Апелляционное постановление № 10-3060/2025 от 6 июля 2025 г.

Дело № 10-3060/2025 Судья Осипова М.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 07 июля 2025 года

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего Филатова И.В.

при помощнике судьи Хакимовой Е.Ю.,

с участием прокурора Поспеловой З.В., адвоката Звягинцева Л.В., осужденного ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Звягинцева Л.В. на приговор Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 11 апреля 2025 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый,

осужден

по ч.1 ст.291.2 УК РФ к исправительным работам на срок на 9 (девять) месяцев с удержанием 5% заработной платы в доход государства;

по ч.1 ст.322.1 УК РФ (в редакции Федерального закона № 375-ФЗ от 06.07.2016 года) к лишению свободы на срок 1 (один) год 10 (десять) месяцев.

На основании ч.2 ст.69 УК РФ, ст.71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено лишение свободы на срок 2 (два) года, с применением ст.73 УК РФ условно, с испытательным сроком 2 (два) года.

На ФИО1 возложены обязанности: встать на учет в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных, не менять постоянного места жительства или пребывания без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, один раз в месяц в установленный день являться на регистрацию в указанный орган.

В случае замены ФИО1 условного осуждения на реальное лишение свободы, постановлено зачесть в срок отбытия наказания время содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также период избранной в отношении ФИО1 меры пресечения в виде запрета определенных действий с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Филатова И.В., изложившего содержание приговора и апелляционной жалобы, выступления прокурора Поспеловой З.В., полагавшей приговор подлежащим оставлению без изменения, адвоката Звягинцева Л.В. и осужденного ФИО1, поддержавших доводы апелляционной жалобы, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО1 признан виновным в организации незаконного пребывания в Российской Федерации иностранных граждан, а также в мелком взяточничестве, то есть даче взятки лично в размере, не превышающем десяти тысяч рублей.

Преступления совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Звягинцев Л.В. полагает, что приговор суда не соответствует требованиям ст.297 УПК РФ, является незаконным, необоснованным, несправедливым и подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, а также несправедливостью приговора.

Полагает, что исследованные судом доказательства стороны обвинения и защиты в своей взаимосвязи и совокупности свидетельствуют об отсутствии события и составов преступлений.

Указывает, что события, изложенные в обвинительном заключении, не нашли своего подтверждения, не доказаны, а доводы стороны обвинения противоречат фактическим обстоятельствам, установленным в ходе рассмотрения уголовного дела в суде. Считает, что отсутствуют относимые и допустимые доказательства, достоверно подтверждающие обстоятельства предъявленного ФИО1 обвинения. Судом нарушены положения ст.87 УПК РФ, не проведен всесторонний анализ всех доказательств и им не дана оценка. Считает, что судом нарушены требования ст.ст.14-15 УПК РФ и на сторону защиты возложена обязанность доказывать свою невиновность.

Оспаривает вывод суда о том, что ФИО8 и ФИО9, которым якобы дал взятку ФИО1, являются должностными лицами. В материалах дела отсутствуют их должностные инструкции, как в ООО «УЦПР», так и в ФГА ОУВО «РУДН». Трудовые договоры указанных лиц отсутствуют, а представлены только дополнительные соглашения к ним. Кроме того, ООО «УЦПР» является коммерческой организацией и ее сотрудники не обладают признаками должностного лица. Доводы обвинения о том, что ФИО8 и ФИО9 включены в состав комиссии по проведению экзамена исключены судом из обвинения как ненашедшие свое подтверждение в судебном заседании.

Отмечает, что ФИО8 и ФИО9 какими-либо организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями не обладали. Не были наделены правом принятия решений о выдаче иностранным гражданам сертификатов о знании русского языка. Они не входили в состав комиссии, не имели права участвовать в ее работе, не могли осуществлять прием экзамена у иностранных граждан, а, следовательно, не являются должностными лицами и субъектами получения взяток.

Указывает, что осуществление данными лицами видеозаписи процедуры экзамена, ознакомления иностранных граждан с порядком и формой проведения экзамена, их консультирование по вопросам проведения экзамена, о времени и месте ознакомления с результатами сдачи экзамена, получения сертификата и другие не являются организационно-распорядительными функциями. Полагает, что в их функции входили только раздача бланков для тестирования, их собирание после экзамена и направление в ФГА ОУВО «РУДН», где уже руководством организации принималось решение о выдаче сертификатов. Установление судом иного из показаний данных лиц без документального подтверждения не может служить основанием для признания этих лиц должностными.

Ссылаясь на Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» и от 16.10.2009 № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», кассационное определение Верховного Суда РФ от 13.02.2025 № 46-УД24-26-К6 считает, что основанием для отнесения должностного лица к субъекту преступления, предусмотренного ст.290 УК РФ, могут являться лишь такие полномочия, которые позволяют ему исполнение профессиональных обязанностей без использования организационно-распорядительных полномочий, имеющих юридическое значение и влекущих определенных юридические последствия.

Считает предположением вывод суда о том, что ФИО1 зная о месте работы ФИО8 и ФИО9, осознавал, что они являются должностными лицами.

Указывает, что в обвинительном заключении и приговоре содержатся одни и те же орфографические ошибки, свидетельствующие о формальном подходе и необъективности при вынесении приговора.

Оспаривает выводы суда о том, что вина ФИО1 подтверждается его же показаниями, данными в ходе предварительного следствия и в суде. Обращает внимание на то, что ФИО1 изначально давал показания о том, что взяток не давал, оказывал исключительно консультативные услуги и сопровождение иностранных граждан по медицинским и государственным учреждениям.

Полагает, что показания свидетелей ФИО8 и ФИО9 нельзя признать достоверными, относимыми и допустимыми доказательствами. Так, ФИО8 не указала обстоятельства передачи ей ФИО1 денежных средств, а именно дату, время, место, способ и другие обстоятельства, подлежащие доказыванию, мотив и цель, конкретные действия, которые она должна была совершить в пользу ФИО1 и которые входили в ее должностные обязанности как должностного лица.

Указывает, что в действиях ФИО8 усматриваются признаки преступления, предусмотренного ст.308 УК РФ, так как она давала показания не против себя, а против ФИО1, и, будучи осужденной 22 октября 2024 года по факту получения взятки, она не могла воспользоваться правом, предусмотренным ст.51 Конституции РФ и отказываться отвечать на вопросы, имеющие прямое и непосредственное значение для установления обстоятельств предъявленного ФИО1 обвинения. Указывает, что пояснила суду только о стоимости сдачи экзамена по русскому языку и том, что решение о выдаче иностранным гражданам сертификата на знание русского языка она не принимала, а его принимало руководство ФГА ОУВО «РУДН» в г.Москва.

Приводит собственный анализ показаний свидетеля ФИО9, которая также отказалась отвечать на ряд вопросов, воспользовавшись ст.51 Конституции РФ. Расценивает их как воспрепятствование стороне защиты в доказывании невиновности ФИО1

Ссылается на показания свидетелей ФИО4 ФИО18, ФИО19, ФИО24, ФИО22, ФИО23, показавших, что экзамен они сдавали самостоятельно, без чьей-либо помощи. Указывает, что текст их показаний идентичен, с одинаковыми грамматическими ошибками.

