Апелляционное определение № 22-325/2026 от 1 апреля 2026 г.

ИИ помощник КонсультантПлюс для юриста

Председательствующий Тетенко Ю.С. Дело № 22-325/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ


г. Абакан 2 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:

председательствующего - судьи Маркова Е.А.,

судей Коробка Т.В., Боргояковой О.В.,

при секретаре судебного заседания – помощнике судьи Смокотниной Т.В.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Республики Хакасия Потаповой Л.В.,

защитника осужденного ФИО4 - адвоката Кочубина А.Н.,

осужденного ФИО4,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление помощника прокурора г. Саяногорска Республики Хакасия Бондаревой Д.А., апелляционную жалобу (основную и дополнительные) защитника осужденного - адвоката Кочубина А.Н. на приговор Саяногорского городского суда Республики Хакасия от 19 декабря 2025 г. в отношении ФИО4.

Заслушав доклад судьи Маркова Е.А. по обстоятельствам дела, доводам апелляционного представления и апелляционной жалобы (основной и дополнительным), возражений на апелляционную жалобу, выслушав мнения участников судебного заседания, судебная коллегия, -

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО4, родившийся <данные изъяты>, не судимый, -

приговором Саяногорского городского суда Республики Хакасия от 19 декабря 2025 г. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 8 ст. 204 УК РФ, ч. 6 ст. 204 УК РФ, и ему назначено наказание:

- по ч. 8 ст. 204 УК РФ (по факту получения 2 550 323 рублей) - в виде штрафа в размере 4 500 000 (четыре миллиона пятьсот тысяч) рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с проведением испытаний в металлургическом производстве, организацией и осуществлением контроля качества поступающих в металлургическое производство сырья, материалов, готовой продукции, на срок 3 (три) года;

- по ч. 6 ст. 204 УК РФ (по факту получения 107 100 рублей) – в виде штрафа в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с проведением испытаний в металлургическом производстве, организацией и осуществлением контроля качества поступающих в металлургическое производство сырья, материалов, готовой продукции, на срок 2 (два) года.

На основании ч.ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначено наказание в виде штрафа в размере 4 800 000 (четыре миллиона восемьсот тысяч) рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с проведением испытаний в металлургическом производстве, организацией и осуществлением контроля качества поступающих в металлургическое производство сырья, материалов, готовой продукции, на срок 4 (четыре) года.

С учетом времени задержания ФИО4 в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ с 22 июля 2024 г. по 23 июля 2024 г., времени нахождения под домашним арестом в период с 24 июля 2024 г. по 10 апреля 2025 г., которое в соответствии с ч. 10 ст. 109 УПК РФ, п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ засчитывается в срок содержания под стражей, в соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ назначенное основное наказание в виде штрафа смягчено до 4 600 000 (четырех миллионов шестьсот тысяч) рублей.

Взыскано с ФИО4 в доход государства 2 657 423 рубля в счет конфискации денежных средств, полученных в виде коммерческих подкупов.

До исполнения приговора в части конфискации денежных средств сохранен арест на принадлежащее ФИО4 имущество:

- транспортное средство марки «<данные изъяты>», 2012 г.в., государственный регистрационный знак <данные изъяты>, идентификационный номер <данные изъяты>;

- транспортное средство марки <данные изъяты>, 2015 г.в., государственный регистрационный знак <данные изъяты>, идентификационный номер <данные изъяты>;

- жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, кадастровый номер <данные изъяты>.

Гражданский иск представителя гражданского истца АО «<данные изъяты>» ФИО1 оставлен без рассмотрения.

С ФИО4 в доход федерального бюджета Российской Федерации взысканы процессуальные издержки в сумме 10 166 (десять тысяч сто шестьдесят шесть) рублей 40 копеек, связанные с участием адвоката по назначению на стадии предварительного расследования.

Приговором разрешены вопросы о мере пресечения, вещественных доказательствах.

Приговором суда ФИО4 признан виновным и осужден за незаконное получение лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег, за совершение действий в интересах дающего и иных лиц, если указанные действия входят в служебные полномочия такого лица, совершенное в особо крупном размере (2 550 323 рубля); за незаконное получение лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег, за совершение действий в интересах дающего и иных лиц, если указанные действия входят в служебные полномочия такого лица, совершенное в значительном размере (107 100 рублей).

Вышеуказанные преступления совершены на территории <адрес> в период с 01 марта 2019 г. по 06 августа 2021 г. (ч. 8 ст. 204 УК РФ) и в период с 05 сентября 2022 г. по 16 августа 2023 г. (ч. 6 ст. 204 УК РФ) и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении помощник прокурора г. Саяногорска Республики Хакасия Бондарева Д.А. считает, что суд при назначении осужденному ФИО4 наказания не в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенных коррупционных преступлений, направленных против интересов службы в коммерческих и иных организациях, одно из которых относится к категории особо тяжкого. Без учета длительности периодов совершенных преступлений, не принимая во внимание, что преступная деятельность осужденного была прекращена в результате расторжение договоров поставки, последнему назначен наиболее мягкий вид наказания. При этом, в результате назначения дополнительного вида наказания, относящегося к профессиональной деятельности осужденного, вызывает сомнение реальная возможность исполнения им наказания в виде штрафа, учитывая также, что осужденный является инвалидом 3 группы.

Просит приговор изменить в ввиду мягкости назначенного наказания, назначить осужденному наказание по ч. 8 ст. 204 УК РФ в виде лишения свободы на срок 8 лет со штрафом в десятикратном размере суммы коммерческого подкупа равной 25 503 230 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с проведением испытаний в металлургическом производстве, организацией и осуществлением контроля качества поступающих в металлургическое производство сырья, материалов, готовой продукции, на срок 3 года; по ч. 6 ст. 204 УК РФ в виде лишения свободы на срок 2 года со штрафом в десятикратном размере суммы коммерческого подкупа равной 1 071 000 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с проведением испытаний в металлургическом производстве, организацией и осуществлением контроля качества поступающих в металлургическое производство сырья, материалов, готовой продукции, на срок 3 года. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ назначить наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет со штрафом в десятикратном размере суммы коммерческого подкупа равной 26 038 230 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с проведением испытаний в металлургическом производстве, организацией и осуществлением контроля качества поступающих в металлургическое производство сырья, материалов, готовой продукции, на срок 4 года.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительных) адвокат Кочубин А.Н., действуя в интересах осужденного ФИО4, считает приговор незаконным и подлежащим отмене. В обоснование указывает о допущенной фальсификации материалов уголовного дела оперативными сотрудниками ОМВД России по г. Саяногорску; допущенных нарушениях положений закона, регламентирующих основания и порядок возбуждения уголовных дел по ст. 204 УК РФ; допущенном органом предварительного следствия и судом нарушении права осужденного на защиту, выразившееся в лишении возможности лично допросить главного свидетеля обвинения ФИО2, что повлекло возникновение существенного противоречия о том, передавались ли ФИО4 денежные средства.

Считает, что по результатам судебного следствия установлено, что ФИО4 не нарушал закон, показания свидетелей об обратном были ими даны в результате возможного привлечения каждого из них к уголовной ответственности.

Показания осужденного ФИО4, который не признал свою вину, не опровергнуты исследованными по делу доказательствами, что следует толковать в его пользу, а обжалуемый приговор должен быть отменен.

ФИО4 не мог оказать какого-либо содействия в продвижении для поставки на завод сырья. При этом апеллянт ссылается на показания свидетеля ФИО3 о том, что приобретение лигатуры Саяногорским алюминиевым заводом была вызвана производственной необходимостью, и ФИО4 ни коим образом в этом ни кому не содействовал.

Наравне с этим апеллянт ссылается на уведомление о несоответствии качества сырья от 16 марта 2022 г. № <данные изъяты>, указывая о том, что его подзащитный в период с 21 февраля 2022 г. по 12 марта 2022 г. находился в очередном отпуске и не оказывал кому-либо содействие.

Обращает внимание, что суд вышел за рамки предъявленного ФИО4 обвинения, указав в его должностные обязанности пункты, которые отсутствуют в его должностной инструкции.

Ссылаясь на предъявленное ФИО4 обвинение, из содержания которого следует о перечислении ФИО23 денежных средств ФИО5 в сумме 445 613 руб., ФИО6 в сумме 274 936 руб., ФИО7 перечислено ФИО5.– 570 480 руб., апеллянт указывает, что суммарное исчисление названных сумм составляет 1 291 029 руб., а орган следствия указанную сумму определяет в размере 1 979 863 руб. и к которой безосновательно, при отсутствии доказательств, подтверждающих транзакции, добавлено ещё 570 480 руб.

Наравне с этим апеллянт выражает несогласие с выводами суда о наличии явной технической ошибки при указании в предъявленном обвинении сведений о размерах перечисленных денежных средств, считая, что суд вышел за пределы предъявленного обвинения, что является основанием для отмены приговора.

Ссылаясь на разъяснения, содержащиеся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 г. № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» и от 09 июля 2013 г. № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», полагает, что ФИО4 необоснованно признан должностным лицом, поскольку из содержания должностной инструкции не следует, что ему полагалось осуществлять руководство и контроль за работниками. Вмененные ему должностные полномочия, такие как отстранять от работы лиц, находящихся в состоянии алкогольного опьянения, не относятся к организационно-распорядительным и административно-хозяйственным функциям. Руководство в отношении двух подчиненных ему работников он не осуществлял, не имел права принять их на работу, уволить, поощрить их либо наложить на них взыскание. Создание программ, сбор сведений от других структурных подразделений, формирование и подписание отчета относятся к трудовым техническим обязанностям.

Опровергая показания свидетеля ФИО8 о том, что ФИО4 выполнял управленческие функции в коммерческой организации, апеллянт указывает, что его подзащитный не принимал участие в работе каких-либо комиссий, а показания данного свидетеля противоречат должностным обязанностям ФИО4, указанных в должностной инструкции последнего.

Считает, что приговор является чрезмерно суровым, назначенное осужденному наказание лишает его право осуществлять трудовую деятельность и не учитывает состояние здоровья самого осужденного и его сына-инвалида. Не принято во внимание, что у осужденного ФИО4 на иждивении находятся члены его семьи: супруга, являющая пенсионером, несовершеннолетняя дочь и сын-инвалид.

Полагает, что суд незаконно сохранил арест на имущество осужденного в качестве обеспечительной меры конфискации денежных средств. При этом апеллянт указывает, что суд посчитал, что арестованное имущество получено в результате совершения осужденным преступных действий, не приведя доказательств связи владения имуществом с преступным деянием, что противоречит требованиям ст. 104.1 УК РФ. Расчет стоимости арестованного имущества произведен произвольно, без надлежащей экспертной оценки. При этом судом не учтены интересы членов семьи осужденного ФИО4, в частности сына-инвалида, который нуждается в реабилитации и ему с 13 августа 2024 г. бессрочно необходимо транспортное средство. Реабилитационные мероприятия ребенку-инвалиду осуществлялись осужденным ФИО4 с использованием автомобиля марки «<данные изъяты>». Ипотека за квартиру в <адрес> оплачивалась супругой и дочерью осужденного, а потому оставление ареста на данное имущество нарушает их права.

