Апелляционное постановление № 22-1465/2026 от 23 апреля 2026 г.

Судья: Морокова И.В. Дело № 22-1465/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Барнаул 24 апреля 2026 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Гартман И.В.,

при помощнике судьи Рахматулиной А.А.,

с участием:

прокурора Сергеевой И.А.,

адвоката Кузнецова С.Н.,

осужденной ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Кузнецова С.Н. и апелляционному представлению государственного обвинителя Кейша М.А. на приговор Октябрьского районного суда г.Барнаула Алтайского края от 11 февраля 2026 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженка <адрес>, несудимая,

осуждена по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 1 год 6 месяцев, с возложением указанных в приговоре обязанностей.

Разрешены вопросы о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств.

Гражданский иск Потерпевший №1 удовлетворен. Взыскан с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 материальный ущерб, причиненный преступлением, в размере 29 488 рублей

Изложив содержание приговора и существо апелляционной жалобы, апелляционного представления, возражений государственного обвинителя, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором ФИО1 признана виновной в совершении кражи, то есть тайного хищения имущества, принадлежащего Потерпевший №1, на сумму 31 488 рублей, с причинением значительного ущерба.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГ в <адрес> при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Кейш М.А., ссылаясь на п.3 ч.1 ст.299 УПК РФ, указывает, что, признав ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, суд в описательно-мотивировочной части приговора указал о квалификации ее действий по п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ – как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину, в связи с чем квалификация действий ФИО1 и ее описание в этой части приговора не соответствуют друг другу. С учетом изложенного просит приговор изменить, в описательно-мотивировочной части исключить указание о квалификации действий ФИО1 по п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ и указать о квалификации ее действий по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Кузнецов С.Н. выражает несогласие с приговором, указывая, что приговор мотивирован не объективными доказательствами, свидетельствующими о невиновности осужденной, а ее противоречивыми признательными показаниями и субъективными показаниями потерпевшей и свидетелей обвинения, содержащими взаимоисключающие предположения. Указывает, что судом в нарушение принципа презумпции невиновности, предусмотренного ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК РФ, а также в нарушение абз.2 п.17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 №55 «О судебном приговоре», проигнорированы и не истолкованы в пользу осужденной существенные противоречия и нарушения закона в ходе доследственной проверки и предварительного следствия. Выражает несогласие с оценкой судом заключения дактилоскопической экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ, которое объективно свидетельствует о непричастности ФИО1 к преступлению ввиду отсутствия следов рук осужденной на шкатулке, в которой, якобы, находилось похищенное кольцо, и к которой она не прикасалась. Обращает внимание на отказ стороне защиты в ходе предварительного и судебного следствия в удовлетворении ходатайства о проведении дополнительной дактилоскопической экспертизы с целью установления, кому из присутствующих ДД.ММ.ГГ в доме потерпевшей лиц принадлежит отпечаток пальца на шкатулке, пригодный для идентификации, что свидетельствует об отказе должностных лиц от исполнения своих обязанностей по установлению лица, действительно совершившего хищение, и обстоятельств, подтверждающих невиновность ФИО1, чем нарушено ее право на защиту. Указывает, что вина ФИО1 и ее признательные показания опровергаются совокупностью доказательств, которым судом не дана надлежащая оценка. В частности, не дана оценка противоречиям в признательных показаниях осужденной, которые получены незаконно под психологическим давлением и угрозой <данные изъяты> со стороны оперативных сотрудников и не могут быть приняты в основу приговора.

Анализируя показания в судебном заседании свидетеля ФИО2 и потерпевшей, а также противоречивые объяснения ФИО1, протокол ее допроса, фото-таблицу к протоколу проверки показаний на месте, результаты ОРМ «Опрос» в том числе в части отраженных в них пояснений осужденной о расположении шкатулки (компьютерный столик, ТВ-зона), делает вывод, что ФИО1 фактически не только не знала местонахождение шкатулки, из которой якобы было похищено кольцо, но и не знала, как оно выглядит, учитывая показания осужденной и потерпевшей о цвете камня; как и не знала, что лес не характерное место для сбыта похищенного имущества.

Ставит под сомнение наличие у потерпевшей якобы похищенного кольца, обращая внимание на существенные различия в его описании самой потерпевшей, ее внучкой Свидетель №4 и отсутствие объективных доказательств, подтверждающих существование и нахождение кольца в собственности потерпевшей. Указывает, что ломбард, в котором якобы приобреталось кольцо, не установлен, показания потерпевшей и ее внучки в части описания кольца, а также цвета, наименования и количества камней различны. Указанные обстоятельства в совокупности с непризнанной вещественным доказательством приобщенной к объяснению потерпевшей до возбуждения уголовного дела фотографией руки неустановленного лица с двумя кольцами из неустановленного металла и неустановленной ценности, внешне существенно отличающимися друг от друга, подтверждают сомнения о наличии у Потерпевший №1 кольца и дают основания утверждать, что доследственная проверка и предварительное следствие проведены с нарушениями уголовно-процессуального закона, крайне поверхностно и необъективно, при отсутствии оснований проведения предварительного следствия в связи с отсутствием предмета хищения, что привело к необоснованному возбуждению уголовного дела, вероятно - по заведомо ложному доносу. Считает, что отсутствие у сотрудников правоохранительных органов точных сведений о предмете хищения, в связи с существенными различиями в описании кольца потерпевшей и ее внучкой, а у эксперта точного указания в отношении какого из колец, изображенных на фотографии, постановлено проведение товароведческой экспертизы, позволяют утверждать об отсутствии процессуального основания для возбуждения дела; а отсутствие у эксперта определенного предмета для проведения экспертизы, позволило провести экспертизу в отношении гипотетического, а не конкретного кольца, якобы похищенного у потерпевшей. Кроме того, полагает, что отсутствие в заключении эксперта указаний на индивидуальные особенности кольца, царапины, повреждения, иные вкрапления, наличие или отсутствие клейма, подтверждающего пробу золотого изделия, иные особенности, которые могли бы повлиять на оценку стоимости предмета экспертного исследования, позволяют утверждать, что эксперт не обладает специальными познаниями в области оценки ювелирных изделий, а само заключение не является отчетом об оценке, в связи с чем, на основании ст.75 УПК РФ оно подлежит исключению из числа доказательств, однако, соответствующее ходатайство стороны защиты оставлено судом без удовлетворения.

Указывает на проведение предварительного следствия односторонне и неполно, о чем свидетельствуют пояснения оперуполномоченного Свидетель №5 и тот факт, что из нескольких возможных версий исследовалась только одна, основанная на взаимоисключающих и противоречивых показаний ФИО1, полученных незаконно. При этом круг подозреваемых лиц, посещавших дом потерпевшей в период ДД.ММ.ГГ, не устанавливался; дактилоскопия и отбор генетических образцов у иных лиц, кроме ФИО1, посещавших потерпевшую в указанный период, не проводились, однако, в ходе судебного следствия установлено, что в комнату, где находилась шкатулка, заходила не только ФИО1, но и Свидетель №3, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №4, Свидетель №1, Свидетель №7, Свидетель №8, что не устанавливалось в ходе доследственной проверки и предварительного следствия.

Отмечает, что показания практически всех свидетелей, данных ими в объяснениях, исследованных в судебном заседании согласно п.6 ч.2 ст.74 УПК РФ в качестве иных доказательств, кардинально противоречат их показаниям в ходе допросов. Так, практически все свидетели в объяснениях сообщали, что не видели, кто заходил в комнату, где находилось, якобы, похищенное кольцо, в ходе допроса свидетели сообщили, что в комнату заходили только ФИО1 и Свидетель №8. Анализируя показания свидетелей Свидетель №4, Свидетель №7, Свидетель №1, пришедших к потерпевшей в то время, когда большинство гостей, включая Теплинскую и Свидетель №8, уезжали, дали ложные показания в части нахождения в указанной комнате только ФИО1 и Свидетель №8

Обращает внимание, что потерпевшая и большинство свидетелей, за исключением Свидетель №7, ранее судимы, в связи с чем имеют опыт общения с сотрудниками правоохранительных органов, в отличие от ФИО1, что имело ключевое значение в выборе оперативными сотрудниками «слабого звена» в лице ФИО1 и незаконном признании ее виновной в связи с оказанием давления.

Считает, что судом неправомерно отказано стороне защиты в способствовании получению доказательств, в том числе в направлении запроса в <данные изъяты>, с целью установления или опровержения факта проведения полиграфа в отношении ФИО1 и получения копий материалов этих исследований, что нарушило право осужденной на защиту, поскольку одним из факторов давления на осужденную явилось указание оперативных сотрудников на результаты полиграфа. Делает вывод о нарушении в ходе производства по делу ч. 1 ст. 73 УПК РФ. Указывает, что судом оставлены без внимание нарушения закона и права ФИО1 на защиту, допущенные в ходе доследственной проверки и в ходе предварительного следствия, а также существенные противоречия в доказательствах виновности осужденной и объективные доказательства невиновности. Просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Кейш М.А. приводит доводы в обоснование законности приговора, который просит по доводам жалобы оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Постановленный в отношении ФИО1 обвинительный приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем, вопреки позиции стороны защиты, отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к данному делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Описание совершенного преступного деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, и иных данных, позволяющих судить о событии преступления и виновности ФИО1 в его совершении при установленных судом обстоятельствах.

Доводы жалобы о невиновности ФИО1 опровергаются совокупностью исследованных судом первой инстанции доказательств: показаниями ФИО1 в ходе предварительного следствия о хищении ею в момент нахождения в доме Потерпевший №1 золотого кольца с сапфиром из шкатулки, которое она впоследствии продала незнакомому мужчине; показаниями потерпевшей Потерпевший №1 о месте, времени и обстоятельствах хищения принадлежащего ей кольца из золота 585 пробы, инкрустированного сапфиром, весом 6 гр, причинении в связи с этим значительного ущерба в размере 31 488 рублей; показаниями свидетеля Свидетель №8, данными в ходе предварительного следствия, о том, что ФИО1 в отделе полиции, куда они были приглашены сотрудниками правоохранительных органов, сама сообщила ему о хищении ею кольца потерпевшей; показаниями свидетеля Свидетель №1, который во время празднования дня рождения Потерпевший №1 на веранде дома последней, не видел, чтобы кто-то, кроме ФИО1, заходил внутрь дома; показаниями свидетелей Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №7, Свидетель №6 о наличии в собственности потерпевшей похищенного кольца; показаниями свидетелей Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №3, согласно которым во время празднования дня рождения Потерпевший №1 застолье проходило в веранде дома, при этом ребенок ФИО1 находился в комнате внутри дома, куда ФИО1 и Свидетель №8 периодически заходили; заключением эксперта о рыночной стоимости на момент хищения кольца из золота 585 пробы; иными, приведенными в приговоре доказательствами.

Вопреки доводам стороны защиты, все изложенные в приговоре доказательства суд в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставил между собой и дал им оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, указав в приговоре, по каким основаниям принял как достоверные одни доказательства и отверг другие. Приведенные в приговоре доказательства верно признаны допустимыми, относимыми, а их совокупность - достаточной для признания ФИО1 виновной в совершении преступления и постановления в отношении нее обвинительного приговора.

Доводы ФИО1, отрицавшей совершение преступления, судом первой инстанции подвергнуты надлежащей проверке. Указанная позиция осужденной обоснованно расценена критически, как не нашедшая подтверждение, с чем суд апелляционной инстанции полностью соглашается. Показания осужденной, данные в ходе производства по делу, оценены судом в совокупности со всеми доказательствами. При этом правильно приняты в основу приговора показания ФИО1, данные в качестве подозреваемой. Правдивость показаний осужденной о предмете хищения, а также способе совершения преступления и последующих действий по распоряжению похищенным, о чем сотрудникам полиции ранее не могло быть известно, подтверждена совокупностью исследованных доказательств и соответствует фактическим обстоятельствам дела. Свои показания ФИО1 подтвердила и при проверке показаний на месте. Последующее изменение ФИО1 своего отношения к обвинению, как и позиция стороны защиты в целом, направленная на оспаривание причастности осужденной к совершению преступления, обоснованно расценены как способ защиты с целью уклонения от уголовной ответственности, поскольку противоречат фактически установленным по делу обстоятельствам и опровергаются совокупностью приведенных в приговоре доказательств. Выводы суда в соответствующей части надлежащим образом мотивированы, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Утверждение осужденной о том, что признательные показания даны под давлением со стороны сотрудников правоохранительных органов, являлись предметом проверки суда первой инстанции и мотивированно отвергнуты как необоснованные. Фактов применения к осужденной на стадии предварительного расследования незаконных методов и способов воздействия, в том числе психологического давления со стороны сотрудников правоохранительных органов не установлено.

Как следует из протоколов следственных действий при допросе и проверке показаний ФИО1 на месте, присутствовал адвокат, ФИО1 допрошена с разъяснением процессуальных прав, правильность изложения ее показаний следователем подтверждена подписями участвующих при допросе лиц, при этом каких-либо заявлений от осужденной о неправильном изложении ее показаний, о незаконных действиях сотрудников правоохранительных органов в ходе допроса не подавалось. Протоколы допроса и последующей проверки показаний ФИО1 на месте соответствуют требованиям ст.ст.190, 194 УПК РФ. При этом ФИО1 в соответствии со ст. 47 УПК РФ была предупреждена о том, что ее показания могут быть использованы в качестве доказательства по уголовному делу, в том числе, и при ее последующем отказе от этих показаний, за исключением случая, предусмотренного п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ. Об отсутствии какого-либо давления на Теплинскую и добровольной даче ею показаний пояснили допрошенные в суде первой инстанции свидетели Свидетель №5, Свидетель №9, показания которых оценены судом в совокупности с результатами проверки, проведенной по жалобе ФИО1 на незаконные действия сотрудника полиции Свидетель №5, поданной спустя значительное время после ее допроса в качестве подозреваемой. Причин не согласиться с мотивированными выводами суда первой инстанции не имеется. Вопреки доводам стороны защиты, профессиональная деятельность сотрудников правоохранительных органов не может свидетельствовать о наличии у указанных лиц заинтересованности в исходе дела. Каких-либо решений о признании действий сотрудников полиции незаконными, материалы дела не содержат, как и не усматривается данных о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 не знала о месте нахождения шкатулки и указала на нее в ходе проверки показаний на месте после подсказки потерпевшей, судом проверены и мотивированно отвергнуты как не нашедшие объективного подтверждения, с чем у суда апелляционной инстанции не имеется оснований не согласиться. Указанные доводы опровергаются показаниями участвовавшей в данном следственном действии потерпевшей Потерпевший №1, а также допрошенного в суде первой инстанции в качестве свидетеля адвоката ФИО2

Кроме того, вопреки доводам адвоката, вина осужденной подтверждается не только ее показаниями в ходе следствия, но и совокупностью приведенных в приговоре доказательств. Какие-либо не устраненные противоречия о юридически значимых обстоятельствах в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденной, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины ФИО1, по делу отсутствуют. Имевшиеся противоречия в показаниях потерпевшей и ряда свидетелей устранены судом путем оглашения показаний, данных ими в ходе предварительного расследования, и их сопоставления между собой и с иными доказательствами по делу.

Вопреки доводам стороны защиты, у суда не имелось причин для признания принятых в основу приговора показаний потерпевшей и свидетелей обвинения недопустимыми доказательствами, в том числе по доводам апелляционной жалобы. Не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. Потерпевшая и свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Изменению в судебном заседании показаний свидетелем Свидетель №8 судом дана мотивированная оценка, ставить под сомнение которую причин не имеется. Объективных данных, свидетельствующих об оговоре ФИО1 потерпевшей, свидетелями, заинтересованности кого-либо в искусственном создании доказательств с целью привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, в материалах дела не имеется, стороной защиты не названо и суду апелляционной инстанции не представлено.

Ссылки адвоката в жалобе на объяснения осужденной и свидетелей суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку объяснения по смыслу уголовно-процессуального закона не являются доказательством по делу, в связи с чем суд обоснованно не учитывал их в качестве таковых.

Доводы апелляционной жалобы, приведенные со ссылкой на опрос ФИО1 не могут быть приняты во внимание, поскольку данный опрос судом в приговоре в качестве доказательства не приведен.

Доводы защитника о том, что не установлена причастность кого-либо из лиц, находившихся в доме потерпевшей в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, к хищению у нее золотого кольца, не опровергают вывод суда о причастности ФИО1 к совершению данного преступления.

Приведенные стороной защиты доводы об отсутствии принадлежащих ФИО1 отпечатков пальцев на шкатулке, в которой находилось похищенное кольцо, как и неустановление принадлежности обнаруженного отпечатка пальца конкретному лицу, судом проверены и получили оценку в приговоре. При этом суд обоснованно указал, что указанные обстоятельства недостаточны для опровержения имеющейся совокупности доказательств вины осужденной.

Доводы апелляционной жалобы, направленные на оспаривание принадлежности похищенного имущества потерпевшей, являлись предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты со ссылкой на принятые в основу приговора доказательства. То обстоятельство, что похищенное кольцо не было обнаружено и изъято, вопреки позиции адвоката, не свидетельствует о том, что предмет хищения не установлен и не является основанием для признания постановления о возбуждении уголовного дела незаконным. Потерпевшая Потерпевший №1 дала последовательные, подробные показания о внешних признаках, стоимости похищенного кольца. Свидетели Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №7, Свидетель №6 подтвердили наличие в собственности у потерпевшей соответствующего кольца. Свидетель Свидетель №4 при даче показаний в судебном заседании ошиблась при описании кольца, но после оглашения ее показаний в ходе предварительного расследования, в том числе в части описания признаков похищенного кольца, аналогичных показаниям потерпевшей, подтвердила их. Кроме того, потерпевшей Потерпевший №1 предоставлена фотография кольца, непризнание которой вещественным доказательством, на что указано адвокатом, также не свидетельствует о том, что предмет хищения не установлен и не ставит под сомнение его принадлежность потерпевшей. Место приобретения похищенного имущества не относится к обстоятельствам, подлежащим доказыванию по уголовному делу.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, стоимость похищенного осужденной имущества установлена совокупностью исследованных судом доказательств и сомнений не вызывает. Факт проведения товароведческой экспертизы в отсутствие похищенного имущества сам по себе не свидетельствует о недопустимости экспертного заключения. В распоряжение эксперта были представлены материалы уголовного дела, из которых получена информация об оцениваемом объекте в объеме, достаточном для ответа на поставленный перед экспертом вопрос. Заключение эксперта соответствует требованиям ст. ст. 80, 204 УПК РФ. Экспертиза проведена экспертом, имеющим соответствующую квалификацию и стаж работы по специальности; сомневаться в компетентности и не доверять выводам эксперта оснований у суда апелляционной инстанции не имеется. Эксперту разъяснены процессуальные права, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, он предупрежден об уголовной ответственности по ст. ст. 307, 310 УК РФ. В заключении приведены использованные экспертом методики, выводы аргументированы и не вызывают сомнений в своей достоверности и полноте.

Следует отметить, что изложенная в апелляционной жалобе оценка действий осужденной, как невиновных, основана на субъективном мнении автора жалобы и не соответствует материалам дела, а приведенные выдержки из материалов дела, показаний допрошенных по делу лиц, носят односторонний характер, не отражают в полной мере существо этих доказательств и оценены защитником в отрыве от других, имеющихся по делу доказательств. Вместе с тем, исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, что и сделано судом в приговоре надлежащим образом.

Предварительное расследование по делу проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и прав осужденной. Каких-либо данных, свидетельствующих об односторонности расследования, фальсификации и недопустимости доказательств в материалах дела не содержится. Доводы апелляционной жалобы со ссылкой на данные о личности потерпевшей и свидетелей, являются субъективным мнением автора жалобы и не опровергают установленные судом на основании совокупности исследованных доказательств фактические обстоятельства дела.

Поскольку представленная органом предварительного расследования совокупность доказательств, исследованных в ходе судебного следствия, обоснованно оценена как достаточная для вынесения обвинительного приговора в отношении ФИО1, а объем проведения следственных действий в соответствии с ч. 2 ст. 38 УПК РФ является прерогативой следователя, доводы стороны защиты, касающиеся неполноты проведенного предварительного расследования по данному уголовному делу, несостоятельны. Судебное следствие окончено при отсутствии у сторон возражений и каких-либо дополнений.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе защитником, сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. Несовпадение оценки доказательств, сделанной судом, с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены или изменения состоявшегося судебного решения.

Уголовное дело судом рассмотрено в соответствии с положениями гл.гл.35-39 УПК РФ, при соблюдении общеправовых принципов, в том числе презумпции невиновности, состязательности и равноправия сторон. Не предоставляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал равные условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. Сторона защиты не была ограничена в возможности допрашивать свидетелей и представлять доказательства защиты, активно пользовалась правами, предоставленными законом, исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов.

Доводы жалобы о необходимости отмены приговора, о необоснованном отказе судом в удовлетворении ходатайств стороны защиты, в том числе о назначении дополнительной дактилоскопической судебной экспертизы, о признании ряда доказательств недопустимыми, и других, указанных в апелляционной жалобе адвокатом, не нашли своего объективного подтверждения, поскольку судом все ходатайства стороны защиты и осужденной рассмотрены, по ним приняты обоснованные решения, с учетом мнения сторон, процессуальной необходимости и целесообразности, с чем в полной мере соглашается и суд апелляционной инстанции. Каких-либо нарушений действующего уголовно-процессуального законодательства при рассмотрении указанных ходатайств судом первой инстанции допущено не было. Действия суда, разрешающего заявленные сторонами ходатайства, аргументировано отвергающего те или иные доводы сторон, вытекают из положений уголовно-процессуального закона и, вопреки доводам апелляционной жалобы, не свидетельствуют о нарушении прав осужденной на защиту.

Невыясненных обстоятельств, установление которых могло бы иметь существенное значение при постановлении приговора, вопреки доводам адвоката, оставлено не было. Суд учел все обстоятельства, которые могли бы существенно повлиять на его выводы и в приговоре дал надлежащую оценку имеющимся в деле доказательствам, как стороны обвинения, так и стороны защиты, в том числе тем, на которые имеется ссылка в апелляционной жалобе. Оснований не согласиться с выводами суда и данной им оценкой доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Иные доводы стороны защиты, указанные в жалобе и в судебном заседании суда апелляционной инстанции, не влияют на установленные судом обстоятельства.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Как следует из приговора, в качестве доказательства вины осужденной суд сослался на показания сотрудников полиции Свидетель №5 и Свидетель №9, которые, наряду с прочими сведениями, сообщили об обстоятельствах совершения преступления, ставших им известными от ФИО1, что в силу требований ст.75 УПК РФ, правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определениях №44-О от 06 февраля 2004 года, №1068-О от 19 июня 2012 года, не может быть признано допустимыми доказательствами и использоваться судом в обоснование виновности осужденной. В связи с чем показания данных свидетелей в указанной части подлежат исключению из числа доказательств по уголовному делу, однако, это не ставит под сомнение виновность ФИО1, поскольку совокупность иных принятых в основу приговора доказательств является достаточной для постановления обвинительного приговора.

Кроме того, принимая во внимание, что органом следствия ФИО1 было предъявлено обвинение по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, действия ФИО1 судом верно квалифицированы, как тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, то есть фактически по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами апелляционного представления, полагает необходимым уточнить описательно-мотивировочную часта приговора в части квалификации действий ФИО1, поскольку указание суда о квалификации действий осужденной по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ является явной технической опиской. Указанная техническая описка не затрагивает существо судебного решения, и ее исправление не влечет ухудшение положения осужденной. Наличие квалифицирующего признака преступления «с причинением значительного ущерба гражданину» нашло объективное подтверждение.

Оснований для оправдания ФИО1, о чем указывает сторона защиты, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Наказание осужденной назначено в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности виновной, в том числе и характеризующего материала, наличия смягчающих обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

Смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами признаны и должным образом учтены: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче признательных показаний на стадии следствия, подтвержденных при проверке показаний на месте, <данные изъяты>, неудовлетворительное состояние здоровья осужденной <данные изъяты>, оказание ей посильной помощи, в соответствии с положениями ч.2 ст. 61 УК РФ - частичное возмещение ущерба, причиненного преступлением.

Иных обстоятельств, смягчающих наказание осужденной, судом не установлено, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

С учетом обстоятельств дела, личности осужденной, совокупности смягчающих обстоятельств суд счел возможным назначить ей наказание в виде лишения свободы, с учетом требований ч.1 ст.62 УК РФ, в пределах санкции ч.2 ст.158 УК РФ, без дополнительного вида наказания. При этом, посчитав возможным исправление осужденной без реального отбывания наказания в виде лишения свободы, суд назначил ей наказание с применением ст.73 УК РФ условно, с возложением на нее определенных обязанностей, не усмотрев оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст.64 УК РФ, мотивировав свои выводы в приговоре должным образом, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Назначенное ФИО1 наказание следует признать соразмерным содеянному, по своему виду и размеру оно полностью отвечает требованиям индивидуализации и целям уголовного наказания.

Гражданский иск потерпевшей и судьба вещественных доказательств разрешены судом в соответствии со ст. 1064 ГК РФ, а также ст.ст. 81-82 УПК РФ соответственно.

Оснований для отмены или изменения приговора по доводам, изложенным в жалобе адвокатом, а также заявленным стороной защиты и осужденной в суде апелляционной инстанции, не имеется.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Октябрьского районного суда г.Барнаула Алтайского края от 11 февраля 2026 года в отношении ФИО1 изменить.

Уточнить описательно-мотивировочную часть указанием на квалификацию действий по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Исключить из числа доказательств показания свидетелей Свидетель №5 и Свидетель №9 в части их пояснений об обстоятельствах совершения преступления, ставших известными от ФИО1

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката - без удовлетворения, апелляционное представление –удовлетворить.

Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение 6 месяцев со дня вступления их в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Председательствующий И.В. Гартман