Обращает внимание на то, что показания свидетелей ФИО10 и ФИО32 и протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ не могут являться доказательствами по делу, так как судом исключены из обвинения вменяемые ФИО1 факты организации незаконной миграции и дачи взяток в отношении ФИО10 и ФИО32

Анализируя показания свидетеля ФИО11 и предоставленную им выписку о движении денежных средств по счету его племянницы ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ, подтверждающую снятие им в день сдачи экзамена ФИО10 и ФИО32 денежных средств в сумме 8 900 рублей, считает, что они опровергают показания ФИО8 и ФИО9 в части получения денег за сдачу экзамена указанными лицами от ФИО1, однако, судом данному факту оценка дана не была.

Указывает, что судом фактически не приняты во внимание показания свидетеля защиты ФИО13, который сдавал экзамен вместе с ФИО3 и ФИО4 и подтвердил, что все они сдавали экзамен самостоятельно, без посторонней помощи.

Обращает внимание, что показания свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО11 какого-либо доказательственного значения по делу не несут, а говорят лишь о наличии коммерческих отношений с осужденным. Кроме того, полагает, что изложение судом показаний свидетелей ФИО14 и ФИО15 в приговоре, не соответствуют их показаниям, изложенным в протоколе судебного заседания.

Оспаривает допустимость протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ – помещения офиса ООО «УЦПР», так как участвующему специалисту ФИО17 в нарушение ч.5 ст.164 УПК РФ не были разъяснены права, ответственность, порядок производства следственного действия, он не предупреждался об ответственности по ст.ст.307, 308 УК РФ. Не соглашается с выводом суда о достаточности разъяснения специалисту положений ст.58 УПК РФ, и отсутствии необходимости в разъяснении специалисту ответственности по ст.307 УК РФ. Часть 8 ст.174 УПК РФ предусматривает, что в ходе производства следственного действия ведется протокол в соответствии со ст.166 УПК РФ, к которому относится и протокол осмотра места происшествия.

Полагает, что протоколы осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ в ходе которого осмотрены изъятые предметы и документы, также являются недопустимыми доказательствами, так как они являются производными от протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого и были изъяты предметы и документы.

Указывает, что протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ в ходе которого осмотрен CD-диск с фонограммой расшифровки телефонных переговоров между ФИО1 и свидетелем ФИО5 не содержит доказательств вины ФИО1 и не подтверждает, вопреки выводам суда, факт совершения осужденным преступлений.

Отмечает, что не допрошены иностранные граждане, сдававшие экзамен вместе с ФИО23, ФИО18 ФИО4, ФИО19, ФИО24 и ФИО22 Принадлежность папок с экзаменационными вопросами именно указанным лицам не установлена, а якобы имевшие место вдавления карандашом и точки от ручки на пластиковых файлах, могли быть нанесены в любое время, в том числе и после проведения экзамена. Также указывает, что было изъято не 6, а всего 4 папки экзаменационных вопросов, которые могли передаваться от одного лица другому.

Перечисляя письменные доказательства, указанные судом на страницах 19-21 приговора, полагает, что они какого-либо доказательственного значения по уголовному делу не несут.

Оспаривает допустимость как доказательства по настоящему уголовному делу приговора мирового судьи судебного участка № 2 Ленинского района г.Магнитогорска Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО8 и ФИО9, так как он был постановлен в особом порядке, без исследования доказательств и дачи им оценки судом.

Не соглашается с выводом суда о принятии в качестве достоверных доказательств показаний свидетелей ФИО19 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО18 от ДД.ММ.ГГГГ и ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ. Свидетель ФИО4 указал, что его показания являются его субъективным мнением, каких-либо подтверждающих доказательств и фактов у него не имеется. Свидетели ФИО18 и ФИО19 нуждались в помощи переводчика, а в материалах уголовного дела отсутствуют документы, подтверждающие компетентность переводчика ФИО26, удостоверяющие возможность осуществления им перевода с русского языка на узбекский язык и обратно. Кроме того, отсутствует постановление следователя о назначении ФИО26 переводчиком, что свидетельствует о недопустимости данного доказательства, вследствие нарушения норм ст.ст.18, 56, 59, 164, 169 УПК РФ.

Указывает, что в ходе дополнительного допроса свидетеля ФИО18 от ДД.ММ.ГГГГ, следователь фактически провел следственный эксперимент, заставив свидетеля вновь пройти экзамен на знание русского языка.

Отмечает, что время производства допросов свидетелей ФИО4., ФИО18, ФИО19 не соответствует действительности, что подтверждается ответом на адвокатский запрос из ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс».

Резюмируя, полагает, что суд не дал надлежащую оценку всем имеющимся доказательствам, подтверждающим, по мнению стороны защиты, отсутствие события преступлений, вменяемых ФИО1 Просит отменить приговор, постановить оправдательный приговор в связи с неустановлением события преступления и отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Исаева Е.В. считает ее доводы необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Проверив материалы дела, заслушав стороны, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Признавая ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.291.2 УК РФ и ч.1 ст.322.1 УК РФ, суд руководствовался положениями уголовно-процессуального закона, представленные в судебное заседание доказательства оценил в соответствии со ст.ст.17, 87-88 УПК РФ. Требования п.2 ст.307 УПК РФ при вынесении приговора соблюдены. При этом суд привел мотивы, по которым он признал достоверными одни доказательства и отверг другие.

Версии ФИО1 о том, что он не договаривался с ФИО9 и ФИО8 о помощи с их стороны иностранным гражданам в успешной сдачи экзамена на знание русского языка за вознаграждение, о том, что ФИО9 и ФИО8 взятку не давал, о том, что не был осведомлен об их незаконных действиях, как и о том, что он не организовывал незаконное пребывание иностранных граждан на территории Российской Федерации, а его действия, в данной части, составляли лишь исключительно техническую помощь по доставке иностранцев к месту сдачи экзамена и возвращения их обратно, тщательно проверены судом и обоснованно отвергнуты, как опровергающиеся совокупностью исследованных доказательств. Эти версии обоснованно, убедительно и мотивированно оценены судом как позиция защиты с целью избежания ответственности за совершенные преступления.

К этим доказательствам относятся:

- показания свидетелей ФИО8 и ФИО9, в том числе, и на очных ставках с ФИО1, из которых следует, что они были официально трудоустроены в ООО «Учебный центр профессионального развития», а также в Экзаменационном центре Международного центра языкового тестирования и образовательной подготовки мигрантов в федеральном государственном автономном образовательном учреждении высшего образования «Российский университет дружбы народов». Место работы располагалось в <адрес>. В их обязанности, исходя из занимаемых должностей, входило проведение экзамена иностранных граждан на знание русского языка. Исчерпывающе пояснили о том, как должна проходить процедура сдачи иностранными гражданами экзамена на знание русского языка, в том числе, и о его стоимости, которая составляла 3 800 рублей. После сдачи экзамена они проверяли контрольные листы, оценивали сдачу экзамена по бальной системе, выставляя количество баллов, которые набрал иностранный гражданин, заверяли их своей подписью, отправляли результаты в главный офис, расположенный в <адрес>. На основании выставленных ими оценок, то есть, исходя из набранных иностранным гражданином баллов, ему либо выдавался сертификат о знании русского языка, либо не выдавался.

В один из дней между ними и ФИО1 возникла договоренность о том, что с каждой положительной сдачи экзамена иностранными гражданами, ФИО1 будет передавать им по 100 рублей каждой. Общая договоренность была на то, чтобы иностранные граждане сдавали экзамен, а они (ФИО6 и ФИО7) получали за это денежные средства.

Помощь иностранным гражданам при сдаче экзамена заключалась в совместном предварительном прорешивании части вопросов, с разъяснением и указанием на правильные ответы, которые также были отмечены на листах с контрольными вопросами, после чего проводился сам экзамен.

Граждане <адрес> – ФИО4 ФИО19, ФИО18, ФИО22, ФИО23 ФИО24 были направлены на сдачу экзамена по русскому языку ФИО1, который сообщил им, что иностранцы должны положительно сдать экзамен, за что они (ФИО9 и ФИО8) получат денежные средства в размере 200 рублей с человека. Данные граждане плохо владели русским языком и самостоятельно экзамен бы не сдали. В связи с чем, перед проведением экзамена с ними были прорешаны вопросы, указаны правильные ответы. После чего был проведен сам экзамен, который проходил под видеозапись. Денежные средства ФИО1 передал в помещении учебного центра в размере 200 рублей с каждого человека,

- показания свидетелей ФИО25, ФИО15, ФИО16, из которых следует, что граждане <адрес>, в том числе, и ФИО4., ФИО19, ФИО18, ФИО22, ФИО23 ФИО24 проходили процедуру трудоустройства в ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс». Для получения патента им необходимо было необходимо пройти медицинскую комиссию и в обязательном порядке получить сертификат о знании русского языка. ФИО18, ФИО19, ФИО22, ФИО23у. по-русски не разговаривали и не понимали. Другие граждане <адрес> разговаривали и понимали плохо. Сбором необходимой документации и оказанием помощи в сдаче экзамена по русскому языку занимался ФИО1 («Виталий»), которому за оказанные услуги заплатили около 200 000 рублей, в том числе, и 4 360 рублей за сдачу экзамена по русскому языку на одного гражданина Республики <адрес>

Прохождение медицинской комиссии и получение иных документов, в том числе, сдача экзамена по русскому языку проходили ДД.ММ.ГГГГ. В <адрес> граждан <адрес> в том числе, ФИО4 ФИО19, ФИО18, ФИО22, ФИО23у., ФИО24 встретил ФИО1, который оказал помощь в прохождении медицинской комиссии, в получении ИНН, СНИЛС, а также отвез их для сдачи экзамена по русскому языку на <адрес>. Все граждане <адрес> получили сертификаты о знании русского языка. При этом один из них, ФИО23у., пересдавал экзамен.

Из показаний свидетеля ФИО4. следует, что на сдачу экзамена по русскому языку его привез ФИО1 Из сдававших вместе с ним экзамен на знание русского языка других граждан <адрес> были и те, кто на русском языке не разговаривал вообще. Один из них был ФИО23у. Не отрицал, что женщина, проводившая экзамен, могла помогать тем, кто на русском языке не говорил. Поскольку сдать экзамен, не понимая русского языка, невозможно.

С показаниями данного свидетеля согласуются и показания свидетелей ФИО18 и ФИО19, из которых следует, что женщина, проводившая экзамен, помогала в его сдаче, подсказывала правильные ответы (ФИО19). Указывала (ФИО18), что на контрольных вопросах стоят правильные отметки, на которые необходимо ориентироваться при ответах на вопросы. ФИО18 воспользовалась советами данной женщины и при сдаче экзамена выбрала ответы, которые были помечены точками.

Оснований сомневаться в достоверности и допустимости показаний свидетелей, как и оговора ФИО1 с их стороны, не имеется. Обстоятельств, которые бы в силу положений ч.1 ст.75 УПК РФ и п.2 ч.2 ст.75 УПК РФ, послужили основаниями для признания недопустимыми доказательствами вышеуказанных показаний свидетелей, положенных в основу приговора, не имеется.

Свидетели ФИО9 и ФИО8 в своих показаниях, правомерно положенных в основу приговора, сообщили об относящихся к уголовному делу обстоятельствах, в том числе, о достижении договоренности с ФИО1 о материальном вознаграждении в конкретной сумме за каждого положительно сдавшего экзамен иностранного гражданина, о времени и месте получения денег от ФИО1, которые имели место в здании, где сдавался экзамен и непосредственно перед сдачей экзамена. Кроме того, свидетели сообщили также и о том, в чем именно будут выражаться их действия по оказанию помощи иностранным гражданам в сдаче экзамена по русскому языку.

Затруднения ФИО9 и ФИО8 в ответах относительно своих трудовых обязанностей в ООО «Учебный центр профессионального развития», в Экзаменационном центре Международного центра языкового тестирования и образовательной подготовки мигрантов в федеральном государственном автономном образовательном учреждении высшего образования «Российский университет дружбы народов», а также характера полномочий по приему экзамена у иностранных граждан по русскому языку, отнесение их к должностным или отсутствие таковых, не свидетельствуют о недостоверности показаний свидетелей, и не свидетельствуют о недопустимости данных доказательств. Обстоятельства, подлежащие доказыванию, предусмотренные ст.73 УПК РФ, установлены именно из совокупности доказательств, а не исключительно лишь из показаний свидетелей ФИО9 и ФИО8

Реализация свидетелями права, предусмотренного ст.51 Конституции РФ, не свидетельствует о нарушении права ФИО1 на защиту. Как видно из протокола судебного заседания, задаваемые стороной защиты вопросы, были напрямую связаны с действиями ФИО9 и ФИО8 по получению от ФИО1 мелкой взятки, то есть, с действиями, за совершение которых свидетели привлечены к уголовной ответственности и осуждены. Вступление в законную силу приговора в отношении ФИО9 и ФИО8 не нивелировало их возможность воспользоваться правом, предусмотренным ст.51 Конституции РФ, по уголовному делу в отношении ФИО1, по которому они проходили в процессуальном статусе свидетелей. В связи с чем, доводы стороны защиты о наличии в действиях ФИО9 и ФИО8 признаков состава преступления, предусмотренного ст.308 УК РФ, несостоятельны.

Неубедительна позиция стороны защиты о том, что ФИО9 и ФИО8 оговорили ФИО1 с целью смягчения наказания и с целью оказания какого-либо мнимого содействия сотрудникам правоохранительных органов в изобличении иных лиц. О наличии таких обстоятельств никто из допрошенных лиц не говорил.

Показания свидетелей ФИО24, ФИО22у., ФИО23у., ФИО10, ФИО32, данные на предварительном следствии, и оглашенные в судебном заседании, судом не учитывались и в основу приговора не закладывались (л.д.141 т.5).

Исходя из смыслового содержания описательно-мотивировочной части обжалуемого приговора, протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ – сведений о сдачи экзамена по русскому языку не учитывался судом как доказательство вины ФИО1 Он приведен в приговоре с позиции его оценки относительно предъявленного ФИО1 обвинения в части передачи им ФИО9 и ФИО8 взятки за граждан <адрес> ФИО10 и ФИО32, которое при рассмотрении уголовного дела по существу, не подтвердилось.

Показания свидетелей ФИО25, ФИО15, ФИО16 именно в совокупности с иными исследованными в судебном заседании доказательствами, подтверждают наличие установленных судом обстоятельств совершенных ФИО1 преступлений. Иная их оценка стороной защиты приведена исключительно в интересах осужденного с целью избежания им ответственности за совершенные преступления. В приговоре приведено их основное содержание, как это и предусмотрено п.8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 55 «О судебном приговоре», которое не противоречит существу их пояснений, данных в судебном заседании, в том числе, и при ответах на задаваемые им вопросы.

Обоснованно суд признал допустимыми доказательствами показания свидетелей ФИО4 и ФИО18 от ДД.ММ.ГГГГ, а также свидетеля ФИО19 от ДД.ММ.ГГГГ, данные на досудебной стадии уголовного судопроизводства, и положил их в основу приговора в совокупности с их же показаниями в судебном заседании и именно в той части, в которой они не противоречат друг другу и согласуются с иными исследованными доказательствами.

Как видно из протоколов следственных действий перед началом допроса свидетелям разъяснялись права, предусмотренные ст.56 УПК РФ и ст.51 Конституции РФ. Добровольность дачи показаний и правильность их фиксации в протоколах свидетели подтвердили своими подписями после личного прочтения ФИО4 который в услугах переводчика не нуждался и не изъявлял желание давать показания на родном языке, а также ФИО18 и ФИО19, которые допрашивались с участием переводчика ФИО26

В соответствии с ч.1 ст.59 УПК РФ переводчик – лицо, привлекаемое к участию в уголовном судопроизводстве в случаях, предусмотренных УПК РФ, свободно владеющее языком, знание которого необходимо для перевода. Вызов переводчика и порядок его участия в уголовном судопроизводстве определяются статьями 169, 263 УПК РФ.

Из анализа взаимосвязанных требований вышеуказанных норм УПК РФ не следует, что для удостоверения компетентности переводчика необходимо получить документальное подтверждение. Переводчик ФИО26 был предупрежден об уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод. Из материалов уголовного дела не усматривается, что в ходе предварительного следствия у переводчика имелись какие-либо трудности в переводе с узбекского языка на русский и с русского на узбекский, что также следует и из аудиозаписи судебного заседания, в ходе которого ФИО26 пояснил, что владеет русским, таджикским и узбекским языком.

Этот же переводчик принимал участие и в заседании суда первой инстанции. Отводов переводчику ФИО26 по основаниям предусмотренным ст.69 УПК РФ, не заявлялось.

Каких-либо замечаний и дополнений у свидетелей относительно правильности изложения их показаний, качества перевода, как на следствии, так и в судебном заседании, не имелось. Правильность своих показаний, данных на досудебной стадии уголовного судопроизводства с участием переводчика, свидетели подтвердили. Незначительные противоречия, которые возникли в связи с тем, что данные свидетели заявили в судебном заседании о самостоятельной сдаче экзамена без какой-либо помощи, были устранены путем оглашения их показаний, данных на досудебной стадии уголовного судопроизводства, и сопоставления их друг с другом и во взаимосвязи с иными доказательствами.

Отсутствие в материалах уголовного дела решения о назначении переводчика, как это вытекает из положений ч.2 ст.59 УПК РФ, не свидетельствует о недопустимости вышеуказанных доказательств. Реальное участие переводчика было обеспечено и направлено на реализацию участниками уголовного судопроизводства права, предусмотренного ч.2 ст.26 Конституции РФ (п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 N 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия»).

Свидетель ФИО18 ДД.ММ.ГГГГ не допрашивалась. Основное же содержание показаний свидетеля ФИО19, положенных в основу приговора, заключалось не в результатах ее ответов на тестовые вопросы знания русского языка, а в сообщении сведений о том, что экзаменатор подсказала ей правильные ответы.

Положенные в основу приговора показания свидетелей ФИО4 и ФИО18 от ДД.ММ.ГГГГ, а также свидетеля ФИО19 от ДД.ММ.ГГГГ, не относятся к тем, которые были признаны недопустимыми доказательствами, в том числе, и с учетом данных, предоставленных ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс».

Показания свидетелей ФИО27, ФИО28, ФИО29, а также свидетеля ФИО13, который трудоустраивался в ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс», и заявил о самостоятельной сдачи экзамена по русскому языку в одной группе с ФИО4 и ФИО18, получили надлежащую мотивированную оценку в приговоре, и никоим образом не ставят под сомнение законность приговора. Показания указанных свидетелей не исключают того, что при обстоятельствах, установленных в ходе судебного разбирательства, ФИО9 и ФИО8 оказывали помощь иностранным гражданам в сдаче экзамена по русскому языку. что не отрицали ФИО18, ФИО19 и ФИО4 Ж.Н.у. в своих показаниях, положенных в основу приговора, а также ФИО9 и ФИО8, пояснявшие, что совершали незаконные действия за взятку от ФИО1

Ни ФИО9, ни ФИО8 не сообщали о наличии с ФИО11 договоренности, тождественной той, которая имела место с ФИО1 Практически идентичная стоимость экзамена по русскому языку, о которой сообщил суду свидетель ФИО11, как и снятие им денежных средств и передача их ФИО9 в качестве оплаты за экзамен ФИО10 и ФИО32, никоим образом не свидетельствует о невиновности ФИО1 в совершении преступлений, за которые он осужден. Уменьшение объема обвинения ФИО1 в соответствующей части не обусловлено исключительно показаниями свидетеля ФИО11 Свидетели ФИО8, а в особенности ФИО9, в своих показаниях, в том числе, и на досудебной стадии уголовного судопроизводства, ничего не поясняли о взаимоотношениях с ФИО11 Более того, пояснили, что фамилия ФИО11, как и фамилии ФИО10 и ФИО32 им ни о чем не говорят. В свою очередь, ФИО9 и ФИО8 относительно взаимоотношений с ФИО1 и по обстоятельствам сдачи экзамена ФИО4 ФИО19, ФИО18, ФИО22, ФИО23у., ФИО24 дали показания в объеме, достаточном для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, предусмотренных ст.73 УПК РФ, При этом, общее количество иностранных ФИО2 (не менее 60 человек), сдающих в месяц экзамен по русскому языку, не свидетельствует о возможном заблуждении или запамятывании ФИО9 и ФИО8 обстоятельств приема экзамена именно у ФИО4 ФИО19, ФИО18, ФИО22, ФИО23у., ФИО24 и получение за свои незаконные действия мелкой взятки.

Показания свидетелей, исследованные в судебном заседании в соответствии со ст.240 УПК РФ, согласуются и не противоречат письменным доказательствам.

Так, ДД.ММ.ГГГГ между Федеральным государственным автономным образовательным учреждением высшего образования «Российский университет дружбы народов» (РУДН) и ООО Учебный центр профессионального развития» (УЦПР) заключен договор (с дополнительными соглашениям) на оказание услуг по проведению экзамена по русскому языку как иностранному, истории России и основам законодательства Российской Федерации. Согласно договору ФГА ОУВО «РУДН» является организацией, проводящей экзамен, а ООО «УЦПР» является заказчиком. Проведение экзамена осуществляется в нескольких местах, в том числе, по адресу <адрес>. Срок действия договора продлен по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно уставу ООО «УЦПР», выписки из ЕГРЮЛ, приказу генерального директора общества от ДД.ММ.ГГГГ, ООО «Учебный центр профессионального развития» осуществляет деятельность в сфере образования, предоставления услуг, в том числе, по тестированию иностранных граждан по русскому языку, проведению комплексного экзамена по русскому языку как иностранному, истории России и основам законодательства Российской Федерации, проводимому в локальном центре по адресу <адрес>.

ФИО9 и ФИО8 в период исследуемых судом обстоятельств совершения ФИО20 преступлений, были официально трудоустроены на должности специалистов по учебно-методической работе в экзаменационный центр Международного центра языкового тестирования и образовательной подготовки мигрантов в ФГА ОУВО «РУДН», а также в ООО «УЦПР» на должности специалистов по работе с клиентами (тесторы), с местом работы <адрес>.

