Апелляционное постановление № 22-1020/2025 22-12/2026 от 20 января 2026 г.

Хуштов А.В. Дело № 22-12/2026 (22-1020/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Нальчик 21 января 2026 года.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики в составе:

председательствующего – судьи Макоева Б.М.,

при секретаре судебного заседания Тешевой М.Б.,

с участием: прокурора Абазова Т.Р.,

осужденного ФИО1,

его защитника - адвоката Драгунова К.Б.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО1 на приговор Терского районного суда КБР от 23.09.2025, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> КБР, гражданин РФ, со средним образованием, не женатый, имеющий одного малолетнего ребенка, не работающий, военнообязанный, зарегистрированный и проживающий по адресу: КБР, <адрес>, не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 264.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 1 год 8 месяцев.

В соответствии со ст. 50.1 УК РФ постановлено заменить ФИО1 назначенное наказание в виде лишения свободы принудительными работами на срок 1 год 6 месяцев с удержанием 5% процентов из заработной платы в доход государства, с отбыванием в исправительном центре, в порядке, предусмотренном ст. 60.1 УИК РФ.

Судом постановлено осужденному ФИО1 явиться в территориальный орган ФСИН Росси по месту жительства, для получения предписания и проследовать к месту отбывания наказания самостоятельно, за счет государства в порядке, предусмотренном ст. 60.2 УИК РФ.

Срок основного наказания в виде принудительных работ ФИО1 постановлено исчислять со дня его прибытия в исправительный центр.

На основании ч. 4 ст. 47 УК РФ, срок дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами, постановлено распространить на все время отбывания ФИО1 основного наказания и исчислять с момента отбытия принудительных работ.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 постановлено оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Решена судьба вещественных доказательств.

Постановлением Терского районного суда КБР от 09.10.2025, вынесенным в порядке ст. 397 УПК РФ, внесено исправление в приговор Терского районного суда КБР от 23.09.2025, с указанием: в абзаце первом резолютивной части приговора - вместо «ч. 3 ст. 264.1УК РФ», «ч. 3 ст. 264 УК РФ»; в абзаце втором резолютивной части приговора - вместо «ст. 50.1 УК РФ», «ст. 53.1 УК РФ».

Заслушав доклад судьи Макоева Б.М., выслушав мнения участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции,

у с т а н о в и л:

Судом ФИО1 признан виновным в том, что 21.10.2023 примерно в 15 часов 00 минут, управляя автомобилем марки «Лада 219010 Лада Гранта» с государственным регистрационным знаком №, двигаясь по автодороге «Объезд <адрес>», <адрес> КБР, нарушил правила дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вредя здоровью человека и смерть человека, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя в совершении инкриминируемого ему преступления не признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе со стадии судебного разбирательства, либо изменить и применив положения ст. 73 УК РФ, назначенное наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев считать условным с установлением испытательного срока.

Ссылаясь на ч. 2 ст. 17, ч. ч. 1, 2 ст. 207, ч. 4 ст. 283 УПК РФ, п. п. 4, 13, 15, 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 N 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», указывает, что не нарушал правила дорожного движения, рассчитывал, что водитель Потерпевший №5 пропустит его, как едущего по главной дороге.

Указывает на несоответствие выводов суда, фактическим обстоятельствам дела, полагая, что заключения автотехнических экспертиз, в том числе от 19.02.2025, являются неполными, отсутствуют ответы на все поставленные вопросы, не учтены обстоятельства, имеющие значение для разрешения поставленных вопросов.

В обоснование своих доводов ссылается на заключение независимого эксперта ФИО11 от 04.07.2025 №, признанное судом недопустимым доказательством, полагая, что все проведенные судебно-медицинские экспертизы не произвели полный всесторонний расчет. Указывает, что именно эксперт ФИО11 произвел правильный расчет, что соответствует показаниям ФИО1, в части указания им расстояния 50-60 метров в момент возникновения опасности. Исходя из этой величины, а также времени движения автомашины Потерпевший №5 (2,52 сек.), экспертами ЭКЦ не произведен расчет расстояния, пройденного автомобилем ФИО1 за 2,52 сек. с момента возникновения опасности в виде выезда автомобиля Потерпевший №5 со второстепенной на главную дорогу. При этом, экспертами не применена методика, использованная экспертом ФИО11

Поскольку в момент возникновения опасности, как считает автор апелляционной жалобы, он находился от места столкновения на расстоянии меньшем, чем остановочный путь автомобиля, он не имел технической возможности принять меры к полной остановке транспортного средства до места столкновения. Кроме того, считает, что ему назначено несправедливое наказание, поскольку суд вправе был применить правила ст. 73 УК РФ и при наличии к тому оснований, не сделал этого. В связи с этим, в случае признания его виновным, просит суд апелляционной инстанции назначенное наказание считать условным.

Ссылаясь на ст. ст. 6, 60 УК РФ считает, что назначенное ему наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы, замененное на принудительные работы на тот же срок, является чрезмерно суровым, поскольку он ранее не судим, положительно характеризуется по месту жительства, не состоит на учете у врача-нарколога либо врача-психиатра, имеет на иждивении малолетнего ребенка.

В дополнительной апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор отменить. Назначить по уголовному делу повторную судебную автотехническую экспертизу по вопросам, изложенным в ходатайстве адвоката Драгунова К.Б. от 18.08.2025, производство которой поручить экспертам Федерального бюджетного учреждения Северо-Кавказский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции РФ (355026, <адрес>, тел. №), либо возвратить уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе со стадии судебного разбирательства. Либо исследовать в судебном заседании суда апелляционной инстанции заключение эксперта № от 29.11.2024 (том 1, листы дела 228-230), и применив положения статьи 73 УК РФ, назначенное наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев постановить считать условным с установлением испытательного срока.

Ссылаясь на ч. ч. 1, 2 ст. 207, ч. 4 ст. 283 УПК РФ, п.п. 4, 13, 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 г. № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», указывает, что в судебном заседании 16.12.2024 его защитником было заявлено ходатайство о признании недопустимыми к использованию в качестве доказательств заключения автотехнической экспертизы № от 08.11.2023, заключения дополнительной автотехнической экспертизы № от 08.12.2023 и заключения дополнительной автотехнической судебной экспертизы № от 24.04.2024, а также о назначении по уголовному делу повторной судебной автотехнической экспертизы, производство которой поручить экспертам Федерального бюджетного учреждения Северо-Кавказский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции РФ, ввиду наличия сомнений в их обоснованности, поскольку экспертами были недостаточно аргументированы выводы, не применены или неверно применены необходимые методы и методики экспертного исследования, а также ввиду того, что эксперты, приведя суждения о том, что «указанное со слов водителя расстояние в виде 50 - 60 м до линии движения Митсубиси Лансер в момент реакции не соответствует действительности», вышли за пределы своей компетенции, дав оценку достоверности показаниям подозреваемого.

Постановлением Терского районного суда КБР от 25.12.2024 было удовлетворено ходатайство адвоката о назначении дополнительной экспертизы и была назначена дополнительная судебная автотехническая экспертиза, тогда как в описательной части данного постановления суд первой инстанции указал, что дополнительная экспертиза назначается «для устранения возникших в ходе рассмотрения настоящего уголовного дела противоречий, а также в целях установления истины по делу».

Полагает, что суд первой инстанции существенно нарушил нормы процессуального права, поскольку при наличии оснований для назначения повторной экспертизы назначил дополнительную экспертизу в целях «установления истины по делу», чем заранее придал будущему заключению эксперта, не имеющего заранее установленной силы, статус «объективной истины».

Кроме того, согласно протоколу судебного заседания от 18.08.2025 его защитником было заявлено ходатайство о назначении по уголовному делу повторной судебной автотехнической экспертизы в связи с тем, что:

- выводы заключений автотехнической экспертизы № от 08.11.2023, дополнительной автотехнической экспертизы № от 08.12.2023 и дополнительной автотехнической судебной экспертизы № от 24.04.2024 о том, что действия Потерпевший №5 не соответствовали Правилам дорожного движения и состоят в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, противоречат выводам дополнительной судебной автотехнической экспертизы № от 19.02.2025, согласно которым действия Потерпевший №5, не соответствующие Правилам дорожного движения, не находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием,

- в заключении эксперта № от 19.02.2025 не применены или неверно применены необходимые методы и методики экспертного исследования, приведшие к необоснованным выводам о несоответствии действий ФИО1 Правилам дорожного движения и о нахождении их в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием.

После оглашения данного ходатайства судебное заседание было отложено на 16.09.2025 по ходатайству государственного обвинителя в связи с необходимостью ознакомления и дачи оценки, в судебном заседании 16.09.2025 после рассмотрения вопроса о наличии отвода вновь вступившему секретарю судебного заседания государственным обвинителем было заявлено ходатайство об отложении судебного заседания для подготовки к прениям, после чего в судебном заседании 22.09.2025 суд, не окончив судебного следствия, перешел к судебным прениям и заслушал государственного обвинителя и его защитника.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции, не разрешив заявленное его защитником ходатайство в ходе судебного разбирательства, не рассмотрел его при вынесении приговора, что свидетельствует о существенном нарушении судом первой инстанции требований уголовно-процессуального законодательства, являющееся основанием для отмены приговора.

Более того, суд первой инстанции при вынесении приговора признал недопустимыми к использованию в качестве доказательств автотехническую экспертизу № от 08.11.2023, дополнительную автотехническую экспертизу № от 08.12.2023, дополнительную автотехническую судебную экспертизу № от 24.04.2024, согласно выводам которых не соответствовали требованиям Правил дорожного движения РФ и находятся в причинной связи с произошедшим ДТП действия как Потерпевший №5, так и его, ФИО1

В обоснование своих выводов суд указал, что поскольку приговором Терского районного суда от 18.07.2024 указанные заключения признаны недопустимыми доказательствами ввиду их получения с нарушением требований УПК РФ, то выводы данного суда в соответствии с требованиями ст.90 УПК РФ имеют преюдициальное значение, в связи с чем, оснований для признания данных заключений допустимыми доказательствами не усматривается.

Ссылается на содержание ст.73 УПК РФ, Постановление Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2011г. № 30-П и указывает, что вступивший в законную силу приговор суда по другому уголовному делу создает преюдицию лишь в отношении факта общественно опасного деяния, но не может предрешать недопустимость тех или иных доказательств до тех пор, пока в ходе уголовного процесса не будет установлен факт подлога или фальсификации исследуемого доказательства.

Полагает, что, исключив вышеуказанные экспертизы за №№, № и № из числа допустимых доказательств, суд первой инстанции преследовал лишь цель создать видимость отсутствия противоречий в заключениях экспертов при наличии только лишь одного допустимого к использованию в качестве доказательства заключения эксперта № от 19.02.2025, что свидетельствует о существенном нарушении судом первой инстанции требований уголовно-процессуального законодательства, являющееся основанием для отмены приговора.

Кроме того, опровергая доводы стороны защиты, суд первой инстанции указал, что «изложенные в заключении судебной автотехнической экспертизы № от 19.02.2025 выводы эксперта ясны и понятны, научно обоснованы, надлежащим образом мотивированы, в том числе применением соответствующих методик, соответствуют содержанию и результатам проведенных исследований, согласуются в совокупности с другими доказательствами», что «неясностей и сомнений в выводах судебной автотехнической экспертизы № от 19.02.2025, а также в показаниях самого эксперта, не установлено». Суд первой инстанции, положив в основу обвинения выводы заключения судебной автотехнической экспертизы № от 19.02.2025, согласно которым хотя действия Потерпевший №5 не соответствовали Правилам дорожного движения, но не находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием, вступил в противоречие с приговором Терского районного суда КБР от 18.07.2024, которым Потерпевший №5 был признан виновным в связи с тем, что действия Потерпевший №5 как не соответствовали Правилам дорожного движения, так и находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием, чем нарушил правила преюдициии, предусмотренные ст. 90 УПК РФ. Также ссылается на ст. 240 УПК РФ и разъяснения, содержащиеся в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 г. № 55 «О судебном приговоре», ч. 3 ст. 240 УПК РФ, п. 2 ст. 307 УПК РФ и указывает, что описывая совершенное им деяние, суд первой инстанции указал, что в результате нарушений им Правил дорожного движения пассажиру автомобиля Лада Гранта ФИО24 причинены телесные повреждения в виде перелома дорзальной поверхности межмыщелковой области левой большеберцовой кости коленного сустава, повлекшие за собой тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. В качестве доказательств, на основании которых суд посчитал установленным причинение ФИО24 тяжкого вреда здоровью, суд в приговоре сослался на заключение судебно-медицинской экспертизы № от 27.02.2024, однако, хотя в протоколе судебного заседания от 16.12.2024 и указано на исследование данного заключения, но, как подтверждается аудиозаписью судебного заседания от 16.12.2024, данное заключение судебно-медицинской экспертизы № от 27.02.2024 государственным обвинителем не исследовалось и не оглашалось.

При таких обстоятельствах, положив в основу обвинительного приговора заключение судебно-медицинской экспертизы № от 27.02.2024 в отношении ФИО24, не исследованное в ходе судебного разбирательства, суд первой инстанции существенно нарушил требования непосредственности судебного разбирательства.

Кроме того, полагает, что судом были нарушены требования о назначении виновному лицу справедливого наказания. В качестве обстоятельства, смягчающего наказание, суд учел только лишь наличие на его иждивении одного малолетнего ребенка, что предусмотрено п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, однако согласно ч. 2 данной статьи суд при назначении наказания может учитывать в качестве смягчающих и иные обстоятельства, не предусмотренные ч. 1 настоящей статьи, а согласно ч. 3 ст. 60 УК РФ суд при назначении наказания должен учитывать личность виновного, в том числе, данные о состоянии здоровья виновного лица.

Считает, что суд не учел данные о виновности в дорожно-транспортном происшествии Потерпевший №5, осужденного приговором Терского районного суда КБР от 18.07.2024, полагает, что суд первой инстанции не учел состояние его здоровья, поскольку в результате дорожно-транспортного происшествия ему были причинены закрытая травма грудной клетки в виде перелома 3, 4, 5 ребер справа, перелом передне-верхнего края 1-го поясничного позвонка, закрытый вывих левого бедра, закрытый перелом заднего края вертлужной впадины слева, ушибленно-рваная рана верхней трети левой голени, причинившие в своей совокупности тяжкий вред его здоровью согласно заключению эксперта № от 29.11.2024 (т. 1, л.д. 228-230), которое просит исследовать в судебном заседании суда апелляционной инстанции, поскольку оно не было исследовано в суде первой инстанции.

В возражении на апелляционную жалобу потерпевшая Потерпевший №1 просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 - без удовлетворения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, указывает, что все доказательства, собранные в ходе судебного разбирательства, однозначно указывают на виновность ФИО1, в частности, показания потерпевших и свидетелей, заключения экспертов и материалы дела подтверждают, что его действия привели к тяжёлым последствиям для неё, её семьи, а также для других потерпевших.

Обращает внимание суда на то, что осужденный ФИО1 со дня ДТП ни разу не пришел, не пособолезновал и не извинился, что, на её взгляд, говорит о его отношении к произошедшему. В результате данного ДТП погибла её мама - ФИО3, а также причинён тяжкий вред троим потерпевшим ФИО12, Потерпевший №4 и ФИО24

Согласно материалам дела, именно его - ФИО1 действия привели к таким серьёзным последствиям.

Полагает, что осуждённый должен нести ответственность за свои действия, которые привели к таким тяжёлым последствиям для неё и её близких. В результате ДТП, произошедшего по вине осуждённого, её мама получила серьёзные травмы, повлекшие её смерть. Кроме того, от полученного стресса умерла её бабушка, не смогла пережить смерть дочери. Она сама, на фоне полученного стресса, перенесла микроинсульт. Действия осуждённого принесли страдания всей их семье. Они потеряли возможность полноценно жить и радоваться жизни из-за его поступка. Эти обстоятельства должны быть учтены судом при рассмотрении апелляционной жалобы. Настаивает на том, что безответственное поведение осуждённого требует более строгого наказания.

По её мнению, просительная часть апелляционной жалобы говорит о желании осужденного уйти от реального отбывания наказания, а именно назначения ему условного наказания в порядке ст. 73 УК РФ.

Считает, что приговор является законным и обоснованным, судом учтены все обстоятельства дела, в том числе степень вины осуждённого и последствия его действий для потерпевших, наказание назначено с учётом всех обстоятельств дела.

Обращает внимание суда на то, что в данном деле важно учитывать интересы потерпевших. Осуждённый должен понимать, что его действия имели негативное воздействие на их жизнь, и это должно быть учтено при рассмотрении апелляционной жалобы.

В возражении на апелляционную жалобу потерпевшая Потерпевший №2 просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 - без удовлетворения. В обоснование приводит доводы аналогичные доводам апелляционной жалобы потерпевшей Потерпевший №1

В возражении на апелляционную жалобу государственный обвинитель – заместитель прокурора <адрес> КБР Хутатов М.Ю. просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 - без удовлетворения.

Указывает, что в ходе судебного заседания осужденный вину не признал, в ходе судебного разбирательства вина ФИО1 установлена в полном объеме по обстоятельствам, изложенным в приговоре, назначено справедливое наказание. Доводы апелляционной жалобы осужденного ФИО1 были предметом исследования судом первой инстанции. Суд верно и полно дал оценку имеющимся доказательствам, предоставил каждой стороне возможность реализовать свои полномочия в уголовном процессе, поступившие ходатайства разрешил в строгом соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством, в связи с чем, нарушений чьих-либо прав не допущено.

Приводит содержание показаний свидетеля Потерпевший №5, а также указывает, что в ходе судебного процесса были исследованы письменные доказательства - протоколы осмотра места происшествия, заключения судебно-медицинских экспертиз, заключения судебных автотехнических экспертиз, которые, по сути, и своему содержанию, подтверждают обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении.

В рамках судебного разбирательства, по ходатайству стороны защиты, судом назначена и проведена дополнительная судебно-автотехническая экспертиза.

Согласно выводам эксперта № от 19.02.2025 в данной дорожной ситуации ФИО1 необходимо было руководствоваться требованиями п. 10.1 абз. 1 с учетом требований п. 10.3 Правил дорожного движения РФ и действия подсудимого не соответствовали данным требованиям, находятся в прямой причинной связи с ДТП.

ФИО1 имел техническую возможность предотвратить столкновение путем принятия мер к снижению скорости с момента возникновения опасности для движения, если двигался бы со скоростью 90 км/ч, максимально допустимой на данном участке. Скорость же движения авто под управлением ФИО1 составила от 94,8 км/ч.

Допрошенный в зале суда эксперт ФИО14 подтвердил данное им экспертное заключение и однозначно высказался о том, что по результатам проведенных им расчетов, соответствующих действующим методикам, в данном ДТП виновен ФИО1

Об этом ранее свидетельствовали и предыдущие судебно-автотехнические экспертизы. На ранней стадии расследования ФИО1 вину признавал в полном объеме, указывал, что ехал со скоростью не менее 100-110 км/ч, что соответствует экспертному заключению.

Свидетель Потерпевший №5 свою вину в данном ДТП признал, пояснил, что действительно нарушил п. 2.4 ПДД «Уступи дорогу», но, подтвердив показания Потерпевший №2 пояснил, что прежде, чем выехать на главную дорогу, остановился, осмотрелся по сторонам и, убедившись в отсутствие каких-либо автомашин, продолжил движение, (приговор в отношении Потерпевший №5 не обжалован, вступил в законную силу).

Никто из свидетелей и потерпевших ни в ходе следствия, ни в ходе судебного заседания не сообщал о том, что до выезда на главную дорогу видели автомашину Лада-Гранта. Препятствий их обзору не было, погода ясная, светлое время суток.

Полагает, что данное обстоятельство свидетельствует о том, что ФИО1, в нарушение пунктов 10.1, 10.3 ПДД, двигался на высокой скорости и подтверждается указанным экспертным заключением. Несмотря на то, что ФИО1 пытается убедить в обратном, выезд Потерпевший №5 на дорогу при визуальном препровождении движущегося в их сторону автомашины Лада-Гранта на большой скорости исключается. Следователь выдвинутое, согласно построенной защитой, утверждение осужденного о том, что Потерпевший №5 выехал на автодорогу за 50-60 метров до точки соприкосновения с авто, является голословным и не имеет какого-либо доказательственного подкрепления, лишь преследует цель - избежать уголовной ответственности.

С учетом изложенного, считает, что вина ФИО1 в инкриминированном преступлении, установлена в полном объеме. Исследовав данные, характеризующие личность осужденного, тяжесть совершенного преступления, позиции потерпевших, суд верно применил правила ст. 53.1 УИК РФ и назначил справедливое наказание. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на неё, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Как следует из приговора суда, вина ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, полностью установлена исследованными в судебном заседании доказательствами по уголовному делу, которым дана надлежащая оценка.

Не смотря на отрицание ФИО1 своей вины, в подтверждение совершения им преступления, судом обоснованно положены в основу приговора, исследованные в ходе судебного разбирательства в соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ, следующие доказательства:

- показания потерпевшей Потерпевший №1 (дочери погибшей в результате дорожно-транспортного происшествия (далее ДТП) ФИО3) в суде, об обстоятельствах ДТП, в котором погибла её мать – ФИО3, ставших ей известными со слов Потерпевший №2, что Потерпевший №5 на машине выезжал на главную дорогу, остановился, затем они сделали поворот, после чего, ФИО1 на своей автомашине, на большой скорости столкнулся с ними.

- показания потерпевшего ФИО24 (пассажира автомашины ФИО1) в суде, об обстоятельствах ДТП 21.10.2023, на автодороге «Объезд <адрес>», следуя по которой со стороны <адрес> КБР в сторону <адрес> КБР, с левой стороны, относительно их движения, на второстепенной дороге, он заметил автомашину марки «Мицубиси Лансер», которая выехала на проезжую часть дороги, чтобы пересечь автодорогу «Объезд <адрес>» и в этот момент ФИО1, увидев её, предпринял экстренное торможение, однако в ходе тормозного заноса допустил столкновение с указанной автомашиной;

- показания свидетелей ФИО15 и ФИО16 (понятых) в суде, об обстоятельствах их участия в качестве понятых при осмотре места ДТП и составлении схемы ДТП с участием автомобилей марки «Лада Гранта» и «Мицубиси Лансер»;

- показания свидетеля Потерпевший №5 (водителя автомашины «Мицубиси Лансер» в суде, об обстоятельствах ДТП 21.10.2023 на автодороге «Объезд <адрес>», где он на автомашине «Мицубиси Лансер» вместе с пассажирами ФИО3, Потерпевший №4 и Потерпевший №2, передвигаясь по второстепенной дороге, он остановился на расстоянии одного метра до выезда на главную дорогу, посмотрел налево и вдалеке увидел машину, справа маши не было, в связи с чем, он решил продолжить движение, включил первую передачу и начал спокойно пересекать дорогу, а когда он пересек середину дороги сидевшая сзади Потерпевший №2, крикнула, он повернул голову вправо и увидел капот и два силуэта, момент столкновения он не помнит, в ДТП погиб человек;

- показания свидетеля ФИО17 (старшего участкового уполномоченного полиции ставшего очевидцем) в суде, об обстоятельствах при которых на объездной дороге <адрес> он увидел ДТП с участием автомобилей «Лада Гранта» и «Мицубиси Лансер», о чём он сообщил в дежурную часть, после чего была вызвана бригада скорой помощи;

- показания эксперта ФИО14, проводившего судебную автотехническую экспертизу, подтвердившего выводы, изложенные в заключении № от 19.02.2025 и разъяснившего порядок применения им соответствующих методик, содержание и результаты проведенных исследований;

- протокол осмотра места ДТП с фототаблицей и схемой к нему от 21.10.2023, согласно которым установлено и осмотрено место ДТП, расположенное на 1 км +847 м автодороги «Объезд <адрес>» <адрес>, КБР, а также изъяты автомашина марки «Мицубиси Лансер 1.6» с государственными регистрационными знаками № и автомашина марки «Лада 219010 Лада Гранта» с государственными регистрационными знаками № (т. 1, л.д. 14-30);

- протоколы осмотра и проверки технического состояния транспортных средств «Лада 219010 Лада Гранта» и «Мицубиси Лансер 1.6» (т. 1, л.д. 31, 32);

- заключение медицинской судебной экспертизы № от 17.11.2023, согласно которому на трупе ФИО3 обнаружены телесные повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Все повреждения причинены прижизненно, непосредственно перед смертью и состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти. (т. 1 л.д. 52-72);

- заключение медицинской судебной экспертизы № от 12.12.2023, согласно которому у Потерпевший №2 имелись телесные повреждения, квалифицируется как тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни, п.п. 6.1.6. (т. 1 л.д. 190-193);

- заключение медицинской судебной экспертизы № от 12.12.2023, согласно которому у Потерпевший №4 имелись телесные повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни, п.п. 6.11.1. (т. 1 л.д. 208-213);

- заключение медицинской судебной экспертизы № от 27.02.2024, согласно которому у Потерпевший №3 имелись телесные повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни, п.п. 6.11.7 (т. 2 л.д. 27-29);

- протокол осмотра предметов с фототаблицей от 25.03.2024, согласно которому осмотрена автомашины марки «Мицубиси Лансер 1.6» и «Лада 219010 Лада Гранта», изъятые в ходе осмотра дорожно-транспортного происшествия от 21.10.2023 (т. 2 л.д. 93-100);

- заключение судебной автотехнической экспертизой № от 19.02.2025, согласно которому в данной дорожной ситуации, водителю автомобиля «Лада-219010» государственный регистрационный знак №, ФИО1 необходимо было руководствоваться требованиями п. 10.1, абз. 1 с учетом требований п. 10.3. Правил дорожного движения РФ.

В сложившейся дорожной ситуации, водителю автомобиля «Мицубиси Лансер 1.6» государственный регистрационный знак №, Потерпевший №5 необходимо было руководствоваться требованиями п. 1.3, с учетом требований Приложения 1 «Дорожные знаки», Раздела 1 «Предупреждающие знаки» (2.4 «Уступите дорогу»), п. 13.9, абз. 1 Правил дорожного движения РФ.

В данной дорожной ситуации, водитель автомобиля «Лада-219010» государственный регистрационный знак № ФИО1 имел техническую возможность предотвратить столкновение путем принятия мер к снижению скорости с момента возникновения опасности для движения, двигаясь бы со скоростью 90 км/ч. максимально допустимой на данном участке дороги.

Решение вопроса о технической возможности у водителя автомобиля «Мицубиси Лансер 1.6» государственный регистрационный знак №, Потерпевший №5 предотвратить столкновение не имеет технического смысла, поскольку техническая возможность рассчитывается для водителя, который имел преимущественное право на движение.

Скорость движения автомобиля «Лада-219010» государственный регистрационный знак № исходя из одинарного следа торможения длиной 43 м. составляет около 94,8 км/ч.

Полученная расчетным путем скорость движения автомобиля «Лада-219010» государственный регистрационный знак № является минимальной, так как часть кинетической энергии затратилась на деформацию и перемещению автомобиля после столкновения. Произвести расчет скорости исходя из повреждений и отбросу транспортного средства, не представляется возможным, по причине отсутствия научно-разработанной и апробированной методики.

Остановочный путь автомобиля «Лада-219010» государственный регистрационный знак № при условии его движения со скоростью 90/100/110 км/ч, составляет около 74,4/87,9/102,5 м, соответственно.

Автомобиль «Мицубиси Лансер 1.6» государственный регистрационный знак № проехал расстояние от левого края проезжей части автодороги «Объездная дорога <адрес>» по направлению движения автомобиля «Лада-219010» до места столкновения, исходя из скорости его движения 10 км/ч, за время 2,52 сек.

Расстояние, на котором находился автомобиль «Лада-219010» государственный регистрационный знак № от места столкновения в момент выезда автомобиля «Мицубиси Лансер 1.6» государственный регистрационный знак № на проезжую часть автодороги «Объездная дорога <адрес>» составляет около 78,3-81,8 м.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, моментом возникновения опасности для движения автомобиля «Лада-219010» государственный регистрационный знак № следует считать момент, когда автомобиль «Мицубиси Лансер 1.6» государственный регистрационный знак № выехал с второстепенной дороги на главную дорогу «Объездная дорога <адрес>», не уступив дорогу автомобилю, движущемуся по главной дороге.

В данной дорожной ситуации, водитель автомобиля «Лада-219010» государственный регистрационный знак № ФИО1 имел техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем «Мицубиси Лансер 1.6» государственный регистрационный знак № под управлением Потерпевший №5 путем принятия мер к снижению скорости с момента возникновения опасности для движения, двигаясь бы со скоростью 90 км/ч, максимально допустимой на данном участке дороги.

В данной дорожной ситуации, действия водителя автомобиля «Лада-219010» государственный регистрационный знак № ФИО1 не соответствовали требованиям Правил дорожного движения РФ. (п.10.1, абз.1, п.10.3.)

В данной дорожной ситуации, действия водителя автомобиля «Мицубиси Лансер 1.6» государственный регистрационный знак № Потерпевший №5 не соответствовали требованиям Правил дорожного движения РФ (знак 2.4 «Уступите дорогу», п.13.9, абз.1).

Указанные выше несоответствия действий водителя автомобиля «Лада-219010» государственный регистрационный знак № ФИО1 требованиям Правил дорожного движения РФ (в части касающейся превышения скорости движения) находятся в причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием.

Указанные выше несоответствия действий водителя автомобиля «Мицубиси Лансер 1.6» государственный регистрационный знак № Потерпевший №5 требованиям Правил дорожного движения РФ, не находятся в причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием.

Все доказательства, приведённые в приговоре, оценены судом в совокупности, в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ, они обоснованно признаны достоверными, допустимыми, достаточными для разрешения уголовного дела. Исследовав и оценив доказательства в совокупности, суд установил все имеющие значение для дела фактические обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ и пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, за совершение которого он осуждён. Изложенные в приговоре выводы суда, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела, при этом нарушений требований уголовного процессуального законодательства не допущено, уголовный закон применен правильно.

Оснований полагать об оговоре осуждённого, потерпевшими и свидетелями, показания которых приведены в приговоре, не имеется, протоколы следственных действий соответствуют требованиям уголовно-процессуального законодательства.

Заключения судебных экспертиз, проведённых по делу соответствует требованиям закона, оформлены надлежащим образом, экспертизы проведены компетентными лицами, соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, а изложенные в них выводы являются научно обоснованными и соответствуют материалам дела, а также вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО1, подтверждают выводы суда о его виновности в совершении преступления.

Оснований для проведения по делу повторной автотехнической судебной экспертизы по делу не имеется, что влечёт необоснованность доводов жалобы в указанной части.

Удовлетворив ходатайство стороны защиты, суд постановлением Терского районного суда КБР от 25.12.2024, назначил дополнительную судебную автотехническую экспертизу, по результатам которой составлено заключение № от 19.02.2025, содержащее все необходимые сведения для принятия решения по делу.

Постановление Терского районного суда КБР от 25.12.2024, соответствует ч. 4 ст. 7 УПК РФ, существенного нарушения норм процессуального права, как об этом указано в жалобе, при его вынесении судом не допущено. При заявленном стороной защиты ходатайстве о назначении по делу повторной судебной автотехнической экспертизы (т. 3 л.д. 143), суд не усмотрел оснований для назначения повторной и назначил дополнительную экспертизу, мотивировав свои выводы в постановлении, и тем самым разрешил заявленное стороной защиты ходатайство о назначении повторной экспертизы.

В этой связи, доводы апелляционной жалобы касаемо того, что суд оставил без разрешения ходатайство стороны защиты о назначении повторной автотехнической экспертизы, являются необоснованными.

Суд апелляционной инстанции соглашается с мотивированными выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания недопустимым доказательством - протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия с фототаблицей и схемой к нему от 21.10.2023, а также о признании недопустимыми доказательствами заключений: автотехнической судебной экспертизы № от 08.11.2023; дополнительной автотехнической судебной экспертизы № от 08.12.2023; дополнительной автотехнической судебной экспертизы № от 24.04.2024, приведенных в качестве доказательств виновности по уголовному делу в отношении Потерпевший №5

В силу ст. 90 УПК РФ, с учётом вступившего в законную силу приговора Терского районного суда КБР от 18.06.2024, суд, оценивая данные заключения экспертиз в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, пришел к выводу о том, что они являются недопустимыми доказательствами, поскольку получены с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства, при этом, оснований для признания их допустимыми доказательствами не имеется, с чем соглашается суд апелляционной инстанции и тоже считает, что вопреки доводам стороны защиты, признание указанных экспертных заключений недопустимыми доказательствами не влияет на выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, поскольку его вина доказана совокупностью иных доказательств исследованных судом, в том числе выводами заключения судебной автотехнической экспертизы № от 19.02.2025, подтверждёнными допрошенным в судебном заседании экспертом ФИО14

Представленное стороной защиты в качестве доказательств невиновности ФИО1, заключение специалиста № от 04.07.2024, и показания специалиста ФИО11 по изложенным в указанном заключении обстоятельствам, судом отвергнуты как недопустимые доказательства, поскольку выводы специалиста даны на основании отдельных копий материалов уголовного дела, без учёта всей совокупности доказательств, имеющихся в деле, в связи с чем, они не могут быть признаны объективными, при этом, они противоречат заключению судебной автотехнической экспертизы № от 19.02.2025.

Оснований не согласиться с такими выводами, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судом первой инстанции верно установлено, что ФИО1, управляя автомобилем «Лада 219010 Лада Гранта» с пассажиром ФИО24, осуществляя движение по автодороге «Объезд <адрес>», <адрес>, КБР, со стороны <адрес> КБР, в сторону <адрес> КБР, на 1 км + 847 м автодороги «Объезд <адрес>» <адрес> КБР, с превышением скоростных ограничений по передвижению вне населенных пунктов, двигаясь со скоростью не менее 95 км/ч, то есть не выбрав безопасную скорость движения, совершил столкновение с автомашиной марки «Мицубиси Лансер 1.6» под управлением Потерпевший №5, вместе с пассажирами ФИО3, Потерпевший №4, Потерпевший №2, переезжавшей проезжую часть указанной автодороги со второстепенной грейдерной дороги, слева направо, относительно движения со стороны <адрес> КБР, в сторону <адрес> КБР. В результате ДТП ФИО3 причинены телесные повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью, состоящие в прямой причинной связи с наступившей смертью; Потерпевший №4, Потерпевший №2 и ФИО24 причинены телесные повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью, что подтверждено заключениями судебных медицинских экспертиз, положенных в основу приговора.

Причинно-следственная связь между виновными действиями ФИО1, нарушившим пункты 10.1 и 10.3 ПДД РФ, с дорожно-транспортным происшествием, повлекшим смерть ФИО3 и причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №4, Потерпевший №2 и ФИО24, подтверждается заключением судебной автотехнической экспертизы № от 19.02.2025. ФИО1 имел техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем под управлением Потерпевший №5 при соблюдении им допустимого п. 10.3 ПДД РФ скоростного режима на данном участке дороги.

Исходя из сведений, содержащихся в исследованных по делу доказательствах, суд пришел к правильному выводу о нарушении ФИО1 требований пунктов 10.1, 10.3 Правил дорожного движения Российской Федерации.

По смыслу ч. 3 ст. 264 УК РФ, лицо может быть признано виновным в преступлении только за такое нарушение Правил дорожного движения, которое состоит в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, что составляет объективную сторону преступления, в связи с чем, с учетом совокупности установленных обстоятельств дела, суд правильно исключил из описания преступного деяния нарушение пунктов 1.3 и 1.5 ПДД РФ, как не состоящих в прямой причиной связи с наступившими последствиями, поскольку требования этих пунктов носят общеобязательный характер, фактически являются общими по отношению к иным нарушенным ФИО1 пунктам ПДД РФ.

Установленные судом фактические обстоятельства дела, выводы суда о доказанности вины ФИО1, а также квалификация его действий сомнений в правильности не вызывают.

Действия осужденного ФИО1 суд верно квалифицировал по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и смерть человека.

Оснований не согласиться с такой квалификацией действий осуждённого, вопреки доводам его жалобы, судом апелляционной инстанции не установлено.

При назначении наказания ФИО1, суд исходя из положений ст. ст. 6, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, данные о личности виновного, мнения участников процесса, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

В качестве сведений, характеризующих личность осуждённого, суд учёл, что ФИО1 имеет регистрацию и постоянное место жительства на территории РФ, впервые привлекается к уголовной ответственности за совершение неосторожного преступления средней тяжести, по месту жительства начальником ОМВД России по <адрес> и главой администрации характеризуется с удовлетворительной стороны, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признал наличие одного малолетнего ребенка.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Оснований для признания иных обстоятельств в качестве смягчающих наказание, судом обоснованно не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. Сведения о личности осуждённого судом учтены в полном объёме.

Исходя из фактических обстоятельств дела, личности осуждённого, наличия смягчающего наказание обстоятельства и отсутствия отягчающих обстоятельств, суд обоснованно пришел к выводу о возможности достижения целей наказания путём назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, а также усмотрел основания для замены лишения свободы на принудительные работы в порядке ст. 53.1 УК РФ, надлежащим образом мотивировав свои выводы, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих назначить осужденному более мягкое наказание, в том числе, с применением ст. ст. 64, 73 УК РФ, изменить категорию преступления в силу ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд первой инстанции не усмотрел, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам жалобы осуждённого, назначенное ФИО1 наказание, является мотивированным, справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим степени общественной опасности совершенного им преступления, личности виновного и полностью отвечает целям наказания, установленным ст. 43 УК РФ.

Вопросы о мере пресечения, порядке следования к месту отбывания наказания, исчислении срока наказания, а также о судьбе вещественных доказательств, судом разрешены в соответствии с законом.

Неправильного применения уголовного закона или существенных нарушений уголовно-процессуального законодательства, являющихся в силу ст. 389.15 УПК РФ, основанием для безусловной отмены приговора с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство, как об этом ставится вопрос в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции, не усматривает.

Оснований для изменения приговора, по доводам апелляционной жалобы осуждённого в части применении к назначенному наказанию положений ст. 73 УК РФ, суд апелляционной инстанции также не усматривает, в том числе и с учётом состояния здоровья ФИО1 в связи с повреждениями, полученными им в ДТП.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Указав в описательно-мотивировочной части приговора, о квалификации действий осужденного ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ, а также обосновав применение к нему положений ст. 53.1 УК РФ, в резолютивной части приговора, в первом абзаце, суд ошибочно указал об осуждении ФИО1 по ч. 3 ст. 264.1 УК РФ, вместо ч. 3 ст. 264 УК РФ», а во втором абзаце, при замене лишения свободы принудительными работами, ошибочно сослался на ст. 50 УК РФ», вместо ст. 53.1 УК РФ, в связи с чем, приговор подлежит изменению в указанной части.

В остальной части, приговор суда в отношении ФИО1 соответствует требованиям ст. 297 УПК РФ, является законным, обоснованным и справедливым, иных оснований для внесения в него изменений, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

Постановление Терского районного суда от 09.10.2025, вынесенное в порядке ст. 397 УПК РФ, которым суд попытался исправить описанные несоответствия описательно-мотивировочной и резолютивной частей, допущенные в приговоре, подлежит отмене, поскольку применение приведённой нормы уголовно-процессуального законодательства допускается лишь по вступившим в законную силу приговорам на стадии исполнения. При этом, допущенные в приговоре несоответствия не могут быть разрешены в порядке ст. 397 УПК РФ, так как по сути являются неправильным применением уголовного закона.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

п о с т а н о в и л:

Постановление Терского районного суда от 09.10.2025, вынесенное в порядке ст. 397 УПК РФ, отменить.

Приговор Терского районного суда КБР от 23.09.2025 в отношении ФИО1 изменить.

В резолютивной части приговора указать: в первом абзаце - «ч. 3 ст. 264 УК РФ», вместо «ч. 3 ст. 264.1 УК РФ», во втором абзаце - «ст. 53.1 УК РФ», вместо «ст. 50.1 УК РФ».

В остальной части, приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения через суд первой инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями гл.45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование апелляционного постановления в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление на апелляционное постановление подается непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ.

При этом осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Б.М. Макоев