Апелляционное постановление № 22-204/2025 УК-22-204/2025 от 4 марта 2025 г. по делу № 1-109/2024

Судья Лыкова Т.Е.

дело № УК-22-204/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Калуга 5 марта 2025 года

Калужский областной суд в составе:

председательствующего

ФИО1,

при помощнике судьи

ФИО2

с участием прокурора

Богинской Г.А.

осужденного

ФИО6

защитника – адвоката

Сбасиной Е.Н.

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО6 на приговор Боровского районного суда Калужской области от 2 декабря 2024 года, которым

ФИО6, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин <данные изъяты>, проживающий по адресу: <адрес>, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок 1 год 6 месяцев.

В соответствии со ст. 53 УК РФ осужденному ФИО6 установлены ограничения: не выезжать за пределы муниципального образования – <адрес> без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не изменять место жительства или место пребывания без согласия указанного специализированного государственного органа, возложена обязанность являться в указанный специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации.

В соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ ФИО6 назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года.

Мера пресечения ФИО6 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Гражданский иск ФИО4 удовлетворен частично.

Постановлено взыскать с ФИО6 в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда <данные изъяты> рублей, расходы на приобретение лекарств и оплату платных медицинских услуг в размере <данные изъяты> рублей. В остальной части гражданского иска ФИО4 о взыскании расходов на приобретение лекарств и оплату платных медицинских услуг отказано.

Приговором разрешен вопрос вещественных доказательствах.

Заслушав выступления осужденного ФИО6, его защитника – адвоката Сбасиной Е.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Богинской Г.А., возражавшей против доводов апелляционной жалобы и полагавшей приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

ФИО6 признан виновным в нарушении лицом, управляющим другим механическим транспортным средством, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено 23 сентября 2023 года, в период с 13 часов по 14 часов 14 минут, на территории <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Согласно приговору ФИО6 вину в совершении указанного преступления не признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО6 ставит вопрос об отмене приговора как незаконного и необоснованного, постановленного с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, и о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Выражает несогласие с данной судом оценкой протоколу осмотра места происшествия и схеме к нему, указывая, что данные документы составлены в его отсутствие, с их содержанием, указанием направления движения мотоцикла с пересечением разметки 1.1. и места столкновения он не согласен. Указывает, что в протоколе осмотра места происшествия и схеме места дорожно-транспортного происшествия зафиксирована полоса продольной разметки 1.1, однако не зафиксирована ее продолжительность до перекрестка, утверждает, что она была некорректно короткой, а, поскольку обозначающий перекресток дорожный знак по ходу его движения перед въездом на территорию СНТ <данные изъяты> дорожной службой не установлен, дорожная разметка на данном участке нанесена неправомерно, на месте дорожно-транспортного происшествия отсутствует перекресток, а имеет место примыкание второстепенной дороги, которое также не обозначено дорожными знаками. В связи с отсутствием в схеме дорожно-транспортного происшествия размера привязки автомобиля «Хундай» к проезжей части дороги, установить его нахождение относительно дороги невозможно. В связи с этим делает вывод о том, что место столкновения транспортных средств достоверно не установлено.

Выражая несогласие с заключением проведенной по делу автотехнической экспертизы, со ссылкой на заключение специалиста (рецензионное заключение на заключение эксперта), проведенное по инициативе стороны защиты, указывает, что экспертиза по уголовному делу в ходе предварительного расследования проведена ненадлежащим лицом, поверхностно и с нарушениями, а обстоятельства дорожно-транспортного происшествия не установлены. В этой связи стороной защиты в ходе судебного разбирательства заявлялись ходатайства о назначении повторной автотехнической и трасологической экспертиз с постановкой конкретных вопросов эксперту, однако в удовлетворении ходатайств судом необоснованно отказано.

Изложив собственную версию обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, в котором потерпевшей ФИО4, осуществлявшей движение в качестве пассажира на мотоцикле под его управлением, причинен тяжкий вред здоровью, указывает, что он, управляя мотоциклом, двигался в рамках своей (правой) полосы движения, ближе к левому ее краю, в соответствии с правилами дорожного движения. Опережая автомобиль «3», неожиданно увидел автомобиль «2», пересекающий перпендикулярно проезжую часть дороги и его траекторию в непосредственной близости, что не оставило ему технической возможности предотвратить столкновение.

Оспаривая показания допрошенных свидетелей ФИО7, ФИО5, приводит доводы об их недостоверности, изложив предположение о характере и причинах дачи ими ложных показаний. Так, по его мнению, показания свидетеля ФИО7 о том, что он впервые осуществлял движение на данном участке дороги, поворачивая налево, на въезд на территорию СНТ <данные изъяты>, являются противоречивыми в силу осведомленности об опасности данного участка, недостоверными в силу сокрытия им истинной цели поездки в СНТ, наличия знакомств в СНТ, фактов систематического управления транспортным средством без прав, высказывает предположение о том, что ФИО7 намеревался развернуться на данном участке дороги, а не совершить поворот налево.

Показания свидетеля ФИО5 автор жалобы также подвергает сомнениям, высказывая предположения о его знакомстве с водителем ФИО7, о причинах и целях его поездки в день дорожно-транспортного происшествия, допуская и тот факт, что ФИО5 на месте дорожно-транспортного происшествия отсутствовал, поскольку данных о нем в первоначально составленных документах, в частности в справке о ДТП, не имелось, сам ФИО7, а также свидетель ФИО3 о нем не упоминали.

На основании собственной оценки исследованных в суде первой инстанции доказательств делает вывод о том, что приговор основан на предположениях при отсутствии прямых доказательств его виновности.

Кроме этого, приводит доводы о том, что в ходе предварительного расследования по уголовному делу на него оказывалось давление как со стороны следователя, так и со стороны адвоката, не оказавшего ему надлежащей юридической помощи, поддержавшего сторону обвинения, что вынудило его самостоятельно, несмотря на юридическую неграмотность, знакомиться с постановлениями о назначении экспертиз, заявлять различные ходатайства, парированные следователем, который в кратчайшие сроки допросил его в качестве подозреваемого, предъявил обвинение и допросил в качестве обвиняемого, вынудив его заявить об особом порядке судебного разбирательства, от чего он в суде сразу отказался. Указывает, что следователем нарушено его право на защиту, поскольку впервые прибыв к следователю 7 мая 2024 года, он указал на желание заключить соглашение с адвокатом, а потому высказал желание отказаться от дачи показаний в силу ст. 51 Конституции РФ, однако следователь не позволила ему этого сделать, указав, что примет заявление в порядке ст. 51 Конституции РФ только в присутствии назначенного адвоката, заставив ожидать последнего, после чего вместе с адвокатом и пришедшим к ним на помощь начальником следственного отдела они оказали на него давление, понудив дать показания.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного государственный обвинитель по делу – <данные изъяты><адрес> ФИО8 возражает против ее удовлетворения, просит приговор оставить без изменения, полагая его законным и обоснованным.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и приведенные сторонами в судебном заседании, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда об обстоятельствах неосторожного причинения тяжкого вреда здоровью ФИО4 вследствие нарушения ФИО6, управляющим мотоциклом, правил дорожного движения и о виновности ФИО6 в совершении этого преступления, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, всесторонний и правильный анализ которых дан в мотивировочной части приговора.