Согласно приказу и.о. проректора Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Российский университет дружбы народов» от ДД.ММ.ГГГГ №-цк ФИО9 и ФИО8 включены в состав комиссии по проведению экзамена по русскому языку как иностранному, истории России и основам законодательства Российской Федерации для иностранных граждан в международном центре языкового тестирования и образовательной подготовки мигрантов, в месте по адресу <адрес>.

В соответствии с ответом ООО «УЦПР» полная стоимость услуг по сдаче экзамена по русскому языку как иностранному, истории России и основам законодательства Российской Федерации для иностранных граждан регламентируется Постановлением Правительства РФ от 31.05.2021 года № 831 «Об утверждении методики расчета стоимости услуги по проведению экзамена по русскому языку как иностранному, истории России и основам законодательства Российской Федерации и установлении максимального размера такой стоимости».

Прием денежных средств от иностранных граждан осуществляется по квитанциям через банковские учреждения, принимающие платежи от физических лиц. Стоимость услуги по приему соответствующего экзамена по русскому языку в Отделении Магнитогорское ООО «УЦПР» для получения патента составляет 3 800 рублей.

Максимальный балл за экзаменационную работу составляет 20 баллов. Для успешной сдачи экзамена необходимо набрать 10 баллов.

В ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ – помещения ООО «УЦПР» по адресу <адрес>, обнаружены и изъяты 2 ноутбука ASUS, различная документация, в том числе, и 4 папки экзаменационных вопросов, сведения о сдаче экзамена ФИО4 ФИО19, ФИО18, ФИО22, ФИО23у., ФИО24

Изъятые предметы и документы осмотрены ДД.ММ.ГГГГ, а также ДД.ММ.ГГГГ с участием свидетеля ФИО9 и ее адвоката.

Осмотром документации установлено, что на экзаменационных вопросах через полимерные файлы напротив правильных ответов проставлены вдавленные точки либо имеются обведения чернилами синего цвета (в восприятии следователя). Итоговые работы оценивались ФИО9, которая проверяла их, выставляла набранное экзаменуемым количество баллов, заверяя правильность и достоверность проведенной ею оценки своей подписью.

Также осмотрены видеозаписи экзамена по русскому языку, проводимому ДД.ММ.ГГГГ. который в различных группах сдавали ФИО4 ФИО19, ФИО18, ФИО22, ФИО23у., ФИО24 Количество лиц в каждой группе по 4 человека. Видеозапись фиксирует как каждый из сдающих экзамен представляется, после чего поясняет какой экзамен он сдает. Продолжительность каждой видеозаписи не более 11 минут, после чего видеозапись прерывается.

При осмотре сведений о сдаче вышеуказанными гражданами <адрес> экзамена по русскому языку установлено, что лишь ФИО23у. набрал менее 10 баллов. Остальные экзаменуемые набрали необходимый минимум. Количество баллов проставлено рукописно лицом, принимающим экзамен и им же подписано.

Папки с экзаменационными вопросами и видеозаписи сдачи экзамена осмотрены и непосредственно судом в судебном заседании.

Граждане <адрес> ФИО4 ФИО19, ФИО18, ФИО22у., ФИО24 ДД.ММ.ГГГГ, на следующий день после сдачи экзамена, получили сертификаты о владении русским языком, знании истории России и основ законодательства Российской Федерации, то есть успешно сдали экзамен и подтвердили владение русским языком, знание истории России и основ законодательства РФ на уровне, необходимом для получения разрешения на работу или патента. Экзамен проведен ФГА ОУВО «РУДН». Аналогичный сертификат ФИО23у. получил ДД.ММ.ГГГГ.

Оплата экзамена на знание русского языка осуществлялась в АО «Альфа-Банк», в котором у ООО «УЦПР» открыт банковский счет. На указанный счет ДД.ММ.ГГГГ поступила оплата за экзамен по 3 800 рублей. Плательщиками указаны ФИО18, ФИО4., ФИО19, ФИО23у., ФИО24. ФИО22у.

Осмотром фонограммы и расшифровки прослушивания телефонных переговоров ФИО1 и ФИО15, содержание которых осужденным не оспорено, установлено, что указанные лица обсуждают вопросы относительно оказания ФИО1 миграционных услуг для граждан <адрес>, проходящих процедуру трудоустройства в ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс», в том числе, и касающиеся сдачи экзамена на знание русского языка. В разговоре ФИО35 просит ФИО1 приехать его на экзамен вместе с гражданином <адрес> и поддержать его, так как в прошлый раз тот не сдал экзамен. В свою очередь ФИО1 поясняет ФИО35, что гражданину <адрес> необходимо сообщить экзаменатору, что он от «Виталика».

Проведение оперативно-розыскного мероприятия соответствовало требованиям ст.ст.5-8 Федерального закона от 12 августа 1995 года N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Результаты оперативно-розыскного мероприятия представлены следователю в соответствии со ст.11 Закона, проверены и оценены судом с учетом требований ст.87-89 УПК РФ и правомерно положены в основу обвинительного приговора.

Приговором мирового судьи судебного участка № 2 Ленинского района г.Магнитогорска Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 и ФИО8 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.291.1 УК РФ. Согласно приговору ФИО9 и ФИО8, будучи включенными приказом проректора ФГА ОУВО «РУДН» в комиссию по проведению экзамена у иностранных граждан по русскому языку, осуждены за получение мелкой взятки за совершение в качестве должностных лиц незаконных действий, входящих в их полномочия, по оказанию содействия в успешной сдаче иностранными гражданами экзамена на знание русского языка, без надлежащей проверки соответствующих знаний. Оказание незаконного содействия заключалось, в том числе, и в предоставлении тестовых заданий с отметками правильных ответов, сообщении экзаменуемым как до проведения экзамена, так и в процессе его проведения правильных ответов на экзаменационные вопросы.

Приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Перечисленные и иные доказательства, исследованные в судебном заседании в соответствии со ст.240 УПК РФ и подробно приведенные в приговоре, являются объективными, достоверными и допустимыми, носят последовательный характер, не противоречат, а именно дополняют друг друга, и в своей совокупности – достаточными для правильного рассмотрения уголовного дела по существу. Противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда и которым суд не дал бы оценки, не имеется.

Вышеприведенные доказательства, вопреки позиции стороны защиты, согласуются и с показаниями ФИО1 в той части, в которой он не отрицал, что оказывал миграционные услуги гражданам <адрес>, в том числе, ФИО18, ФИО4 ФИО19, ФИО23у., ФИО24. ФИО22у., которые проходили процедуру трудоустройства в ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс».

Эти показания ФИО1 оценены именно в совокупности с иными исследованными доказательствами, признаны допустимыми и относимыми и правомерно положены в основу приговора. Именно совокупность исследованных доказательств, которые дополняют друг друга, позволила суду первой инстанции правильно установить фактические обстоятельства совершенных ФИО1 преступлений.

Оснований для признания недопустимым доказательством протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ не имеется.

Осмотр места происшествия проведен в соответствии со ст.ст.176-177, 180 УПК РФ, уполномоченным должностным лицом органа дознания на стадии доследственной проверки, как это предусмотрено ч.1 ст.144 УПК РФ, с участием понятых и специалиста (л.д.22-26 т.1). Перед производством осмотра участвующим лицам, в том числе, и специалисту, были разъяснены их права и обязанности, в частности, предусмотренные ст.58 УПК РФ. По результатам проведенного осмотра был составлен протокол, который подписан участвующими лицами, в том числе и специалистом, без каких-либо замечаний относительно хода и результатов осмотра.