Судом не были исследованы нижеизложенные доказательства, на которые имеются ссылки в обжалуемом приговоре: л.д. 22-23, 241-242 том № 1, л.д. 14 том № 2, л.д. 93-114 том № 4, л.д. 62-67 том № 6 (фактически оглашены листы 62-65), л.д. 105-111 том № 7 (фактически оглашены листы 105-112), л.д. 125-127 том № 7, л.д. 245, 247 том № 8, л.д. 169 том № 13, л.д. 212-213 том № 14, л.д. 4-6 том № 15, л.д. 9-19 том № 17.

С учетом изложенного, защитник полагает, что обжалуемый приговор подлежит отмене с оправданием осужденного ФИО4 либо при установлении обстоятельств, предусмотренных ст. 237 УПК РФ, с возвращением дела прокурору.

В возражении на апелляционную жалобу защитника помощник прокурора г. Саяногорска Республики Хакасия Бондарева Д.А. считает несостоятельными доводы апелляционной жалобы (основной и дополнительных). Приводит краткое описание каждого из инкриминируемых осужденному деяний и указывает, что последний, исходя из должностных инструкций, являлся лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации. Показания свидетеля ФИО2 были оглашены в связи с заключением им контракта с Министерством обороны и нахождением в зоне специальной военной операции. Довод защитника о нарушениях, допущенных при возбуждении уголовного дела, был проверен судом и признан несостоятельным с изложением соответствующей мотивировки. Юридическая оценка действиям осужденного дана верно. Конфискация денежных средств осуществлена в соответствии с требованиями ст. 104.1 УК РФ. Арест на имущество сохранен с целью обеспечения принятого решения в части конфискации имущества. Просит апелляционную жалобу защитника (основную и дополнительные) оставить без удовлетворения.

В судебном заседании защитник Кочубин А.Н. и осужденный ФИО4 апелляционную жалобу (основную и дополнительные) поддержали, просили приговор отменить по изложенным в ней доводам, в удовлетворении апелляционного представления просили отказать.

Прокурор Потапова Л.В. по доводам апелляционной жалобы возражала, настаивала на удовлетворении требований апелляционного представления об изменении приговора по изложенным в нём основаниям.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб и возражений на апелляционные жалобы, заслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; существенное нарушение уголовно-процессуального закона; неправильное применение уголовного закона; несправедливость приговора. Таковых по настоящему делу не установлено.

Нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального законов, повлиявшие на исход данного дела, отсутствуют.

Несмотря на доводы, приведенные стороной защиты в жалобах и в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия не усматривает оснований для постановления в отношении ФИО4 оправдательного приговора, поскольку позиция стороны защиты о его невиновности, неверной, неполной оценке исследованных доказательств и недопустимости некоторых из них является несостоятельной.

Вопреки доводам жалобы защитника, все предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию и имеющие существенное значение для разрешения уголовного дела, судом первой инстанции установлены. Обжалуемый приговор соответствует требованиям ст.ст. 303, 304, 307, 308 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства каждого из преступных деяний, установленных судом, приведены и проанализированы доказательства, в том числе обосновывающие вывод суда о виновности осужденного в преступлениях, за которые он осужден, мотивировано мнение относительно его квалификации и по другим вопросам, подлежащим разрешению при постановлении обвинительного приговора.

Каких-либо неясностей и противоречий, которые бы ставили под сомнение обоснованность осуждения ФИО4, в выводах судом не допущено. Таковые основаны на достоверных доказательствах и полностью соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Утверждения стороны защиты, повторяемые в апелляционных жалобах, об отсутствии в деле доказательств вины ФИО4 опровергаются совокупностью таковых. При этом, вопреки доводам апелляционных жалоб защитника, в материалах уголовного дела не имеется и в суд не представлено подтверждения искусственного создания органом уголовного преследования доказательств обвинения.

Выводы суда первой инстанции о виновности осужденного, вопреки утверждениям автора апелляционной жалобы об обратном, основаны на согласующихся и взаимно дополняющих друг друга показаниях свидетелей, исследованных протоколах следственных действий, документах и иных допустимых и достоверных доказательствах, которые в достаточном объеме приведены в приговоре.

Несогласие защитника с положенными в основу приговора доказательствами, как и с их оценкой, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности осужденного, отсутствии в его действиях состава каждого из преступлений, а также об обвинительном уклоне суда.

Предварительное и судебное следствие проведены в условиях состязательности сторон, нарушения права на защиту допущено не было. Сторонам были предоставлены равные возможности представления доказательств и выступления в обоснование своей позиции, все заявленные ходатайства были разрешены. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется. Из протокола судебного заседания видно, что со стороны председательствующего судьи не проявлялась предвзятость либо заинтересованность по делу. Нарушений принципов состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел нарушений уголовно-процессуального закона при проведении предварительного расследования по уголовному делу, в том числе связанных с возбуждением уголовных дел. Уголовные дела возбуждены уполномоченными должностными лицами, с соблюдением порядка вынесения соответствующих постановлений (л.д. 1-5, 14-17, 68-71 том № 1).

Тот факт, что в ходе рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции не было исследовано заявление руководителя коммерческой организации, в которой ФИО4 выполнял свои должностные обязанности, не влечет оснований для отмены приговора, поскольку ФИО4, как при возбуждении уголовных дел, так и в предъявленном ему обвинении, инкриминируется совершение коммерческих подкупов в интересах дающих и иных лиц, а вред в результате его действий был причинен АО «<данные изъяты>», работником которого ФИО4 не являлся.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 г. № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», в случае причинения вреда интересам других организаций уголовное преследование за злоупотребление полномочиями в коммерческой или иной организации осуществляется на общих основаниях.

Таким образом, уголовное преследование за преступления, предусмотренные гл. 23 УК РФ, в частности, по ст. 204 УК РФ, за коммерческий подкуп, совершенный лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием, может осуществляться не только лишь по заявлению либо с согласия руководителя данной организации, но и на общих основаниях в случае причинения вреда интересам иных организаций.

Отсутствие в постановлениях о возбуждении уголовных дел и в обвинении, предъявленном ФИО4, указаний на наступившие последствия не исключает наличие в его действиях составов инкриминируемых преступлений, которые являются формальными и в соответствии с диспозицией статьи не требуют наступления конкретных общественно-опасных последствий.

С учетом изложенного, судебная коллегия не находит оснований согласиться с доводами апелляционных жалоб защитника о допущенных при возбуждении уголовных дел нарушениях закона.

В суде первой инстанции, как и в ходе предварительного следствия, ФИО4 виновным себя по предъявленному обвинению не признал, настаивал, что инкриминируемых ему преступлений он не совершал, реквизиты банковских карт ни кому не сообщал, денежных средств от кого-либо, в том числе от ФИО2, не получал; должностным лицом он не является, организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями не обладает; к числу лиц, согласовывавших протоколы комиссии по аттестации сырья, он не относился; им согласовывались лишь отчеты испытаний. О поступлении денежных средств в размере 107 100 рублей на банковскую карту его супруги, ему что-либо не известно, супруга занимается активной общественной деятельностью, является председателем родительского комитета класса, поэтому деньги могли быть ей перечислены для проведения каких-либо мероприятий.

Свидетель ФИО9 (супруга осужденного) показала, что источник поступления переводов денежных средств на её банковскую карту в сумме 9100 рублей 05 сентября 2022 г. и в сумме 98 000 рублей 15 августа 2023 г. ей не известен.

Версия осужденного ФИО4 была проверена в суде первой инстанции, обоснованно и мотивированно отклонена, поскольку противоречит исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам, в том числе, показаниями свидетелей, которые были допрошены как непосредственно в ходе судебного следствия, так и на досудебной стадии производства по уголовному делу.

Так, свидетели ФИО10 и ФИО11. показали, что они являлись совместными собственниками производственного комплекса, переданного в аренду ООО «<данные изъяты>», осуществлявшего поставку сырья в период с 2017 г. по 2021 г. в адрес Саяногорского алюминиевого завода. Директором данного общества являлся ФИО12, но каждый из них принимал соответствующие управленческие решения в деятельности названного общества, поэтому они были заинтересованы в получении обществом прибыли. ФИО11, будучи знаком с ФИО4, состоящим в должности начальника отдела литья структурного подразделения ООО «<данные изъяты>» на Саяногорском алюминиевом заводе, договорился с последним за денежное вознаграждение в способствовании в прохождении промышленных, опытно-промышленных испытаний и последующей аттестации продукции ООО «<данные изъяты>», а также в оказании противодействия иным конкурирующим фирмам. О названной договоренности был поставлен в известность ФИО10. Вознаграждение производилось в денежном выражении безналичным способом путем перечисления на банковскую карту на имя ФИО6, реквизиты которой сообщил ФИО4 Денежные средства последнему перечислял ФИО23, с которым было заключено агентское соглашение о менеджерском обслуживании ООО «<данные изъяты>» по поставкам сырья. В последующем ФИО4 сообщил реквизиты другой банковской карты на имя ФИО5., попросив перечислять денежные средства на данную карту. В марте 2021 г. соглашение с ФИО23 прекратили и с этого времени по просьбе ФИО11. денежные средства ФИО4 стал перечислять ФИО7, который имел долговые обязательства перед ФИО11 С ФИО2 ни кто из них не знаком, поэтому денежные средства ему не перечисляли.

Свидетель ФИО23. подтвердил, что сотрудничая с ООО «<данные изъяты>» в качестве менеджера по продажам сырья для металлургического производства, в период с 2019 г. по 2021 г. по просьбе ФИО11, он (ФИО23) переводил денежные средства на банковскую карту ФИО6, а затем ФИО5 Реквизиты банковских карт ему (ФИО23.) сообщил ФИО11, который также передавал ему денежные средства, подлежащие переводу. В отсутствии ФИО11 денежные средства передавал ФИО10 От ФИО11 ему (ФИО23.) было известно, что переводы фактически осуществляются ФИО4 за прохождение испытаний продукции ООО «<данные изъяты>». Полученные денежные средства он (ФИО23) предварительно перечислял на свою банковскую карту, а затем на банковские карты вышеназванных лиц.

Свидетель ФИО7 показал, что поддерживая деловые отношения с ФИО10 и ФИО11, по просьбе последнего в качестве взаиморасчетов с марта по август 2021 г. он производил перечисление определенных денежных средств на банковскую карту на имя ФИО5, реквизиты которой сообщил ФИО11 Перечисление производил со своей банковской карты на банковскую карту ФИО5

Свидетель ФИО12 показал, что на протяжении длительного времени он знаком с ФИО11 и ФИО10. Каждый из них осуществлял деятельность, связанную с производством и реализацией сырья для металлургической промышленности: флюсов и лигатур. В 2016 г. по предложению ФИО11 и ФИО10 было учреждено ООО «<данные изъяты>», единственным учредителем и генеральным директором которого являлся он (ФИО12.). Однако ФИО10 и ФИО11. также принимали участие во всех управленческих функциях данного предприятия, в частности, ФИО10. был ответственным за производственные вопросы, ФИО11 – за финансовые. Он (ФИО12.) курировал реализацию флюсов, ФИО23, работавших по агентскому договору, курировал реализацию лигатур. Сырье поставлялось на заводы группы компании «<данные изъяты>». В связи с этим каждый из них был знаком с руководителями подразделений названной компании, в том числе с ФИО4, который был ответственный за испытание продукции ООО «<данные изъяты>».

В 2021 г. либо 2022 г. во время одной из встреч с ФИО13 и ФИО14, каждый из которых занимает одну из руководящих должностей ООО «<данные изъяты>», названные лица сообщили, что их компания не может пройти аттестацию для дальнейших поставок продукции на завод АО «<данные изъяты>», при этом причины им не называют. ФИО13. и ФИО14 требовалось установить контакты с кем-либо из работников завода АО «<данные изъяты>», ответственными за испытания продукции. Он (ФИО12.) договорился с ними, что по агентскому договору, заключенному между ООО «<данные изъяты>» и его бывшей супругой ФИО15., им (ФИО12.) будет оказана помощь в испытании продукции и информировании о возникших технологических проблемах, связанных с применением смазки ООО «<данные изъяты>». Получив согласие, он (ФИО12.) созвонился с ФИО4, которому сообщил, что в дальнейшем будет представлять интересы ООО «<данные изъяты>» и попросил информировать его о результатах испытаний продукции данного предприятия за денежное вознаграждение, размер которого будет определяться от объема поставляемой для испытания продукции. ФИО4 ответил согласием. ООО «<данные изъяты>» в адрес АО «<данные изъяты>» для проведения испытаний была осуществлена поставка продукции: 13 декабря 2022 г. смазка «<данные изъяты>» в количестве 180 кг, «<данные изъяты>» в количестве 400 кг; 23 мая 2023 г. «<данные изъяты>» в количестве 400 кг. В дальнейшем, денежные средства по агентскому договору из расчета 50 рублей за 1 кг поставленной для испытания продукции переводились ООО «<данные изъяты>» на счет ИП ФИО15.: в сентябре 2022 г. 20 000 рублей, в феврале 2023 г. – 147 700 рублей, в августе 2023 г. – 100 000 рублей. Он (ФИО12.) в счёт обязательств перед ФИО4, из расчета 22 рубля за 1 кг поставленной для испытания продукции, со своей банковской карты перевёл на банковскую карту супруги ФИО4 денежные средства в сумме 9 100 рублей 05 сентября 2022 г. и 98 000 рублей 15 августа 2022 г. Предварительно звонил ФИО4, интересуясь на какой счёт осуществить перевод. Сведения о реквизитах банковской карты ФИО4 сообщил ему посредством мессенджера «whatsapp».

ФИО4 направлял ему фотоснимки с выдержками об отчетах испытаний, сообщал о замечаниях и рекомендациях по их устранению, о чем он (ФИО12), в свою очередь, ставил в известность ФИО13 Сами отчеты испытаний предоставлены не были, поскольку ФИО4 боялся утечки информации, так как поставщики имели право общаться только с дирекцией коммерческого отдела предприятия. Его (ФИО12.) бывшая супруга о взаимоотношениях с ФИО4 в известность поставлена не была.

Свидетель ФИО15 подтвердила, что по просьбе бывшего супруга между ней и ООО «<данные изъяты>» был заключен агентский договор на оказание услуг по продажи продукции названного Общества. Она была номинальной стороной договора. ФИО12 поставил её в известность, что фактически услуги от её имени будут оказаны им. При этом ФИО12 имел доступ к её расчетному счёту.

Свидетели ФИО14 и ФИО13, состоящие соответственно в должностях коммерческого директора и директора по развитию ООО «<данные изъяты>», показали, что данное предприятие осуществляет выпуск смазок и смазочно-охлаждающей жидкости. В течении длительного времени предприятию не удавалось внедрить свою продукцию в компанию АО «<данные изъяты>». Помощь им была оказана ФИО12., с супругой которого был заключен агентский договор. Вознаграждение ФИО12. зависело от количества поставок продукции, поэтому последний был заинтересован в положительном принятии решения промышленных испытаний продукции. Договор поставки с АО «<данные изъяты>» был заключен 30 июня 2022 г. После оплаты заказчиком поставленной продукции, ФИО12 было выплачено агентское вознаграждение в размере 267 700 рублей, которые были переведены на счет ФИО15

Свидетель ФИО6 показала, что её банковской картой мог пользоваться супруг ФИО2 Её двоюродный брат ФИО5, проживающий в <адрес>, приезжая к ним в гости, передал её супругу банковскую карту на своё имя.

Свидетель ФИО5. показал, что банковская карта <данные изъяты> была им открыта по месту своего жительства в <адрес> по просьбе супруга двоюродной сестры ФИО6 – ФИО2 и передана последнему в мае 2019 г. по приезду в <адрес>. Сам лично данной банковской картой он не пользовался.

Из показаний свидетеля ФИО2, полученных на досудебной стадии производства по уголовному делу и оглашенных в судебном заседании в соответствии с п.п. 4, 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, следует, что в силу занимаемой им должности начальника участка отделения алюминия АО «<данные изъяты>» он знаком с ФИО4 В феврале 2019 г. в вечернее время последний позвонил ему по телефону с просьбой получить перевод на банковскую карту, сообщив, что его карта заблокирована. Он (ФИО2) сообщил номер банковской карты своей супруги, которой последняя не пользовалась. В последующем по просьбе ФИО4 в банкоматах дважды в апреле и мае 2019 г. снимал перечисляемые последнему денежные средства в сумме 150 000 и 100 000 рублей и передавал их ФИО4 В дальнейшем, не желая, чтобы денежные средства последнему перечислялись на банковскую карту его (ФИО2) супруги, обратился к ФИО5 с просьбой открыть банковскую карту. ФИО5, приехав в гости в <адрес>, передал ему банковскую карту <данные изъяты>, реквизиты которой он сообщил ФИО4 Далее он (ФИО2) проверял банковскую карту и снимал поступавшие денежные средства, передавая их ФИО4 В конце 2021 г. последний сообщил, что ему больше не требуются услуги по получению на банковскую карту денежных средств (л.д. 62-67, 68-70, 71-74 том № 6).

Свидетель ФИО18 (начальник службы качества АО «<данные изъяты>») показала, что в производстве названной компании используется продукция, прошедшая испытания. Лабораторные испытания продукции проводятся в испытательно-аналитическом центре службы качества завода. За организацию опытно-промышленных и промышленных испытаний на заводе в <адрес> отвечает отдел литья ООО «<данные изъяты>» под руководством ФИО4 Сотрудники службы качества участвуют в опытно-промышленных и промышленных испытаниях, осуществляя контроль процессов и продуктов. Результаты проведенных лабораторных испытаний сотрудниками информационно-аналитического центра службы качества передаются в отдел литья ООО «<данные изъяты>» для формирования отчета. Отчет после его подготовки согласовывается руководителями подразделений завода, указанных в программе испытаний. В обязательном порядке любой отчет о проведении опытно-промышленных и промышленных испытаний согласуется начальником отдела литья ФИО4

По результатам испытаний с поставщиком продукции может быть заключен договор поставки. За отбор проб и измерение характеристик продукции (сырья или материалов) квалифицированного поставщика отвечает служба качества завода. Если в процессе литейного производства возникают проблемы из-за сырья или материалов, то в службу качества должна поступать заявка на дополнительный контроль продукции, который осуществляется сотрудниками службы качества, а при необходимости привлекается отделом литья.

На завод АО «<данные изъяты>» по результатам испытаний поставлялась продукция ООО «<данные изъяты>»: флюсы и таблетированные лигатуры. За период поставки данного сырья на завод службой качества были выявлены два факта отклонений от требований.

Так, 22 сентября 2020 г. от указанного поставщика поступила партия легирующего материала – таблетки легирующие железо-флюс марки Fe80F. 24 сентября 2020 г. службой качества АО «<данные изъяты>» при входном контроле в результате отбора проб и лабораторных исследований было выявлено отклонение по содержанию железа от сертификата ООО «<данные изъяты>»: согласно сертификата содержание железа 80%, а методом отбора проб было выявлено содержание железа 83,9%. По нормам технической спецификации для производства завода АО «<данные изъяты>» допускалось содержание железа 78-82%. Кроме того, службой качества в таблетках лигатуры выявлено наличие измельченного лома металлов. По требованиям технической спецификации не допускается использовать в качестве сырья для легирующего компонента стружку и измельченный лом металлов, которые по визуальному признаку определяются наличием частиц металла, содержащим следы окрашивания, смазки, ржавчины и загрязнений. В связи с выявленными отклонениями службой качества в адрес начальника отдела литья Саяногорского алюминиевого завода ООО «<данные изъяты>» ФИО4, директора литейного производства ФИО17, коммерческого директора ФИО16 было направлено уведомление о несоответствии качества сырья/материалов. Комиссией, в состав которой входил, в том числе, и ФИО4, принято решение о возможности вовлечения несоответствующего сырья/материалов в производство с выполнением мероприятий, указанных в протоколе от 25 сентября 2020 г.

14 марта 2022 г. на склад АО «<данные изъяты>» поступила партия легирующего материала - таблетки легирующие железо-флюс марки Cu80F производителя ООО «<данные изъяты>». На следующий день, службой качества при входном контроле в результате визуального контроля было выявлено отклонение по внешнему виду брикетов лигатуры Cu80F, имеющей зеленоватый оттенок, отличающийся от ранее поступивших, что предположительно являлось окислением, а в соответствии с требованиям технической спецификации не допускались на поверхности брикетов загрязнения любого характера. 16 марта 2022 г. в связи с выявленными отклонениями службой качества в адрес начальника отдела литья ФИО4, директора литейного производства ФИО17, коммерческого директора ФИО16 было направлено уведомление о несоответствии качества сырья/материалов.

ФИО4 поставил резолюцию следующего содержания: «продукты вероятного окисления меди не могут быть подвержены со 100% вероятностью. Возможно есть гидроксихлорид меди, но его не много. Если в смеси и есть продукты коррозии меди, то их количество не велико». Комиссией, в состав которой входил, в том числе, и ФИО4, принято решение о возможности вовлечения несоответствующего сырья/материалов в производство по программе испытаний, то есть лигатура должна была пройти дополнительные испытания. Программа испытаний была согласована ФИО4 за день до этого, то есть 15 марта 2022 г., в 09 часов 41 минуту. Испытания в соответствии с данной программой проводились, лигатура Cu80F была вовлечена в производство.

