Апелляционное постановление № 22-1329/2025 от 16 июля 2025 г.

Дело № 22-1329/2025 Судья Новикова Л.А.

УИД: 33RS0014-01-2024-003391-30


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

17 июля 2025 года г. Владимир

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего

Ухолова О.В.

при секретаре судебного заседания

ФИО1

помощнике судьи, ведущем

протокол судебного заседания

с участием:

ФИО2

прокуроров

потерпевших

осужденного

защитника - адвоката

Денисовой С.В. и ФИО3

Потерпевший №2 и Потерпевший №1

ФИО4

Орлова М.Е.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Орлова М.Е. в защиту осужденного ФИО4 на приговор Муромского городского суда Владимирской области от 3 апреля 2025 года, которым

ФИО4, ****, не судимый

осужден по ч.3 ст. 264 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года 6 месяцев.

В соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами на срок 2 года 6 месяцев с удержанием 10% из заработной платы в доход государства ежемесячно.

ФИО4 назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года, которое постановлено исчислять с момента отбытия основного наказания.

На основании ч. 1 ст. 60.2 УИК РФ на ФИО4 возложена обязанность по вступлению приговора в законную силу и получения предписания проследовать в исправительный центр к месту отбывания наказания самостоятельно за счет государства в порядке, установленном ст. 60.2 УИК РФ, а на территориальный орган уголовно-исполнительной системы, то есть УФСИН России по Владимирской области, возложена обязанность не позднее 10 дней со дня получения копии вступившего в законную силу приговора вручить осужденному предписание о направлении к месту отбывания наказания и обеспечить его направление в исправительный центр с указанием срока, в течение которого ФИО4 должен прибыть к месту отбывания наказания.

Срок отбывания ФИО4 принудительных работ постановлено исчислять со дня его прибытия в исправительный центр.

С ФИО4 в пользу Потерпевший №1 взыскано в возмещение материального ущерба 132 365 руб. и компенсация морального вреда в размере 800 000 руб.

Принято решение о возмещении из средств федерального бюджета Потерпевший №1 судебных расходов в размере 5 000 руб. и о взыскании с ФИО4 в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальных издержек в размере 5 000 рублей.

До вступления приговора в законную силу ФИО4 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Судом принято решение о судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание судебного решения, существо апелляционной жалобы, заслушав выступления осужденного ФИО4 и его защитника - адвоката Орлова М.Е., поддержавших апелляционную жалобу, выступления прокурора Денисовой С.В., потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1, полагавших об отсутствии оснований для изменения или отмены приговора и для удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО4 признан виновным в нарушении Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть **** и причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №2 во время и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Орлов М.Е. в защиту осужденного ФИО4 считает приговор суда подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Полагает, что судом из-за неверного толкования положений ПДД РФ дана неверная юридическая оценка дорожной ситуации, которая привела к дорожно-транспортному происшествию. Обращает внимание, что в ходе рассмотрения уголовного дела установлено, что ФИО4 начал маневр обгона колонны транспортных средств по встречной полосе не менее чем за 230 метров до места столкновения, то есть задолго до того, как Потерпевший №2 в нарушение п.п.8.1, 11.3 ПДД РФ стал поворачивать налево, потерпевший не проявил перед началом своего маневра необходимую внимательность и предусмотрительность, не убедился в его безопасности, а именно в том, что его никто не обгоняет, что и привело к данному ДТП. Отмечает, что в соответствии с п.8.2 ПДД РФ подача сигнала левого поворота не давала Потерпевший №2 преимущества и не освобождала его от принятия мер предосторожности, он должен был заранее включить указатель поворота, занять крайнее левое положение на дороге, убедиться в безопасности своего маневра, в том числе, что его не обгоняет движущееся сзади транспортное средство, в противном случае воздержаться от поворота. Делает вывод о том, что, поскольку преимущество в совершении маневра зависит от того, кто из водителей начал свой маневр раньше, при исследовании дорожной ситуации юридически значимым для суда являлось установление того, кто из водителей начал свой маневр ранее (обгон либо поворот) и кто из водителей должен был воздержаться от своего маневра. Считает, что нарушение ФИО4 требований п.9.1.1 ПДД РФ не находится в причинно-следственной связи со столкновением транспортных средств, а наличие по ходу движения ФИО4 по встречной полосе справа от него сплошной линии разметки не освобождало Потерпевший №2 перед выполнением поворота налево от обязанности убедиться в том, что его никто не обгоняет и не освобождало его от обязанности предоставить преимущество ФИО4, который уже совершал маневр обгона. Полагает установленным, что Потерпевший №2 совершал поворот налево в зоне действия дорожных знаков 4.1.1 (движение прямо) и 3.2 (движение запрещено, запрещающим движение налево и направо) с нарушением требований ПДД.

Указывает, что установление причинно-следственной связи, а также положений ПДД РФ, которыми должны были руководствоваться водители ФИО4 и Потерпевший №2, является исключительной компетенцией суда и не входит в полномочия эксперта.

Ссылаясь на нормы ПДД РФ, подчеркивает, что перекресток обозначается дорожными знаками - знаками приоритета, которые устанавливают очередность проезда перекрестков, пересечений проезжих частей или узких участков дороги, а именно: 2.1, 2.2, 2.3.1, 2.3.2 - 2.3.7, 2.4 ПДД РФ, после знака 4.1.1 - движение прямо, и по ходу движения водителя Потерпевший №2, дорожные знаки 2.1-2.4 ПДД РФ, обозначающие перекресток, отсутствовали и не считаются перекрестками места въездов и выездов с прилегающих территорий, (дворы, автозаправочные станции, парковки и др.). Обращает внимание, что из оглашенных в судебном заседании протокола осмотра места происшествия и дополнительного осмотра места происшествия, схем и фото-таблиц к ним, проверок показаний на месте, схем дислокаций дорожных знаков и дорожных разметок следует, что слева по ходу движения ФИО4 и Потерпевший №2 расположена АЗС, а справа - площадка для расположения техники при строительстве трассы M12, каждая из которых не имела сквозного движения, поэтому каждая из них является прилегающей территорией, соответственно, по мнению апеллянта, требования дорожных знаков 3.2 и 4.1.1 ПДД РФ для Потерпевший №2 действовали и запрещали ему поворот налево, также учитывая, что в соответствии с ПДД РФ действия дорожных знаков, в том числе временных, имеют приоритет над дорожной разметкой, поэтому выводы суда о том, что разделительная разметка разрешала поворот налево Потерпевший №2 являются ошибочными и противоречащими положениям ПДД. Указывает, что показания специалистов ****, положенные в основу приговора, пояснивших о том, что действие знака 4.1.1 на месте происшествия распространялось до пересечения проезжих частей, не соответствуют действительности и основаны на неверном толковании ими положений ПДД. Просит учесть, что оба эти специалиста пояснили, что заезд направо и налево на месте происшествия является заездом на прилегающую территорию, дав именно такую оценку данному участку местности. Отмечает, что указанные выше специалисты при допросе их на стадии следствия и в судебном заседании по настоящему уголовному делу в период обвинения в совершении данного преступления Потерпевший №2 утверждали, что водитель Потерпевший №2 не имел права совершать поворот налево, при этом причину изменения своих показаний пи рассмотрении уголовного дела по обвинению ФИО4 они не пояснили.

Кроме того защитник обращает внимание на то, из экспертного заключения и показаний эксперта ФИО5 следует, что, если этот участок дороги, где произошло ДТП, не является перекрестком, то водитель Потерпевший №2 не имел права поворачивать налево, что объясняется наличием дорожных знаков 3.2 ПДД РФ, дублирующих знак 4.1.1 и устанавливающих, что водителям было разрешено движение только прямо, но не налево или направо, которые также действуют до ближайшего перекрестка.

При таких указанных им обстоятельствах считает, что судом не дана должная оценка действиям водителя Потерпевший №2, совершившего поворот налево в зоне действия дорожного знака 3.2 ПДД РФ со стрелкой налево, запрещающим ему данный маневр.

Обращает внимание, что судом не учтены обстоятельства, свидетельствующие о нахождении водителя Потерпевший №2 на момент ДТП в состоянии алкогольного опьянения, который после ДТП был доставлен в медицинское учреждение в бессознательном состоянии с запахом алкоголя изо рта, что следует из медицинской карты Потерпевший №2 и заключения СМЭ № 995 от 26.08.2021 года, а также акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Просит приговор отменить и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

В мотивированных возражениях на апелляционную жалобу потерпевшие и государственный обвинитель полагают приговор законным, обоснованным и справедливым, в связи с чем просят оставить его без изменения, а апелляционную жалобу защитника - без удовлетворения.

РПроверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав выступления участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно материалам уголовного дела привлечение ФИО4 к уголовной ответственности соответствует требованиям главы 23 УПК РФ.

Обвинительное заключение по делу отвечает требованиям ст.220 УПК РФ - в нем приведено существо предъявленного ФИО4 обвинения, место и время совершения инкриминированного деяния и другие обстоятельства, имеющие юридическое значение для уголовного дела, оно составлено следователем, в производстве которого находилось уголовное дело и утверждено соответствующим прокурором.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона на досудебной стадии уголовного судопроизводства, являющихся основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке, предусмотренном ст.237 УПК РФ, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.

В материалах уголовного дела не содержится каких-либо данных, которые бы свидетельствовали о фальсификации доказательств по делу и о несоответствии обвинительного заключения требованиям УПК РФ.

Из представленных материалов видно, что судом первой инстанции уголовное дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона о состязательности и равноправии сторон.

Вопреки доводам жалобы, согласно протоколу судебного заседания и аудиозаписи судебного заседания, с которой суд апелляционной инстанции ознакомился в порядке подготовки к судебному заседанию, суд первой инстанции принял все предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Судебное разбирательство по уголовному делу судом первой инстанции осуществлено в соответствии с положениями глав 36-39 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства и процедуру рассмотрения уголовного дела. Председательствующий обеспечил сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им уголовно-процессуальным законом прав. Стороны активно пользовались этими правами, в том числе исследуя представляемые доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание. Заявленные в ходе судебного разбирательства сторонами ходатайства, в том числе и ходатайства стороны защиты о признании недопустимыми ряда доказательств стороны обвинения, о возвращении уголовного дела прокурору, о назначении экспертизы разрешены судом с соблюдением требований стст.256, 271 УПК РФ. Несогласие стороны защиты с принятыми председательствующим отвечающими требованиям уголовно-процессуального закона такими промежуточными решениями не свидетельствует об их незаконности.

Все представленные сторонами доказательства проверены судом с соблюдением требований стст.87,88 УПК РФ путем их исследования в судебном заседании, сопоставлены между собой и каждому из доказательств суд дал надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в их совокупности - достаточности для постановления обвинительного приговора.

Описание в приговоре совершенного ФИО4 преступного деяния, обоснованно и мотивированно признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины и об иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему осужденного и его вине в нем, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО4 вину в совершении преступления не признал. Пояснил, что 22 мая 2021 года со скоростью примерно 80 км/ч он двигался на автомобиле **** по автодороге **** в сторону ****, начал маневр обгона в месте дороги, где имелась прерывистая линия дорожной разметки, для чего выехал на полосу встречного движения и двигался по ней ввиду отсутствия встречных транспортных средств, осуществляя обгон колонны попутных автомобилей. Вскоре на дороге началась сплошная линия дорожной разметки, но вернуться на свою половину дороги он не смог из-за плотного потока двигавшихся по ней в попутном направлении автомобилей, в итоге проехал более 200 метров по встречной полосе движения и в этот момент неожиданно перед ним на траекторию его движения выехал автомобиль **** по управлением Потерпевший №2, поворачивавший налево, в результате чего произошло столкновение его автомобиля с автомобилем под управлением Потерпевший №2 Считает, что в дорожно-транспортном происшествии виноват Потерпевший №2, который перед осуществлением маневра поворота налево не убедился в его безопасности с учетом того, что он (ФИО4) находился на полосе встречного движения, осуществляя обгон транспортных средств.

Потерпевший Потерпевший №2 в судебном заседании показал, что 22 мая 2021 года примерно в 18 час. 20 мин. он, управляя автомобилем **** ехал по автомобильной дороге **** в сторону г.Мурома со скоростью около 70 км/ч. На переднем пассажирском сиденье его автомобиля находилась **** Подъезжая к автозаправочной станции, расположенной слева от него, он стал снижать скорость движения, заблаговременно включил указатель поворота налево для осуществления маневра поворота на автозаправочную станцию через полосу встречного движения дороги, где имелась прерывистая линия дорожной разметки, перед осуществлением указанного маневра остановился на своей полосе, убедился в безопасности маневра и в отсутствии встречного транспорта, в связи с чем начал поворачивать налево, выехав на встречную полосу движения, где с его автомобилем столкнулся автомобиль **** под управлением водителя ФИО4, который, двигаясь по этой встречной полосе дороги в попутном с ним направлении, осуществлял обгон нескольких транспортных средств, в результате ДТП ему были причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред его здоровью, а **** погибла.

Потерпевший Потерпевший №1 в судебном заседании показал, что **** ему сообщили о смерти его сестры **** находившейся в автомобиле под управлением Потерпевший №2, в результате дорожно-транспортного происшествия на автомобильной дороге Владимир-Муром.

Свидетель **** показала, что 22 мая 2021 года примерно в 18 час. она и ее супруг ФИО4 ехали на автомобиле **** под управлением ФИО4 со стороны г.Владимира в сторону г.Мурома со скоростью около 90 км/ч. Миновав **** ФИО4 начал совершать обгон впереди идущих транспортных средств, после чего произошло столкновение их автомобиля с автомобилем **** который начал поворачивать налево.

Свидетель **** показала, что 22 мая 2021 года примерно в 18 час. 00 мин. она ехала со стороны г.Владимира в сторону г.Мурома в колонне автомобилей, управляя своим автомобилем. Перед ней двигался автомобиль **** который заблаговременно включил указатель левого поворота и снижал скорость движения, в связи с чем она также снизила скорость движения. Подъезжая к повороту на АЗС, которая расположена слева по ходу движения в сторону г.Мурома, этот автомобиль остановился и она также остановилась. Немного постояв, водитель автомобиля **** начал осуществлять поворот налево на АЗС, выехав на полосу встречного движения и в этот момент время двигавшийся по полосе встречного движения в попутном с ними направлении на большой скорости автомобиль **** совершил столкновение с автомобилем «ВАЗ-2112», который от удара развернуло и тот остановился на левой по ходу движения в сторону г.Муром обочине, а автомобиль «Мазда» после удара проехал 20-30 метров вперед и остановился на правой по ходу движения в сторону г.Мурома обочине.

Свидетель **** показал, что 22 мая 2021 года примерно в 18 час. 00 мин. он двигался на автомобиле со стороны г. Владимира в сторону г. Мурома в потоке из нескольких машин примерно со скоростью 60-80 км/ч. Автомобиль **** совершал обгон колонны их автомобилей по встречной полосе движения и там он столкнулся с автомобилем **** который поворачивал налево из их полосы движения.

Как видно из исследованных судом протоколов осмотров места дорожно-транспортного происшествия от **** и от ****, следователем был дважды осмотрен участок 119 км. 110 м. автодороги ****, на котором произошло дорожно-транспортное происшествие, зафиксирована обстановка произошедшего, отражены особенности проезжей части, метеорологические условия, при которых произошло ДТП, указана горизонтальная разметка 1.1, 1.7 Приложения № 2 к ПДД, зафиксировано положение автомобилей «**** после их столкновения и их техническое состояние, наличие осыпи деталей и осколков транспортных средств, наличие на переднем правом пассажирском сиденье автомобиля **** трупа **** отражено, что на участке 119 км. автомобильной дороги **** нанесена сплошная линия дорожной разметки, а в месте заезда на АЗС, где произошло ДТП, нанесена прерывистая линия дорожной разметки, с правой стороны дороги при движении в сторону г. Мурома перед выездом с АЗС расположен дорожный знак 4.1.1 «Движение прямо» и временный дорожный знак «3.2» - движение запрещено с табличкой 8.3.1 направление движения направо и что столкновение автомобилей **** под управлением ФИО4 и **** под управлением Потерпевший №2 произошло напротив заезда на территорию автозаправочной станции (т.1 л.д.34-39, 126-133).

Согласно протоколам осмотров предметов были осмотрены автомобили **** и ****, описаны имеющиеся у них повреждения: у автомобиля **** помят капот, отсутствуют передние блок-фары, правое и левое передние крылья, передний бампер, металлический усилитель переднего бампера изогнут; у автомобиля **** деформирован кузов автомобиля, оторваны передняя и задняя двери, крышка багажника, разбиты стекла, помята крыша автомобиля и отмечено, что с правой стороны автомобиля повреждения кузова отсутствуют (т.1 л.д.116-120).

Факт причинения потерпевшему Потерпевший №2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы № 995 от 26 августа 2021 года, согласно которому у Потерпевший №2 обнаружены телесные повреждения, которые имели давность от момента причинения до момента проведения Потерпевший №2 первичной хирургической обработки раны головы в травматологическом отделении ГБУЗ ВО МГБ №3 в 20 час. 00 мин. 22 мая 2021 года не менее 1 и не более 12 часов, они образовались от воздействия твердого тупого предмета (предметов) и в совокупности повлекли за собой тяжкий вред здоровью Потерпевший №2 по признаку опасности для жизни (т.1 л.д.182-183).

Согласно заключению эксперта № 18 от 26 августа 2021 года, при исследовании трупа **** установлены телесные повреждения, которые в своей совокупности повлекли за собой тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека и находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью **** образовались они в условиях дорожно-транспортного происшествия - при ударах о выступающие части салона автомобиля (т.1 л.д.173-176).

Согласно проекту организации дорожного движения на автомобильной дороге общего пользования «****, перед автомобильной заправкой, расположенной перед ****, с левой стороны при движении в сторону г.Муром установлен дорожный знак 4.1.1 «Движение прямо» перед выездом с АЗС. На территорию данной автозаправочной станции имеется въезд и выезд, образующие пересечения с автодорогой ****т.1 л.д.190-195).

Как следует из протокола следственного эксперимента от 27 августа 2021 года, свидетель **** указала место столкновения автомобилей, которое находится на полосе встречного движения на расстоянии 4,65 м. от перпендикуляра края заезда на территорию АЗС, путем пробных заездов определено время движения автомобиля **** и расстояние с момента начала маневра поворота до столкновения, определено расстояние видимости автомобиля ****т.1 л.д. 134-137).

Из протокола проверки показаний на месте от 9 декабря 2021 года с участием свидетеля ФИО4 и его защитника следует, что от места столкновения до места, где ФИО4 начал совершать обгон транспортных средств, расстояние составило 230 метров, на проезжей части была нанесена прерывистая линия дорожной разметки и со слов ФИО4 водитель **** не мог не видеть его автомобиль в зеркало заднего вида (т.1 л.д.86-89).

Из заключения автотехнической экспертизы № 512 от 26 апреля 2022 года, следует, что с экспертной точки зрения в данной дорожной ситуации водитель автомобиля ****, должен был руководствоваться требованиями абз. 1 п.п. 8.1 и п.п. 8.8 Правил дорожного движения РФ. Несоответствия требованиям абз. 1 п.п. 8.1 и п.п. 8.8 Правил дорожного движения РФ с экспертной точки зрения в его действиях не усматриваются. В данной дорожной ситуации водитель автомобиля ****, должен был руководствоваться требованиями п.п. 9.1.1 и абз.2 п.п. 10.1 Правил дорожного движения РФ. В действиях водителя автомобиля **** усматриваются несоответствия требованиям п.п. 9.1.1 Правил дорожного движения РФ; несоответствий требованиям абз. 2 п.п. 10.1 Правил дорожного движения РФ с экспертной точки зрения не усматривается (т.2 л.д.56-57).

Допрошенный в судебном заседании эксперт **** полностью подтвердил данное им указанное заключение автотехнической экспертизы № 512, пояснив, что в момент совершения Потерпевший №2 поворота налево в сторону АЗС ФИО4, совершая обгон, в соответствии с Правилами дорожного движения не имел права находиться на встречной полосе движения, поскольку это запрещено дорожной разметкой.

При таких обстоятельствах в их совокупности суд апелляционной инстанции считает, что вопреки доводам апелляционной жалобы и выступлениям стороны защиты в суде апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции о доказанности вины ФИО4 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, правильно установленным по результатам судебного разбирательства и объективно подтверждаются совокупностью подробно исследованных в судебном заседании доказательств стороны обвинения, содержание которых приведено в юридически значимых деталях приговоре.

Субъективная оценка осужденным и его защитником положенных в основу приговора доказательств, отличающаяся от данной им судом, не свидетельствует о нарушении требований стст.14, 15 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы какие-либо существенные неустраненные противоречия в доказательствах, вызывающие сомнения в виновности ФИО4 и требующие истолкования в его пользу, по делу отсутствуют.

Также вопреки доводам апелляционной жалобы суд правомерно признал допустимым доказательством и привел его содержание в обоснование своих выводов о вине ФИО4 заключение автотехнической экспертизы № 512 от 26 апреля 2022 года, а также показания эксперта, проверив их на предмет допустимости, достоверности и относимости, учитывал при этом полноту проведенных экспертных исследований, логичность и непротиворечивость сделанных экспертом выводов во взаимосвязи с другими доказательствами по делу, обоснованно руководствуясь положениями ч.2 ст.17 УПК РФ, согласно которым никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Не соглашаясь с доводами стороны защиты, суд апелляционной инстанции учитывает, что оспариваемое защитником заключение эксперта изготовлено уполномоченным должностным лицом, имеющим значительный стаж работы в соответствующих областях экспертной деятельности, в рамках процедуры, установленной уголовно-процессуальным законом и ведомственными нормативными актами, с соблюдением методик исследования, содержит ответы на все поставленные перед экспертом вопросы, научно обосновано, аргументировано, не содержит каких-либо противоречий и не вызывает сомнений в своей объективности. Эксперт перед проведением исследования был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы эксперта составлены в полном соответствии с положениями ст.204 УПК РФ. Оформление заключения и подача его содержания не противоречат требованиям закона. Не указаны и в апелляционной жалобе конкретные противоречия в выводах эксперта и каким конкретно нормативам они не соответствуют. Как видно из заключения оспариваемой экспертизы, ее вывод обоснован исследованными материалами и не выходит за пределы компетенции эксперта. Для экспертного исследования эксперту были предоставлены достаточные материалы, необходимые для дачи полного, мотивированного и объективного заключения. Оснований для признания заключения эксперта в соответствии со ст.75 УПК РФ недопустимым доказательством не установлено, получено оно в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Все положенные в основу обвинительного приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, являются относимыми и допустимыми, существенных противоречий не содержат, объективно согласуются между собой, оснований сомневаться в их достоверности не имеется.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона в приговоре суд первой инстанции не ограничился только указанием на доказательства, но и привел мотивы, по которым в результате оценки доказательств, осуществленной с соблюдением требований ст.88 УПК РФ, он признал доказательства стороны обвинения достоверными и по которым отверг доказательства стороны защиты, правильно расценив показания ФИО4 как способ защиты от предъявленного обвинения.

Не доверять показаниям потерпевших, свидетелей обвинения, эксперта, специалистов оснований не имеется, поскольку они были предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, их показания последовательны, непротиворечивы, дополняют друг друга, согласуются между собой и с совокупностью исследованных доказательств. Каких-либо существенных противоречий в этих показаниях, которые повлияли или могли повлиять на выводы суда о вине осужденного, не имеется.

Причин для оговора ФИО4 допрошенными лицами, их заинтересованности в исходе дела не установлено. Допрос потерпевших и свидетелей произведен судом с соблюдением положений, предусмотренных положениями ст.278 УПК РФ, они предупреждались в установленном законом порядке об ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Из протокола судебного заседания следует, что специалистам перед их допросами были разъяснены положения ст.ст.56, 58 УПК РФ, они были предупреждены об уголовной ответственности по ст.ст.306, 307 УК РФ, их показаниям судом дана надлежащая оценка, оснований для признания этих доказательств недопустимыми не имеется, они согласуются с совокупностью исследованных доказательств стороны обвинения. Вопреки доводам апелляционной жалобы они пояснили причину противоречий между теми показаниями, которые они дали в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО4 и ранее данными ими показаниями.

Анализ положенных в основу приговора доказательств, а равно их оценка судом первой инстанции, соответствующая требованиям ст.88 УПК РФ, подробно изложены в приговоре.

Исследованные по делу доказательства необходимо оценивать в их совокупности, что и было сделано судом первой инстанции.

Нарушений положений ст.240 УПК РФ судом не допущено.

Противоречий между фактическими обстоятельствами дела, правильно установленными судом по результатам надлежащей оценки представленных сторонами доказательств, и выводами суда в приговоре не имеется.

Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что вина осужденного стороной обвинения не доказана, судом апелляционной инстанции не установлено.

Как видно из приговора, судом дана надлежащая оценка характеру действий осужденного, при этом суд не допускал каких-либо суждений предположительного характера.

Неустраненные судом первой инстанции в ходе судебного разбирательства сомнения в виновности осужденного в инкриминируемом ему деянии отсутствуют.

Обвинительный приговор в отношении ФИО4 соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию: в нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, правильно установлены фактические обстоятельства дела, проанализированы доказательства, надлежаще аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст.299 УПК РФ.

Доводы жалобы о том, что потерпевший Потерпевший №2 в момент ДТП находился в состоянии алкогольного опьянения, опровергаются имеющейся в деле справкой о результатах химико-токсикологического исследования № 3975, согласно которой состояние опьянения у Потерпевший №2 не установлено. Нарушений порядка проведения освидетельствования не усмотрено. При этом судом обоснованно, с приведением правильных мотивов не принят во внимание акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения №22 от 22 мая 2021 года, проведенного в ГБУЗ ВО «Муромская центральная районная больница».

Выводы заключения эксперта № 1622 от 16 сентября 2021 года о том, что водитель автомобиля **** не имел технической возможности путем применения экстренного торможения при избранной скорости движения 90 км/ч предотвратить столкновение с автомобилем **** обоснованно и мотивированно отвергнуты судом.

В судебном заседании всесторонне и полно проверялись выдвинутые стороной защиты версии и доводы, которые не получили своего подтверждения, им в приговоре дана правильная критическая оценка, с которой у суда апелляционной инстанции нет оснований не согласиться.

В частности, суд первой инстанции верно оценил как несостоятельные доводы стороны защиты, аналогичные доводам, изложенным в апелляционной жалобе, о том, что Потерпевший №2 не имел права на месте происшествия совершать поворот налево в силу действия знака 4.1.1 «движение прямо» и должен был предоставить возможность проезда автомобиля под управлением ФИО4, который на тот момент находился на встречной полосе и совершал обгон колонны, поскольку действие знака 4.1.1 «движение прямо» распространяется на пересечение проезжих частей, перед которыми он установлен, но этот дорожный знак на месте происшествия установлен на выезде с автозаправочной станции и предписывал двигаться прямо через пересечение с проезжей частью, расположенной на выезде с АЗС, а на пересечение с проезжей частью на въезд АЗС действие данного знака не распространялось, о чем свидетельствует и нанесенная там дорожная разметка 1.7, которая согласно Приложению 2 к Правилам дорожного движения Российской Федерации (в ред. Постановления Правительства РФ №63 от 31.12.2020, действовавшей на момент совершения преступления) обозначает полосы движения в пределах перекрестка.

При этом судом первой инстанции правильно учтено, что в зоне произошедшего дорожно-транспортного происшествия 22 мая 2021 года была нанесена дорожная разметка 1.1, что свидетельствует о запрете движения на этом участке по стороне дороги, предназначенной для встречного движения, и ФИО4, управляя автомобилем **** приступил к выполнению маневра обгона колонны, не имея преимущества в движении перед другими водителями, не убедившись в безопасности маневра, в результате чего допустил столкновение с автомобилем потерпевшего Потерпевший №2, правомерно осуществлявшим маневр поворота налево.

Выводы суда первой инстанции в полной мере соответствуют и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенным в постановлении №25 от 09.12.2008 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также их неправомерным завладением без цели хищения», а также в постановлении от 25.06.2019 №20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», поскольку, согласно последнему из указанных постановлений, водитель транспортного средства, движущегося в нарушение ПДД РФ по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Вопреки позиции защитника и осужденного судом в приговоре верно установлено, что действия водителя Потерпевший №2 при управлении им своим автомобилем не нарушали Правила дорожного движения РФ, поскольку преимущественным правом на движение пользовался именно Потерпевший №2, перед выполнением поворота в сторону АЗС он заблаговременно включил левый указатель поворота примерно за 70 метров до этого, информируя участников дорожного движения о намерении совершить маневр поворота налево, остановился перед осуществлением этого маневра, убедившись в том, что не создает помех в движении встречным для него транспортным средствам, по полосе движения которых навстречу им в условиях находящейся справа от него сплошной разделительной полосы двигался автомобиль под управлением ФИО4, поворот Потерпевший №2 осуществлял в разрешенном на то месте проезжей части дороги с прерывистой линией дорожной разметки и уступить дорогу при повороте налево в соответствии с п.8.8 Правил дорожного движения он обязан был транспортному средству, двигающемуся в попутном с ним направлении, только в том случае, если бы оно являлось трамваем.

В свою очередь, действия ФИО4 не соответствовали требованиям п.п.8.1, 9.1.1, 11.1, 11.2 Правил дорожного движения РФ и явились причиной произошедшего дорожно-транспортного происшествия, в котором погибла **** и был причинен тяжкий вред здоровью Потерпевший №2

Мотивы, по которым суд пришел к выводу о том, что ФИО4, управляя автомобилем, нарушил Правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть **** и причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №2, в приговоре приведены и обоснованы должным образом.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что доводы апелляционной жалобы о недоказанности вины ФИО4 в инкриминируемом деянии по существу повторяют процессуальную позицию стороны защиты в судебном заседании суда первой инстанции, которая была в полном объеме подробно проверена при рассмотрении дела и после исследования всех юридически значимых обстоятельств дела обоснованно и мотивированно отвергнута в приговоре как несостоятельная. Эти доводы стороны апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене или изменению приговора суда первой инстанции, поскольку по существу они сводятся к переоценке доказательств, являвшихся предметом исследования и надлежащей оценки суда первой инстанции, не содержат указаний на факты или обстоятельства, которые не были бы проверены и учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного решения по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции. В этой связи данные доводы расцениваются судом апелляционной инстанции как способ защиты осужденного и они не могут служить основанием для отмены или изменения приговора в отношении ФИО4

Учитывая правильно установленные судом первой инстанции фактические обстоятельства дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что действия осужденного квалифицированы по ч.3 ст.264 УК РФ верно.

Предусмотренные уголовно-процессуальным законом основания для иной юридической оценки действий ФИО4, а равно основания для его оправдания или прекращения в отношении него уголовного дела или уголовного преследования отсутствуют.

Проверив в судебном заседании психическое состояние осужденного, суд обоснованно признал ФИО4 вменяемым с учетом адекватности его поведения до, во время и после совершения преступления, поскольку достаточных и разумных оснований для сомнения в его психической полноценности не имеется.

Назначенное ФИО4 наказание является справедливым, поскольку оно соответствует требованиям стст.6, 43, 60 УК РФ, его вид и размер определены с учетом характера и степени общественной опасности преступления, относящегося к категории преступлений средней тяжести, обстоятельств его совершения, данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а также с учетом смягчающих наказание обстоятельств.

Судом при назначении наказания обоснованно учтено, что ФИО4 на учете у нарколога и психиатра не состоит, к административной ответственности за совершение правонарушений против общественной безопасности и общественного порядка не привлекался, по месту жительства характеризуется удовлетворительно.

Смягчающими наказание ФИО4 обстоятельствами суд обоснованно признал наличие малолетних детей, наличие у них заболеваний.

Отягчающих наказание ФИО4 обстоятельств не установлено.

Каких-либо иных обстоятельств, подлежащих согласно закону обязательному учету, в том числе в качестве смягчающих наказание, сведения о которых имеются в деле, но оставленных судом без внимания, по настоящему делу не имеется.

Проанализировав данные о личности осужденного, суд пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ФИО4 наказания только в виде лишения свободы, мотивированно указав на невозможность применения правил ст.ст.64, 73 УК РФ и обоснованно заменил назначенное лишение свободы принудительными работами в соответствии с правилами ч.2 ст.53.1 УК РФ. Указанные выводы суда должным образом мотивированы в приговоре, поэтому суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

Дополнительное наказание, назначенное ФИО4 к принудительным работам, является обязательным по санкции ч.3 ст.264 УК РФ, его размер также отвечает всем требованиям уголовного закона.

Мотивы иных принятых судом решений в приговоре приведены, они в достаточной степени обоснованы и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают.

Свои правильные выводы об отсутствии предусмотренных законом оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ суд первой инстанции также должным образом мотивировал в приговоре.

Оснований для постановления приговора без назначения наказания, прекращения уголовного преследования, как и оснований для освобождения осужденного от наказания не имеется.

Назначенное осужденному наказание нельзя признать чрезмерно суровым и несправедливым, оно полностью отвечает целям исправления виновного лица, предупреждения совершения им новых преступлений, восстановления социальной справедливости, в связи с чем смягчению не подлежит.

Принятые судом в приговоре решения о судьбе вещественных доказательств и о распределении процессуальных издержек отвечают требованиям уголовно-процессуального закона, в связи с чем являются правильными.

Гражданский иск потерпевшего по делу разрешен судом в соответствии с требованиями закона. Указанные выводы суда также должным образом мотивированы в приговоре.

При таких обстоятельствах предусмотренных ст.389.15 УПК РФ оснований для изменения или отмены приговора в отношенииФИО4 не имеется, в связи с чем апелляционная жалоба адвоката Орлова М.Н. удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь стст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

приговор Муромского городского суда Владимирской области от 3 апреля 2025 года в отношении осужденного ФИО4 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Орлова М.Е. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через Муромский городской суд Владимирской области в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей - в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей Муромского городского суда Владимирской области по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу или представление.

Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий О.В. Ухолов