Действительно, в силу ч.5 ст.164 УПК РФ, в случае участия в следственном действии специалиста, он также предупреждается и об ответственности, предусмотренной статьями 307 и 308 УК РФ. Вместе с тем, отсутствие в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ сведений о предупреждении специалиста – старшего инженера ФИО17 об уголовной ответственности по вышеуказанным нормам УК РФ не свидетельствует о том, что имеют место существенные нарушения УПК РФ, которые могут повлечь признание указанного доказательства недопустимым. Как видно из протокола следственного действия, при проведении осмотра места происшествия, специалист ФИО17 каких-либо заключений и пояснений не делал. Электронная информация, в том числе, и видеозапись экзаменов, находящаяся на специальных носителях в изъятых ноутбуках ASUS, из самих ноутбуков не изымалась и не копировалась на иные носители. Изъятые ноутбуки ASUS, а также письменная документация упакованы способом, исключающим их использование и изменение имеющейся на них информации.

Осмотры предметов и документов ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ также являются допустимыми доказательствами. Следственные действия проведены в соответствии со ст.ст.176-177, 180 УПК РФ следователем, в производстве которого находилось уголовное дело, в том числе, с участием ФИО9 и ее адвоката. ФИО9 разъяснялись положения ст.51 Конституции РФ, а также ст.ст.307-308 УК РФ. По результатам осмотров составлены протоколы, которые подписаны всеми участвующими лицами без каких-либо замечаний относительно хода и результатов следственных действий. Изъятые документы осматривались в первоисточнике. Относительно качества и содержания видеозаписи экзаменов, скопированной следователем на иной электронный носитель, участвующая в ее осмотре ФИО9 не указывала на возможную ее неполноту, редактирование, либо на иные действия, которые бы могли изменить содержание видеозаписи.

Протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрена фонограмма и расшифровка прослушивания телефонных переговоров ФИО1 и ФИО15, правильно принят судом как допустимое доказательство и положен в основу приговора. Вопреки позиции стороны защиты, в том числе, и в заседании суда апелляционной инстанции, ФИО1 был именно заинтересован в положительной сдаче иностранными гражданами экзамена по русскому языку, являющегося безусловным основанием для получения сертификата о владении русским языком, последующего получения патента и нахождения в Российской Федерации. Осужденный предупредил ФИО35 о том, что хотя иностранец уже один раз сдавал экзамен и знает как все будет происходить, тем неменее, перед экзаменом необходимо сообщить экзаменатору о том, что гражданин <адрес> именно от «Виталика», то есть, именно от него.

О том, что такой разговор имел место в действительности, а их участниками являлись, в том числе и ФИО1, объективно подтверждено показаниями осужденного и свидетеля ФИО15

Соответствующий инструктаж ФИО1 и необходимость вышеуказанного предупреждения экзаменатора, являлись безусловной гарантией того, что иностранец достигнет положительного результата в сдаче экзамена по русскому языку, даже при полном невладении им. Повторная сдача ФИО23у. экзамена по русскому языку, по убеждению суда апелляционной инстанции, обусловлена лишь его (ФИО23у.) исключительно личностными качествами, и не опровергает установленные приговором суда обстоятельства.

Приговор мирового судьи судебного участка № 2 Ленинского района г.Магнитогорска Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО8 и ФИО9 вступил в законную силу. В связи с чем, позиция стороны защиты о том, что он является незаконным судебным актом, несостоятельна. Рассмотрение уголовного дела в отношении ФИО9 и ФИО8 в порядке, предусмотренном главой 40 УПК РФ, не препятствовало его исследованию и оценки как письменного доказательства по правилам ст.ст.87-88 УПК РФ. То обстоятельство, что указанным приговором ФИО9 и ФИО8 осуждены, в том числе, и за получение взятки за сдачу экзамена по русскому языку ФИО10 и ФИО32 имеет значение лишь для юридической оценки действий ФИО9 и ФИО8

Оснований для установления иных иностранных граждан, которые сдавали экзамен ДД.ММ.ГГГГ при трудоустройстве на ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс», и их допросов, с учетом пределов, предусмотренных ст.252 УПК РФ, не имелось. Соответствующих ходатайств, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании стороной защиты не заявлялось.

Не имеется каких-либо оснований полагать, что виновность ФИО1 в совершении преступлений, за которые он осужден, могла быть подтверждена лишь в случае установления персональной принадлежности папок с контрольными вопросами конкретным гражданам <адрес> и в случае проведения криминалистической экспертизы по установлению давности нанесения чернил и вдавления текста на файлы с контрольными вопросами. Как достоверно установлено исследованной совокупностью доказательств, помощь оказываемая ФИО9 и ФИО8 иностранным гражданам в сдаче экзамена по русскому языку, заключалась не только в обращении их (граждан <адрес>) внимания на проставленные отметки с правильными ответами в тестовых заданиях, но и в предварительном прорешивании вопросов и устной помощи непосредственно в процессе сдачи экзамена, что следует из показаний свидетелей ФИО18 и ФИО19, положенных в основу приговора.

Видеозапись сдачи гражданами <адрес> экзамена фиксирует лишь как каждый из сдающих экзамен представляется, поясняет какой экзамен он сдает. Продолжительность каждой видеозаписи не более 11 минут, после чего видеозапись прерывается. Объективно установленные в результате осмотра обстоятельства согласуются с показаниями свидетелей ФИО9 и ФИО19 о том, что прерывание видеозаписи было необходимо для оказания помощи экзаменуемым лицам.

Изъятие лишь 4-х папок с экзаменационными вопросами, полностью согласуется с установленными судом обстоятельствами. Из показаний свидетелей, а также результата осмотра имеющейся видеозаписи сдачи экзамена следует, что одновременно сдавало экзамен 4 человека.

Анализ приведенных доказательств, оцененных в приговоре в соответствии с требованиями ст.ст.17, 88 УПК РФ, п. 2 ст.307 УПК РФ, позволил суду сделать правильный вывод о виновности ФИО1 в совершении:

- преступления, предусмотренного ч.1 ст.291.2 УК РФ, как мелкое взяточничество, то есть дача взятки лично в размере, не превышающем десяти тысяч рублей,

- преступления, предусмотренного ч.1 ст.322.1 УК РФ (в редакции Федерального закона № 375-ФЗ от 06.07.2016 года), как организация незаконного пребывания в Российской Федерации иностранных граждан

Оснований для иной квалификации действий ФИО1, в том числе, и его оправдания, как об этом поставлен вопрос стороной защиты, не имеется.

По смыслу закона под организацией незаконной миграции понимается умышленное совершение действий, создающих условия для осуществления одним или несколькими иностранными гражданами или лицами без гражданства незаконного въезда в Российскую Федерацию, незаконного пребывания в Российской Федерации, незаконного транзитного проезда через территорию Российской Федерации, включая въезд в Российскую Федерацию иностранных граждан по туристическим визам с целью незаконной миграции в другое государство с использованием территории Российской Федерации в качестве транзитной.

Организация незаконной миграции квалифицируется как оконченное преступление с момента умышленного создания виновным лицом условий для осуществления иностранными гражданами или лицами без гражданства хотя бы одного из незаконных действий, перечисленных в указанной статье, независимо от того, совершены ими такие действия или нет.

На квалификацию действий лица по ст.322.1 УКК РФ не влияет то, что иностранные граждане или лица без гражданства, в интересах которых совершено данное преступление, не были привлечены к ответственности, в том числе по причине их нахождения за пределами Российской Федерации.