Данный вывод основан на полно проверенных в судебных заседаниях доказательствах, среди которых показания: осужденного ФИО6, данные в ходе предварительного расследования, из которых следует, что он, управляя мотоциклом 1, на пассажирском месте которого находилась ФИО4, увидев, что двигавшиеся перед ним автомобили «3» и «2» снизили скорость, начал их обгон на прерывистой линии дорожной разметки и, продолжив движение при сплошной линии разметки по полосе встречного движения, допустил столкновение с автомобилем «2» под управлением водителя ФИО7, осуществлявшего поворот налево в СНТ <данные изъяты>, при этом в схеме места дорожно-транспортного происшествия место столкновения транспортных средств указано верно; потерпевшей ФИО4 о получении ею в результате столкновения мотоцикла под управлением ФИО6, пассажиром которого она являлась, с автомобилем, телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью, после чего она проходила длительное лечение, указавшей, что не помнит обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, поскольку все произошло очень быстро; свидетелей ФИО7, ФИО5, из которых следует, что в тот момент, когда автомобиль «2» под управлением ФИО7 заканчивал выполнение маневра поворот налево на съезд в СНТ <данные изъяты>, двигавшийся в этот момент по обочине с попутной ФИО7 стороны и навстречу автомобилю под управлением ФИО5 мотоцикл под управлением ФИО6 допустил столкновение с автомобилем «2», въехав в его заднее левое крыло, от удара автомобиль «2» развернуло и отбросило в кювет на въезде в СНТ <данные изъяты>, а пассажира мотоцикла ФИО4 отбросило на проезжую часть дороги, по которой осуществлял движение автомобиль под управлением водителя ФИО5; свидетеля ФИО3, прибывшего на место данного дорожно-транспортного происшествия, где автомобиль «2» с повреждениями задней левой части находился на въезде в СНТ <данные изъяты> капотом в сторону проезжей части, задней частью – в сторону кювета, на левой обочине, чуть дальше от въезда в СНТ <данные изъяты> находился мотоцикл «1» с поврежденной передней частью. Место столкновения было установлено и зафиксировано в схеме к месту дорожно-транспортного происшествия со слов водителя ФИО7, поскольку водитель мотоцикла и его пассажир были госпитализированы, а также с учетом наличия на месте столкновения жидкости и осыпи; также указавшего на наличие перед местом дорожно-транспортного происшествия уклона, с которого участок дороги вперед, а также поворот налево просматриваются хорошо, а со стороны <адрес>, перед СНТ <данные изъяты>, на проезжей части нанесена дорожная разметка в виде сплошной линии, запрещающей обгон и выезд на встречную полосу, но разрешающая поворот налево.

Показания данных свидетелей и показания ФИО6, приведенные в приговоре в качестве доказательств его виновности, полностью согласуются с иными исследованными судом первой инстанции письменными материалами уголовного дела, в частности с протоколом осмотра места совершения правонарушения от 23 сентября 2023 года с иллюстрационной таблицей к нему, схемой места совершения правонарушения, составленными непосредственно после дорожно-транспортного происшествия, в которых зафиксировано место дорожно-транспортного происшествия – 14-й км автодороги <данные изъяты>, место столкновения транспортных средств – на встречной полосе движения, фактически на границе проезжей части дороги, которая примыкает к въезду в СНТ <данные изъяты>, места расположения транспортных средств после дорожно-транспортного происшествия, при этом автомобиль «2» расположен задней частью в кювете на дороге, ведущей в СНТ <данные изъяты>, мотоцикл «1» расположен на левой обочине по направлению в сторону <адрес>, повреждения транспортных средств, наличие в месте дорожно-транспортного происшествия дорожной разметки 1.1, 1.2; заключением эксперта №1344 от 14 мая 2024 года, согласно которому в данной дорожно-транспортной обстановке водитель мотоцикла «1» должен был руководствоваться требованиями п. 9.1 (1) Правил дорожного движения РФ, в связи с чем действия водителя автомобиля «2» Правилами дорожного движения РФ не регламентируются; заключением судебно-медицинской экспертизы, установившей у ФИО4 телесные повреждения, которые в совокупности квалифицируются как тяжкий вред здоровью.

Вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции обоснованно признал достоверными показания ФИО6, данные им в ходе предварительного расследования при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого от 23 мая 2024 года, оглашенные в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ и положенные в основу приговора, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в присутствии защитника. ФИО6 были разъяснены положения ст. 46 УПК РФ, в том числе право не свидетельствовать против себя, он был предупрежден об использовании данных им показаний в качестве доказательств его виновности по делу и при последующем отказе от них. Замечаний к содержанию протоколов не поступило, о каком-либо принуждении к даче показаний со стороны должностных лиц органа предварительного расследования, защитника, нарушении прав допрашиваемого лица сторона защиты не заявляла, а правильность отражения в протоколах сведений участники следственных действий каждый раз удостоверяли своими подписями, подлинность которых ФИО6 не оспаривалась. В этой связи доводы стороны защиты о применении к ФИО6 недозволенных методов ведения расследования являются несостоятельными, поскольку объективного подтверждения не имеют и опровергаются материалами дела.

Кроме этого, показания ФИО6, приведенные в качестве доказательства его виновности, находятся в логической взаимосвязи с показаниями потерпевшей ФИО4, свидетелей ФИО7, ФИО5, подтверждаются совокупностью иных исследованных судом доказательств.

Принятые судом в качестве доказательств показания допрошенных по делу потерпевшей, свидетелей, включая ФИО7, ФИО5, взаимно согласуются по времени, месту и обстоятельствам описываемых в них событий, а также между собой и с иными приведенными в приговоре доказательствами, в связи с чем не вызывают сомнений. Показаниям данных лиц судом дана оценка с приведением мотивов, по которым они признаны достоверными. Оснований для оговора ФИО6 потерпевшей, свидетелями судом не установлено. Не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Приведенные в жалобе доводы, по которым сторона защиты полагает показания свидетелей ФИО7 и ФИО5 недостоверными, являются надуманными, основаны исключительно на предположениях осужденного и ничем не подтверждены.

Отсутствие в справке по факту дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 23 сентября 2023 года, в 14 часов 10 минут, на 14-м км автодороги <данные изъяты>, указания на свидетеля ФИО5, вопреки приведенным стороной защиты доводам, не подтверждает версию осужденного о том, что ФИО5 не являлся очевидцем данного дорожно-транспортного происшествия, поскольку в указанной справке содержатся лишь данные о его участниках – водителях мотоцикла 1 ФИО6 и автомобиля «2» – ФИО7

Несогласие осужденного с дорожной разметкой и его указание на отсутствие дорожных знаков, обозначающих перекресток либо примыкание второстепенной дороги на месте дорожно-транспортного происшествия, не являются основанием для вывода о том, что ФИО6 при совершении обгона транспортных средств по полосе, предназначенной для встречного движения, не нарушал Правил дорожного движения РФ.

Все принятые судом решения по оценке доказательств основаны на нормах закона и материалах дела, каких-либо не устраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденного, требующих истолкования их в пользу последнего, не установлено. Материалы дела не содержат каких-либо данных о нарушениях закона, которые в соответствии со ст. 75 УПК РФ могли бы явиться основанием для признания недопустимыми доказательств.

Отказ суда первой инстанции в назначении и проведении по делу дополнительной автотехнической, трасологической судебных экспертиз, вопреки доводам стороны защиты, не свидетельствует о необъективности судебного разбирательства и нарушении права осужденного на защиту. Обстоятельства, связанные с дорожно-транспортным происшествием, судом выяснялись путем допроса потерпевшей, свидетелей, в том числе очевидцев произошедшего, изучения представленных письменных доказательств, заключений экспертов, оценивались в совокупности друг с другом и иными доказательствами, что соответствует ст. 88 УПК РФ.

Доводы стороны защиты, сводящиеся к недопустимости составленных на месте дорожно-транспортного происшествия процессуальных документов, включая протокол осмотра места совершения административного правонарушения, схемы к нему, поскольку они не содержат полной информации о дорожно-транспортном происшествии, а сама дорожная разметка нанесена неверно, были проверены судом первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку при оформлении дорожно-транспортного происшествия и составления процессуальных документов нарушений не допущено, данные документы составлены непосредственно после произошедшего дорожно-транспортного происшествия, в присутствии понятых, его очевидцев, обстановка дорожно-транспортного происшествия зафиксирована на фототаблице. Отсутствие водителя ФИО6 при их составлении вследствие его госпитализации достоверность изложенных в них сведений не опровергает.

Судом дана правильная оценка заключению эксперта по проведенной по делу автотехнической судебной экспертизе от 14 мая 2024 года № 1344, которое соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, является ясным и полным, в нем в достаточной мере аргументированы выводы, которые не содержат противоречий, заключение дано на основании достаточных материалов и исходных данных. Компетенция эксперта, проводившего автотехническую экспертизу, уровень его специальных знаний и подготовки не вызывали сомнений, в связи с чем данное заключение обоснованно признано судом допустимым доказательством и положено в основу приговора.

Вопреки доводам стороны защиты, выводы эксперта о невозможности установить место столкновения транспортных средств экспертным путем не препятствовали суду установить эти обстоятельства исходя из совокупности иных представленных сторонами доказательств, что и было сделано.

Указав на нарушение водителем мотоцикла «<данные изъяты>» ФИО6 п. 9.1 (1) Правил дорожного движения РФ, согласно которому на любых дорогах с двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена, в том числе разметкой 1.1, 1.3, эксперт верно отметил, что Правила дорожного движения не регламентируют действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» в рассматриваемой дорожной ситуации. Оснований не соглашаться с таким выводом не имеется, поскольку Правила дорожного движения РФ не обязывают водителя, их соблюдающего, предугадывать дальнейшие действия других участников движения.

Следует при этом отметить, что в соответствии с разъяснениями, изложенными в абз. 2 п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», водитель транспортного средства, движущегося в нарушение ПДД РФ по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Вопреки доводам жалобы, исследованные судом первой инстанции и приведенные в приговоре доказательства, содержат необходимые сведения, позволившие правильно определить место столкновения транспортных средств, которое, как верно установлено судом, располагается на встречной по отношению к направлению движения мотоцикла под управлением ФИО6 полосе движения, преимущество в движении водителя ФИО7, наличие причинно-следственной связи между нарушением водителем ФИО6 правил дорожного движения и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей. В этой связи оснований для проведения по делу дополнительной автотехнической, трасологической судебных экспертиз по делу не имеется.

Суд обоснованно критически отнесся к рецензионному заключению специалиста, приобщенному стороной защиты в судебном заседании, поскольку исходя из положений статей 57, 58, 80 УПК РФ, указанное заключение не соответствует требованиям, установленным уголовно-процессуальным законодательством, так как содержит оценочные суждения по тем вопросам и обстоятельствам, которые получили в период производства по уголовному делу экспертную оценку, и даны с использованием заключения эксперта, что выходит за пределы полномочий специалиста в соответствии со ст. 58 УПК РФ, поскольку специалист не наделен полномочиями по оценке выводов эксперта, даче рецензий на них, а также по разрешению вопросов, входящих в компетенцию эксперта.

Вопреки приведенным стороной защиты доводам, отсутствие у водителя ФИО7 водительского удостоверения не влияет на доказанность виновности осужденного в инкриминируемом деянии, поскольку не состоит в причинной связи с нарушением ФИО6 правил дорожного движения и последствиями в виде тяжкого вреда ФИО4, о чем правильно указано судом в приговоре.

Как справедливо отмечено в приговоре, дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения водителем ФИО6 пунктов 9.10, 9.1 (1), 10.1, 11.1 Правил дорожного движения РФ, при этом судом правильно установлено, что несоблюдение им названных пунктов правил дорожного движения находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

При таких обстоятельствах, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО6 выезд на полосу встречного движения не совершал, осуществляя лишь опережение по своей полосе движущихся в попутном направлении двух автомобилей, один из которых – под управлением ФИО7, в нарушение правил дорожного движения, неожиданно повернул налево, пересекая перпендикулярно проезжую часть дороги и траекторию движения ФИО6, не оставив ему технической возможности избежать столкновения, о неверной оценке судом доказательств по делу, положенных в основу обвинительного приговора, а также о недоказанности виновности ФИО6 в совершении преступления и не находит оснований для его оправдания, как об этом поставлен вопрос в жалобе.

Обоснованность выводов суда о фактических обстоятельствах дела сомнений не вызывает.

Все обстоятельства, подлежащие в соответствии со ст. 73 УПК РФ доказыванию, установлены и приведены при описании преступного деяния. Вопросы, указанные в ст. 299 УПК РФ, судом разрешены при постановлении приговора. Описательно-мотивировочная часть приговора содержит установленное судом описание преступного деяния с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов и других объективных признаков совершенного преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденного, и обоснование принятых решений по другим значимым вопросам.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела, правильно признав ФИО6 виновным в совершении инкриминированного преступления, этот вывод изложил в приговоре, а принятое решение мотивировал.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции верно квалифицировал действия ФИО6 по ч. 1 ст. 264 УК РФ.

При назначении ФИО6 наказания суд в соответствии с положениями ст. 6, 43, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства дела, сведения о личности осужденного, смягчающие обстоятельства (признание вины в ходе следствия, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшей, частичное возмещение вреда, причиненного преступлением), отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а также иные значимые для разрешения этого вопроса обстоятельства.

Выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ надлежащим образом мотивированы, и не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

При этом суд первой инстанции с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ему дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами и правомерно назначил его на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ.

Каких-либо неучтенных либо новых обстоятельств, влияющих на меру ответственности осужденного ФИО6, суд апелляционной инстанции не находит, а назначенное ему наказание как основное, так и дополнительное признает справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим требованиям закона, полностью отвечающим задачам исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений.

Принятое по гражданскому иску, заявленному в рамках настоящего уголовного дела, решение надлежаще мотивировано в приговоре. Гражданский иск потерпевшей ФИО4 разрешен с учетом требований закона.

Поскольку потерпевшая в связи с причинением вреда ее здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ей морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Размер компенсации морального вреда, взысканный в пользу потерпевшей ФИО4, определен судом с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, степени тяжести вреда здоровью, характера физических и нравственных страданий, причиненных потерпевшей, степени вины осужденного и его материального положения, с соблюдением принципов разумности и справедливости, а также с учетом ранее произведенных выплат в счет компенсации морального вреда.

Оснований не согласиться с указанным в приговоре размером компенсации морального вреда суд апелляционной инстанции не находит.

Выводы суда первой инстанции об отказе в удовлетворении требований потерпевшей ФИО4 о взыскании расходов на приобретение лекарств и оплату платных медицинских услуг являются обоснованными и надлежащим образом мотивированными.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено с соблюдением уголовно-процессуального закона. Председательствующим выполнены требования ст. 15, 243, 244 УПК РФ об обеспечении состязательности и равноправия сторон. Все поступившие ходатайства рассмотрены в соответствии с требованиями ст. 256, 271 УПК РФ путем их обсуждения всеми участниками судебного заседания и вынесения судом соответствующих мотивированных постановлений, в правильности которых оснований сомневаться не имеется. Необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств, которые могли бы иметь существенное значение для исхода дела либо повлекли нарушение прав участников, по делу не усматривается.

Что касается утверждений ФИО6 о якобы ненадлежащем исполнении адвокатом своих обязанностей по защите его интересов в ходе предварительного следствия, то оснований согласиться с ними суд апелляционной инстанции не усматривает. Как видно из материалов уголовного дела, ФИО6 был обеспечен профессиональным защитником – адвокатом по назначению в соответствии с требованиями ст. 51 УПК РФ ФИО9 При этом ФИО6 не заявлял ходатайств об отказе от услуг данного адвоката, в том числе и по тем основаниям, что последний ненадлежащим образом оказывает ему юридическую помощь. В материалах дела не имеется каких-либо сведений о ненадлежащем исполнении этим адвокатом своих обязанностей по защите ФИО6 либо о том, что защитник устранился от осуществления защиты, либо его действия противоречили интересам подзащитного.

При таких обстоятельствах доводы стороны защиты о ненадлежащей защите ФИО6 со стороны адвоката в ходе предварительного расследования объективного подтверждения не нашли, оснований для сомнений в соблюдении права ФИО6 на защиту не имеется, в связи с чем эти доводы признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными. Факт отказа ФИО6 от рассмотрения судом уголовного дела в порядке особого производства о таких нарушениях не свидетельствует.

Таким образом, органом следствия при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении дела в судебном заседании каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено, дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены приговора не имеется.

Вместе с тем приговор в отношении ФИО6 подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», в случае назначения ограничения свободы в качестве основного наказания в приговоре необходимо устанавливать территорию, за пределы которой осужденному запрещается выезжать и в пределах которой ему запрещается посещать определенные места без согласия уголовно-исполнительной инспекции. Если в состав населенного пункта, в котором проживает осужденный, входят несколько муниципальных образований, то суд вправе установить соответствующие ограничения в пределах территории такого населенного пункта.

При назначении наказания и определении территории, за пределы которой осужденному запрещено выезжать, суд первой инстанции не учел указанное требование, установив ограничение не выезжать за пределы территории муниципального образования <адрес>.

Поскольку осужденный ФИО6 зарегистрирован и постоянно проживает в <адрес>, включающем в себя несколько внутригородских муниципальных образований, суд апелляционной инстанции считает необходимым уточнить резолютивную часть приговора указанием на запрет осужденному ФИО6 выезжать за пределы территории <адрес>.

Иных нарушений, влекущих изменение либо отмену приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Боровского районного суда Калужской области от 2 декабря 2024 года в отношении ФИО6 уточнить указанием в его резолютивной части на установление осужденному ограничения на выезд за пределы территории <адрес>.

В остальном приговор о нем оставить без изменения, а его апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев с момента его провозглашения.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление на приговор подается непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном статьями 40110-40112 УПК РФ.

Осужденный ФИО6 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: