Апелляционное определение № 33-7465/2026 от 7 апреля 2026 г.

УИД 03RS0020-01-2025-001228-80

Дело № 2-103/2026

Судья Бондарева О.В.

Кат. 2.074

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 33-7465/2026
8 апреля 2026 года
город Уфа
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Низамовой А.Р.

судей Набиева Р.Р.

ФИО1

с участием прокурора Бахтиева Т.Ш.

при ведении протокола секретарем Лысенко А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО2, апелляционному представлению прокурора Альшеевского района Республики Башкортостан на решение Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от 22 января 2026 года.

Заслушав доклад судьи Низамовой А.Р., судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратился с иском к ИП ФИО3 о защите трудовых прав.

В обоснование иска указано, что истец с мая 2023 по май 2025 осуществлял трудовую деятельность у ответчика в должности разнорабочего, выполняя строительные работы, с декабря 2024 по февраль 2025 работал в должности директора ТЦ «Купец», впоследствии работал в ТЦ «Купец» дворником.

Указывает, что в момент увольнения ответчик не выплатил ему заработную плату в связи с ее удержанием в счет не возвращенного инструмента. Работодатель один экземпляр трудового договора не выдал, запись о трудоустройстве в трудовую книжку не внес, денежные средства (заработную плату) за фактически отработанное время за май 2025 года не выплатил.

В ввиду нарушения своих трудовых прав обратился в прокуратуру Альшеевского района Республики Башкортостан, где по результатам проверки выявлены нарушения трудового законодательства, 17 июля 2025 года вынесены постановления о возбуждении дел об административных правонарушениях в отношении ИП ФИО3, также внесено представление.

Ответчиком за отработанное время ни разу не предоставлялся оплачиваемый отпуск, компенсация также не выплачивалась, приводит расчет компенсации за неиспользованный отпуск, размер которой, по мнению истца, составил 57337, 80 рублей.

На основании изложенного просит установить факт трудовых отношений ФИО2 в период времени с мая 2023 года по май 2025 года с ИП ФИО3, возложить обязанность произвести действия по внесению записи в трудовую книжку о трудовых отношениях между ФИО2 и ИП ФИО3, взыскать с ИП ФИО3 в пользу истца компенсацию за неиспользованные дни отпуска в размере 57337,80 рублей.

Решением Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от 22 января 2026 года постановлено:

в удовлетворении исковых требований ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 об установлении факта трудовых отношений за период времени с мая 2023 года по май 2025 года, внесении записи в трудовую книжку о трудовых отношениях и взыскании компенсации за неиспользованные дни отпуска в размере 57 337,80 рублей отказать.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда отменить. В обоснование жалобы указано, что в ходе судебного заседания истцом представлены исчерпывающие доказательства, подтверждающие наличие трудовых отношений. В решении суда представленным стороной истца доказательствам надлежащая оценка не дана. Судом проигнорирован факт выполнения истцом трудовых функций в интересах ответчика.

В апелляционном представлении прокурор Альшеевского района Республики Башкортостан просит решение суда отменить. В обоснование представления указано, что на споры об установлении факта трудовых отношений не распространяется правило статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации о трехмесячном сроке подачи искового заявления.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о дате и времени судебного заседания. Участвующие по делу лица также извещались публично путем заблаговременного размещения информации о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на интернет-сайте Верховного Суда Республики Башкортостан в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации».

Неявившиеся лица о причинах уважительности неявки не сообщили, в связи с чем, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав ФИО2, представителя ИП ФИО3, заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовыми отношениями являются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

В силу ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех дней со дня фактического допущения к работе.

На основании разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам, исходя из положений статей 2 и 67 Трудового кодекса Российской Федерации, необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Таким образом, именно на ответчика возложена обязанность доказать отсутствие с истцом трудовых отношений в оспариваемый период в рамках настоящего спора.

Разрешая исковые требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции указал, что какие либо относимые и допустимые доказательства существования трудовых отношений между сторонами за период с мая 2023 года по май 2025 года суду не представлены.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции.

ФИО3 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 26 марта 2004 года, основным видом деятельности является торговля оптовая сахаром, что подтверждается выпиской из ЕГРИП, ему принадлежит на основании свидетельства о государственной регистрации права СВ 0518372 от 7 апреля 2016 года помещение площадью 3705,1 кв.м. с кадастровым номером 02:02:100121: 859по адресу: адрес.

Истец ФИО2 указывает, что в период с мая 2023 года по май 2025 года осуществлял трудовую деятельность у ИП ФИО3, выполняя снос ветхих построек, монтаж забора и прочие работы.

Как следует из письменных объяснений на имя прокурора, данных представителем ИП ФИО3 - ФИО4, в период с мая 2023 года по 5 мая 2025 года ФИО2 неоднократно исполнял трудовые поручения от ФИО3, как физического лица на территории и объектах ИП ФИО5. ФИО3 просил ФИО4 заключить с ФИО2 трудовой договор гражданско-правового характера или обязать ФИО2 зарегистрироваться самозанятым, от чего ФИО2 отказывался, мотивируя отказ нежеланием нести материальную ответственность, а также тем, что в случае наличия дохода, его пенсия по старости не будет индексироваться (л.д. 13, 14).

В рамках проверки прокуратурой сообщения ФИО2 о невыплате ИП ФИО3 заработной платы за май месяц, установлено, что в период с 5 мая 2025 года по 5 июня 2025 года ФИО2 осуществлял трудовую деятельность у ИП ФИО3. заработная плата за этот период не выплачена, подано заявление о выдаче судебного приказа.

В подтверждение наличия сложившихся трудовых отношений в ходе рассмотрения апелляционной жалобы ФИО2 представлен электронный страховой полис № ХХХ 0380815243, срок действия с 18 февраля 2024 года по 17 февраля 2025 года, на транспортное средство Шкода Фабиа, с государственным регистрационным знаком <***>, принадлежащим ФИО6, в котором в качества лица, допущенного к управлению транспортным средством, указан ФИО2

Кроме того, согласно акту приема-передачи от 1 сентября 2025 года, был осуществлен возврат оборудования (бетоносмесителя, триммера, пистолета для герметика, дрели, углошлифовальной машины, отбойного молота) от ФИО2 в пользу ИП ФИО3

Какие иные отношения возникли между сторонами, ИП ФИО3 не указал, доводы его представителя о том, что оформление полиса с внесением в него ФИО2 не имеет значения, отклоняются, так как действия сторон по оформлению полиса прямо подтверждают, в совокупности с пояснениями представителя ответчика, пояснениями истца, документами о возврате оборудования, что стороны связывают длительные отношения, основанные на выполнении истцом в интересах ответчика различных функций.

Истец не является индивидуальным предпринимателем или самозанятым лицом, выполняемая им работа не носила разовый характер, выполнялась длительный период времени, истец работал не в своих интересах, а в интересах ИП ФИО3 на принадлежащем ему объекте – помещении, используемом под торговый центр, а потому факт трудовых отношений между ФИО2 и ИП ФИО3 подтверждается.

Нельзя полагать о работе истца на физическое лицо, так как работа выполнялась на объекте, предназначенном для ведения предпринимательской деятельности, помещение сдано в аренду как индивидуальным предпринимателем, а не физическим лицом, будучи предпринимателем, собственником помещения, ИП ФИО3 имел интерес в его надлежащем обслуживании. В связи с изложенным доводы о том, что здание передано в аренду, не исключает, что ИП ФИО3 как собственник мог выполнять работы, связанные с содержанием здания и территории. Также ФИО2 поручалась иная работа (для чего последний вписан в полис ОСАГО).

Более того, имело место обеспечение ФИО2 необходимыми инструментами и инвентарем, что также подтверждает, что ИП ФИО3 выполнял функцию работодателя в данных правоотношениях.

Истец пояснял о возникновении трудовых отношений последовательно, указывал на эти обстоятельства при обращении в Государственную инспекцию труда в Республике Башкортостан, прокуратуру, в суд.

Вышеприведенными пояснениями, данными письменно, а также пояснениями стороны ответчика в суде, не отрицавшего выполнении истцом распоряжений ФИО3 в спорный период, а также иными представленными доказательствами, в частности, выплатой заработной платы за май (сначала оформлением РКО на л.д. 65, затем путем исполнения судебного приказа на л.д. 121) подтверждается наличие именно трудовых правоотношений.

Отсутствие в штатном расписании должностей дворника, разнорабочего, директора торгового центра, отсутствие табелей учета рабочего времени и приказа о приеме на работу говорит о нарушении при трудоустройстве работника, а не об отсутствии трудовых отношений.

Таким образом, судебная коллегия устанавливает факт трудовых отношений между ИП ФИО3 и ФИО2 с 1 мая 2023 года по 5 июня 2025 года, поскольку сам истец, подав иск 14 ноября 2025 года, настаивал на трудовых отношениях с мая 2023 года по май 2025 года, в рамках проверки обращения ФИО2 государственной инспекцией труда в Республике Башкортостан, установлен факт невыплаты заработной платы с 5 мая 2025 года по 5 июня 2025 года.

То обстоятельство, что ГИТ и прокуратура установили период работы с 5 мая по 5 июня 2025 года, а не с мая 2023 года, вызвано тем, что проверялся период работы, за который не выплачена заработная плата, а не в целом период работы.

Доводы ФИО2, приведенные суду апелляционной инстанции, о том, что трудовые отношения продолжаются, отклоняются. ФИО2 не ссылался на то, что его не допускают до работ, сам указывал, что трудовые отношения длились по май 2025 года, вернул оборудование, просил исследовать табели учета рабочего времени по май 2025 года, не ссылался ни в прокуратуре, ни в ГИТ, ни в суде на то, что его не допускают до работы, просил установить факт трудовых отношений по май 2025 года, заявил в иске о выплате компенсации за неиспользованный отпуск.

Далее, согласно ст.66 Трудового кодекса Российской Федерации трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника. В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе. Сведения о взысканиях в трудовую книжку не вносятся, за исключением случаев, когда дисциплинарным взысканием является увольнение.

Поскольку судебной коллегией установлен факт трудовых отношений между ответчиком и истцом, то на ответчика следует возложить обязанность внести в трудовую книжку работника информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже на должности дворника у ИП ФИО3 с отражением записи о приеме на работу с 1 мая 2023 года.

Что касается записи об увольнении, то в ходе рассмотрения данного гражданского дела в суде апелляционной инстанции ФИО2 пояснил, что трудовые отношения фактически 5 июня 2025 года не прекратились, продолжаются по сегодняшний день, в связи с чем, требования о внесении записи в трудовую книжку об увольнении не поддержал.

В отсутствие волеизъявления истца на внесение записи в трудовую книжку оснований для ИП ФИО3 вносить в трудовую книжку запись об увольнении по собственному желанию нет, иное основание добровольного прекращения отношений (например, соглашение сторон, требует волеизъявления самого ИП ФИО3, чего также нет), что не препятствует истцу впоследствии обратиться к ответчику с заявлением о внесении записи об увольнении по собственному желанию с тем, чтобы восполнить отсутствующую запись, либо принять меры к оформлению прекращения трудовых отношений по иным основаниям (соглашение сторон, истечение срока трудового договора и др.) и представить трудовую книжку для этого.

Как следует из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 13 Постановления № 15 по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

Вопреки выводам суда первой инстанции о пропуске ФИО2 срока обращения с исковым заявлением, судебная коллегия учитывает, что 18 июня 2025 года, после прекращения трудовых отношений, ФИО2 обратился в прокуратуру с заявлением, где указал о работе с 2023 года и о невыплате заработной платы за май 2025 года (л.д. 15), затем истец ждал правомерно результатов рассмотрения обращения. Прокуратура проводила проверку, сообщила истцу о внесении актов прокурорского реагирования по октябрь 2025 года, после чего истец обратился за защитой нарушенных прав в суд.

Определять начало срока обращения в суд с даты трудоустройства будет неверным, так как ФИО2, работая у ИП ФИО3, получая оборудование, задания, будучи вписанным в полис, полагал, что ответчик оформит данные отношения надлежащим образом в любой момент до их прекращения.

О нарушении своего права ФИО2 узнал и не мог не узнать в момент прекращения трудовых отношений -5 июня 2025 гола, так как узнал, что ответчик не намерен оформлять фактически возникшие в период с 1 мая 2023 года (иная дата не приведена сторонами) по 5 июня 2025 года.

Что касается ежегодного оплачиваемого отпуска.

Работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка (ст. 114 Трудового кодекса Российской Федерации).

Ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней (ст. 115 Трудового кодекса Российской Федерации).

Исчисление средней заработной платы для расчета отпускных регламентируется ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации и Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 апреля 2025 года № 540 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы».

По общему правилу расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно) (ч. 3 ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации).

Так как иных данных не представлено, то следует признать, что ФИО2 не использовал свое право на отпуск, в связи с чем имеет право просить компенсацию при увольнении. Как это указано в иске, ФИО2 не использовал отпуск, просил компенсацию за 56 дней, за период с мая 2023 года по май 2025 года, при этом указав сумму 57337,80 рублей.

Известен заработок истца только за май-июнь 2025 года, 48000 рублей (после удержания налога на доходы физического лица), в связи с чем расчетный период берется как май-июнь 2025 года, средний дневной заработок рассчитывается следующим образом.

Среднее количество дней принимается как 29,3 (часть 4 ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно Положению об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24 апреля 2025 года № 540, действовавшего на момент разрешения спора об оплате неиспользованного отпуска, расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно) (п. 4 названного Положения).

Средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в календарных днях, и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на 12 и на среднемесячное число календарных дней (29,3). Количество дней в периоде, подлежащем оплате, определяют в календарных или рабочих днях в зависимости от основания сохранения среднего заработка (пункт 10 Положения о средней заработной плате).

В соответствии со статьей 115 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный отпуск предоставляется в календарных днях. В силу статьи 14 данного кодекса в срок, исчисляемый в календарных неделях или днях, включаются и нерабочие дни. Следовательно, для расчета компенсаций за неиспользованные отпуска используются, преимущественно, календарные дни.

Если день увольнения приходится на последний календарный день месяца, то этот месяц включается в расчетный период для исчисления среднего заработка в целях расчета выплат при увольнении (письмо Роструда от 22 июля 2010 года № 2184-6-1).

Расчётным периодом для компенсации за неиспользованный отпуск является с 1 июня 2024 года по 31 мая 2025 года, учитывая дату увольнения – 5 июня 2025 года.

Все месяцы отработаны полностью (иного стороны не доказали), следовательно, среднее число дней в этот период: 12 месяцев*29,3=351,6 дней,

Заработок составил за указанный период 360000 из расчета, что в месяц выплачивались 30000 рублей.

В данной части следует указать, что ФИО2 в иске поясняет о заработной плате 360000 рублей в год, то есть 30000 рублей в месяц.

ИП ФИО3 данные сведения не опроверг, не ссылался и не представил доказательств того, что заработная плата была меньше или больше. Заявленная истцом заработная плата сопоставима с утвержденной штатным расписанием заработной платой иным работникам. Не опровергая указанную истцом заработную плату в месяц, ИП ФИО3 согласился за период 5 мая-5 июня 2025 года выплатить заработную плату 48000 рублей.

Вместе с тем, так как данный период частично охватывает июнь 2025 года, реальную заработную плату именно за май 2025 года из данного расчета установить невозможно, следует исходить из пояснений истца, что заработная плата за май 2025 года составляет те же 30000 рублей. В выплату 48000 рублей частично входит оплата за май (с 5 по 31 число) и остальное за июнь. Ни истец, ни ГИТ, ни прокуратура не разграничили данную сумму по каждому из подлежавших оплате месяцев (май и июнь). Правового значения природа выплат (премия разовая, доплата за расширение зоны обслуживания и тп.), осуществленных за июнь 2025 года (с 1 по 5 число), значения не имеет, так как расчетный период приходится на период с июня 2024 года по май 2025 года, где истец указывает на заработную плату по 30000 рублей в месяц.

Не использовано 58 дней отпуска (за 2 года), о чем указал истец в иске.

Всего заработок истца составил в расчетный период 360000 рублей.

Среднедневной заработок составит: 360000/351,6=1023,89 рублей.

За заявленный период неиспользованного отпуска подлежала выплате компенсация 57337,84 рублей.

Что незначительно отличается от рассчитанного истцом размера 57337,84 рублей.

Для компенсации за неиспользованный отпуск трудовое законодательство не содержит закрепленного права суда выйти за пределы исковых требований в отличие, например, от случаев, признания неверной формулировки увольнения (статья 394 Трудового кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного, решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием по делу нового решения о частичном удовлетворении исковых требований ФИО2

Руководствуясь ст. ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия

определила:

решение Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от 22 января 2026 года отменить.

Принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО2 и индивидуальным предпринимателем ФИО3 в период с дата по дата по должности дворник.

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО3 обязанность внести в трудовую книжку ФИО2 запись о его приеме на работу к индивидуальному предпринимателю ФИО3 на должность дворника 1 мая 2023 года.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО2 компенсацию за неиспользованный отпуск 57337,8 рублей.

В остальной части исковые требования ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 оставить без удовлетворения.

Председательствующий А.Р. Низамова

Судьи Р.Р. Набиев

ФИО1

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 22 апреля 2026 года