Из исследованных доказательств достоверно установлено, что достигнув за материальное вознаграждение договоренности с ФИО9 и ФИО8 – лицами, которые принимали экзамен по русскому языку у иностранных граждан, о том, что иностранцы вне зависимости от своих знаний, будут успешно сдавать экзамен, именно ФИО1 были созданы необходимые условия для незаконного пребывания иностранных граждан в Российской Федерации. При этом, имело место не нарушение процедуры экзамена, а именно создание умышленных условий самого факта успешной сдачи экзамена. Иностранным гражданам, в частности гражданам <адрес> ФИО18, ФИО4 ФИО19, ФИО23у., ФИО24. ФИО22у., не владеющими в должной степени, как русским языком, так и знаниями по истории России и основам законодательства России, путем предварительного прорешивания экзаменационных заданий, указаний на уже отмеченные правильные ответы, а также устных подсказок непосредственно в ходе проведения экзамена создавались условия для его сдачи, который они бы без этого безусловно не сдали.

Об этом свидетельствуют показания свидетелей ФИО19, которой экзаменатор подсказал правильные ответы, ФИО18, которая воспользовалась советами экзаменатора и выбрала ответы, которые были помечены точками, ФИО16, согласно которых ФИО18, ФИО19, ФИО22, ФИО23у. по-русски не разговаривали и не понимали, а также ФИО9 и ФИО8 относительно своих действий по оказанию помощи иностранным гражданам в сдаче экзамена по русскому языку.

Знание русского языка как иностранного, истории и основ законодательства России в силу положений Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» является обязательным условием для получения иностранными гражданами разрешения на временное проживание, вида на жительство, разрешения на работу либо патента как оснований для нахождения этих иностранцев на территории России.

В результате организации ФИО1 вышеуказанных условий для незаконного пребывания граждан <адрес> на территории Российской Федерации, взаимосвязанных с ними действий ФИО9 и ФИО8, обусловленных получением незаконного материального вознаграждения, был достигнут необходимый результат – получение вышеуказанного сертификата, подтверждающего знание иностранцем русского языка, как необходимого условия получения разрешения на работу или патента, и как следствие – возможность нахождения на территории Российской Федерации.

ФИО20 был осведомлен о том, что гражданам <адрес> необходимо трудоустройство на территории Российской Федерации, и как следствие – пребывание на территории Российской Федерации, условием которого является знание русского языка, истории России и основ законодательства Российской Федерации. Кроме того, осужденный, длительное время, оказывающий миграционные услуги иностранным гражданам, не мог не знать установленный порядок получения всех необходимых документов для реального нахождения иностранных граждан на территории Российской Федерации, в том числе, и о законодательно установленной стоимости экзамена по русскому языку в размере 3 800 рублей.

По смыслу уголовного закона к организационно-распорядительным функциям относятся полномочия лиц по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия (например, по выдаче медицинским работником листка временной нетрудоспособности, установлению работником учреждения медико-социальной экспертизы факта наличия у гражданина инвалидности, приему экзаменов и выставлению оценок членом государственной экзаменационной (аттестационной) комиссии).

Суд первой инстанции, проанализировав представленные доказательства, а суд апелляционной инстанции и дополнительно истребованное доказательство – приказ и.о. проректора Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Российский университет дружбы народов» от ДД.ММ.ГГГГ №-цк, пришел к правильному выводу о том, что ФИО9 и ФИО8 обладали признаками должностных лиц, наделенных организационно-распорядительными функциями, так как имели право на принятие решений, имеющих юридическое значение и влекущие определенные юридические последствия, а ФИО1 дал мелкую взятку именно должностным лицам.

ФИО9 и ФИО8, помимо трудоустройства в ООО «Учебный центр профессионального развития», были официально трудоустроены и в Федеральном государственном автономном образовательном учреждении высшего образования «Российский университет дружбы народов». Как видно из материалов уголовного дела, в частности ответа ООО «Учебный центр профессионального развития» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.108 т.1), документы, поименованные как дополнительное соглашение к трудовым договорам, являются именно действующими трудовыми договорами с ФИО9 и ФИО8 в редакции от ДД.ММ.ГГГГ.

Суд первой инстанции правомерно исследовал и положил в основу приговора в качестве доказательств именно действующие трудовые договоры, заключенные ФИО9 и ФИО8 с вышеуказанными юридическими лицами, как подтверждающие исполнение ими своих обязанностей по принятию экзаменов у иностранных граждан.

Согласно приказу и.о. проректора Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Российский университет дружбы народов» от ДД.ММ.ГГГГ №-цк ФИО9 и ФИО8 включены в состав комиссии по проведению экзамена по русскому языку как иностранному, истории России и основам законодательства Российской Федерации для иностранных граждан в международном центре языкового тестирования и образовательной подготовки мигрантов, в месте по адресу <адрес>.

Именно как сотрудники Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Российский университет дружбы народов», ФИО9 и ФИО8 принимали у иностранных граждан экзамен на знание русского языка, истории России и основ законодательства Российской Федерации, что следует из договора от ДД.ММ.ГГГГ на оказание услуг по проведению экзамена по русскому языку как иностранному, истории России и основам законодательства Российской Федерации, заключенным между Федеральным государственным автономным образовательным учреждением высшего образования «Российский университет дружбы народов» и ООО Учебный центр профессионального развития». Согласно договору ФГА ОУВО «РУДН» является организацией, проводящей экзамен, а ООО «УЦПР» является заказчиком.

Исходя из трудовых договоров, заключенных ФИО9 и ФИО8 с ФГА ОУВО «РУДН», а также в ООО «УЦПР», а также вышеуказанного приказа и.о. проректора ФГА ОУВО «РУДН», ФИО9 и ФИО8 безусловно осуществляли организационно-распорядительные функции и именно были наделены полномочиями по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия, а не только лишь выполняли свои профессиональные обязанности.

Апеллирование стороны защиты к судебным решениям по иным делам, при различных фактических обстоятельствах, которые были установлены судами при их рассмотрении, неубедительно.

Отсутствие должностных инструкций ФИО9 и ФИО8, как в материалах настоящего уголовного дела, так и в материалах уголовного дела по обвинению ФИО9 и ФИО8 по ч.1 ст.291.2 УК РФ, рассмотренному мировым судьей судебного участка № 2 Ленинского района г.Магнитогорска Челябинской области ДД.ММ.ГГГГ, не ставит под сомнение правильность осуждения ФИО1 по ч.1 ст.291.2 УК РФ.

Исходя из взаимосвязанного анализа трудовых договоров, приказа и.о. проректора ФГА ОУВО «РУДН», показаний ФИО9 и ФИО8 безусловно следует, что ФИО9 и ФИО8 не только выполняли техническую работу при проведении экзамена, но и именно сами, исходя из возложенных на них обязанностей и наделенных полномочий, оценивали результаты экзамена, проставляли количество баллов, набранных экзаменуемыми, то есть, с учетом установленных законом минимальных требований к сдаче экзамена по русскому языку, фактически принимали решения о том, сдал ли иностранный гражданин экзамен или нет.

Иностранные граждане получали сертификаты о владении русским языком, знании истории России и основ законодательства Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, то есть, на следующий день после сдачи экзамена. То обстоятельство, что ни ФИО9, ни ФИО8 не являлись подписантом этих сертификатов, никоим образом не нивелирует того обстоятельства, что именно в результате проставляемых ими оценок, то есть, о фактическом принятии решения о сдаче экзамена, и возникали определенные правовые последствия для получения иностранными гражданами разрешения на временное проживание, вида на жительство, разрешения на работу либо патента как оснований для нахождения этих иностранцев на территории России.