Свидетель ФИО20 (менеджер отдела литья литейного центра обособленного подразделения в г. <адрес> ООО «<данные изъяты>») показал, что информационно-технологический центр оказывает техническое сопровождение, разработку нормативных документов и программ на проведение опытно-промышленных и промышленных испытаний сырья, поставляемого в адрес АО «<данные изъяты>», взаимодействуя с дирекцией литейного производства данного Акционерного общества в рамках договора технической поддержки. По результатам испытаний подготавливаются отчеты. Начальник отдела литья является ответственным лицом за проведение опытно-промышленных испытаний сырья и материалов, оформление отчета по результатам испытаний. Данные отчеты проходят согласование с литейным производством, службой качества и лабораторией завода, а затем руководителями дирекций. О прохождении испытаний продукции уведомляется поставщик, с которым взаимодействует коммерческая дирекция. Отчет формируется в электронной форме документооборота компании и согласуется заинтересованными лицами в электронной форме, на бумажных носителях не хранится. По результатам испытаний квалификационной комиссией устанавливается проходит ли испытания продукция и может ли быть использована в производстве, либо не проходит испытания и требуются улучшение её характеристик. С 2016 г. руководит отделом литья литейного центра ФИО4

В 2022 г. он (ФИО20) участвовал в проведении лабораторных, опытно-промышленных и промышленных испытаний масла «<данные изъяты>» производства ООО «<данные изъяты>». Названное масло прошло испытания в ускоренном режиме, поскольку не было иной альтернативы. Затем в процессе промышленного применения на производстве были выявлены недостатки данного масла и оно перестало применяться в производстве.

Также с 2022 г. он участвовал в проведении опытно-промышленных и промышленных испытаний масла «<данные изъяты>» производства ООО «<данные изъяты>». Названное масло обладало особенностями в виде плохой смываемости с поверхности кристализатора, что могло приводить к изготовлению дефектной продукции. Данное масло рассматривалось как альтернативное тому, что использовалось в производстве. Отчеты о проведении вышеуказанных испытаний масел «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» подготавливал он (ФИО20). ФИО4 согласовывал указанные отчеты, и всегда интересовался у него ходом проведения испытаний указанных масел. Он предоставлял ФИО4 всю информацию о ходе испытания масел.

Смазочно-охлаждающая жидкость «<данные изъяты>» не проходила испытаний, заявки для проведения испытаний данной жидкости не было.

Продукция ООО «<данные изъяты>» ему знакома, он проводил испытания таблетированных лигатур железа и флюсовых препаратов для чистки миксеров. Таблетированные лигатуры железа прошли испытания, флюсовые препараты практическое применение на заводе не нашли. Отчеты по испытаниям согласовывал ФИО4

С 2023 г. продукция ООО «<данные изъяты>» не поставляется на заводы АО «<данные изъяты>». Производство флюсовых препаратов в АО «<данные изъяты>» в настоящее время собственное, лигатуры поставляются в основном из <адрес>.

Свидетель ФИО19 (директор департамента экономической безопасности в дирекции по защите ресурсов АО «<данные изъяты>») сообщила о структуре Объединенной компании «<данные изъяты>», в состав которой входит Саяногорский алюминиевый завод; об использовании для выпуска готовой продукции из алюминия легирующих материалов и флюсов, первые из которых применяются для создания определенного химического состава сплава, вторые – для очистки расплава, защиты от выгорания основных элементов в расплаве.

Кроме того, из показаний свидетеля ФИО19 следует, что использование некачественного сырья лигатур в производстве влечет увеличение его количества, некачественных флюсов - приводит к повышенному шлакообразованию и повышенному содержанию алюминия в самом шлаке. В результате чего компания несёт убытки от вовлечения в производство дополнительного сырья, переработки дополнительного объема шлака, а также потери алюминия. В компании с 2013 г. разработан Регламент проведения аттестации производителей сырья и материалов по качеству сырья, предусматривающий лабораторные, опытно-промышленные и промышленные виды испытаний. Испытания производятся по заявкам коммерческой дирекции. Для лабораторных условий сырьё поставляется на безвозмездной основе; при опытно-промышленных и промышленных испытаниях – оплачивается компанией в объеме месячного производства. Для лигатур проводятся все три вида испытаний, для флюса – опытно-промышленные и промышленные. Результаты опытно-промышленных и промышленных видов испытаний оформляются в виде отчета начальником отдела литья литейного центра ООО «<данные изъяты>» каждого завода компании. Процесс испытания осуществляется на сновании программы, подготовленной начальником отдела литья литейного центра, который является ответственным за выполнение пунктов испытаний. Его же указания исполняют сотрудники дирекции литейного производства. Программа согласуется в системе электронного документооборота. Начальник отдела литья литейного центра по результатам каждого вида испытаний формирует карточку «Рабочее согласование». После чего квалификационной комиссией принимается решение о дальнейших действиях с испытуемым сырьём, а именно перевод на другой этап испытаний, квалификация, повторные испытания на том же этапе. Сырьё, не прошедшее испытание, не допускается в производственный процесс, что предусмотрено п. 5.2 Регламента.

С 2008 г. поставку сырья на заводы компании осуществляли фирмы, которые были аффилированы между собой и подконтрольны одним и тем же лицам: ФИО11 и ФИО10 До 2013 г. поставляемое сырью закупалось без проведения испытаний. С 2013 г. сырьё должно было пройти процедуру аттестации с прохождением всех этапов испытаний. Данное требование в отношении сырья ООО «<данные изъяты>» не исполнялось, поскольку названное Общество являлось единственным поставщиком, осуществляло свою работу на той же производственной площадке, где ранее работали иные аффилированные с ним фирмы, которыми ранее осуществлялись в компанию поставки этого же сырья. В связи с чем, без проведения испытаний с ООО «<данные изъяты>» 05 апреля 2017 г. был заключен договор поставки. Входной контроль сырья осуществлялся на основании сертификатов, которые были разработаны ООО «<данные изъяты>» по результатам собственных лабораторных исследований. Непосредственно компанией «<данные изъяты>» лабораторные испытания сырья не проводились в виду отсутствия аттестованных методик.

По результатам опытно-промышленных и промышленных испытаний сырья формировался отчет о технологических параметрах, свойствах испытываемого сырья, материала. Начальник отдела литья литейного центра завода, таковым в <адрес> являлся ФИО4, вносит в отчет выводы по результатам проведенных испытаний, в том числе ограничения или возможность использования испытываемого сырья на заводах компании «<данные изъяты>», а также соответствие технологических свойств, испытываемых сырья или материала требованиям технической спецификации и технологического процесса алюминиевого завода. После подготовки отчета начальник отдела литья литейного центра либо его подчиненный загружает его на согласование в СЭД ««<данные изъяты>» (система электронного документооборота, управления бизнес-процессами, совместной работой и взаимоотношениями с клиентами и контрагентами). В согласовании участвуют сотрудники, определенные Регламентом по аттестации по зонам своей ответственности согласно определенному функционалу. Указанные сотрудники при согласовании могут давать рекомендации по дальнейшим испытаниям, действиям с производителями сырья и не могут корректировать фактические данные отчета (показатели, значения), полученные в процессе самих испытаний. Рекомендации могут быть основаны исключительно на данных, занесенных в отчет по испытаниям начальником отдела литья литейного центра ООО «<данные изъяты>». К обязанностям последнего отнесено осуществление руководства и контроля работы подчиненных сотрудников; контроль своевременности и качества выполнения работниками отдела литья порученных им работ согласно распределению обязанностей; проведение лабораторных, опытно-промышленных и промышленных испытаний партий сырья и материалов, а также сырья и материалов новых поставщиков для литейного производства алюминиевого завода компании «<данные изъяты>»; определение возможности использования новых видов сырья и материалов в действующем производстве готовой продукции литейного производства алюминиевого завода компании «<данные изъяты>»; начальник отдела литья самостоятельно принимает решения по вопросам своей компетенции, выявляет и совместно со службой персоналом, службой по защите ресурсов, юридической службой обеспечивает обязательное оперативное увольнение работников, причинивших компании «<данные изъяты>» финансовый, имущественный или иной ущерб. Он имеет допуск ко всей технологической документации компании «<данные изъяты>».

По своим характеристикам сырьё ООО «<данные изъяты>» было некачественным, что приводило к вовлечению её в производство в наибольшем количестве и соответственно увеличению себестоимости выпускаемой компанией продукции.

Никто из лиц, ответственных на производстве за качество выпускаемой компанией продукции, не оглашал вопросы о некачественном сырье, соответствующие претензии в адрес поставщика не направлялись.

Ответственными за разработку норм сырья являлись начальники отдела литья ООО «<данные изъяты>» каждого из заводов компании.

ФИО4 является членом квалификационной комиссии, которая принимает решение о квалификации новых сырья, материалов на основании отчета по испытаниям; принимает решения о вовлечении несоответствующего по качеству сырья; участвует в создании требований к сырью и материалам, которые в том числе распространялись на ООО «<данные изъяты>» и других альтернативных поставщиков (л.д. 90-98 том № 6).

Показания вышеперечисленных свидетелей суд первой инстанции обоснованно признал достоверными, поскольку они объективно соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и подтверждены совокупностью доказательств, которым суд дал надлежащую оценку с точки зрения допустимости и достоверности.

Каких-либо оснований ставить под сомнение достоверность показаний свидетелей, в том числе ФИО11, ФИО10, ФИО23, ФИО12, которые наравне с ФИО4 были привлечены к уголовной ответственности и в последующем были освобождены от неё на основании примечания 2 к ст. 204 УК РФ, у суда не имелось.

Имевшиеся противоречия в досудебных и судебных показаниях свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО23, ФИО12, ФИО18, ФИО20, ФИО5, ФИО7 разрешены в ходе судебного разбирательства, названные свидетели подтвердили достоверность своих досудебных показаний, приведенных в приговоре. Судебная коллегия не усматривает неразрешенных противоречий в показаниях указанных свидетелей.

Показания свидетелей ФИО15, ФИО14, ФИО13, ФИО19, полученные в ходе предварительного следствия, оглашены в судебном заседании с согласия сторон.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника о нарушении права защиты на непосредственный допрос свидетеля ФИО2, суд первой инстанции правильно расценил участие данного лица в специальной военной операции (л.д. 76, 81 том № 6, л.д. 40 том № 17) как чрезвычайное обстоятельство, препятствующее его явке в суд, и являющееся основанием в соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 281 УПК РФ для оглашения в суде его показаний на предварительном следствии вне зависимости от согласия стороны защиты.

Данных, свидетельствующих о наличии у каждого из вышеуказанных свидетелей, в том числе у ФИО2, оснований для оговора осужденного ФИО4 из материалов уголовного дела не усматривается. Из установленных судом обстоятельств следует, что неприязненных отношений с этими свидетелями у ФИО4 не было. Конкретные основания к оговору осужденного свидетелями не представлено.

Показания всех вышеуказанных свидетелей последовательны, подробны, не содержат существенных противоречий, подтверждаются совокупностью других исследованных судом доказательств, в том числе:

- выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, имеющих отношение к событию каждого из преступлений (л.д. 20-24, 25-35, 36-58, 200-205 том № 2);

- приказы о назначении ФИО4 на должность (л.д. 210, 212 том № 3);

- должностные инструкции начальника отдела литья литейного центра обособленного подразделения в <адрес> ООО «<данные изъяты>» (л.д. 195-200, 201-204 том № 3);

- нормативная документация Объединенной компании «<данные изъяты>», включая Регламент проведения аттестации производителей сырья и материалов по качеству (л.д. 3-15, 16-28, 30-52 том № 13), Стандарты, определяющие требования к порядку взаимодействия подразделений компаний при выявлении поставки несоответствующего качества сырья и материалов (л.д. 61-87, 137-161 том № 13);

- договоры поставок сырья, материалов и продукции (л.д. 89-102 том № 8, л.д. 55-58 том № 13, 128-146 том № 7);

- документальные сведения, подтверждающие согласование 25 сентября 2020 г. должностными лицами АО «<данные изъяты>», в том числе ФИО4, возможности вовлечения лигатуры марка Fe80F производителя ООО «<данные изъяты>» (л.д. 196-197, 198 том № 13);

- программы испытаний и отчеты о проведении испытаний сырья и материалов поставщиков ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» (л.д. 149-186 том № 5);

- выписки по банковским счетам, подтверждающие факт перечисление денежных средств при обстоятельствах, указанных при описании события каждого из преступлений (л.д. 241-242 том № 1, л.д. 123-135, 189-193, 207-208, 217-221, 236-239 том № 8);

- заключение эксперта от 13 августа 2024 г. № <данные изъяты> судебной бухгалтерской экспертизы, согласно которому на банковскую карту № <данные изъяты> (лицевой счет № <данные изъяты>), открытую на имя ФИО6 в ПАО «<данные изъяты>», от ФИО23 в период с 01 августа 2018 г. по 07 ноября 2022 г. (включительно) поступили денежные средства в общей сумме 274 935 рублей. На банковскую карту № <данные изъяты> (лицевой счет № <данные изъяты>), открытую на имя ФИО5 в ПАО «<данные изъяты>», от ФИО23 в период с 10 мая 2019 г. по 30 ноября 2021 г. (включительно) поступили денежные средства в общей сумме 445 613 рублей. На банковскую карту № <данные изъяты> (лицевой счет № <данные изъяты>), открытую на имя ФИО9 (супруга осужденного) в ПАО «<данные изъяты>», от ФИО12 в период с 06 июля 2019 г. по 28 августа 2024 г. (включительно) поступили денежные средства в общей сумме 107 100 рублей: 05 сентября 2022 г. в сумме 9 100 рублей, 15 августа 2023 г. в сумме 98 000 рублей (л.д. 150-179 том № 8),

а также иными письменными материалами дела, сведения о которых подробно приведенными в приговоре.

Положенные судом в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, а потому обоснованно признаны судом допустимыми. Данные доказательства были исследованы судом в соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ, проверены, исходя из положений ст. 87 УПК РФ, в совокупности с другими доказательствами по делу, нашли свое полное подтверждение и были оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ, с точки зрения их достаточности, полноты, допустимости и относимости к рассматриваемым событиям.

Проанализировав должностную инструкцию начальника отдела литья литейного центра обособленного подразделения в <данные изъяты> ООО «<данные изъяты>» орган предварительного следствия и суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО4, занимая названную должность, выполнял организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции.

Согласно п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 г. № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» как административно-хозяйственные функции надлежит рассматривать полномочия должностного лица по управлению и распоряжению имуществом и (или) денежными средствами, находящимися на балансе и (или) банковских счетах организаций, учреждений, воинских частей и подразделений, а также по совершению иных действий (например, по принятию решений о начислении заработной платы, премий, осуществлению контроля за движением материальных ценностей, определению порядка их хранения, учета и контроля за их расходованием).

Из содержания должностной инструкции начальника отдела литья литейного центра обособленного подразделения в <данные изъяты> ООО «<данные изъяты>» как от 15 сентября 2015 г., так и от 20 марта 2020 г., сведения о которых подробно изложены при описании события каждого из преступлений, за совершение которых осужден ФИО4, не следует, что на него были возложены полномочия, которые относятся к разряду административно-хозяйственных функций.

Кроме того, возложение на него таких должностных обязанностей, как осуществлять руководство и контроль работы подчиненных сотрудников; контролировать своевременность и качество выполнения работниками отдела литья порученных им работ согласно распределению обязанностей; выявлять и совместно со службой управления персоналом, службой по защите ресурсов, юридической службой обеспечивать обязательное оперативное увольнение работников, причинивших Объединенной компании «<данные изъяты>» финансовый, имущественный или иной ущерб; контролировать трудовую дисциплину в подчиненном подразделении и обеспечивать обязательное оформление дней отсутствия работников в соответствии с трудовым законодательством, а также наделение его права отстранять от работы работников отдела литья, появившихся на работе в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения, с составлением акта, не обуславливают его привлечение к уголовной ответственности за совершение тех действий, которые он выполнил в интересах ООО «<данные изъяты>» в лице ФИО11. и ФИО10, а также в интересах ООО «<данные изъяты>» в лице ФИО12

В тоже время, в соответствии с постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 г. № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» к организационно-распорядительным функциям относятся полномочия лиц по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия (абз. 2 п. 4).

Судом первой инстанции достоверно установлено, что к должностным обязанностям ФИО4, как начальника отдела литья литейного центра обособленного подразделения в <данные изъяты> ООО «<данные изъяты>», отнесены, в том числе, проведение лабораторных, опытно-промышленных и промышленных испытания партий сырья и материалов для литейного производства алюминиевого завода ОК «<данные изъяты>»; разработка норм расхода легирующих материалов при изменении технологии производства и требований к готовой продукции литейного производства алюминиевого завода ОК «<данные изъяты>»; участие в определении причин отклонений качественных характеристик продукции и разработка рекомендации по их устранению (внутренний брак и претензионная работа) в литейном производстве алюминиевого завода ОК «<данные изъяты>»; организация разработки и корректировки технологической документации литейного производства алюминиевого завода ОК «<данные изъяты>», выявление и исследование технологических факторов, влияющих на производственные процессы и разработка корректирующих мероприятий для литейного производства алюминиевого завода ОК «<данные изъяты>»; участие в разработке требований к основному сырью и материалам, используемых в литейном производстве алюминиевого завода ОК «<данные изъяты>»; определение возможности использования новых видов сырья и материалов в действующем производстве готовой продукции литейного производства алюминиевого завода ОК «<данные изъяты>». Наравне с этим он был наделен правом издавать распоряжения по департаменту технологии литья по вопросам его компетенции; представления интересов ООО «<данные изъяты>» по вопросам, входящим в его компетенцию; принимать участие в решении всех вопросов, касающихся деятельности департамента технологии литья.

Проведение лабораторных исследований, опытно-промышленных и промышленных испытания партий сырья и материалов для литейного производства алюминиевого завода ОК «<данные изъяты>», которые как указано выше отнесены к должностным обязанностям ФИО4, являются этапами процесса аттестации производителей сырья и материалов по качеству, которая проводилась с в соответствии с Регламентами, утвержденными Распоряжениями АО «<данные изъяты>» от 07 августа 2014 г. и от 04 июля 2019 г. Названным Регламентами были установлены действия начальника отдела литья литейного центра ООО «<данные изъяты>» на алюминиевом заводе по составлению программы испытаний и соответствующих отчетов по результатам испытаний, на основании которых принимались решения об аттестации производителя, который получал возможность осуществлять поставки сырья и материалов на алюминиевый завод АО «<данные изъяты>», а у заказчика возникала обязанность принять и оплатить поступившее сырье и материалы.

Кроме того, управляющей компанией «<данные изъяты>» был разработан и утвержден 02 августа 2018 г. Стандарт, определяющий требования к порядку взаимодействия подразделений компаний при выявлении поставки несоответствующего качества сырья и материалов, которым определены действия начальника отдела литья литейного центра обособленного подразделения ООО «<данные изъяты>», в том числе об оценки возможности вовлечения несоответствующего сырья в производство.

Таким образом, ФИО4, как начальник отдела литья литейного центра обособленного подразделения в <адрес> ООО «<данные изъяты>» был наделен полномочиями по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия, которые относятся к организационно-распорядительным функциям, следовательно, он обладал управленческими функциями в коммерческой организации, а потому, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, обоснованно привлечен к уголовной ответственности по каждому из инкриминируемых ему деяний, за совершение тех действий, которые описаны при изложении событий каждого из преступлений.

Учитывая названные обстоятельства, судебная коллегия, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, не находит оснований подвергать сомнению показания свидетеля ФИО19. о том, что ФИО4 выполнял управленческие функции в ООО «<данные изъяты>».

Показания свидетеля ФИО3 (начальника отдела материально-технического снабжения АО «<данные изъяты>») о том, что в сентябре 2020 г. лигатура Fe80F на Саяногорский алюминиевый завод была доставлена с завода «<данные изъяты>» (завод по производству фольги и упаковочных материалов на её основе) в связи с производственной необходимостью, что бы не останавливать выпуск готовой продукции, носят предположительный характер, что следует из их содержания (л.д. 162 том № 17).

Сам по себе факт производственной необходимости приобретения сырья ООО «<данные изъяты>», в том числе как у единственного поставщика, вопреки доводам стороны защиты, не является основанием для освобождения осужденного ФИО4 от уголовной ответственности, поскольку при установлении службой качества на входном контроле несоответствия качества поставленной 22 сентября 2020 г. партии легирующего материала установленным требованиям, именно ФИО4, действуя в интересах поставщика сырья, 25 сентября 2020 г. согласовал дальнейшее вовлечение данного сырья в производство.

Ссылка защитника в апелляционной жалобе на наличие уведомления о несоответствии качества сырья от 16 марта 2022 г. № 501-0016-22, как в обоснование отсутствия вины его подзащитного в инкриминируемом ему преступлении в виду его нахождения в отпуске в период с 21 февраля 2022 г. по 12 марта 2022 г., не может быть признана состоятельной, поскольку осужденному ФИО4 вменено совершение действий в интересах ООО «<данные изъяты>» в период с 01 марта 2019 г. по 06 августа 2021 г.

К тому же, как следует из вышеизложенных показаний свидетеля ФИО18 (начальник службы качества АО «<данные изъяты>») на уведомлении от 16 марта 2022 г. о несоответствии качества сырья ФИО4 поставил резолюцию следующего содержания: «продукты вероятного окисления меди не могут быть подвержены со 100% вероятностью. Возможно есть гидроксихлорид меди, но его не много. Если в смеси и есть продукты коррозии меди, то их количество не велико». Комиссией, в состав которой входил, в том числе, и ФИО4, принято решение о возможности вовлечения несоответствующего сырья/материалов в производство по программе испытаний, которая была им согласована 15 марта 2022 г., в 09 часов 41 минуту. Испытания в соответствии с данной программой проводились, лигатура Cu80F была вовлечена в производство.

Учитывая изложенное, судебная коллегия учитывает, что названное также подтверждает совершение ФИО4 действия, входящих в его служебные полномочия, в интересах ООО «<данные изъяты>».

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, суд на основе исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах установил цели и мотивы совершенных ФИО4 преступлений, не согласиться с которыми судебная коллегия не находит. Нарушений требований ст. 252 УПК РФ судом первой инстанции не допущено.

Описание каждого из деяний, признанного судом доказанным, содержит те же сведения о должностных обязанностях осужденного, которые ему вменены органом предварительного следствия и следует из его должностной инструкции, а также из Регламента проведения аттестации производителей сырья и материалов по качеству и Стандартов, определяющих требования к порядку взаимодействия подразделений компаний при выявлении поставки несоответствующего качества сырья и материалов.

Вместе с тем, поскольку судебная коллегия пришла к выводу об отсутствии у ФИО4 при исполнении своих должностных обязанностей административно-хозяйственных функций, то из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключение на указание об этом, что в свою очередь не изменяет фактические обстоятельства каждого из преступлений, за которые осужден ФИО4, и не уменьшает объем предъявленного ему обвинения относительно тех действий, которые обуславливают привлечение его к уголовной ответственности по ст. 204 УК РФ.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что в предъявленном обвинении органом следствия допущена техническая ошибка при указании сведений о суммах, которые были перечислены осужденному ФИО4

Так, исходя из предъявленного осужденному обвинения по ч. 8 ст. 204 УК РФ следует, что ФИО23, действуя согласно достигнутой с ФИО11 договоренности:

- перечислил с банковского счета № <данные изъяты>, открытого на его имя в отделении № <данные изъяты> ПАО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, на банковский счет № <данные изъяты>, открытый на имя ФИО6 в дополнительном офисе № <данные изъяты> № <данные изъяты> ПАО <данные изъяты> по адресу: <адрес>, к которому привязана банковская карта № <данные изъяты>, в сумме 274 932 руб., из которых: <***> руб. зачислены на счет 01 марта 2019 г. в 14 час. 39 мин.; 80 427 руб. зачислены на счет 01 апреля 2019 г. в 12 час. 54 мин.; 109 329 руб. зачислены на счет 03 мая 2019 г. в 15 час. 18 мин.;

- внес в отделении № <данные изъяты> ПАО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, на банковский счет <данные изъяты>, открытый на имя ФИО5 в офисе № <данные изъяты><данные изъяты> ПАО <данные изъяты>» по адресу: <адрес>, к которому привязана банковская карта № <данные изъяты>, в общей сумме 1 215 529 руб., из которых: 78 528 руб. зачислены на счет 02 июля 2019 г. в 17 час. 13 мин; 85 930 руб. зачислены на счет 30 августа 2019 г. в 19 час. 45 мин.; 76 918 руб. зачислены на счет 30 сентября 2019 г. в 17 час. 07 мин.; 49 950 руб. зачислены на счет 02 декабря 2019 г. в 19 час. 06 мин.; 219 200 руб. зачислены на счет 31 января 2020 г. в 19 час. 12 мин.; 220 419 руб. зачислены на счет 28 февраля 2020 г. в 19 час. 39 мин., 134 516 руб. зачислены на счет 27 марта 2020 г. в 19 час. 04 мин.; 110 980 руб. зачислены на счет 31 июля 2020 г. в 14 час. 32 мин.; 111 809 руб. зачислены на счет 31 августа 2020 г. в 17 час. 14 мин.

Суд первой инстанции уточнил общую суммы перечисленных денежных средств, а именно вместо 274 932 руб. указал 274 935 руб., вместо 1 215 529 руб. указал 1 088 250 руб., согласно суммарного исчисления иных указанных денежных средств, зачисленных на расчетные счёта:

- <***> + 80 427 + 109 329 = 274 935;

- 78 528 + 85 930 + 76 918 + 49 950 + 219 200 + 220 419 + 134 516 + 110 980 + 111 809 = 1 088 250.

При этом итоговая сумма коммерческого подкупа за данное преступление (2 550 323 руб.), несмотря на внесенные судом первой инстанции изменения, осталась неизменной.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что в данном случае органом предварительного следствия допущены явные технические ошибки (опечатки), исправление которых не влияют на фактические обстоятельства содеянного, не нарушает пределов судебного разбирательства и права обвиняемого на защиту.

При изложенных обстоятельствах, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, судебная коллегия приходит к выводу, что органом предварительного следствия не было допущено существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловное возвращение уголовного дела прокурору, а внесенные судом первой инстанции изменения в описание преступного деяния не влекут оснований для отмены обжалуемого приговора.

Довод апелляционной жалобы защитника о неверном исчислении денежных средств, полученных осужденным ФИО4 в качестве коммерческого подкупа, является несостоятельным.

Описание события преступления, предусмотренного ч. 8 ст. 204 УК РФ, изложенное в приговоре, а также предъявленное ФИО4 органом следствия обвинение с учетом внесенных судом первой инстанции уточнений, о чем указано выше, содержит указание о перечислении денежных средств:

- ФИО23 на банковский счёт на имя ФИО6 в сумме 274 935 руб. (85179+80427+109329) и 43 786 руб., то есть на общую сумму 318 721 руб.;

- ФИО23 на банковский счёт ФИО5 в сумме 1 088 250 руб. (78528+85930+76918+49950+219200+220419+134516+110980+111809), 127 259 руб., 442 643 руб. (94208+40720+112099+45459+17719 руб.41949+8500+31125+50864), то есть на общую сумму 1 661 122 руб.;

- ФИО7 на банковский счёт ФИО5 в сумме 570 480 руб. (67154+503326).

В суммарном отношении данная сумма составляет 2 550 323 руб. (318721+ 1661122+570480).

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, размер перечисляемых денежных средств, указанный при описании события каждого из преступлений, подтвержден как выводами заключения эксперта судебной бухгалтерской экспертизы, так и выписками по банковским счетам ФИО6, ФИО5, ФИО9, ФИО12, сведения о которых на информационных носителях (оптических дисках) были предоставлены банковскими учреждениями по запросам органа следствия в установленном законом порядке, что исключает возможность искажения, содержащейся в них информации, которая подтверждена иными исследованными по делу доказательствами, и как следствие, опровергает довод апелляционной жалобы защитника, о допущенной фальсификации материалов уголовного дела оперативными сотрудниками ОМВД России по г. Саяногорску.

Факт получения именно ФИО4 перечисленных ФИО23 и ФИО7 денежных средств в интересах ФИО10 и ФИО11 подтвержден свидетелем ФИО2

Рассматривая доводы апелляционной жалобы защитника об обосновании приговора материалами дела, которые не были исследованы в судебном заседании, судебная коллегия приходит к следующим выводам:

- протокол промышленных испытаний комиссии по аттестации от 27 сентября 2022 г. (л.д. 92-93 том № 4), требования к флюсам и их испытания от 09 февраля 2018 г. (л.д. 112-114 том № 4) были исследованы, что следует из протокола судебного заседания от 25 августа 2025 г. (стр. 13 протокола судебного заседания; л.д. 130 том № 17);

- оглашены показания свидетеля ФИО2, содержащиеся в материалах дела листы 62-65 том № 6. На листах 66-67 этого же тома находится копия паспорта данного свидетеля, которая не является доказательством по настоящему делу в том смысле, который указан в ст. 74 УПК РФ. Сведения об оглашении протокола допроса свидетеля изложены в протоколе судебного заседания от 29 сентября 2025 г. (стр. 99 протокола судебного заседания; л.д. 173 том № 17);

- оглашены показания свидетеля ФИО13, содержащиеся в материалах дела листы 105-111 том № 7 и приложение к протоколу допроса, содержащееся на листах 112-113 том № 7. Сведения об оглашении названных документов изложены в протоколе судебного заседания от 29 сентября 2025 г. (стр. 105 протокола судебного заседания; л.д. 176 том № 17);

- оглашен протокол осмотра документов с фототаблицей, содержащиеся на листах 125-127 том № 7. Сведения об их исследовании изложены в протоколе судебного заседания от 25 августа 2025 г. (стр. 17 протокола судебного заседания; л.д. 132 том № 17);

- сведения об ознакомлении с листами 241-242 том № 1 (сопроводительный лист о направлении результатов оперативно-розыскной деятельности), листами 245, 247 том № 8 (информация Сбербанк о месте нахождения операционных офисов банка) исследованы 25 августа 2025 г. (стр. 29 протокола судебного заседания, л.д. 138 том № 17);

- на листах 169, 170 том № 13 содержатся запрос органа следствия в адрес Генерального директора АО «<данные изъяты>» о предоставлении документов, имеющих значение по уголовному делу, и сопроводительный лист о направлении запрашиваемых документов. Непосредственные доказательства содержатся в материалах дела на листах 171-200 том № 13, которые были исследованы в судебном заседании и приведены по тексту обжалуемого приговора;

- ссылка на стр. 82 приговора на листы уголовного дела: «(т. 14 л.д. 212-213)» с указанием на постановление суда о разрешении производства обыска в жилище по месту жительства осужденного, является явной технической ошибкой (опечаткой), которая не влияет на объективность судебного решения. При этом судебная коллегия учитывает, что соответствующее постановление имеется в материалах уголовного дела на листах 212-213 том № 7, которое было исследовано в судебном заседании, что следует из протокола судебного заседания от 25 августа 2025 г. (лист 18 протокола);

- л.д. 22-23 том № 1 – постановление о соединении уголовных дел, действительно не было исследовано, однако указанный процессуальный документ не является доказательством;

При изложенных обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции не было допущено нарушение положений ст. 240 УПК РФ. Приговор обоснован материалами уголовного дела, которые в соответствии со ст. 74 УПК РФ, отнесены к доказательствам, исследованными в судебном заседании, при отсутствии оснований для признания их недопустимыми.

Документальные сведения о имевшихся у осужденного ФИО4 заболеваниях (л.д. 10-19 том № 17) не были исследованы судом первой инстанции, однако заболевания учтены в качестве смягчающих наказание обстоятельств.

Данных для признания назначенного ФИО4 наказания чрезмерно суровым либо чрезмерно мягким судебная коллегия не усматривает, поскольку все заслуживающие внимания обстоятельства полностью учтены при решении вопроса о назначении наказания.

Наказание осужденному определено в соответствии со ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, одно из которых относится к категории средней тяжести, второе – особо тяжкого, а также данных о личности виновного, которые были подробно исследованы в судебном заседании, в том числе возраста осужденного и состояния его здоровья, положительных характеристик, отсутствия судимостей, влияния наказания на его исправление и условия жизни его семьи, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств.

Положительные характеристики личности осужденного, наличие на момент совершения каждого из преступлений двух несовершеннолетних детей, состояние здоровья как самого осужденного, так и его родственников, наличие у него заболеваний и инвалидности, инвалидность сына и оказание материальной помощи последнему, признаны судом смягчающими обстоятельствами и в полной мере учтены при назначении наказания.

Имевшихся у осужденного ФИО4 заболевания являются последствиями производственной травмы, в результате которой ему была установлена третья группа инвалидности (л.д. 220 том № 15), что в свою очередь учтено судом первой инстанции в качестве сведений, характеризующих личность осужденного ФИО4 (л.д. 212-215 том № 15) и признано смягчающим наказание обстоятельством.

Каких-либо иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которых имелись в материалах дела, но не учтенных судом, не установлено.

Вывод суда о необходимости назначения осужденному ФИО4 наказания в виде штрафа, размер которого по каждому из преступлений определен в соответствии с ч. 3 ст. 46 УК РФ, с учетом имущественного и семейного положения осужденного, а также возможности получения осужденным заработной платы или иного дохода при наличии у него соответствующего образования и профессиональных качеств. Данный вид наказания надлежащим образом мотивирован в приговоре со ссылкой на характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, условия жизни его семьи, материальное положение, состояние здоровья. Оснований не соглашаться с данным выводом у судебной коллегии не имеется, поскольку такое наказание, вопреки доводам апелляционного представления, будет наиболее полно отвечать принципу справедливости, способствовать исправлению осужденного, предупреждению совершения им иных преступлений.

Таким образом, наличие на иждивении у осужденного ФИО4 дочери, учащейся средней общеообразовательной школы, не является основанием для снижения размера штрафа, назначенного как за каждое преступление, так и по совокупности преступлений.

Вопреки доводам защитника, супруга осужденного – ФИО9 не находится на иждивении у него, поскольку имеет доход от получения страховой пенсии по старости, размер которой (19 137 руб.) превышает величину прожиточного минимума пенсионера, установленную в Республики Хакасия на 2026 г. (16 613 руб.).

Равным образом, не может считаться иждивенцем сын осужденного – ФИО21., <данные изъяты>, который хоть и является инвалидом, но имеет ежемесячную денежную выплату в размере 22 942,71 руб., что как указано выше превышает величину прожиточного минимума на душу населения, установленную в Республики Хакасия на 2026 г. (19 318 руб.).

Вопреки доводам апелляционного представление, наличие у осужденного инвалидности не препятствует осуществлению ему трудовой деятельности и не исключает возможность назначения ему наказания в виде штрафа в назначенном размере.

При возникновении в стадии исполнения приговора обстоятельств, препятствующих уплате штрафа, осужденный вправе обратиться в суд с ходатайством об отсрочке или рассрочке уплаты штрафа в соответствии с ч. 2 ст. 398 УПК РФ.

Суд первой инстанции обоснованно принял решение о смягчении осужденному окончательное основное наказание в виде штрафа в соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ, учитывая, что в срок содержания под стражей в соответствии со ст. 109 УПК РФ засчитывается время домашнего ареста, и что по смыслу закона, домашний арест приравнивается в качестве меры пресечения к содержанию под стражей.

Данных для изменения категории совершенных ФИО4 преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ судом первой инстанции не установлено. Не усматривает таковых и судебная коллегия, с учетом обстоятельств совершенных преступлений и степени их общественной опасности.

Также судебная коллегия отмечает, что решение суда первой инстанции о невозможности применения к осужденному положений ст. 64 УК РФ при назначении наказания мотивировано. Никаких исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами каждого преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, по делу не имеется. Фактические обстоятельства преступлений и личность виновного не позволили суду изменить категорию каждого из преступлений на менее тяжкую.

Согласно санкции ч.ч. 6, 8 ст. 204 УК РФ при назначении основного наказания в виде штрафа (при любом способе его исчисления) назначение дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью является обязательным.

Учитывая названное, при отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, суд обоснованно признал невозможным сохранение за ФИО4 права заниматься деятельностью, связанной с проведением испытаний в металлургическом производстве, организацией и осуществлением контроля качества поступающих в металлургическое производство сырья, материалов, готовой продукций, в соответствии со ст. 47 УК РФ.

Вместе с тем, судом первой инстанции не приняты во внимание разъяснения, содержащимися в абз. 2 п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», о том, что по смыслу закона в качестве лишения права заниматься определенной деятельностью может быть установлен запрет заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных (управленческих) функций в конкретной сфере такой деятельности.

Суд первой инстанции, конкретизировав вид деятельности, не указал о том, что данный вид деятельности должен быть связан, в том числе, с осуществлением должностных полномочий, что повлечет возможность произвольного исполнения этого наказания и как следствие осужденный ФИО4 будет лишен возможности осуществлять любую трудовую деятельность с учетом его профессиональных качеств, в том числе будучи не наделен управленческими функциями.

Допущенные в этой части судом нарушения уголовного закона являются существенными, влекут последствия в виде невозможности исполнения осужденным основного наказания в виде штрафа, что в свою очередь приведет к несоблюдению требования закона о неотвратимости наказания.

При изложенных обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу об изменении приговора в части назначения осужденному ФИО4 по каждому из преступлений, а также при их совокупности, дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, связанной с проведением испытаний в металлургическом производстве, организацией и осуществлением контроля качества поступающих в металлургическое производство сырья, материалов, готовой продукций, дополнив об установлении запрета заниматься данной деятельностью при осуществлении организационно-распорядительными функциями.

Внесенные изменения не ухудшают положение осужденного, поскольку в данном случае последний не лишен возможности выполнять трудовые функции с учетом имеющихся у него профессиональных качеств, будучи не наделен управленческими полномочиями.

Оснований для установления запрета, в части осуществления осужденным ФИО4 административно-хозяйственных функций, не имеется, поскольку таковыми последний при осуществлении трудовой деятельности не обладал.

Вопреки доводам апелляционного представления прокурора, назначенное ФИО4 наказание, как основное, так и дополнительное, судебная коллегия находит справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общим началам назначения наказания, общественной опасности совершенных им преступлений, его личности, в пределах санкции ч.ч. 6, 8 ст. 204 УК РФ, полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а также принципам социальной справедливости.

Доводов, которые бы не были учтены судом первой инстанции при назначении наказания, либо новых данных о личности осужденного апелляционное представление и апелляционная жалоба не содержат.

Довод апелляционного представления о длительном периоде времени совершения преступлений коррупционной направленности не может являться основанием для принятия решения о назначении осужденному более строгого вида наказания, поскольку длительность совершения преступлений является их количественной характеристикой, которая соотносится с конкретными обстоятельствами содеянного, в данном случае с размером коммерческого подкупа, полученного осужденным в течении всего периода времени по каждому из преступлений, что определяет степень их общественной опасности; коррупционная направленность является качественной характеристикой преступлений, которая соотносится с характером их общественной опасности.

Как указано выше, названные обстоятельства, в совокупности со сведениями о личности осужденного ФИО4, были учтены судом первой инстанции при назначении осужденному наказания.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия не находит оснований считать, что назначенное осужденному ФИО4 наказание является несправедливым, как вследствие его чрезмерной мягкости, так и чрезмерной суровости.

Несмотря на вносимые судом апелляционной инстанции изменения об исключении из предъявленного осужденному ФИО4 указания по каждому из преступлений о выполнении им административно-хозяйственных функций, оснований для снижения назначенного ему наказания не имеется, поскольку, как указано выше, фактические обстоятельства содеянного не изменились, а объем обвинения не уменьшился.

Вопрос о конфискации с ФИО4 денежных средств в размере 2 657 423 рубля, полученных в результате совершения каждого из преступлений, судом разрешен верно на основании п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ.

При этом вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, с соблюдением уголовного и уголовно-процессуального закона, судом обоснованно принято решение о сохранении ареста на имущество именно в части исполнения конфискации, а не как имущество, полученного в результате совершения осужденным преступных действий. Кроме того, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника вопрос соразмерности стоимости арестованного имущества и суммы подлежащей конфискации не может быть оценен судом, поскольку в материалах дела не имеется документов подтверждающих фактическую рыночную стоимость арестованного имущества, не представлено таковых и стороной защиты.

При этом, судебная коллегия учитывает, что определение рыночной стоимости арестованного имущества проводится судебным приставом-исполнителем с участием оценщика в соответствии со ст. 85 Федерального закона от 02 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» и с учетом нормативных положений, предусмотренных Федеральный закон от 29 июля 1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», а после исполнения обжалуемого приговора в части конфискации денежных средств, в том числе за счет реализации арестованного имущества, оставшиеся денежные средства от реализации арестованного имущества, а равно оставшееся арестованное имущество, подлежат возвращению осужденному.

Вместе с тем, судебная коллегия учитывает, что взыскание в счёт конфискации денежных средств не может быть обращено на транспортное средство марки «<данные изъяты>», 2012 г.в., государственный регистрационный знак <данные изъяты>, идентификационный номер <данные изъяты>, при наличии у осужденного, а также совместно проживающего с ним члена его семьи, инвалидностей и нуждаемости каждого из них в указанном автомобиле как техническом средстве реабилитации.

В силу ч. 4 ст. 115 УПК РФ арест не может быть наложен на имущество, на которое в соответствии с Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации не может быть обращено взыскание.

Кроме того, как следует из ч. 1 ст. 79 Федерального закона от 02 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» взыскание не может быть обращено на принадлежащее должнику-гражданину на праве собственности имущество, перечень которого установлен Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01 июня 2017 г. № 19 «О практике рассмотрения судами ходатайств о производстве следственных действий, связанных с ограничением конституционных прав граждан (статья 165 УПК РФ)», в случае заявления ходатайства о наложении ареста на имущество для обеспечения исполнения приговора в части исполнения наказания в виде штрафа или для обеспечения гражданского иска, судья должен убедиться, что на указанное в ходатайстве имущество, принадлежащее подозреваемому или обвиняемому, может быть обращено взыскание по исполнительным документам с учетом положений ст. 446 ГПК РФ.

К числу такого имущества, в соответствии с абз. 10 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ, в частности, относится принадлежащие гражданину-должнику на праве собственности средства транспорта и другое необходимое гражданину-должнику в связи с его инвалидностью имущество.

Указанная правовая норма устанавливает запрет на обращение взыскания по исполнительным документам не на любое принадлежащее гражданину-должнику транспортное средство, а только на такое, которое ему необходимо в связи с его инвалидностью либо инвалидностью члена его семьи.

Нуждаемость в средстве транспорта в связи с наличием заболевания должна быть установлена медицинским учреждением.

В соответствии с ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» комплекс оптимальных для инвалида реабилитационных мероприятий, включающий в себя отдельные виды, формы, объемы, сроки и порядок реализации медицинских, профессиональных и других реабилитационных мер, направленных на восстановление, компенсацию нарушенных функций организма, формирование, восстановление, компенсацию способностей инвалида к выполнению определенных видов деятельности содержится в индивидуальной программе реабилитации или абилитации инвалида (далее индивидуальная программа реабилитации).

В силу ч.ч. 1, 3 ст. 11.1 названного Федерального закона к техническим средствам реабилитации инвалидов относятся устройства, содержащие технические решения, в том числе специальные, используемые для компенсации или устранения стойких ограничений жизнедеятельности инвалида, обеспечение которыми инвалидов принимается при установлении медицинских показаний и противопоказаний.

Согласно разъяснений Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации, изложенных в письме от 15 сентября 2015 г. № 13-5/В-1367 транспортное средство не входит в Федеральный перечень реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду, утвержденный распоряжением Правительства Российской Федерации от 30 декабря 2005 г. № 2347-р, предоставляемых инвалидам бесплатно за счет средств федерального бюджета. Вместе с тем транспортное средство является одним из видов реабилитации, поскольку, компенсируя ограниченные физические способности, в частности способность к передвижению, способствует социальной и профессиональной реабилитации инвалидов всех категорий.

Таким образом, в этом случае на принадлежащее или приобретенное в дальнейшем инвалидом либо для него транспортное средство, распространяется предусмотренный абз. 10 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ иммунитет на обращение взыскания в рамках исполнения требований исполнительного документа.

По своему правовому смыслу данная статья выступает процессуальной гарантией реализации социально-экономических прав, предоставляя, таким образом, должнику-гражданину имущественный (исполнительский) иммунитет, с тем чтобы - исходя из общего предназначения данного правового института - гарантировать должнику и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для их нормального существования и деятельности (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12 июля 2007 г. № 10-П).

Согласно правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации, суды при рассмотрении дела обязаны исследовать по существу его фактические обстоятельства и не должны ограничиваться только установлением формальных условий применения нормы; иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное ст. 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным (определение от 05 марта 2014 г. № 82-О).

Из материалов дела следует, что осужденный ФИО4 сам является инвалидом 3 группы (л.д. 220 том № 15), а также его сын ФИО21, родившийся ДД.ММ.ГГГГ г., является инвалидом с детства, ему установлена вторая группа инвалидности бессрочно (л.д. 208 том № 15). Арестованный автомобиль относится к техническим средствам реабилитации инвалида, поскольку включен в соответствующий реестр транспортных средств лиц с ограниченными возможностями. Индивидуальной программой реабилитации как осужденного ФИО4, так и его сына, подтверждается факт нуждаемости каждого из них по характеру заболевания в транспортном средстве.

Материалы дела содержат сведения о принадлежности осужденному ФИО4 иного транспортного средства марки <данные изъяты>, 2015 г.в., государственный регистрационный знак <данные изъяты>, идентификационный номер <данные изъяты>, которое относится к типу грузовое/бортовое. При этом на данное транспортное средство также был наложен арест, который сохранен судом при вынесении обжалуемого приговора до его исполнения в части конфискации денежных средств.

Сведений о принадлежности осужденному ФИО4 и членам его семьи иных транспортных средств не представлено.

Учитывая вышеназванное, судебная коллегия приходит к выводу, что на транспортное средство «<данные изъяты>», 2012 г.в., государственный регистрационный знак <данные изъяты>, идентификационный номер <данные изъяты>, не может быть обращено взыскание взамен денежных средств, подлежащих конфискации. Следовательно, арест, наложенный на указанный автомобиль подлежит отмене с его оставлением у собственника – ФИО4

Наравне с этим, судебная коллегия учитывает, что предварительная оценка стоимости иного арестованного имущества, принадлежащего осужденному: квартира – 3 124 864,86 руб., автомобиль <данные изъяты> – 410 000 руб., является достаточной и сопоставимой с размером денежных средств, подлежащих конфискации. При этом не имеется оснований для вывода об избыточности характера установленных ограничений в результате ареста на одно из транспортных средств и жилое помещение, поскольку само по себе применение названной меры не связано с реализацией данного имущества, а потому не нарушает права и законные интересы как осужденного ФИО4, так и членов его семьи.

Представленное стороной защиты решение Бейского районного суда Республики Хакасия от 11 марта 2026 г. об определении доли в праве общей собственности супругов ФИО4: Игоря Михайловича и ФИО9, а равно наличие обязательств в виде ипотеки на квартиру, не является основания для освобождения указанного имущества от дальнейшего ареста. При этом судебная коллегия учитывает, что названными лицами по взаимному согласию определены доли в праве общей собственности имущества, в том числе, находящегося под арестом, что само по себе свидетельствует о желании избежать обращения взыскания на данное имущество.

Приобретение части имущества осужденным в период брака также не является основанием для освобождения данного имущества из-под ареста.

К тому же, в силу положений ст. 442 ГПК РФ, разъяснений, изложенных в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31 марта 1978 г. № 4 «О применении законодательства при рассмотрении судами дел об освобождении имущества от ареста (исключение из описи)» споры об освобождении имущества от ареста, наложенного, в том числе, в рамках производства по уголовному делу, рассматриваются по правилам искового производства. Таким образом, заинтересованные лица вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов (ст. 3 ГПК РФ).

Решение об оставлении гражданского иска АО «<данные изъяты>» без рассмотрения является обоснованным, не оспаривается кем-либо из участников уголовного судопроизводства.

При этом судебная коллегия учитывает, что исковые требования АО «<данные изъяты>» в размере 142 387 925,57 руб. (л.д. 8-10 том № 16) заявлены представителем юридического лица не только к ФИО4, но и к ФИО11, ФИО10, ФИО23, уголовное преследование которых прекращено, а указанные лица не привлечены в качестве гражданских ответчиков по уголовному делу, допрашивались путем видеоконференц-связи с районными судами <данные изъяты>.

Таким образом, гражданский иск по делу является регрессным, не может быть рассмотрен в рамках уголовного судопроизводства.

Право регресса к лицу, причинившему вред, предусмотрено ст. 1081 ГК РФ.

Регрессный иск является, в том числе, требованием лица, исполнившего обязательство сверх собственной обязанности, к должнику о возмещении произведенных расходов. В гражданском праве также регрессный иск это требование кредитора о возврате денежной суммы, которую он излишне уплатил третьему лицу по вине должника.

В соответствии с п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 г. № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» по смыслу ч. 1 ст. 44 УПК РФ требования имущественного характера, хотя и связанные с преступлением, но относящиеся, в частности, к последующему восстановлению нарушенных прав потерпевшего (например, о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами), а также регрессные иски подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства. В этой части гражданский иск по уголовному делу суд оставляет без рассмотрения с указанием в приговоре мотивов принятого решения.

Решение об оставлении гражданского иска АО «<данные изъяты>» без рассмотрения, как форма оконченного производства, не препятствует гражданскому истцу вновь подать исковое заявление по тем же основаниям к прежним ответчикам в порядке гражданского судопроизводства.

Вопросы о мере пресечения и вещественных доказательствах разрешены судом в соответствии с требованиями закона, не оспариваются сторонами.

Решение суда о взыскании с осужденного процессуальных издержек в качестве оплаты труда назначенного органом предварительного следствия адвоката (л.д. 206-209 том № 14), является верным и не противоречит положениям ч. 1 ст. 48 Конституции РФ, согласно которой каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно.

Федеральным законом, а именно ст. 132 УПК РФ установлено общее правило, согласно которому процессуальные издержки взыскиваются с осужденных.

Процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета в установленных законом случаях, в частности, если лицо заявило об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен и защитник участвовал в уголовном деле по назначению (ч.ч. 2, 4 ст. 132 УПК РФ), а также в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы.

По смыслу положений ч. 1 ст. 131 УПК РФ и ч.ч. 1, 2, 4, 6 ст. 132 УПК РФ в их взаимосвязи, суд принимает решение о возмещении процессуальных издержек за счет средств федерального бюджета, если в судебном заседании будут установлены имущественная несостоятельность лица, с которого они должны быть взысканы, либо основания для освобождения осужденного от их уплаты.

При этом следует иметь в виду, что отсутствие у лица денежных средств как на момент принятия решения о назначении защитника, так и на момент принятия решения о взыскании с него процессуальных издержек, само по себе не является достаточным условием признания его имущественно несостоятельным.

ФИО4, будучи признан виновным и осужден, обязан возместить государству расходы, понесенные на осуществление его уголовного преследования. Иное противоречило бы фундаментальному принципу справедливости, являющемуся краеугольным камнем правового государства и осуществления правосудия.

От назначенного защитника ФИО4 на досудебной стадии производства по уголовному делу не отказывался, а напротив заявил ходатайство о назначении ему защитника (л.д. 205 том № 14), является трудоспособным и может получать доход, как во время отбывания наказания, так и после него. Назначение ему наказания в виде штрафа, а также наличие возможных материальных затруднений, не служат основанием для освобождения осужденного ФИО4 от выплаты процессуальных издержек.

Заявление о выплате вознаграждения защитнику Филимонову Д.Е. (л.д. 4-6 том № 15), вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, в суде первой инстанции было исследовано, что следует из протокола судебного заседания от 19 декабря 2025 г. (стр. 70 протокола судебного заседания; л.д. 221 оборот том № 17).

Нормативное положение ст.ст. 131, 132 УПК РФ осужденному в судебном заседании было разъяснено, позиция сторон по вопросу о распределении процессуальных издержек судом была выяснена.

Таким образом, суд пришел к верному выводу, что предусмотренных законом оснований для освобождения осужденного от выплаты процессуальных издержек не имеется, поэтому процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения защитнику, подлежат взысканию с него в полном объеме.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора либо внесение в него иных изменений, кроме указанных выше, а потому апелляционное представление прокурора удовлетворению не подлежит, апелляционная жалоба защитника подлежит частичному удовлетворению в части снятия ареста на автомобиль марки «<данные изъяты>».

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия, -

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Саяногорского городского суда Республики Хакасия от 19 декабря 2025 г. в отношении ФИО4 изменить.

Из описательно-мотивировочной части приговора (абз. 2 стр. 4, абз. 2 стр. 18, абз. 5 стр. 88) исключить указание о выполнении ФИО4 административно-хозяйственных функций.

В абз. 2, 3, 4 резолютивной части приговора дополнительный вид наказания изложить в следующей редакции: «с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных полномочий в коммерческих организациях в сфере осуществления испытаний в металлургическом производстве, организацией и осуществлением контроля качества поступающих в металлургическое производство сырья, материалов, готовой продукции».

Исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора указание на сохранении ареста на транспортное средство марки «<данные изъяты>», 2012 г.в., государственный регистрационный знак <данные изъяты>, идентификационный номер <данные изъяты>.

Арест, наложенный постановлением Абаканского городского суда Республики Хакасия от 25 июля 2024 г. на транспортное средство марки «<данные изъяты>», 2012 г.в., государственный регистрационный знак <данные изъяты>, идентификационный номер <данные изъяты>, отменить, оставив названный автомобиль по принадлежности у осужденного ФИО4

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения, апелляционную жалобу защитника (основную и дополнительные) удовлетворить частично.

Апелляционное определение и приговор могут быть обжалованы в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд, постановивший приговор, в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в течение 6-ти месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

В случае принесения кассационных жалоб или представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Марков Е.А.

Судьи Коробка Т.В.

Боргоякова О.В.

Справка: осужденный ФИО4 зарегистрирован и проживает по адресу: <адрес>.



Суд:

Верховный Суд Республики Хакасия (Республика Хакасия) (подробнее)

Судьи дела:

Марков Евгений Анатольевич (судья) (подробнее)


Судебная практика по:

Коммерческий подкуп
Судебная практика по применению нормы ст. 204 УК РФ

Доказательства
Судебная практика по применению нормы ст. 74 УПК РФ