Апелляционное определение № 22-561/2026 от 17 февраля 2026 г.

Судья Новикова О.Е. Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<адрес> 18 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам <адрес>вого суда в составе:

председательствующего судьи ФИО14,

судей ФИО13 и Черновой И.И.,

при секретаре судебного заседания ФИО4,

помощнике судьи ФИО5,

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры <адрес> ФИО10,

представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвокатаФИО17,

осужденного ФИО1 (посредством видеоконцеренц-связи),

защитника осужденного – адвоката ФИО15,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката ФИО15, в интересах осужденного ФИО1, на приговор Ипатовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым:

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ вс. <адрес>, гражданин Российской Федерации, имеющий высшее образование, женатый, имеющий на иждивении одного малолетнего ребенка, неработающий, военнообязанный, зарегистрированный и проживавший до заключения под стражу по адресу: <адрес>, осужденный приговором Ипатовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по ч. 2 ст. 159 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком на 3 года, с лишением права заниматься адвокатской деятельностью сроком на 3 года,

осужден:

по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания исчислен с момента вступления приговора в законную силу.

Изменена мера пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

В срок наказания зачтено время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговор Ипатовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ постановлено исполнять самостоятельно.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Сохранен арест на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, до возмещения потерпевшей ущерба от преступления.

Заслушав доклад судьи ФИО13, кратко изложившего содержание судебного решения, существо апелляционной жалобы, выслушав выступления участников процесса, судебная коллегия

установила:

ФИО1 признан виновным и осужден за мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем злоупотребления доверием, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение.

Обстоятельства совершения преступления подробно изложены в приговоре суда.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО15 считает приговор незаконным, необоснованным, противоречащим исследованным материалам дела. Полагает, что при мотивировке выводов, суд нарушил принцип исследования доказательств, на основе которых может быть принято законное и обоснованное решение. Ссылается на нарушение тайны совещательной комнаты, поскольку после удаления судьи в совещательную комнату для постановления приговора, в кабинет секретаря - смежный с кабинетом судьи, вошла представитель потерпевшей, а когда выходила оттуда, было видно, что дверь в кабинет судьи открыта. Указывает, что суд необоснованно отклонил ходатайство о проведении почерковедческой экспертизы по истребованному и заверенному должным образом сканобразу оригинала договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, полученному из АИС «МФЦ», в котором имелась подпись потерпевшей, оспаривающей подписание этого договора. При этом, отказывая в удовлетворении данного ходатайства, председательствующий судья, до того как сторона защиты представила доказательства в полном объеме, высказалась о наличии у суда иных доказательств, позволяющих принять окончательное решение, что с учетом вынесенного приговора, говорит о предвзятости суда. Суд формально, без удаления в совещательную комнату, сославшись лишь на отсутствие препятствий для постановления приговора, отклонил ходатайство защиты о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. Отмечает, что в ходе судебного разбирательства председательствующий судья удовлетворила ходатайство стороны обвинения об оглашении показаний свидетеля Свидетель №4 не выяснив по нему позицию стороны защиты, а при разрешении ходатайств сторон об оглашении показаний свидетелей в части их противоречий, вопреки требованиям УПК РФ, обязывала оглашать показания свидетелей в полном объеме, и в той части, по которым не установлено существенных противоречий, тем самым нарушив принцип равенства и состязательности сторон. Полагает, что отказывая в удовлетворении ходатайств защиты, имеющих существенное значение для дела, председательствующий судья при рассмотрении дела взяла обвинительный уклон, проявив заинтересованность в исходе дела, нарушив принцип объективности и беспристрастности. Считает, что доказательства, на которые сослался в приговоре суд, не отражают сущность договоренности между его подзащитным и потерпевшей, а лишь косвенно подтверждают или опровергают их показания. Приняв показания потерпевшей в качестве допустимых, суд согласился, что та, не читая, подписала неизвестные ей документы, при этом суд оставил без внимания, что с учетом рода деятельности потерпевшей, связанного с документооборотом, она не могла подписать документы не читая. Еще одной причиной подписания документов без прочтения, потерпевшая указала на доверие к его подзащитному как к адвокату, однако в показаниях, данных следователю и оглашенных в суде, сообщила, что пригласила в банк Свидетель №6, из-за имеющейся тревожности, что ставит под сомнение ее доверие к ФИО1, при этом, когда защита попыталась уточнить причины имеющейся тревожности, потерпевшая при помощи суда изменила свои показания, что еще раз указывает на заинтересованность суда. Отмечает, что показания потерпевшей в приговоре и в протоколах судебных заседаний, не изложены дословно, часть показаний вообще не нашла своего отражения, что искажает обстоятельства, установленные в судебном процессе. Показания свидетеля Свидетель №4, на которые сослался суд, отражают лишь проведение государственной регистрации квартиры, она не проверяла документы на подлинность, поскольку это не входило в ее обязанности, при этом она не обладала сведениями о договоренностях ФИО1 и потерпевшей. Показания сотрудников МФЦ Свидетель №2 и Свидетель №3, также не содержат сведений о договоренностях осужденного и потерпевшей, но из их показаний следует, что ФИО1 не мог самостоятельно сдать пакет документов для регистрации сделки по купле-продаже имущества, как утверждает потерпевшая, поскольку для этого необходимо присутствие обеих сторон. Показания работников банка Свидетель №1 и ФИО6, указывают лишь на то, что при получении денежных средств из кассы банка, внутри присутствует лишь лицо, которому выдаются деньги, присутствие иных лиц недопустимо, а из-за особенностей оборудования кабины невозможно увидеть происходящее внутри. Свидетели Свидетель №5 C.В. и Свидетель №8, не смогла ничего пояснить по существу обвинения, их показания не могли служить доказательствами вины ФИО8 Отмечает, что судом были приняты как достоверные показания Свидетель №6 иФИО7, которые не сообщали суду об осведомленности о разговорах потерпевшей и его подзащитного относительно сделки по квартире, при этом все сказанное в суде по сделке, стало известно им со слов потерпевшей, с которой они находятся в близких дружеских отношениях. Полагает, что достоверность данных Свидетель №6 в суде показаний, о том, что он, через незапертую до конца дверь кассы банка, видел, как находящийся там вместе с потерпевшей ФИО8 забирал деньги, вызывает сомнения относительно того, что он вообще мог что-то увидеть, учитывая, что находился на удалении от кабины кассы, а потерпевшая и его подзащитный были обращены к нему спиной. При этом из оглашенных в ходе следствия показаний Свидетель №6 следует, что тот находился непосредственно за стеклянной дверью, через которую все было видно. Тем самым, указанный свидетель изменил свои показания, однако суд не принял данное обстоятельство во внимание, чем проявил необъективность. Показания Свидетель №6 данные на следствии, опровергаются показаниями работников банка, которые указали, что двери в кассе банка были пластиковые и непрозрачные. Ставит под сомнение показания Свидетель №6 о том, что он не знал о переходе права собственности на квартиру от потерпевшей к обвиняемому, поскольку после регистрация квартиры за ФИО8, тот был зарегистрирован в ней ДД.ММ.ГГГГ год, чего сделать не мог без согласия нового собственника жилья. Считает, что в приговоре необоснованно отражено, что защита не представила доказательств тому, что об этом было известно потерпевшей, хотя ФИО8 в суде сообщил, что именно потерпевшая звонила ему и просила зарегистрироватьСвидетель №6, в связи с чем ссылка суда на то, что он сам должен был доказывать сообщенную суду информацию, свидетельствует о нарушении судом требований УПК РФ, Конституции РФ. Принятые за основу приговора письменные доказательства суд процитировал, как они отражены в обвинительном заключении, не раскрыв их сути и в частности то, чем они подтверждают обман ФИО8 потерпевшей. Полагает, что суд необоснованно сослался как на доказательства, на заключения почерковедческих экспертиз, которые проводились в отношенииФИО8 без его согласия и когда тот имел статус свидетеля. Из выводов этих экспертиз следует, что подписи от имени потерпевшей в исследованных документах выполнены не ФИО1, а иным лицом, но суд необоснованно высказался о том, что подписи от имени потерпевшей выполнены именно осужденным. При этом, заключения почерковедческих экспертиз носит вероятный характер, что противоречит требования УПК РФ о допустимости доказательств. Обращает внимание, что в ходе следствия и в суде установлено, что потерпевшая обладает навыком выполнения рукописного текста и подписей обеими руками, что требовало отбора у нее образцов подписи и почерка с подражанием рукописному тексту в исследованных документах, чего в нарушение методики сделано не было. Считает, что вывод суда о наличии заинтересованности в подделке подписи с целью завладения квартирой, только у ФИО8, опровергается тем, что осужденный на протяжении длительного времени погашал задолженность по кредиту, тогда как заинтересованность потерпевшей выражается в получении денег и последующем возвращении себе квартиры, что ею и было сделано путем проставления недействительной подписи с целью последующего оспаривания сделки по квартире. Отмечает, что вопреки требованиюст. 90 УПК РФ суд не принял во внимание апелляционное определение <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ по иску потерпевшей к ФИО8, которым установлено, что потерпевшая была осведомлена о происходящей сделке, что влияет на решение по уголовному делу. Считает необоснованным вывод суда о том, что заключение почерковедческой экспертизы подтверждает факт введения потерпевшей в заблуждение со стороны ФИО8 в момент заключения договора купли-продажи, учитывая, что получение кредита под залог имущества, на что ссылалась потерпевшая, не требует обращения в МФЦ, поскольку такие действия происходят в банке. Полагает, что принятые в качестве доказательств показания потерпевшей в протоколе очной ставки, были необоснованно оглашены, при наличии возражений стороны защиты, эти показания не подтверждают наличие или отсутствие желания потерпевшей в подписании договора купли-продажи, либо иного документа, поскольку каждое из допрошенных лиц, осталось при своих показаниях, однако суд принял сторону потерпевшей. Отмечает, что суд необоснованно указал, что в показаниях свидетели Свидетель №7 и ФИО9, не смогли точно сказать о соблюдении инструкции о необходимости пребывания в кассе только лица, получающего денежные средства, поскольку данные свидетели заявили о недопустимости процедуры выдачи денежных средств при иных условиях, поскольку это противоречило бы их внутренней инструкции. Считает, что суд домыслил и сделал вывод о вхождении обвиняемого вместе с потерпевшей в кассу банка, вопреки показаниям ФИО8 и свидетеля Свидетель №10, утверждавших об обратном. Указывает, что суд необоснованно исключил из числа доказательств акт осмотра АИС «МФЦ», которым установлено наличие договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, подпись в котором со слов потерпевшей похожа на ее собственную. Суд отказал в ходатайстве стороны защиты о назначении почерковедческой экспертизы, при этом указав, что стороной защиты не было представлено доказательств, что данный договор был подписан потерпевшей, чем нарушил принцип презумпции невиновности, переложил бремя доказывания на ФИО8 Отказывая в принятии акта осмотра АИС «МФЦ» суд указал, что был лишен возможности определить подлинность отраженной в нем информации, и счел, что данный акт был составлен вопреки требованиям УПК РФ, поскольку должностные лица не имели законных оснований для предоставления доступа к системе АИС «МФЦ» адвокату. Данный вывод опровергается показаниями Свидетель №2, подтвердившей факт согласия на осмотр АИС «МФЦ» в части созданного файла на ФИО8, являющегося доверителем адвоката. Обращает внимание, что в приговоре отсутствует ссылка на нарушенные защитником нормы УПК РФ и нормы закона, нарушенные сотрудниками «МФЦ», которое не позволили принять вышеуказанный акт в качестве доказательства. Указывает, что судом необоснованно отклонено доказательство защиты - «заявление потерпевшей» от ДД.ММ.ГГГГ, подписанное ею, что было подтверждено заключением эксперта. Суд счел, что данное заявление не свидетельствует об информированности потерпевшей о продаже квартиры, поскольку в нем не содержится информация о виде заключаемой сделки в отношении спорной квартиры. Считает такие выводы суда, противоречащими показаниям сотрудников «МФЦ», из которых следует, что все лица, сдавая пакет документов для регистрации сделки, подтверждают достоверность, подлинность и содержание каждого документа, подписывая данное заявление. Выражает несогласие с доводами суда об отклонении справок о задолженности по коммунальным услугам в оспариваемой квартире, поскольку из показаний потерпевшей следует, что она, зная, что Свидетель №6 отбывал наказание в виде лишения свободы, ни разу не побеспокоилась о коммунальных платежах, что указывает на то, что она знала, что собственником квартиры является ФИО8 и не опасалась последствий. Отмечает, что показаниям свидетеля Свидетель №10 судом не была дана надлежащая оценка. Признавая их недостоверными в части отсутствия свидетеля Свидетель №6 в помещении банка в момент получения потерпевшей денежных средств в кассе, суд в остальной части признал их достоверными и допустимыми, тем не менее, вопреки требования закона оставил без внимание, что потерпевшая в момент нахождения в помещении банка высказала вышеуказанному свидетелю благодарность за то, что ФИО8 приобрел квартиру, тем самым помог в затруднительном финансовом положении. По мнению защитника, в судебном заседании были установлены неустранимые сомнения, в том числе наличие двух разных договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ с одним предметом. Считает, что данные сомнения должны быть устранены на предварительном следствии, поскольку необходимо было установить, каким образом образовалось два договора с одним предметом, но с разными формами оплаты, на каком этапе произошла подмена. Приводит содержание норм уголовно-процессуального закона и правовых позиций Конституционного Суда РФ, указывая, что имеющиеся по делу нарушения и сомнения в доказательствах, не могли позволить суду постановить окончательное решение, до тех пор, пока они не будут устранены следственным путем. Просит: приговор суда отменить; возвратить уголовное дело прокурору <адрес> для устранения недостатков и сомнений, препятствующих принятию окончательного решения судом; на период устранения недостатков меру пресечения в виде заключения под стражу ФИО8 отменить.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель и представитель потерпевшего, приводят доводы о законности и обоснованности приговора суда, просят жалобу оставить без удовлетворения, приговор без изменения.

Судебное заседание проведено в отсутствие потерпевшейПотерпевший №1, не пожелавшей принимать участие в суде апелляционной инстанции.

Осужденный ФИО1 и его защитник – адвокат ФИО15, в судебном заседании поддержали доводы апелляционной жалобы, просили их удовлетворить.

Прокурор ФИО10 и представитель потерпевшей – адвокат ФИО17, в судебном заседании возражали по поводу удовлетворения доводов апелляционной жалобы, полагая, что приговор суда является законным и обоснованным, просили оставить судебный акт без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав участвующие в деле стороны, судебная коллегия приходит к следующему.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал, дал показания о своей непричастности к инкриминируемому преступлению, ссылался на то, что он стал собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, в результате законной сделки купли-продажи, совершенной между ним и Потерпевший №1

Несмотря на занятую осужденным позицию, вывод суда первой инстанции о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре, в том числе:

- показаниями потерпевшей Потерпевший №1, в том числе данными в ходе предварительного следствия, из которых следует, что в октябре 2017 года к ней обратился ранее знакомый ФИО1, сообщил о финансовых трудностях, попросил помочь в решении сложившейся у него проблемы, заложить принадлежащую ей квартиру, для получения им кредита. Она согласилась, доверившись ему, сомнений в отношении ФИО1 у нее возникло, поскольку он был хорошим приятелем ее покойного племянника и являлся адвокатом. На тот момент в ее квартире проживал Свидетель №6 со своей семьей. ФИО1 сам занимался подготовкой всех необходимых документов, от нее потребовался паспорт. Через некоторое время возле МФЦ, а возможно и в самом здании МФЦ, точно не помнит, она по его просьбе подписала один документ, какой именно не помнит, и передала свидетельство на квартиру. Позже, вместе с Свидетель №6 направилась в Россельхозбанк в <адрес>, там по просьбе ФИО1 подписывала еще какой-то документ, потом с ним прошла в кабинку банка, где ФИО1 получил денежные средства. В 2021 году она обратилась к ФИО1 с вопросом, когда он закроет вопрос по залогу квартиры, он сообщил, что у него тяжелое финансовое положение. В 2023 году ей стало известно, что ее квартира выставлена на торги, а в отношении ФИО1 начата процедура банкротства. Она заказала выписку на квартиру и узнала, что никакого залога на ее квартиру не было, и что ее квартира обманным путем перешла в собственность ФИО1 по договору купли-продажи. Договор купли-продажи, по которому ее квартира стала принадлежать ФИО1 она никогда не видела и не подписывала. В представленных ей на обозрение договорах стоят не ее подписи. Те документы, которые ей предоставили на подпись в МФЦ и в банке, подписывала машинально, не читая, доверяла ФИО1, что это были за документы ей не известно. Порядок совершения регистрационных действий с недвижимым имуществом ей не известен. Содержанием квартиры всегда занималась она и проживавший в ней Свидетель №6 ФИО1 никогда не имел доступа к ее квартире;

- показаниями свидетеля Свидетель №6, в том числе данными в ходе предварительного следствия, в которых он сообщил об обстоятельствах знакомства с Потерпевший №1 и ФИО1 Подтвердил, что всегда считал собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, Потерпевший №1, с разрешения которой он со своей семьей проживал в данной квартире. Оплату по коммунальным платежам они производили с потерпевшей поровну. Сообщил об обстоятельствах совместного с Потерпевший №1 визита в Россельхозбанкг. Ипатово, куда прибыл по просьбе последней, а она в свою очередь была приглашена туда ФИО1 Показал о том, что потерпевшая и осужденный вместе прошли в кассу банка, где последний получил денежные средства и забрал их себе, поскольку они изначально предназначались ФИО1, в связи с его тяжелым финансовым положением. Потом со слов потерпевшей ему стало известно, что ФИО1 обратился к ней с просьбой предоставить ее квартиру под залог банку для получения кредита, деньги по которому ФИО28 и получил в банке. Подготовкой документов для получения кредита занимался сам ФИО1 После получения осужденным денежных средств, Свидетель №6 совместно со своей семьей продолжил проживать в данной квартире, полагал, что ее собственником является Потерпевший №1;

- показаниями свидетеля Свидетель №9, сообщившей, что совместно со своей семьей в период с 1993 по 2023 годы проживала в квартиреПотерпевший №1, расположенной по адресу: <адрес>. Коммунальные платежи оплачивались самостоятельно. ФИО1 никогда не проживал в данной квартире. О том, что Потерпевший №1 продала квартиру по ипотечному кредиту ей известно не было;

- показаниями свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №3, сотрудников МФЦ, сообщивших о порядке приема документов для регистрации сделок купли-продажи недвижимости и последующей их передачи в орган, уполномоченный осуществлять государственную регистрацию перехода права собственности на такое имущество;

- показаниями свидетеля Свидетель №4, в том числе данными в ходе предварительного следствия, сообщившей, что она состояла в должности государственного регистратора, осуществляла правовую экспертизу и регистрацию сделки от ДД.ММ.ГГГГ по договору купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Все документы для регистрации сделки были приняты в МФЦ и поступили оттуда нарочно, электронный документооборот в тот период времени не был предусмотрен. Согласно копиям договора оплата за квартиру производилась продавцом за счет кредитных денежных средств. По результатам правовой экспертизы была осуществлена регистрация сделки. Согласно расписке из реестрового дела, после регистрации оба договора для сторон сделки получил ФИО1 Если бы были выявлены какой-либо ошибки в документах, регистрация сделки была бы приостановлена. Замена документов без приостановления не допускается. В данном случае приостановление регистрации не осуществлялось;

- показаниями свидетеля Свидетель №5, занимавшейся оценочной деятельностью, о порядке оценки недвижимого имущества и составления отчетов об оценке по запросам банков;

- показаниями свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №7, являющихся сотрудниками Ставропольского филиала АО «Россельхозбанк» в <адрес>, сообщивших о порядке выдачи ипотечного кредита. Показавших, об обстоятельствах предоставления ФИО1, ранее являвшемуся клиентом в данном филиале банка, кредит на сумму 1 046 641 рубль 55 копеек на покупку недвижимости, и об условиях данного кредита;

- показаниями свидетеля Свидетель №8, являющегося сотрудником по работе с проблемными клиентами Ставропольского филиала АО «Россельхозбанк», сообщившего об обстоятельствах урегулирования финансовых обязательств ФИО1 перед банком, в том числе по кредитному обязательству, обеспеченному залогом недвижимого имущества – квартирой, расположенной по адресу: <адрес>. Показавшего, что невыполнениеФИО1 обязательств перед банком, привело к его банкротству и к обращению взыскания на предмет залога – вышеуказанную квартиру. Впоследствии с ним через финансового управляющего связаласьПотерпевший №1, которая инициировала иск об оспаривании сделки по продаже квартиры, что привело к приостановлению реализации заложенного имущество. В этот же период времени была погашена задолженность ФИО1 перед банком по другому ипотечному кредиту, за счет реализации предмета залога – квартиры по <адрес> в <адрес>.

Кроме вышеприведенных показаний потерпевшей и свидетелей, вина ФИО1 подтверждается письменными доказательствами:

- протоколами осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и осмотра документов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым в службе государственной регистрации изъято реестровое дело №, в ходе осмотра которого обнаружены три экземпляра заявления в регистрационную службу от имени Потерпевший №1 и два экземпляра договора купли-продажи недвижимости – квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, между Потерпевший №1 и ФИО11;

- протоколами осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым осмотрены участок местности перед зданием МФЦ <адрес>, а также территория офиса банка АО «Рассельхозбанк» в <адрес> и помещение офиса банка;

- протоколами осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым осмотрены выписки и иные сведения о движении денежных средств из АО «Россельхозбанк» по счетам ФИО1 и Потерпевший №1, содержащие данные о совершении банком операций – предоставление кредита и выдача денежных средств;

- протоколами выемки и осмотра документов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым в офисе банка АО «Рассельхозбанк» в <адрес>, изъято кредитное досье ФИО1 по договору кредитования от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе осмотра которого обнаружены: кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ, расписка, составленная от имени Потерпевший №1, предварительный договор купли-продажи недвижимости с условием о рассрочке платежа с использованием средств ипотечного кредита от ДД.ММ.ГГГГ, между Потерпевший №1 и ФИО11, иные документы, касающиеся предоставления осужденному кредита на приобретение недвижимости;

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрена квартира, расположенная по адресу: <адрес>;

- заключениями эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, № отДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которых: в представленных на исследование двух экземплярах договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, подписи в строке «продавец» от имени Потерпевший №1, вероятно выполнены не потерпевшей, а другим лицом, имеющиеся здесь же краткие рукописные записи от имени Потерпевший №1, выполнены не потерпевшей, а иным лицом;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого: подписи в расписке от ДД.ММ.ГГГГ от имени Потерпевший №1 в строке «продавец», вероятно выполнены не потерпевшей, а другим лицом, имеющиеся здесь же краткие рукописные записи от имени Потерпевший №1, выполнены не потерпевшей, а иным лицом; подписи и рукописные записи в предварительном договоре купли-продажи недвижимости с условием о рассрочке платежа с использованием средств ипотечного кредита от ДД.ММ.ГГГГ от имени Потерпевший №1 в строке «продавец», вероятно выполнены не потерпевшей, а иным лицом,

а также другими, исследованными судом первой инстанции доказательствами.

В соответствии с требованиями закона в приговоре раскрыто содержание указанных доказательств.

Все доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, собраны с соблюдением требований ст.ст. 74, 86 УПК РФ, были в соответствии со ст. 240 УПК РФ исследованы в ходе судебного заседания, что подтверждается протоколом судебного заседания и изученной судом апелляционной инстанции аудиозаписью судебных заседаний, оценены судом в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ, в приговоре содержится их всесторонний анализ, указанные доказательства суд обоснованно признал допустимыми, достоверными, относимыми и, в совокупности достаточными для признания доказанной вины ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, при этом, выводы суда мотивированы, в связи с чем, оснований для их пересмотра не имеется.

Доводы адвоката о том, что письменные доказательства в приговоре скопированы с обвинительного заключения, нельзя признать убедительными, поскольку некоторые одинаковые формулировки и выводы, свидетельствуют лишь о том, что обстоятельства, установленные органом предварительного расследования, нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. Приговор содержит не только описание преступления и суть доказательств, на которых основаны выводы суда в отношении осужденного, но и результаты их оценки, что не позволяет утверждать о тождественности приговора и обвинительного заключения.

Правильность оценки доказательств, данной судом в приговоре, сомнений не вызывает.

Противоречия в доказательствах по вопросам, имеющим значение для установления обстоятельств дела, получили оценку в приговоре с приведением ее мотивов либо устранены в ходе их исследования.

Фактов, свидетельствующих об использовании в процессе доказывания вины осужденного недопустимых доказательств, судом апелляционной инстанции не установлено.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии сост. 73 УПК РФ, судом установлены правильно и нашли свое отражение в обвинительном приговоре, который соответствует требованиям ст.ст. 303, 304, 307 - 309 УПК РФ и содержит описание преступного деяния, как оно установлено судом, а также обоснование принятых решений по всем вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

Изложенная в апелляционной жалобе версия о заинтересованности потерпевшей Потерпевший №1 в оговоре ФИО1, была предметом рассмотрения судом первой инстанции и обоснованно отвергнута с приведением мотивов принятого решения, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

Так из материалов дела усматривается, что потерпевшая Потерпевший №1 давала последовательные, логичные и стабильные показания, настаивая на причастности ФИО1 к лишению ее мошенническим путем права на принадлежащую ей квартиры, данные показания полностью согласуются между собой и с материалами уголовного дела, в частности, не содержат существенных противоречий относительно обстоятельств совершения осужденным преступления. Каких-либо оснований не доверять показаниям потерпевшей об преступления, в совершении которого установлена виновность ФИО1, не имеется.

Оснований не доверять приведенным показаниям свидетелей, письменным доказательствам, также не имеется, поскольку они без каких-либо существенных противоречий согласуются между собой, соответствуя приведенным в приговоре доказательствам, отражая истинную картину имевших место событий.

Заинтересованности свидетелей обвинения и потерпевшей в исходе дела судом не установлено, равно как и оснований в создании искусственных доказательств виновности осужденного.

Некоторые расхождения, имеющиеся в показаниях потерпевшей Потерпевший №1, а также в показаниях свидетеля Свидетель №6, в данных ими в суде и на следствии, на что указывается в апелляционной жалобе, не являются существенными, были устранены в предусмотренном уголовно-процессуальном законом порядке путем оглашения их показаний, данных на предварительном следствии, а также дополнительных допросов в судебном заседании и уточнением ими своих же предыдущих показаний.

Доводы апелляционной жалобы о том, что потерпевшая изначально была осведомлена о сделке по отчуждению недвижимого имущества ФИО1, что она не могла подписать документы не читая, что Свидетель №6 не мог видеть происходящее в кассе банка, являются только предположениями, не подтвержденными какими-либо данными.

Вопреки утверждениям защитника в жалобе, нарушений требованийст. 281 УПК РФ при оглашении показаний неявившихся свидетелей, судом не допущено, согласно протоколу судебного заседания и его аудиозаписи, решения о возможности оглашения показаний свидетелей в полном объеме, являются законными и обоснованными, принятыми с учетом мнения всех участников процесса.

Протоколы следственных действий составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, что подтверждается подписями участвующих лиц, и содержат сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, в связи с чем, суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными, дав им в приговоре надлежащую оценку.

Экспертные исследования в проведенных по делу и положенных в основу приговора заключениях почерковедческих экспертиз, выполнены с соблюдением установленных законом норм, необходимых методов экспертных исследований, на основе имеющихся конкретных данных, надлежащим образом зафиксированных и находящихся в материалах уголовного дела.

Заключения экспертов мотивированы, в них указано кем и на каком основании проводились исследования, их содержание, даны аргументированные, научно обоснованные и объективные ответы на поставленные перед экспертами вопросы, сделаны соответствующие выводы.

Сами заключения составлены компетентными лицами, полно, грамотно, в соответствии с требованиями закона, с учетом достижений науки, они согласуются с содержащимися в уголовном деле доказательствами, при этом эксперты были предупреждены об уголовной ответственности пост. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, а сами экспертизы назначены в рамках предварительного следствия, должностным лицом, в производстве которого находилось уголовное дело.

Нарушений требований УПК РФ при назначении и проведении данных экспертиз не допущено, в связи с чем, оснований для признания экспертных заключений недопустимыми доказательствами не имеется.

Суждения защиты о недопустимости принятия в качестве доказательств заключений почерковедческих судебных экспертиз по причине содержащихся в них вероятностных выводов, являются несостоятельными.

Из содержания заключений, следует, что вероятностные выводы экспертами даны исходя из того, что исследуемая подпись Потерпевший №1 в договорах малоинформативна, а именно, содержит малый объем графической информации, обусловленной простотой строения, что отражено в описательной части исследования, а не в связи с малым объемом предоставленных материалов исследования. Понятие «вероятность», не тождественно понятию «предположение», под предположением, следует понимать догадку, предварительную мысль, для выдвижения которой не требуется какие-либо исследования на основе специальных знаний. Вероятность же - это характеристика знания, описывающая степень его обоснованности, доказанности.

При этом, в постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной экспертизе по уголовным делам» не содержится каких-либо утверждений дискриминационного характера в отношении вероятностной формы экспертного вывода, а само вероятностное заключение эксперта не сравнивается с предположением, что указывает на его право служить доказательством по уголовному делу.

Данные заключения экспертов не являлись исключительными средствами доказывания и оценивалось судом по правилам ч. 1ст. 88 УПК РФ.

Таким образом, положенные в основу приговора заключения экспертов, в соответствии со ст. 88 УПК РФ является относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу, а ссылки на недостатки, на которые обратила внимание сторона защиты, несостоятельными.

Утверждения стороны защиты на порочность экспертных заключений почерка и подписей, ввиду отсутствия в распоряжении экспертов экспериментальных образцов почерка потерпевшей, произведенных обеими руками, с подражанием подписи и тексту в договорах, являются несостоятельными, поскольку в ходе следствия у потерпевшей был получен весь необходимый объем образцов почерка и подписей потерпевшей, который являлся достаточным для проведения исследований и дачи заключений на все поставленные вопросы, что подтверждено составленными по результатам экспертиз заключениями, а также отсутствием со стороны экспертов ходатайств о предоставлении дополнительных материалов для дачи заключений, которые эксперты были вправе заявить в соответствии с п. 2 ч. 3 ст. 57 УПК РФ, а также отказов от производства экспертиз по основаниям неполного предоставления образов для сравнительного исследования.

Неподтверждение экспертным путем того, что подписи от имени потерпевшей в договоре купли-продажи квартиры выполнены именно ФИО1, не указывают на его невиновность в совершении инкриминированного преступления, поскольку, как следует из исследовательской части экспертных заключений, однозначный ответ по этому поводу эксперты не смогли дать, ввиду отсутствия экспериментальных образцов почерка и подписей обвиняемого, которые ФИО1 отказался предоставить для производства экспертизы. При этом, вопреки учреждениям стороны защиты, суд, исходя из установленных фактических обстоятельств дела и совокупности исследованных доказательств, пришел к обоснованному выводу, что единственным заинтересованным лицом в подделке подписей Потерпевший №1 в договорах купли-продажи квартиры и незаконном завладении правом на принадлежащий потерпевшей объект недвижимости, являлся именно ФИО1

Ссылка стороны защиты на нарушение положений ч. 4 ст. 195 УПК РФ, выразившегося в отсутствии согласия ФИО1 на производство почерковедческих экспертиз, когда он имел статус свидетеля по делу, является несостоятельной, поскольку по настоящему уголовному делу экспертизы в отношении ФИО1 не назначались и не проводились, экспертному исследованию подвергнуты свободные образцы его рукописных записей и подписей, наряду с образцами подписей и рукописных записей потерпевшей, а также подписи и рукописные записи в заявлениях и договорах купли-продажи недвижимого имуществ.

Доводы жалобы о неполноте и односторонности предварительного и судебного следствия являются несостоятельными и опровергаются материалами уголовного дела, из которых видно, что предварительное расследование и судебное разбирательство проведены в соответствии с требованиями закона, всесторонне, полно и объективно. Каких-либо обстоятельств, требующих дополнительной проверки, судом первой инстанции не найдено, оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ судом не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Составленное по делу обвинительное заключение соответствует требованиям, установленным ч. 1 ст. 220 УПК РФ, в нем приведено существо предъявленного обвинения, место, время и обстоятельства совершения преступления, способ, мотив, цель; каких-либо противоречий в обвинении не содержится.

Судом соблюдены требования ст. 73 УПК РФ, определяющей предмет доказывания по делу, так же как и требования ст. 252 УПК РФ, определяющей пределы судебного разбирательства.

Утверждения в апелляционной жалобы об обвинительном уклоне судебного разбирательства, нарушении права на защиту, неправильности установления фактических обстоятельств по делу, своего подтверждения не нашли, судебное разбирательство по делу проведено в соответствии сост.ст. 273 - 291 УПК РФ при соблюдении принципов состязательности, равноправия сторон и презумпции невиновности, сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, выразившихся в лишении или ограничении гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, в том числе права на защиту, либо несоблюдении процедуры судопроизводства, по делу не допущено.

Замечания на протокол судебного заседания, содержащиеся в апелляционной жалобе, рассмотрены судом в соответствии с положениями ст.259 УПК РФ с приведением мотива принятого решения.

Вопреки ссылкам стороны защиты, показания потерпевшей изложены в приговоре суда в необходимом объеме. Объективные данные, свидетельствующие об искажении в приговоре показаний потерпевшей, свидетелей, осужденного и письменных доказательств, отсутствуют. Указанные показания и письменные доказательства приведены в необходимом объеме и соответствуют протоколу судебного заседания. Доводы, изложенные стороной защиты, фактически направлены на дословное внесение в протокол реплик, высказываний, вопросов и ответов, являются несостоятельными, поскольку ст. 259 УПК РФ не требует дословного стенографирования судебного заседания. Сличение аудиозаписей судебных заседаний показало, что ход судебного разбирательства, отраженный в протоколах судебного заседания соответствует реальному, существенных противоречий, влияющих на законность судебного решения, судом апелляционной инстанции не установлено. Протокол судебного заседания первой инстанции отвечает требованиям ч. 3 ст. 259 УПК РФ, в том числе в части изложения в нем показаний потерпевшей и свидетелей.

Доводы адвоката о том, что представитель потерпевшего могла оказать воздействие на председательствующего, зайдя в приемную судьиНовиковой О.Е., когда та находилась в совещательной комнате для принятия итогового решения по делу, через якобы незакрытую дверь в кабинет судьи, ничем не подтверждены, являются голословными, основаны лишь на предположениях защитника.

Объективных данных, позволяющих сделать вывод о том, что судьей Ипатовского районного суда <адрес> Новиковой О.Е. были нарушены положения ст. 298 УПК РФ, не имеется.

Из протокола судебного заседания видно, что необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, судом допущено не было. Все заявленные ходатайства сторон были судом надлежащим образом рассмотрены, принятые по результатам их рассмотрения решения судом должным образом мотивированы.

То обстоятельство, что в удовлетворении некоторых ходатайств, перечисленных в апелляционной жалобе, стороне защиты было мотивированно отказано, в том числе: о проведении почерковедческой экспертизы по сканобразу договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и о возращении уголовного дела прокурору, само по себе не свидетельствует о нарушении судом принципа состязательности сторон и о необъективности суда. Оснований не согласиться с принятыми судом решениями по заявленным стороной защиты ходатайствам не имеется.

Отказ в назначении экспертизы и в возвращении уголовного дела прокурору без удаления председательствующего в совещательную комнату, о чем указано в жалобе, не влечет отмену приговора, поскольку в силу требований ч.2 ст. 256 УПК РФ в совещательной комнате выносятся в виде отдельного процессуального документа подписываемого судьей, лишь постановления о назначении судебной экспертизы, о возвращении уголовного дела прокурору, а также иные указанные в данной норме решения.

Ссылки в апелляционной жалобы адвоката о том, что в ходе рассмотрения ходатайств, председательствующий судья до удаления в совещательную комнату для вынесения приговора высказала суждение о достаточности исследованных доказательств, что указывает о предвзятости суда, судебная коллегия считает несостоятельными.

Как следует из материалов уголовного дела, при разрешении ходатайств защиты, суд, отказывая в их удовлетворении, не высказывал позицию о виновности либо невиновности ФИО1

Приведенные судом мотивы в отказе в удовлетворении заявленных ходатайств, не могут быть отнесены к обстоятельствам, вызывающим сомнение в объективности и беспристрастности председательствующего по делу судьи, и не свидетельствует о том, что она лично, прямо или косвенно была заинтересована в исходе настоящего дела.

Суд первой инстанции не оставил без внимания и доказательства защиты. В приговоре подробно изложены все предоставленные защитой доказательства, оценив которые, суд пришел к обоснованному выводу об их критической оценке.

Приведенные показания свидетеля Свидетель №10 – супруги осужденного, обоснованно не приняты судом первой инстанции, поскольку данный свидетель в силу личной заинтересованности в исходе дела, вызванной наличием близких связей с осужденным, не могла дать объективных и правдивых показаний.

Вопреки позиции защиты, суд обоснованно не принял в качестве доказательства опровергающего виновность ФИО1 сведения о регистрации в спорной квартире ФИО29, а также пришел к выводу о том, что такая регистрация, предполагающая согласие нового собственника жилого помещения – ФИО1, не указывает на то, что об этом была осведомлена Потерпевший №1, поскольку объективных доказательств указывающих на это, суду представлено не было.

Ссылки стороны защиты на определение суда апелляционной инстанции, принятое в рамках гражданского судопроизводства, как на подтверждающее осведомленность потерпевшей о сделке купли-продажи ее квартиры, исключающее виновность ФИО1 и имеющее преюдициальное значение по настоящему делу, являются ошибочными.

Положения ст. 90 УПК РФ указывают на преюдициальное значение лишь таких не вызывающих сомнения фактических обстоятельств, которые ранее были предметом доказывания по уголовному делу и подтверждены вступившим в законную силу приговором, в связи с чем они признаются установленными и не нуждающимися в дополнительной проверке, т.е. данная статья рассматривает вопрос о преюдициальном значении только одного судебного акта - приговора по уголовному делу и не касается возможности признания в уголовном процессе имеющих юридическое значение фактов, установленных судом в порядке гражданского или арбитражного судопроизводства.

Фактические обстоятельства, установленные вступившим в силу судебным решением, разрешившим по существу дело в порядке гражданского судопроизводства, вопреки доводам стороны защиты, сами по себе не предопределяют выводы суда о невиновности осужденного по данному уголовному делу.

Обстоятельства мошеннических действий как уголовно наказуемого деяния не были предметом доказывания в гражданском суде. Факт совершения мошеннических действий и виновность ФИО1 в инкриминированном ему преступления установлены по настоящему уголовному делу на основе не вызывающих сомнение доказательств, которые являлись предметом исследования в рамках уголовного судопроизводства в суде первой инстанции.

Судом первой инстанции была дана надлежащая оценка апелляционному определению <адрес>вого суда отДД.ММ.ГГГГ, вывод суда в данной части являются обоснованными и мотивированными, судебная коллегия их разделяет.

При этом, вопреки доводам жалобы, последовательные действия потерпевшей по оспариванию сделки купли-продажи квартиры в порядке гражданского судопроизводства и ее обращение в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту хищения квартиры, не свидетельствуют о ее осведомленности о заключении с осужденным ДД.ММ.ГГГГ договора купли-продажи квартиры, а напротив указывают на то, что о существовании такого договора ей стало известно намного позже – в2023 году, а также на отсутствие волеизъявления потерпевшей Потерпевший №1 на заключение с ФИО1 договора купли-продажи квартиры, и что в указанной сделке она участия не принимала.

Акт осмотра защитником автоматизированной системы МФЦ МКО <адрес> и полученный в ходе этого осмотра сканобраз договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, обоснованно оценены судом как не исключающие виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении, поскольку оригинал данного договора не представлен, сама потерпевшая отрицала факт принадлежности, имеющихся в копии документа подписей, оспаривая свое участие при совершении данной сделки, а также в связи с тем, что в представленной стороной защиты копии договора условия договора существенно отличаются от оригинального экземпляра договора, находившегося в регистрационном деле и послужившего основанием для регистрации сделки по отчуждению объекта недвижимого имущества, имеющего поддельные подписи его собственника.

Ссылки стороны защиты на заявление от ДД.ММ.ГГГГ о передаче через МФЦ документов в регистрационную службу, содержащее подписи Потерпевший №1, в подтверждение факта информированности потерпевшей об отчуждении квартиры ФИО1, обоснованно отклонены судом, поскольку в указанном заявлении не содержится информации о виде заключаемой сделки в отношении недвижимого имущества.

Показания свидетелей – сотрудников МФЦ об определенных правилах приема документа в МФЦ, а также работников банка о правилах получения денежных средств в кассе банка, на которые ссылается сторона защиты, не опровергают показания потерпевшей о том, что она не присутствовала при сдаче документов сотруднику МФЦ для регистрации сделки купли-продажи квартиры и вообще не была осведомлена об этой сделке, как и показания потерпевшей и свидетеля Свидетель №6 о том, что Потерпевший №1 проследовала в кассу банка вместе с ФИО1, где последнему были переданы денежные средства, выданные сотрудником банка, при этом суд в опровержение данного довода обоснованно сослался на то, что эти свидетели не смогли подтвердить, что при приведенных выше обстоятельствах, соблюдались требования правил приема документов в МФЦ и выдачи денежных средств в банке.

Представленные стороной защиты справки о наличии задолженности услуг ЖКХ в спорной квартире, обоснованно расценены судом как не свидетельствующие об осведомленности Потерпевший №1 об отчуждении квартиры ФИО1, учитывая исследованные в ходе судебного разбирательства сведения потерпевшей стороны об оплате коммунальных услуг.

Следовательно, при оценке доказательств стороны защиты судом первой инстанции не допущены нарушения ст. 17 УПК РФ.

Оценив показания осужденного в совокупности с иными доказательствами, представленными в ходе судебного следствия, суд первой инстанции, руководствуясь внутренним убеждением, пришел к обоснованному выводу о том, что показания осужденного о его непричастности к совершению инкриминируемого деяния противоречат установленным по делу обстоятельствам, подтвержденным совокупностью исследованных судом доказательств, подробно изложенных в приговоре, а потому расцениваются, как способ избежать уголовной ответственности.

Проанализировав доводы осужденного и его защитника, изложенные в апелляционной жалобе и высказанные в ходе судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что они по существу сводятся к выражению несогласия с выводами суда первой инстанции, основаны на переоценке доказательств и не содержат новых, объективно подтвержденных данных или обстоятельств, которые не были бы предметом исследования суда первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы существенное юридическое значение для вынесения приговора по существу, ставили бы под сомнение его законность или опровергали бы выводы суда первой инстанции. В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции признает доводы апелляционных жалоб несостоятельными.

Несогласие осужденного и его защитника с оценкой доказательств является их позицией, обусловленной линией защиты, и не может являться основанием для отмены приговора.

Таким образов, судебная коллегия приходит к выводу, что оценив в соответствии со ст. ст. 87 - 88 УПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства, признав собранные доказательства в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, суд первой инстанции пришел к верному выводу о доказанности вины осужденного, дал правильную правовую оценку его действиям, которые обоснованно квалифицированы по ч. 4 ст. 159 УК РФ, как – мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем злоупотребления доверием, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение.

Согласно ст. 6 УК РФ справедливость назначенного наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

При назначении ФИО1 наказания суд руководствовался требованиями ст.ст. 6, 7, 43, 60 УК РФ, подробно исследовал и в полной мере учел данные о личности осужденного, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Как следует из приговора, при назначении наказания ФИО1 суд учел в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, наличие малолетнего ребенка, положительные характеристики виновного.

Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных, судом апелляционной инстанции не установлено.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденного ФИО1, судом не установлено.

Оснований для применения правил ст.ст. 64, 73 УК РФ, а также изменения категории преступления на менее тяжкую в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 15 УК РФ, судом установлено не было, о чем сделан вывод не вызывающий сомнения.

Суд выполнил требования о строгом индивидуальном подходе к назначению наказания, назначив наказание в соответствии с требованиями ст.ст. 43, 60 УК РФ в виде лишения свободы на определенный срок, без назначения дополнительных наказаний, мотивировав данное решение.

Не учтенных обстоятельств, влияющих на вид и размер назначенного ФИО1 наказания, не установлено.

Вид исправительного учреждения ФИО1 назначен правильно.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств разрешен судом в соответствии с требованиями УПК РФ.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о сохранении ареста на жилое помещение до возмещения ущерба, причиненного преступлением потерпевшей.

При таких данных приговор в отношении ФИО1 следует признать законным, обоснованным и справедливым, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Ипатовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката ФИО15 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренной статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения через суд первой инстанции, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями главы 45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебных решений в порядке сплошной кассации, предусмотренной статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подаются непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренной статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

При этом осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Мотивированное определение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий ФИО14

Судьи ФИО13

И.И. Чернова