О том, что такие решения, влекущие определенные правовые последствия, фактически принимались именно ФИО9 и ФИО8 безусловно свидетельствует и то обстоятельство, что изначально документы с результатами сдачи ФИО23у., как ненабравшего минимально необходимое количество баллов – 10-ти, в ФГА ОУВО «РУДН» не направлялись, что помимо сведений о выдаче сертификатов, подтверждается показаниями свидетеля ФИО15 о том, что ФИО23у. не сдал экзамен и ему назначили пересдачу стало известно именно в день сдачи экзамена (л.д.10 т.5).

Принимая экзамен у иностранных граждан, будучи работниками ФГА ОУВО «РУДН», и будучи включенными в состав соответствующей комиссии, ФИО9 и ФИО8 в своей деятельности по приему экзаменов и выставлению оценок безусловно выступали членами государственной экзаменационной (аттестационной) комиссии.

Совокупность вышеуказанных обстоятельств во взаимосвязи с тем, что осужденный длительное время оказывал миграционные услуги, безусловно подтверждает то, что ФИО1, зная о месте работы ФИО9 и ФИО8 и о выполняемых ими обязанностях именно по приему и оценке экзамена, то есть, именно по оценке знаний иностранцев русского языка, истории России и основ законодательства Российской Федерации, безусловно осознавал, что последние являются должностными лицами, осуществляющими организационно-распорядительные функции и наделенные полномочиями по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия.

Размер взятки как мелкий, то есть, не превышающий 10 000 рублей, установлен верно.

Истребование и исследование судом апелляционной инстанции приказа и.о. проректора Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Российский университет дружбы народов» от ДД.ММ.ГГГГ №-цк направлено на проверку доводов стороны защиты и никоим образом не находится в зависимости от наличия либо отсутствия апелляционных ходатайств, которые могли бы содержать доводы на ухудшение положения осужденного. То обстоятельство, что государственный обвинитель в заседании суда первой инстанции не заявлял ходатайство об истребовании соответствующего доказательства не препятствует суду апелляционной инстанции истребовать его самому.

На момент исследуемых обстоятельств вышеуказанный приказ являлся действующим. В связи с чем, позиция стороны защиты о неправомерности включения в него ФИО9 и ФИО8 лишь по причине отсутствия их должностных инструкций, неубедительна.

Отсутствие должностных инструкций ФИО9 и ФИО8, как и исключение судом первой инстанции из объема обвинения ФИО1 указание на включение ФИО9 и ФИО8 в состав комиссии по проведению экзамена приказом и.о. проректора Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Российский университет дружбы народов» от ДД.ММ.ГГГГ №-цк, на существо и законность приговора в отношении ФИО20 не влияет.

По смыслу закона обязательность приведения в приговоре прав и обязанностей должностного лица имеет значение в случае осуждения именно такового, как это вытекает из взаимосвязанного толкования положений п.22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 N 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» и п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 N 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях». В свою очередь, именно ФИО1 не является должностным лицом.

То обстоятельство, что ФИО9 и ФИО8 получали денежные средства за сдачу экзамена, а затем самостоятельно, за вычетом причитающихся им сумм в качестве взятки, самостоятельно вносили их в банк за сдачу экзамена, не ставит под сомнение законность приговора в отношении ФИО1 и не опровергает установленные судом обстоятельства. В любом случае, оговоренная между ФИО1 с ФИО9 и ФИО8 сумма незаконного вознаграждения за их незаконные действия, входящие в их полномочия, по оказанию содействия в успешной сдаче иностранными гражданами экзамена на знание русского языка, без надлежащей проверки соответствующих знаний, оставались у ФИО9 и ФИО8

Уголовное дело возбуждено при наличии соответствующих поводов и оснований, предусмотренных ст.140 УПК РФ. Следователь и надзирающий прокурор действовали в пределах, предусмотренных ст.ст.171, 221 УПК РФ.

Назначая осужденному ФИО1 наказание, суд руководствовался положениями ст.ст.6, 43, 60 УК РФ, учел характер и общественную опасность преступлений, отнесенных к категориям небольшой и средней тяжести, личность ФИО1, наличие совокупности смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд учел возраст и состояние здоровья осужденного, возраст и состояние здоровья его близких родственников, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, оказание помощи супруге, сыну, матери, отчиму, у которых имеются проблемы со здоровьем, оказание материальной помощи совершеннолетним детям.

Иных обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, но не учтенных при вынесении приговора, материалы уголовного дела не содержат. Оснований полагать, что обстоятельства, смягчающие наказание, учтены не в полной мере, не имеется.

Наличие у ФИО1 постоянного места жительства и регистрации, удовлетворительная характеристика по месту жительства, проживание в зарегистрированном браке, отсутствие судимости, наличие трудовой деятельности, ненахождение на специализированных медицинских учетах не являются обстоятельствами, смягчающими наказание, предусмотренными ч.1 ст.61 УК РФ и уголовный закон не обязывает суд признавать их таковыми в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ. Вместе с тем, как видно из приговора, эти данные, характеризующие личность осужденного, безусловно приняты во внимание при назначении ему вида и размера наказания.

Учитывая характер, общественную опасность, тяжесть совершенных ФИО1 преступлений, несмотря на наличие данных, положительно характеризующих его личность, и смягчающих обстоятельств, совокупность которых не является исключительной, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, и обстоятельств существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, суд пришел к правильным выводам о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде исправительных работ с удержанием из заработной платы в доход государства и в виде лишения свободы, и отсутствии оснований для применения положений ст.64 УК РФ. Соответствующие мотивированные выводы суда первой инстанции суд апелляционной инстанции разделяет и не усматривает оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ применительно к преступлению, предусмотренному ч.1 ст.322.1 УК РФ.

Положения ст.71 УК РФ и ч.2 ст.69 УК РФ применены правильно. Максимальные пределы наказания в виде лишения свободы, окончательно назначенного по совокупности преступлений, с примененным принципом частичного сложения, не превышены.

Приняв во внимание все вышеуказанные обстоятельства, изучив личность ФИО1, суд правильно пришел к выводу о возможности постановления приговора об его условном осуждении к назначенному наказанию в виде лишения свободы, поскольку исправление ФИО1 и предупреждение совершения им новых преступлений может быть достигнуто без изоляции от общества, в котором он социально адаптирован.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями ст.15 УПК РФ. Судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами процессуальных обязанностей и осуществления своих прав.

Данных, свидетельствующих о нарушении прав участников судебного разбирательства, а также обвинительном уклоне судебного разбирательства, не имеется. Как видно из материалов уголовного дела, суд не обязывал сторону защиты доказывать невиновность ФИО1 Заявление стороной защиты ходатайств об истребовании и приобщении дополнительных доказательств, которые были удовлетворены судом, исследование этих доказательств и их оценка судом, представляют собой реализацию стороной защиты полномочий, предоставленных ч.1 ст.49 УПК РФ и ч.1 ст.53 УПК РФ.

Судом не допускалось каких-либо высказываний в ходе рассмотрения уголовного дела, могущих свидетельствовать о сформированности определенных предубеждений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию, предусмотренных ст.73 УПК РФ, до удаления в совещательную комнату.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, ч.2 ст.389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

п о с т а н о в и л:

приговор Ленинского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 11 апреля 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Звягинцева Л.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных ходатайств через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований ст.401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные ходатайства подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст.401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае кассационного рассмотрения дела, лица, участвующие в нем, вправе ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий