Апелляционное определение № 22-2609/2025 22-4/2026 от 28 января 2026 г.

Судья 1 инстанции: Домбровская О.В. уголовное дело № 22-4/2026

Судья 2 инстанции: Жданов В.С. (№ 22-2609/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

29 января 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда в составе председательствующего Жданова В.С.,

судей Пастуховой Л.П., Шовкомуда А.П.,

при секретаре Бондаренко В.В.,

с участием прокурора Мельникова А.И.,

осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, путем использования систем видео-конференц-связи,

защитников – адвокатов Ерастовой Т.К., Умань Т.И., Галимова И.Г., Игумновой Э.Н., Гранина Н.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам и дополнениям к ним адвокатов Чудинова А.А. и Ерастовой Т.К. в интересах осужденного ФИО1, осужденной ФИО3, адвокатов Игумновой Э.Н. и Галимова И.Г. в интересах осужденной ФИО3, адвоката Умань Т.И. в интересах осужденного ФИО2, адвоката Гранина Н.Ю. в интересах осужденной ФИО4 на приговор <адрес изъят> от Дата изъята , которым

ФИО1, родившийся (данные изъяты)

осужден:

- по ч. 3 ст. 290 УК РФ (получение взятки от ФИО8 №5) к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, со штрафом в размере десятикратной суммы взятки, то есть в сумме 300 тысяч рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением клинической лабораторной диагностики, на срок 3 года;

- по ч. 3 ст. 290 УК РФ (получение взятки от ФИО3) к 4 годам 8 месяцам лишения свободы, со штрафом в размере десятикратной суммы взятки, то есть в сумме 500 тысяч рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением клинической лабораторной диагностики, на срок 3 года.

На основании ч.ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено 5 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в сумме 700 тысяч рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением клинической лабораторной диагностики, на срок 4 года.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде запрета определенных действий изменена на заключение под стражу, ФИО1 взят под стражу в зале суда.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Дополнительный вид наказания в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно и реально.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением клинической лабораторной диагностики, постановлено распространять на все время отбывания наказания в виде лишения свободы, при этом его срок исчислять с момента отбытия лишения свободы.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбытого наказания зачтено содержание ФИО1 под стражей с Дата изъята включительно и с Дата изъята до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В силу ч. 3.4 ст. 72 УК РФ время нахождения ФИО1 под домашним арестом с Дата изъята по Дата изъята включительно постановлено зачесть в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

ФИО2, родившийся (данные изъяты)

- осужден по ч. 2 ст. 291.1 УК РФ 4 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 500 тысяч рублей.

До вступления приговора в законную силу избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, ФИО2 взят под стражу в зале суда.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Дополнительный вид наказания в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно и реально.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбытого наказания зачтено содержание ФИО2 под стражей с Дата изъята включительно и с Дата изъята до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

ФИО3, родившаяся (данные изъяты)

- осуждена по ч. 3 ст. 291 УК РФ к 4 годам 2 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 500 тысяч рублей.

До вступления приговора в законную силу избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, ФИО3 взята под стражу в зале суда.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Дополнительный вид наказания в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно и реально.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбытого наказания зачтено содержание ФИО3 под стражей с Дата изъята включительно и с Дата изъята до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

ФИО4, родившаяся (данные изъяты)

- осуждена ч. 2 ст. 291.1 УК РФ 3 годам 11 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 500 тысяч рублей.

На основании ч. 1 ст. 82 УК РФ реальное отбывание наказания ФИО4 отсрочено до достижения ее малолетним ребенком – ФИО5, Дата изъята г.р., четырнадцатилетнего возраста.

До вступления приговора в законную силу оставить без изменения меру пресечения ФИО4 в виде запрета определённых действий.

На основании ч. 1 ст. 104.2 УК РФ постановлено конфисковать у ФИО1 в собственность государства денежную сумму в размере 80 тысяч рублей, соответствующую размеру денежных средств, полученных им в виде взяток.

До исполнения приговора в части назначенного ФИО1 наказания в виде штрафа и конфискации имущества, постановлено оставить без изменения арест, наложенный на имущество ФИО1 – жилое помещение (кадастровый Номер изъят), расположенное по адресу: <адрес изъят>

Снят после вступления приговора в законную силу арест с имущества ФИО1 – земельного участка (кадастровый Номер изъят) и жилого строения (кадастровый Номер изъят), расположенных по адресу: <адрес изъят>

До исполнения приговора в части назначенного ФИО2 наказания в виде штрафа, постановлено оставить без изменения арест, наложенный на его имущество - на 1/73 долю нежилого помещения – здания (кадастровый Номер изъят), расположенного по адресу: <адрес изъят>.

До исполнения приговора в части назначенного ФИО3 наказания в виде штрафа, постановлено оставить без изменения арест, наложенный на ее имущество - на 1/2 долю нежилого здания (кадастровый Номер изъят), расположенного по адресу: <адрес изъят>

До исполнения приговора в части назначенного ФИО4 наказания в виде штрафа, постановлено оставить без изменения арест, наложенный на ее имущество - на 1/2 долю жилого помещения (кадастровый Номер изъят), расположенного по адресу: <адрес изъят>.

Принадлежащий ФИО1 телефон марки «Айфон», хранящийся в камере хранения вещественных доказательств второго отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по ФИО14 <адрес изъят>, постановлено конфисковать.

Решена судьба иных вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Жданова В.С., выступление участников процесса, оценив доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, возражений государственного обвинителя и и.о.заместителя прокурора, изучив материалы уголовного дела, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 признан виновным в получении дважды должностным лицом через посредника взятки в виде денег в значительном размере за незаконные действия.

ФИО2 и ФИО4 признаны виновными в посредничестве во взяточничестве за совершение заведомо незаконных действий.

ФИО3 признана виновной в даче взятки должностному лицу через посредника в значительном размере за совершение заведомо незаконных действий.

Взятка от ФИО8 №5 в размере 30 тысяч рублей через посредников получена Дата изъята в <адрес изъят>.

Взятка от ФИО3 в размере 50 тысяч рублей через посредников ФИО2 и ФИО4 получена Дата изъята в <адрес изъят>.

Преступления совершены при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 вину в совершении данных преступлений не признали.

В апелляционной жалобе адвокат Чудинов А.А., действующий в интересах осужденного ФИО78, не соглашается с приговором, находит его незаконным и необоснованным в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона. Просит приговор отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Ерастова Т.К., действующая в интересах осужденного ФИО1, не соглашается с приговором, находит его незаконным и необоснованным, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным при рассмотрении уголовного дела, основаны на предположениях, судом не учтены все обстоятельства произошедшего, что повлекло неверные выводы суда, а также ввиду назначения чрезмерно сурового наказания. Приводит обстоятельства, установленные судом по эпизоду дачи взятки ФИО8 №5, находит их построенными на предположениях, поскольку согласно трафика между ФИО1 и ФИО8 №11 до Дата изъята не было телефонных переговоров, а иной способ общения между ними был невозможен, с учетом расстояния между <адрес изъят>, следовательно, ФИО65 не мог воздействовать на результат изготовления анализа ФИО8 №5, который уже был проведен. Суд не проверил показания ФИО8 №11 с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности. Суд необоснованно указал, что ФИО65 было известно о том, что ФИО68 является наркоманом, поскольку об этом было известно только ФИО8 №11, у которой не было необходимости сообщать об этом, так как ее интересовал только результат химического исследования. Находясь в командировке в Москве ФИО1 должностным лицом не являлся, поскольку не обладал организационно-распорядительными функциями, в этот период обязанности заведующего отделением исполняла ФИО20, из показаний которой следует, что он к ней с просьбами в это время не обращался. Суд не проверил версию ФИО1 о том, что ФИО8 №11 могла его оговорить, заключив досудебное соглашение и желая смягчения для себя уголовной ответственности, поскольку она обвинялась в совершении еще одиннадцати преступлений. Ссылка суда на то, что уголовное преследование в отношении нее прекращено и оснований для оговора у нее нет, является необоснованной, поскольку условием данного соглашения являлась, в том числе, и дача показаний в суде. При этом суд не учел, что до заключения досудебного соглашения ФИО8 №11 давала иные показания, в том числе и при проведении очной ставки между ней и ФИО1 Стороной обвинения не опровергнуты показания ФИО65 о том, что он попросил у ФИО8 №11 денежные средства взаймы. Не учел суд и тот факт, что ФИО8 №5 осужден за взятку в сумме 40 тысяч рублей, а в обвинении, предъявленном ФИО65, фигурирует сумма в 35 тысяч рублей, то есть обвинение ФИО65 не конкретизировано и противоречит уже вступившему в законную силу приговору в отношении ФИО68. В деле отсутствуют сведения о том, что результаты биологического материала ФИО68 были изменены, показания о том, что ФИО68 употреблял наркотические средства, не являются прямым доказательством того, что данные вещества должны были быть обнаружены при проведении исследования, они могли быть выведены из его организма естественным путем. Поскольку никаких противоправных действий со стороны ФИО1 не установлено, то его действия не могли быть квалифицированы по ч. 3 ст. 290 УК РФ. Приводит обстоятельства, установленные судом по эпизоду дачи взятки ФИО3, находит их также построенными на предположениях, поскольку никто из подсудимых не сообщил суду, что имела место передача взятки за незаконные действия. По делу были установлены лишь переводы денежных средств, которые могут иметь различное отношение. Не установлено и факта фальсификации биологического материала ФИО3, взятого при медицинском освидетельствовании. Все сотрудники лаборатории пояснили, что подделка анализов невозможна, при осмотре хроматографии анализа ФИО3 с участием специалиста ФИО8 №18 ничего обнаружено не было, все специалисты пояснили, что после помещения анализов в специальное оборудование их корректировка в компьютере невозможна. Суд не учел, что при приеме лекарственного препарата «Золофт» могут быть ложноположительные анализы на наличие бензодиазепинов. Суд не проанализировал в приговоре то обстоятельство, что применение лекарственных препаратов не влечет привлечения к административной ответственности, следовательно, скрывать наличие в крови ФИО3 таких препаратов не имело смысла. Выводы эксперта ФИО60 в экспертизе Номер изъят об обнаружении психотропного вещества поставлены под сомнение и опровергнуты специалистами более высокого уровня. Из показаний эксперта ФИО60 следует, что изначально при исследовании наркотических веществ и иных сильнодействующих лекарственных препаратов обнаружено не было, а затем следователь обратилась с просьбой более внимательно посмотреть биологический материал на наличие в нем бензодиазепинов, то есть фактически попросила сделать заключение, которое соответствовало бы версии органов предварительного следствия. Данное взаимодействие со следователем ставит под сомнение выводы эксперта, а также подтверждает отсутствие в контрольном образце ФИО3 запрещенных препаратов. Имеющаяся в деле переписка между подсудимыми не опровергает того, что они собирались оказать медицинскую помощь ФИО3, получили за это предоплату, а в дальнейшем вернули денежные средства по ее просьбе. Данные действия ФИО79 свидетельствуют об их добровольном отказе от любых (законных или незаконных) действий в интересах ФИО3 В действиях ФИО1 отсутствует объективная сторона состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК РФ, в частности, признак незаконности, поскольку согласно должностной инструкции, обладать информацией о результатах проведенных исследований, входит в его полномочия. Кроме того, фактически на расчетный счет ФИО65 была переведена сумма в размере 25 тысяч рублей, что не является значительным размером. Стороне защиты было необоснованно отказано в проведении повторной судебно-медицинской экспертизы по контрольным образцам ФИО3 и по имеющимся в материалах дела хроматограммам в ином составе экспертов, в ином регионе, хотя такая экспертиза позволила бы суду установить достоверность выводов эксперта ФИО60 или достоверность выводов специалиста – профессора ФИО23 Назначенное наказание считает чрезмерно суровым, поскольку исправление и перевоспитание ФИО1 может быть достигнуто без реального лишения свободы, судом необоснованно не применены положения ст. 73 УК РФ. Также судом необоснованно назначены и дополнительные виды наказания. Просит приговор отменить и оправдать ФИО1

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Умань Т.И., действующая в интересах осужденного ФИО2, не соглашается с приговором, находит его незаконным, необоснованным и несправедливым, поскольку в ходе рассмотрения уголовного дела были допущены нарушения уголовно-процессуального законодательства, неправильно применены нормы уголовного права, неверно установлены обстоятельства, исходя из которых судом был сделан вывод о виновности ФИО2 в совершении преступления, выводы суда основаны на предположениях и недопустимых доказательствах, назначено чрезмерно суровое наказание. Полагает, что достоверность заключения эксперта Номер изъят вызывает сомнения, поскольку эксперт ФИО60 показала, что изначально ею был получен отрицательный результат, на хроматограммах извлечений из мочи не были обнаружены наркотические вещества и другие сильнодействующие лекарственные препараты, о чем она сообщила следователю и получила от нее указание о необходимости проведения расширенного исследования на предмет обнаружения бензодиазепиновых, то есть очевидно для получения желаемого для следователя результата. Кроме того, ФИО60 пояснила, что фактически исследование было начато Дата изъята , а не Дата изъята , как указано в заключении. Полагает, что эксперт, проведя Дата изъята первоначальное исследование и приступив к оформлению бланка экспертизы, не отразила результаты этого исследования, повторное исследование провела Дата изъята после обращения к ней следователя, заключение оформила на том же бланке, при этом уничтожила оставшуюся часть объекта исследования, несмотря на указание следователя в постановлении на необходимость его сохранения. Таким образом, фактически экспертом ФИО60 в нарушение требований УПК РФ была проведена повторная экспертиза одного и того же биологического объекта на основании внепроцессуального обращения следователя. По запросу суда от Дата изъята из ИОБСМЭ в материалы дела поступил дубликат хроматограмм и масс-спектров на бумажном носителе, который не был приобщен как обязательное приложение к заключению от Дата изъята , хотя ФИО1 ходатайствовал о предоставлении их в электронном виде. Стороной защиты были приняты меры для проверки обоснованности содержащихся в заключении Номер изъят выводов, были привлечены специалисты ФИО21, ФИО22 ФИО23, которые довели до суда сведения о неполноте, недостоверности и необъективности заключения эксперта Номер изъят, которые подробно аргументировали, однако суд необоснованно отверг их заключения и показания. При этом эксперт ФИО60 в судебном заседании фактически согласилась с заключениями специалистов, признав, что по представленным хроматограммам на бумажном носителе действительно невозможно подтвердить выводы, к которым она пришла в заключении Номер изъят, что достоверность ее выводов можно проверить лишь по хроматограммам в электронном виде, в том числе путем проведения повторной экспертизы, о производстве которой ходатайствовала сторона защиты, однако ей в этом было отказано без указания причин. Обращает внимание, что следствием не было установлено сотрудников КДЛ Номер изъят, якобы совершивших сокрытие биологических объектов и изготовление справки от Дата изъята , хотя по делам о взяточничестве должны быть установлены не только фактические обстоятельства получения должностным лицом денег, но и противоправный характер такого обогащения и его обусловленность совершением действий, указанных в ст. 290 УК РФ. Указывая в приговоре о критическом отношении к показаниям подсудимых о переводе денежных средств за лечение ФИО3 и ее консультирование, суд не привел убедительных доводов, которые позволили ему прийти к выводу о передаче взятки за сокрытие при производстве химико-токсикологического исследования биологических объектов ФИО3 наличия лекарственного препарата и изготовление справки с отрицательным результатом состояния опьянения. Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО8 №18, проводившая исследование и подготовившая справку от Дата изъята , показала о невозможности фальсификации результатов исследования, однако ее показания должным образом исследованы и оценены не были. Поскольку иных лиц, которые проводили бы исследование биоматериалов ФИО3 до проведения ФИО60 экспертизы, не было, то вывод суда о том, что ФИО66 выступил посредником в передаче ФИО65 взятки за совершение последним действий, выразившихся в обращении к лицам, проводившим исследование биоматериала, с просьбой о фальсификации, является неподтвержденным какими-либо доказательствами и опровергающимся материалами уголовного дела. Считает, что анализ телефонных соединений абонентских номеров, принадлежащих ФИО65 и ФИО66, позволяет прийти к выводу, что ФИО66 мог Дата изъята с 16.45 до 17.00 находиться на автопарковке ОГБУЗ «ИОПНД» и получить от ФИО65 денежные средства. Выводы суда о получении ФИО65 взятки в размере 50 тысяч рублей немотивированны и сделаны без оценки показаний ФИО65 и ФИО66 о том, что они совместно неоднократно оказывали услуги по платному лечению, наблюдению пациентов и всегда поровну делили между собой денежные суммы, полученные от пациентов. Именно ФИО66, а не ФИО65, установил стоимость услуг по лечению ФИО3 в размере 50 тысяч рублей, направив данную информацию ФИО67. ФИО66 не просил переводить деньги в день, когда ФИО3 обратилась с просьбой об оказании медицинских услуг, но Дата изъята от ФИО67 поступили деньги в сумме 50 тысяч рублей, половину из которых он перевел ФИО65, приняв самостоятельно решение об этом. Переписка, на которую сослался суд в приговоре, подтверждает, что ФИО65 не называл размер денежной суммы, не был инициатором ее распределения. Доказательством этого являются показания специалиста ФИО59. Ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда РФ от Дата изъята Номер изъят, указывает, что размер взятки должен охватываться умыслом взяткополучателя, следовательно, при определении размера следует исходить из суммы, фактически полученной взяткодателем, ФИО65 же получил от ФИО66 25 тысяч рублей, что свидетельствует об отсутствии значительного размера и не является основанием для привлечения к уголовной ответственности за посредничество. Действия ФИО66, связанные с организацией совместно со ФИО65 лечения заболевания ФИО3 по ее просьбе, от которого она впоследствии отказалась, не содержат состава уголовно наказуемого деяния. Кроме того, перечислив в приговоре смягчающие наказание обстоятельства, суд фактически их не учел, не привел мотивов, которые бы убедительно свидетельствовали о невозможности исправления ФИО66 без реального отбывания наказания, путем назначения наказания с применением ст. 73 УК РФ, либо путем назначения более мягкого вида наказания, предусмотренного ч. 2 ст. 291.1 УК РФ, то есть назначил несправедливое, чрезмерно жестокое наказание. Просит приговор отменить и оправдать ФИО2 в связи с отсутствием события преступления и отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Игумнова Э.Н., действующая в интересах осужденной ФИО3, не соглашается с приговором, находит его незаконным и необоснованным, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы, при наличии противоречивых доказательств суд не указал, по каким основаниям принял одни из них и отверг другие, по делу были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, не была соблюдена процедура судопроизводства, что привело к ограничению прав участников процесса. В обоснование доводов жалобы приводит показания эксперта ФИО60 и приходит к выводу, что проверить достоверность заключения экспертизы Номер изъят можно было только посредством предоставления хроматограммы в электронном виде на специальном оборудовании и посредством специального программного обеспечения, однако, ни стороной обвинения, ни экспертом хроматограмма в электроном виде представлена не была, то есть доказательств присутствия в контрольном образце мочи ФИО3 метаболита алпразолама в судебном заседании исследовано не было. Суд не выяснил, почему следователь ФИО80, проявляя личную инициативу, позвонила эксперту ФИО60, кто сообщил ФИО71 о том, что результат исследования отрицательный, каким образом следователь ФИО81 не обладающая познаниями в судебной медицине и химии, попросила расширить анализ на бензодиазепиновые, из каких источников следователю ФИО72 стало известно об употреблении ФИО3 алпразолама. Полагает, что на момент звонка ФИО73 эксперту ФИО60 уже было составлено иное заключение, которое не было представлено в материалы уголовного дела. Из показаний инспектора ДПФИО8 №14 следует, что ФИО3 на месте происшествия вела себя вызывающе, кричала, истерически дергалась, а эксперт ФИО60 показала, что при употреблении алпразолама поведение человека характеризуется сонливостью, заторможенностью движений, однако данные противоречия устранены не были. Суд вообще не принял во внимание сообщение стороны защиты, что ФИО3 употребила лекарственный препарат золофт, а не алпразолам, о котором сообщила следователь эксперту. Суд никак не оценил действия эксперта ФИО60, которая вопреки письменному предупреждению следователя уничтожила остатки объекта исследования, не проверил истинные мотивы эксперта ФИО60, хотя ее действия повлекли невозможность проведения повторной экспертизы. Считает предположением выводы суда о том, что ФИО65, используя служебное положение, дал указания неустановленным сотрудникам КДЛ Номер изъят ОГБУЗ «ИОПНД» сокрыть при производстве химико-токсикологического исследования биологических объектов ФИО3 наличие лекарственного препарата – алпразолама, поскольку он ничем не подтвержден и опровергается исследованными в судебном заседании доказательствами. Так, свидетель ФИО8 №18, являющаяся экспертом ИОПНД и проводившая исследование в отношении ФИО3, показала, что к ней никто не обращался с просьбой повлиять на результаты исследований или осуществить замену образца, отсутствие в биологическом материале наркотических и психотропных веществ было установлено в результате проведения хромато-масс-спектрометрии и высокоэффективной жидкостной хроматографии. Показания ФИО8 №18 подтверждаются объективными письменными и электронными доказательствами, однако они были полностью проигнорированы судом. При этом суд не опроверг показаний ФИО8 №18, принял их в качестве достоверных, допустимых и относимых доказательств, но не учел их в качестве оправдательных, хотя они достоверно доказывают, что не от действий ФИО65 наступил факт отсутствия наркотических и психотропных веществ, что он не имеет никакого отношения к результату, выданному программами компьютеров, а также, соответственно, доказывают отсутствие мотива у ФИО3 подкупать должностное лицо. В судебном заседании были оглашены показания свидетеля ФИО8 №16, которые были проигнорированы, хотя из них следует, что еще Дата изъята ФИО3 поясняла, что употребляла накануне лекарственный препарат Золофт. Решение об отсутствии у ФИО3 состояния опьянения принимал именно ФИО8 №16, который ни о каком постороннем воздействии на себя со стороны должностных лиц, в том числе и ФИО65, следователю не сообщал. Выводы суда носят характер предположений, поскольку ФИО3 никогда не сообщала, что употребляла алпразолам, из показаний ФИО3 и ФИО67 не следует, что ФИО3 обращалась к последней с умыслом дать кому-либо взятку. Наличие в деле телефонных переговоров и переписки между ФИО66 и ФИО65, между ФИО66 и ФИО67, без участия в них ФИО3, не являются доказательствами предъявленного ФИО3 обвинения. Информация, которой ФИО67 делилась с ФИО66, а ФИО66 делился со ФИО65, не имеет никакого отношения к действительности, является их личной импровизацией, их предположениями и домыслами, не имеющими никакого отношения к реальным событиям. Суд никак не опроверг показания ФИО3, что произошедшее Дата изъята ДТП окончательно усугубило ее сложное душевное состояние, не провел СПЭ, не учел, что она просила у ФИО67 помощи психотерапевта, для оплаты услуг которого и перевела ФИО67 50 тысяч рублей, но на следующий день отказалась от лечения, попросила вернуть деньги, которые ФИО67 вернула ей Дата изъята при личной встрече, что является осознанным, целенаправленным и добровольным отказом. Суд не привел доказательств, опровергающих не только показания ФИО3 и ФИО67 об этом, но и свидетеля ФИО74, подтвердившей, что Дата изъята она вместе с ФИО3 приезжала на <адрес изъят>, где к ним на парковке подошла женщина, которая передала ФИО3 деньги. Суд исказил в приговоре фактические данные, указав, что решение о прекращении дела об административном правонарушении было принято на основании акта медицинского освидетельствования Номер изъят от Дата изъята , поскольку данное решение об этом не свидетельствует. Кроме того, ФИО3 является вдовой, ее супруг умер от тяжелого онкологического заболевания, и все те годы, когда он болел, его жена ФИО3 и дочь видели эти страдания родного человека. Ссылается на заключение эксперта-психолога Номер изъят о том, что дочь осужденной ФИО3, в силу выявленного у нее психоэмоционального состояния, наступившего после вынесения приговора, остро нуждается в поддержке близких людей. ФИО3 никогда не была замечена в предосудительных поступках, имеет благодарности, положительно характеризуется, проявляя личную инициативу, занималась благотворительностью и поддерживала на личные средства военнослужащих в зоне боевых действий, что при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств свидетельствует о несправедливости назначенного ей наказания, о том, что ее исправление возможно без изоляции от общества. Просит приговор в отношении ФИО3 отменить.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Галимов И.Г., действующий в интересах осужденной ФИО3, не соглашается с приговором, находит его незаконным и необоснованным, так как судом неверно учтены фактические обстоятельства дела, указывающие на отсутствие доказательств наличия состава преступления в действиях его подзащитной, судом немотивированно и необоснованно отвергнуты показания подсудимых ФИО3 и ФИО4, согласующиеся с показаниями свидетелей ФИО29 в части наличия факта возвращения ФИО4 денежных средств ФИО3, якобы являющихся предметом взятки. Ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда РФ от Дата изъята Номер изъят, указывает, что по смыслу уголовного закона взяткодатель должен осознавать, что дает взятку должностному лицу именно за совершение последним незаконных действий. Приговор суда и представленные стороной обвинения доказательства не содержат в себе каких-либо сведений о том, было ли известно ФИО3, что ФИО67 намеревается передать полученные от нее денежные средства в размере 60 тысяч рублей именно ФИО65, то есть должностному лицу, способному в силу занимаемой должности исказить сведения о наличии в ее биологическом материале психотропных и наркотических веществ, как и об осведомленности у самой ФИО67, что даже теоретически исключает возможность сообщения ФИО67 в адрес ФИО3 сведений о передаче денежных средств в качестве взятки ФИО65. Не представлено стороной обвинения и доказательств того, что ФИО67, а соответственно и ФИО3, было известно о том, что ФИО66 намерен обратиться за помощью именно к должностному лицу, способному изменить результаты исследований, а не любому иному лицу, способному уничтожить биологический материал. Полагает, что для привлечения к уголовной ответственности следовало доказать, что каждый из обвиняемых был осведомлен о передаче взятки именно ФИО65, однако по делу таких доказательств представлено не было, из материалов уголовного дела следует, что ФИО3 вообще не было известно каким образом ФИО67 распорядилась полученными от нее денежными средствами, кому и за совершение каких действий их направила, точно так же, как и ФИО67 не было известно, кому конкретно ФИО66 направил деньги. Из переписки в мессенджере «Вотсап» следует, что ФИО65 с ФИО67 незнаком, ФИО65 и ФИО66 не знакомы с ФИО3, ФИО66 не сообщал ФИО67, что намерен оказать содействие через ФИО65 или должностное лицо КДЛ Номер изъят ОГБУЗ «ИОПНД», ФИО67 не ставила в известность ФИО3 о том, что она обратилась за помощью к ФИО66, ФИО65 или любому иному должностному лицу. Поскольку субъективная сторона состава преступления, предусмотренного ст. 291 УК РФ, характеризуется виной в форме прямого умысла, когда лицо осознает, что передает должностному лицу незаконное вознаграждение и желает передать предмет взятки, то в действиях ФИО3 отсутствует состав вышеуказанного преступления, поскольку она не знала и не могла знать о том, что переведенные ею денежные средства в адрес ФИО67 предназначались для ФИО65 или любого иного должностного лица. Просит приговор отменить.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденная ФИО3 не соглашается с приговором суда, находит его незаконным и необоснованным, поскольку суд на протяжении всего судебного разбирательства проявлял обвинительный уклон, не были надлежащим образом рассмотрены ходатайства, заявленные стороной защиты, а доказательства, представленные стороной защиты, свидетельствующие о ее невиновности не получили оценки, ей не вручен текст приговора в полном объеме. Полагает, что в приговоре суд описал преступное деяние, которое не соответствует исследованным доказательствам. Так, в ходе судебного следствия достоверно установлено, что сумму денежных средств определил ФИО66, на что согласился ФИО65, а не наоборот, как указал суд при описании деяния. По делу не доказано, что ФИО65 давал указания ФИО66 о распоряжении денежными средствами. Утверждение суда, что она передала ФИО67 60 тысяч рублей, из которых 50 тысяч рублей предназначались для последующей передачи должностному лицу в качестве взятки, является голословным, надуманным и противоречит представленным суду доказательствам, поскольку она просила оказать ей медицинскую помощь в виду сложившейся тяжелой жизненной ситуации, а не совершить в ее интересах незаконные действия. В деле отсутствуют доказательства, что кто-либо вообще совершал в ее интересах такие действия. Суд указал, что ФИО65 дал указания неустановленным сотрудникам КДЛ Номер изъят ОГБУЗ «ИОПНД» сокрыть наличие лекарственного препарата алпразолама, однако доступ к биологическим объектам имел ограниченный круг лиц и никто из них не сообщил об указаниях ФИО65. В деле отсутствуют доказательства того, что органы следствия предпринимали какие-либо меры к поиску данных неустановленных лиц. Заключение эксперта Номер изъят имеет признаки заведомо ложного заключения, поскольку описательная часть не соответствует объективным данным, полученным в ходе исследования биологического материала, суд необоснованно отказал в проведении повторной экспертизы. ФИО8 ФИО8 №14 показал, что в момент оформления ДТП Дата изъята она вела себя вызывающе, кричала, истерически дергалась, а из показаний эксперта ФИО60 следует, что поведение человека, употребившего алпразолам не характеризуется повышенной эмоциональностью и нервозностью. К экспертизе не были приобщены хроматограммы, которые должны обосновывать сделанные экспертом выводы. Эксперт ФИО60 изначально не обнаружила в биологическом материале наркотические и психотропные вещества и только после звонка и просьбы следователя применила специальный (расширенный) метод обнаружения, который в экспертизе не описан. Вопреки требованиям закона эксперт уничтожила остатки неизрасходованного биологического материала. Суд необоснованно отверг заключения и показания специалистов ФИО21, ФИО22 и ФИО24, указавших на ложность заключения эксперта ФИО60 Находит нелогичным вывод суда, который указал, что доверяет ее показаниям, показаниям ФИО67 и ФИО7 о том, что она встречалась Дата изъята с ФИО67, но не доверяет им в той части, что в ходе встречи ФИО67 вернула ей деньги. Считает, что факт возврата денежных средств ничем не опровергнут и должен быть истолкован в ее пользу. Вывод суда о том, что сообщение от ФИО67 ФИО66 о необходимости возврата денежных средств, направленное Дата изъята , было сделано в целях сокрытия преступления и искусственного создания доказательств, также не логичен, поскольку уголовное дело было возбуждено только Дата изъята . В ходе судебного следствия достоверно установлено, что деньги ей были возвращены Дата изъята , биологический материал поступил в ИОПНД во второй половине Дата изъята , а эксперт ФИО8 №18 приступила к исследованию только Дата изъята . О чем переписывались ФИО66 и ФИО65 ей не известно и к ней никаким образом не относится, поскольку денежные средства, которые она им передавала, были ей возвращены за пять дней до начала исследования. Суду не было представлено доказательств о наличии в ее действиях признаков субъективной стороны преступления, предусмотренного ст. 291 УК РФ, что у нее был умысел на совершение преступления. При наличии смягчающих наказание обстоятельств, наличия малолетнего ребенка, привлечения к уголовной ответственности впервые, неудовлетворительного состояния здоровья как ее самой, так и дочери, наличия положительных характеристик и благодарностей губернатора ФИО14 <адрес изъят> за помощь беженцам и жителям ДНР и ЛНР, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, суд при назначении наказания отступил от общих принципов назначения наказания и его индивидуализации, назначил ей чрезмерно суровое наказание, надлежащим образом не мотивировал отсутствие оснований для применения положений ст. 73 УК РФ. Кроме того, государственный обвинитель ФИО25, принимавшая участие в рассмотрении ее уголовного дела, является дочерью председателя ФИО6 <адрес изъят> и председателя судебной коллегии по уголовным делам ФИО26, то есть не могла принимать участие в рассмотрении данного уголовного дела ввиду конфликта интересов, о чем ей стало известно только после провозглашения приговора и она была лишена возможности воспользоваться своим правом на отвод составу суда. В силу этого подлежит отводу и весь состав ФИО6 областного суда. Просит приговор отменить и вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Гранин Н.Ю., действующий в интересах осужденной ФИО4, не соглашается с приговором, находит его незаконным и необоснованным, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, судом не учтены обстоятельства, которые могли повлиять на его выводы, а также допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона. Полагает, что в деле нет ни единого доказательства причастности его подзащитной к данному преступлению, был нарушен принцип невиновности, приговор основан на предположениях. Не соглашается с критической оценкой судом показаний подсудимых ФИО65 и ФИО66 о том, кем был определен размер денежных средств, полученных от ФИО3, настаивает, что размер был определен именно ФИО66, а ФИО65 с ФИО3 и ФИО67 по этому поводу не общался, согласился на предложение ФИО66, получил перевод в размере 25 тысяч рублей, в связи с чем вывод суда о том, что размер взятки является значительным, необоснован. В деле отсутствуют доказательства того, что ФИО65 давал какие-либо распоряжения о распределении денежных средств, что соответствует показаниям эксперта ФИО59, пояснившего, что в переписке между ФИО65 и ФИО66 в мессенджере «Вотсап» такие сведения отсутствуют. Обращает внимание, что уголовная ответственность за посредничество во взяточничестве возможна лишь в тех случаях, когда сумма превышает 25 тысяч рублей. Не соглашается с критической оценкой судом показаний ФИО3 и ФИО67 о том, что имел место возврат денежных средств, поскольку в суде достоверно установлено, что они встречались Дата изъята , что подтверждается сведениями с базовых станций, показаниями свидетеля ФИО7, показаниями самих подсудимых. Отвергая эти показания и придя к выводу, что Дата изъята возврат денежных средств в сумме 50 тысяч рублей от ФИО66 ФИО67 свидетельствует об искусственном создании доказательств, суд не учел, что поводом для проведения проверки и в дальнейшем для возбуждения уголовного дела послужило задержание ФИО65 в порядке ст. 91 УПК РФ Дата изъята по делу о даче взятки ФИО68, дальнейший осмотр телефона, содержащего переписку между ним и ФИО66, а само уголовное дело было возбуждено лишь Дата изъята , после чего последовали задержания и допросы остальных лиц. Таким образом, по состоянию на 11 и Дата изъята у ФИО67, ФИО66, ФИО3 и ФИО65 не было никаких оснований для искусственного создания доказательств возврата денежных средств, поскольку никаких проверочных мероприятий в то время не проводилось и их никто не собирался проводить. Полагает, что информация с базовых станций от Дата изъята была судом неправильно интерпретирована, поскольку ФИО65 и ФИО66 договорились о встрече на парковке еще во время личного разговора во время работы, то есть сотовую связь для этого не использовали. Суд неправильно оценил переписку между ФИО65 и ФИО66 за период с 11 по Дата изъята , поскольку из нее не следуют выводы, к которым пришел суд. Полагает, что ФИО65 и ФИО66 в этот период не вели речи о биологических объектах ФИО3, их анализе и об изготовлении какой-либо справки, что вывод суда об этом является надуманным. Не соглашается с оценкой судом заключения эксперта Номер изъят как допустимого и достоверного доказательства, поскольку из показаний эксперта ФИО60 следует, что изначально при производстве экспертизы не было обнаружено каких-либо наркотических либо психотропных препаратов, о чем было сообщено следователю и лишь после получения от следователя дополнительной информации о приеме ФИО3 лекарственного препарата «Алпразолама» была применена углубленная методика, выявившая метаболит этого препарата, что прямо свидетельствует о заинтересованности как следователя, так и эксперта, в получении нужного результата. Каких-либо данных о том, что этот же углубленный метод применялся при первоначальном исследовании мочи ФИО3 в КДЛ Номер изъят (ХТЛ) ОГБУЗ «ИОПНД», при котором был получен отрицательный результат, равно как и первоначальном исследовании экспертом ФИО60, не имеется, следовательно, при отсутствии взаимодействия со следователем результат был бы тем же. Полагает необоснованным отказ суда в проведении повторной экспертизы, учитывая, что заключение Номер изъят опровергается показаниями специалиста ФИО75 и ответом профессора ФИО76 Не соглашается с выводами суда о том, что утверждения специалистов носят характер предположений, поскольку каждый из них сделал категорический вывод об отсутствии в представленных хроматограммах наличия алпразолама. Показания ФИО67 согласуются с исследованными в судебном заседании доказательствами по делу, суд уклонился от анализа и оценки ее показаний, как и остальных подсудимых, сославшись лишь на способ защиты, что недопустимо. Приходит к выводу, что обвинительный приговор в отношении ФИО67 основан лишь на предположениях, что сомнения не были истолкованы в ее пользу, в связи с чем просит приговор отменить и оправдать ФИО4 за непричастностью к совершению преступления.

В возражениях на апелляционные жалобы и дополнения к ним адвокатов Чудинова А.А. и Ерастовой Т.К. в интересах осужденного ФИО1, осужденной ФИО3, адвокатов Игумновой Э.Н. и Галимова И.Г. в интересах осужденной ФИО3, адвоката Умань Т.И. в интересах осужденного ФИО2, адвоката Гранина Н.Ю. в интересах осужденной ФИО4, государственный обвинитель ФИО25, а также в возражениях на дополнительную апелляционную жалобу осужденной ФИО3 и.о. заместителя прокурора <адрес изъят> ФИО27, просят оставить их без удовлетворения, высказываясь о несостоятельности доводов жалоб, законности и обоснованности приговора, справедливости назначенного всем осужденным наказания.

В судебном заседании осужденный ФИО1 и адвокат Ерастова Т.К. доводы апелляционных жалоб поддержали, просили отменить обвинительный приговор и вынести оправдательный приговор либо переквалифицировать действия на ч. 1 ст. 290 УК РФ и назначить наказание, не связанное с реальным лишением свободы.

Осужденный ФИО2 и адвокат Умань Т.И. доводы апелляционных жалоб поддержали, просили отменить обвинительный приговор и вынести оправдательный.

Осужденная ФИО3, адвокаты Галимов И.Г. и Игумнова Э.Н. доводы апелляционных жалоб поддержали, просили обвинительный приговор отменить и вынести оправдательный.

Адвокат Гранин Н.Ю. доводы апелляционных жалоб поддержал, просил обвинительный приговор в отношении ФИО4 отменить и вынести оправдательный приговор.

Прокурор апелляционного отдела прокуратуры ФИО14 <адрес изъят> Мельников А.И. возражал удовлетворению доводов апелляционных жалоб, высказавшись о законности и обоснованности приговора, справедливости назначенного наказания.

Судебная коллегия, заслушав выступления сторон, проверив материалы уголовного дела и оценив доводы апелляционных жалоб, дополнений к ним и возражений государственного обвинителя и и.о.заместителя прокурора, приходит к следующему.

В соответствии со ст.ст. 61, 63 УПК РФ судья не может участвовать в производстве по уголовному делу, если он является потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком или свидетелем по данному уголовному делу; участвовал в качестве присяжного заседателя, эксперта, специалиста, переводчика, понятого, секретаря судебного заседания, защитника, законного представителя подозреваемого, обвиняемого, представителя потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика, в качестве дознавателя, следователя, прокурора в производстве по данному уголовному делу; является близким родственником или родственником любого из участников производства по данному уголовному делу; если имеются иные обстоятельства, дающие основание полагать, что он лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе уголовного дела, а также недопустимо повторное участие судьи в рассмотрении уголовного дела.

Вместе с тем, по смыслу закона любое основание, которое используется для заявления отводов, должно быть мотивированно, так как закон не допускает рассмотрение вопроса об отводах без аргументации причин их заявления.

Осужденной ФИО3 не приведены предусмотренные уголовно-процессуальным законом основания для отвода судей <адрес изъят> суда.

Сам по себе факт нахождения в должности председателя судебной коллегии по уголовным делам <адрес изъят> суда и председателя ФИО6 <адрес изъят> ФИО26, которая, по мнению стороны защиты, является родственницей государственного обвинителя ФИО25, принимавшей участие в рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции, не может ставить под сомнение объективность и беспристрастность председательствующего и судей при принятии решения по настоящему уголовному делу.

В соответствии со ст. 8.1 УПК РФ при осуществлении правосудия по уголовным делам судьи независимы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному закону.

Исходя из положений ч. 2 ст. 8.1 УПК РФ судьи рассматривают и разрешают уголовные дела в условиях, исключающих постороннее воздействие на них. Вмешательство государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц или граждан в деятельность судей по осуществлению правосудия запрещается и влечет за собой установленную законом ответственность.

Согласно положениям ст. 31 Федерального конституционного закона от Дата изъята Номер изъят-ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации» председатели судебной коллегии по уголовным делам областного суда: председательствуют на заседаниях соответствующих судебных коллегий или назначают председательствующих из числа членов судебных коллегий; осуществляют руководство работой соответствующих судебных коллегий; представляют в президиум суда отчеты о деятельности соответствующих судебных коллегий; вправе истребовать из районных судов судебные дела для изучения и обобщения судебной практики.

В соответствии с ч.ч. 3, 3.1, 4 ст. 10 Федерального закона от Дата изъята N 30-ФЗ «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации» советы судей субъектов Российской Федерации: осуществляют прямые связи с органами судейского сообщества и профессиональными объединениями (ассоциациями) судей других государств, с международными организациями, а также со средствами массовой информации; в случае выявления признаков совершения судьей дисциплинарного проступка вправе провести проверку и направить в квалификационную коллегию судей обращение о наложении на судью дисциплинарного взыскания, в том числе в виде досрочного прекращения полномочий судьи; рассматривают в период между конференциями судей все вопросы, отнесенные к компетенции конференций судей, за исключением избрания квалификационных коллегий судей субъектов Российской Федерации и заслушивания их отчетов; созывают конференции судей; избирают судей в состав квалификационных коллегий судей соответствующих субъектов Российской Федерации вместо выбывших в период между конференциями судей; избирают членов экзаменационных комиссий субъектов Российской Федерации по приему квалификационного экзамена на должность судьи вместо выбывших в период между конференциями судей; взаимодействуют с высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации при разработке проекта бюджета субъекта Российской Федерации в части расходов на материально-техническое обеспечение деятельности мировых судей и оплату труда работников аппарата мировых судей; взаимодействуют с органами государственной власти субъекта Российской Федерации при определении структуры и штатного расписания аппарата мирового судьи в порядке, предусмотренном законом субъекта Российской Федерации; ведут списки судей, пребывающих в отставке и изъявивших желание осуществлять деятельность медиаторов на профессиональной основе.

Таким образом, должностное положение и характер служебных полномочий председателя судебной коллегии по уголовным делам ФИО82 суда и председателя ФИО6 <адрес изъят> ФИО26 не могут поставить под сомнение объективность и беспристрастность судей, входящих в состав судебной коллегии.

Судьи ФИО83 суда, входящие в состав судебной коллегии по настоящему уголовному делу, лично, прямо или косвенно не заинтересованы в исходе дела, какого-либо участия в данном деле ранее не принимали, не являются участниками уголовного судопроизводства с чьей-либо стороны либо близкими родственниками или родственниками любого из участников производства по данному делу. Иные основания, вызывающие сомнения в беспристрастности судей, являются надуманными, ничем не подтверждаются, то есть отсутствуют основания для отвода, указанные в ст. 61 УПК РФ.

По вышеуказанным причинам судебная коллегия не усматривает и каких-либо оснований полагать, что данное уголовное дело, в связи с участием в нем государственного обвинителя ФИО25, не могло быть рассмотрено по существу в <адрес изъят>, оснований для отвода председательствующего и государственного обвинителя не усматривается.

Судебное разбирательство по данному уголовному делу проведено объективно и всесторонне, в соответствии с положениями глав 35-39 УПК РФ и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств.

Выводы суда о виновности ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в совершении преступлений, за которые они осуждены, подтверждены допустимыми, полно, всесторонне, объективно исследованными в судебном заседании доказательствами, которым дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, и не содержат противоречий, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности осужденных, а постановленный по делу обвинительный приговор суда отвечает требованиям ст.ст. 302, 307-309 УПК РФ. Вопреки доводам апелляционных жалоб, все предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу, установлены.

Преступления совершены ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В суде первой инстанции ФИО1 вину в получении взяток от ФИО31 и ФИО3 не признал. Показал, что к нему с просьбой изменить результаты анализов ФИО68 никто не обращался, таких действий он не совершал, данного человека не знает. Находясь в <адрес изъят> в командировке, он Дата изъята занял у ФИО8 №11 15 тысяч рублей на покупки, которые она ему перевела на карту ПАО «Сбербанк», а в дальнейшем вернул ей деньги в присутствии ФИО32 Полагает, что ФИО8 №11 оговорила его, чтобы самой избежать уголовной ответственности. Кроме того, он осуществлял платные медицинские консультации, поскольку являлся заведующим клинико-диагностической лаборатории и мог интерпретировать результаты клинических исследований. По консультациям пациентов он контактировал с ФИО2, с которым была договоренность о равной сумме оплаты их услуг. Дата изъята ему позвонил ФИО2 и сказал, что есть пациентка ФИО3, которой требуется долгосрочный курс лечения, спросил, желает ли он совместно работать, после чего ФИО66 прислал данные этой пациентки, среди которых была справка медицинского освидетельствования ФИО3, проведенного в <адрес изъят>. По договоренности с ФИО66 он должен был вести пациентку, интерпретировать результаты её анализов. Поскольку ФИО3 являлась пациентом ФИО66, последний сам определил стоимость лечения ФИО3 и перевел Дата изъята ему на карту 25 000 рублей. Дата изъята он должен был посмотреть информацию, отраженную в справке ФИО3, однако был занят, в конце рабочего дня на парковке около здания Номер изъят по <адрес изъят> в <адрес изъят> ФИО66 ему сообщил, что пациентка отказалась от лечения и консультаций, поэтому он сразу вернул ФИО66 полученные 25 000 рублей наличными.

ФИО2 вину в посредничестве во взяточничестве не признал, показал, что он окончил ИГМУ, интернатуру по психиатрии, прошёл квалификационные курсы по психиатрии, наркологии и психотерапии, в 2011 году он трудоустроился в ОГБУЗ «ИОПНД» врачом психиатром-наркологом, с 2019 года заведует отделением реабилитации. Вечером Дата изъята ему позвонила врач-невролог ФИО4 и попросила оказать медицинскую помочь женщине, у которой имеются семейные сложности и жалобы, снижено настроение, нарушен аппетит. Он согласился оказать помощь по психиатрии, психотерапии, наркологии, понял, что потребуется 4-5 терапевтических сеансов. ФИО67 спросила о стоимости его услуг, он позвонил ФИО1 и сообщил, что пациентке нужно их совместное ведение, спросил о возможности помочь, на что ФИО65 ответил, что поможет. Он как врач назначает перечень клинических анализов, а врач лабораторной диагностики, которым являлся ФИО65, расшифровывает анализы и поясняет об их изменениях. ФИО67 он отправил сообщение, что готов лечить женщину, стоимость составляет 50 000 рублей, через некоторое время ФИО67 сообщила, что женщина согласна и перевела ему 50000 рублей, из которых 25000 рублей он перевёл ФИО65. От ФИО67 посредством мессенджера «WhatsApp» также поступили медицинские документы пациентки, справка об освидетельствовании. Поскольку ФИО65 заведовал клинико-диагностической лабораторией, в обязанности ФИО65 входили химико-токсикологические исследования, то он отправил сообщение ФИО65, кратко объяснил ситуацию, сообщил, что также нужно проконсультировать по справке. Он к ФИО65 не обращался с просьбой скрыть наличие в биологических объектах ФИО3 лекарственного препарата и организовать изготовление справки с отрицательным результатом состояния опьянения. Взяток он не передавал, деньги ему перечислялись от ФИО67 за консультацию, лечение и наблюдение, а он часть этих денег направил ФИО65 самостоятельно, без указаний ФИО65. Дата изъята ему позвонила ФИО67, сообщила, что ФИО3 отказалась от помощи и попросила вернуть деньги, он согласился, но не отправил деньги ввиду занятости. В конце рабочего дня он встретил на парковке около работы ФИО65, объяснил ситуацию по возврату денег, ФИО65 отдал ему деньги наличными, а он перевёл ФИО67 50000 рублей Дата изъята , но уже после того, как последняя отправила ему сообщение с просьбой вернуть деньги.

ФИО4 вину в посредничестве во взяточничестве не признала, показала, что ФИО1 ей ранее знаком не был, с ФИО2 она была знакома, направляла к последнему пациентов для оказания медицинской помощи. В качестве взятки деньги ФИО66 она не передавала. Она являлась лечащим врачом дочери ФИО3 Дата изъята ей позвонила ФИО3 и сообщила, что попала в ДТП, ей требуется помощь врача–психиатра ввиду тяжелого душевного состояния. Она согласилась помочь и подыскать для ФИО3 нужного специалиста. Через некоторое время ФИО3 снова позвонила и сказала, что сотрудники ДПС увидели её эмоциональное состояние и направили на медицинское освидетельствование, по результатам которого выдана справка о клинических признаках опьянения, обнаружении бензодиазепина, при этом ФИО3 уверяла, что в наркотическом и в алкогольном опьянении не находилась. Она позвонила ФИО66, объяснила ситуацию ФИО3, рассказала о болезни дочери и смерти супруга, о ДТП, о справке по результатам освидетельствования и обнаружении состояния опьянения, об употреблении алпразолама. ФИО66 попросил отправить все имеющиеся документы, тогда она получила от ФИО3 документы и направила их ФИО66, который изучил документы и сообщил, что консультация, лечение и наблюдение ФИО3 будет стоить 50 000 рублей. Она сообщила об этом ФИО3, а та ей вечером отправила 50 000 рублей для доктора и 10000 рублей для неё, чтобы она дистанционно консультировала дочь. Полученные 50000 рублей она направила ФИО66, а 10 000 рублей остались на её счёте. Утром Дата изъята ФИО3 позвонила и сказала, что из автосервиса сообщили о стоимости ремонта автомобиля, от лечения она вынуждена отказаться, попросила вернуть деньги. Дата изъята около 17 часов она встретилась с ФИО3 в <адрес изъят> на <адрес изъят>, ФИО3 привезла на машине женщина, при встрече она вернула ФИО3 60000 рублей. После возврата денег она позвонила ФИО66 и сообщила, что вернула деньги ФИО3, попросила ФИО66 вернуть ей деньги, на что тот согласился. Дата изъята она написала сообщение ФИО66 с просьбой вернуть деньги, последний сразу вернул ей на карту 50000 рублей.

ФИО3 вину в даче взятки не признала и показала, что с 2020 года у неё были семейные проблемы, у покойного мужа имелось онкологическое заболевание, у дочери серьёзная патология, она находилась в тяжёлом душевном состоянии, была дважды прооперирована, обострился ряд заболеваний. Врач-невролог ФИО4 наблюдала ее дочь. Дата изъята она попала в ДТП. После оформления ДТП ей предложили пройти медицинское освидетельствование, в конце освидетельствования доктор спросил об употреблении каких-либо веществ, на что она ответила положительно, поскольку у нее имелись болезни, она лечилась, 3 дня принимала препарат Золофт. Врач сказал, что у нее обнаружены бензодиазепины, а не те препараты, которые она принимала. По результатам освидетельствования ей выдали справку, в которой было указано о признаках опьянения. После освидетельствования она позвонила ФИО67, сообщила, что не справляется с ситуацией, ей нужен врач-психотерапевт, ФИО67 пообещала подыскать врача. В этот же вечер ФИО67 сказала, что нашла врача-психиатра, который может заняться лечением ее депрессии, при этом ФИО67 озвучила, что ее лечение будет стоить 50 000 рублей, на что она согласилась и перевела ФИО67 60 000 рублей, пояснив, что 10 000 из отправленных за консультации, а 50 000 для лечения у психиатра. ФИО67 также попросила у нее имеющиеся документы, поэтому она направила фото паспорта и справки об освидетельствовании. Дата изъята мастер озвучил сумму ремонта машины в 600 000 рублей, из которых половину требовалось внести сразу, поэтому она позвонила ФИО67, сказала отложить лечение, сообщила, что не хватает денег на ремонт машины, требуется возврат отправленных ранее на лечение денег. ФИО67 пояснила, что может возвратить деньги наличными, поэтому Дата изъята по ее просьбе ФИО29 свозила ее в <адрес изъят>, где она забрала деньги у ФИО67.

Данные показания осужденных были судом первой инстанции проверены, оценены, обоснованно положены в основу обвинительного приговора лишь в той части, в которой они не противоречат другим доказательствам, заявления осужденных об их непричастности к преступлениям, правильно судом расценены как способ защиты и им правильно дана критическая оценка.

Так, по всем преступлениям доказательствами вины всех осужденных, подтверждающими статус ФИО1 как должностного лица, является его личное дело, содержащее приказ (распоряжение) главного врача ОГБУЗ «ИОПНД» Номер изъят-К от Дата изъята , согласно которому ФИО1 переведен в КДЛ Номер изъят (ХТЛ) с должности врача клинической лабораторной диагностики на должность заведующего лабораторией - врач клинической лабораторной диагностики, трудовой договор от Дата изъята о принятии его на работу на данную должность, должностная инструкция заведующего химико-токсикологической лаборатории, утверждённая главным врачом «ИОПНД» Дата изъята .

Вина осужденного ФИО1 в получении взятки от ФИО31, несмотря на занятую им позицию по отношению к предъявленному обвинению, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных судом в приговоре, в том числе, показаниями свидетелей о значимых для дела обстоятельствах, протоколами следственных действий и иными доказательствами, содержание которых, подробно и правильно приведено в приговоре.

Так, из показаний допрошенного в качестве свидетеля ФИО31 следует, что Дата изъята его остановили сотрудники ДПС ГИБДД и доставили в ОГБУЗ «ИОПНД» для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения. В этот день он позвонил своему двоюродному брату ФИО8 №10, чтобы тот связался со своей знакомой ФИО8 №11, работающей в ОГБУЗ «ИОПНД», чтобы она договорилась с врачами о выдаче отрицательного заключения при прохождении освидетельствования, поскольку была вероятность обнаружения у него в крови наркотических веществ, так как он накануне употребил марихуану путём курения. ФИО69 сообщил, что Дата изъята всё будет готово, процедура будет стоить 40000 рублей. Дата изъята он взял ломбарде взаймы под ПТС автомобиля 40000 рублей и попросил сотрудников ломбарда отправить эти деньги по номеру телефона на карту, находящуюся у его друга ФИО8 №7 Деньги пришли на карту жены ФИО8 №7 – ФИО8 №8 ФИО8 №7 снял и передал ему деньги. Дата изъята ФИО69 сообщил, что ФИО8 №11 позвонила и сказала, что справка с отрицательным результатом готова, поэтому нужно срочно перевести ФИО8 №11 в качестве взятки 40000 рублей путём перевода на банковскую карту отца ФИО69, а ФИО69 переведёт деньги ФИО8 №11, которая переведёт дальше врачам ОГБУЗ «ИОПНД». Он встретился с ФИО8 №7 и передал ему наличными 40000 рублей, ФИО8 №7 деньги положил на банковскую карту своей жены, после перевел их на свою карту и отправил ФИО69. Дата изъята он в ОГБУЗ «ИОПНД» получил заключение, согласно которому у него какого-либо состояния опьянения не установлено, он не был привлечён к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Из показаний свидетелей ФИО8 №2 и ФИО8 №1, являющихся инспекторами ОБДПС ГИБДД, следует, что Дата изъята был остановлен автомобиль под управлением ФИО8 №5, у которого были выявлены признаки опьянения, в связи с чем был составлен протокол об отстранении от управления транспортным средством, ФИО8 №5 был доставлен в ОГБУЗ «ИОПНД», где было проведено его освидетельствование, выдана соответствующая справка о получении анализов крови и направлении в лабораторию ОГБУЗ «ИОПНД» для проведения исследования.

Из показаний свидетеля ФИО8 №3, являющегося заместителем командира ОБДПС ГИБДД, следует, что в его производстве находился материал по факту совершения ФИО8 №5 правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, в ходе рассмотрения которого из ОГБУЗ «ИОПНД» был получен акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения, согласно которому у ФИО68 по результатам исследования в клинико-диагностической лаборатории ОГБУЗ «ИОПНД» состояние опьянения не установлено, поэтому им было вынесено постановление о прекращении дела об административном правонарушении.

Из показаний свидетеля ФИО8 №11 следует, что Дата изъята ей позвонил ФИО8 №10 и просил о помощи, сообщив, что ФИО8 №5 сотрудники ГИБДД везут для освидетельствования на состояние опьянения в ОГБУЗ «ИОПНД», ФИО68 накануне употреблял наркотические курительные смеси и переживает, что может показать состояние опьянения. Она связалась со ФИО65 C.С., описала ситуацию, спросила о том, сможет ли он помочь, имея в виду отрицательный результат освидетельствования на состояние опьянения ФИО68. ФИО65 пообещал помочь, пояснив, что его услуги по подготовке отрицательного заключения в отношении ФИО68 при исследовании крови в лаборатории КДЛ Номер изъят (ХТЛ) ОГБУЗ «ИОПНД» будут стоить 30000 рублей, о чем она сообщила ФИО8 №10 В дальнейшем ФИО65 сообщил, что результат будет отрицательным, она сообщила об этом ФИО30, который сказал, что переведёт ей 35000 рублей, из которых 5000 рублей его личная благодарность ей за помощь ФИО68, а 30000 рублей - это сумма взятки от ФИО68 для ФИО65. Дата изъята на её банковскую карту ПАО «Сбербанк» с банковской карты отца ФИО8 №10 – ФИО8 №9 поступило 35000 рублей, после получения денег она позвонила ФИО65 по «ВатсАпп» и спросила, как можно передать деньги за изготовление заключения в отношении ФИО68. ФИО65 пояснил, что находится в командировке в <адрес изъят>, деньги ему можно перевести на банковскую карту ПАО «Сбербанк», привязанную к его номеру. Дата изъята она со своего мобильного телефона перевела ФИО65 15000 рублей, оставив остальные деньги себе по договоренности со ФИО65. В дальнейшем от ФИО69 ей стало известно, что ФИО68 получил в ОГБУЗ «ИОПНД» заключение (справку) с отрицательным результатом состояния опьянения. От ФИО65 обратно 15000 рублей переводом либо наличными не получала.

Из показаний свидетеля ФИО8 №10 следует, что Дата изъята он по просьбе ФИО8 №5, которого сотрудники полиции собирались отвезти на медицинское освидетельствование на состояние опьянения на наркотики в ОГБУЗ «ИОПНД», обратиться за помощью в проведении исследования на освидетельствование к соседке ФИО8 №11, работающей медицинской сестрой в ОГБУЗ «ИОПНД». ФИО8 №11 пообещала помочь, в дальнейшем сообщила, что услуга по изготовлению отрицательного результата медицинского заключения будет стоить 30000 рублей, а он сообщил ФИО68, чтобы тот подготовил 40000 рублей. Дата изъята через программу «ВатсАпп» ФИО8 №11 сообщила, что справка с отрицательным анализом на исследование крови ФИО68 на наркотики готова. Он перевел ФИО8 №11 35000 рублей, из которых 30000 рублей, как было оговорено ранее, деньги в качестве взятки за изготовление справки, а 5000 рублей для ФИО8 №11 в качестве вознаграждения за посреднические услуги, чуть позже ФИО68 перевёл ему 40000 рублей. В последующем ФИО68 получил справку с отрицательным результатом освидетельствования и не был привлечён к административной ответственности.

Из оглашённых показаний свидетеля ФИО8 №9 следует, что в пользовании его сына ФИО8 №10 находилась зарегистрированная на его имя банковская карта, привязанная к номеру телефона сына. Сын распоряжался этой картой и осуществлял переводы.

Из оглашённых показаний свидетеля ФИО8 №7 следует, что Дата изъята ему пришло смс-сообщение от ФИО8 №5 о том, что того доставили сотрудники полиции в наркологию на <адрес изъят> для освидетельствования на наркотики, ФИО68 попросил его узнать о знакомых, способных помочь при прохождении медицинского освидетельствования. Через некоторое время ФИО68 сообщил, что ему нужно будет заплатить 40000 рублей за решение его вопроса. Дата изъята он отвозил ФИО68 в ломбард за деньгами. ФИО68 сказал, что решил вопрос через знакомого родственника ФИО8 №10, которому в понедельник по звонку нужно было перевести 40000 рублей, эти деньги предназначались для передачи и решения вопроса по медицинскому освидетельствованию. Когда ФИО68 вышел из ломбарда, то спросил у него о наличии банковской карты, на которую можно перевести деньги из ломбарда. Он дал номер банковской карты супруги ФИО8 №8, на которую от незнакомого мужчины пришли деньги, которые они обналичили. Дата изъята они вновь встретились, ФИО68 передал ему 40000 рублей, которые положили на банковскую карту ФИО8 №8, после по просьбе ФИО68 он перевел 40000 рублей с банковской карты по номеру телефона указанного тем телефона.

ФИО8 ФИО8 №8 подтвердила, что ее банковская карта находилась в пользовании её сожителя ФИО8 №7

ФИО8 ФИО8 №6, ранее работавший в ломбарде, подтвердил, что Дата изъята он по просьбе ФИО8 №5 перевел со своей карты 51 900 рублей по указанному ФИО68 номеру телефона – на номер ФИО8 №8 Ж. Позже ФИО68 деньги ему вернул.

ФИО8 ФИО8 №4 показала, что она работает врачом психиатром-наркологом в ОГБУЗ «ИОПНД». Она проводила медицинское освидетельствование ФИО8 №5 на состояние опьянения, не помнит, как отбирался биологический материал у ФИО68, в акте освидетельствования стоит её подпись, согласно акту освидетельствование проведено Дата изъята , по результатам состояние опьянения не установлено. Из акта следует, что косвенными признаками нахождения ФИО68 в состоянии опьянения явились некоторое напряжение, неустойчивость внимания, гиперемия конъюнктива, горизонтальный нистагм, не точная пальценосовая проба, каких-то явных признаков опьянения не установлено. При освидетельствовании при выдохе ФИО68 показатели были нулевые, у ФИО68 был отобран биологический материал.

Судом первой инстанции не установлено обстоятельств, свидетельствующих об оговоре ФИО1 указанными свидетелями, не представлено доказательств наличия таковых и судебной коллегии.

Заявление стороны защиты о том, что свидетели ФИО31 и ФИО8 №11 заключили досудебное соглашение, вследствие чего заинтересованы в оговоре ФИО1, также не свидетельствует безусловно о наличии у них оснований для оговора ФИО1 в рамках данного уголовного дела. Показания данных свидетелей были сопоставлены между собой и с показаниями других свидетелей, иными доказательствами по данному уголовному делу, обоснованно признаны допустимыми доказательствами, поскольку являются последовательными, подтверждаются другими доказательствам.

Так, из дела об административном правонарушении Номер изъят в отношении ФИО8 №5 судом первой инстанции установлено, что Дата изъята он был отстранен инспектором ФИО8 №1 от управления транспортным средством ввиду наличия оснований полагать, что он находится в состоянии опьянения, был направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Согласно справке от Дата изъята у ФИО8 №5 обнаружены клинические признаки, позволяющие предположить наличие опьянения, а согласно акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения Номер изъят от Дата изъята , по результатам химико-токсикологического исследований биологических объектов в клинико-диагностической лаборатории ОГБУЗ «ИОПНД» у него какие-либо указанные в направлении как цель исследования вещества (средства) не обнаружены, состояние опьянения не установлено.

Из материалов ОРМ, а именно снятия информации с телефона ФИО8 №5 и прослушивания его телефонных переговоров судом установлено, что ФИО8 №5 сообщал ФИО8 №10, что его подозревают в нахождении в состоянии опьянения, что он употреблял вещество путем курения, просил связаться с ФИО11 (ФИО8 №11), а ФИО8 №10 ему в дальнейшем отвечал, что сообщил об употреблении им анаши, что ему смогут помочь, если он употреблял ее 2-3 дня назад, о необходимости перевода денег, которые будут переданы решающему проблему врачу, что ФИО11 (ФИО8 №11) сообщила, что анализы сделали в пользу ФИО68, 40 тысяч за услугу следует перевести на карту.

Из телефонных переговоров ФИО8 №5 и ФИО8 №7, установлено, что ФИО68 сообщал ФИО8 №7 о нахождении в наркологии, что его проблема может быть решена за 40 тысяч рублей, в дальнейшем просил свозить его в ломбард.

Из телефонных переговоров ФИО8 №5 с неустановленным лицом, производимых Дата изъята следует, что ФИО68 сообщал, что ожидает результатов, за которые требуется заплатить 40 тысяч рублей.

Из материалов ОРМ «Наведение справок», выписок по счетам и вкладам ФИО8 №11, ФИО8 №9, ФИО1 о движении денежных средств по счетам судом первой инстанции установлено, что Дата изъята с карты ФИО8 №9 переведено 35000 рублей на карту ФИО8 №11, а Дата изъята с карты ФИО8 №11 переведено 15000 рублей на карту ФИО1

Суд первой инстанции правильно отверг показания ФИО1 о том, что ФИО8 №11 заняла ему 15000 рублей, а он впоследствии возвратил эту сумму наличными, а также критически отнесся к показаниям свидетеля ФИО32, согласно которым ФИО1 в ее присутствии в конце весны – в начале лета 2022 года в рабочем кабинете ОГБУЗ «ИОПНД» передал ФИО8 №11 наличными денежные средства, расценил показания ФИО1 как способ защиты с целью избежать уголовного преследования и наказания, а показания ФИО32 как помощь в этом ФИО1, поскольку ФИО32 являлась работником ОГБУЗ «ИОПНД», ранее работала в одном кабинете со ФИО1 и находилась в его подчинении, вследствие чего заинтересовано в благоприятном исходе дела для ФИО1

Судебная коллегия полностью соглашается с выводами суда первой инстанции, что в данной части показания ФИО1 и ФИО32 опровергаются стабильными показаниями ФИО8 №11, согласно которым часть из поступивших денег в качестве взятки ФИО1 за его услуги по подготовке в отношении ФИО8 №5 отрицательного заключения на состояние опьянения при исследовании его крови в лаборатории КДЛ Номер изъят (ХТЛ) ОГБУЗ «ИОПНД» были переведены на счет последнего, она ФИО1 деньги в долг не переводила, после Дата изъята от ФИО1 обратно 15000 рублей переводом либо наличными не получала. Показания ФИО8 №11 полностью соответствуют показаниям ФИО8 №5 и ФИО8 №10 о том, что они передавали взятку сотруднику ОГБУЗ «ИОПНД» через ФИО8 №11, сведениями о движении денежных средств по их банковским счетам.

Правильно оценены судом и показания ФИО8 №4 и ФИО8 №12 (что при исследовании крови ФИО8 №5 запрещенных веществ не обнаружено), сделаны выводы, что они не ставят под сомнение выводы суда о доказанности вины ФИО1, поскольку об употреблении накануне медицинского освидетельствования наркотических средств путем курения ФИО8 №5 сообщал неоднократно при допросах в ходе предварительного следствия, это также следует и из показаний свидетелей ФИО8 №11, ФИО8 №10, телефонных переговоров ФИО8 №5, акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения от Дата изъята , в котором указаны признаки нахождения ФИО8 №5 в состоянии опьянения - напряжение, неустойчивое внимание, гиперемия конъюнктивы, горизонтальный нистагм, неточное выполнение координационных проб.

Вина осужденного ФИО1 в получении взятки от ФИО3, осужденных ФИО2 и ФИО4 в посредничестве во взяточничестве, ФИО3 в даче взятки, несмотря на занятую ими позицию по отношению к предъявленному обвинению, также подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных судом в приговоре, в том числе, показаниями свидетелей, протоколами следственных действий, материалами оперативно-розыскной деятельности и иными доказательствами, содержание которых, подробно и правильно приведено в приговоре.

Из показаний свидетеля ФИО8 №14, являющегося инспектором ДПС ГИБДД, следует, что Дата изъята при выезде на ДТП поведение водителя ФИО3 вызывало у него подозрение, поскольку последняя вела себя вызывающе, кричала, истерически дергалась. Он решил направить ФИО3 для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения в ОГБУЗ «ОПНД» <адрес изъят> филиал, о чем был составлен протокол. После Дата изъята ФИО3 принесла акт медицинского освидетельствования Номер изъят, согласно которому состояние опьянения у нее не установлено. Материал им был передан для принятия процессуального решения в отдел административной практики.

Из показаний свидетеля ФИО8 №15, являющегося начальником ОГИБДД УМВД России по <адрес изъят> округу, следует, что во второй декаде января 2023 года ему поступил материал по факту совершения ФИО3 правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. Согласно акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения Номер изъят у ФИО3 на основании результатов клинико-диагностической лаборатории ОГБУЗ «ИОПНД» состояние опьянения не установлено, поэтому Дата изъята он вынес постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

ФИО8 ФИО8 №17 суду показала, что она работает фельдшером в кабинете медицинского освидетельствования <адрес изъят> филиала ОГБУЗ «ИОПНД». В 2023 году сотрудниками ГИБДД на медицинское освидетельствование была доставлена ФИО3, которой она и врач психиатр-нарколог ФИО8 №16 проводили медицинское освидетельствование на состояние опьянения. ФИО3 было предложено продуть в алкотестер, на выдохе был нулевой результат. Насколько помнит, ФИО3 сообщила, что наблюдается у психиатра, ей назначены какие-то антидепрессанты. ФИО3 было предложено сдать биологический материал, она присутствовала при сдаче ФИО3 анализа мочи, после она провела предварительное скрининговое исследование мочи на аппарате, по результатам был установлен высокий порог бензодиазепина. Поскольку было выявлено психоактивное вещество определённой группы, они распечатали результат и отправили материал для дальнейшего исследования в лабораторию <адрес изъят> в целях подтверждения и определения химической формулы.

Из показаний свидетеля ФИО8 №16 следует, что ФИО3 Дата изъята проведено медицинское освидетельствование в кабинете медицинского освидетельствования <адрес изъят> филиала ОГБУЗ «ИОПНД» на основании протокола о направлении на медицинское освидетельствование. В 18-10 часов ФИО3 произвела выдох в АКПЭ-01.01 за Номер изъят, фельдшер ФИО8 №17 получила распечатку результата исследования, показатели были нулевыми. ФИО3 было предложено сдать биологический материал на наличие психотропных и наркотических веществ, лекарственных средств. ФИО8 №17 от ФИО3 получены образцы биологического материала – мочи, проведено предварительное исследование мочи с помощью аппарата «Рефлеком», в результате была выявлена группа бензодиазепинов, которые могут быть отнесены к запрещённым веществам. Образцы биологического материала ФИО3 в двух ёмкостях были направлены для производства исследования в КДЛ Номер изъят (ХТЛ) ОГБУЗ «ИОПНД», а ФИО3 была выдана справка о том, что у нее забран биологический материал для химико-токсикологического исследования, по результатам освидетельствования обнаружены клинические признаки, позволяющие предположить наличие опьянения. Дата изъята из КДЛ ОГБУЗ «ИОПНД» получен результат исследований, согласно которому указанные в направлении как цель исследования вещества (средства) не обнаружены, в связи с чем у ФИО3 состояние опьянения по результатам исследования установлено не было. Им на основании полученных результатов в КДЛ ОГБУЗ «ИОПНД» было принято решение об отсутствии у ФИО3 состояния опьянения.

Из показаний специалиста ФИО59 следует, что из анализа электронной переписки в мессенджере «WhatsApp» можно сделать вывод, что в переписке и направляемых ФИО66 документах в файлах и голосовом сообщении имеются высказывания, выражающие побуждение к совершению ФИО65 действий в интересах третьего лица «ФИО3» в связи с разрешением проблемной ситуации; субъектом побуждения является ФИО66, объектом побуждения - ФИО65; коммуникативные параметры указывают на форму побуждения – предложение, просьба, то есть ФИО66 побуждает ФИО65 к совершению действий в интересах ФИО3 и обсуждает сумму денежного вознаграждения, которую можно «загадать», «назвать» заинтересованному лицу в связи с разрешением его проблемной ситуации. В переписке Дата изъята имеются реплики, указывающие на то, что ФИО66 предлагает назвать некую сумму денежных средств «человеку», «доктору», а ФИО65 согласовывает данную сумму, подтверждая, согласно имеющейся переписке, сумму 50. При этом в данном контексте можно предположить, что идёт речь о сумме в размере 50000 рублей, которую ФИО66 готов получить, а после этого отправить ФИО65. Исходя из голосового сообщения ФИО66 и ответов на него, можно утверждать, что собеседники осведомлены, что ФИО3 попала в ДТП в <адрес изъят>, ей требуется помощь, так как она сдала предварительные анализы, которые отправили на подтверждающий анализ в <адрес изъят>, а накануне ДТП ФИО3 употребляла препараты, которые ей назначил доктор. В переписке сведения о распределении полученных денежных средств, о передаче денежных средств в сумме 25000 рублей ФИО66 не содержится, однако сообщение ФИО66 «Лови» и ответное сообщение ФИО65 «поднятый вверх большой палец» указывают на то, что ФИО66 отправил ФИО65 некую сумму денежных средств.

Судом первой инстанции не установлено обстоятельств, свидетельствующих об оговоре всех осужденных указанными свидетелями и специалистом, не представлено доказательств наличия таковых и судебной коллегии.

Показания данных свидетелей были сопоставлены между собой и с иными доказательствами по данному уголовному делу, обоснованно признаны допустимыми доказательствами, поскольку являются последовательными, подтверждаются другими доказательствам.

Из дела об административном правонарушении в отношении ФИО3 судом первой инстанции установлено, что Дата изъята она, в нарушении пункта 13.9 ПДД РФ, не уступила дорогу и допустила столкновение с другим автомобилем, ввиду чего была признана виновной в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ, была отстранена инспектором ФИО8 №14 от управления транспортным средством ввиду наличия оснований полагать, что она находится в состоянии опьянения, была направлена на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Согласно справке врача психиатра-нарколога (фельдшера) ФИО8 №16 по результатам медицинского освидетельствования ФИО3 обнаружены клинические признаки, позволяющие предположить наличие опьянения, а согласно акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения Номер изъят от Дата изъята , по результатам химико-токсикологического исследования биологических объектов, в клинико-диагностической лаборатории ОГБУЗ «ИОПНД» указанные в направлении как цель исследования вещества (средства) не обнаружены, дано заключение о том, что состояние опьянения у ФИО3 не установлено. Постановлением начальника отдела Госавтоинспекции УМВД России по <адрес изъят> от Дата изъята производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, в отношении ФИО3 прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Из направления врача ФИО8 №16 следует, что Дата изъята у ФИО3 в биологических объектах был обнаружен бензодиазепин.

Согласно заключению эксперта Номер изъят от Дата изъята в контрольном образце мочи ФИО3 (изъятого в ходе выемки Дата изъята ) обнаружен метаболит алпразолама 4-гидроксиалпразолам.

Эксперт ФИО77 являющаяся судебно-медицинским экспертом ГБУЗ «ИОБСМЭ», в судебном заседании полностью подтвердила сделанные ею выводы, пояснила порядок производства ею данного исследования, какой прибор и методики ею использовались. Пояснила, что остатки неизрасходованного контрольного образца мочи ФИО3 были уничтожены, поскольку истек годичный срок хранения, предписаний о необходимости хранения этого биологического объекта не поступало.

Доводы стороны защиты о том, что по делу не установлено, каким образом следователь ФИО33, не обладающая познаниями в судебной медицине и химии, попросила расширить анализ на бензодиазепиновые, из каких источников следователю ФИО33 стало известно об употреблении ФИО3 алпразолама, являются необоснованными, поскольку из материалов уголовного дела следует, что Дата изъята в жилище ФИО1 был произведен обыск, в ходе которого был изъят принадлежащий ему сотовый телефон марки «Айфон 13», который был осмотрен Дата изъята заместителем руководителя СО по <адрес изъят> СУ СК России по <адрес изъят> ФИО33 (т. 9, л.д. 27-30), в котором было обнаружено голосовое сообщение ФИО2, адресованное ФИО1, а также их переписка, в которых прямо упоминался препарат «алпразолам» и «бензодиазепины», то есть органы следствия располагали данной информацией еще до назначения судебной химической экспертизы.

Судебная коллегия полностью соглашается в выводами суда первой инстанции, что факт сообщения заместителем руководителя следственного органа ФИО33, назначившей судебную химическую экспертизу и поставившей вопросы о наличии в биологических объектах от ФИО3 наркотических средств либо психотропных веществ, дополнительной информации эксперту ФИО60 об употреблении ФИО3 конкретного лекарственного препарата - алпразолама, тем более что данная информация была получена органом следствия путем производства соответствующих следственных действий, не ставит под сомнение выводы эксперта и не может служить основанием к признанию заключения эксперта недопустимым доказательством, поскольку эти обстоятельства не могут свидетельствовать об оказании на эксперта какого-либо давления, а действующее уголовно-процессуальное законодательство не только не запрещает взаимодействие следователя (руководителя следственного органа) и эксперта при производстве экспертизы, а прямо предусматривает такую возможность, поскольку именно орган следствия определяет круг вопросов, ответы на которые требуют специальных познаний, какие материалы уголовного дела подлежат предоставлению на экспертизу, предусматривает право эксперта знакомиться с материалами уголовного дела, относящимися к предмету судебной экспертизы, ходатайствовать о предоставлении ему дополнительных материалов, необходимых для дачи заключения (ст. 57 УПК РФ), а ст. 197 УПК РФ предусматривает право следователя и вовсе присутствовать при производстве судебной экспертизы.

Не может влиять на правильность выводов суда о допустимости заключения эксперта Номер изъят и факт уничтожения представленных на экспертизу биологических объектов от ФИО3, поскольку такие действия эксперта каким-либо образом влиять на правильность его выводов, изложенных в заключении, не могут. При этом судебная коллегия отмечает, что постановление о назначении экспертизы таких требований к эксперту в категоричной форме и не содержало, поскольку ФИО33 просила эксперта не расходовать объект исследования в полном объеме при наличии такой возможности.

Вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции обоснованно отклонил представленное стороной защиты заключение специалиста Номер изъят от Дата изъята , выполненное специалистом ФИО21, критически отнесся к показаниям специалистов ФИО21, ФИО22, ответу на адвокатский запрос профессора ФИО23, а также отказал в назначении повторной экспертизы, поскольку фактически данные специалисты дали оценку достоверности выводов проведенной по делу экспертизы, какие-либо биологические объекты ими при этом не исследовались.

Судебная коллегия также отмечает, что проверка и оценка доказательств, в том числе заключений экспертов, согласно уголовно-процессуальному закону (ст.ст. 87, 88 УПК РФ), относятся к исключительной компетенции лиц, осуществляющих предварительное следствие (на стадии предварительного расследования), а также суда при вынесении приговора либо иного окончательного решения по делу, исходя из анализа и оценки совокупности всех собранных по делу доказательств, с учетом требований ст. 17 УПК РФ, согласно которым никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда о допустимости и достоверности заключения экспертизы Номер изъят, что каких-либо сомнений в правильности выводов эксперта не возникает, поскольку при производстве экспертизы каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона допущено не было, экспертиза проведена в специализированном государственном экспертном учреждении, компетентным лицом, имеющим соответствующее образование и достаточный стаж экспертной работы. Заключение эксперта отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, в нем содержатся все необходимые сведения, в том числе подписка об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в распоряжение эксперта ФИО60 был предоставлен достаточный материал для разрешения поставленных перед нею вопросов. Оснований сомневаться в компетентности эксперта и достоверности сделанных ею выводов, которые содержат подробную аргументацию и научное обоснование, не имеется.

Отсутствие в экспертизе в качестве приложения хроматограммы, на что указывает сторона защиты, также не может быть признано недостатком проведенной по делу экспертизы, поскольку из показаний эксперта ФИО60 и других специалистов следует, что хроматограмма представляет собой электронный файл, просмотр которого возможен только на специальном оборудовании, которое и используется при производстве данного исследования, что делает бессмысленным его прикрепление к заключению, поскольку исключает возможность его просмотра иными участниками уголовного судопроизводства без использования соответствующего оборудования и привлечения специалиста, а потому хроматограмма не может быть признана материалом, иллюстрирующим заключение эксперта, приложение которого к заключению является обязательным в соответствии с положениями ч. 3 ст. 204 УПК РФ.

При этом судебная коллегия также, как и суд первой инстанции, отмечает, что данное заключение полностью соответствует и другим доказательствам, положенным в основу обвинительного приговора, в том числе и переписке самих осужденных в период совершения преступления, а потому каких-либо сомнений в обоснованности заключения эксперта не возникает, оно не содержит каких-либо противоречий, в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о том, что при ее производстве не применены или неверно применены необходимые методы и методики экспертного исследования.

Из материалов ОРМ, протоколов выемок и обыска, осмотра телефонных соединений, сотового телефона ФИО1, сведений о движении денежных средств по счетам осужденных, путем их анализа и сопоставления между собой и с другими доказательствами, судом правильно установлено, что ФИО3 имела телефонные соединения Дата изъята с ФИО4; ФИО4 Дата изъята имела телефонные соединения с ФИО2; ФИО2 Дата изъята имел телефонные соединения с ФИО4, а Дата изъята имел телефонные соединения со ФИО1

В программе «WhatsApp» ФИО2 направлял ФИО1 копию паспорта ФИО3 и справки от Дата изъята о прохождении ФИО3 медицинского освидетельствования на состояние опьянения в <адрес изъят> филиале ОГБУЗ «ИОПНД» и обнаружении по результатам клинических признаков, позволяющих предположить наличие опьянения, спрашивал у ФИО1 о помощи, сообщал, что ФИО3 употребляла алпразолам, указывал о прохождении ею освидетельствования в <адрес изъят>, что у нее предварительно выявлены бензодиазепины, что анализы отправлены на подтверждение, сообщал, что ФИО3 готова компенсировать услуги, на что ФИО1 отвечал, что посмотрит результаты, сообщал, что может помочь, сообщал, что клиенту можно сообщить цену за услугу в размере 50 тысяч рублей.

ФИО4 направляла ФИО2 фотографию справки в отношении ФИО3, просила о помощи, сообщала о согласии ФИО3 заплатить 50 тысяч рублей, а ФИО2 не рекомендовал проходить независимое освидетельствование, сообщал, что услуги будут стоить 50 тысяч рублей, указывал, что деньги следует направить сначала ФИО4, потом ему, а он передаст их дальше, а также сообщал о 100 % результате.

Из выписок по счетам ФИО3, ФИО2, ФИО1 и ФИО4 в ПАО «Сбербанк» о движении денежных средств судом первой инстанции установлено, что Дата изъята с карты ФИО3 переведено 60000 рублей на карту ФИО4, далее с карты ФИО4 на карту ФИО2 переведено 50000 рублей, далее с карты ФИО2 переведено 25000 рублей на карту ФИО1

Судебная коллегия полностью соглашается с выводами суда первой инстанции, что доводы стороны защиты о том, что ФИО1 возвратил ФИО2 Дата изъята наличными 25000 рублей на парковке в конце рабочего дня опровергаются исследованной информацией об адресах базовых станций, обслуживавших телефонные соединения ФИО1 и ФИО2, что их анализ позволяет сделать вывод, что они находились в разных частях <адрес изъят> в указываемое ими время передачи денег.

Данная версия также опровергается перепиской между ФИО1 и ФИО2 в период с 11 по Дата изъята относительно исследований биологических объектов ФИО3, в которой ФИО1 указывал, что биологические объекты поступили на исследование Дата изъята и результат будет Дата изъята , что согласуется с датой поступления биологических объектов ФИО3 на исследование в клинико-диагностическую лабораторию ОГБУЗ «ИОПНД» - Дата изъята и датой справки о результатах химико-токсикологических исследований – Дата изъята .

Оценив сведения о направленном Дата изъята ФИО4 сообщения ФИО2 об ошибочной отправке денежных средств и просьбе их возвратить, а также сведения о переводе ФИО2 50000 рублей на счет ФИО4, показания свидетеля ФИО29, а также осужденных ФИО4 и ФИО3 о том, что последние встречались Дата изъята и ФИО4 возвратила ФИО3 ранее направленные 50000 рублей, предназначенные для передачи в качестве взятки ФИО1, суд правильно дал им критическую оценку и отверг их, расценив как искусственное создание доказательств возврата денежных средств и способ защиты, а мотивы ФИО29 как желание помочь им избежать уголовной ответственности, надлежащим образом мотивировав свои выводы, с которыми полностью соглашается и судебная коллегия, поскольку их показания об этом ничем объективно не подтверждены, противоречат другим доказательствам, в частности, их собственной переписке в инкриминируемый период, согласно которой и после Дата изъята ФИО2 и ФИО1 продолжали обсуждать результаты исследований биологических объектов ФИО3, ФИО1 обещал положительный для ФИО3 результат, что было бы бессмысленным в случае возврата денежных средств.

Соглашается судебная коллегия и с выводами суда о том, что представленные документы о произведенных оплатах ФИО3 за ремонт автомобиля и показания свидетеля ФИО43, который является адвокатом и ранее оказывал юридические услуги ФИО3, не могут служить доказательством невиновности осужденных, поскольку никоим образом не опровергают выводы суда о том, что ФИО1 получена взятка от ФИО3 в виде денег в значительном размере за незаконные действия через посредников ФИО2 и ФИО4

Соглашается судебная коллегия и с выводами суда первой инстанции, что факт неустановления сотрудников КДЛ Номер изъят (ХТЛ) ОГБУЗ «ИОПНД», которым ФИО1 дал указание по сокрытию в представленных на химико-токсикологическое исследование биологических объектах ФИО8 №5 наркотических веществ и по сокрытию при производстве химико-токсикологических исследований биологических объектов ФИО3 наличия лекарственного препарата для изготовления справок о результатах химико-токсикологических исследований с отрицательным результатом состояния опьянения, не может являться основанием для освобождения осужденных от уголовной ответственности, поскольку данное обстоятельство свидетельствует о конспирации ФИО1 своих действий и принятии мер к сокрытию следов преступления, вина же всех осужденных подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО8 №5 и ФИО3 через посредников, в том числе ФИО2 и ФИО4, были переданы взятки ФИО1 за сокрытие в их анализах запрещенных веществ в целях непривлечения в дальнейшем к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Утверждения ФИО2 и ФИО1 о том, что сумма в размере 50000 рублей для ФИО3 была определена ФИО34, как правильно указал суд первой инстанции, опровергаются перепиской между ФИО1 и ФИО2, из которой правильно установлено, что на предложение ФИО2 получить от ФИО3 взятку ФИО1 ответил положительно и согласовал ее размер в 50000 рублей, при этом ФИО1 был извещен ФИО2 об употреблении ФИО3 алпразолама, о выявлении в биологическом объекте ФИО3 в <адрес изъят> филиале ОГБУЗ «ИОПНД» бензодиазепина, о направлении биологических объектов на подтверждающее исследование в лабораторию, которой он заведовал.

Оценив переписку между ФИО1 и ФИО2, а также между ФИО2 и ФИО4, судом сделаны правильные выводы, с которыми соглашается и судебная коллегия, что эта переписка не свидетельствует о том, что ФИО3 обращалась за лечением и консультацией, а усматривается, что у ФИО3 выявлено наличие бензодиазепина, что ФИО1 понимал, что денежные средства передаются ему как должностному лицу от взяткодателя через посредников, в том числе ФИО2, при этом он него требуется совершение незаконных действий, связанных с его должностными обязанностями в ОГБУЗ «ИОПНД».

Показания допрошенных в судебном заседании суда апелляционной инстанции свидетелей ФИО35 и ФИО36 о том, что у них доверительные отношения с ФИО3, со слов которой им известно, что она никогда не принимала алпразолам, принимала золофт, который был ей выписан врачами, как и представленные стороной защиты в подтверждение показаний данных свидетелей товарная накладная из ООО «Фармация» с отчетом о продаже аптечных товаров за период 2022–2023 гг. и выписка из ПАО «Сбербанк России» по счету ФИО3 за период с Дата изъята , также никоим образом не ставят под сомнение доказанность вины всех осужденных, поскольку не исключают возможность приобретения ФИО3 алпразолама в иных аптечных сетях или у них лиц без использования банковской карты, по которой представлены сведения о движении денежных средств, а употребление алпразолама осужденной ФИО3 установлено из переписки самих осужденных в период совершения данного преступления, а также заключением экспертизы Номер изъят.

Кроме того, судебная коллегия учитывает, что свидетели ФИО35 и ФИО36 безусловно заинтересованы в благоприятном исходе дела для осужденной ФИО3 в силу их родственных отношений, поскольку ФИО35 является ее родной сестрой, а ФИО36 – племянницей.

По существу доводы апелляционных жалоб стороны защиты дублируют ее позицию, высказанную в ходе судебного разбирательства дела суду первой инстанции, были проверены и оценены судом, по существу направлены на переоценку исследованных по уголовному делу доказательств.

Между тем, оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой доказательств, положенных в основу приговора, оснований к переоценке совокупности доказательств либо для признания выводов суда не соответствующими фактическим обстоятельствам, о чем указывается в апелляционных жалобах, судебная коллегия не находит, поскольку все уличающие осужденных доказательства, приведенные в приговоре, согласуются между собой, подтверждают одни и те же обстоятельства, являются достаточными для формирования вывода о виновности ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в совершении преступлений, за которые они осуждены. В соответствии с положениями ст. 17 УПК РФ показания всех допрошенных лиц, а также исследованные доказательства, приведенные в приговоре, получили надлежащую оценку, они признаны допустимыми, относимыми и достоверными и с данными выводами суда полностью соглашается судебная коллегия, поскольку каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона при их собирании допущено не было, они не противоречат друг другу.

Показания свидетелей обоснованно положены судом в основу обвинительного приговора, поскольку они в целом согласуются между собой и с иными доказательствами по делу, каких-либо существенных противоречий, ставящих под сомнение доказанность вины осужденных, не содержат, взаимно дополняют друг друга. Оснований для оговора ими осужденных суд первой инстанции не установил, не усматривает их и судебная коллегия.

Все следственные и процессуальные действия были произведены без каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел нарушений уголовно-процессуального закона при производстве предварительного расследования по уголовному делу, в том числе при проведении оперативно-розыскных мероприятий. Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда, которые надлежащим образом мотивированы в приговоре.

Как усматривается из материалов дела, результаты оперативно-розыскной деятельности оформлены в соответствии с требованиями действующего законодательства РФ, мероприятия проведены на основании соответствующих постановлений, вынесенных надлежащим должностным лицом в соответствии с требованиями Закона РФ "Об оперативно-розыскной деятельности", при наличии оснований для их проведения, с составлением в ходе ОРМ соответствующих документов, в которых зафиксированы ход проведения ОРМ и его результаты. В ходе ОРМ были выполнены конкретно поставленные задачи оперативно-розыскной деятельности, направленные на проверку сообщения о преступной деятельности осужденных.

Оснований давать иную оценку доказательствам, которые, в соответствии с требованиями ст. 17 УПК РФ, судья оценивает по своему внутреннему убеждению, руководствуясь при этом законом, как каждому в отдельности, так и в совокупности, и устанавливать из них иные фактические обстоятельства, судебная коллегия не находит.

Не нарушен и основной принцип уголовного судопроизводства – состязательность сторон. В силу статьи 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Как видно из протокола судебного заседания, судебное разбирательство проведено в полном соответствии вышеприведенному принципу уголовного судопроизводства. Суд предоставил сторонам равные возможности для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления ими процессуальных прав. Все доказательства обвинения были исследованы только по ходатайствам как стороны обвинения, так и защиты. При этом сторона защиты активно пользовалась правами, предоставленными законом, в том числе, исследуя доказательства, и участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Заявленные сторонами ходатайства были разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Основанные на законе мнения и возражения стороны защиты судом принимались во внимание. Обвинительный уклон материалами дела не усматривается, из протокола судебного заседания не видно, чтобы со стороны председательствующего проявлялась предвзятость либо заинтересованность по делу. Не осталось не разрешенным ни одно из ходатайств участников уголовного судопроизводства. Правильность разрешения ходатайств сомнений не вызывает. Как следует из протокола судебного заседания, участники процесса, в том числе и сторона защиты, не возражали против окончания судебного следствия при тех доказательствах, которые нашли свое изложение, анализ и оценку в приговоре.

Каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении прав всех осужденных на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, в том числе и в ходе предварительного следствия, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в материалах не содержится.

Несогласие осужденных и их защитников с оценкой доказательств является их позицией, обусловленной линией защиты, и не может являться безусловным основанием для отмены приговора.

Таким образом, тщательно исследовав обстоятельства дела и объективно оценив все представленные доказательства, суд пришел к правильному выводу о доказанности вины всех осужденных в совершении преступлений и верно квалифицировал их действия:

- ФИО1 по ч. 3 ст. 290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО8 №5), как получение должностным лицом через посредника взятки в виде денег в значительном размере за незаконные действия; по ч. 3 ст. 290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО3), как получение должностным лицом через посредника взятки в виде денег в значительном размере за незаконные действия;

- ФИО3 по ч. 3 ст. 291 УК РФ, как дача взятки должностному лицу через посредника в значительном размере за совершение заведомо незаконных действий;

- ФИО2 по ч. 2 ст. 291.1 УК РФ, как посредничество во взяточничестве за совершение заведомо незаконных действий;

- ФИО4 по ч. 2 ст. 291.1 УК РФ, как посредничество во взяточничестве за совершение заведомо незаконных действий.

Оснований не согласиться с данной квалификацией судебная коллегия не усматривает.

ФИО1 при получении через посредников за незаконные действия взяток в виде денег от ФИО8 №5 и ФИО3 являлся заведующим лабораторией – врачом клинической лабораторной диагностики КДЛ Номер изъят (ХТЛ) ОГБУЗ «ИОПНД», осуществлял организационно-распорядительные (управленческие) функции в государственном учреждении, руководил трудовым коллективом, при совершении преступлений использовал свое должностное положение, то есть бесспорно являлся должностным лицом. Суд пришел к правильному выводу, что возложение исполнение обязанностей заведующего лабораторией на период командировки ФИО1 на иное лицо, временное отсутствие ФИО1 на рабочем месте ввиду нахождения в служебной командировке в момент получения от ФИО8 №5 взятки, не свидетельствует об утрате им на данный период статуса должностного лица.

Правильно суд установил и мотивы осужденных при совершении преступлений, что ФИО1 действовал из корысти, желая получить взятки в виде денег, ФИО3 – в целях избежать административной ответственности за управление транспортным средством в состоянии опьянения, а ФИО2 и ФИО4 в целях способствования взяткодателю и взяткополучателю в достижении и реализации соглашения между ними о даче и получении взятки в виде денег в значительном размере за совершение заведомо незаконных действий.

Размер взятки, обозначенный ФИО1 и полученный через посредника от ФИО8 №5 в сумме 30 000 рублей, а также обозначенный ФИО1 и полученный от ФИО3 через посредников ФИО4 и ФИО2 в сумме 50 000 рублей, в силу положений примечания к ст. 290 УК РФ образует значительный размер. Указание ФИО1 оставить ФИО8 №11 и ФИО2 себе часть от переданной взятки, как правильно указал суд первой инстанции, свидетельствует о распоряжении ФИО1 полученными взятками, и не может являться основанием для снижения размеров взяток, переквалификации действий ФИО1 и ФИО3, а также основанием для освобождения ФИО4 и ФИО2 от уголовной ответственности за посредничество во взяточничестве. Тот факт, что посредниками с взяткодателя ФИО8 №5 была получена сумма денежных средств, превышающая 30 тысяч рублей, не влияет на правильность определения размера взятки, полученной ФИО1

Судом сделаны правильные выводы, что ФИО1 получил взятки за совершение незаконных действий, входящих в его служебные полномочия, связанные с сокрытием наличия в исследуемых биологических объектах ФИО8 №5 и ФИО3 наркотического средства и лекарственного препарата и организацией изготовления справок о результатах химико-токсикологических исследований с отрицательными результатами состояния опьянения ФИО8 №5 и ФИО3, то есть за действия, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать.

Поскольку в обоих случаях посредниками взятки в виде денег были получены в полном объеме по договоренности со ФИО1, а последний, кроме того, непосредственно получил часть денег от посредников, то оба преступления правильно признаны оконченными, исходя из смысла уголовного закона и разъяснений, содержащихся в п. 13.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от Дата изъята N 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях».

Судебная коллегия не усматривает оснований для переквалификации действий осужденных либо для освобождения их от уголовной ответственности по каким-либо основаниям, в том числе и в связи с добровольным отказом от доведения преступления до конца.

Обоснованно ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 признаны судом вменяемыми в отношении инкриминируемых им деяний, с учетом данных об их личностях, их адекватного поведения в судебном заседании, оснований для возникновения сомнений во вменяемости осужденных не усматривается.

Стороной защиты в апелляционной жалобе были поставлены под сомнение выводы суда первой инстанции о вменяемости ФИО3, однако они подтверждены заключением стационарной судебно-психиатрической экспертизы Номер изъят от Дата изъята , проведенной в ходе рассмотрения уголовного дела в суде апелляционной инстанции, согласно которой ФИО3 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием, временным психическим расстройством, а также иным болезненным расстройством психики не страдает и не страдала ранее, могла и может осознавать фактическую опасность своих действий и руководить ими, в принудительном лечении не нуждается.

Назначенное ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 основное наказание в виде лишения свободы, дополнительное наказание в виде штрафа, а ФИО1, кроме того, в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, судебная коллегия находит справедливым, поскольку оно назначено в строгом соответствии с положениями ст.ст. 6, 47, 60 УК РФ, в пределах санкций ч. 3 ст. 290, ч. 3 ст. 291, ч. 2 ст. 291.1 УК РФ, судом учтены характер и степень общественной опасности совершенных каждым из них преступлений, приняты во внимание данные о личностях осужденных, их семейном положении, учтено влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

Судом признаны в соответствии со ст. 61 УК РФ смягчающие наказание обстоятельства:

ФИО1 – наличие малолетнего ребенка, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики, состояние его здоровья, наличие почетных грамот и благодарностей, возраст и состояние здоровья его родителей, наличие инвалидности у матери;

ФИО2 – наличие малолетнего ребенка, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики, состояние его здоровья, наличие почетных грамот и благодарностей;

ФИО3 – наличие малолетнего ребенка, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики, состояние ее здоровья, состояние здоровья дочери и наличие заболеваний, возраст и инвалидность её родителей;

ФИО4 - наличие двух малолетних детей, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики, состояние ее здоровья, наличие на момент преступления несовершеннолетнего ребенка, возраст и состояние здоровья её родителей, наличие инвалидности у отца.

Иных обстоятельств, подлежащих обязательному учету в качестве смягчающих наказание обстоятельств, в силу ч. 1 ст. 61 УК РФ, по настоящему уголовному делу в отношении всех осужденных не имеется.

Обстоятельств, отягчающих наказание, в соответствии со ст. 63 УК РФ, судом первой инстанции не установлено.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения при назначении ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 наказания положений ч. 6 ст. 15, ст. 64, ст. 73 УК РФ, должным образом мотивированы и с ними также соглашается судебная коллегия.

Учитывая фактические обстоятельства преступлений, наступившие последствия, степень их общественной опасности, отсутствие исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, их ролью, поведением осужденных во время или после совершения преступлений, и отсутствием других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для изменения категорий преступлений, назначения наказания условно, в соответствии со ст. 73 УК РФ, а также для назначения наказания ниже нижнего предела либо более мягкого, чем предусмотрено санкциями ч. 3 ст. 290, ч. 3 ст. 291, ч. 2 ст. 291.1 УК РФ, с данным решением полностью соглашается и судебная коллегия, не находя оснований для изменения приговора в этой части.

При этом, проявив гуманизм, суд первой инстанции на основании ч. 1 ст. 82 УК РФ отсрочил реальное отбывание ФИО4 наказания до достижения ее младшим ребенком четырнадцатилетнего возраста. Принятое решение суда первой инстанции является обоснованным, подробно мотивировано в приговоре.

Представленные в суд апелляционной инстанции сведения о состоянии здоровья родителей осужденного ФИО1 и ФИО3, дочери осужденной ФИО3, в том числе и заключение эксперта-психолога Номер изъят о том, что дочь осужденной ФИО3, в силу выявленного у нее психоэмоционального состояния, наступившего после вынесения приговора, остро нуждается в поддержке близких людей, сведения о кредитных обязательствах ФИО1, ходатайства от пациентов ФИО1 и коллектива психоневрологического диспансера, где он осуществлял свою трудовую деятельность, справка об участии в СВО ФИО37, не могут служить основанием для смягчения назначенного им наказания, поскольку данные о личностях осужденных, влияние наказания на условия их жизни и их семей, были в полной мере учтены судом первой инстанции при определении вида и размера наказания, часть из этих сведений была учтена судом первой инстанции в качестве смягчающих наказание обстоятельств.

Все выводы суда, касающиеся вопросов назначения наказания ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4, обоснованы, мотивированы, оснований не согласиться с ними судебная коллегия не усматривает, поскольку как основное, так и дополнительное наказание за каждое из преступлений каждому из них назначено существенно ниже максимальных сроков, предусмотренных санкциями ч. 3 ст. 290, ч. 3 ст. 291, ч. 2 ст. 291.1 УК РФ, по совокупности преступлений наказание ФИО1 сложено частично, и считает, что назначенное ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 наказание, как по его виду, так и по размеру, соответствует содеянному, целям восстановления социальной справедливости, исправлению осужденных и предупреждению совершения ими новых преступлений, указанным в ч. 2 ст. 43 УК РФ, смягчению не подлежит.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ правильно судом определен и вид исправительного учреждения, в котором всем осужденным следует отбывать наказание, то есть исправительная колония общего режима, поскольку ими совершены тяжкие преступления, при этом ФИО1 и ФИО2 ранее лишение свободы не отбывали, соответственно, время их содержания под стражей правильно, в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а время нахождения под домашним арестом ФИО1, в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ - из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Учитывая положения ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ, решение суда относительно периодов содержания осужденных под стражей, подлежащих льготному зачету в срок лишения свободы, изменению в суде апелляционной инстанции не подлежит.

При этом, как суду первой инстанции, так и апелляционной, не было представлено медицинских документов, свидетельствующих о невозможности отбывания наказания в виде реального лишения свободы в связи с состоянием здоровья осужденных.

При этом, с учетом положений п. «г» ч. 2 ст. 104.1, ст. 104.2 УК РФ, п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, судом принято верное решение о конфискации и обращении в доход государства денежных средств ФИО1 в размере 80 тысяч рублей, соответствующих размеру полученных им взяток, а также принадлежащего ему сотового телефона, поскольку он использовался осужденным при совершении преступлений.

Правильно был сохранен и арест, наложенный на имущество всех осужденных, в целях исполнения приговора в части назначенного всем осужденным дополнительного наказания в виде штрафа, а также исполнения приговора в части конфискации у ФИО1 денежных средств, соответствующих сумме взяток.

Таким образом, приговор соответствует требованиям ст. 297 УПК РФ, то есть является законным, обоснованным и справедливым.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено, оснований для его отмены или изменения по доводам апелляционных жалоб стороны защиты не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

Приговор <адрес изъят> от Дата изъята в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Чудинова А.А. и Ерастовой Т.К. в интересах осужденного ФИО1, осужденной ФИО3, адвокатов Игумновой Э.Н. и Галимова И.Г. в интересах осужденной ФИО3, адвоката Умань Т.И. в интересах осужденного ФИО2, адвоката Гранина Н.Ю. в интересах осужденной ФИО4 оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения, а осужденными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии апелляционного определения.

В случае обжалования осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Жданов В.С.

Судьи: Пастухова Л.П.

Шовкомуд А.П.