Апелляционное постановление № 22-4639/2025 от 24 июля 2025 г. по делу № 22-4639/2025

Судья ФИО2 № 22-4639/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

25 июля 2025 года город Самара

Суд апелляционной инстанции Самарского областного суда в составе председательствующего судьи Лысенко Т.В.,

при секретаре судебного заседания Шмидт Д.Я., Гавриленко Д.А.,

с участием: прокурора апелляционного отдела прокуратуры Самарской области Романовой О.В.,

осужденного ФИО3,

защитника - адвоката Джунусова А.Т.,

потерпевшей <данные изъяты>

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника - адвоката Джубандикова Н.А. на приговор Промышленного районного суда г. Самары от 9 апреля 2025 года в отношении ФИО3,

заслушав выступление защитника - адвоката Джунусова А.Т. и осужденного ФИО3 в поддержание доводов апелляционной жалобы, мнение прокурора Романовой О.В., потерпевшей <данные изъяты> полагавших приговор законным и обоснованным, проверив материалы уголовного дела,

УСТАНОВИЛ:

обжалуемым приговором Промышленного районного суда г. Самары от 09.04.2025

ФИО3, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин <данные изъяты>, <данные изъяты>, имеющий <данные изъяты>, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, с <данные изъяты> образованием, трудоустроенный <данные изъяты>», <данные изъяты>, не судимый,

признан виновным в совершении ДД.ММ.ГГГГ лицом, управляющим автомобилем, нарушения Правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности смерть человека, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком 2 года, которое в соответствии со ст. 53.1 УК РФ заменено на принудительные работы сроком 2 года с удержанием 5% из заработной платы в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком 2 года.

На основании ч. 1 ст. 60.2 УИК РФ к месту отбывания наказания ФИО3 постановлено следовать за счет государства, самостоятельно.

Срок принудительных работ исчислен со дня прибытия ФИО3 в исправительный центр в соответствии с ч. 1 ст. 60.3 УИК РФ.

Постановлено, что дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года, в силу ч. 4 ст. 47 УК РФ распространяется на все время отбывания основного вида наказания, с исчислением срока с момента отбытия наказания в виде принудительных работ.

Мера пресечения ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

С ФИО3 в пользу Потерпевший №1 и несовершеннолетнего ФИО9 взыскано по 800 000 рублей в счет возмещения морального вреда.

Приговором принято решение в отношении вещественных доказательств.

В апелляционной жалобе защитник - адвокат Джубандиков Н.А. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным. Считает, что причастность ФИО3 к совершению преступления не установлена, доказательств его виновности недостаточно. Полагает, что надлежащая оценка доказательствам по делу не дана, в том числе заключениям специалиста Свидетель №5, который пришел к выводу о виновности в дорожно-транспортном происшествии водителя Свидетель №1, приводя выводы заключений специалиста в жалобе. Указывает о необъективности суда в связи с тем, что показания осужденного в полном объеме не изложены в приговоре, также отсутствуют категоричные выводы при оценке его показаний. Приводит собственную оценку показаниям потерпевших и свидетелей, ссылается на недостаточность следственных действий ввиду не проведения осмотра автомобиля <данные изъяты> Обращает внимание на наличие в деле противоречивых данных о состоянии дорожного покрытия, расстояний и времени движения транспортных средств, в связи с чем подвергает сомнению выводы эксперта автотехника ФБУ «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №3, расчет времени движения транспортных средств, квалификацию эксперта ФИО8 Указывает, что судом неверно приведены показания эксперта ФИО10 по заключению от ДД.ММ.ГГГГ о механизме телесных повреждений и причине смерти ФИО11 Считает, что по уголовному делу необходимо было провести комплексную автотехническую (повторную) и медико-криминалистическую экспертизы, ссылается на необходимость допроса в суде апелляционной инстанции специалиста Свидетель №5 и эксперта ФИО10, указывает, что нарушение п. 2.1.2 ПДД находится в причинно-следственной связи с причинением пассажиру ФИО11 телесных повреждений, повлекших ее смерть, при этом не имеется доказательств виновности ФИО3 Указывает на необходимость исключения из числа доказательств по уголовному делу доказательств, полученных с нарушениями норм УПК РФ, в частности заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ, ввиду учета неверных исходных данных, поскольку ФИО3 не присутствовал при составлении протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и был лишен возможности реализовать свои права на заявление ходатайств и замечаний. Ссылается на наличие противоречий во времени проведения осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ, на недопустимость протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ. Выражает несогласие с решением суда об отказе в удовлетворении ходатайства защиты о возвращении уголовного дела прокурору ввиду противоречий в обвинительном заключении, в котором указано о нарушении ФИО3 п.п. 8.1, 13.4 ПДД РФ, в то время как в заключении эксперта, положенном в основу обвинения, указано о нарушении ФИО3 п.п. 6.2, 8.1, 13.4 ПДД РФ. Считает что при отсутствии при описании преступного деяния ссылок на п.п. 1.3, 1.5 ПДД РФ не может быть указано о взаимосвязанных нарушениях, в частности п.п. 8.1, 13.4 ПДД РФ, при этом специалистом Свидетель №5 установлено, что водителем Свидетель №1 нарушены требования п.п. 1.3, 1.5, 2.1.2, 6.2, 10.1, 10.2 ПДД РФ, что явилось причиной ДТП, в связи с чем требуется разрешение вопроса о привлечении к уголовной ответственности Свидетель №1 Считает несправедливым, вследствие чрезмерной строгости, назначенное наказание. Обращает внимание на данные о личности ФИО1, возраст, заболевания, наличие иждивенцев, состояние здоровья родственников, нарушение водителем Свидетель №1 и пассажиром ФИО11 Правил дорожного движения, считает необоснованными выводы о восстановлении социальной справедливости при назначении наказания, при наличии указанных обстоятельств. Полагает незаконным решение суда о взыскании с ФИО3 в пользу Потерпевший №1 и ФИО9 по 800 000 рублей, поскольку сторонами не приведено доводов в части полученных физических и нравственных страданий гражданскими истцами. Считает завышенным взысканный размер компенсации морального вреда, не соответствующим требованиям разумности и справедливости, ввиду нарушения ФИО11 п. 5.1 ПДД РФ. Не установлено судом на чьем содержании находится несовершеннолетний ФИО9, имеет ли отца, получает ли помощь от него либо пособия от государства. Считает вышеуказанные обстоятельства свидетельствующими о существенном нарушении закона при рассмотрении уголовного дела, являющимися безусловными основаниями для отмены приговора и передачи уголовного дела в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию, вызвать для допроса эксперта ФИО10, специалиста Свидетель №5 с обеспечением возможности исследования раскадровки видеофайлов с места дорожно-транспортного происшествия.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционной жалобы, возражения государственного обвинителя, заслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам и представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями процессуальных норм и основан на правильном применении уголовного закона.

Суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал все представленные доказательства, которым дал надлежащую оценку, правильно установил фактические обстоятельства по делу и обоснованно постановил в отношении ФИО3 обвинительный приговор.

Сам подсудимый ФИО3, описывая обстоятельства произошедшего дорожно-транспортного происшествия, указывал о виновности водителя Свидетель №1

Несмотря на позицию ФИО3, его вина в совершении преступления подтверждается совокупностью доказательств, содержание которых приведено в приговоре.

Потерпевшая Потерпевший №1 показала, что с ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ ехали на автомобиле <данные изъяты> под управлением Свидетель №1 по <адрес> в <адрес>, не пристегнувшись ремнями безопасности. На перекрестке с <адрес> произошло ДТП, в результате она ударилась головой и потеряла сознание, очнувшись увидела у передней пассажирской двери ФИО11, голова которой была в крови, а также автомобиль «<данные изъяты>», с которым произошло столкновение. На место ДТП прибыли сотрудники ДПС и скорой медицинской помощи, ФИО11 госпитализировали, ДД.ММ.ГГГГ сообщили о ее смерти.

Из показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что ДД.ММ.ГГГГ он управлял автомобилем <данные изъяты>, на переднем пассажирском сидении которого ехала Потерпевший №1, на заднем – ее мама ФИО11, которые были пристегнуты ремнями безопасности. Двигаясь по <адрес>, он пересекал перекресток с <адрес>, завершая маневр на мигающий зеленый сигнал светофора, где автомобиль «<данные изъяты>», который ехал во встречном направлении, поворачивал с <адрес>, и, не принимая мер к торможению допустил столкновение с его автомобилем, от чего тот ударился о столб. Выйдя из машины увидел, что ФИО11 лежит у правой пассажирской двери с разбитой головой, но в сознании, при этом дверь была закрыта. ФИО1 пояснял, что его ослепило солнце и он не видел его (Свидетель №1) автомобиль.

Свидетель ФИО12, состоящий в должности инспектора ДПС, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ осуществлял патрулирование на <адрес> в <адрес> в 20-30 метрах от перекрестка с <адрес>. Услышал звук удара, затем увидел автомобиль <данные изъяты>, столкнувшийся со столбом, из окна пассажирской двери которого от удара выпала женщина. Он вызвал скорую помощь и наряд ДПС. Затем увидел автомобиль «<данные изъяты>», который являлся участником ДТП с поврежденным передним бампером.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №2, состоящего в должности инспектора ДПС, ДД.ММ.ГГГГ прибыл на место ДТП с участием автомобилей <данные изъяты> и «<данные изъяты>», водители дали пояснения об обстоятельствах произошедшего. Осмотр места происшествия, замеры производились совместно с водителями и понятыми, в документах осмотра присутствующие поставили свои подписи и были согласны с указанными в них данными. Позже им был составлен рапорт об ошибочном указании состояния проезжей части как «сухое». Пояснил, что при просмотре видеозаписи с камер видеонаблюдения убедился, что дорожное покрытие на момент столкновения автомобилей было мокрое.

Свидетель ФИО13, состоящий в должности инспектора ДПС, показал, что прибыл на место ДТП совместно с инспектором Свидетель №2, проводил проверку тормозной системы автомобиля <данные изъяты>, которая находилась в исправном состоянии, осматривал место ДТП, составив по результатам схему и протокол.

Эксперт Свидетель №3 подтвердил выводы, изложенные в заключении автотехнической экспертизы №, пояснил, что в рассматриваемой ситуации водитель Свидетель №1 имел преимущественное право движения, ехал прямо и при загорании запрещающего сигнала светофора не имел технической возможности остановиться перед стоп-линией, заканчивал манер пересечения перекрестка, а водитель ФИО3 при повороте налево должен был пропустить все автомобили, движущиеся во встречном направлении, то есть должен был руководствоваться п.п. 6.2, 8.1, 13.4 ПДД РФ.

Эксперт ФИО10 подтвердила выводы, изложенные в заключении судебно-медицинской экспертизы № №, о наличии, локализации, механизме образования телесных повреждений, последствий травм и причинах смерти ФИО11 Пояснила, что не представилось возможным ответить на вопросы о моменте получения ФИО11 повреждений, при этом механизм образования всех имеющихся на трупе ФИО11 повреждений, их совокупность и взаимное расположение характерны для образования в условиях автомобильной травмы внутри салона автомобиля.

Свидетель ФИО14, работающая старшим следователем отдела по расследованию ДТП Следственного управления <адрес>, показала, что видеозаписи, на которых зафиксировано ДТП, осматривались с участием специалиста – эксперта ЭКЦ ГУ МВД РФ ФИО8, который использовал специальную программу. Также осуществлялся дополнительный осмотр места происшествия с использованием автомобиля-статиста.

Согласно протоколу осмотра места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ зафиксировано место дорожно-транспортного происшествия, расположение автомобилей <данные изъяты> и «<данные изъяты>» №, время суток, видимость, погода, состояние дорожного покрытия.

Согласно протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, установлено и зафиксировано расстояние, которое преодолел автомобиль <данные изъяты> под управлением Свидетель №1 ДД.ММ.ГГГГ перед столкновением до горизонтальной разметки 1.12 «Стоп-линия».

В протоколе осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ отражены результаты осмотра с участием специалиста ФИО15 видеозаписи с камер видеонаблюдения, на которой зафиксирован факт дорожно-транспортного происшествия.

Видеозапись от ДД.ММ.ГГГГ фиксирует факт ДТП камерами видеонаблюдения сегмента ЦАФАП в области ДД ГИБДД ГУ МВД России по <адрес>, установленными на перекрестке <адрес> и <адрес> в <адрес>.

В протоколе осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ отражены результаты осмотра автомобиля «<данные изъяты>» №, на котором повреждений не обнаружено.

Согласно заключению эксперта № № от ДД.ММ.ГГГГ установлены наличие и локализация телесных повреждений обнаруженных при исследовании трупа ФИО11, механизм их образования, за исключением механизма образования травмы головы, характер повреждений, свидетельствующие в совокупности об образовании их в комплексе одной травмы, в условиях дорожно-транспортного происшествия, степень тяжести вреда здоровью. Установлены причины смерти ФИО11 от черепно-мозговой травмы, находящейся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, в данной дорожно-транспортной ситуации при заданных исходных данных, водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО3, своевременно выполняя требования п.п. 6.2, 8.1, 13.4 ПДД располагал технической возможностью избежать столкновение с автомобилем <данные изъяты>; водитель автомобиля <данные изъяты> Свидетель №1 должен был руководствоваться требованиями п.п. 6.2, 6.13, 6.14, 10.1, 102 ПДД, не имел технической возможности остановиться перед линией дорожной разметки 1.12, не применяя экстренного торможения.

Как видно из протокола судебного заседания, судом приняты меры к выяснению обстоятельств имевших место, с этой целью подробно и тщательно исследованы показания участников этих событий, показания допрошенных лиц судом оценены в их совокупности и с другими доказательствами по делу, что нашло свое отражение в приговоре.

Обстоятельства, имеющие отношение к делу, при допросе указанных лиц выяснялись с соблюдением принципа состязательности сторон и судом апелляционной инстанции не установлено противоречий в исследованных судом доказательствах, которые бы ставили под сомнение выводы суда в приговоре о виновности ФИО3 в совершении указанного преступления.

Представленные сторонами доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями УПК РФ, при этом суд обоснованно пришел к выводу о достоверности показаний потерпевшей и свидетелей, которые не имеют существенных противоречий, влияющих на правильность установления судом обстоятельств совершения осужденным преступления и доказанность его вины, подтверждаются всей совокупностью собранных по делу доказательств. Имевшиеся незначительные противоречия в показаниях допрошенных участников процесса устранены путем оглашения показаний, данных ранее, в ходе предварительного следствия. В ходе судебного разбирательства не было установлено каких-либо оснований для оговора осужденного.

Вопреки утверждениям автора апелляционной жалобы, судом в приговоре приведены показания эксперта ФИО10 по заключению от ДД.ММ.ГГГГ о механизме телесных повреждений и причине смерти ФИО11 без искажения их смысла.

Не доверять показаниям свидетеля Свидетель №1 суд первой инстанции оснований не усмотрел, поскольку сообщенные им сведения существенных противоречий с другими доказательствами, относительно обстоятельств, подлежащих установлению, не содержат. Суд апелляционной инстанции отмечает, что показания указанного лица, в том числе в той части, что пассажиры его автомобиля ФИО11 и Потерпевший №1 были пристегнуты ремнями безопасности, не опровергнуты, при этом не ставят под сомнение выводы автотехнической экспертизы относительно нарушений Правил дорожного движения водителем ФИО1 и выводы суда о виновности осужденного в совершении нарушения лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности смерть человека. Сообщенные свидетелем Потерпевший №1 сведения в той части, что пассажиры автомобиля <данные изъяты>, в том числе ФИО11, не были пристегнуты ремнями безопасности, не ставят под сомнение правильность оценки показаний свидетеля Свидетель №1, сообщившего об обратном, при отсутствии объективных подтверждений, не опровергают выводы суда о виновности ФИО1 нарушении Правил дорожного движения, следствием которого явилось дорожно-транспортное происшествие.

Получили оценку суда и представленные стороной защиты доказательства. Показания специалиста Свидетель №5 и изготовленные им заключения признаны недопустимыми доказательствами. Учитывая, что по существу показания специалистов и подготовленные ими документы направлены исключительно на опровержение проведенных в рамках расследования уголовного дела экспертиз, принимая во внимание, что в силу положений ст.ст. 58 и 80 УПК РФ не входит в компетенцию специалиста подготовка рецензий и оценок доказательствам по уголовному делу, в том числе заключению эксперта, что заключения специалистов по указанным вопросам не имеет юридической силы и согласно ст. 75 УПК РФ не могут использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Выводы и показания специалиста судом обоснованно оценены критически, в том числе, учитывая материальную мотивированность, отсутствие полной и объективной информации об обстоятельствах дела и оценку им сведений, представленных только стороной защиты.

Ставить под сомнение выводы проведенных по делу экспертиз у суда первой инстанции не было оснований, поскольку исследования проведены экспертами, обладающими специальными познаниями и достаточным опытом работы, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Нарушений закона и прав осужденного при назначении и проведении экспертиз, которые повлекли бы признание их недопустимыми доказательствами, не допущено. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, приведенные в них выводы, согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, исходные данные, заложенные в заключение автотехнической экспертизы, соответствуют сведениям, зафиксированным в схеме и протоколе осмотра места происшествия, протоколах опроса участников, что прямо указано в исследовательской части заключения. Доводы апелляционной жалобы о том, что автотехническая экспертиза по делу проведена на основе неверных данных, не обоснованы. Противоречия относительно данных о состоянии дорожного покрытия, расстояний и времени движения транспортных средств устранены судом в ходе рассмотрения дела, путем допроса участников процесса наряду с исследованием письменных материалов.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что судебно-медицинская экспертиза и автотехническая судебная экспертиза содержат выводы о количестве, характере, локализации, механизме образования и степени тяжести телесных повреждений, обнаруженных на трупе ФИО11, повреждениях зафиксированных на автомобилях, принимая во внимание, что в настоящее время автомобиль «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, переданный ФИО3 не имеет повреждений, продолжал эксплуатацию после передачи, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о нецелесообразности проведения по делу комплексной автотехнической (повторной) и медико-криминалистической экспертиз либо дополнительных экспертиз, а доводы стороны защиты о необходимости проведения таких экспертиз признаются несостоятельными.

Следственные действия по делу проведены в соответствии с требованиями УПК РФ, их ход зафиксирован в соответствующих протоколах и удостоверен подписями участвовавших в их производстве лиц. Таким образом, протоколы процессуальных и следственных действий составлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, сомнений в правомочности должностных лиц в собирании доказательств по делу не усматривается.

Доводы о признании недопустимыми доказательствами протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ и производных от него доказательств, являлись предметом тщательного анализа и оценки суда. Оснований для признания их недопустимыми не установлено судом первой инстанции, учитывая, что видеозапись с камер видеонаблюдения от ДД.ММ.ГГГГ осматривалась следователем с участием специалиста – эксперта ЭКЦ ГУ МВД России по <адрес>, квалификация которого сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает. Неуказание в протоколе осмотра наименования используемого специалистом программного обеспечения, не влечет недопустимость протокола осмотра как доказательства по делу, учитывая, что значение имеет содержание видеозаписи.

То обстоятельство, что обвиняемый не присутствовал при составлении протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, не свидетельствует о нарушении его прав. Указанные доводы заявлялись в суде первой инстанции, убедительно отвергнуты, выводы о чем изложены в обжалуемом приговоре и не требуют повторного изложения. Неубедительными и безосновательными суд апелляционной инстанции находит довод о наличии противоречий во времени проведения осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ, что, по мнению автора жалобы, свидетельствует о недопустимости протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ.

Собственная оценка доказательств осужденным и защитником, а также действующим в их интересах специалистом, не опровергает правильности выводов экспертиз, проведенных в ходе расследования и рассмотрения уголовного дела, правильности и объективности оценки судом первой инстанции доказательств как каждого в отдельности, так и в совокупности.

Все исследованные в судебном заседании доказательства суд в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ проверил, каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в их совокупности - достаточности для обоснования виновности ФИО3 в совершенном преступлении. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой доказательствам, не усматривается.

Получили оценку суда и показания осужденного, данные им как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства. Все версии, предложенные стороной защиты, проверены, признаны несостоятельными. Мотивы принятых решений в приговоре приведены.

Версия о нарушении п. 2.1.2 ПДД водителем Свидетель №1, что именно это обстоятельство находится в причинно-следственной связи с причинением пассажиру ФИО11 телесных повреждений, повлекших ее смерть, об отсутствии доказательств виновности ФИО3, проверена судом первой инстанции, получила оценку, не согласиться с которой оснований не имеется. Такие утверждения автора апелляционной жалобы признаются способом защиты, изложением ситуации в выгодном для осужденного свете, при этом не опровергают выводы суда, основанные на совокупности доказательств, о виновности осужденного в нарушении Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение смерти человека.

Утверждения стороны защиты о необходимости привлечения к уголовной ответственности водителя Свидетель №1 ввиду нарушения им требований п.п. 1.3, 1.5, 2.1.2, 6.2, 10.1, 10.2 ПДД РФ, о возможности привлечения двух лиц к ответственности по ст. 264 УК РФ, выводы суда первой инстанции о виновности ФИО3 в совершении преступления не опровергают, и с учетом положений ст. 252 УПК РФ рассмотрению не подлежат.

Основываясь на исследованных в судебном заседании доказательствах, признанных судом достаточными для разрешения дела, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства по делу, при этом, вопреки доводам апелляционной жалобы, нашло безусловное подтверждение, что ФИО3 причастен к совершению преступления, само преступление явилось следствием нарушения им, при управлении автомобилем п.п. 8.1, 13.4 Правил дорожного движения РФ. Выводы суда в указанной части подтверждаются совокупностью доказательств, в том числе видеозаписью с камер видеонаблюдения.

Нарушение водителем пунктов общих правил дорожного движения РФ, вопреки доводам апелляционной жалобы, ФИО3 в осуждение не вошло обоснованно, нарушение п.п. 1.3, 1.5, 6.2 Правил дорожного движения РФ, содержащих общие требования ко всем участникам дорожного движения, не находилось в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, в связи с чем решение суда об отказе в удовлетворении ходатайства защиты о возращении уголовного дела прокурору суд апелляционной инстанции признает обоснованным.

Учитывая исследованные доказательства, которые признаны допустимыми, относимыми, достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии прямой причинно-следственной связи между действиями осужденного, управляющего автомобилем, с нарушениями Правил дорожного движения, и дорожно-транспортным происшествием, в результате которого пассажиром автомобиля <данные изъяты> ФИО11 получены повреждения, которые повлекли тяжкий вред здоровью и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением ее смерти, и правильно квалифицировал действия ФИО3 по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Данных, свидетельствующих о незаконном возбуждении уголовного дела, об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения, нарушении прав осужденного на стадии следствия и в суде первой инстанции, в материалах дела не имеется и в суд не представлено.

Не проведение дополнительных следственных действий, дополнительных экспертиз, вопреки доводам апелляционной жалобы, не свидетельствует о неполноте предварительного следствия и невиновности осужденного. В силу закона следователь самостоятельно направляет ход расследования, принимает решение о проведении тех или иных следственных или процессуальных действий, которых в рассматриваемом уголовном деле оказалось достаточно для выводов суда. Не усматривается оснований для исследования видеозаписи с раскадровкой, поскольку имеющиеся в материалах дела доказательства с очевидностью опровергают доводы, приводимые стороной защиты.

Приговор суда соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, содержит четкое и подробное описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотива, целей и последствий преступления, исследованных в судебном заседании доказательств и мотивы принятого решения, в том числе выводов относительно правильности квалификации совершенного осужденным преступления. Вопреки утверждениям автора апелляционной жалобы, в приговоре суда приведены доказательства, в том числе показания подсудимого, в объеме, достаточном для выводов, без нагромождения излишними формулировками.

Оснований для оправдания осужденного, прекращения в отношении него уголовного дела, а также переквалификации его действий, как и оснований для возвращения уголовного дела прокурору, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Из протоколов судебного заседания, которые составлены в соответствии со ст. 259 УПК РФ, следует, что в ходе судебного разбирательства при рассмотрении дела судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст. 15, 244, 274 УПК РФ обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, в условиях состязательного процесса создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Замечания на протокол судебных заседаний председательствующим рассмотрены в соответствии с требованиями ст. 260 УПК РФ, оснований не согласится с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия не усматривает, учитывая, что протокол судебного заседания стенограммой не является, при этом суть показаний участников процесса, в том числе эксперта ФИО10, в протоколе не искажены.

Не усматривает суд апелляционной инстанции оснований для повторного допроса специалиста Свидетель №5 и эксперта ФИО10, ввиду неполноты, по мнению защитника, изложения в протоколе их показаний, поскольку такового не установлено, указанные лица допрошены судом первой инстанции, стороны не были лишены возможности задать им вопросы, ссылаться на их ответы.

При назначении ФИО3 наказания, суд, исходя из положений ст. 60 УК РФ, в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, конкретные обстоятельства дела, наличие смягчающих наказание обстоятельств.

В качестве смягчающих наказание ФИО3 обстоятельств суд первой инстанции учел в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ: частичное признание вины на стадии предварительного следствия, состояние здоровья его и супруги, наличие заболеваний, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка.

Отягчающих наказание обстоятельств не имеется, что справедливо отмечено судом первой инстанции.

Все имеющие значение обстоятельства для назначения наказания судом первой инстанции учтены. Каких-либо новых сведений в апелляционной жалобе не приведено. Те данные о личности и состоянии здоровья осужденного и его родственников, на которые обращает внимание защитник в апелляционной жалобе, судом учтены при назначении наказания.

При этом не установлено оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством по п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ нарушение пострадавшей ФИО11 п. 5.1 ПДД РФ, поскольку не имеется этому объективных подтверждений, выводы о чем убедительно приведены судом в приговоре, со ссылкой на заключение судебно-медицинской экспертизы относительно механизма получения травм. Также не установлено оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством по п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ активного способствования раскрытию и расследованию преступления, учитывая, что преступление совершено в условиях очевидности.

С учетом характера и степени общественной опасности, всех обстоятельств совершенного преступления, вышеприведенных данных о личности ФИО3 и обстоятельств смягчающих наказание, судом первой инстанции принято решение о назначении осужденному самого строгого вида наказания, предусмотренного санкцией ч. 3 ст. 264 УК РФ, в виде лишения свободы с заменой принудительными работами с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

С учетом фактических обстоятельств совершенного ФИО3 преступления и степени его общественной опасности, способа совершения, оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, предусматривающей изменение категории преступления, у суда не имелось. Не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Оснований для применения ст. 64 УК РФ к ФИО3 суд обоснованно не усмотрел, поскольку никаких исключительных обстоятельств по делу, которые закон связывает с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, не установлено. Совокупность смягчающих наказание обстоятельств, не является безусловным основанием для применения при назначении наказания положений ст. 64 УК РФ, указанные обстоятельства учтены судом при определении вида и размера наказания.

Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ и назначения условного наказания не усматривается, учитывая избранный вид наказания.

Суд апелляционной инстанции, учитывая цели наказания, предусмотренные ч. 2 ст. 43 УК РФ, соглашается с выводами суда первой инстанции, что исправление осужденного при замене наказания в виде лишения свободы принудительными работами, а назначение наказания с применением ст. 73 УК РФ не будет соответствовать характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, и будет являться явно несправедливым.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 по делу рассмотрен судом правильно. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции в части разрешения гражданского иска потерпевшей суд апелляционной инстанции не усматривает.

При разрешении гражданского иска в части компенсации морального вреда, суд учитывал положения ст.ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ.

Определяя размер компенсации морального вреда, судом учтены степень нравственных страданий и переживаний, связанных с гибелью матери, индивидуальных особенностей потерпевших, приняты во внимание конкретные обстоятельства совершенного преступления, степень вины, перенесенные потерпевшей Потерпевший №1 и несовершеннолетним ФИО9 нравственные и моральные страдания, душевные, психические волнения, бессонница и переживания в связи с утратой близкого человека.

Учитывая все обстоятельства дела, суд снизил размер заявленных исковых требований и взыскал с осужденного в счет компенсации морального вреда по <данные изъяты> рублей в пользу каждого из гражданских истцов, что соответствует требованиям разумности и справедливости, несмотря на возражения защитника.

Ссылки на необходимость установления на чьем содержании находится несовершеннолетний ФИО9, имеет ли отца, получает ли помощь от него либо пособия от государства, безосновательны и при разрешении вопроса о возмещении морального вреда значения не имеют.

Также не усматривает суд апелляционной инстанции оснований не согласиться с выводами суда по разрешению гражданского иска потерпевшей в части требований о возмещении расходов на оплату услуг адвоката при обращении в страховую компанию, взыскании ежемесячно средств на содержание несовершеннолетнего ФИО9 в связи с потерей кормильца, поскольку такие требования фактически направлены на восстановление нарушенных прав. Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что права участников процесса при разрешении гражданского иска не нарушены.

Нарушений при рассмотрении уголовного дела норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену либо изменение приговора, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13-389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Промышленного районного суда г. Самары от 9 апреля 2025 года в отношении ФИО3 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника - адвоката Джубандикова Н.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор могут быть обжалованы в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебных решений.

В случае подачи кассационной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда кассационной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника либо ходатайствовать перед судом кассационной инстанции о назначении ему защитника.

Председательствующий подпись ФИО17

Копия верна.

Председательствующий ФИО25