Апелляционное определение № 33-1320/2026 33-13333/2025 от 9 февраля 2026 г.

Судья Абрамова Л.Л. Дело № 33-1320/2026 (№ 33-13333\2025)

Дело № 2-2219/2025 (1 инстанция)

УИД 52RS0005-01-2024-013526-85


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г.Нижний Новгород 10 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе председательствующего судьи Кузиной Т.А., судей Соколова Д.В., Фролова А.Л.,

при секретаре Ерофееве А.Д.,

с участием прокурора Мухиной А.В., представителя истца адвоката Гульняева Д.В. по ордеру, представителя ответчика ФИО1 по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Кузиной Т.А.

гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО2, апелляционному представлению прокурора Нижегородского района г.Нижний Новгород

на решение Нижегородского районного суда г.Нижнего Новгорода от 29 октября 2025 года

по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Микрофинансовая компания Займиго» о признании отношений трудовыми, восстановлении на работе, заключении трудового договора, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, внесении записей в трудовую книжку, перечислении страховых взносов,

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ООО «Микрофинансовая компания Займиго» о признании отношений трудовыми, восстановлении на работе, заключении трудового договора, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, внесении записей в трудовую книжку, перечислении страховых взносов.

В обоснование исковых требований указано, что с 01 июля 2021 года ФИО2 трудоустроена в ООО «Микрофинансовая компания Займиго» на основании договора возмездного оказания услуг с физическим лицом, который ежегодно перезаключался, последнее перезаключение 09 января 2024 года. С 19 июля до 06 августа 2024 года она находилась в ежегодном отпуске, по выходу из которого ее поставили перед фактом без предварительного согласования с ней об изменении режима трудовой деятельности с 8:00 до 20:00 с графиком работы два дня через два. С данным режимом работы она не согласилась, на что ей сказали, чтобы она увольнялась.

19 августа 2024 года истец пришла в офис организации с целью подписания оставшихся актов и закрытия задолженности по заработной плате. При этом истцом подано заявление с просьбой признать отношения трудовыми и вынести приказ о принятии ее на работу в ООО «Микрофинансовая компания Займиго» с 01 июля 2021 года и приказ об увольнении 06 августа 2024 года по собственному желанию, на основании вышеуказанных документов внести запись в трудовую книжку. Однако в принятии заявления отказано.

Истец указала, что с согласия и по поручению ответчика 01 июля 2021 года она фактически приступила к выполнению работы - обработке заявок на займы и входящих запросов потенциальных клиентов работодателя, в том числе с сайта компании-заказчика, информированию потенциальных клиентов работодателя о предоставляемых компанией услугах, информированию заемщиков о сроках исполнения обязательств по займам, предоставленным компанией. С целью осуществления трудовой деятельности работодателем был выдан истцу персональный моноблок и переговорное устройство для выполнения трудовой функции. Работа осуществлялась дистанционно по месту жительства истца. График работы был два дня через два с режимом работы с 10:00 до 22:00. Ответчик выплачивал заработную плату от 30 000 до 45 000 рублей в месяц (в зависимости от количества смен) путем перевода на зарплатную карту в АО «Альфа Банк», что подтверждается движением денежных средств по расчетному счету. Однако трудовые отношения между истцом и ответчиком надлежащим образом не оформлены, приказ о приеме истца на работу не издавался, запись в трудовую книжку не вносилась, трудовой договор не заключался.

Истец считает, что ее деятельность в ООО «Микрофинансовая компания Займиго» являлась трудовой деятельностью, которой характерны следующие признаки: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника, действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

То, что между истцом и ответчиком сложились фактические трудовые отношения, подтверждается договором возмездного оказания услуг с физическим лицом [номер] от 01 июля 2021 года, соглашением о неразглашении тайны финансовых операций клиентов, согласием на обработку персональных и биометрических данных, договором возмездного оказания услуг с физическим лицом [номер] от 09 января 2024 года, движением денежных средств по расчетному счету по зарплатной карте, перепиской с сотрудниками организации, графиком работы, соглашением о расторжении договора возмездного оказания услуг с физическим лицом [номер] от 09 января 2024 года.

19 августа 2024 года истец направила ответчику письмо с просьбой заключить трудовой договор и внести запись в трудовую книжку, но письмо осталось без ответа.

На основании изложенного, с учетом заявлений в порядке статьи 39 ГПК РФ, истец окончательно просила: признать отношения с ответчиком трудовыми в период с 01 июля 2021 года по дату принятия решения; восстановить в должности менеджера по работе с клиентами в ООО «Микрофинансовая компания Займиго»; обязать ООО «Микрофинансовая компания Займиго» заключить трудовой договор в должности менеджера по работе с клиентами с 01 июля 2021 года, выдать копию трудового договора, внести запись о работе в трудовую книжку; взыскать с ООО «Микрофинансовая компания Займиго» заработную плату за время вынужденного прогула за период с 06 августа 2024 года по дату принятия решения, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей; обязать ответчика произвести запись в трудовую книжку о приеме на работу с 01 июля 2021 года, произвести перечисления взносов за работника в ОМС, ФСС и УПФР за период с 01 июля 2021 года по 31 декабря 2022 года и с 01 января 2023 года по 06 августа 2024 года в Социальный фонд России; взыскать с ООО «Микрофинансовая компания Займиго» расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца адвокат Гульняев Д.В. исковые требования поддержал; представитель ответчика ФИО1 с иском не согласилась.

Истец ФИО2, представитель третьего лица ОСФР по Нижегородской области в судебное заседание суда первой инстанции не явились, извещены.

Решением Нижегородского районного суда г. Нижнего Новгорода от 29 октября 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит об отмене решения как незаконного и необоснованного и удовлетворении иска, ссылаясь на обстоятельства, указанные в исковом заявлении, которым, по ее мнению, судом не дана надлежащая оценка, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела и представленным доказательствам, нормы закона применены неправильно.

Ответчиком ООО «Микрофинансовая компания Займиго» представлены возражения на апелляционную жалобу.

В апелляционном представлении прокурора Нижегородского района г.Нижний Новгород поставлен вопрос об отмене решения как постановленного с нарушением норм материального и процессуального права, несоответствии выводов суда об отказе в иске обстоятельствам дела.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца адвокат Гульняев Д.В. доводы апелляционной жалобы поддержал; представитель ответчика ФИО1 просила решение суда оставить без изменения.

Истец ФИО2, представитель третьего лица ОСФР по Нижегородской области в судебное заседание апелляционной инстанции не явились, о дате, месте и времени слушания дела извещены надлежащим образом по почте, об уважительных причинах неявки суд не уведомили, в связи с чем судебная коллегия в соответствии со ст.ст.167, 327 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав пояснения представителей сторон и заключение прокурора, полагавшего решение суда подлежащим отмене с принятием нового решения об удовлетворении иска, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалобы, представления, возражений на апелляционную жалобу, судебная коллегия приходит следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между ООО «Микрофинансовая компания Займиго» и ФИО2 неоднократно были заключены договоры возмездного оказания услуг с физическим лицом от 01 июля 2021 года [номер], от 10 января 2022 года [номер], от 09 января 2023 года [номер], от 09 января 2024 года [номер] (т.1 л.д.30-38; т.2 л.д.117-119, 156-157).

По результатам работы истца по указанным договорам ежемесячно составлялись акты сдачи-приемки возмездного оказания услуг (т.1 л.д.112-149; т.2 л.д.120-141, 157-163).

19 августа 2024 года между ФИО2 и ООО «Микрофинансовая компания Займиго» заключено соглашение о расторжении договора возмездного оказания услуг от 09 января 2024 года [номер] (т.1 л.д.39).

При расторжении договора истец обратилась к ответчику с заявлением об оформлении указанных правоотношений как трудовых, которое оставлено без удовлетворения.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указывала, что осуществляемая ей деятельность в ООО «Микрофинансовая компания Займиго» фактически является трудовой, в связи с чем просила признать отношения трудовыми с 01 июля 2021 года в должности менеджера по работе с клиентами, восстановить нарушенные трудовые права.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что факт трудовых отношений между сторонами не нашел своего подтверждения представленными доказательствами, а действия истца по исполнению поручений ответчика в рамках заключенных договоров возмездного оказания услуг, использование при этом техники ответчика не свидетельствуют о наличии именно трудовых отношений, а также не установлено, что деятельность истца в спорный период времени осуществлялась под контролем и управлением ответчика, с обеспечением рабочего места, подчинением истца действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы.

Судебная коллегия не может согласиться с данными выводами суда первой инстанции, а доводы апелляционной жалобы истца находит заслуживающими внимания по следующим основаниям.

Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии с частью четвертой статьи 11 Трудового кодекса РФ если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (часть первая статьи 15 Трудового кодекса РФ).

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (часть вторая статьи 15 Трудового кодекса РФ).

Согласно статье 56 Трудового кодекса РФ трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В статье 57 Трудового кодекса РФ приведены требования к содержанию трудового договора, в котором, в частности, указываются: фамилия, имя, отчество работника и наименование работодателя (фамилия, имя, отчество работодателя - физического лица), заключивших трудовой договор, место и дата заключения трудового договора. Обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: место работы; трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с данным Кодексом или иным федеральным законом; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте, условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы); условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть первая статьи 61 Трудового кодекса РФ).

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса РФ).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса РФ).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 19 мая 2009 года № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса РФ возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Данная норма Трудового кодекса РФ направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1 часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации). Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенного между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса РФ. Из приведенных в этих статьях определений понятий «трудовые отношения» и «трудовой договор» не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем, - наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы.

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 Трудового кодекса РФ, в силу части второй которой в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

Часть третья статьи 19.1 Трудового кодекса РФ содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В силу положений части четвертой статьи 19.1 Трудового кодекса РФ если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей данной статьи были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса РФ).

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее - Постановление Пленума от 29 мая 2018 г. N 15) содержатся следующие разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы первый и второй пункта 17 Постановления Пленума от 29 мая 2018 года № 15).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 Постановления Пленума от 29 мая 2018 года № 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 Постановления Пленума от 29 мая 2018 года № 15).

Принимая во внимание, что статья 15 Трудового кодекса РФ не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 Трудового кодекса РФ) (абзац первый пункта 24 Постановления Пленума от 29 мая 2018 года № 15).

Так, например, от договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда (абзац второй пункта 24 Постановления Пленума от 29 мая 2018 года № 15).

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 24 Постановления Пленума от 29 мая 2018 года № 15).

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть третья статьи 19.1 Трудового кодекса РФ) (абзац четвертый пункта 24 Постановления Пленума от 29 мая 2018 года № 15).

Из приведенного правового регулирования, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе о признании гражданско-правового договора трудовым) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса РФ.

Суд вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что таким договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований, возражений на них ответчика и регулирующих спорные отношения норм материального права являлись следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между ФИО2 и ООО «Микрофинансовая компания Займиго» о личном выполнении ею работы по должности менеджера по работе с клиентами; была ли истец допущена до выполнения названной работы; выполняла ли она эту работу (трудовую функцию) в интересах, под контролем и управлением работодателя в спорный период, подчинялась ли действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, выплачивалась ли ей заработная плата, предоставлялись ли ей выходные и праздничные дни, отпуск, иные гарантии, предусмотренные трудовым законодательством.

Однако обстоятельства, касающиеся характера возникших отношений между истцом и ответчиком, с учетом заявленных исковых требований об установлении факта трудовых отношений и подлежащих применению норм трудового законодательства в качестве юридически значимых судом первой инстанции определены и установлены не были.

Суд первой инстанции, изложив в решении доводы ФИО2, приведенные в исковом заявлении, и обстоятельства, по ее мнению, их подтверждающие, эти обстоятельства не устанавливал, ограничился лишь указанием на то, что заключенные 01 июля 2021 года и в последующем каждый год между истцом и ООО «Микрофинансовая компания Займиго» договоры возмездного оказания услуг с физическим лицом не содержат признаков трудового договора, поскольку документы, необходимые для заключения трудового договора, и заявление о приеме на работу истцом не предоставлялись, при заключении договора истцом был предоставлен только паспорт, с правилами внутреннего трудового распорядка и иными локальными нормативными актами ответчика истец ознакомлена не была, при заключении договоров и получении вознаграждения за исполнение их условий истец знала о наименовании данных договоров, об условиях оплаты, о порядке исполнения, деятельность истца не была связана с подчинением правилам внутреннего распорядка ответчика, режим работы ей не устанавливался, она самостоятельно определяла время оказания услуг, а также при заключении каждого последующего договора истец каких-либо претензий ответчику не заявляла, желания заключить трудовой договор не изъявляла.

Как следует из пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса РФ гражданское законодательство, в том числе, определяет правовое положение участников гражданского оборота и регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 Гражданского кодекса РФ).

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702-729 Гражданского кодекса РФ) и положения о бытовом подряде (статьи 730-739 Гражданского кодекса РФ), если это не противоречит статьям 779-782 этого Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 Гражданского кодекса РФ).

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

В силу части 2 статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно части 1 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Из материалов настоящего гражданского дела следует, что ФИО2 в обоснование своих исковых требований об установлении факта трудовых отношений указано на то, что с согласия и по поручению ответчика с 01 июля 2021 года она фактически приступила к выполнению работы - обработке заявок на займы потенциальных клиентов и обработке входящих запросов потенциальных клиентов работодателя, в том числе с сайта компании-заказчика, информированию потенциальных клиентов работодателя о предоставляемых компанией услугах, информированию заемщиков о сроках исполнения обязательств по займам, предоставленным компанией. С целью осуществления данной деятельности работодателем ей выдан персональный моноблок и переговорное устройство. Работа осуществлялась дистанционного по месту жительства истца. График работы был два дня через два с режимом работы с 10:00 до 22:00. Ответчик выплачивал заработную плату от 30 000 до 45 000 рублей в месяц (в зависимости от количества смен) путем перевода на зарплатную карту в АО «Альфа Банк». При этом трудовые отношения между сторонами надлежащим образом не оформлены.

Материалами дела подтверждается, что между ООО «Микрофинансовая компания Займиго» (заказчик) и ФИО2 (исполнтель) неоднократно были заключены договоры возмездного оказания услуг с физическим лицом от 01 июля 2021 года [номер], от 10 января 2022 года [номер], от 09 января 2023 года [номер], от 09 января 2024 года [номер] (т.1 л.д.30-38; т.2 л.д.117-119, 156-157).

Согласно пункту 1.2 каждого из договоров возмездного оказания услуг исполнитель обязуется возмездно оказать следующие услуги: обработка заявок на займы потенциальных клиентов заказчика; обработка входящих запросов потенциальных клиентов заказчика, в том числе с сайта компании-заказчика; информирование потенциальных клиентов компании заказчика о предоставляемых компанией услугах; информирование заемщиков заказчика о сроках исполнения обязательств по займам, предоставленном компанией-заказчикам; проверка подлинности информации о платежных реквизитах потенциальных клиентов заказчика.

Из пункта 2.1 договоров возмездного оказания услуг следует, что исполнитель обязуется своими силами, качественно, в полном объеме возмездно оказывать услуги согласно разделу 1 настоящего договора; предоставить заказчику акт сдачи-приемки возмездного оказания услуг в течение двух дней после окончания отчетного месяца; не разглашать конфиденциальную информацию и сведения, составляющие коммерческую тайну, ставшие известными ему в процессе возмездного оказния услуг; не разглашать сведения, составляющие персональные данные; выполнять требования информационной безопасности и требования по сохранению конфиденциальности и обеспечению безопасности персональных данных; незамедлительно известить заказчика о невозможности возмездного оказания услуг; в случае, если в процессе возмездного оказания услуг исполнитель допустил отступления от обязательств по настоящему договору, ухудшившие качество услуг, безвозмездно исправить по требованию заказчика все выявленные недостатки в течении 5 дней с момента получения от заказчика уведомления об обнаружении заказчиком недостатков в возмездное оказанных услугах.

Пунктом 2.2 договоров возмездного оказания услуг предусмотрено, что исполнитель вправе исполнить обязательства по возмездному оказанию услуг, предусмотренных пунктом 1.2. настоящего договора, до истечения срока действия договора, указанного в пункте 5.1.

Согласно пункту 2.3 договоров возмездного оказания услуг заказчик обязуется: принять возмездное оказанные услуги путем подписания актов сдачи-приемки возмездного оказания услуг; в случае мотивированного отказа заказчика от приемки работ сторонами составляется двухсторонний акт с перечнем допущенных недостатков и сроков их устранения за счет исполнителя; выплатить исполнителю денежное вознаграждение в порядке, предусмотренном разделом 3 договора.

Из пункта 2.4 договоров возмездного оказания услуг следует, что заказчик имеет право в любое время проверять ход и качество возмездного оказания услуг.

Согласно разделу 3 договора возмездного оказания услуг от 01 июля 2021 года [номер] заказчик обязуется ежемесячно выплачивать исполнителю денежное вознаграждение в размере 1 903 рубля в день при оказании услуг непрерывно в течение 8 часов в день; 2 530 рублей в день при оказании услуг непрерывно в течение 12 часов в день (пункт 3.1 договора). Заказчик удерживает из денежного вознаграждения, причитающегося исполнителю, налог на доходы физических лиц в соответствии с действующим налоговым законодательством РФ (п.3.2 договора).

Из договора возмездного оказания услуг от 10 января 2022 года [номер] следует, что заказчик обязуется ежемесячно выплачивать исполнителю денежное вознаграждение в размере 2 093 рубля в день при оказании услуг непрерывно в течение 8 часов в день; 2 782 рубля в день при оказании услуг непрерывно в течение 12 часов в день; 2 300 рублей за оказание услуги по проверке подлинности информации о платежных реквизитах потенциальных клиентов заказчика (пункт 3.1 договора). Заказчик удерживает из денежного вознаграждения, причитающегося исполнителю, налог на доходы физических лиц в соответствии с действующим налоговым законодательством РФ (п.3.2 договора).

Согласно договору возмездного оказания услуг от 09 января 2023 года [номер] заказчик обязуется ежемесячно выплачивать исполнителю денежное вознаграждение в размере 262 рубля 50 копеек в час за оказанные услуги по обработке заявок на займы потенциальных клиентов заказчика; обработке входящих запросов потенциальных клиентов заказчика, в том числе с сайта компании-заказчика; в размере 260 рублей в час за оказание услуги по информированию потенциальных клиентов компании заказчика о предоставляемых компанией услугах; информирование заемщиков заказчика о сроках исполнения обязательств по займам, предоставленном компанией-заказчикам; в размере 11 рублей 50 копеек за оказание услуги по проверке подлинности информации о платежных реквизитах потенциальных клиентов заказчика (п.3.1договора). Заказчик удерживает из денежного вознаграждения, причитающегося исполнителю, налог на доходы физических лиц в соответствии с действующим налоговым законодательством РФ (п.3.2 договора).

Как следует из договора возмездного оказания услуг от [номер] от 09 января 2024 года заказчик обязуется ежемесячно выплачивать исполнителю денежное вознаграждение в размере 280 рублей в час: за оказанные услуги по обработке заявок на займы потенциальных клиентов заказчика; обработке входящих запросов потенциальных клиентов заказчика, в том числе с сайта компании-заказчика; за оказание услуги по информированию потенциальных клиентов компании заказчика о предоставляемых компанией услугах; информирование заемщиков заказчика о сроках исполнения обязательств по займам, предоставленном компанией-заказчикам; в размере 11 рублей 50 копеек за оказание услуги по проверке подлинности информации о платежных реквизитах потенциальных клиентов заказчика (п.3.1 договора). Заказчик удерживает из денежного вознаграждения, причитающегося исполнителю, налог на доходы физических лиц в соответствии с действующим налоговым законодательством РФ (п.3.2 договора).

В материалы дела также представлены соглашение о неразглашении тайны финансовых операций клиентов от 01 июля 2021 года, заключенное между ООО «Микрофинансовая компания Займиго» и ФИО2, и согласие ФИО2 на обработку персональные и биометрических данных (т.1 л.д.33-34, 35-36).

По результатам работы ежемесячно составлялись акты сдачи-приемки возмездного оказания услуг (т.1 л.д.112-149; т.2 л.д.120-141, 157-163).

Из актов сдачи-приемки возмездного оказания услуг за период с 31 июля 2021 года по 29 декабря 2022 года следует, что истец выполняла свои обязанности непрерывно в течение 12 часов в день от 14 до 17 дней в месяц (т.1 л.д.112-129).

Согласно актам сдачи-приемки возмездного оказания услуг за период с 31 января 2023 года по 19 августа 2024 года истец выполняла свои обязанности на протяжении от 168 часов до 192 часов в месяц, что при графике работы по 12 часов в день, что соответствует отработанному времени от 14 до 17 дней в месяц (т.1 л.д.130-149).

Перечисление денежных средств в счет оплаты услуг ФИО2 подтверждается выписками по банковскому счету истца из АО «Альфа Банк» (т.1 л.д.168-250, т.2 л.д.1-35), а также выписками из реестров ООО «Микрофинансовая компания Займиго» о переводе денежных средств для зачисления на текущей счет ФИО2 (т.2 л.д. 52-89).

Как следует из возражений ответчика на исковое заявление, оказывая услуги по договорам, истец использовала программное обеспечение ООО «Займиго МФК». В соответствии с бизнес-процессами общества существуют определенные временные рамки, в которые возможно выполнение услуг, указанных в договорах. От лица общества истцу была направлена посредством мессенджера Telegram информация об изменении бизнес-процессов ООО «Займиго МФК» и временных рамках, в которые возможно выполнение обязанностей по договору возмездного оказания услуг с физическим лицом от 09 января 2024 года [номер]. Также истцу были предложены альтернативные временные рамки, в которые возможно выполнение обязанностей по настоящему договору. Истец не согласилась с указанными временными ограничениями, после этого самостоятельно приняла решение расторгнуть договор (л.д.86-89 т.1).

19 августа 2024 года между ФИО2 и ООО «Микрофинансовая компания Займиго» заключено соглашение о расторжении договора возмездного оказания услуг от 09 января 2024 года [номер] (т.1 л.д.39).

Анализируя обстоятельства дела и представленные доказательства, а именно тот факт, что между сторонами с 01 июля 2021 года каждый год заключались договоры о возмездном оказании услуг и фактически возникшие правоотношения не прекращались до 19 августа 2024 года, а также оценивая положения договоров о возмездном оказании услуг, использование истцом в работе программного обеспечения и оборудования ООО «Займиго МФК», наличие заключенного между сторонами соглашения о неразглашении тайны финансовых операций клиентов, обязанности истца по договорам, являющиеся по своему содержанию выполнением определенной функции, график исполнения истцом обязанностей по договорам о возмездном оказании услуг, предоставление ей времени отдыха, принимая во внимание, что ответчиком не представлено доказательств того, что ФИО2 в спорный период не была допущена к работе менеджера по работе с клиентами с ведома и по поручению работодателя, не было достигнуто соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах работодателя, а также, что истец получала за свой труд ежемесячное вознаграждение, судебная коллегия приходит к выводу о наличии между сторонами трудовых отношений с 01 июля 2021 года.

Судебная коллегия также учитывает, что работник во взаимоотношениях с работодателем является более экономически слабой стороной спора, вследствие чего именно работодатель должен представить доказательства и опровергнуть суждения истца о наличии между сторонами трудовых правоотношений.

На основании изложенного, принимая во внимание, что ФИО2 допущена к работе с ведома и по поручению ответчика, выполняла работу в его интересах, под его контролем и управлением, судебная коллегия находит, что выводы суда первой инстанции об отказе истцу в иске ввиду неосуществления ей трудовой деятельности у ответчика противоречат имеющимся в материалах дела доказательствам и нормам права, регулирующим спорные отношения, в связи с чем решение суда подлежит отмене с вынесением нового решения о частичном удовлетворении исковых требований о признании отношений между ФИО2 и ООО «Микрофинансовая компания Займиго» с 1 июля 2021 года трудовыми.

В соответствии со статьей 394 Трудового кодекса РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

В случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию (часть четвертая статьи 394 Трудового кодекса РФ).

Принимая во внимание, что трудовые отношения не были надлежащим образом оформлены с истцом, в то время как судебной коллегией установлено, что с 1 июля 2021 года истец работала в ООО «Микрофинансовая компания Займиго», с 19 августа 2024 года (дата заключения соглашение о расторжении договора возмездного оказания услуг от 09 января 2024 года [номер]) фактически уволена (трудовые отношения прекращены), а истец имеет намерение продолжить их, то судебная коллегия приходит к выводу о наличии предусмотренных законом оснований для возложения на ООО «Микрофинансовая компания Займиго» обязанности заключить трудовой договор с ФИО2 с 1 июля 2021 года в должности менеджера по работе с клиентами, выдать ей копию трудового договора, внести запись в трудовую книжку о работе в должности менеджера по работе с клиентами ООО «Микрофинансовая компания Займиго» с 1 июля 2021 года.

Также подлежат удовлетворению исковые требования восстановлении истца на работе в должности менеджера по работе с клиентами с 20 августа 2024 года, поскольку оснований для прекращения трудового договора, предусмотренных ст.77 Трудового кодекса РФ, у ответчика на 19 августа 2024 года не имелось, волеизъявление истца отсутствовало, достаточных доказательств того, что заключенный с истцом договор являлся срочным трудовым договором в соответствии с положениями ст.59 Трудового кодекса РФ, не имеется. Трудовая функция, выполняемая истцом, носила постоянный характер, из пояснений представителя ответчика в суде апелляционной инстанции следует, что в штате организации имеются сотрудники с аналогичными обязанностями тем, которые выполняла истец.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора подлежат отклонению по следующим основаниям.

Согласно части первой статьи 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам названных сроков они могут быть восстановлены судом (часть четвертая статьи 392 Трудового кодекса РФ).

Как это следует из правовой позиции, изложенной в п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 15 от 29.05.2018 года, при разрешении споров о признании трудовых отношений, возникших из фактического допуска к работе, течение срока, установленного ч. 1 ст. 392 ТК РФ начинается не с даты начала работы, а с момента, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений и т.п., а ему в этом было отказано).

В данном случае, учитывая длящийся характер трудовых правоотношений, истец о нарушении своих прав, выразившихся в не оформлении в установленном порядке трудовых отношений по должности менеджера по работе с клиентами ООО «Микрофинансовая компания Займиго», узнала в момент увольнения, то есть 19 августа 2024 года, поскольку до этого времени, то есть до фактического прекращения трудовых отношений, истец могла рассчитывать на то, что данные трудовые отношения будут оформлены работодателем в соответствии с требованиями закона.

Указывая на пропуск истцом срока обращения в суд за защитой трудовых прав, установленного частью первой статьи 392 Трудового кодекса РФ, суд первой инстанции не принял во внимание, что исковые требования ФИО2 направлены на установление между сторонами наличия трудовых отношений, после этого они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, и только после признания их таковыми у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения и предъявлять требования, связанные с трудовыми правоотношениями.

Кроме того, факт трудовых отношений установлен в судебном порядке по данному гражданскому делу судом апелляционной инстанции.

В суд с иском ФИО2 обратилась 29 октября 2024 года, то есть в пределах трехмесячного срока с момента фактического прекращения спорных правоотношений к ответчиком.

При таких обстоятельствах пропуска срока на обращение в суд истцом не допущено, заявление ответчика о применении последствий его пропуска удовлетворению не подлежит, а выводы суда об отказе в иске по данному основанию являются незаконными и необоснованными.

Разрешая исковые требования в части взыскания с ответчика заработной платы за время вынужденного прогула, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 234, частью 1, 2 статьи 394 Трудового кодекса РФ работодатель обязан возместить работнику неполученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного увольнения. В случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

В соответствии со статьей 139 Трудового кодекса РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных указанным Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Согласно пункта 4 постановления Правительства РФ от 24 декабря 2007 года № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате (пункт 9 постановления Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922).

Пунктом 13 Положения предусмотрено, что при определении среднего заработка работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска, используется средний часовой заработок.

Средний часовой заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные часы в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество часов, фактически отработанных в этот период.

Средний заработок определяется путем умножения среднего часового заработка на количество рабочих часов по графику работника в периоде, подлежащем оплате.

Аналогичные положения содержатся в Положении об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденном постановлением Правительства РФ от 24.04.2025 года № 540 и действующим с 01 сентября 2025 года.

Исходя из представленных в материалы дела доказательств, судебная коллегия приходит к выводу, что истцу фактически был установлен суммированный учет рабочего времени.

Расчетный период, который подлежит принятию судебной коллегией для расчета среднего часового заработка, исчисляется с 01 августа 2023 года по 31 июля 2024 года (12 месяцев, предшествующих увольнению), так как незаконное увольнение имело место в августе 2024 года.

Согласно представленным актам сдачи-приемки возмездного оказания услуг за период с августа 2023 года по июль 2024 года истцом отработано: в августе 2023 года - 192 часа; в сентябре 2023 года - 180 часов; в октябре 2023 года - 173 часа; в ноябре 2023 года - 192 часа; в декабре 2023 года - 180 часов; в январе 2024 года – 160 часов; в феврале 2024 года – 180 часов; в марте 2024 года – 180 часов; в апреле 2024 года – 180 часов; в мае 2024 года 180 часов; в июне 2024 года – 180 часов; в июле 2024 года – 168 часов, всего - 2 145 часов (т.1 л.д.137-148).

Из данных актов также следует, что за период с 01 августа 2023 года по 31 июля 2024 года истцу за проделанную работу начислено: в августе 2023 года - 58 694 рубля 50 копеек; в сентябре 2023 года – 58 300 рублей; в октябре 2023 года - 54 536 рублей 50 копеек; в ноябре 2023 года – 56 831 рубль 50 копеек; в декабре 2023 года – 52 297 рублей; в январе 2024 года – 53 977 рублей; в феврале 2024 года – 58 208 рублей 50 копеек; в марте 2024 года – 54 632 рубля; в апреле 2024 года – 51 929 рублей 50 копеек; в мае 2024 года – 53 723 рубля 50 копеек; в июне 2024 года – 54 091 рубль 50 копеек; в июле 2024 года – 48 753 рубля 50 копеек, всего - 655 975 рублей (т.1 л.д.137-148).

Таким образом, средний часовой заработок истца составляет 305 рублей 82 копейки (655 975 рублей / 2 145 отработанных рабочих часов).

Период взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула ФИО2 определяется судебной коллегией с 20 августа 2024 года (день, следующий за днем увольнения) по 10 февраля 2026 года (дата вынесения апелляционного определения).

Согласно производственных календарей за 2024 года, 2025 года и 2026 года в расчетном периоде с 20 августа 2024 года по 27 января 2026 года при нормальной продолжительности рабочего времени (40-часорвй рабочей неделе) 2 838 рабочих часов (с 20 августа 2024 года по 31 декабря 2024 года – 760 часов; за 2025 года – 1972 часа; с 01 января 2026 года по 10 февраля 2026 года – 106 часов).

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании с ООО «Микрофинансовая компания Займиго» в пользу ФИО2 среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 20 августа 2024 года по 10 февраля 2026 года в размере 867 917 рублей 16 копеек (305 рублей 82 копейки х 2 838 часов).

Оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 06 августа 2024 года, как указывает истец, судебная коллегия не усматривает, поскольку исходя представленных в материалы дела доказательств (соглашения о расторжении договора возмездного оказания услуг от 09 января 2024 года № 3) трудовые правоотношения между сторонами прекращены с 19 августа 2024 года, доказательств обратному не представлено.

Истцом также заявлена к взысканию компенсация морального вреда в сумме 50 000 рублей.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Таким образом, признавая факт нарушения ответчиком трудовых прав истца установленным, в силу положений ст.237 Трудового кодекса РФ с ответчика подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда судебная коллегия принимает во внимание фактические (конкретные) обстоятельства дела, объем и длительность нарушения ответчиком прав истца как работника, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий с учетом данных о ее личности, состава семьи (ДД.ММ.ГГГГ года рождения), длительности периода нарушения права (1,5 года), степень вины работодателя, необходимость соблюдения баланса прав и законных интересов сторон, а также требования разумности, справедливости и соразмерности и находит возможным установить размер денежной компенсации морального вреда в сумме 50 000 рублей, что будет являться реальным и действенным способом защиты.

В силу статей 6, 7 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», статей 3, 5 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», статей 10, 11 Федерального закона от 29 ноября 2010 года № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», статьи 1 Федерального закона от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования» ответчик, являясь в спорный период работодателем истца, одновременно являлся страхователем по обязательному пенсионному страхованию, обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и обязательному медицинскому страхованию в отношении него как застрахованного лица.

Согласно пункту 2 статьи 14 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» страхователи обязаны, в том числе своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в фонд и вести учет, связанный с начислением и перечислением страховых взносов в фонд.

В соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 17 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» страхователи обязаны правильно исчислять, своевременно и в полном объеме уплачивать (перечислять) страховые взносы.

В силу пункта 2 части 2 статьи 17 Федерального закона от 29 ноября 2010 года № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» страхователь обязан своевременно и в полном объеме осуществлять уплату страховых взносов на обязательное медицинское страхование в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Из положений статей 9, 11, 15 Федерального закона от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования» следует, что страхователь представляет в соответствующие органы фонда сведения о работающих у него застрахованных лицах. Страхователи представляют сведения для индивидуального (персонифицированного) учета в органы фонда по месту своей регистрации и сведения в налоговые органы в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

В соответствии со статьей 15 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», статьей 16 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и статьей 16 Федерального закона от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования» застрахованные лица имеют право защищать свои права в сфере обязательного страхования, в том числе в судебном порядке.

Объектом обложения страховыми взносами для плательщиков, указанных в абзаце четвертом подпункта 1 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса, признаются выплаты и иные вознаграждения по трудовым договорам (контрактам) и по гражданско-правовым договорам, предметом которых являются выполнение работ, оказание услуг в пользу физических лиц (за исключением вознаграждений, выплачиваемых лицам, указанным в подпункте 2 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса).

Исходя из положений абзаца шестого подпункта 2 пункта 1 статьи 422 Налогового кодекса РФ не подлежат обложению страховыми взносами для плательщиков, указанных в подпункте 1 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса: все виды установленных законодательством Российской Федерации, законодательными актами субъектов Российской Федерации, решениями представительных органов местного самоуправления компенсационных выплат (в пределах норм, установленных в соответствии с законодательством Российской Федерации), связанных: с увольнением работников, за исключением компенсации за неиспользованный отпуск, суммы выплат в виде выходного пособия и среднего месячного заработка на период трудоустройства в части, превышающей в целом трехкратный размер среднего месячного заработка или шестикратный размер среднего месячного заработка для работников, уволенных из организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также компенсации руководителю, заместителям руководителя и главному бухгалтеру организации в части, превышающей трехкратный размер среднего месячного заработка.

Истцом ФИО2 заявлены требования о возложении на ООО «Микрофинансовая компания Займиго» обязанности произвести перечисления страховых взносов за нее как работника в Фонд обязательного медицинского страхования РФ и Фонд пенсионного и социального страхования РФ за период с 01 июля 2021 года по 31 декабря 2022 года и с 01 января 2023 года по 06 августа 2024 года.

Вместе с тем, в материалы дела представлены платежные поручения, налоговые декларации, а также карточки учета сумм начисленных выплат и иных вознаграждений и сумм начисленных страховых взносов ООО «Микрофинансовая компания Займиго» в отношении ФИО2 за указанные периоды, подтверждающие перечисления взносов в отношении истца в указанные внебюджетные фонды (т.1 л.д.155, т.2 л.д.182-242, т.3 л.д. 1-89), в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований в указанной части не имеется.

Также истцом заявлено требование о взыскании с ООО «Микрофинансовая компания Займиго» суммы государственной пошлины в размере 3 000 рублей. Указанная сумма уплачена истцом при подаче апелляционной жалобы 26 ноября 2025 года согласно чека-ордера (т.3 л.д.116а).

Принимая во внимание приведенные обстоятельства и учитывая, что в силу положений ст.393 Трудового кодекса РФ при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов, оснований для оплаты госпошлины не имелось, в связи с чем указанная сумма подлежит возврату.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, ст.333.19 ч.1 НК РФ с ответчика в доход местного бюджета полежит взысканию государственная пошлина в размере 25 358 рублей (22 358 рублей за требования имущественного характера и 3 000 рублей за требования неимущественного характера).

Руководствуясь статьями 328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Нижегородского районного суда г. Нижнего Новгорода от 29 октября 2025 года отменить.

Принять по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить частично.

Признать трудовыми отношения между ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью «Микрофинансовая компания Займиго» с 01 июля 2021 года в должности менеджера по работе с клиентами.

Восстановить ФИО2 на работе в должности менеджера по работе с клиентами общества с ограниченной ответственностью «Микрофинансовая компания Займиго» с 20 августа 2024 года.

Возложить на общество с ограниченной ответственностью «Микрофинансовая компания Займиго» (ОГРН <***>) обязанность заключить трудовой договор с ФИО2 (паспорт серия [номер]) с 01 июля 2021 года в должности менеджера по работе с клиентами, выдать копию трудового договора, внести запись в трудовую книжку о работе в должности менеджера по работе с клиентами общества с 1 июля 2021 года.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Микрофинансовая компания Займиго» (ОГРН <***>) в пользу ФИО2 (паспорт серия [номер]) средний заработок за время вынужденного прогула за период с 20 августа 2024 года по 10 февраля 2026 года в размере 867 917 рублей 16 копеек (восемьсот шестьдесят семь тысяч девятьсот семнадцать), компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Микрофинансовая компания Займиго» (ОГРН <***>) в доход местного бюджета города Нижний Новгород государственную пошлину в размере 25 358 (двадцать пять тысяч триста пятьдесят восемь) рублей.

В остальной части исковые требования ФИО2 к ООО «Микрофинансовая компания Займиго» оставить без удовлетворения.

Возвратить ФИО2 (паспорт серия [номер]) государственную пошлину, уплаченную 26 ноября 2025 года при подаче апелляционной жалобы согласно чека-ордера, в размере 3 000 рублей.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 13 февраля 2026 года.