возложением ряда обязанностей.

Мера пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу сохранена в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Приговором разрешены гражданские иски, с ФИО2:

- в пользу потерпевшей Потерпевший №2 взысканы расходы на погребение в размере <данные изъяты> и расходы на представителя – адвоката ФИО12 в размере <данные изъяты>, всего в размере <данные изъяты>, а также компенсация морального вреда в размере <данные изъяты>;

- в пользу потерпевшей Потерпевший №1 взыскана компенсация морального вреда в размере <данные изъяты>.

Этим же приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств, и сохранен арест, наложенный на основании постановления <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ на банковские счета открытые на имя ФИО2, а именно:

счет <данные изъяты>, открытый ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>, расположенном по адресу: <адрес>

счет <данные изъяты>, открытый ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>, расположенном по адресу: <адрес>

счет <данные изъяты>, открытый ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> расположенном по адресу: <адрес>;

счет <данные изъяты>, открытый ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>, расположенном по адресу: <адрес>;

счет <данные изъяты>, открытый ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> расположенном по адресу: <адрес>,

до исполнения приговора в части гражданского иска потерпевших.

Заслушав выступления потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №2, и их представителя – адвоката ФИО12, и прокурора Кичигиной Е.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, осужденной ФИО2 и ее защитника – адвоката Маркиной И.В., полагавших необходимым приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО2 признана виновной и осуждена за нарушение ДД.ММ.ГГГГ на территории <адрес> п.п. 1.3, 1.5, 2.1.1(1), 10.1, 14.1 Правил дорожного движения, а также п. 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации, при управлении автомобилем <данные изъяты>, г/н «<данные изъяты>», повлекшее по неосторожности смерть ФИО13 при подробно изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании ФИО2 предъявленное ей обвинение не оспаривала, полностью признав себя виновной.

В апелляционной жалобе потерпевшие Потерпевший №1 и Потерпевший №2, не оспаривая фактических обстоятельств и квалификацию действий ФИО2, выражают несогласие с вынесенным приговором, считают, что приговор суда является незаконным, вынесен с нарушением уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Полагают, что назначенное наказание с применением положений ст. 73 УК РФ является чрезмерно мягким, не отвечающим принципу справедливости, закрепленного в ст. 6 УК РФ. Выражают несогласие с тем, что судом при назначении наказания было учтено <данные изъяты>, обращают внимание, что в материалы дела не представлено никаких документов, подтверждающих о наличии каких-либо <данные изъяты>. Считают, что суд не оценил сведения о личности погибшей ФИО13 Указывают, что смерть сестры ФИО13 стала тяжкой утратой для родственников. Кроме того, акцентируют внимание, что судом в абзаце <данные изъяты> на л.д. <данные изъяты> приговора неверно указана фамилия потерпевшей, которая давала пояснения, кроме того, в абзаце <данные изъяты> л.д. <данные изъяты> приговора суд устанавливал факт родственных отношений свидетельством о смерти ФИО11, вместе с тем, никакого свидетельства о смерти ФИО11 не имеется. Просят обжалуемый приговор от ДД.ММ.ГГГГ изменить, назначить ФИО2 более строгое наказание, связанное с лишением свободы, без применения положений ст. 73 УК РФ, с лишением права управлять транспортным средством на срок <данные изъяты>.

В апелляционной жалобе представитель потерпевших адвокат ФИО12 не соглашается с приговором суда. В обоснование своей позиции приводит доводы, аналогичные по своему логическому содержанию доводам апелляционной жалобы потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2 Считает, что суд при разрешении исковых требований потерпевших не учет степень полученных ими моральных и нравственных страданий, связанных со смертью их родной сестры – ФИО13 Просит приговор Металлургического районного суда г. Челябинска от 20 марта 2024 года изменить, назначить ФИО2 более строгое наказание, связанное с лишением свободы, без применения положений ст. 73 УК РФ, с лишением права управлять транспортным средством на срок <данные изъяты>, увеличить размер компенсации морального вреда до <данные изъяты> рублей каждой из потерпевших.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, проверив и оценив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции в приговоре проанализировал все представленные сторонами доказательства, дал им надлежащую оценку, установил фактические обстоятельства произошедших ДД.ММ.ГГГГ событий произошедшего, когда ФИО2, управляя автомобилем <данные изъяты>, г/н «<данные изъяты>», проявив преступную неосторожность, имея возможность заблаговременно обнаружить вышедшего на проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу пешехода и располагая технической возможностью предотвратить наезд на ФИО13, не оценила должным образом дорожную ситуацию, своевременных возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства не приняла, не остановилась, не уступила дорогу пешеходу, и в результате в период времени <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, около <адрес>, расположенного по <адрес>, на нерегулируемом пешеходном переходе произвела наезд на пешехода ФИО13

В результате дорожно-транспортного происшествия пешеходу ФИО13 причинены телесные повреждения, от которых ДД.ММ.ГГГГ она скончалась в <данные изъяты>

В обоснование виновности осужденной суд в приговоре правильно сослался на показания самой ФИО2 в период досудебного производства по делу, показания потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1, свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО16, в том числе эксперта ФИО17, протоколы осмотра места происшествия, заключения экспертов и другие исследованные доказательства, содержание и анализ которых подробно приведены в приговоре.

Допустимость и достоверность положенных судом в основу приговора доказательств сомнений не вызывают, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, не содержат существенных противоречий по обстоятельствам, имеющим значение для выводов суда, подтверждаются другими доказательствами, и фактически сторонами под сомнение не ставится.

При этом, приведенные потерпевшими доводы о том, что суд неверно отразил данные о потерпевшей, давшей пояснения по обстоятельствам состоявшегося разговора с ФИО3 о попытках принятия мер к возмещению ущерба только ближе к судебному разбирательству, но отсутствии договоренности, не могут повлиять на выводы суда первой инстанции, не искажают логического смысла событий, и в силу содержащихся в протоколе судебного заседания сведений о том, что именно потерпевшая ФИО19 сообщала сведения о состоявшемся диалоге с осужденной, не расцениваются судом апелляционной инстанции как основания незаконности и необоснованности приговора суда в целом либо в какой-либо его части.

Каких-либо противоречий в показаниях допрошенных по делу лиц, в том числе противоречий, которые бы ставили под сомнение выводы суда о произошедших событиях, по делу не имеется.

В данном случае являются правильными выводы суда первой инстанции, что осужденная нарушила требования п.п. 10.1 и 14.1 ПДД РФ, поскольку она, проявляя преступную неосторожность, не соблюдая относящиеся к ней, как к участнику дорожного движения, требования ПДД РФ, при движении в направлении нерегулируемого пешеходного перехода, не снижая скорости движения и не принимая мер к остановке транспортного средства, лишая тем самым себя возможности осуществления постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ, совершила наезд на ФИО13, причинив ей телесные повреждения, повлекшие её смерть.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ действия водителя автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак «<данные изъяты>», не соответствовали требованиями пунктов 10.1 (абзаца 1) и 14.1 ПДД РФ.

Заключение эксперта не противоречит положениям ст. 204 УПК РФ.

При этом, поскольку правовая оценка действий участников дорожного движения не входит в компетенцию эксперта, то суд обоснованно оценил вышеуказанное заключение эксперта в совокупности с иными доказательствами, что соответствует требованиям уголовно-процессуального закона.

Оценив совокупность всех исследованных по делу доказательств и фактически правильно установив фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции с достаточной полнотой мотивировал свои выводы о том, что именно нарушение ФИО2 п.п. 10.1 и 14.1 Правил дорожного движения РФ находятся в причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием и с наступлением последствий в виде смерти ФИО13

При вышеуказанных выводах, заявления Потерпевший №2, оспаривающей сведения о соблюдении ФИО2 скоростного режима, являются явным предположением, не подтвержденным какими-либо объективными доказательствами, и с учетом положений ст. 252 УПК РФ, не ставят под сомнение правильность выводов о виновности осужденной, и не являются основаниями для признания приговора суда незаконным и необоснованным.

Квалификация действий ФИО2 по ч. 3 ст. 264 УК РФ является правильной.

Вместе с тем, из приговора подлежит исключению указание на нарушение осужденной положений п.п. 1.3, 1.5 и 2.1.1(1) ПДД РФ, а также требований п. 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, поскольку из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, суд первой инстанции в нарушение положений п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» не следует вывод о том, какая причинно-следственная связь имеется между нарушениями этих пунктов и требования п. 11 по допуску транспортных средств к эксплуатации и последствиями в виде смерти потерпевшей, что влечет и исключение из юридической квалификации ФИО24 указания на нарушение правил эксплуатации транспортных средств.

Таким образом, анализируя доказательства, имеющиеся в материалах дела, с учетом установленных фактических обстоятельств дела, касающихся совершенного ФИО2 преступления, ее действия должны быть квалифицированы по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Данных о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном, из материалов дела не усматривается.

Председательствующий, руководствуясь ст.ст. 15, 243 УПК РФ, обеспечил состязательность и равноправие сторон в ходе судебного заседания для всестороннего и объективного рассмотрения дела.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273 – 291 УПК РФ.

Представленные сторонами суду доказательства были исследованы в достаточном объеме, заявленные ходатайства разрешены в установленном законом порядке.

При этом, с учетом того, что материалы уголовного дела не содержат какого-либо свидетельства о смерти ФИО11, на который сделана ссылка судом, из описательно-мотивировочной части приговора надлежит исключить в абз № стр. № указание на учет этого свидетельства как доказательство родственных отношений, признав состоятельными и правильными доводы апелляционной жалобы потерпевших в указанной части.

При назначении наказания ФИО2 суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ, учитывал характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства содеянного, оценивал данные о личности осужденной, наличие смягчающих наказание обстоятельств, и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на ее исправление и условия жизни семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденной ФИО2, суд признал: <данные изъяты>

Каких-либо иных обстоятельств, подлежащих обязательному учету в качестве смягчающих наказание в соответствии со ст. 61 УК РФ, но не учтенных судом при его назначении, не установлено. Представленные суду апелляционной инстанции документы со сведениями о <данные изъяты>, чье состояние принималось во внимание и учтено судом первой инстанции как смягчающее наказание обстоятельство, не свидетельствуют о наличии правовых оснований для повторного учета в числе значимых обстоятельств, влекущих смягчение наказания.

При этом, вопреки озвученным потерпевшими и представителем доводам, суд обоснованно, ввиду установления факта наличия у супруга осужденной заболеваний здоровья принял во внимание и учел указанно обстоятельство в числе смягчающих, поскольку это не противоречит и согласуется с положениями ч. 2 ст. 61 УК РФ, по смыслу которой перечень обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренный ч. 1 ст. 61 УК РФ, не является исчерпывающим.

Оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, – совершение иных действий, направленных на заглаживание вреда, не имеется, о чем имеется правильный вывод, который суд апелляционной инстанции разделяет.

Отсутствуют и правовые и законные основания для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства и обстоятельства получения объяснений ФИО2, как явки с повинной или как активное способствование раскрытию и расследованию преступлений (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), о чем обоснованно и надлежащим образом мотивированно указано судом первой инстанции. В настоящем случае, правовых оснований, чтобы не согласиться с выводом суда первой инстанции не имеется, т.к. приведенные в приговоре суда суждения в указанной части отвечают требованиям уголовного закона и основаны на материалах дела, при правильном понимании и применении разъяснений, содержащихся в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания».

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Вопреки заявлениям потерпевших, поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ, при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, разрешая вопрос назначения наказания, не могут учитываться исключительно положительно характеризующие личность погибшей ФИО13 сведения, ссылки на которые содержатся в доводах апелляционной жалобы.

При этом, описанные в апелляционной жалобе, а также в ходе судебного заседания, потерпевшими Потерпевший №2 и Потерпевший №1 обстоятельства, которые, по их мнению, отрицательно характеризуют поведение ФИО2 в период расследования и рассмотрения уголовного дела, относятся исключительно к способу защиты осужденной от предъявленного обвинения, которая таким образом выражает свою позицию по уголовному делу, что является её процессуальным правом и в силу уголовного закона не может учитываться в качестве негативного обстоятельства, влекущего ухудшение положения и назначение более строгого наказания.

Выводы суда о необходимости назначения осужденной ФИО2 наказания в виде лишения свободы, с последующим применением положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении, убедительны, признаются судом апелляционной инстанции разумным и справедливым решением, основанным на правильном применении норм уголовного закона.

Доводы потерпевшей стороны, в том числе представителя – адвоката ФИО12, о целесообразности назначении ФИО2 наказания без применения положения ст. 73 УК РФ в большей части мотивированы обстоятельствами, которые, как указано выше, не могут учитываться против лица, которому предъявлено обвинение. Иные же обстоятельства, такие как отсутствие со стороны ФИО2 помощи родственникам погибшей либо заглаживания им вреда иным способом, равно как и заявления о невозможности объяснить преступное поведение перед ними, не являются безусловным основанием для назначения осужденной наказания в виде реального лишения свободы с учетом перечисленных выше данных о личности осужденной, наличия совокупности смягчающих обстоятельств, отсутствия отягчающих обстоятельств, при категории средней тяжести совершенного преступления.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, ст. 53.1 УК РФ, а также ст. 64 УК РФ, мотивированы в приговоре и соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно п. 4 ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения приговора в апелляционном порядке является несправедливость приговора.

В соответствии с ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части УК РФ, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

Лицу, признанному виновным в совершении преступления, должно быть назначено справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ. При этом, при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи (ст. 60 УК РФ). При этом, наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений (ст. 43 УК РФ).

При этом, степень общественной опасности преступления определяется в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от тяжести наступивших последствий, способа совершения преступления, субъективной оценки виновным своих действий.

Вместе с тем, суд первой инстанции не учел обстоятельства, имеющие важное значение для принятия обоснованного и законного решения по делу, назначил ФИО2 наказание, которое хоть и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части, но по своему размеру является несправедливым вследствие его чрезмерной мягкости. Так, суд не дал должной оценки поведению осужденной до и после совершения преступления, не принял в должной мере характер и степень общественной опасности совершенного преступления.

При таких обстоятельствах, учитывая обстоятельства совершения преступления, характер и степень его общественной опасности, поведение виновной, учитывая предусмотренные законом требования ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ, нельзя признать соразмерным содеянному назначенное судом осужденной наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года. В связи с изложенным, несмотря на выводы о необходимости уточнения существа обвинения и юридической квалификации в сторону смягчения, суд апелляционной инстанции принимает решение об удовлетворении доводов потерпевших и представителя – адвоката ФИО12 и возможности усиления ФИО2 как основного наказания до <данные изъяты> лишения свободы, так и дополнительного наказания до <данные изъяты> лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, находя размер наказания, определенный судом первой инстанции, чрезмерно мягким.

Принимая решение о необходимости усиления наказания, наряду с вышеуказанными выводами, также учитывается, что судом первой инстанции в качестве дополнительного наказания назначен не предусмотренный вид наказания – лишение права управления транспортными средствами, что противоречит положениям ст. 47 УК РФ, по смыслу которой лишение права заниматься определенной деятельностью может выражаться в запрещении заниматься как профессиональной, так и иной деятельностью, и при применени избранного вида наказания, в приговоре надлежит конкретизировать вид такой деятельности (педагогическая, врачебная, управление транспортом и т.д.).

Вместе с указанным выше решением о необходимости усиления как основного, так и дополнительного, наказаний, суд апелляционной инстанции считает, что сохраняются основания для применения положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении, поскольку, вопреки доводам потерпевших и их представителя, по делу имеется совокупность условий, свидетельствующих, о возможности исправления осужденной без реального отбывания наказания, в связи с чем основное наказание следует считать условным.

В силу того, что условное осуждение регламентирует порядок исполнения назначенного судом наказания, суд апелляционной инстанции, в соответствии с положениями ст. 73 УК РФ, считает необходимым установить испытательный срок в течение <данные изъяты>, с возложением обязанностей в период испытательного срока: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением осужденного, являться на регистрацию в указанный орган в установленные дни не реже одного раза в месяц; в течение первых <данные изъяты> загладить потерпевшей Потерпевший №2 и Потерпевший №1 вред, причиненный совершенным преступлением, путем выплаты денежных средств в установленных судом пределах.

В настоящем случае, возложение в соответствии с положениями ч. 5 ст. 73 УК РФ вышеуказанных обязанностей не противоречит разъяснениям, приведенным в п. 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 58 от 22 декабря 2015 года «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», в том числе и в части возложения дополнительной обязанности на ФИО2 по возмещению причиненного преступлением вреда, выраженного в соответствующих денежных суммах, поскольку исполнении такой обязанности будет направлено на исправление осужденной и реализации целей уголовного наказания о восстановлении социальной справедливости.

Вместе с указанным выше, приговор подлежит изменению и в части разрешения гражданского иска, заявленного потерпевшими Потерпевший №2 и Потерпевший №1, по следующим основаниям.

Разрешая спор в части указанных исковых требований, суд признал установленным факт причинения истицам Потерпевший №2 и Потерпевший №1, каждой, вследствие гибели сестры нравственных страданий и наличие оснований для удовлетворения их требований, установив размер денежной компенсации морального вреда в сумме, равную <данные изъяты> рублей для каждой из потерпевшей.

Между тем, суд апелляционной инстанции полагает, что вывод суда в части определения размера денежной компенсации морального вреда Потерпевший №2 и Потерпевший №1 сделан без учета всех обстоятельств дела в совокупности, норм материального права и с нарушением норм процессуального права.

В соответствии со ст. 151 Гражданского Кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Вместе с тем суд, определяя по настоящему делу размер компенсации морального вреда Потерпевший №2 и Потерпевший №1, каждой, не в полной мере учел все обстоятельства дела в совокупности, индивидуальные особенности истцов, степень причинения им нравственных страданий, вызванных смертью и невосполнимой утратой близкого человека, значительно занизил размер компенсации морального вреда.

Суд не принял во внимание, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. Таким образом, судебное решение, вынесенное по данному делу, которым взыскана компенсация морального вреда в явно заниженном размере, нельзя признать законным, обоснованным и справедливым, поскольку оно не соответствуют целям законодательства, предусматривающего возмещение вреда в подобных случаях.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание все указанные выше обстоятельства, имеющие значение для дела, а также данные о личности ФИО2, её трудоспособность и возможность получения дохода, суд апелляционной инстанции полагает необходимым увеличить размер компенсации морального вреда, подлежащего возмещению как Потерпевший №2, так и Потерпевший №1

При определении размера компенсации морального вреда суд апелляционной инстанции принимает во внимание степень вины осужденной, обстоятельства преступления, а также степень нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями каждой из потерпевших, потерявшей в результате совершенного ФИО2 преступления сестры, являющейся близким родственником, с которой и у Потерпевший №2, и у Потерпевший №1, каждой, была эмоциональная связь, а их отношения носили тесный систематический характер. Также суд учитывает семейное положение ФИО2, её возраст, трудоспособность и возможность получения доходов. Суд апелляционной инстанции считает, что исковые требования потерпевшей Потерпевший №2 и Потерпевший №1, каждой, о компенсации морального вреда должны быть оценены в сумму <данные изъяты> для каждой, в связи с чем первоначально заявленные исковые требования подлежат частичному удовлетворению в вышеуказанном размере, полагая, что такой размер будет соответствовать требованиям разумности и справедливости, являться соразмерным степени нарушений нематериальных благ потерпевших.

При таких выводах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии правовых оснований для частичного удовлетворения доводов апелляционной жалобы потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 и представителя – адвоката ФИО12

Помимо вышеуказанного, суд апелляционной инстанции обращает внимание на следующие обстоятельства.

В соответствии с п. 8 ч. 2 ст. 42 УПК РФ потерпевший по уголовному делу вправе иметь представителя.

В силу ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям ст. 131 УПК РФ.

Исходя из положений ч. 1 ст. 131 УПК РФ и п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, относятся к процессуальным издержкам, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства.

В соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Из смысла указанных норм следует, что процессуальными издержками является не само по себе вознаграждение, выплаченное потерпевшим своему представителю, а суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие этих расходов из средств федерального бюджета.

Исходя из изложенного, расходы потерпевшего, связанные с выплатой вознаграждения своему представителю за участие в уголовном судопроизводстве, в случае признания их судом необходимыми и оправданными, подтвержденными соответствующими документами, выплачиваются потерпевшему из средств федерального бюджета Российской Федерации, после чего данные расходы федерального бюджета приобретают статус процессуальных издержек, указанных в п. 1.1. ч. 2 ст. 131 УПК РФ.

Таким образом, расходы потерпевшего на представителя не относятся к предмету гражданского иска и не подлежат разрешению в порядке искового производства, в силу чего поставленный потерпевшей вопрос, связанный с возмещением затрат, понесенных на представление интересов представителем, должен разрешаться в соответствии с положениями ст.ст. 131 и 132 УПК РФ о процессуальных издержках, взыскание которых с осужденного лица непосредственно в пользу потерпевшего законом не предусмотрено.

Согласно ч. 6 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы. Суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осужденного.

Указанные положения уголовно-процессуального закона при рассмотрении вопроса о возмещении потерпевшей Потерпевший №2 расходов на представителя – адвоката ФИО12 в размере <данные изъяты> и взыскании их с осужденной ФИО2 судом первой инстанции не соблюдены.

Как видно из содержания приговора, требования потерпевшей Потерпевший №2, взаимосвязанные с возмещении расходов на представителя, разрешены судом в порядке искового производства, в пользу потерпевшего данные расходы взысканы непосредственно с осужденной, что не соответствует вышеуказанным положениям ст.ст. 131 и 132 УПК РФ.

В силу вышеуказанных обстоятельств, поскольку установлены свидетельства допущенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые являются устранимыми, суд апелляционной инстанции считает возможным и правильным в приговор суда в части гражданского иска потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 внести соответствующие изменения, связанные с необходимостью отмены решения суда о взыскании с ФИО1 в пользу Потерпевший №2 расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю – адвокату ФИО12 в размере <данные изъяты>, отнесении данных расходов к процессуальным издержкам, подлежащим возмещению потерпевшей из средств федерального бюджета, с последующим взысканием указанной суммы <данные изъяты> с осужденной ФИО1 в пользу федерального бюджета.

Оснований для внесения иных изменений в приговор суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона при расследовании и рассмотрении дела, влекущих отмену приговора суда, не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389,17, 389.18, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Металлургического районного суда г. Челябинска от 20 марта 2024 года в отношении ФИО2 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части при описании преступного деяния указание на нарушение ФИО2 п.п. 1.3, 1.5 и 2.1.1(1) Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, а также требований п. 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090;

- исключить из описательно-мотивировочной части при юридической квалификации ФИО2 указание на нарушение правил эксплуатации транспортных средств;

- исключить из описательно-мотивировочной части в абз № стр. № приговора указание на учет свидетельства о смерти ФИО11 как доказательство родственных отношений;

- усилить назначенное ФИО2 по ч. 3 ст. 264 УК РФ наказание до 2 (двух) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 (два) года.

В соответствии со ст. 73 УК РФ основное наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком в 4 (четыре) года с возложением обязанностей в период испытательного срока: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением осужденного, являться на регистрацию в указанный орган в установленные дни не реже одного раза в месяц; в течение первых 3 (трех) лет загладить потерпевшей Потерпевший №2 и Потерпевший №1 вред, причиненный совершенным преступлением;

Приговор в части гражданского иска потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 изменить.

Решение о взыскании с ФИО2 в пользу Потерпевший №2 расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю – адвокату ФИО12 в размере <данные изъяты>, отменить.

Возместить потерпевшей Потерпевший №2 из средств федерального бюджета процессуальные издержки в размере <данные изъяты>, связанные с оплатой услуг представителя потерпевшего – адвоката ФИО12

Взыскать в регрессном порядке в доход федерального бюджета с ФИО2 процессуальные издержки в размере <данные изъяты>, связанные с оплатой услуг представителя потерпевшего – адвоката ФИО12

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №2 о взыскании расходов на погребение удовлетворить полностью.

Взыскать с осужденной ФИО2 в пользу потерпевшей Потерпевший №2 в счет компенсации материального ущерба <данные изъяты>

Гражданский иск потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с осужденной ФИО2 в пользу потерпевшей Потерпевший №2 в счет компенсации морального вреда <данные изъяты>.

Взыскать с осужденной ФИО2 в пользу потерпевшей Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда <данные изъяты>.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1, а также их представителя – адвоката ФИО12, – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу приговора суда.

В рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции вправе принимать участие осужденный, а также иные лица, указанные в ч. 1 ст. 401.2 УПК РФ, при условии заявления ими ходатайства об этом.

Председательствующий: