Апелляционное постановление № 22-591/2020 от 10 марта 2020 г. по делу № 1-39/2020

Докладчик Рысков А.Н. Апелляционное дело № 22-591/2020

Судья Зубов А.М.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

11 марта 2020 года город Чебоксары

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Чувашской Республики в составе:

председательствующего судьи Рыскова А.Н.,

при секретаре – помощнике судьи Петрове М.А.,

с участием: осужденного ФИО8 и его защитника – адвоката Кондратьева Ф.А.,

прокурора отдела прокуратуры Чувашской Республики Михайлова В.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы и дополнения к ним осужденного ФИО8 и его защитника – адвоката Кондратьева Ф.А., а также апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора города Новочебоксарск Чувашской Республики Дмитриевой Р.С. на приговор Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 7 февраля 2020 года, согласно которому

ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>, судимый:

1) 19 июня 2007 года по приговору Мариинско-Посадского района Чувашской Республики по ч.2 ст.213 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года условно с испытательным сроком 4 года;

2) 8 июня 2011 года по приговору Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики по п. «а» ч.2 ст.161 УК РФ, ч.3 ст.30, п. «а» ч.2 ст.158 УК РФ, ч.1 ст.139 УК РФ, на основании ч.3 ст.69 УК РФ, ст.71 УК РФ, ч.5 ст.69 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима, освобожденный по отбытии наказания 21 июля 2015 года;

3) 12 апреля 2017 года по приговору Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики по ч.2 ст.314.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 6 месяцев условно с испытательным сроком 1 год; постановлением Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 13 октября 2017 года условное осуждение отменено с направлением в места лишения свободы, освобожденный по отбытии наказания 12 апреля 2018 года;

4) 22 ноября 2019 года по приговору Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики (с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением Верховного Суда Чувашской Республики от 21 января 2020 года) по ч.1 ст.157 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 месяца с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

осужден по части 1 статьи 318 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания и наказания, назначенного по приговору Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 22 ноября 2019 года ФИО8 назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 3 месяца с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения оставлена без изменения в виде заключения под стражу. Начало срока отбывания наказания исчислено со дня вступления приговора в законную силу. На основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 23 октября 2019 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, с учетом требований ч.3.3 ст.72 УК РФ.

Исковое заявление потерпевшего удовлетворено и с ФИО8 взыскано в пользу ФИО1 15000 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Заслушав доклад судьи Рыскова А.Н., доводы осужденного ФИО8 и его защитника – адвоката Кондратьева Ф.А., поддержавших апелляционные жалобы и дополнения к ним; выступление прокурора Михайлова В.А., полагавшего приговор подлежащим изменению только по доводам апелляционного представления, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО8 осужден за применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти – полицейского отдельного батальона патрульно-постовой службы полиции Отдела Министерства внутренних дел России по городу Новочебоксарск (далее - ОМВД РФ по г.Новочебоксарск) ФИО9 в связи с исполнением последним своих должностных обязанностей.

Преступление совершено 21 июня 2019 года в городе Новочебоксарск Чувашской Республики при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Осужденный в суде вину не признал.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО8 просит отменить приговор в связи с его необоснованностью и незаконностью. Приводит доводы об отсутствии у него умысла на причинение телесных повреждений потерпевшему. Выдвигает свою версию событий, согласно которой он, ФИО2 и ФИО3 не находились в состоянии сильного алкогольного опьянения, оснований для их доставления в отдел полиции не имелось. Сотрудники полиции сами превысили свои полномочия, напав на его сожительницу ФИО3, а он лишь защищал её от сотрудников полиции. Приводит доводы о том, что обвинительный приговор построен лишь на содержащихся в материалах предварительного расследования его показаниях и показаниях свидетелей ФИО3 и ФИО2, которых они в действительности не давали и в суде после их оглашения не поддержали. Утверждает, что адвокат при допросе не присутствовал, а он подписал заранее напечатанные следователем показания, подшитые в уголовное дело, когда следователь приехал к его дому на машине, поскольку иначе следователь угрожал его арестовать. Однако суд отказался проверять указанный факт, хотя по геолокации сотового телефона следователя можно было подтвердить факт приезда последнего к нему домой. Полагает, что суд необоснованно критически отнесся к показаниям свидетелей ФИО3 и ФИО2 об обстоятельствах произошедшего, в то время как их показания подтверждаются заключениями судебно-медицинских экспертиз.

Указывает, что единственным объективным доказательством произошедшего может являться видеозапись с видеорегистратора сотрудника полиции ФИО1, однако суд первой инстанции немотивированно отказался ее истребовать. При этом суду не представлено каких-либо доказательств поломки видеорегистратора – рапорта ФИО1 о поломке, акта сдачи на ремонт и т.п. Опровергая приобщенный к уголовному делу ответ начальника патрульно-постовой службы о том, что запись с видеорегистратора хранится всего один месяц, ссылается на инструкцию о необходимости хранить видеозапись по административному делу в течении трех месяцев, а по уголовному делу – до конца судебного разбирательства. Обращает внимание на противоречивость показаний потерпевшего ФИО1 о том, кто с него сорвал видеорегистратор. Допускает, что видеозапись умышленно не представлена в суд, чтобы скрыть противоправные действия сотрудников полиции в отношении него и свидетелей ФИО3 и ФИО2 Также указывает, что суд не дал должной оценке заключениям судебно-медицинских экспертиз, зафиксировавшим телесные повреждения у него, ФИО2 и ФИО3 Выдвигает доводы о предвзятости суда, занявшего сторону обвинения и отказавшегося проверять доводы стороны защиты

Выдвигает доводы о необъективности характеристики, выданной участковым уполномоченным полиции, поскольку последний с ним лично не встречался. Приводит доводы о несправедливости назначенного окончательного наказания по правилам ч.5 ст.69 УК РФ в виде лишения свободы на срок 2 года 3 месяца, поскольку первоначально до отмены приговора ему назначалось окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 2 месяца.

Его защитник – адвокат Кондратьев Ф.А. в апелляционной жалобе и дополнениях к ней просит приговор суда отменить как незаконный и оправдать его подзащитного, либо вернуть дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Указывает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судом неправильно применен уголовный закон и существенно нарушен уголовно-процессуальный закон.

Подробно цитируя показания осужденного ФИО8, свидетелей ФИО3 и ФИО2., выдвигает версию о том, что указанные лица были трезвые, сидели на скамейке возле своего дома, общественный порядок не нарушали, а сотрудники полиции беспричинно пытались их доставить в отдел полиции, в ходе чего, когда ФИО3, не совершающая каких-либо противоправных действий в отношении сотрудников полиции, встала между осужденным ФИО8 и сотрудником полиции ФИО1, то последний, в отсутствие законных оснований, схватил ФИО3 за шею и волосы, провел удушающий прием и уронил на асфальт, причинив телесные повреждения, на что ФИО8, защищая свою гражданскую супругу, лишь оттолкнул от неё ФИО1 Однако сотрудники полиции в ответ избили ФИО8 и ФИО2, что подтверждается заключениями судебно-медицинских экспертиз, в которых также зафиксированы причины получения телесных повреждений указанными лицами с их слов.

Приводит доводы о существенном нарушении уголовно-процессуального закона, поскольку при первоначальном допросе и при предъявлении ФИО8 обвинения не присутствовал защитник. Обращает внимание, что первый приговор по делу отменен в связи с тем, что защитник – адвокат Флегонов В.П. в суде фактически занял позицию обвинения. Указывает об оказании сотрудником следствия психологического давления на ФИО8, ФИО3 и ФИО2, угрожавшего арестовать ФИО8, если они не подпишут заранее изготовленные следователем показания.

Отдельно приводит доводы о том, что стороной защиты заявлено ряд ходатайств: о запросе листков осмотра врачами-травматологами ФИО8, ФИО3 и ФИО2, о вызове в суд и допросе этих врачей-травматологов, о вызове и допросе эксперта, составившего заключения судебно-медицинских экспертиз, об истребовании из ОМВД РФ по г.Новочебоксарск видеозаписи с регистратора ФИО1, об отложении судебного заседания в связи с неявкой на него 4 февраля 2020 года и в последующие дни потерпевшего ФИО1 Однако суд немотивированно отказал в их удовлетворении, чем нарушил право на защиту ФИО8 Полагает, что суд в нарушении требований ст.15 УПК РФ не создал необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, отказав в исследовании видеозаписи. Приводит доводы о том, что формирование доказательств происходило в одностороннем обвинительном уклоне, в связи с чем защита в суде была лишена правовых механизмов для осуществления своих полномочий.

Отдельно указывает, что суд не усмотрел наличие в действиях ФИО8 отягчающего наказание обстоятельства в виде совершения преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, однако назначил такое же наказание как и по ранее отмененному приговору, в то время как наказание по первому приговору назначалось с учетом отягчающего наказание обстоятельства.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Дмитриева Р.С. просит приговор изменить в связи с неправильным применением уголовного закона и несправедливостью назначенного наказания. Приводит доводы о том, что ФИО8 первоначально осужден по приговору от 23 октября 2019 года за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года. После чего осужден по приговору от 22 ноября 2019 года за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.157 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 месяца, окончательное наказание назначено по правилам ч.5 ст.69 УК РФ в виде лишения свободы на срок 2 года 2 месяца. После отмены приговора от 23 октября 2019 года и направления дела на новое рассмотрение, апелляционная инстанция изменила и приговор от 22 ноября 2019 года, исключив из него назначение окончательного наказания по правилам ч.5 ст.69 УК РФ. В связи с чем при вынесении обжалуемого приговора от 7 февраля 2020 года суд правильно назначил окончательное наказание по правилам ч.5 ст.69 УК РФ, однако необоснованно увеличил его размер до 2 лет 3 месяцев лишения свободы, в то время как приговор от 23 октября 2019 года не отменялся, а приговор от 22 ноября 2019 года не изменялся по апелляционному представлению прокурора или апелляционной жалобе потерпевшего на мягкость назначенного наказания. Просит снизить окончательное наказание ФИО8 до 2 лет 2 месяцев лишения свободы.

В письменных возражениях на апелляционные жалобы потерпевший ФИО9 просит оставить их без удовлетворения, считая доводы жалоб несостоятельными.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, дополнений к ним и возражений на них, а также доводы апелляционного представления, выслушав стороны, судебная коллегия приходит к следующему.

Вывод суда о совершении ФИО8 преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ, является правильным и подтверждается совокупностью доказательств, исследованных судом в надлежащем порядке: показаниями потерпевшего и свидетелей обвинения, данными протокола осмотра места происшествия, заключением экспертизы и другими письменными доказательствами.

Осужденный ФИО8 вину в умышленном применении насилия в отношении представителя власти ФИО9 отрицал. При этом указал, что он, ФИО3 и ФИО2 в ночное время 21 июня 2019 года сидели на скамейке у соседнего дома и общественный порядок не нарушали. Он не был пьяным, поскольку выпил всего одну бутылку пива. Однако подошедшие сотрудники полиции потребовали пройти вместе с ними в отдел полиции и стали применять в отношении них физическую силу. Когда сотрудник полиции ФИО1 повалил на землю его сожительницу ФИО3, то он лишь оттолкнул ФИО1 в сторону. За что сотрудники полиции в ответ избили его и ФИО2

Аналогичные в целом показания в суде дали свидетели ФИО2 и ФИО3 При этом ФИО2 пояснил, что когда они попытались уйти от сотрудников полиции к своему дому, то те стали их останавливать и применили физическую силу, его ударили и уронили на землю, в связи с чем он не видел конфликт между ФИО8 и ФИО1 Свидетель ФИО3 пояснила, что когда она в ходе словесной перепалки встала между ФИО8 и сотрудником полиции ФИО1, то последний схватил ее за шею и волосы, после чего повалил на землю. Пока сотрудники полиции задерживали ФИО8 и ФИО2, она ушла с места происшествия.

Однако доводы осужденного и свидетелей ФИО2 и ФИО3 об отсутствии в действиях ФИО8 состава преступления, судом проверены и обоснованно признаны несостоятельными, как не нашедшие своего подтверждения.

Так, из обоснованно положенных в основу приговора показаний осужденного ФИО8, данных им в ходе предварительного следствия 21 июня 2019 года при допросе в качестве подозреваемого и 23 сентября 2019 года при допросе в качестве обвиняемого с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства в присутствии защитника, и оглашенных в судебном заседании в соответствии с п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, следует, что вечером 20 июня 2019 года он, ФИО3 и ФИО2 употребляли различные спиртные напитки. Подошедшие к ним сотрудники полиции попросили их прекратить громко ругаться нецензурной бранью и нарушать общественный порядок. Однако они на это замечание не отреагировали и продолжили шуметь. Тогда сотрудник полиции ФИО1 взял за руку ФИО3, на что он подбежал к ФИО1 и ударил его кулаком в лицо. После этого сотрудники полиции задержали их.

Вопреки доводам жалобы о том, что осужденный ФИО8 после оглашения его показаний, не подтвердил их, у судебной коллегии нет оснований сомневаться в вышеприведенных показаниях ФИО8, поскольку исходя из протоколов допроса, порядок проведения следственных действий, предусмотренный УПК РФ, не нарушен, ФИО8 показания давал сам в присутствии защитника, полностью ознакомился с протоколами допросов, замечаний по поводу правильности внесения его показаний в протоколы допросов от него и его защитника не поступало. Допрос в качестве подозреваемого и в качестве обвиняемого происходил в здании следственного отдела по городу Новочебоксарск СУ СК РФ по ЧР.

Указанные обстоятельства допросов ФИО8, в том числе об их производстве в здании Следственного комитета и об участии защитника в допросах, подтвердил в суде в ходе допроса следователь ФИО4 В связи с чем доводы стороны защиты об обратном являются несостоятельными.

Из обоснованно положенных в основу приговора первоначальных показаний свидетелей ФИО3 (т.1, л.д.26-29) и ФИО2. (т.1, л.д.31-32) следует, что они действительно не отреагировали на замечание сотрудников полиции не нарушать общественный порядок и перестать громко выражаться нецензурной бранью в ночное время возле жилого дома. Чтобы сотрудник полиции ФИО1 не забрал её сожителя ФИО8 в отдел полиции, она встала между ними, после чего сотрудник полиции взял ее за руку. В это время ФИО8 нанес удар ФИО1 кулаком в лицо.

Вопреки доводам стороны защиты о том, что свидетели ФИО3 и ФИО2 после оглашения в суде их показаний, не подтвердили их и сообщили, что напечатанные следователем показания не читали, у судебной коллегии нет оснований сомневаться в первоначальных показаниях данных свидетелей, поскольку исходя из протоколов допроса, порядок проведения следственного действия, предусмотренный УПК РФ, не нарушен, предусмотренные УПК РФ права свидетелям были разъяснены, ФИО3 и ФИО2 показания давали сами, полностью ознакомились с протоколами допросов, замечаний по поводу правильности внесения их показаний в протокол допроса от них не поступало, в суде свидетели не отрицали подлинность своих подписей в данном протоколе.

Судебная коллегия критически относится к показаниям свидетеля ФИО3 и ФИО2, данным в суде, о невиновности ФИО8 в совершении указанного преступления, поскольку они не соответствуют установленным фактическим обстоятельствам уголовного дела и даны с целью уклонения от уголовной ответственности ФИО8, который является сожителем ФИО3, а ФИО2 является родным братом последней.

Более того, показания осужденного ФИО8 и свидетелей ФИО3 и ФИО2, данные в ходе предварительного расследования, объективно подтверждаются собранными по делу доказательствами.

Так, из обоснованно положенных судом в основу приговора показаний потерпевшего ФИО1 следует, что в ночь с 20 на 21 июня 2019 года они с ФИО5 находились на дежурстве по охране общественного порядка на территории города Новочебоксарск, были одеты в форменную одежду сотрудника полиции. Примерно около полуночи они с ФИО5 возле <адрес> обратили внимание на группу людей, впоследствии оказавшимися ФИО8, ФИО2 и ФИО3, которые находились в состоянии опьянения, громко разговаривали, выражались нецензурной бранью, на их замечания не отреагировали, на предложение проследовать в отдел полиции отказались, оказали неповиновение и когда он взял за руку ФИО3, то к нему подошел ФИО8 и ударил кулаком в лицо. От удара он испытал боль и из носа у него пошла кровь. На место происшествия прибыл вызванный ими автопатруль и помог задержать ФИО8 и ФИО2, к которым в виду их сопротивления применили физическую силу и специальные средства. Приехавший ответственный по батальону сфотографировал его на месте происшествия со следами крови на лице.

Указанные фотографии потерпевший ФИО1. продемонстрировал в суде первой инстанции, пояснив их происхождение и относимость к исследуемым событиям, а также представил в распечатанном виде в суд апелляционной инстанции (т.2, л.д.163-164).

Свидетель ФИО5 рассказал о тех же обстоятельствах совершения ФИО8 административного правонарушения и применения последним насилия в отношении ФИО1

Допрошенные судом в качестве свидетелей сотрудники полиции ФИО6 и ФИО7 также подтвердили, что получив по рации сообщение о нападении на пеший патруль полиции, прибыли на место происшествия и помогли задержать ФИО8 и ФИО2 При этом из носа ФИО1 шла кровь, правая щека была красная.

Показания потерпевшего и указанных свидетелей обвинения объективно подтверждаются фактом обращения потерпевшего в травмпункт, в ходе которого ФИО1 жаловался на боль в щечной области и в спинке носа, пояснив, что «травму получил на службе при задержании гражданина ФИО8, ударившего кулаком по лицу», а также подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно выводам которой выставленный врачами диагноз «ушиб мягких тканей лица» оставлен без оценки по степени тяжести причиненного вреда здоровью.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО8 и ФИО2 нарушений общественного порядка не совершали, противоречат исследованным в судебном заседании материалам дел об административном правонарушении, согласно которым ФИО8 и ФИО2 привлечены к административной ответственности по ч.2 ст.20.1 КоАП РФ за совершение 21 июня 2019 года около 00 часов 15 минут мелкого хулиганства, сопряженного с неповиновением законным требованиям представителя власти, исполняющего обязанности по охране общественного порядка.

Нахождение сержанта полиции ФИО1., назначенного приказом начальника ОМВД России по городу Новочебоксарск № № от 27 декабря 2018 года на должность полицейского <данные изъяты> (т.1, л.д.157), при исполнении должностных обязанностей (т.1, л.д.158-162) по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности в период с 18 часов 20 июня 2019 года по 06 часов 21 июня 2019 года подтверждается графиком расстановки нарядов (т.1, л.д.164).

Подробный анализ всех доказательств, равно как и их оценка, приведены в приговоре.

Вышеприведенные положенные в основу приговора доказательства в совокупности согласуются между собой, дополняют друг друга и свидетельствуют о том, что ФИО8, желая воспрепятствовать представителю власти – полицейскому отдельного батальона патрульно-постовой службы полиции ОМВД РФ по г.Новочебоксарск ФИО1 в связи с исполнением последним своих должностных обязанностей по пресечению административного правонарушения, совершаемого ФИО8 и ФИО2 и предусмотренным ст.20.1 КоАП РФ, умышленно применил к ФИО1 насилие, не опасное для жизни и здоровья, а потому вывод суда о совершении ФИО8 преступления соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО8 применил насилие в отношении представителя власти в ответ на примененное насилие со стороны сотрудников полиции, опровергаются положенными в основу приговора показаниями как потерпевшего и свидетелей обвинения, так и первоначальными показаниями осужденного и свидетелей ФИО3 и ФИО2 о том, что сотрудниками полиции физическая сила и специальные средства были применены при задержании правонарушителей лишь после того, как ФИО8, ФИО2. и ФИО3 отказались подчиняться законным требованиям сотрудников полиции при пресечении административного правонарушения, оказали сопротивление сотрудникам полиции при исполнении ими своих должностных обязанностей, в том числе, пытались скрыться, ФИО3 не давала сотруднику полиции ФИО1 задержать ФИО8, преградив ему путь, а ФИО8 нанес удар кулаком в лицо потерпевшему ФИО1

При таких обстоятельствах являются несостоятельными ссылки стороны защиты на заключения судебно-медицинских экспертиз ФИО8, ФИО2 и ФИО3, а также листки осмотра их врачом-травматологом как на доказательство того, что сотрудники полиции первыми противоправно применили насилие к задерживаемым за административное правонарушение.

Доводы стороны защиты о том, что орган следствия и суд не изъяли видеозапись с камеры «Дозор», закрепленной на обмундировании сотрудника полиции ФИО1 с видеоизображением действительных событий произошедшего, не влияют на выводы суда о виновности ФИО8, поскольку его вина в совершенном преступлении подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, приведенных выше.

Данное ходатайство стороны защиты судом первой инстанции рассмотрено с выяснением мнения всех сторон и в его удовлетворении мотивированно отказано. Как установлено судом первой инстанции на основании допроса потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО5. во время сопротивления задержанию видеорегистратор «Дозор» был сорван с форменного обмундирования ФИО1 и упал на асфальт, получив повреждения. При этом ФИО1 пояснил, что в отделе полиции они пытались просмотреть видеозапись, однако видеофайлы регистратора вследствие повреждения не открылись.

При таких обстоятельствах, ввиду отсутствия видеофайлов, являются несостоятельными и доводы апелляционных жалоб о том, что видеозапись с регистратора хранится не один месяц, как следует из ответа ОМВД РФ по г.Новочебоксарск, а до рассмотрения уголовного дела по существу.

Таким образом, действиям осужденного судом дана правильная юридическая квалификация.

Не допущено судом и существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих незаконность приговора.

Вопреки доводам апелляционных жалоб о вынесении приговора лишь на предположениях, виновность осужденного подтверждается конкретными доказательствами, которым дана надлежащая оценка, в том числе обсуждены доводы стороны защиты о невиновности ФИО8 в совершении инкриминируемого преступления. Суд привел мотивы, по которым одни доказательства признал достоверными, а другие (показания осужденного и свидетелей ФИО3 и ФИО2 в суде) отверг. Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденной, по делу отсутствуют. Все значимые обстоятельства по делу установлены верно. Оснований не согласиться с этими выводами суда у судебной коллегии не имеется. Указанные выводы вопреки аргументам апелляционной жалобы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Данных о том, что судебное разбирательство проводились предвзято, с обвинительным уклоном, с нарушением права осужденного на справедливый и беспристрастный суд, с ущемлением его процессуальных и общегражданских прав и свобод и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов дела не усматривается.

Право стороны защиты на представление доказательств, заявление ходатайств, высказывание своего мнения по всем рассматриваемым в суде вопросам, вопреки доводам авторов жалоб, не ограничивалось и было реализовано.

Как усматривается из протокола судебного заседания, все заявленные сторонами ходатайства разрешены в установленном законом порядке. Решения суда по этим ходатайствам сомнений в своей правильности не вызывают, они должным образом мотивированны.

Вопреки доводам стороны защиты, суд без нарушения требований уголовно-процессуального закона продолжил 4 февраля 2020 года судебное заседание в отсутствие потерпевшего ФИО1, просившего в дальнейшем провести судебное заседание без него, поскольку последний ранее был подробно допрошен в суде в ходе заседаний от 17 и 29 января 2020 года, в том числе и стороной защиты без ограничения во времени, сторона защиты имела реальную возможность задать потерпевшему дополнительные вопросы после допроса основных свидетелей и осужденного, а также после заявления потерпевшим гражданского иска в предыдущем судебном заседании от 29 января 2020 года. При этом сторона защиты не возражала завершить судебное следствие в отсутствие потерпевшего и перейти к судебным прениям.

Доводы апелляционных жалоб о недозволенных методах расследования, о фальсификации доказательств, а также о недопустимости ряда доказательств, проверялись судом первой инстанции, нашли свою оценку в приговоре и обоснованно признаны несостоятельными.

Несогласие стороны защиты с оценкой положенных в основу обвинительного приговора доказательств на правильность выводов суда о виновности осужденного ФИО8 в совершенных преступлениях не влияет.

Приговор суда, вопреки доводам апелляционных жалоб, соответствует требованиям ст.307 УПК РФ, при его вынесении соблюдены правила ст.299 УПК РФ.

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы повлекли ограничение процессуальных прав осужденного, а также нарушений, безусловно влекущих отмену состоявшегося судебного решения, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Иные доводы апелляционных жалоб, повторяющие заявленные стороной защиты в суде первой инстанции требования, были предметом оценки суда первой инстанции и не содержат правовых оснований к отмене обжалуемого решения суда.

Наказание осужденному в виде реального лишения свободы назначено в пределах санкции соответствующей статьи УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного (совершение преступления средней тяжести), всех данных о его личности (по месту жительства и месту последнего отбывания наказания характеризуется отрицательно) и других предусмотренных законом обстоятельств, в том числе наличия как смягчающих (на основании п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ явки с повинной, на основании ч.2 ст.61 УК РФ - наличие несовершеннолетнего ребенка – дочери, 2004 года, а также фактическое наличие на иждивении несовершеннолетнего и малолетнего ребенка сожительницы ФИО3), так и отягчающих наказание обстоятельств (рецидив преступления).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, каких-либо сомнений в своей обоснованности характеристика, представленная участковым уполномоченным полиции, не вызывает.

При наличии отягчающих наказание обстоятельств, правовых оснований для применения положений ч.1 ст.62 УК РФ и ч.6 ст.15 УК РФ не имеется, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно не усмотрел обстоятельств, которые могли бы позволить изменить осужденному категорию преступлений на менее тяжкую и в связи с этим снизить наказание.

Вместе с тем, соглашаясь с доводами апелляционного представления и частично с доводами апелляционных жалоб в части назначения наказания, судебная коллегия считает приговор суда подлежащим изменению на основании ст. 389.18 УПК РФ в связи с неправильным применением уголовного закона по следующим основаниям.

Так, ФИО8 первоначально осужден по приговору от 23 октября 2019 года за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года, при этом отягчающим наказание обстоятельством судом признано совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. После чего он осужден по приговору от 22 ноября 2019 года за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.157 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 месяца, окончательное наказание назначено по правилам ч.5 ст.69 УК РФ в виде лишения свободы на срок 2 года 2 месяца. После отмены Верховным Судом Чувашской Республики приговора от 23 октября 2019 года и направления дела на новое рассмотрение, апелляционная инстанция изменила и приговор от 22 ноября 2019 года, исключив из него назначение окончательного наказания по правилам ч.5 ст.69 УК РФ. В связи с чем при вынесении обжалуемого приговора от 7 февраля 2020 года суд правильно назначил окончательное наказание по правилам ч.5 ст.69 УК РФ, однако необоснованно увеличил его размер до 2 лет 3 месяцев лишения свободы, в то время как приговор от 23 октября 2019 года не отменялся, а приговор от 22 ноября 2019 года не изменялся по апелляционному представлению прокурора или апелляционной жалобе потерпевшего на мягкость назначенного наказания. По этим же основаниям, поскольку приговор от 23 октября 2019 года по ч.1 ст.318 УК РФ не отменялся по апелляционному представлению прокурора или апелляционной жалобе потерпевшего на мягкость назначенного наказания, а при вынесении обжалуемого приговора от 7 февраля 2020 года судом не признано наличие в действиях ФИО8 отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного ч.1.1 ст.63 УК РФ, в отличие от отмененного приговора от 23 октября 2019 года, то назначение по приговору от 7 февраля 2020 года такого же наказания как и по приговору от 23 октября 2020 года в виде лишения свободы на срок 2 года, является несправедливым.

При таких обстоятельствах ФИО8 в связи с неправильным применением уголовного закона на основании ст.389.18 УПК РФ необходимо назначенное наказание в виде лишения свободы как по ч.1 ст.318 УК РФ, так и по правилам ч.5 ст.69 УК РФ, смягчить.

В то же время судебная коллегия с учетом характера, тяжести и общественной опасности совершенного ФИО8 преступления и всех данных о его личности, согласна с выводами суда первой инстанции о необходимости назначения ему наказания в виде реального лишения свободы.

Невозможность назначения ему наказания, не связанного с реальным лишением свободы, судом обсуждена и в приговоре мотивирована. Подробные выводы суда об этом изложены в приговоре.

Оснований к назначению ФИО8 наказания с применением правил, предусмотренных ст.64 УК РФ, ст.73 УК РФ и ч.3 ст.68 УК РФ, судом первой инстанции не установлено. Мотивированные выводы суда об этом содержатся в приговоре. Не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Вид исправительного учреждения назначен в точном соответствии с положениями ст.58 УК РФ.

Гражданский иск о возмещении морального вреда судом разрешен в установленном законом порядке, с учетом требования разумности и справедливости, характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств дела. Выводы суда, в том числе и о размере морального вреда, мотивированны в приговоре и являются правильными.

Руководствуясь ст.ст.389.15, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

п о с т а н о в и л а :

Приговор Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 7 февраля 2020 года в отношении ФИО8 изменить:

- назначенное ФИО8 по ч.1 ст.318 УК РФ наказание в виде лишения свободы смягчить до 1 года 11 месяцев;

- окончательное наказание ФИО8, назначенное по правилам ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания по обжалуемому приговору и наказания, назначенного по приговору Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 22 ноября 2019 года, смягчить до 2 лет 1 месяца лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Председательствующий судья: